Судья р/с: Костенко А.А. Дело № 22-176/2025 (22-5474/2024)

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ 

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Кемерово 22 января 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Кемеровского областного суда в составе:

председательствующего судьи Воробьевой Н.С.,

судей Донцова А.В., Матвеевой Л.Н.,

при секретаре судебного заседания Чирковой А.С.,

с участием прокурора Сыроватко А.В.,

подсудимой ФИО1,

защитника-адвоката Голдобина А.В., 

рассмотрела в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционной жалобе адвоката Голдобина А.В., выступающего в защиту интересов осуждённой ФИО1, на приговор Центрального районного суда г. Кемерово от 24 октября 2024 года, которым

ФИО1, 

<

данные изъяты>, несудимая,

осуждена по ч. 1 ст. 187 УК РФ к 01 году лишения свободы со штрафом в размере 100 000 рублей.

В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 01 год.

Возложены обязанности: встать в течение 1 месяца после вступления приговора в законную силу на учёт в государственный специализированный орган, ведающий исправлением осуждённых, являться в указанный орган на регистрацию согласно графика; не менять без уведомления уголовно-исполнительной инспекции постоянного места жительства.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении постановлено отменить по вступлении приговора в законную силу.

Постановлено штраф подлежащим уплате в течение 60 дней со дня вступления приговора суда в законную силу.

Заслушав доклад судьи Воробьевой Н.С., изложившей обстоятельства дела, содержание судебного решения, доводы апелляционной жалобы, возражений; выступления ФИО1 и её защитника-адвоката Голдобина А.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы об отмене приговора, мнение прокурора Сыроватко А.В., полагавшей необходимым приговор суда, как законный и обоснованный, оставить без изменений, доводы жалобы – без удовлетворения, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А :

приговором суда ФИО1 признана виновной и осуждена за приобретение в целях сбыта и сбыт электронных средств, электронных носителей информации, предназначенных для неправомерного осуществления приёма, выдачи, перевода денежных средств.

Как следует из приговора суда ФИО1 не позднее 02 февраля 2017 года незаконно зарегистрировалась в качестве индивидуального предпринимателя, после чего в период с 15 по 20 марта 2017 года осуществила приобретение в целях сбыта электронных средств, электронных носителей информации, предназначенных для неправомерного осуществления приёма, выдачи, перевода денежных средств. Далее не позднее 20 марта 2017 года, умышленно, из корыстных побуждений, за денежное вознаграждение лицу, в отношении которого дело выделено в отдельное производство, передала электронные средства и электронные носители информации, то есть осуществила сбыт электронных средств, электронных носителей информации, предназначенных для неправомерного осуществления приёма, выдачи, перевода денежных средств, с целью неправомерного осуществления перевода денежных средств третьим лицам.

Не согласившись с вышеуказанным приговором, защитником-адвокатом Голдобиным А.В. в интересах осуждённой ФИО1 подана апелляционная жалоба, в которой её автор выражает несогласие с решением суда, считает его незаконным, необоснованным, подлежащим отмене.

Указывает, что согласно разъяснениям Верховного Суда РФ для привлечения лица по ч. 1 ст. 187 УК РФ необходимо установить, что лицо ещё на стадии обращения в отделение банка для открытия счёта осознавало неправомерность своих действий. Вместе с тем, из показаний ФИО1, данных на предварительном следствии, следует, что она не знала о неправомерности своих действий, умысла на совершение преступления не имела. В судебном заседании ФИО1 пояснила, что зарегистрировала ИП для того, чтобы совместно с Р. заниматься продажей продуктов питания, длительное время была знакома с Р., доверяла той и не предполагала, что счета, открытые на её имя, будут использоваться неправомерно. Потому считает доводы государственного обвинителя о наличии прямого преступного умысла у ФИО1 голословными, не подтверждёнными представленными доказательствами, а показания свидетелей 

<

данные изъяты>, письменные доказательства могут указывать только на объективную сторону, доказательства субъективной стороны в материалах дела отсутствуют.

Поскольку в действиях ФИО1 отсутствует состав преступления, предусмотренный ч. 1 ст. 187 УК РФ, просит приговор суда отменить, ФИО1 оправдать.

В возражениях на апелляционную жалобу стороны защиты государственный обвинитель по делу ФИО2, приводя доводы о законности и обоснованности приговора, просит оставить его без изменений, жалобу адвоката Голдобина А.В. – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела и приговор, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, судебная коллегия находит обжалуемое судебное решение подлежащим отмене в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции (п. 1 ст. 389.15 УПК РФ).

Стороны не настаивали на исследовании каких-либо доказательств в суде апелляционной инстанции. Учитывая их позицию, предмет спора, фактические обстоятельства уголовного дела и исследованные в суде первой инстанции доказательства, судебная коллегия не находит оснований для исследования каких-либо доказательств по инициативе суда. При этом, судебная коллегия исходит из тех доказательств, которые были предметом исследования в суде первой инстанции, признанных полученными в соответствии с законом, так как они позволяют постановить приговор, как того требуют положения ст. 297 и ч. 7 ст. 389.13 УПК РФ.

