Дело № 2-5180/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

08 мая 2019 года г.Благовещенск 

Благовещенский городской суд Амурской области в составе:

председательствующего судьи Беляевой С.В.,

при секретаре Стреха Н.В.,

с участием представителя истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО) о признании недействительным договора купли-продажи простого векселя, взыскании денежных средств по простому векселю, процентов, признании недействительной оговорки «без оборота на меня» в индоссаменте, аннулировании индоссамента, признании недействительным договора хранения,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 обратилась в суд с указанным иском, в обоснование указав, что между нею и «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО) был заключен договор банковского вклада до востребования», на котором находились 930000 рублей. По истечении срока вклада 31 января 2018 года она получила проценты по вкладу, решила его продлить, сотрудник банка предложила ей вклад «Вексель АТБ» пояснив, что это новый финансовый продукт, и он застрахован системой страхования вкладов, она согласилась, подписав документы о том, что она купила простой вексель по договору купли-продажи № 31/01/2018-8В от 31 января 2018 года и передала его на хранение банку. То, что её 930000 рублей перевелись ответчику платежным поручением от 31 января 2018 года именно по договору купли-продажи векселя ООО «Финансово-торговая компания», ей не разъяснили, во всех договорах фигурировал ответчик «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО), она думала, что вносит деньги на вклад. Ответчик, в нарушение ст.456 ГК РФ, вексель ей не передал. Вместо этого, одновременно при подписании договора купли-продажи заключил с ней договор хранения векселя № 31/01/2018-8Х. При заключении вышеназванных договоров сотрудник банка ввел её в заблуждение, указав, что договор купли-продажи векселя ничем не будет отличаться от договора срочного вклада. Отличаться данный договор будет только более высокой доходностью. 01 августа 2018 года она обратилась к ответчику для получения денежных средств, ей отказали, выдав 03 августа 2018 года уведомление о том, что ООО «Финансово-торговая компания» не перечислило деньги ответчику. Пояснили, что банк ей ничего не должен, передали копию векселя. Считает, что при заключении договора купли-продажи простого векселя № 31/01/2018-8В она была введена в заблуждение сотрудником ответчика относительно правовой природы сделки, так как считала, что заключила договор банковского вклада с «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО) и вексель ей не передавался. Продавец не предоставил ей необходимую и достоверную информацию о товаре, обеспечивающую возможность правильного выбора, ввел её в заблуждение. При подписании договора купли-продажи 31 января 2018 года товар (вексель) ей не был фактически передан. Как видно, договор купли-продажи был подписан в г.Благовещенске, а договор хранения и акт приёма-передачи векселя в г.Москве, в один день одни и те же лица - истец и ответчик не могли осуществить сделку купли-продажи, передать вексель по акту в г.Благовещенске и затем в г.Москве передать его на хранение. Заблуждение для нее было настолько существенным, что она, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дела, то есть о том, что ее деньги в банке не застрахованы. Если бы при заключении договора мне были разъяснены последствия совершения такой сделки, она бы никогда не согласилась на заключение договора купли-продажи векселя. При заключении договора купли-продажи векселя она была введена в заблуждение сотрудником ответчика. Она не владеет специальными познаниями в области банковской деятельности и о ценных бумагах, поэтому в отсутствие всей необходимой информации не смогла различить договор банковского вклада и договор купли-продажи простого векселя. Оба этих договора имеют схожую специфику - внесение клиентом на банковский счет денежных средств на определенное время, по истечению которого клиенту причитаются проценты. Считает, что договор хранения № 31/01/2018-8Х от 31 января 2018 года является мнимой сделкой, совершённой лишь для вида по следующим обстоятельствам. По смыслу ст.454 ГК РФ, смыслом и целью договора купли-продажи является получения продавцом оплаты товара, а покупателем соответственно самого товара в собственность. Заключив договор купли-продажи в г.Благовещенске, местом заключения договора хранения и местом подписания акта приема-передачи на хранение векселя стороны указали г.Москва, из самого векселя усматривается, что он был составлен 31 января 2018 года в г.Москва. Следовательно, вексель, как товар не мог физически быть доставлен в г.Благовещенск в 13-00 из г.Москвы и передан истцу в силу географической удаленности. Следовательно, договор хранения векселя заключался лишь для вида, без намерения хранения, а прикрывал за собой неисполнение ответчиком обязанности по передачи векселя по договору купли-продажи, то есть является мнимым. В силу п.2 ст.179 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признан судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо, должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Если сделка признана недействительной по одному из оснований, указанных в п. п. 1 - 3 ст.179 ГК РФ, применяются последствия недействительности сделки, установленные ст.167 настоящего Кодекса. Кроме того, убытки, причиненные потерпевшему, возмещаются ему другой стороной (п.4 ст.179 ГК РФ). Анализируя указанные правовые нормы и предшествующие финансовые отношения истца и ответчика, до подписания договора купли-продажи векселя, можно сделать вывод о признании сделки купли-продажи векселя недействительной как сделки, совершенной под влиянием заблуждения истца, и совершенной под влиянием обмана со стороны продавца и ничтожности сделки хранения векселя заключенной для вида без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. В связи с этим, подлежат применению последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика уплаченных денежных средств в размере 930000 рублей. Просит суд признать недействительным договор купли-продажи простых векселей № 31/01/2018-8В от 31 января 2018 года, заключенный между «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО) и ФИО3; взыскать с «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО) в пользу ФИО3 денежные средства в размере 930000 рублей, уплаченные по договору купли-продажи простых векселей № 31/01/2018-8В от 31 января 2018 года; признать недействительной оговорку «без оборота на меня» в индоссаменте, включенном в договор купли-продажи простого векселя № 31/01/2018-8В от 31 января 2018 года; аннулировать индоссамент (передаточную надпись) в простом векселе серии ФТК 0006646 на сумму 978227 рублей 51 копейка от 28 февраля 2018 года «платите приказу ФИО3»; признать недействительным договор хранения № 31/01/2018-8Х от 31 января 2018 года, заключенный между «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО) и ФИО3

