Принято в окончательной форме 30.12.2019 

76RS0024-01-2019-001743-88 

Дело № 2-2034/2019 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

04 декабря 2019 года г. Ярославль

Фрунзенский районный суд г. Ярославля в составе судьи Пестеревой Е.М., при секретаре Короткевич А.И., с участием

истца ФИО5, представителя истца ФИО6 по ордеру (т1, л.д.180),

представителей ответчиков ФИО7, ФИО8 по доверенностям (т2, л.д.161), 

третьих лиц ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, Рысь В.Д., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 к ФИО14, товариществу собственников жилья «Сокол-37» о признании недействительными решений правления товарищества собственников жилья, 

установил:

ФИО5 обратился в суд с иском к ФИО14 о признании недействительными решений правления ТСЖ «Сокол-37», оформленных протоколом общего собрания членов правления №15 от 15.04.2019. 

В обоснование иска указал, что является членом ТСЖ «Сокол-37». С 08.04.2018 истец является членом правления ТСЖ «Сокол-37» на основании протокола общего собрания членов ТСЖ «Сокол-37» №1 от 08.04.2018. Решением общего собрания членов правления ТСЖ «Сокол-37» от 23.05.2019 истец был избран председателем правления ТСЖ «Сокол-37», что подтверждается протоколом от 25.03.2019 №14. Полномочия ФИО14 этим же решением правления были досрочно прекращены. 12.04.2019 на основании заявления в МИФНС России №7 по Ярославской области от 26.03.2019 вх. №5821А сведения об истце, как лице, имеющем право действовать без доверенности от имени ТСЖ «Сокол-37», были внесены в ЕГРЮЛ. В срок, установленный решением правления ТСЖ «Сокол-37» от 25.03.2019, ФИО14 отказался от передачи истцу документов и печати ТСЖ «Сокол-37». Неоднократные требования о передаче документов товарищества действующему и законно избранному председателю ФИО14 игнорировались. 25.04.2019 истцу стало известно, что 23.04.2019 регистрирующий орган внес в ЕГРЮЛ запись №2197627238917 в отношении ТСЖ «Сокол-37», согласно которой председателем правления ТСЖ «Сокол-37» вновь указан ФИО14 Согласно требованиям ч.ч.3,6 ст.147 ЖК РФ, п.15.1 Устава ТСЖ «Сокол-37» вопрос об избрании председателя правления, досрочном прекращении его полномочий относится к компетенции общего собрания членов правления и подлежит разрешению большинством голосов членов правления ТСЖ, принимающих участие в собрании. В свою очередь, вопрос о составе членов правления отнесен компетенции общего собрания членов ТСЖ (п.п.3 п.2 ст.145 ЖК РФ). 

Действующее правление ТСЖ «Сокол-37» сформировано решением общего собрания членов ТСЖ «Сокол-37» от 08.04.2019 (протокол общего собрания членов ТСЖ №1 от 08.04.2018). До настоящего времени ТСЖ «Сокол-37» в лице общего собрания членов ТСЖ не принимало решений об избрании нового состава членов правления ТСЖ «Сокол-37» или об избрании нового председателя правления. Более того, с 25.03.2019 (даты избрания истца на пост председателя Правления ТСЖ «Сокол-37») до 23.04.2019 (дата внесения в ЕГРЮЛ сведений о ФИО14 как председателе Правления ТСЖ «Сокол-37») товарищество не организовывало заседаний правления, члены правления ТСЖ «Сокол-37» не собирались, не принимали решения о прекращении полномочий истца и об избрании ФИО14 председателем. Как следствие решения, зафиксированные протоколом собрания членов правления №15 от 15.04.2019, представленным ФИО14 16.04.2019 на государственную регистрацию изменений сведений в ЕГРЮЛ в отношении ТСЖ «Сокол-37», являются юридически ничтожными (недействительными) с момента их принятия (п.п.2 и 4 ст.181.5 ГК РФ).

Судом к участию в деле по ходатайству представителя истца в судебном заседании 24.09.2019 в качестве соответчика привлечено ТСЖ «Сокол-37».

В судебном заседании истец ФИО5, представитель истца по ордеру ФИО6 исковые требования поддержали по изложенным основаниям. 

