УИД 23RS0014-01-2023-003833-05

Судья Костюк А.А. Дело № 33-1575/2026

2-565/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

22 января 2026 года г. Краснодар

Судебная коллегия по гражданским делам Краснодарского краевого суда в составе:

председательствующего Поповой Е.И.

судей Ефименко Е.В., Бендюк А.К.

по докладу судьи Поповой Е.И.

при секретаре-помощнике судьи Демине Ф.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании сделки недействительной, истребовании имущества и признании права собственности

по апелляционной жалобе представителя ФИО1 по доверенности ФИО5 на решение Динского районного суда Краснодарского края от 24 сентября 2024 года.

Заслушав доклад судьи, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО6, ФИО3, ФИО4 о признании сделки недействительной, истребовании имущества и признании права собственности.

Требования мотивировал тем, что он является взыскателем по исполнительному производству, должником в котором является ФИО3 В 2013 году ФИО3 приобрел у ФИО4 жилой дом и земельный участок по договору купли-продажи, который по просьбе ответчика не был зарегистрирован в Росреестре по причине наличия у ФИО3 долговых обязательств. В 2023 году между ФИО4 и супругой должника ФИО6 был заключен договор купли-продажи этого же имущества. Истец считает, что данная сделка является мнимой, так как ФИО4 в доме не проживал, договор был заключен на имя ФИО6 в целях сокрытия имущества от взыскателя. Уточнив исковые требования, истец просил признать договор купли-продажи от 28.04.23 г. недействительным, применить последствия недействительности сделки, прекратив право собственности ФИО6 на объекты, истребовать земельный участок и жилой дом у ФИО6, как имущество должника, находящееся у третьих лиц, признать право собственности на имущество за ФИО3, обязать Управление Росреестра зарегистрировать право собственности на спорное имущество за ФИО3 по заявления истца или его представителя ФИО7

Решением Динского районного суда Краснодарского края от 24 сентября 2024 года в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано.

В апелляционной жалобе представитель ФИО1 по доверенности ФИО5 просит отменить решение суда как незаконное и необоснованное. Считает, что судом дана неверная оценка представленным доказательствам, свидетельствующим о мнимости сделки.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 15 апреля 2025 года решение отменено. Принято по делу новое решение об удовлетворении заявленных требований.

Определением Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 28 августа 2025 года апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 15 апреля 2025 года отменено. Дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции

В судебном заседании суда апелляционной инстанции ФИО1, а также его представитель по доверенности ФИО7 на доводах жалобы настаивали.

Представитель ФИО2 по ордеру ФИО8 в судебном заседании просил решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте разбирательства извещены надлежащим образом посредством направления судебных извещений. Данное извещение судебная коллегия считает заблаговременным, в связи с чем, руководствуясь статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия, определила, рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в жалобе, судебная коллегия не находит оснований к отмене или изменению решения суда по ее доводам.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Согласно пункту 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В соответствии со ст. 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого

имущества.

В силу п. 1 ст. 235 ГК РФ право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом.

В соответствии с п. 1 ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Согласно п. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

В силу п. 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение

Согласно п. 1 ст. 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество.

В силу ст. 550 ГК РФ договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами.

Пункт 1 ст. 551 ГК РФ устанавливает, что переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как установлено судом и следует из материалов дела решением Павловского районного суда Краснодарского края от 15.07.2020 г. с ответчика ФИО3 в пользу истца взыскано 2998171, 34 руб.

Истец является взыскателем по исполнительному производству.

Судом установлено, что ФИО4 являлся собственником земельного участка площадью 638 кв.м., с расположенным на нем домовладением площадью 133,2 кв.м., по адресу: ............ а.

28 апреля 2023 года между ФИО4 и ФИО6 был заключен договор купли-продажи, по условиям которого ФИО6 купила спорное недвижимое имущество у ФИО4 Цена имущества определена сторонами в размере 4 5000 000 руб. Указанная сумма передана покупателем продавцу до подписания договора.

Также из материалов дела следует, что брак между ФИО3 и ФИО6 был расторгнут 18.07.2019 года.

8 ноября 2024 года заключен брак между ФИО2 и ФИО9, от брака имеется совместный ребенок, что подтверждается соответствующими свидетельствами.

Как следует из письменных возражений ответчика ФИО3, отношения с ФИО6 фактически были прекращены в 2014 году, с 2015 года у него была другая семья. С этого периода с ФИО6 общее хозяйство не вели, совместно не проживали. ФИО3 помогал ФИО6 в поисках дома. С 2015 года ФИО6 с детьми проживает в спорном домовладении по адресу ............-а. Сам ФИО3 в данном доме никогда не проживал. Какое-либо соглашение между ответчиками ФИО3 и ФИО6 о выделе какой-либо доли в спорном домовладении в пользу ФИО3 не заключалось. Платежи в счет стоимости спорного домовладения ФИО3 не осуществлял. ФИО3 с ФИО4 знаком не был. Их знакомство состоялось в 2023 г. в МФЦ при регистрации ФИО6 договора купли-продажи спорного домовладения.