08 мая 2019 года судом приняты к производству уточненные исковые требования истца, из которых следует, что истец просит дополнить требования: обязать ФИО3 по вступлении в законную силу решения суда возвратить «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО) простой вексель серии ФТК № 0006646 на сумму 978227 рублей 51 копейка от 31 января 2018 года.

Представитель истца в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в исковом заявлении, дополнительно по обстоятельствам дела пояснил, чтопри заключении договора купли-продажи простого векселя истец была введена в заблуждение, так как читала, что заключает договор банковского вклада. Сотрудник банка ее уверила, в том, что договор застрахован, но когда настал срок выплаты, истец узнала, что подписала договор купли-продажи простого векселя. Воли ее на приобретение векселя не было направлено, в связи, с чем считают указанную сделку недействительной, поскольку она была совершена под воздействием обмана или заблуждения. Заблуждения относительно природы заключаемой сделки. Вексель на руки истцу не передавался, в руках его не держала, следовательно, в банк на хранение ею он не передавался. 

Представитель ответчика с исковыми требованиями не согласилась, в обоснование своей позиции указала, что сторона истца заявляет, что истец, как сторона, была введена в заблуждение. Представлен договор купли-продажи, в котором стороны именуются как продавец и покупатель, есть конкретный предмет договора - вексель, его количественные и качественные характеристики. Кроме того, указано лицо, которое является векселедержателем - ООО «Финансово-торговая компания». При данных обстоятельствах говорить о том, что имеется договор банковского вклада, считают не обосновано. Если истец являлась вкладчиком банка, то ей было известна процедура оформления вклада, которая существенно отличалась от процедуры заключения договора купли-продажи простого векселя. Довод о том, что она была обманута, никакими доказательствами не подкреплен. Кроме того, на момент подачи иска, истцом пропущен срок исковой давности, который исчисляется с момента заключения договора. Просит в удовлетворении исковых требований отказать.

В судебное заседание не явились истец, представители третьих лиц ООО «Финансово-торговая компания», ООО «Управляющая компания Фонда консолидации банковского сектора», третье лицо ФИО4, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, причины неявки не известны, ходатайств об отложении судебного заседания не заявляли. Истец обеспечила явку своего представителя.

Руководствуясь ст.167 ГПК РФ, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса по имеющимся в деле доказательствам. 

Выслушав доводы участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Из материалов гражданского дела следует, что 31 января 2018 между ФИО3 и «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО) заключен договор купли-продажи простых векселей № 31/01/2018-8В, по условиям которого продавец обязуется передать в собственность покупателю, а покупатель принять и оплатить простой вексель серии ФТК 0006646, векселедателем которого является ООО «Финансово-торговая компания» (п.1.1). 

Пунктом 2.1 договора установлена сумма, подлежащая уплате покупателем за приобретенные по договору векселя, в размере 930000 рублей. 

