Дело 2-3235/2020 

УИД: 50RS0036-01-2020-003603-67

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

«22» октября 2020 года

Пушкинский городской суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Зиминой А.Е. 

при секретаре судебного заседания Коробовой А.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании предварительного договора договором купли-продажи земельного участка с жилым строением, признании договора купли-продажи земельного участка с жилым строением недействительным, прекращении права собственности на земельный участок и расположенное на нем жилое строение, признании права собственности на земельный участок и расположенное на нем жилое строение,

при участии третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО4, Управления Росреестра по Московской области,

установил:

ФИО1 обратилась в Пушкинский городской суд Московской области с требованиями признать предварительный договор купли-продажи земельного участка с жилым строением, заключенный 27.05.2015 года между ФИО2 и ФИО1, истребовать земельный участок с кадастровым № и жилое строение с кадастровым № из незаконного владения ответчика ФИО3, прекратить право собственности ФИО3 на земельный участок с кадастровым № и жилое строение с кадастровым №, признать за ФИО1 право собственности на земельный участок с кадастровым № и жилое строение с кадастровым №.

В обоснование иска указано, что 27.05.2015 года между ФИО2 (бабушка истца, Продавец) и ФИО5 (истец, Покупатель) был заключен предварительный договор купли-продажи земельного участка с жилым строением. В соответствии с п. 1.1. Договора стороны договорились о заключении в будущем договора купли-продажи недвижимого имущества: земельного участка с кадастровым номером №, общей площадью 620 кв.м, категорией земель: земли сельскохозяйственного назначения, предоставленного для ведения садоводства, адрес объекта: 

<

адрес>, сельское поселение Царевское, в районе д. Шаблыкино, СНТ «Геодезия-8», участок 16 и расположенного на нем жилого строения – садового домика, общей площадью 48,5 кв.м, назначение: жилое, инв. №, лит А-А1-а. В последующем земельному участку присвоен кадастровый номер №; жилому строению присвоен кадастровый номер №, инв. №. В соответствии с пунктом 4.1. Договора стороны приняли на себя обязательства заключить основной договор купли-продажи земельного участка и расположенного на нем жилого строения – садового домика в срок, не позднее 

<

дата>. В день заключения договора стороны подписали передаточный акт. В соответствии с п. 2.1. Договора стороны оценили указанный земельный участок в 250 000 рублей 00 коп., жилое строение – садовый домик в 250 000 рублей 00 коп. Согласно пунктам 2.2.1.-2.2.2, 2.3. Договора стороны установили следующий порядок оплаты стоимости земельного участка и расположенного на нем жилого строения – садового домика: 50 % стоимости 250 000 руб. оплачивается в день подписания Договора; оставшаяся часть в размере 250 000 руб. - по 50 000 руб. в срок, не позднее 27 мая каждого последующего года. 250 000 руб. были переданы истцом продавцу в день заключения договора, что подтверждено распиской. Фактически заключенный между ФИО2 и ФИО1 предварительный договор купли-продажи является договором купли-продажи с условием о предварительной оплате, по которому в требуемой ГК РФ форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора купли-продажи недвижимости, ФИО1 в полном объеме выполнила принятые на себя обязательства по оплате стоимости переданной ей недвижимости, с момента передачи недвижимости ФИО1 владела переданными ей земельным участком и расположенным на нем жилым строением, оплачивала членские взносы и электрическую энергию. В соответствии с пунктом 4.1. Договора до 27.05.2020 Продавец принял на себя обязательства не совершать с другими лицами сделок в отношении указанной в п. 1.1 настоящего Договора недвижимости. Указанные обязательства исполнены не были. В марте-апреле 2020 года истцу ФИО1 стало известно, что в марте 2016 года ее отец ФИО4, действующий по доверенности от своей матери ФИО2, произвел отчуждение указанных земельного участка и жилого строения, 21.03.2016 произведена государственная регистрация права собственности ФИО3 Вместе с тем, законным владельцем данных земельного участка и жилого строения являлась ФИО1, в связи с чем договор, заключенный с ФИО3, является недействительным, поскольку имущество по нему было приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать.

В ходе рассмотрения дела требования иска были уточнены, истец просит признать предварительный договор купли-продажи земельного участка с жилым строением, заключенный 27 мая 2015 года между ФИО2 и ФИО1, признать договор купли-продажи земельного участка с жилым строением от 11.03.2016 между ФИО2 в лице ФИО4 и ФИО3 недействительным, прекратить право собственности ФИО3 на земельный участок с кадастровым № и жилое строение с кадастровым №, признать за ФИО1 право собственности на земельный участок с кадастровым № и жилое строение с кадастровым №.

