16RS0051-01-2022-015090-31

СОВЕТСКИЙ РАЙОННЫЙ СУД 

ГОРОДА КАЗАНИ РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН 

Попова ул., д. 4а, г. Казань, Республика Татарстан, 420029, тел. (843) 264-98-00, факс 264-98-94

http://sovetsky.tat.sudrf.ru е-mail: sovetsky.tat@sudrf.ru

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Казань

12 февраля 2024 года Дело 2-16/2024

Советский районный суд города Казани в составе:

председательствующего судьи Глейдман А.А.,

при секретаре судебного заседания Газимзяновой Г.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО7 к ФИО10 ФИО9, ФИО8 о признании доверенности, договора дарения и договора купли-продажи недействительными, установлении факта принятия наследства,

УСТАНОВИЛ:

ФИО7 обратилась в суд с иском к ФИО12 (после регистрации брака присвоена фамилия ФИО10) о признании сделки недействительной и применении последствий недействительной сделки.

В обоснование заявленных требований указано, что истец и ее брат ФИО1 являются детьми ФИО5, умершей 

<

дата изъята>, и, следовательно, наследниками первой очереди по закону. После смерти ФИО5 истец и ФИО1 вступили в наследственные права, что подтверждается выданным им свидетельством о праве на наследство по закону от 

<

дата изъята>.

При жизни ФИО5 принадлежал земельный участок, расположенный по адресу: 

<

адрес изъят>, 

<

адрес изъят>, право собственности на который зарегистрировано за ней не было.

После смерти ФИО5 истец и ее брат ФИО1 фактически приняли наследство, так как несли бремя по содержанию вышеуказанного имущества. Они полагали, что смогут оформить право собственности на земельный участок на основании оформленных на имя матери документов. По семейным обстоятельствам истец была вынуждена переехать в Республику Беларусь. После ее отъезда ФИО1 продолжал пользоваться земельным участком, принадлежавшим их матери.

В настоящее время они решили оформить права собственности на земельный участок. Однако, после получения выписки из ЕГРН от 

<

дата изъята> истцу стало известно, что вышеназванный земельный участок принадлежит на праве собственности ответчику ФИО22 При этом у истца отсутствуют сведения о том, на каком основании у ответчика возникло право собственности на земельный участок. При получении документов из АО «БТИ РТ» истцу стало известно, что ответчик по договору дарения от 

<

дата изъята> получила садовый домик. Кем было осуществлено дарение, истцу неизвестно. В связи с изложенным ФИО7 просила суд признать недействительной (ничтожной) сделку на недвижимое имущество в виде земельного участка с кадастровым номером 

<

номер изъят> по адресу: 

<

адрес изъят>, 

<

адрес изъят> 

<

номер изъят>, отменить договор дарения от 5 июля 2004 года № 

<

номер изъят> применить последствия недействительности ничтожных сделок, признать недействительной запись в ЕГРН о государственной регистрации права собственности на указанный садовый участок.

В ходе рассмотрения дела истец неоднократно уточняла и дополняла заявленные исковые требования, окончательно просит суд признать недействительными:

- генеральную доверенность от 

<

дата изъята>, заверенную нотариусом Казанского нотариального округа ФИО13, выданную ФИО5 на имя ФИО6 на право подарить ФИО12 земельный участок 

<

номер изъят>, расположенный в 

<

адрес изъят>, кадастровый 

<

номер изъят>, общей площадью 448 кв.м, и садовый дом (инв. 

<

номер изъят>, лит. А) площадью 7 кв.м;

- договор дарения от 

<

дата изъята> земельного участка 

<

номер изъят>, расположенного в 

<

адрес изъят>, кадастровый 

<

номер изъят>, общей площадью 448 кв.м, и садового дома (инв. 

<

номер изъят>, лит. А) площадью 7 кв.м;

- договор купли-продажи от 

<

дата изъята> земельного участка 

<

номер изъят>, расположенного в 

<

адрес изъят>, кадастровый 

<

номер изъят>, общей площадью 448 кв.м, и садового дома (инв. 