В соответствии с п.2.3 договора продавец обязуется передать, а покупатель принять векселя, указанные в п.1.1 договора, в дату 31 января 2018 года после поступления денежных средств на счет продавца, указанный в п.7 договора. 

В этот же день 31 января 2018 года между ФИО3 и «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО) был заключен договор хранения № 31/01/2018-8Х, по условиям которого хранитель («Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО)) обязуется принимать и хранить переданное ему поклажедателем (ФИО3) имущество и возвратить его в сохранности по истечении срока действия договора (п.1).

Предметом хранения являются векселя векселедателя ООО «ФТК» серии ФТК № 0006646 от 31 января 2018 года вексельной суммой 978227 рублей 51 копейка, срок платежа по предъявлении, но не ранее 01 августа 2018 года (п.1.2). 

Пунктом 5.3 договора № 31/01/2018-8Х установлено, что срок хранения устанавливается с даты фактической передачи предмета хранения поклажедателем хранителю по акту приема-передачи по 01 сентября 2018 года.

Во исполнение договора купли-продажи простых векселей № 31/01/2018-8В на счет «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО) ФИО3 переведены денежные средства в размере 930000 рублей, что подтверждается платежным поручением № 732775 от 31 января 2018 года. 

Пунктом 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04 декабря 2000 года № 33/14 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с обращением векселей» разъяснено, что вексельные сделки регулируются нормами специального вексельного законодательства. Вместе с тем, данные сделки регулируются также и общими нормами гражданского законодательства о сделках и обязательствах (ст. ст. 153 - 181, 307 - 419 ГК РФ). Исходя из этого, в случаях отсутствия специальных норм в вексельном законодательстве, судам следует применять общие нормы Гражданского кодекса Российской Федерации к вексельным сделкам с учетом их особенностей.

Согласно ст.128, п.2 ст.130 ГК РФ, к объектам гражданских прав относятся вещи, включая деньги и ценные бумаги, в том числе имущественные права, а вещи, не относящиеся к недвижимости, включая деньги и ценные бумаги, признаются движимым имуществом.

В силу п.1 ст.455 ГК РФ, под товаром понимается любая вещь (включая деньги и ценные бумаги - движимое имущество), не изъятая из гражданского оборота, реализуемая по договору купли-продажи гражданину с соблюдением правил, предусмотренных ст.129 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст.454 ГК РФ, по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В тех случаях, когда одна из сторон обязуется передать вексель, а другая сторона обязуется уплатить за него определенную денежную сумму (цену), к отношениям сторон применяются нормы о купле-продаже, если законом не установлены специальные правила (п.2 ст.454 Кодекса).

Как следует из п.3 ст.146 ГК РФ, права, удостоверенные ордерной ценной бумагой, передаются приобретателю путем ее вручения с совершением на ней передаточной надписи - индоссамента.

В силу п.1 ст.224 ГК РФ, вещь считается врученной приобретателю с момента ее фактического поступления во владение приобретателя или указанного им лица.

При рассмотрении споров необходимо иметь в виду, что обязанности продавца по передаче векселя как товара могут считаться выполненными в момент совершения им действий по надлежащей передаче векселя покупателю с оформленным индоссаментом, переносящим права, вытекающие из векселя, на покупателя или указанное им лицо (п.3 ст.146 ГК РФ), если иной порядок передачи не вытекает из условий соглашения сторон и не определяется характером вексельного обязательства (п.36 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 14 от 04 декабря 2000 года).

При нарушении прав одной из сторон сделки одним из способов защиты является признание судом оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности (ст.12 ГК РФ).

В соответствии с абз.4 п.13 Постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 04 декабря 2000 года № 33/14 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с обращением векселей» сделки, на основании которых вексель был выдан или передан, могут быть признаны судом недействительными в случаях, предусмотренных Гражданским Кодексом Российской Федерации, но признание судом указанных сделок недействительными не влечет недействительности векселя как ценной бумаги и не прерывает ряда индоссаментов, а последствием такого признания является применение общих последствий недействительности сделки непосредственно между ее сторонами (ст.167 ГК РФ).

В соответствии со ст.166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе, повлекла неблагоприятные для него последствия.

Согласно ст.167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу п.2 ст.167 ГК РФ, при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно п.1 ст.178 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

В соответствии со ст.179 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Если сделка признана недействительной по одному из оснований, указанных в п. п. 1 - 3 ст.179 ГК РФ, применяются последствия недействительности сделки, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. Кроме того, убытки, причиненные потерпевшему, возмещаются ему другой стороной (п.4 ст.179 ГК РФ).

