Дело № 2-1271/18

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Куйбышевский районный суд г. Новокузнецка Кемеровской области 

в составе: председательствующего Аксиненко М.А.,

при секретаре Прохоренко О.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Новокузнецке 7 ноября 2018 гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о признании недействительным договора купли-продажи,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1, ФИО2 в лице представителя ФИО5, действующей на основании доверенностей, обратились в суд с иском к ФИО3, ФИО4 о признании недействительным договора купли-продажи здания, применении последствий недействительности ничтожной сделки. Требования мотивированы тем, что 10.04.1995 г. по договору купли-продажи ТОО «Вариор» в лице директора С.А.П. была совершена сделка по продаже здания, расположенного по адресу: 

<

адрес>. Между ТОО «Вариор» в лице ФИО4 (Продавец) и ФИО3 (Покупатель) 11.11.1997 г. заключена сделка, в соответствии с которой Продавец продал Покупателю задние по адресу: 

<

адрес>. Решением Куйбышевского р/с г. Новокузнецка от 19.05.2009 г. за ФИО3 было признано право собственности на указанное здание. Однако, на момент совершения сделки директором ТОО «Вариор» являлся С.А.П. Ответчик ФИО4 не была ни собственником здания, на директором ТОО «Вариор» и не имела права отчуждать спорное здание. ТОО «Вариор» было снято с учета 20.06.2006 г., в связи с прекращением деятельности. Однако, 03.10.2006 г. определением Центрального районного суда г. Новокузнецка было утверждено мировое соглашение, в соответствии с условиями которого, С.А.П. передал ФИО4 ? доли в праве собственности на магазин по адресу: 

<

адрес>, то есть С.А.П. передал право собственности на здание, оформленное на ТОО «Вариор», которого на тот момент уже не существовало. С момента получения свидетельства о государственной регистрации права собственности на спорное здание, то есть, с 30.06.2009 г. ФИО3 не предпринимала попыток обращения в ресурсоснабжающие организации для заключения договоров водоснабжения, электроснабжения, вывоза мусора. Не пыталась она также заключить договор аренды земельного участка, на котором расположено спорное здание. В объяснении, данном ФИО4 в ходе доследственной проверки по заявлению ФИО2, она указала, что здание решила продать ФИО3 в 2008 г., технический паспорт на здание она получила 12.03.2008 г. С 30.06.2009 г. собственником здания стала ФИО3 Полагают, что оспариваемая сделка является мнимой, то есть, совершенной без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. В связи с чем, просили признать недействительным договор купли-продажи здания по 

<

адрес>, заключенный между ответчиками 11.11.1997 г.; прекратить регистрационную запись в ЕГРН № о праве собственности ФИО3 на спорное здание; взыскать в их пользу с ответчиков государственную пошлину в размере 5 489 руб.

В ходе рассмотрения дела исковые требования неоднократно уточнялись. Согласно последним уточненным исковым требованиям, поданным ФИО1, ФИО2, в лице представителя ФИО5, истцы просят признать недействительным договор купли-продажи отдельно стоящего нежилого здания, расположенного по адресу: 

<

адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО4; взыскать с ответчиков расходы по оплате государственной пошлины.

Истцы ФИО1, ФИО2 в судебное заседание не явились. О дате, времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. Предоставили заявления о рассмотрении дела в их отсутствие (л.д.196). 

В судебном заседании представители истцов ФИО5, ФИО6, действующие на основании доверенностей, исковые требования поддержали в полном объеме. Дали пояснения, аналогичные доводам искового заявления. Полагают, что о мнимости совершенной между ответчиками сделки свидетельствует то, что в течение длительного времени ФИО3 не предпринимала мер для осуществления правомочий собственника спорного здания. Ответчица не несла бремя его содержания. До 2017 г. она не предпринимала попыток обращаться за защитой своего права в правоохранительные органы. При этом, из мирового соглашения, заключенного между С.А.П. и ФИО4 и утвержденного Центральным р/с г. Новокузнецка, следует, что к ФИО4 право собственности на спорное здание перешло уже после заключения договора купли-продажи с ФИО3 Полагают, что указанная сделка совершена для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Ответчиками не представлен акт приема передачи нежилого помещения, расписка в получении денежных средств. Кроме того, договор заключен до деноминации рубля, и указанная в нем стоимость здания в размере 50 000 руб., не соответствовала ценам на недвижимое имущество, реально сложившимся на момент его заключения. В БТИ оригинал указанного договора не передавался.