<

номер изъят>, лит. А) площадью 7 кв.м, заключенный между ФИО12 и ФИО8

Также просит суд установить юридический факт принятия истцом ФИО7 и ФИО1 наследственного имущества в виде земельного участка 

<

номер изъят>, расположенного в 

<

адрес изъят>, кадастровый 

<

номер изъят>, общей площадью 448 кв.м, и садового дома (инв. № 31-7, лит. А) площадью 7 кв.м.

В связи с увеличением исковых требований протокольным определением 

<

дата изъята> судом по ходатайству представителя истца к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФИО8

В судебное заседание истец ФИО7 и третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне истца ФИО1 не явились, обеспечили явку своего представителя ФИО14, действующего на основании доверенности, который в судебном заседании заявленные требования поддержал, настаивал на их удовлетворении. Дополнительно суду пояснил, что ФИО5 всю жизнь была безграмотной, учебные заведения не заканчивала, читать и писать она не умела. Не способна была понимать значение своих действий и руководить ими. В последние годы жизни имела ряд серьезных заболеваний, в том числе, плохое зрение. Опиралась только на помощь близких людей – своих детей. После смерти ФИО5 

<

дата изъята>, а также в сентябре 2022 года истцу стало известно, что их дальняя родственница ФИО6, пользуясь доверием, неграмотностью, слабым зрением ФИО5, доверчивостью ее сыновей ФИО1 и ФИО2, которые в настоящее время умерли, совершила ряд нотариальных сделок, направленных на отчуждение их личного недвижимого имущества, в том числе и спорных земельного участка и садового дома. Заявил ходатайство о назначении по делу посмертной комплексной психолого-психиатрической экспертизы. Также пояснил, что о принадлежности спорного земельного участка ФИО10 истцу и третьему лицу стало известно только в сентябре 2022 года.

Ответчик ФИО10 и ее представитель ФИО15 в судебном заседании исковые требования не признали, просил в их удовлетворении отказать. Дополнительно суду пояснял, что уже с 2007 года истец знала или должна была знать, что спорное недвижимое имущество выбыло из собственности наследодателя и принадлежит ФИО10, какие-либо обязательные платежи за спорное имущество ею не вносились. Заявили о пропуске истцом срока исковой давности, установленного действующим законодательством.

Привлеченная судом к участию в деле в качестве соответчика ФИО8 в судебное заседание не явилась, о рассмотрении дела извещена надлежащим образом, о причинах неявки суд не уведомила, ходатайств об отложении судебного заседания не поступило. Ране в судебном заседании исковые требования не признала, пояснив суду, что спорный земельный участок приобретен ею на основании договора купли-продажи в установленном законом порядке. Объявление о продаже участка было найдено ею на сайте Авито.

Выслушав пояснения явившихся лиц, изучив материалы дела, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Пунктами 1 и 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии с абзацем 1 пункта 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу пункта 2 статьи 154 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонней считается сделка, для совершения которой в соответствии с законом, иными правовыми актами или соглашением сторон необходимо и достаточно выражения воли одной стороны.

Согласно пункту 1 статьи 185 Гражданского кодекса Российской Федерации доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу или другим лицам для представительства перед третьими лицами.

Пунктом 1 статьи 185. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что доверенность на совершение сделок, требующих нотариальной формы, на подачу заявлений о государственной регистрации прав или сделок, а также на распоряжение зарегистрированными в государственных реестрах правами должна быть нотариально удостоверена, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Доверенность может быть признана недействительной по общим требованиям о недействительности сделок.