Представитель ответчиков ФИО14 и ТСЖ «Сокол-37» по доверенностям ФИО7, ТСЖ «Сокол-37» по доверенности ФИО8 в судебном заседании исковые требования не признали. 

Третьи лица ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, Рысь В.Д. в судебном заседании с исковыми требованиями согласились. 

Третье лицо ФИО12, дополнительно пояснил, что ФИО14 был выбран председателем Правления тем же составом Правления из 15 человек. На момент избрания ФИО5, ФИО13, ФИО1, ФИО2, не являвшихся на тот момент собственниками помещений, ФИО14 об этом было известно, однако он сам инициировал вопрос о включении их в состав правления, поддерживал их кандидатуры, признавал их членство, сам вел то собрание, на котором было принято решение о включении их в состав Правления, однако в настоящее время перестал признавать. ФИО12 не был исключен из состава членов правления решением общего собрания членов товарищества. О собрании 15.04.2019 ФИО12 ничего не было известно. 

Третье лицо Рысь В.Д. дополнительно сообщила, что с момента избрания ФИО14 он умышленно не приглашал ФИО12 и ФИО15 на собрания. Про собрание 15.04.2019 Рысь В.Д. ничего не знала, на нем не присутствовала. О протоколе от 15.04.2019 Рысь В.Д. узнала в ходе рассмотрения дела. 

Третье лицо ФИО9 дополнительно пояснила, что о протоколе №15 третьи лица узнали только в ходе данного процесса. Этот протокол у ФИО14 и устно и письменно истребовался, однако он говорил, что сдал его в МИФНС. О проведении собрания 15.04.2019 ФИО14 не сообщил, однако раньше на общие собрания все члены Правления оповещались письменно. 

Третье лицо ФИО11 дополнительно сообщила, что о собрании 15.04.2019 никто уведомлен не был. ФИО16 является бухгалтером, и не может одновременно являться членом Правления ТСЖ «Сокол-37». О результатах собрания 15.04.2019 также никто не знал. 

Третье лицо ФИО10 дополнительно сообщила, что о проведении собрания 15.04.2019 членов правления никто не уведомлял, с его результатами не знакомили. ФИО14 изначально сам уговаривал ФИО5 вступить в члены Правления товарищества, хотя ФИО10 говорила, что он не является собственником. На момент включения ФИО5 в состав членов Правления все знали, что он не является собственником, однако ФИО14 сам предлагал его кандидатуру. 

Третье лицо ФИО13 пояснил, что вступить в члены Правления ТСЖ «Сокол-37» ему предложил ФИО17, которого ФИО13 спросил, не будет ли разночтений с законодательством, так как ФИО13 не являлся собственником помещения в доме. Изначально отношения с ФИО14 были нормальными, потом во всех переписках он ФИО13 заблокировал, не приглашал на собрания членов Правления. Позже ФИО13 написал заявление о выходе из членов Правления, однако решений общего собрания по данному вопросу не принималось. На собрание 15.04.2019 ФИО13 не извещался, о существовании протокола №15 третьему лицу известно не было, стало известно только в ходе судебного разбирательства. 

Третьи лица ФИО18, ФИО16, ФИО19, ФИО15, ФИО20, ответчик ФИО14 в судебное заседание не явились, уведомлены надлежаще. 

Дело рассмотрено судом при имеющейся явке.

Выслушав участников процесса, исследовав письменные доказательства, суд установил следующее. 

Из материалов дела следует, что ФИО5 является участником общей совместной собственности на жилое помещение по адресу: 

<

адрес>; дата государственной регистрации права: 28.12.2018. В указанном доме создано ТСЖ «Сокол-37» (т1, л.д.23-33).

В соответствии с протоколом собрания членов правления ТСЖ «Сокол-37» от 15.04.2019 №15, правлением ТСЖ «Сокол-37» приняты решения о прекращении полномочий председателя Правления ТСЖ «Сокол-37» ФИО5 с 15.04.2019, на ФИО5 возложена обязанность подготовить и в 3-дневный срок передать вновь избранному председателю оригиналы учредительных документов ТСЖ, печать, а в 10-дневный срок – передать документацию по многоквартирному дому, материальные ценности, оформить акт приемки-передачи дел с перечнем переданных документов; об избрании ФИО14 председателем правления ТСЖ «Сокол-37» сроком на два года с 15.04.2019, новому председателю поручено зарегистрировать изменения в государственных органах в установленном законом порядке (т2, л.д.174-175).