Как следует из объяснений ФИО4, данных им в ходе проведения проверки по заявлению ФИО1 о неправомерных действиях ФИО10, примерно 10 лет назад он совместно с ФИО11 решили построить дом по адресу: ............, после завершения стройки он некоторое время у них стоял и примерно через 2 года они его продали ФИО3. Собственником дома являлся ФИО4 ФИО3 должен был переоформить дом на себя, однако, он этого не сделал. На протяжении 10 лет его жена ФИО12 платила налог за данный дом. В последствие он узнал почему ФИО3 не переоформил дом на себя, так как на него было заведено исполнительное производство, и у него были большие задолженности перед другими лицами. Юридически как узнал ФИО4 собственником дома был он, однако фактически на протяжении длительного времени собственником был ФИО3 он там проживал с своей семьей и распоряжался данным домом по своему усмотрению. Так примерно в феврале месяце 2023 ему позвонил ФИО3 и попросил переоформить дом. За доставленные неудобства ФИО10 с женой попросил у ФИО3 500 000 тысяч рублей, так как они длительное время на протяжении 10 лет платили налоги за данный дом. Они договорились на 450 000 руб. В июне 2023 г. он заключил договор купли-продажи дома с женой ФИО3

Истец ссылался на то, что данный договор является мнимой (притворной) сделкой, поскольку спорное имущество было фактически приобретено у ФИО4 еще в 2013 году должником ФИО3, но по просьбе последнего переход права собственности на ответчика не был зарегистрирован ввиду наличия у последнего долговых обязательств перед третьими лицами.

Разрешая данный спор по существу и отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что сделка не может быть признана мнимой, поскольку воля сторон была направлена на достижение именно тех правовых последствий, которые стороны имели ввиду, а истец не доказал те обстоятельства, на которые он ссылался как на основания своих требований.

Судебная коллегия находит указанные выводы и решение суда правильными, основанными на тех нормах материального права, которые подлежали применению к сложившимся между сторонами правоотношениям, соответствующими установленным судом обстоятельствам дела.

В соответствии с ч. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (п. 1 ст. 167 ГК РФ).

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Притворная сделка характеризуется тем, что стороны умышленно искажают свое волеизъявление таким образом, чтобы вместо той сделки, которую они на самом деле хотят совершить, внешне это выглядело как иная сделка. Воля совершающих сделку лиц направлена не на те правовые последствия, которые отражены в волеизъявлении.

Согласно разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса РФ).

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.

В пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса РФ).

Таким образом, в предмет доказывания по делам о признании притворных сделок недействительными входит установление действительного волеизъявления сторон на совершение прикрываемой сделки, обстоятельства заключения договора и несоответствие волеизъявления сторон их действиям.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 86, абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок; само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса РФ.

Интерес истца в квалификации внешне совершенных сделок как притворных и в обнаружении действительно заключенной сделки может состоять не только в том, чтобы оспорить прикрываемую сделку, но и в том, чтобы исключить для себя те правовые последствия, которые формально порождают сделки прикрывающие.

Таким образом, действия сторон при заключении притворных сделок должны быть направлены в обход установленного законом какого-либо запрета: сокрытие действительной цены договора с целью освобождения от уплаты налога; в обход преимущественного права покупки; запрет дарения между коммерческими организациями и т.п.

Особенность доказывания оснований для признания сделки притворной заключается в том, что на заявителе лежит обязанность подтвердить, что воля обеих сторон была направлена не на возникновение правовых последствий, вытекающих из заключенной сделки (договора купли-продажи между ФИО6 и ФИО4).

Вместе с тем, достаточных доказательств того, что воля сторон сделки была направлена на достижение правовых последствий в виде отчуждения ФИО4 недвижимого имущества и его приобретения покупателем не ФИО6, а ФИО3, в частности, что после заключения договора купли-продажи спорного жилого дома его фактическим собственником стал ФИО3, а именно, что он стал нести бремя содержания спорного имущества, проживать в спорном жилом доме и т.п. в материалы дела не представлено. Свидетельские показания, данные ФИО4 и ФИО12 в ходе доследственной проверки сами по себе не могут является достаточным основанием для признания договора купли-продажи 28.04.2023 года притворной (мнимой) сделкой.