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман (п.99). В силу главы 30 ГК РФ, регулирующей общие положения о купле-продаже, предполагается добросовестность сторон при заключении договора купли-продажи, в том числе, ст.495 ГК РФ возлагает на продавца (в данном случае банк) довести до покупателя (истца по делу) полную, необходимую и достоверную информацию, позволяющую сделать правильный выбор в отношении предлагаемой услуги, в том числе, в сфере банковской деятельности.

Судом установлено, что предметом оспариваемого договора купли-продажи простых векселей (п.1.1) является обязанность «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО) передать в собственность ФИО3 вексель серии ФТК № 0006646. Как следует из п.2.3 договора, продавец («Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО)) обязуется передать, а покупатель (ФИО3) принять векселя, указанные в п.1.1 договора, в указанную дату после поступления денежных средств на счет продавца, указанный в п.7 договора.

Обязательство по оплате векселя в сумме 930000 рублей ФИО3 исполнила в полном объеме.

В п.2.4 договора установлено, что вексель передается покупателю по акту приема-передачи. В день заключения договора купли-продажи векселя сторонами также был составлен акт приема передачи простого векселя серии ФТК № 0006646.

Между тем, ответчик «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО) оригинал векселя ФИО3 не передавал, а в тот же день - 31 января 2018 года - заключил с ФИО3 договор хранения векселя № 31/01/2018-8Х от 31 января 2018 года, сроком хранения по 01 сентября 2018 года. 

Исходя из такой деятельности «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО), суд приходит к выводу, что банк осуществлял поиск потенциальных покупателей на векселя ООО «Финансово-Торговая компания». 

Из пояснений представителя ПАО «Азиатско-Тихоокеанский Банк» следует, что Банк оказывает ООО «Финансово-торговая компания» услуги по домициляции векселей, выпущенных ООО «Финансово-торговая компания».

Согласно договору купли-продажи векселей № 31/01/2018-8В, заключенному 31 января 2018 года между ФИО3 и «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО), какая-либо информация в отношении ООО «Финансово-торговая компания» не содержится, за исключением того, что ООО «Финансово-Торговая компания» является векселедателем.

Также не было известно ФИО3 и о том, что исполнение обязательств по погашению (оплате) векселя лежит на ООО «Финансово-торговая компания» и напрямую зависит от платежеспособности ООО «Финансово-торговая компания», а не банка. Данные обстоятельства могли повлиять на решение истца о заключении спорной сделки, поскольку находились в связи между собой.

Кроме того, ответчик скрыл информацию о том, что на момент заключения сделки купли-продажи векселя как ценной бумаги и как предмета сделки не существовало. Из указанного вытекает невозможность истца ФИО3 как стороны сделки ознакомиться с информацией по платежам по векселю, которую перед ФИО3 не раскрыли. О наличии каких-либо соглашений между «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО) и ООО «Финансово-торговая компания» истец в известность поставлена не была, как и о том, что платеж по векселю осуществляется за счет средств ООО «Финансово-торговая компания».

Учитывая, что вексель истцу не передавался и не предъявлялся, а также принимая во внимание, что истцу при заключении договора купли-продажи векселя сотрудник банка донес недостоверную информацию о том, что внесенные ФИО3 деньги будут находиться в обороте у банка, истец не знала о том, что векселедателем является ООО «Финансово-торговая компания» и платеж по векселю осуществляется за счет их (ООО «Финансово-торговая компания») средств.

Доказательств обратного ответчиком не предоставлено.

Согласно ст.10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Оснований квалифицировать действия ФИО3 как недобросовестные и считать их действиями, в силу которых возможно применение в отношении истца указанных правил ст.166 ГК РФ не имеется, поскольку после заключения договора купли-продажи векселя никаких действий с ним ею не совершалось, помимо предъявления к оплате в установленный банком срок и в определенном банком месте.

В соответствии с ч.2 ст.181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п.1 ст.179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Рассматривая вопрос о пропуске срока исковой давности по признанию сделки недействительной, суд приходит к следующим выводам.

Доводы стороны ответчика о пропуске истцом срока исковой давности по требованиям о признании недействительным договора купли-продажи простых векселей являются необоснованными, поскольку в данном случае срок исковой давности исчисляется с момента, когда истец узнал или должен был узнать об обмане, заблуждении.

В данном случае ФИО3 могла узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной не ранее даты наступления платежа по векселю (01 августа 2018 года) и обращения в банк с требованием о выплате вексельной суммы.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что срок исковой давности на предъявление настоящего иска (12 апреля 2019 года) истцом не пропущен. 