В силу положений пункта 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно части 3 статьи 574 Гражданского кодекса Российской Федерации договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

В силу пунктов 1, 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

Согласно статье 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Судом установлено и из материалов дела следует, что 

<

дата изъята> умерла мать истца ФИО7 и третье лицо ФИО1 – ФИО5

При жизни 

<

дата изъята> ФИО16 была оформлена доверенность, которой она уполномочила ФИО6 подарить ФИО12 принадлежащие ей земельный участок и садовый дом, расположенные в садоводческом товариществе «Казанка» 

<

адрес изъят> Республики Татарстан. Указанная доверенность была выдана сроком на три года, удостоверена нотариусом нотариального округа 

<

адрес изъят> Республики Татарстан ФИО17 и зарегистрирована в реестре за № зп-1216.

<

дата изъята>, ФИО6, действуя на основании указанной доверенности от имени ФИО16, оформила договор дарения садового домика ФИО12, 

<

дата изъята> года рождения, в интересах которой действовал ее отец ФИО18 По условиям договора дарения даритель передал в собственность одаряемого садовый домик под номером 7 общей площадью 7 кв.м, расположенный на земельном участке площадью 448 кв.м с кадастровым номером 

<

адрес изъят>, находящийся в садоводческом товариществе «Казанска» Советского района г. Казани.

Данный договор был зарегистрирован в Управлении Федеральной регистрационной службы по Республике Татарстан 14 июля 2004 года.

<

дата изъята> Управлением Федеральной регистрационной службы по 

<

адрес изъят> за ФИО12, 

<

дата изъята> года рождения, зарегистрировано право собственности на земельный участок площадью 448 кв.м, расположенный по адресу: 

<

адрес изъят>, 

<

адрес изъят> 

<

номер изъят>, что подтверждается представленной в материалах дела копией свидетельства о государственной регистрации права серии 

<

адрес изъят>.

На основании договора купли-продажи земельного участка и садового дома от 

<

дата изъята> ФИО22 продала вышеуказанные земельный участок с кадастровым номером 

<

номер изъят> и садовый дом с кадастровым номером 

<

номер изъят> ФИО8, которая в настоящее время и является собственником указанного имущества.

Также судом установлено и из материалов дела следует, что истец ФИО7 и третье лицо ФИО1 являются наследниками первой очереди по закону после смерти их матери ФИО5

<

дата изъята> нотариусом Казанского нотариального округа Республики Татарстан ФИО19 было открыто наследственное дело 

<

номер изъят> к имуществу ФИО5, умершей 

<

дата изъята>.

Из представленной нотариусом Казанского нотариального округа Республики Татарстан ФИО19 по запросу суда копии наследственного дела следует, что после смерти ФИО5 с заявлениями о принятии наследства к нотариусу обратились дети умершей ФИО7, ФИО3, ФИО4 и ФИО20

В рамках наследственного дела 

<

дата изъята> нотариусом наследникам на основании статьи 1142 Гражданского кодекса Российской Федерации было выдано свидетельство о праве на наследство по закону, в 1/4 доле каждому из наследников ФИО7, ФИО3, ФИО4 и ФИО20, на наследственное имущество, состоящее из денежных вкладов, хранящихся в операционной кассе вне кассового узла 

<

номер изъят> Советского отделения СБ РФ 

<

номер изъят> в 

<

адрес изъят> на счетах 

<

номер изъят> и 

<

номер изъят>, с причитающимися процентами и денежной компенсацией.

Какое-либо иное имущество, принадлежавшее на день смерти наследодателю, в рамках наследственного дела заявлено не было.

Обращаясь в суд с данным иском и уточняя заявленные требования, истец изначально обосновывала их тем, что подпись в доверенности, выданной 

<

дата изъята> на имя ФИО6 выполнена не ФИО5, а иным лицом.

С целью устранения возникших сомнений относительно принадлежности подписи в доверенности ФИО5 судом было назначено проведение судебной почерковедческой экспертизы.