В итоговом судебном заседании истица и ее представитель уточненные требования иска поддержали, все указанные ранее обстоятельства подтвердили в полном объеме, против применения сроков исковой давности возражали, поскольку истице стало известно о сделке в марте-апреле 2020 года.

Представители ответчика ФИО3 против иска возражали по доводам, изложенным в письменном виде, просили применить срок исковой давности.

Ответчик ФИО2 направила в суд заявление о признании иска.

ФИО4 выступил на стороне истца.

Представители Управления Росреестра в суд не явились, о слушании дела извещены в порядке ст.113 ГПК РФ.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам. 

В ходе рассмотрения дела установлено, что ответчик ФИО3 является собственником земельного участка площадью 620 кв.м, к.н. №, по адресу: 

<

адрес>, сельское поселение Царевское, в районе д. Шаблыкино, СНТ «Геодезия-8», участок 16 и расположенного на нем жилого строения – садового домика, общей площадью 48,5 кв.м, к.н.№. 

Право собственности ФИО3 зарегистрировано в ЕГРН 

<

дата> на основании договора купли-продажи земельного участка с жилым строением от 

<

дата>, заключенного с ФИО2 в лице ФИО4, действовавшего по доверенности.

Указанная сделка оспаривается истцом в силу следующего.

Согласно представленному суду в обоснование иска договора (л.д.18-20), 

<

дата> между ФИО2 (Продавец) и ФИО5 (Покупатель) был заключен предварительный договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером №, общей площадью 620 кв.м, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, предоставленного для ведения садоводства, адрес объекта: 

<

адрес>, сельское поселение Царевское, в районе д. Шаблыкино, СНТ «Геодезия-8», участок 16, и расположенного на нем жилого строения – садового домика, общей площадью 48,5 кв.м, назначение: жилое, инв. №, лит А-А1-а, адрес объекта: 

<

адрес>, сельское поселение Царевское, в районе д. Шаблыкино, СНТ «Геодезия-8», участок 16.

В день заключения предварительного договора сторонами подписан передаточный акт (л.д.21).

В соответствии с пунктом 4.1. Договора стороны приняли на себя обязательства заключить основной договор купли-продажи земельного участка и расположенного на нем жилого строения – садового домика в срок, не позднее 27.05.2020. До указанной даты Продавец принял на себя обязательства не совершать с другими лицами сделок в отношении указанной в п. 1.1 настоящего Договора недвижимости.

В соответствии с п. 2.1. Договора стороны оценили указанный земельный участок в 250 000 руб., жилое строение – садовый домик в 250 000 руб.

Согласно п.п.2.2.1.-2.2.2, 2.3 Договора стороны установили следующий порядок оплаты стоимости земельного участка и расположенного на нем жилого строения – садового домика:

- 50 процентов стоимости - 250 000 руб. - оплачивается Покупателем Продавцу в день подписания Договора;

- оставшаяся часть стоимости в размере 250 000 руб. в следующем порядке:

- 50 000 руб. в срок, не позднее 27 мая 2016 года;

- 50 000 руб. в срок, не позднее 27 мая 2017 года;

- 50 000 руб. в срок, не позднее 27 мая 2018 года;

- 50 000 руб. в срок, не позднее 27 мая 2019 года;

- 50 000 руб. в срок, не позднее 27 мая 2020 года.

В подтверждение оплаты истцом указанных денежных сумм суду представлены расписка Продавца от 27.05.2015, от 09.04.2016, от 25.05.2017, от 10.06.2018, от 12.07.2019, от 27.06.2020 (л.д.22-27).

Таким образом, из текстов предварительного договора от 27.05.2015, заключенного истцом, и договора купли-продажи от 11.03.2016, заключенного ответчиком ФИО3, следует, что оба договора заключены в отношении одного и того же недвижимого имущества.

Истица полагает договор купли-продажи в пользу ФИО3 ничтожной сделкой, поскольку заключенный между ней и ФИО2 предварительный договор фактически является исполненным основным договором купли-продажи с рассрочкой платежа, следовательно, именно она являлась собственником спорных объектов недвижимости на период заключения договора купли-продажи, то есть отчуждение имущества по договору купли-продажи произошло в отсутствие воли собственника.

Данная позиция истца является ошибочной и отклоняется судом в силу следующего.

В силу пункта 2 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в данном Кодексе.