В соответствии с ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, а неустранимые сомнения в виновности лица, возникающие при оценке с точки зрения допустимости и достоверности доказательств, в силу ч. 3 ст. 49 Конституции РФ толкуются в пользу обвиняемого.

Действия ФИО1 квалифицированы судом по ч. 1 ст. 187 УК РФ, как приобретение в целях сбыта и сбыт электронных средств, электронных носителей информации, предназначенных для неправомерного осуществления приёма, выдачи, перевода денежных средств.

Однако, судебная коллегия считает, что доказательств, бесспорно подтверждающих виновность ФИО1 в совершении указанного преступления, в приговоре не приведено и в материалах уголовного дела не содержится.

В обоснование виновности ФИО1 суд в своём решении сослался на следующие доказательства:

- в судебном заседании ФИО1 пояснила, что согласилась на предложение Р. зарегистрировать ИП с целью дальнейшей продажи продуктов питания. Она зарегистрировалась в качестве индивидуального предпринимателя и открыла несколько счетов в отделениях банков. Через 7 или 8 месяцев закрыла ИП, так как магазин по продаже продуктов так и не был открыт. Все документы передавала Р. но какие именно не помнит. Несколько раз снимала денежные средства с расчётного счёта, которые передала Р. никакой договорённости по неправомерному использованию счетов с Р. у неё не было.

- в ходе предварительного расследования ФИО1 поясняла, что в 2017 году Р. предложила ей зарегистрироваться в качестве индивидуального предпринимателя и открыть счета в банке, банковскую карту к счёту отдать зятю Р. - М.. За данные действия Р. пообещала заплатить 1000 рублей, но в подробности не посвящала. Она согласилась, так как находилась в трудной финансовой ситуации. По просьбе Р. она открыла счёт в банке и получила банковскую карту, которую передала Р. Р. несколько раз возила её в банк, где она снимала денежные средства, и передавала их Р. За каждое посещение банка она получала по 1000 рублей. В 2021 году она узнала, что имеется задолженность по неуплате налогов как ИП, о чем сообщила Р. (том №2 л.д. 21-28, 47-52).

- показания свидетелей 

<

данные изъяты> разъяснивших единую процедуру открытия расчётных счётов в отделениях ПАО «

<

данные изъяты>», ПАО «

<

данные изъяты>».

- показания свидетеля П. разъяснившей процедуру регистрации физического лица в качестве индивидуального предпринимателя в ИФНС; сообщившей о содержании документов в регистрационном деле ИП ФИО1- протокол осмотра документов от 21 февраля 2024 года, данными которого зафиксирован осмотр в том числе банковских документов по открытию расчётных счетов на имя ФИО1

Давая оценку показаниям свидетелей 

<

данные изъяты> судебная коллегия отмечает, что указанные свидетели очевидцами инкриминируемых ФИО1 событий не являлись.

Однако, изложив приведённые выше доказательства, в том числе показания свидетелей, суд первой инстанции в нарушение ст.ст. 87, 88 УПК РФ не дал им надлежащей оценки с точки зрения относимости и допустимости, а всем доказательствам в совокупности – достаточности для разрешения дела.

Из показаний ФИО1 следует, что, регистрируясь в налоговом органе в качестве индивидуального предпринимателя и открывая расчётные счета в отделениях банков, передавая электронные средства платежа по просьбе Р., ей не было известно, что данные действия будут расцениваться в качестве противозаконных, каким образом, кем и с какой целью будут использоваться банковские счета ей никто не сообщал.

Ни в ходе предварительного, ни судебного следствия свидетель, по просьбе которой ФИО1 выполнялись описанные в обвинительном заключении действия, допрошена не была.

Мотивируя свои выводы о наличии в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 187 УК РФ, суд указал, что ФИО1 совершила неправомерный оборот электронных средств платежей, поскольку оформляя средства платежа для дистанционного управления счётом, ФИО1 действовала с целью их сбыта – передачи третьему лицу, и данные электронные средства, электронные носители информации изначально предназначались для осуществления перевода денежных средств в нарушение требований закона, то есть для их неправомерного использования; ФИО1 при открытии банковских счетов с возможностью их дистанционного обслуживания не имела цели осуществления предпринимательской деятельности, совершила описанные в приговоре действия по просьбе третьего лица за денежное вознаграждение; в дальнейшем ФИО1 не контролировала деятельность ИП и банковские счета, при этом банковские счета с возможностью дистанционного обслуживания использовались третьим лицом для перевода денежных средств; поскольку передача третьим лицам электронных средств платежей запрещена, то ФИО1 понимала, что использование их третьими лицами будет неправомерным.