Отменяя апелляционное определение и направляя дело на новое рассмотрение суд кассационной инстанции указал на необходимость истребования материала об отказе в возбуждении уголовного дела, в рамках которого давались супругами ФИО10, а также предложить сторонам представить дополнительные доказательства в обоснование своих доводов, в частности вопроса о фактической передаче денежных средств по оспариваемому договору, обстоятельства волеизъявления сторон по факту оспариваемой сделки.

Во исполнение указаний суда кассационной инстанции судом апелляционной инстанции дважды направлялись запросы в ОП (ст.Новотитаровская) Отдела МВД России по Динскому району, а также предлагалось сторонам представить дополнительные доказательства.

Вместе с тем, ответ на вышеуказанные запросы от ОП (ст.Новотитаровская) Отдела МВД России по Динскому району в адрес суде на поступил, стороны дополнительных доказательств не представили, ходатайство об их истребовании не заявили, в связи с чем судебная коллегия пришла к выводу о рассмотрении дела по имеющимся материалам.

При этом, в силу ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон с учетом положений ч.5 ст.10 ГК РФ устанавливающей презумпцию добросовестности участников гражданских правоотношений бремя доказывания наличия оснований для признания сделки притворной отнесено в данном случае на истца.

Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. Суд вправе предложить им представить дополнительные доказательства. В случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств (часть 1 статьи 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В качестве обоснования притворности спорной сделки истец ссылается исключительно на пояснениях ФИО4 и ФИО12, данные в рамках доследственной проверки.

Оценивая данные показания, судебная коллегия критически относится к данным показания ввиду их противоречивости. В частности, к показаниям о том, что ФИО3 более 10 лет не знал о том, что является собственником спорного имущества, при этом оплачивая за него налоги. Кроме того, исходя из данных показаний спорный дом он построил в 2011 году, что противоречит представленному реестровому делу из которого следует, что ФИО4 приобрёл земельный участок на основании договора купли-продажи от 27.07.2012 года, и на земельном участке объекты недвижимости отсутствовали. Наличия каких-либо договоров заключенных между ФИО4 и ФИО3 на основании которых, в частности ФИО3 должен был переоформить на себя право собственности на спорный жилой дом в рамках доследственной проверки также не установлено. При этом, для регистрации права собственности за ФИО3 необходимо личное участие ФИО4 как собственника объекта недвижимого имущества, в виде подачи соответствующего заявления в регистрирующий орган, в связи с чем ФИО4 также не мог не знать, что право собственности на спорный жилой дом не было переоформлено на ответчика.

Кроме того, указанные показания и доводы истца о том, что ФИО3 не оформлял на себя право собственности на жилой дом с целью избежать взыскания задолженности перед истцом противоречат фактическим обстоятельствам дела.

Так, из материалов дела следует, что решением Павловского районного суда Краснодарского края от 15 июля 2020 года частично удовлетворен иск ФИО1 к ФИО3 о взыскании суммы задолженности по расписке от 04.03.2017 года, тогда как предполагаемая сделка между ФИО4 и ФИО3 согласно показаниям супругов ФИО10, данных в рамках доследственной проверки и которая не была зарегистрирована согласно данным показаниям состоялась ориентировочно в 2013 году, то есть за 4 года до подписания расписки и за 7 лет до взыскания вышеуказанной задолженности решением суда.

Также судебная коллегия принимает во внимание, что ФИО6 и ФИО3 не состоят в браке, при этом ФИО6 в настоящее время состоит в браке с иным лицом (ФИО13), при этом доказательств сговора бывших супругов, с целью дальнейшего вывода имущества от обращения на него взыскания также не представлено.

С учетом изложенного судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции и том, что истцом не представлено достаточных доказательств, подтверждающих, что воля сторон договора была направлена на создание иных правовых последствий. В договоре содержатся все существенные условия, характерные для такого вида сделок, в договоре прямо указаны правовые последствия его заключения, договор сторонами исполнен, право собственности перешло к ответчику ФИО6, каких-либо достоверных и достаточных доказательств, что спорная сделка прикрывала сделку с ФИО3, истцом также представлено не было.

Доводов, влияющих на законность решения и требующих дополнительной проверки, апелляционные жалобы не содержат. В связи с этим судебная коллегия не находит оснований к отмене постановленного судом решения. Процессуальных нарушений, которые могут служить основанием к отмене решения суда, судебная коллегия также не усматривает.

Судебная коллегия считает, что при разрешении настоящего спора правоотношения сторон в рамках заявленных требований и закон, подлежащий применению, определены судом первой инстанции правильно, обстоятельства, имеющие правовое значение, установлены на основании добытых по делу доказательств, оценка которым дана согласно статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 328 - 330 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

Решение Динского районного суда Краснодарского края от 24 сентября 2024 года - оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано в течение трех месяцев в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 29.01.2026 года.

Председательствующий: Попова Е.И.

Судьи: Бендюк А.К.

Ефименко Е.В.