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что при подписании договора купли-продажи простых векселей ответчик не предоставил ФИО3 полную информацию о векселедателе, о самом векселе, о характере взаимоотношений «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО) и ООО «Финансово-торговая компания», об отсутствии у банка обязанности платить по векселю, потому требования истца о признании договора купли-продажи простых векселей № 31/01/2018-8В и договора хранения № 31/01/2018-8Х, заключенных 31 января 2018 года между ФИО3 и «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО) недействительными в силу п.2 ст.179 ГК РФ и применении последствий недействительности сделки, суд находит обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Довод ответчика о том, что истцом была подписана Декларация о рисках, в которой указано, что банк не отвечает за исполнение обязательств перед векселедержателем по векселю, суд находит несостоятельным, поскольку указанный документ не содержит информации о векселедателе и лицах, обязанных оплачивать по векселю, в нем отсутствуют разъяснения основных положений оборота векселя и специальных терминов, содержащихся в договоре, что в совокупности с иными доказательствами по делу не позволяет прийти к выводу о добросовестности банка при заключении оспариваемого договора и исключить обстоятельство его заключения истцом под влиянием обмана с его стороны.

Требование истца о признании недействительной оговорки «без оборота на меня» в индоссаменте, включенном в договор № 31/01/2018-8В от 31 января 2018 года купли-продажи простых векселей, заявлено излишне, поскольку в первом пункте истец требовала в целом признать недействительным указанный договор, которое судом удовлетворено.

По правилам п.2 ст.167 ГК РФ, при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе, тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с приведенными положениями, применяя последствия недействительности сделки, суд приходит к выводу о взыскании с «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО) в пользу ФИО3 денежных средств в размере 930000 рублей, уплаченных по договору купли-продажи простых векселей № 31/01/2018-8В от 31 января 2018 года.

Кроме того, судом установлено, что 25 июля 2018 года согласно акту приема-передачи к договору № 31/01/2018-8В от 31 января 2018 года ФИО3 был передан оригинал векселя серии ФТК № 0006646 на общую вексельную сумму 978227 рублей 51 копейка в количестве 1 штуки.

Применяя последствия недействительности сделки, суд приходит к выводу об обязании ФИО3 возвратить «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО) простой вексель серии ФТК № 0006646 от 31 января 2018 года. 

Пункт 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 04 декабря 2000 года № 33/14 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с обращением векселей» разъясняет, что сделки, на основании которых вексель был выдан или передан, могут быть признаны судом недействительными в случаях, предусмотренных Кодексом. Признание судом указанных сделок недействительными не влечет недействительности векселя как ценной бумаги и не прерывает ряда индоссаментов. Последствием такого признания является применение общих последствий недействительности сделки непосредственно между ее сторонами (ст.167 Кодекса).

Поскольку сделка купли-продажи между «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО) и ФИО3 отраженная в векселе серии ФТК № 0006646 путем проставления индоссамента, является недействительной, то в целях применения последствий недействительности сделки следует не только обязать стороны вернуть полученное по сделке, но и аннулировать запись о таком индоссаменте.

Из материалов дела следует, что при подаче в суд настоящего иска ФИО3 была уплачена государственная пошлина в размере 12500 рублей (чек ордер от 08 апреля 2019 года). В связи с этим, на основании ст.98 ГПК РФ, с «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО) в пользу истца подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в сумме 12500 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Признать недействительным договор купли-продажи простых векселей № 31/01/2018-8В от 31 января 2018 года, заключенный между ФИО3 и «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО).

Взыскать с «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО) в пользу ФИО3 денежные средства, уплаченные по договору купли-продажи простых векселей № 31/01/2018-8В от 31 января 2018 года, в сумме 930000 (девятисот тридцати тысяч) рублей. 

Аннулировать индоссамент в простом векселе от 31 января 2018 года серии ФТК № 0006646 на сумму 978227,51 рублей «платите приказу ФИО3».

Признать недействительным договор хранения № 31/01/2018-8Х от 31 января 2018 года, заключенный между ФИО3 и «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО).

Взыскать с «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО) в пользу ФИО3 по оплате государственной пошлины в размере 12500 (двенадцати тысяч пятисот) рублей. 

Обязать ФИО3 вступлению в законную силу решения суда возвратить «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО) простой вексель серии ФТК № 0006646 от 31 января 2018 года.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Благовещенский городской суд в течение месяца со дня составления решения в окончательной форме. 

Судья С.В. Беляева

решение изготовлено 15 мая 2019 года