мотивированное 

решение

 изготовлено 

и подписано 20 февраля 2024 года

66RS0001-01-2023-006070-86

2-247/2024

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

12 февраля 2024 года город Екатеринбург

Верх-Исетский районный суд города Екатеринбурга Свердловской области в составе председательствующего судьи Евграфовой Н.Ю., 

при секретаре Танаевой Ю.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Заместителя прокурора Свердловской области в интересах Российской Федерации к ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 о взыскании денежных средств,

установил:

Заместитель прокурора Свердловской области обратился в интересах Российской Федерации в суд с исковым заявлением к ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 о взыскании денежных средств.

В обоснование заявленных требований указано, что приговором Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от ДД.ММ.ГГГГ по уголовному делу №, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО5, ФИО4, ФИО6 признаны виновными в совершении преступлений, предусмотренных п. «а», «б» ч. 2 ст. 172 УКРФ.

Как установлено приговором, указанные лица организованной группой осуществляли банковскую деятельность (банковские операции) без регистрации или без специального разрешения (лицензии), что повлекло извлечение дохода в особо крупном размере. 

Осуществляемая ответчиками деятельность позволила заказчикам незаконных банковских операций избежать государственного и банковского контроля законности проводимых операций, а также не соблюдать порядок осуществления безналичных расчетов и правила организации наличного денежного обращения, установленные п. 1 ст. 845, п. 1 ст. 847, п.1 ст. 854 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 10.07.2002 №86-ФЗ «О Центральном Банке Российской Федерации (Банке России)», Федеральным законом от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности», Инструкцией Центрального Банка Российской Федерации от 02.04.2010 № 135-И «О порядке принятия Банком России решения о государственной регистрации кредитных организаций и выдаче лицензий на осуществление банковских операций», Инструкцией Центрального Банка Российской Федерации от 29.01.2018 № 630-П «О порядке ведения кассовых операций и правилах хранения, перевозки и инкассации банкнот и монет Банка России в кредитных организациях на территории Российской Федерации».

Деятельность ответчиков была направлена на вывод активов из реального сектора экономики России, сокрытие дохода от налогообложения с извлечением неконтролируемого государством дохода в крупном размере. 

В нарушение ст. ст. 1, 5 Федерального закона «О банках и банковской деятельности» ответчиками осуществлялась деятельность в качестве кредитного учреждения без образования банка или иной кредитной организации путем совершения операций, имеющих признаки банковских операций: привлечение денежных средств физических и юридических лиц во вклады, размещение привлеченных средств от своего имени и за свой счет, открытие и ведение банковских счетов физических и юридических лиц, осуществление переводов денежных средств по поручению физических и юридических лиц, в том числе банков-респондентов, по их банковским счетам, инкассация денежных средств, которую согласно ст. ст. 1, 12, 13 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», ст. 4 Федерального закона «О Центральном Банке Российской Федерации (Банке России)» вправе осуществлять лишь юридические лица, обладающие статусом кредитной организации и зарегистрированные в налоговом органе в установленном законом порядке, на основании лицензии, выдаваемой Банком России.

Незаконная деятельность осуществлялась ответчиками путем совершения следующих действий:

использования «номинальных» юридических лиц, зарегистрированных в установленном законом порядке на подставных лиц, то есть на лиц, которые являются учредителями (участниками) юридического лица или органами управления юридического лица, путем введения их в заблуждение либо без ведома которых были внесены сведения в Единый государственный реестр юридических лиц, а также лиц, которые являются органами управления юридического лица, у которых отсутствует цель управления юридическим лицом, и (или) индивидуальных предпринимателей, зарегистрированных без цели осуществления законной предпринимательской деятельности, которые являлись подконтрольными ответчикам;

открытия счетов на имя указанных юридических лиц и индивидуальных предпринимателей;

обеспечения поступления безналичных денежных средств на счета подконтрольных организаций от заказчиков незаконных банковских операций (либо их представителей) - клиентов;

перечисления безналичных денежных средств на необходимые счета подконтрольных организаций и индивидуальных предпринимателей (в целях конспирации) для создания видимости законности осуществляемых операций (неоднократное перечисление - транзит);

оформления платежных документов с целью снятия и непосредственной передачи наличных денежных средств клиентам - заказчикам незаконных банковских операций, переведенных из безналичной формы;

получения комиссионных (дохода) в размере не менее 4 % от суммы незаконных банковских операций по переводу безналичных денежных средств в наличные, их инкассации и передачи клиентам - заказчикам незаконных банковских операций, являвшихся источником распределявшегося незаконного дохода.

