Мотивированное апелляционный 

приговор

 вынесен 26 января 2026 года

Председательствующий Карпенко А.В. Дело № 22-215/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда всоставе председательствующего Нагорнова В.Ю., судей Андреева А.А., Наделяевой Т.В. при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Скукиной Е.С., сучастием осужденного ФИО1, его защитника – адвоката Евдокимовой Н.Ю., прокурора апелляционного отдела прокуратуры Свердловской области Жуковой Ю.В. рассмотрела в открытом судебном заседании 21января 2026 года в г.Екатеринбурге с применением систем видеоконференц-связи и аудиопротоколирования уголовное дело поапелляционным жалобам осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Мясникова А.П. на приговор Ревдинского городского суда Свердловской области от 01 октября 2025 года в отношении ФИО1.

Заслушав выступления осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Евдокимовой Н.Ю., поддержавших доводы апелляционных жалоб, прокурора Жуковой Ю.В., поддержавшей доводы апелляционного представления, судебная коллегия

установила:

указанным приговором ФИО2, родившийся 

<

дата> вг.Ревде Свердловской области, ранее судимый:

19 августа 2022 года приговором Ревдинского городского суда Свердловской области по ч. 1 ст. 222 УК Российской Федерации к 1 году 6месяцам ограничения свободы;

01 сентября 2022 года приговором мирового судьи судебного участка № 1 Ревдинского судебного района Свердловской области по ст. 319 УК Российской Федерации к 240 часам обязательных работ; путем частичного сложения вновь назначенного наказания с наказанием по приговору от 19 августа 2022 года по правилам ч. 2 ст. 72 и ч. 5 ст. 69 УК Российской Федерации по совокупности преступлений назначено окончательное наказание в виде ограничения свободы на срок 1 год 7 месяцев; 14 апреля 2024 года снят с учета в Ревдинском филиале ФКУ УИИ ГУФСИН России по Свердловской области по отбытии наказания;

осужден по ч. 1 ст. 105 УК Российской Федерации к 9 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена без изменения, срок наказания постановлено исчислять с даты вступления приговора в законную силу, в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК Российской Федерации в срок наказания зачтено время содержания ФИО1 под стражей с08марта 2025года до вступления приговора в законную силу из расчета один день заключения под стражу за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Приговором частично удовлетворен иск потерпевшей П.А.А., с ФИО1 в пользу П.А.А. взысканы компенсация морального вреда в размере 1500000 рублей и расходы на погребение в размере 93650рублей. Приговором суда разрешена судьба вещественных доказательств ираспределены процессуальные издержки.

ФИО1 признан виновным в том, что 01 марта 2025 года в г.Ревде Свердловской области при обстоятельствах, подробно описанных в приговоре суда находясь в состоянии алкогольного опьянения, с целью убийства С.Н.В. из личных неприязненных отношений нанес ему не менее восьми ударов поленом по голове и верхним конечностям, причинив телесные повреждения в виде травм черепа и головного мозга, от которых наступила смерть потерпевшего в период с 18:20 01 марта 2025 года до 12:32 07 марта 2025 года.

В заседании суда первой инстанции ФИО1 вину в предъявленном обвинении не признал, указав, что действительно нанес потерпевшему удары поленом, но действовал в состоянии необходимой обороны, в связи с чем просил переквалифицировать его действия на ч. 1 ст. 108 УК Российской Федерации.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 просит приговор изменить, переквалифицировать его действия с ч. 1 ст. 105 УК Российской Федерации на ч. 1 ст. 108 УК Российской Федерации, в обоснование указывает, что не желал смерти потерпевшего, а лишь защищался от нападения. Указывает, что у него были все основания опасаться потерпевшего, поскольку тот физически превосходил его, в то время как он перенес ряд операций на внутренних органах, поэтому удары, наносимые потерпевшим, причиняли физическую боль и создавали опасность здоровью. Полагает, что дело рассмотрено с обвинительным уклоном, что выразилось в игнорировании доказательств, представленных стороной защиты. При назначении наказания просит учесть болезненное состояние здоровья. Также осужденный просит выделить в отдельное производство и передать на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства гражданский иск потерпевшей о компенсации морального вреда в связи с недоказанностью вины ФИО1 в причинении смерти С.Н.В.