В соответствии с пунктами 1, 2 и 3 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. Стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

Согласно пункту 1 статьи 429 Гражданского кодекса Российской Федерации по предварительному договору стороны обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ или оказании услуг (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором.

Предварительный договор должен содержать условия, позволяющие установить предмет, а также другие существенные условия основного договора (пункт 3 статьи 429 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, предметом предварительного договора является обязательство сторон только по поводу заключения будущего договора.

Положения п. 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2011 N 54 "О некоторых вопросах разрешения споров, возникающих из договоров по поводу недвижимости, которая будет создана или приобретена в будущем", согласно которому если сторонами заключен договор, поименованный ими как предварительный, в соответствии с которым они обязуются заключить в будущем на предусмотренных им условиях основной договор о продаже недвижимого имущества, которое будет создано или приобретено в последующем, но при этом предварительный договор устанавливает обязанность приобретателя имущества до заключения основного договора уплатить цену недвижимого имущества или существенную ее часть, суды должны квалифицировать его как договор купли-продажи будущей недвижимой вещи с условием о предварительной оплате, к спорным правоотношениям не применимы, поскольку касаются сделок в отношении будущей вещи, т.е. товара, который будет создан или приобретен продавцом в будущем (п. 1 постановления). 

В настоящем же случае сторонами заключен предварительный договор купли-продажи принадлежащего продавцу объекта недвижимости, а не объекта, которые он намерен создать или приобрести в будущем.

Предварительный договор купли-продажи по своей правовой природе, определенной частью 1 статьи 429 Гражданского кодекса Российской Федерации, не является основанием для возникновения у покупателя каких-либо прав на объект купли-продажи, в связи с чем передача спорного имущества во владение и в пользование истца до заключения основного договора купли-продажи без регистрации каких-либо обременений в ЕГРН не может быть расценена как передача имущества в смысле ст. 398 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Кроме того, анализ пояснений сторон в совокупности с опросом всех свидетелей показал, что в садовом доме по указанному адресу фактически всегда проживал ФИО4, истец ФИО1 появлялась на участке как гость.

В соответствии с п. 1 ст. 131 ГК РФ право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

Согласно п. 1 ст. 551 ГК РФ переход к покупателю права собственности на недвижимое имущество по договору продажи недвижимости подлежит государственной регистрации.

Недвижимое имущество признается принадлежащим добросовестному приобретателю (п. 1 ст. 302 ГК РФ) на праве собственности с момента такой регистрации, за исключением предусмотренных статьей 302 настоящего Кодекса случаев, когда собственник вправе истребовать такое имущество от добросовестного приобретателя.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 38 совместного Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ N 22 от 29.04.2010 г., приобретатель может быть признан добросовестным, если докажет, что при совершении сделки он не знал и не должен был знать о неправомерности отчуждения имущества продавцом, в частности, если принял разумные меры для выяснения правомочий продавца на отчуждение имущества.

Приобретатель не может быть признан добросовестным, если на момент совершения сделки по приобретению имущества право собственности в ЕГРП было зарегистрировано не за отчуждателем или в ЕГРП имелась отметка о судебном споре в отношении этого имущества.

Согласно п. 3 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу п. 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота.

По общему правилу п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Оспариваемый договор купли-продажи был заключен ФИО4 (со стороны продавца) с покупателем ФИО3 при наличии на то соответствующих полномочий по действующей доверенности от правообладателя имущества ФИО2, которая являлась на дату заключения договора зарегистрированным собственником спорного недвижимого имущества, в связи с чем сомнений в законности прав продавца у ответчицы не могло возникнуть, поскольку все документы отвечали признакам достоверности, что следует из представленных Управлением Росреестра копий дел правоустанавливающих документов.

Сведения о правопритязаниях истца на спорный объект недвижимости на момент регистрации договора купли-продажи в ЕГРН отсутствовали.

Согласно разъяснениям, изложенных в абз. 6 п. 61 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", статья 8.1 ГК РФ содержит основополагающие правила государственной регистрации прав на имущество, подлежащие применению независимо от того, что является объектом регистрации (права на недвижимое имущество, доля в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью и др.). Данная норма распространяется на регистрацию в различных реестрах: Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, Едином государственном реестре юридических лиц и т.д.

Если продавец заключил несколько договоров купли-продажи в отношении одного и того же недвижимого имущества, суд удовлетворяет иск о государственной регистрации перехода права собственности того лица, во владение которого передано это имущество применительно к статье 398 ГК РФ. Иные покупатели вправе требовать возмещения убытков, вызванных неисполнением договора купли-продажи продавцом.