Между тем экспертным учреждением представлено сообщение о невозможности дать заключение эксперта от 

<

дата изъята> 

<

номер изъят>, из которого следует, что ответить на поставленный перед экспертом вопрос «Кем, самой ФИО5 или другим лицом выполнена подпись в доверенности от 

<

дата изъята>, выданной на имя ФИО6, удостоверенной нотариусом нотариального округа г. Казани ФИО11, реестровая запись зп-1216» не представилось возможным в связи отсутствием подлинника исследуемого документа.

В последующем истец уточнила свои требования, указав, что на момент составления доверенности ФИО5 в силу состояния здоровья, не была способна понимать значение своих действий и руководить ими. Также указано, что в силу возраста и неграмотности ФИО5, которая не имела образования, не умела читать и писать, она была введена в заблуждение относительно совершаемой сделки.

Оценивая указанные доводы истца, суд приходит к следующему.

Пунктом 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

С учетом изложенного, применительно к настоящему делу, только неспособность ФИО5 в момент составления доверенности от 20 мая 2004 года понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания этой сделки недействительной, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом отсутствует.

То есть, юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у ФИО5 в момент составления доверенности на отчуждение спорного земельного участка и садового дома, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

Вместе с тем каких-либо доказательств, свидетельствующих о наличии у ФИО5 таких заболеваний, стороной истца суду не представлено.

Истцом заявлено ходатайство о назначении по делу судебной посмертной комплексной психолого-психиатрической экспертизы с целью разрешения вопросов: способна ли бы ФИО5 осознавать свои действия и их значение при составлении оспариваемой доверенности от 20 мая 2004 года; страдала ли ФИО5 какими-либо психическими заболеваниями и иными расстройствами психики, которые препятствовали бы ей осознавать свои действия и их значение; могла ли ФИО5 в обстоятельствах окружающей психологической обстановки, с учетом собственного психологического состояния, осознавать свои действия и руководить ими.

Между тем каких-либо доказательств, позволяющих предположить, что при жизни и на момент оформления оспариваемой доверенности ФИО5 страдала каким-либо психическим расстройством, истцом суду не представлено.

По ходатайству истца судом был направлен запрос в Университетскую клинику 

<

номер изъят> Казанского Федерального университета с целью истребовать медицинские документы по фактам обращения ФИО16 за медицинской помощь, на который дан ответ, что в архиве МСЧ КФУ медицинская документация на ФИО21 отсутствует.

Также по ходатайству истца судом был направлен запрос в ГБУ «Государственный архив Республики Татарстан» с целью истребования сведений о трудовой деятельности ФИО5 в Татарстанском обкоме КПСС (Рескома), на который получен ответ, что личные дела, анкеты технического персонала Татарстанского обкома КПСС (Рескома) на хранение в архив не поступали.

В судебном заседании ФИО1 пояснил, что проживал вместе с матерью ФИО5, они вместе ходили к врачу, при этом ему не известно, состояла ли она на учете у психиатра. Также он пояснил, что у ФИО5 была старческая деменция, что проявлялась в ее растерянности и потере памяти, при этом всех своих детей она узнавала, она была неграмотной и не хотела учиться.

Между тем неграмотность ФИО5 и отсутствие у нее образования, а также проблемы со зрением, не могут свидетельствовать о наличии у нее какого-либо психического заболевания.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии достаточных оснований для назначения по делу судебной посмертной психолого-психиатрической экспертизы, в связи с чем данное ходатайство истца подлежит оставлению без удовлетворения.

В соответствии с пунктами 1-2 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 приведенной нормы права, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

По смыслу приведенных норм юридически значимым обстоятельством по настоящему делу является то, понимала ли ФИО5 на момент оформления доверенности сущность сделки, ее правовые последствия, на совершение какой сделки была направлена ее воля.

В данном случае, обязанность доказывания обстоятельств, изложенных в статье 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, лежит на лице, обратившемся за защитой нарушенного права. Однако таких доказательств истцом суду не представлено.

Как установлено судом, оспариваемая доверенность была подписана ФИО5 и удостоверена нотариусом нотариального округа города Казани Республики Татарстан ФИО17

Из текста доверенности следует, что содержание статей 187-189 Гражданского кодекса Российской Федерации доверителю были разъяснены. Содержание доверенности доверителю зачитано вслух.