В апелляционной жалобе адвокат Мясников А.П. просит приговор отменить. В обоснование своей позиции указывает на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, полагает, что действия ФИО1 необходимо квалифицировать по ч. 1 ст. 108 УК Российской Федерации как убийство при превышении пределов необходимой обороны, а не как убийство, поскольку ФИО1 нанес удары потерпевшему в целях самообороны, защищаясь от посягательства потерпевшего, который перед этим нанес ФИО1 удары в лицо и печень. Защитник обращает внимание, что суд отверг доводы стороны защиты о необходимой обороне, однако учел аморальное поведение потерпевшего в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, признав тем самым факт избиения ФИО1 потерпевшим, а значит и нахождение ФИО1 в состоянии обороны.

Также адвокат указывает на нарушение судом права осужденного на защиту, поскольку суд, возобновив судебное следствие после судебных прений, указал на несогласованность позиций ФИО1 и защитника, который просил переквалифицировать действия ФИО1 с умышленного убийства на превышение пределов самообороны, ограничив тем самым независимость адвоката, вынудив его отказаться от анализа квалификации действия подзащитного в прениях.

Изучив материалы уголовного дела, обсудив доводы, изложенные вапелляционном представлении и в апелляционной жалобе, судебная коллегия находит приговор суда законным, обоснованным и справедливым.

Выводы суда о доказанности вины осужденного в убийстве основаны на совокупности доказательств, непосредственно исследованных в заседании суда первой инстанции и получивших надлежащую оценку в приговоре.

Сам ФИО1, отрицая намерение причинить смерть потерпевшему и объясняя свои действия обороной от его противоправного нападения, свою причастность к смерти С.Н.В. не оспаривал, последовательно признавая нанесение тому ударов, повлекших его смерть. Поскольку его показания в этой части подтверждаются протоколом их проверки на месте происшествия, показаниями потерпевшей П.А.А., непосредственно обнаружившей тело С.Н.В. на участке ФИО1, и отраженными в соответствующем протоколе результатами осмотра места происшествия, в ходе которого на участке № 

<

№> по адресу: Свердловская область, г.Ревда, СОТ 

<

№> РММЗ обнаружено тело потерпевшего, суд обоснованно признал их в этой части достоверными и обосновал ими свой вывод, что именно М.С.МБ. причинил потерпевшему травмы, повлекшие его смерть. О том, что смерть С.Н.В. наступила при описанных в приговоре обстоятельствах, свидетельствует и заключение молекулярно-генетической экспертизы, согласно которому кровь, следы которой обнаружены на веранде дома, в смыве с фанеры, обнаруженной на месте происшествия, в соскобе с тумбы, происходит от С.Н.В., то есть телесные повреждения, повлекшие смерть, причинены ему в доме осужденного.

Характер телесных повреждений, причиненных ФИО1 С.Н.В., степень их тяжести и опасность для жизни человека, а также причинная связь между ними и смертью потерпевшего установлены судом на основании заключения судебной медицинской экспертизы, которое надлежащим образом мотивировано и не оспаривается сторонами. Согласно выводам эксперта смерть потерпевшего наступила от тяжёлой открытой травмы черепа, вызванной не менее чем 8 ударами тупым твёрдым предметом с ограниченной, вероятно удлинённой поверхностью, повлекшими повреждения в виде множественных переломов костей черепа в лобно-теменной области слева, разрывов оболочек и размозжения мозга, отёка и набухания мозга, ушибов и ран на голове, кровоподтёка на верхнем веке правого глаза.

Таким образом, суд правильно установил, что телесные повреждения, повлекшие смерть С.Н.В., причинены ему осужденным.