Ответчики ФИО3, ФИО4 в судебное заседание не явились. О дате, времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. Предоставили заявление с просьбой рассмотреть дело в их отсутствие (л.д. 197,198).

Представители ответчиков адвокат Егоров П.А., действующий на основании ордера, ФИО7, действующий на основании доверенности, исковые требования не признали. Полагают, что истцами пропущен срок исковой давности для предъявления исковых требований о применении последствий недействительности ничтожной сделки и признании такой сделки недействительной, который в силу ч.1 ст.181 ГК РФ составляет 3 года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о начале исполнения сделки. Указанный срок для лица, не являющегося стороной сделки, не может превышать десяти лет. Полагают, что о наличии решения Куйбышевского районного суда г. Новокузнецка от 19.05.2009 г. о признании права собственности на спорное здание за ФИО3 им стало известно не позднее мая 2015 г., что подтверждается протоколом судебного заседания, проведенного по заявлению ФИО2 о восстановлении срока для подачи апелляционной жалобы на указанное решение. В данном судебном заседании в качестве представителя ФИО2 участвовала истица ФИО1 Полагают, что истцами пропущен как трехлетний, так и десятилетний срок исковой давности. Считают необоснованными утверждения истцов о мнимости заключенной сделки, поскольку ФИО3 предпринимались меры для реализации возникшего у нее права собственности на спорное здание, в частности, в 2009 г. она обратилась в суд с иском о признании права собственности. На основании решения суда ее право было зарегистрировано. В связи с тем, что здание в добровольном порядке не освобождалось, она обратилась в суд с иском об истребовании его у ООО «Стрелец». Решение об удовлетворении исковых требований вступило в законную силу 24.12.2015 г. Однако, ООО «Стрелец» было ликвидировано. Зданием продолжал пользоваться ФИО2, а затем, после прекращения им статуса индивидуального предпринимателя, зданием пользовалась ФИО1 Решением Куйбышевского районного суда г. Новокузнецка от 12.02.2018 г. были удовлетворены исковые требования ФИО3 о взыскании с ФИО1 неосновательного обогащения за пользование зданием. Кроме того, ФИО3 неоднократно обращалась в энергоснабжающие организации для заключения с ней, как с собственником здания, договора энергоснабжения, она оплачивала налоги на имущество, что свидетельствует о том, что оспариваемая сделка мнимой не является. Осуществлять правомочия собственника в полном объеме ФИО3 не могла по объективным причинам, поскольку спорное здание находилось во владении истцов. В связи с чем, просят отказать в удовлетворении заявленных исковых требований. 

Представитель третьего лица Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Кемеровской области в судебное заседание не явился. О дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом (л.д.187). Из письменных объяснений, предоставленных начальником Новокузнецкого отдела Управления Росреестра по КО ФИО8, действующей на основании доверенности, следует, что 30.06.2009 г. на основании решения Куйбышевского районного суда г. Новокузнецка от 19.05.2009 г. была произведена государственная регистрация права собственности ФИО3 на нежилое здание (магазин) по 

<

адрес>. В настоящее время произведена государственная регистрация ареста указанного здания на основании определения Куйбышевского районного суда г. Новокузнецка от 12.10.2018 г. Просила рассмотреть дело в отсутствие представителя Управления Росреестра (л.д.188-190).

Заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела и рассмотрев дело в пределах заявленных требований, суд приходит к выводу о том, что исковые требования истцов не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

По смыслу ст. 153 ГК РФ сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии со ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (ст. 167 ГК РФ).

В силу ч. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Необходимым условием действительности сделки является соответствие волеизъявления, указанного в договоре, истинной воле лица, совершающего сделку. Таким образом, для признания сделки мнимой необходимо установить, что ее стороны не намеревались создать соответствующие ей правовые последствия, сделку фактически не исполняли и исполнять не желали, и правовые последствия, предусмотренные заключенной сделкой, не возникли.

По смыслу ч. 1 ст. 170 ГК РФ совершение мнимой сделки не направлено на достижение каких-либо правовых результатов (последствий) для ее сторон, так как стороны при заключении сделки преследуют цель создания видимости ее правовых последствий для третьих лиц. Такая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей, а волеизъявление свидетельствует о таковых.

В соответствии с пунктом 1 статьи 549 ГК РФ, подлежащему применению к оспариваемой сделке, по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

В силу ст. 551 ГК РФ договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (пункт 2 статьи 434).