В соответствии со ст.144 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее - ЖК РФ) органами управления товарищества собственников жилья являются общее собрание членов товарищества, правление товарищества.

Согласно ч.1 ст.143.1 ЖК РФ члены товарищества собственников жилья и не являющиеся членами товарищества собственники помещений в многоквартирном доме имеют право получать от органов управления товарищества информацию о деятельности товарищества в порядке и в объеме, которые установлены настоящим Кодексом и уставом товарищества, обжаловать в судебном порядке решения органов управления товарищества.

Таким образом, ФИО5, как член ТСЖ «Сокол-37», что не оспаривалось ФИО14 в судебном заседании 08.11.2019, и собственник жилого помещения в многоквартирном доме 

<

адрес>, вправе обжаловать в судебном порядке решения органов управления товарищества, в том числе, правления товарищества. 

Само по себе то обстоятельство, что решение о принятии ФИО5 в состав членов правления в настоящее время оспаривается, не лишает ФИО5 права на обращение в суд с данным иском. Часть 1 ст.143.1 ЖК РФ предоставляет собственнику помещения в многоквартирном доме право на обжалование в судебном порядке решений органов управления товарищества. 

Согласно ч.6 ст.147 ЖК РФ правление товарищества собственников жилья правомочно принимать решения, если на заседании правления товарищества присутствует не менее чем пятьдесят процентов общего числа членов правления товарищества. Решения правления товарищества принимаются простым большинством голосов от общего числа голосов членов правления, присутствующих на заседании, если большее число голосов для принятия таких решений не предусмотрено уставом товарищества. Решения, принятые правлением товарищества, оформляются протоколом заседания правления товарищества и подписываются председателем правления товарищества, секретарем заседания правления товарищества.

Стороной истца в ходе судебного разбирательства по делу заявлено об отсутствия кворума на общем собрании членов правления ТСЖ «Сокол-37», оформленным протоколом от 15.04.2019 №15. 

Для разрешения вопроса о наличии кворума на собрании членов правления товарищества, имеет значение численный состав правления товарищества, действующий на дату принятия оспариваемого решения. 

Согласно позиции истца по состоянию на 15.04.2019 действовал состав правления ТСЖ «Сокол-37», состоящий из 15 человек, а именно: ФИО14, ФИО19, ФИО18, ФИО3, Рысь В.Д., ФИО12, ФИО5, ФИО16, ФИО1, ФИО2, ФИО20, ФИО13, ФИО15, ФИО11, ФИО10

Как следует из объяснений стороны истца и не оспаривается ответчиком, с 14.03.2019 ФИО11 и ФИО10 были исключены из числа членов правления ТСЖ «Сокол-37» на основании решения внеочередного общего собрания членов ТСЖ «Сокол-37» от 01.04.2019 (выписка из протокола №1 от 01.04.2019, т1, л.д.185-186).

В рамках настоящего дела решение об исключении ФИО11 и ФИО10 не оспаривается. Согласно позиции стороны истца, определяющего значения для требований данное обстоятельство не имеет, поскольку при отсутствии данных лиц в составе правления число членов правления составляло бы 13 человек, что принято судом. 

Как следует из материалов дела и объяснений сторон, на основании решения общего собрания членов ТСЖ «Сокол-37» от 31.01.2018, оформленного протоколом №1, был сформирован состав правления ТСЖ «Сокол-37» из шести членов правления: ФИО15, ФИО20, ФИО12, ФИО9, ФИО14, ФИО4

Указанные обстоятельства сторонами по делу не оспариваются, подтверждаются протоколом №1 очно-заочного собрания членов ТСЖ «Сокол-37» от 31.01.2018. 

В связи со смертью ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА ФИО4, 31.03.2018 правлением ТСЖ «Сокол-37» принято решение о созыве 08.04.2018 общего собрания членов ТСЖ «Сокол-37», в том числе, по вопросу довыбора членов правления ТСЖ «Сокол-37». 