Судебная коллегия находит обоснованным и выводы суда о мотивах преступления, включая решение об отсутствии оснований полагать, что М.С.МБ. причинил телесные повреждения потерпевшему, защищаясь от нападения. Эта версия была предложены суду первой инстанции, тщательно проанализирована им в приговоре и обоснованно отвергнута с изложением мотивов этого решения, с которыми соглашается судебная коллегия.

Утверждение ФИО1 о применении к нему насилия со стороны потерпевшего объективно ничем не подтверждено, телесные повреждения, описанные в заключении судебной медицинской экспертизы осужденного (т. 1 л.д. 55), получены им значительно позднее 28 февраля 2025 года и не могли быть причинены С.Н.В.

Из показаний самого ФИО1 об обстоятельствах конфликта с потерпевшим следует, что С.Н.В. наносил ему удары дважды: после нанесенных ему 2-3 ударов в лицо и удара в печень они вышли на веранду покурить; там ссора возобновилась и С.Н.В. ударил его рукой в область печени. В показаниях, которые ФИО1 в судебном заседании подтвердил, он сам пояснял, что 4 удара поленом, которые он после этого нанес С., были вызваны тем, что ему не понравилось поведение потерпевшего, а также опасением, что последний продолжит бить его. Изпоказаний ФИО1 явствует, что С.Н.В., также находившийся в состоянии опьянения, не представлял угрозы для осужденного, в момент нанесения ему удара ФИО1 не имел в руках предметов, пригодных для нанесения ударов и вооружился поленом после того, как С.Н.В. нанес ему удар, нанесенные осужденному удары не повлекли и не могли повлечь угрозы для его жизни и здоровья даже с учетом перенесенной операции, о чем свидетельствует то обстоятельство, что ФИО1 не обращался за медицинской помощью, то есть нанесение ему ударов в область проведения полостной операции у него самого беспокойства не вызывало.

Описанные ФИО1 действия потерпевшего не могли стать основанием для обороны путем нанесения С.Н.В. 8 ударов твердым предметом по голове с силой, достаточной для повреждения черепа и размозжения мозга. Избранный для нанесения ударов предмет, сила, количество и локализация ударов исключительно в области головы сами по себе свидетельствуют об умысле осужденного на причинение смерти потерпевшему. Оналичии такого умысла свидетельствуют и последующие действия осужденного, который не принял мер к оказанию помощи С.Н.В., не вызвал скорую медицинскую помощь, напротив, спрятал тело, уничтожил предмет, которым нанес удар, не сообщал о происшествии до обнаружения трупа потерпевшего.

Признание смягчающим обстоятельством аморального поведения потерпевшего, послужившего поводом для преступления, не может стать основанием для переквалификации преступления или оправдания ФИО1 Суд признал доказанным, что С.Н.В. ударил ФИО1 и тот совершил убийство потерпевшего, однако как указано выше, из исследованных доказательств очевидно явствует, что аморальное поведение потерпевшего не создавало опасности для жизни и здоровья ФИО1, было прекращено ранее, чем последний вооружился поленом и стал наносить удары потерпевшему.

Таким образом, судом правильно установлены фактические обстоятельства происшествия, умысел осужденного на причинение смерти потерпевшему и деяние верно квалифицировано по ч. 1 ст. 105 УК Российской Федерации как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

При назначении наказания суд учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, влияние назначенного наказания на исправление ФИО1 и условия жизни его семьи, правильно установил обстоятельства, смягчающие наказание, к числу которых отнес противоправность поведения потерпевшего, послужившего поводом для преступления, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, частичное признание вины, состояние здоровья осужденного. Каких-либо иных обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом в качестве смягчающих, сведения о которых имеются в материалах дела, но не учтенных судом, не установлено. То обстоятельство, что суд не описал в установленных им обстоятельствах преступления содержаний действий С.Н.В., которые он признал аморальными, не может стать основанием для отмены приговора, поскольку содержание этих действий в приговоре указано и описание их в другой части приговора существенным нарушением уголовно-процессуального закона не является.