Как установлено приговором, ФИО1, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 приобрели при неустановленных следствием обстоятельствах учредительные и регистрационные документы не осуществляющих финансово-хозяйственную деятельность коммерческих организаций, учредителями и руководителями которых являлись подставные лица, не имеющие отношения к их деятельности, а также индивидуальных предпринимателей: 

<

иные данные>, организовав регистрацию их в качестве индивидуальных предпринимателей, открытие на их имя счетов в ПАО «ФК Открытие».

На счет указанных лиц от заказчиков незаконных банковских операций для обналичивания поступали денежные средства, которые в последующем неоднократно перечислялись ответчиками на подконтрольные им счета для создания видимости законности проведенных операций, после чего осуществлялись перечисления денег на счета, привязанные к банковским картам, находящимся в пользовании ответчиков, в последующем инкассировались с банкоматов и передавались в наличной форме заказчикам незаконных операций с извлечением дохода от указанных незаконных банковских операций в размере не менее 4 %, а именно 2 897 129,06 руб. + 4 227 590,21 руб. + 5 293 820,47 руб. + 390 372,72 руб.

Всего в результате совершения преступления участниками организованной группы ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 извлечен доход в сумме 12 808 912,46 руб.

Указанные обстоятельства установлены вступившим в законную силу приговором суда, который при рассмотрении настоящего иска имеет преюдициальное значение в силу п. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса РФ, согласно которому вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Размер извлеченного дохода является квалифицирующим признаком преступления, предусмотренного ст. 172 Уголовного кодекса РФ, в связи с чем установлен в ходе уголовного судопроизводства посредством финансовых экспертиз. Данные денежные средства подлежат взысканию в доход Российской Федерации по основаниям, предусмотренным ст. 169 Гражданского кодекса РФ.

Денежные средства в размере 12 808 912,46 руб. получены ответчиками в качестве дохода в результате противоречащей закону деятельности, следовательно, законными владельцами таких денежных средств ответчики не являются.

Установленная указанным выше приговором схема осуществления незаконной банковской деятельности направлена на способствование клиентам ответчиков избежать указанных процедур и ограничений.

Совершенные в рамках указанной деятельности сделки являются антисоциальными и ничтожными, в связи с чем влекут обращение полученных по ним денежных средств в доход государства.

Принимая во внимание, что приговором Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от ДД.ММ.ГГГГ по уголовному делу № установлено осуществление незаконных финансовых операций участниками организованной группы ответчиками, денежные средства размере 12 808 912,46 руб. подлежат взысканию в доходов РФ с указанных лиц солидарно.

На основании изложенного, истец приведя правовые основания просил взыскать с ответчиков денежные средства, полученные в результате осуществления незаконной банковской деятельности, в сумме 12 808 912,46 рублей. 

В судебном заседании прокурор 

<

ФИО>13 исковые требования поддержала, подтвердила обстоятельства, изложенные в исковом заявлении.

Ответчик 

<

ФИО>17, ее представитель 

<

ФИО>14, действующий на основании ордера, в судебном заседании возражали против удовлетворения иска, поддержали доводы возражений.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, направил своего представителя ФИО7, действующего на основании ордера, который в судебном заседании возражал против удовлетворения иска, указал, что истец не перечислил сделки, которые просит признать недействительными, в связи с чем, исковые требования удовлетворены быть не могут.

Ответчики ФИО1, ФИО3, ФИО5, ФИО6 в судебное заседание не явились, извещены надлежаще, причины неявки суду не сообщили.

Третьи лица ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18 в судебное заседание не явились, извещены надлежаще, причины неявки суду не сообщили.

Суд считает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав лиц участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации, человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В соответствии с ч. 1 ст. 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований.

В соответствии со статьей 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. В силу части 1 статьи 14 Уголовного кодекса Российской Федерации преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное данным кодексом под угрозой наказания.