08.04.2018 решением общего собрания ТСЖ «Сокол-37», оформленным протоколом №1 от 08.04.2018, большинством голосов утвержден максимальный численный состав членов правления ТСЖ «Сокол-37» из 15 человек, в состав правления дополнительно приняты: ФИО3, ФИО19, ФИО13, ФИО2, ФИО5, ФИО16, ФИО10, Рысь В.Д., ФИО1, ФИО11, ФИО18 Этим же решением ФИО9 исключена из числа членов правления.

Таким образом, за исключением ФИО4, умершего ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА, а также ФИО9, состав правления ТСЖ «Сокол-37» состоял из 15 членов правления. 

07.08.2018 ФИО20 и ФИО13 подали заявления о выходе из членов правления ТСЖ «Сокол-37» по собственному желанию. 31.10.2018 аналогичные заявления поданы ФИО5, ФИО2, ФИО1

Как следует из объяснений ФИО14 в судебном заседании 08.11.2019, им принимались решения об исключении указанных членов правления ТСЖ «Сокол-37». 

Как следует из содержания решения Фрунзенского районного суда г. Ярославля от 14.10.2019, председателем Правления ТСЖ «Сокол-37» ФИО14 были приняты следующие распоряжения: №2 от 01.03.2019 «О персональном составе членов Правления ТСЖ «Сокол-37» на 01.03.2019г.», которым ФИО14 единолично определил следующий состав Правления ТСЖ из 9 человек: ФИО14, ФИО18, ФИО3, ФИО15, ФИО10, Рысь В.Д., ФИО11, ФИО19, ФИО12; распоряжение председателя Правления ТСЖ «Сокол-37» №3 от 07.03.2019 «О персональном составе членов Правления ТСЖ «Сокол-37» на 07.03.2019», которым ФИО14 единолично определяли следующий состав Правления из 7 человек: ФИО14, ФИО18, ФИО3, ФИО10, Рысь В.Д., ФИО19, ФИО11; распоряжение председателя Правления ТСЖ «Сокол-37» №4 от 01.04.2019 «О персональном составе ТСЖ «Сокол-37» на 14.03.2019, которым ФИО14 единолично определил следующий состав Правления ТСЖ из 5 человек: ФИО14, ФИО18, ФИО3, Рысь В.Д., ФИО19 Указанным решением суда (не вступило в законную силу), данные распоряжение признаны недействительными, как вынесенные в нарушение требований п.3 ч.2 ст.145 ЖК РФ, Устава ТСЖ «Сокол-37». 

В соответствии с п.п.3 ч.2 ст.145 ЖК РФ досрочное прекращение полномочий членов правления товарищества собственников жилья относится к компетенции общего собрания членов товарищества. 

Аналогичное положение предусмотрено п.13.7.4 Устава ТСЖ «Сокол-37», утв. протоколом общего собрания от 25.09.2018 (л.д.70).

Доказательств принятия общим собранием членов ТСЖ «Сокол-37» решения о досрочном прекращении полномочий членов правления товарищества, в материалах дела не имеется. 

Суд соглашается с доводами представителя истца о том, что сама по себе подача членом Правления заявления о выходе из состава членов правления, при отсутствии соответствующего решения общего собрания членов товарищества, а равно как и единоличные распоряжения председателя Правления товарищества об исключении из состава Правления членов Правления товарищества, не влекут в безусловном порядке прекращение полномочий члена правления при отсутствии решения общего собрания членов товарищества. 

При указанных обстоятельствах доводы стороны ответчика о том, что Положением о Правлении ТСЖ «Сокол-37», утв. общим собранием членов ТСЖ, проведенном в период с 29.08.2018 по 25.09.2018, предусмотрена процедура прекращения полномочий членов правления ТСЖ – в силу неявки на заседания правления либо на основании письменного заявления члена правления, не могут быть приняты во внимание, поскольку, как справедливо отмечено представителем истца, данное Положение предусматривает лишь основания, но не процедуру прекращения членства в Правлении, и не отменяет императивного положения п.п.3 ч.2 ст.145 ЖК РФ о необходимости принятия соответствующего решения общим собранием членов товарищества. 