В то же время в абз. 7 п. 61 указанного Постановления Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ N 10/22 от 29.04.2010 г. разъяснено, что если продавец заключил несколько договоров купли-продажи в отношении одного и того же недвижимого имущества, и произведена государственная регистрация перехода права собственности за одним из покупателей, другой покупатель вправе требовать от продавца возмещения убытков, вызванных неисполнением договора купли-продажи.

Также в пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" Верховный Суд Российской Федерации указал, что статья 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации содержит основополагающие правила государственной регистрации прав на имущество, подлежащие применению независимо от того, что является объектом регистрации (права на недвижимое имущество, доля в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью и др.); для лиц, не являющихся сторонами сделки и не участвовавших в деле, считается, что подлежащие государственной регистрации права на имущество возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, а не в момент совершения или фактического исполнения сделки либо вступления в законную силу судебного решения, на основании которых возникают, изменяются или прекращаются такие права (пункт 2 статьи 8.1, пункт 2 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, приоритет имеет тот покупатель, за которым произведена государственная регистрация перехода права собственности. По данному делу таким покупателем является ответчик ФИО3

В соответствии с п. 1 ст. 131 ГК РФ право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

Согласно п. 1 ст. 551 ГК РФ переход к покупателю права собственности на недвижимое имущество по договору продажи недвижимости подлежит государственной регистрации.

Требования закона, предъявляемые к заключению договора купли-продажи недвижимого имущества, ответчиком ФИО3 были выполнены в полном объеме, в связи с чем основания для признания оспариваемого договора купли-продажи от 11.03.2016 недействительным по заявленным истцом основаниям отсутствуют.

При разрешении спора суд так же учитывает и разъяснения пункта 59 постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", в силу которых если иное не предусмотрено законом, иск о признании права подлежит удовлетворению в случае представления истцом доказательств возникновения у него соответствующего права. Иск о признании права, заявленный лицами, права и сделки которых в отношении спорного имущества никогда не были зарегистрированы, могут быть удовлетворены в тех случаях, когда права на спорное имущество возникли до вступления в силу Закона о регистрации и не регистрировались в соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 6 названного Закона, либо возникли независимо от их регистрации в соответствии с пунктом 2 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Принимая во внимание вышеуказанные разъяснения Верховного Суда РФ, суд, установив, что в настоящем споре государственная регистрация перехода права собственности на спорное имущество произведена за ответчицей ФИО3, приходит к выводу об отказе в удовлетворении всех заявленных исковых требований - о признании предварительного договора купли-продажи основным договором, признании права собственности, признании договора недействительным. При этом истица не лишена возможности избрать иной способ защиты права путем возмещения убытков, вызванных неисполнением продавцом предварительного договора купли-продажи.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, установление в законе общего срока исковой давности, т.е. срока для защиты интересов лица, право которого нарушено (статья 196 ГК Российской Федерации), а также последствий его пропуска обусловлено необходимостью обеспечить стабильность отношений участников гражданского оборота и не может рассматриваться как нарушение конституционных прав и свобод (определения от 3 октября 2006 года N 439-О, от 18 декабря 2007 года N 890-О-О, от 20 ноября 2008 года N 823-О-О, от 25 февраля 2010 года N 266-О-О, от 24 сентября 2012 года N 1755-О, от 29 мая 2014 года N 1077-О и др.).

Согласно статье 196 ГК РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года.

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" (далее – Постановление №43) разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск (пункт 15 Постановления N 43).

Оценивая доводы сторон в отношении применения сроков исковой давности, суд приходит к выводу, что 3-летний срок на обращение истца с заявленными требованиями пропущен, поскольку статья 200 ГК РФ устанавливает срок исковой давности не только от того момента, когда лицо узнало о нарушении прав, но и от того, когда лицо должно было узнать данные обстоятельства.

В ходе рассмотрения дела из объяснений всех участников процесса и опроса свидетелей ФИО6 (бухгалтер СНТ), ФИО7, следует, что о смене собственника по спорному земельному участку в СНТ было известно, в том числе и в связи с имеющейся задолженностью по оплате членских взносов.

Как следует из разъяснений Постановления Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского Кодекса Российской Федерации об исковой давности» в соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица. Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Оценивая доводы сторон в отношении реализации истицей этих прав, суд приходит к выводу, что при необходимой заботливости и осмотрительности, с которыми гражданское законодательство связывает осуществление гражданских прав, истица имела реальную возможность узнать о зарегистрированных правах на спорные объекты недвижимости и установить факт распоряжения имуществом, а также осуществить защиту нарушенного права на приватизацию своевременно и в установленный законом срок. Информация о правообладателях объектов недвижимости является открытой, предоставляется органами Росреестра заинтересованным лицам по их требованию.