Таким образом, действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, в частности по передаче денежных средств и иного имущества (сделки), в случае их общественной опасности и обусловленного этим уголовно-правового запрета могут образовывать состав преступления, например, сделки с объектами гражданских прав, оборотоспособность которых ограничена законом, передача денежных средств и имущества в противоправных целях и т.п.

Вместе с тем квалификация одних и тех же действий как сделки по нормам Гражданского кодекса Российской Федерации и как преступления по нормам Уголовного кодекса Российской Федерации влечет разные правовые последствия: в первом случае - признание сделки недействительной (ничтожной) и применение последствий недействительности сделки судом в порядке гражданского судопроизводства либо посредством рассмотрения гражданского иска в уголовном деле, во втором случае - осуждение виновного и назначение ему судом наказания и иных мер уголовно-правового характера, предусмотренных Уголовным кодексом Российской Федерации, либо освобождение от уголовной ответственности и наказания или прекращение дела по нереабилитирующим основаниям в порядке, предусмотренном Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

При этом признание лица виновным в совершении преступления и назначение ему наказания по нормам Уголовного кодекса Российской Федерации сами по себе не означают, что действиями осужденного не были созданы изменения в гражданских правах и обязанностях участников гражданских правоотношений, а также не означают отсутствия необходимости в исправлении таких последствий.

Судом установлено, что приговором Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от ДД.ММ.ГГГГ по уголовному делу №, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО5, ФИО4, ФИО6 признаны виновными в совершении преступлений, предусмотренных п. «а», «б» ч. 2 ст. 172 УКРФ.

Как установлено приговором, ФИО1, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 приобрели при неустановленных следствием обстоятельствах учредительные и регистрационные документы не осуществляющих финансово-хозяйственную деятельность коммерческих организаций, учредителями и руководителями которых являлись подставные лица, не имеющие отношения к их деятельности, а также индивидуальных предпринимателей: 

<

иные данные>, организовав регистрацию их в качестве индивидуальных предпринимателей, открытие на их имя счетов в ПАО «ФК Открытие».

На счет указанных лиц от заказчиков незаконных банковских операций для обналичивания поступали денежные средства, которые в последующем неоднократно перечислялись ответчиками на подконтрольные им счета для создания видимости законности проведенных операций, после чего осуществлялись перечисления денег на счета, привязанные к банковским картам, находящимся в пользовании ответчиков, в последующем инкассировались с банкоматов и передавались в наличной форме заказчикам незаконных операций с извлечением дохода от указанных незаконных банковских операций в размере не менее 4 %, а именно 2 897 129,06 руб. + 4 227 590,21 руб. + 5 293 820,47 руб. + 390 372,72 руб.

Всего в результате совершения преступления участниками организованной группы ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 извлечен доход в сумме 12 808 912,46 руб.

Указанные обстоятельства установлены вступившим в законную силу приговором суда, который при рассмотрении настоящего иска имеет преюдициальное значение в силу п. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса РФ, согласно которому вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Как указывает истец, денежные средства в размере 12 808 912,46 руб. получены ответчиками в качестве дохода в результате противоречащей закону деятельности, следовательно, законными владельцами таких денежных средств ответчики не являются.

Как установлено п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом (п. 3 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ).

В соответствии с п. 3 ст. 42 Уголовно-процессуального кодекса РФ потерпевшему обеспечивается возмещение имущественного вреда, причиненного 1 преступлением.

Согласно ст. 15 Гражданского кодекса РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.

Отношения граждан Российской Федерации, организаций, осуществляющих операции с денежными средствами или иным имуществом, в целях предупреждения, выявления и пресечения деяний, связанных с легализацией (отмыванием) доходов, полученных преступным путем, финансированием терроризма и финансированием распространения оружия массового уничтожения, а также отношения юридических лиц и федеральных органов исполнительной власти, связанные с установлением бенефициарных владельцев юридических лиц, регулируются Федеральным законом от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» (далее - Закон о противодействии легализации доходов, Федеральный закон № 115).

Согласно ст. 1 названного закона последний направлен на защиту прав и законных интересов граждан, общества и государства путем создания правового механизма противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, финансированию терроризма и финансированию распространения оружия массового уничтожения.

Как установлено ст. 3 Закона о противодействии легализации доходов под легализацией (отмыванием) доходов, полученных преступным путем, понимается придание правомерного вида владению, пользованию или распоряжению денежными средствами или иным имуществом, полученными в результате совершения преступления.