С учетом приведенной мотивации суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания недействительными доверенности от 20 мая 2004 года, заверенной нотариусом Казанского нотариального округа ФИО13, выданной ФИО5 на имя ФИО6, а, следовательно, и оформленного на основании указанной доверенности договора дарения садового домика от 5 июля 2004 года, и последующего договора купли-продажи земельного участка и садового дома от 3 октября 2022 года.

Принимая во внимание, что на момент открытия наследства после смерти ФИО5 спорное недвижимое имущество в виде земельного участка и садового дома выбыло из ее владения, следовательно, оно не входит в состав наследства, соответственно заявленные истцом требования об установлении факта принятия наследства в виде земельного участка также удовлетворению не полежат.

Доводы стороны истца о том, что заключенный между ответчиками договор купли-продажи земельного участка и садового дома от 3 октября 2022 года является недействительным в силу его безденежности, также не могут быть признаны судом обоснованными, поскольку каких-либо доказательств, свидетельствующих о безденежности данного договора суду не представлено. Более того, данные доводы опровергаются, как показаниями самих ответчиков, пояснивших, что расчет по договору купли-продажи был произведен между ними в полном объеме, так и содержанием договора, из которого следует, что расчет между сторонами произведен до подписания договора.

В то же время суд не может согласиться с доводами стороны ответчика ФИО10 о пропуске истцом срока исковой давности.

Так, по смыслу указанной правовой нормы доверенность представляет собой одностороннюю сделку, из которой возникает право поверенного выступать от имени доверителя, в том числе распоряжаться имуществом, в данном случае, земельным участком и садовым домом, в связи с чем, к исковым требованиям об оспаривании настоящей доверенности в полной мере применимы положения Гражданского кодекса Российской Федерации о недействительности сделок. Таким образом, учитывая вышеприведенные положения Гражданского кодекса Российской Федерации.

В данном случае оспариваемая доверенность является оспоримой сделкой.

В силу положений пункта 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО7 указывает, что в данном случае о нарушении ее прав и переходе прав собственности на спорные объекты недвижимости к ответчику ей стало известно в сентябре 2022 года при получении выписки из ЕГРН от 

<

дата изъята>. Настоящее исковое заявление было подано в суд 

<

дата изъята>.

Доказательств того, что ФИО7 ранее указанной даты было известно об отчуждении наследодателем спорного земельного участка и садового дома в пользу ответчика, при условии, что на протяжении длительного времени земельным участком и садовым домом пользовался ФИО1, в материалах дела не имеется.

Ссылка ответчика на то, что в ходе судебного заседания третье лицо ФИО1 пояснил, что еще в 2021 году, в период беременности, ФИО10 обращалась к нему по вопросу продажи земельного участка и садового дома, не может быть принята судом во внимание, поскольку данных об осведомленности истца ФИО7 об указанной беседе в материалах дела не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Ходатайство представителя истца ФИО7 о назначении по делу посмертной комплексной психолого-психиатрической экспертизы оставить без удовлетворения.

В удовлетворении исковых требований ФИО7 (

<

номер изъят>) к ФИО10 ФИО9 (

<

номер изъят>), ФИО8 (

<

номер изъят>) о признании недействительными:

- доверенность от 20 мая 2004 года, заверенную нотариусом Казанского нотариального округа ФИО23, выданную ФИО24 на имя ФИО25;

- договор дарения садового домика от 5 июля 2004 года;

- договор купли-продажи земельного участка и садового дома от 3 октября 2022 года, а также об установлении факта принятия наследства в виде земельного участка – отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Татарстан в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Советский районный суд г. Казани.

Судья Советского 

районного суда города Казани /подпись/ А.А. Глейдман

Мотивированное решение составлено 19 февраля 2024 года.

Копия верна. Судья А.А. Глейдман