Обстоятельством, отягчающим наказание, суд правильно признал наличие рецидива преступлений, в связи с чем обоснованно не применил положения ч.1 ст. 62 УК Российской Федерации.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, предусматривающих смягчение наказания с применением положений ст. 64 УК Российской Федерации, суд не усмотрел, как и оснований для применения ч.6 ст.15, ст. 73 УК Российской Федерации, убедительно мотивировав свое решение. Не усматривает таковых и судебная коллегия.

Вид и размер наказания соответствуют санкции ч. 1 ст. 105УК Российской Федерации, а также ограничениям, предусмотренным ч. 2 ст. 68 УК Российской Федерации, поэтому наказание не является несправедливым вследствие чрезмерной суровости.

Вид исправительного учреждения для отбывания наказания судом назначен правильно, в соответствии с п.«в» ч.1 ст.58УКРоссийской Федерации, так как мужчины, отбывающие наказание за совершение особо тяжких преступлений, направляются для отбывания наказания в исправительные колонии строгого режима

Гражданский иск потерпевшей разрешен судом в соответствии с требованиями ст.ст. 151, 1064, 1099 ГК Российской Федерации, а также разъяснениями, содержащимися в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», от 13 октября 2020 года № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу». Размер взысканной с осужденного в пользу потерпевшей П.А.А. компенсации морального вреда определен судом с учетом нравственных и физических страданий потерпевшей, вины нарушителя и самой потерпевшей, с учетом требований разумности и справедливости, а также материального положения осужденного. Размер ущерба в виду расходов на погребение судом определен верно и эта сумма обоснованно взыскана с осужденного. Доводы осужденного о необходимости отмены приговора в части решения по гражданскому иску основаны только на непризнании вины в преступлении и удовлетворению не подлежат. Поскольку суд обоснованно признал доказанной вину ФИО1 вубийстве С.Н.В., судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения просьбы ФИО1 об отмене приговора и в части решения, принятого по гражданскому иску.

Уголовное дело рассмотрено с соблюдением уголовно-процессуального закона, предполагаемых адвокатом нарушений права осужденного на защиту судебная коллегия не усматривает. Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов стороне защиты в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников процесса по делу не допущено. Все представленные суду доказательства были исследованы и получили оценку в приговоре, стороны имели возможность заявить ходатайства и представить доказательства, все ходатайства своевременно разрешены судом. Признаков обвинительного уклона со стороны суда материалы дела и приговор не содержат, утверждение осужденного о том, что судом проигнорированы представленные стороной защиты доказательства, ими не подтверждается.

Суд первой инстанции после удаления в совещательную комнату обоснованно возобновил судебное следствие, выявив несоответствие позиций обвиняемого и его защитника. Предложение защитника квалифицировать преступление по ст.108 УК Российской Федерации не было обусловлено позицией подзащитного, который отрицал наличие умысла на убийство, с квалификацией деяния по указанной статье Особенной части УК Российской Федерации никогда не соглашался, в прениях не выступал и защитника не поддержал. Указание суда на недопустимость квалификации деяния не нарушало прав стороны защиты и не ограничивало защитника в праве выступить в интересах подзащитного. После возобновления судебного следствия прения были проведены повторно, защитнику и подсудимому была предоставлена возможность высказаться и довести до суда свою позицию, своим правом они воспользовались.

Таким образом, апелляционные жалобы не содержат доводов, способных послужить основаниями к отмене или изменению приговора, и должны быть оставлены без удовлетворения.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.13, 389.15, п.1 ч.1 ст.389.20, ст.389.28 УПК Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

приговор Ревдинского городского суда Свердловской области от 01 октября 2025года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного и адвоката – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его провозглашения и может быть обжаловано в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК Российской Федерации в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня получения копии такого приговора.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий В.Ю. Нагорнов

Судьи: А.А. Андреев

Т.В. Наделяева