Также суд указал, что неправомерность оборота средств платежей в данном случае заключается в том, что приём, выдача и перевод денежных средств заведомо для ФИО1 будет осуществляться третьим лицом, что влечёт неправомерность осуществления приёма, выдачи, перевода денежных средств по этим счетам.

Вместе с этим, заслуживают внимания доводы стороны защиты о том, что обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, а исследованные судом первой инстанции доказательства не доказывают наличие в действиях ФИО1 состава преступления.

Так, по смыслу уголовного закона предмет данного преступления составляют поддельные платежные карты, распоряжения о переводе денежных средств, документы или средств оплаты (кроме предусмотренных ст. 186 УК РФ), а также электронные средства, электронные носители информации, технические устройства, компьютерные программы, предназначенные изначально для противоправных действий, а именно неправомерного осуществления приёма, выдачи и перевода денежных средств.

Обязательным признаком указанного состава преступления является сбыт электронных средств и электронных носителей информации, которые изначально, уже при их изготовлении, были предназначены для осуществления противоправных действий по приёму, выдаче и переводу денежных средств.

При этом иные действия по открытию расчётных счетов в кредитных учреждениях без фактического намерения осуществления по ним какой-либо деятельности, не могут быть признаны уголовно-наказуемым деянием, и могут предусматривать ответственность только в рамках гражданско-правовых отношений. 

Установленные же в судебном заседании обстоятельства, описание деяния, изложенное в постановлении о привлечении в качестве обвиняемой, обвинительном заключении и в приговоре суда не содержат описание признаков, подтверждающих изначальное предназначение электронных средств и электронных носителей информации, которые ФИО1 передала третьему лицу, для неправомерного осуществления приёма, выдачи, перевода денежных средств.

Кроме того, по смыслу уголовного закона, лицо может быть привлечено к уголовной ответственности за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 187 УК РФ, в случае доказанности умысла на сбыт электронных средств, электронных носителей информации, предназначенных для неправомерного осуществления приёма, выдачи, перевода денежных средств, и осознание этим же лицом того, что данные электронные средства и электронные носители информации будут использованы именно для неправомерной деятельности. 

Однако, по мнению судебной коллегии, ни одно из представленных стороной обвинения доказательств не свидетельствует о наличии такого умысла у ФИО1

Доказательства, подтверждающие наличие вышеуказанных признаков в действиях ФИО1, её осведомлённость о приобретении электронных средств и электронных носителей информации именно с целью их неправомерного использования, в приговоре не приведены, судом не исследовались, и в материалах дела отсутствуют. Получение ФИО1 денежного вознаграждения за приобретение и передачу третьему лицу электронных средств и электронных носителей информации не свидетельствует о наличии умысла у ФИО1 на совершение инкриминируемого преступления.

При этом показания ФИО1 о том, что по просьбе Р. она зарегистрировала ИП и передала электронные средства платежа с целью осуществления предпринимательской деятельности в дальнейшем, не опровергнуты. 

С учётом установленного, те обстоятельства, что в последующем по расчётным счетам, открытым на имя ФИО1, осуществлялись операции по переводу и выдаче денежных средств, а также то, что согласно данным регистрационного дела в Банке, ФИО1 была ознакомлена с условиями предоставления банковских услуг, ей разъяснялось о недопустимости передачи третьим лицам электронных носителей информации, также не свидетельствуют о наличии умысла у ФИО1 на совершение инкриминируемого преступления. 

При таких обстоятельствах в действиях ФИО1 отсутствует состав инкриминируемого преступления.

Судебная коллегия считает необходимым приговор суда в отношении ФИО1 как незаконный, необоснованный отменить, в соответствии с требованиями п. 2 ч. 1 ст. 389.20, ст. 389.23 УПК РФ вынести новое судебное решение – апелляционный приговор об оправдании ФИО1 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 187 УК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

Вопрос о судьбе вещественных доказательств при постановлении обвинительного приговора судом не разрешался, поскольку они приобщены и хранятся в материалах уголовного дела. Основания для принятии иного решения в данной части отсутствуют.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.23, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

П Р И Г О В О Р И Л А:

приговор Центрального районного суда г. Кемерово от 24 октября 2024 года в отношении ФИО1 отменить, апелляционную жалобу защитника Голдобина А.В. удовлетворить.

Оправдать ФИО1 по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 187 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления.

На основании ч. 1 ст. 134 УПК РФ признать за ФИО1 право на реабилитацию. Разъяснить право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, в соответствии со ст.ст. 135, 136, 138 УПК РФ.

Апелляционный приговор может быть обжалован в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренным гл. 47.1 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу, через суд первой инстанции, и подлежит рассмотрению в порядке, предусмотренном ст. ст. 401.7, 401.8 УПК РФ.

Оправданная вправе ходатайствовать об участии при рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: Н.С. Воробьева

Судьи: А.В. Донцов

Л.Н. Матвеева