Операции с денежными средствами или иным имуществом - действия физических и юридических лиц с денежными средствами или иным имуществом независимо от формы и способа их осуществления, направленные на установление, изменение или прекращение связанных с ними гражданских прав и обязанностей.

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 6 Закона о противодействии легализации доходов операция с денежными средствами или иным имуществом если сумма, на которую она совершается, равна или превышает 600000 рублей либо равна сумме в иностранной валюте, эквивалентной 600000 рублей, или превышает ее, а по своему характеру данная операция относится к операциям с денежными средствами в наличной форме (снятие со счета или зачисление на счет юридического лица денежных средств в наличной форме, если это не обусловлено характером его хозяйственной деятельности), такая операция подлежит обязательному контролю.

В связи с изложенным Банк России в Методических рекомендациях о повышении внимания кредитных организаций к отдельным операциям клиентов, утвержденных Банком России 02.02.2017 № 4-МР, поручает кредитным организациям обеспечить повышенное внимание всем операциям такого клиента, а также реализовывать в отношении операций клиента право на отказ в совершении операций, предусмотренное п. 11 ст. 7 Закона о противодействии легализации доходов, по основаниям наличия подозрений, что операции совершаются в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма. В случае принятия в течение календарного года двух решений об отказе в выполнении распоряжения клиента о совершении операции на основании п. 11 ст. 7 Федерального закона № 115-ФЗ реализовывать в отношении клиента право на расторжение договора банковского счета (вклада) с клиентом, предусмотренное п. 5.2 ст. 7 Федерального закона № 115-ФЗ.

Гражданским законодательством установлен запрет на совершение действий в обход закона и преследование противоправных целей (ст. 10 ГК РФ). В силу п. 4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из недобросовестного поведения.

В соответствии со ст. 169 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Обращаясь с настоящим исковым заявлением, заместитель прокурора Свердловской области не указывает конкретные сделки, которые он просит признать недействительными.

Вместе с тем, гражданским кодексом Российской Федерации недействительность сделок, нарушающих требования закона или иного правового акта, в отсутствие иных, специальных оснований недействительности сделки предусмотрена статьей 168 данного кодекса.

Однако если сделка не просто незаконна, а совершена с целью, противной основам правопорядка и нравственности, что очевидно в случае ее общественной опасности и уголовно-правового запрета, такая сделка является ничтожной в силу статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 8 июня 2004 г. N 226-О, статья 169 Гражданского кодекса Российской Федерации указывает, что квалифицирующим признаком антисоциальной сделки является ее цель, то есть достижение такого результата, который не просто не отвечает закону или нормам морали, а противоречит - заведомо и очевидно для участников гражданского оборота - основам правопорядка и нравственности. Антисоциальность сделки, дающая суду право применять данную норму Гражданского кодекса Российской Федерации, выявляется в ходе судопроизводства с учетом всех фактических обстоятельств, характера допущенных сторонами нарушений и их последствий.

Вместе с тем статьей 169 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что такая сделка влечет последствия, установленные статьей 167 данного кодекса. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Согласно статье 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1).

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2).

Как разъяснено в пункте 85 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в качестве сделок, совершенных с указанной целью, могут быть квалифицированы сделки, которые нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои. К названным сделкам могут быть отнесены, в частности, сделки, направленные на производство и отчуждение объектов, ограниченных в гражданском обороте (соответствующие виды оружия, боеприпасов, наркотических средств, другой продукции, обладающей свойствами, опасными для жизни и здоровья граждан, и т.п.); сделки, направленные на изготовление, распространение литературы и иной продукции, пропагандирующей войну, национальную, расовую или религиозную вражду; сделки, направленные на изготовление или сбыт поддельных документов и ценных бумаг; сделки, нарушающие основы отношений между родителями и детьми.

Нарушение стороной сделки закона или иного правового акта, в частности уклонение от уплаты налога, само по себе не означает, что сделка совершена с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности.

Для применения статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что цель сделки, а также права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей заведомо противоречили основам правопорядка или нравственности и хотя бы одна из сторон сделки действовала умышленно.

Сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, влечет общие последствия, установленные статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации (двусторонняя реституция). В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Таким образом, признание сделки ничтожной на основании статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации влечет общие последствия, предусмотренные статьей 167 этого кодекса, в виде двусторонней реституции, а взыскание в доход Российской Федерации всего полученного по такой сделке возможно в случаях, предусмотренных законом.

Однако в качестве такого закона, устанавливающего гражданско-правовые последствия недействительности сделок, не могут рассматриваться нормы Уголовного кодекса Российской Федерации о конфискации имущества.

Так, в силу статьи 2 Уголовного кодекса Российской Федерации задачами данного кодекса являются: охрана прав и свобод человека и гражданина, собственности, общественного порядка и общественной безопасности, окружающей среды, конституционного строя Российской Федерации от преступных посягательств, обеспечение мира и безопасности человечества, а также предупреждение преступлений (часть 1).

Для осуществления этих задач данный кодекс устанавливает основание и принципы уголовной ответственности, определяет, какие опасные для личности, общества или государства деяния признаются преступлениями, и устанавливает виды наказаний и иные меры уголовно-правового характера за совершение преступлений (часть 2).

Согласно части 1 статьи 3 этого же кодекса (принцип законности) преступность деяния, а также его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия определяются только данным кодексом.

Конфискация имущества относится к иным мерам уголовно-правового характера (глава 15.1 Уголовного кодекса Российской Федерации) и согласно части 1 статьи 104.1 названного кодекса состоит в принудительном безвозмездном изъятии и обращении в собственность государства на основании обвинительного приговора следующего имущества: а) денег, ценностей и иного имущества, полученных в результате совершения преступлений, предусмотренных в том числе статьей 290 этого кодекса; б) денег, ценностей и иного имущества, в которые имущество, полученное в результате совершения преступлений, предусмотренных статьями, указанными в пункте «а» данной части, и доходы от этого имущества были частично или полностью превращены или преобразованы.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 июня 2018 г. № 17 «О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве», конфискация имущества является мерой уголовно-правового характера, состоящей в принудительном безвозмездном его изъятии и обращении в собственность государства, что связано с ограничением конституционного права граждан на частную собственность и осуществляется в точном соответствии с положениями Конституции Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права и международными договорами Российской Федерации, требованиями уголовного и уголовно-процессуального законодательства.

Согласно абзацу второму пункта 4 этого же постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации по делам о коррупционных преступлениях деньги, ценности и иное имущество, переданные в виде взятки или предмета коммерческого подкупа, подлежат конфискации и не могут быть возвращены взяткодателю либо лицу, совершившему коммерческий подкуп, в том числе в случаях, когда они освобождены от уголовной ответственности.

С учетом приведенных выше норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации предусмотренная статьей 104.1 Уголовного кодекса Российской Федерации конфискация имущества, переданного в виде взятки, является мерой уголовно-правового характера и применяется на основании постановления суда, вынесенного по результатам рассмотрения уголовного дела, а не решения суда по гражданскому делу.

Применение принудительных мер уголовно-правового характера в порядке гражданского судопроизводства, тем более после вступления в законную силу приговора суда, которым определено окончательное наказание лицу, осужденному за совершение преступления, является недопустимым, поскольку никто не может быть повторно осужден за одно и то же преступление (часть 1 статьи 50 Конституции Российской Федерации).

При этом гражданское судопроизводство не может использоваться для исправления недостатков и упущений уголовного процесса, если таковые имели место даже по аналогии закона.

Предусмотренная же статьей 243 Гражданского кодекса Российской Федерации конфискация, не является мерой уголовно-правового характера, однако применяется только в случаях, предусмотренных законом.

Из установленных судом обстоятельств настоящего дела следует, что за совершение названных выше действий по незаконному получению денежных средств в отношении ответчиков вынесен обвинительный приговор и им назначено наказание в виде лишения свободы, штрафа и лишения права занимать определенные должности в течение установленного судом срока, однако конфискация имущества не предусмотрена.

При таких обстоятельствах суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований.

Дело рассмотрено в пределах заявленных требований. Иных требований, либо требований по иным основаниям на рассмотрение суда не заявлено, доказательств не представлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 55, 56, 57, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковое заявление Заместителя прокурора Свердловской области в интересах Российской Федерации к ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 о взыскании денежных средств оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме, с подачей жалобы через Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга Свердловской области.

Судья: Н.Ю. Евграфова