Само по себе то обстоятельство, что в настоящее время ФИО14 в судебном порядке оспаривается решение общего собрания собственников ТСЖ «Сокол-37», оформленное протоколом №1 от 08.04.2018, в части включения в состав правления ТСЖ «Сокол-37» ФИО5, ФИО1, ФИО13, ФИО2, правового значения не имеет. 

В возражениях по делу сторона ответчика, ссылаясь на ничтожность протокола №1 от 08.04.2018 в части включения в состав правления ТСЖ «Сокол-37» ФИО5, ФИО1, ФИО13, ФИО2, указывала, что данное решение противоречит закону, поскольку на момент включения указанных лиц в члены правления они не являлись собственниками помещений в многоквартирном доме, что противоречит ч.2 ст.147, ч.1 ст.143 ЖК РФ.

Вместе с тем как разъяснено в п.107 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по смыслу абзаца второго пункта 1 статьи 181.3, статьи 181.5 ГК РФ решение собрания, нарушающее требования ГК РФ или иного закона, по общему правилу является оспоримым, если из закона прямо не следует, что решение ничтожно.

Поскольку в данном случае в законе не содержится прямого указания о том, что решение о включении в состав правления лиц, не являющихся собственниками жилья в соответствующем многоквартирном доме, влечет ничтожность решения о принятии таких лиц в состав правления, протокол №1 от 08.04.2018 в части включения в состав Правления ФИО5, ФИО1, ФИО13, ФИО2 ничтожным не является. 

На момент принятия оспариваемого в данном деле протокола общего собрания членов правления №15 от 15.04.2019 решение о включении в состав правления ФИО5, ФИО1, ФИО21, ФИО2 признано недействительным не было. Соответственно, по состоянию на 15.04.2019 ФИО5, ФИО1, ФИО13, ФИО2 являлись лигитимными членами правления, их полномочия в установленном порядке на момент принятия оспариваемого решения не прекращались. 

Оценив представленные доказательства в совокупности, при разрешении спора и определения кворума суд исходит из того, что по состоянию на 15.04.2019 состав правления ТСЖ «Сокол-37» включал 13 человек (не считая ФИО11 и ФИО10, решение об исключении которых в рамках данного дела не оспаривается), и поэтому собрание являлось бы правомочным (имело кворум) в случае присутствия на нем 7 членов правления, принятие решений требовало 4 голосов от указанного числа членов правления (ч.6 ст.147 ЖК РФ). 

Как следует из содержания оспариваемого протокола, правление товарищества было указано в составе шести человек: ФИО14, ФИО19, ФИО18, ФИО3, Рысь В.Д., ФИО16; на собрании присутствовали три из шести указанных членов правления (ФИО14, ФИО18, ФИО16), которые голосовали «за» по всем вопросам повестки дня (л.д.173). 

Поскольку на собрании 15.04.2019 присутствовало 3 члена правления, решения принималось указанным числом голосов, суд приходит к выводу о том, что решения на указанном собрании, оформленные протоколом №15 от 15.04.2019, приняты в отсутствие необходимого кворума. 

В силу ст.181.5 ГК РФ решение общего собрания ничтожно в случае, если оно принято в отсутствие необходимого кворума. 

Из разъяснений, изложенных в п.119 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что ничтожное решение собрания, а равно оспоримое решение собрания, признанное судом недействительным, недействительны с момента их принятия (пункт 7 статьи 181.4 ГК РФ).

Таким образом, принятые решения собрания членов правления ТСЖ «Сокол-37», оформленные протоколом от 15.04.2019 №15, не имеют юридической силы ввиду отсутствия необходимого кворума, а, следовательно, подлежат удовлетворению требования ФИО5 о признании решений собрания членов правления ТСЖ «Сокол-37», оформленных указанным протоколом, недействительными. 

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО5 удовлетворить.

Признать недействительными решения членов правления ТСЖ «Сокол-37», оформленные протоколом общего собрания членов правления №15 от 15.04.2019. 

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Ярославский областной суд через Фрунзенский районный суд г. Ярославля в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме. 

Судья Е.М. Пестерева