Кроме того, все участники оспариваемой сделки являются родственниками, общаются между собой, при этом продавец и его доверенное лицо по оспариваемой сделке выступили в данном в деле на стороне иска.

После заключения договора и его регистрации 3 года истекли 21.03.2019.

Однако с иском в суд истица обратилась только в 2020 г., что свидетельствует о пропуске ею установленного Законом срока исковой давности.

При этом обстоятельств, указывающих на невозможность осуществления истицей гражданских прав по независящим от нее причинам, истицей не заявлено, судом не установлено. Самоустранение от реализации прав собственника, о которых она заявляет на основании предварительного договора, к таким обстоятельствам не относятся.

Доводы представителя истца о том, что срок исковой давности подлежал исчислению со дня, когда истица узнала о регистрации прав из выписки ЕГРН, судом отклоняются, поскольку в соответствии с п. 2 ст. 181 ГК РФ начало течения срока исковой давности связывается законодателем не только с тем, когда лицо, по его утверждению, узнало о нарушении своего права, но и с тем, когда оно должно было узнать о нарушении права. В данном случае, прийти к выводу о том, что нарушение прав истца обусловлено получением сведений о праве, нельзя. 

О наличии каких-либо препятствий к получению истицей сведений о наличии (либо отсутствии) права на спорные объекты недвижимости, его характере и объеме, судом не установлено.

Доказательства, подтверждающие совершение ответчиком действий, направленных на сокрытие информации, правоустанавливающих документов, истцом не представлено. 

Применяя исковую давность к спорным правоотношениям сторон, суд так же учитывает следующее.

Ограничение в виде срока давности, срока для обращения в суд закон предусмотрел в целях обеспечения устойчивости гражданского оборота, сохранения стабильности возникших правоотношений и соблюдения гарантий прав его участников. В противном случае ни один правообладатель не мог бы быть уверенным в легитимности своих правомочий, постоянно находясь под угрозой их судебного оспаривания. Исходя из презумпции добросовестности участников гражданских правоотношений, бремя негативных последствий того, что заявитель не смог надлежащим образом воспользоваться принадлежащим ему правом, несет, как правило, он сам.

В соответствии со статьей 205 ГК РФ в исключительных случаях суд может признать уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца - физического лица, если последним заявлено такое ходатайство и им представлены необходимые доказательства.

Таких обстоятельств по данному делу не установлено.

В соответствии с п.2 ч.4.1 ст.198 ГПК РФ в случае отказа в иске в связи с истечением срока исковой давности или признанием неуважительными причин пропуска срока обращения в суд в мотивировочной части решения суда указывается только на установление судом данных обстоятельств.

В силу ст. 144 ГПК РФ обеспечение иска может быть отменено тем же судьей или судом по заявлению лиц, участвующих в деле, либо по инициативе судьи или суда. В случае отказа в иске принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления в законную силу решения суда. Однако судья или суд одновременно с принятием решения суда или после его принятия может вынести определение суда об отмене мер по обеспечению иска. При удовлетворении иска принятые меры по его обеспечению сохраняют свое действие до исполнения решения суда.

С учетом полного отказа в иске, принятые судом в ходе рассмотрения дела меры обеспечения иска в порядке ст.144 ГПК РФ подлежат отмене.

Руководствуясь ст.ст.144, 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 о признании предварительного договора договором купли-продажи земельного участка с жилым строением, признании договора купли-продажи земельного участка с жилым строением недействительным, прекращении права собственности на земельный участок и расположенное на нем жилое строение, признании права собственности на земельный участок и расположенное на нем жилое строение оставить без удовлетворения.

Отменить меры обеспечения иска, принятые определением Пушкинского городского суда Московской области от 17.09.2020. Сложить арест на земельный участок с кадастровым № и жилое строение с кадастровым №, расположенные по адресу: МО 

<

адрес> в р-не д.Шаблыкино СНТ «Геодезия-8», уч.16. Снять запрет на распоряжение указанными объектами недвижимости и совершение регистрационных действий в отношении перехода прав на них.

Решение может быть обжаловано в Московский областной суд через Пушкинский городской суд в течении месяца со дня изготовления в окончательной форме – 

<

дата>.

Судья