Передача недвижимости продавцом и принятие ее покупателем осуществляются по подписываемому сторонами передаточному акту или иному документу о передаче. Если иное не предусмотрено законом или договором, обязательство продавца передать недвижимость покупателю считается исполненным после вручения этого имущества покупателю и подписания сторонами соответствующего документа о передаче (пункт 1 статьи 556 ГК РФ).

Переход права собственности на недвижимость от ее продавца к покупателю подлежит государственной регистрации (пункт 1 статьи 551 ГК РФ). 

Таким образом, на основе вышеуказанных норм закона сделка купли-продажи недвижимого имущества будет считаться исполненной, если стороны совершат действия по передаче объекта недвижимости и уплате денежных средств.

Согласно договору купли-продажи отдельно стоящего нежилого здания, заключенному 11.11.1997 г. между ТОО «Вариор» в лице директора ФИО4, действующей на основании Устава, (Продавец) и ФИО3 (Покупатель), Продавец продал, а покупатель купил одноэтажное кирпичное отдельно стоящее нежилое здание (магазин) общей площадью 213,6 кв.м., расположенное по адресу: 

<

адрес> (л.д.199). 

По условиям указанного договора стороны достигли соглашения о продажной цене отчуждаемого имущества, которая составляет 50 000 руб. Расчет произведен до подписания указанного договора (пункт 4). Продавец передал покупателю здание при подписании договора, который является актом приема-передачи (пункт 5).

Таким образом, из текста договора следует, что денежные средства за приобретаемое ФИО3 недвижимое имущество были оплачены до подписания договора. Доводы представителей истцов о том, что стоимость продаваемого имущества не соответствует ценам, сложившимся на объекты недвижимости на тот момент, по мнению суда, не является доказательством мнимости сделки, поскольку в силу ч.1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора, и признание его незаключенным согласно ч.1 ст. 555 ГК РФ возможно только при отсутствии в договоре купли-продажи условия о цене продаваемого имущества. 

Поскольку по условиям договора купли-продажи данный договор является актом приема-передачи, отсутствие отдельно составленного акта приема-передачи недвижимого имущества не свидетельствует о том, что имущество не было передано продавцом покупателю. 

При заключении договора между сторонами было достигнуто соглашение о всех его существенных условиях.

Проанализировав представленные доказательства в их совокупности, изучив содержание договора купли-продажи от 11.11.1997 г., суд считает установленным, что при заключении данного договора стороны не только предусмотрели реальные правовые последствия сделки, но и осуществили их. 

Истцами не представлено доказательств, достоверно подтверждающих, что при заключении договора обеими его участниками преследовалась иная цель. 

О том, что истица ФИО3 предпринимала попытки реализовать свое право, как собственник нежилого здания, по мнению суда, свидетельствуют ее действия, направленные на регистрацию данного права.

Так, из технического паспорта нежилого здания (магазина), расположенного по 

<

адрес>, изготовленного ФГУП «Российский государственный центр инвентаризации и учета объектов недвижимости» Южное отделение Кемеровского филиала ФГУП «Ростехинвентаризация - Федеральное БТИ», следует, что указанный паспорт был составлен 12.03.2008 г. и получен ФИО3 Кроме того, в указанном паспорте имеется отметка о ФИО3, как о правообладателе указанного объекта недвижимости на основании договора купли-продажи от 11.11.1997 г., что опровергает доводы представителей истцов о том, что договор купли-продажи в БТИ не предоставлялся.

Сведения об указанном объекте недвижимости внесены в Единый государственный реестр объектов капитального строительства 05.06.2008 г., о чем в техническом паспорте имеется отметка (л.д. 165-175).

Согласно решению Куйбышевского районного суда г. Новокузнецка от 19.05.2009 г. за ФИО3 признано право собственности на одноэтажное отдельно стоящее кирпичное здание, площадью 214,4 кв.м., расположенное по адресу: 

<

адрес> (л.д.24-26).

Кроме того, 24.12.2015 г. Куйбышевским районным судом г. Новокузнецка было рассмотрено гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО2, ООО «Стрелец» об истребовании имущества из чужого незаконного владения. Решением суда исковые требования ФИО3 удовлетворены (л.д. 9-13).

20.05.2016 г. возбуждено исполнительное производство № в отношении ООО «Стрелец», которое 09.02.2018 г. было окончено, в связи с невозможность исполнения.

Из материалов исполнительного производства следует, что ФИО7 - представитель ФИО3, обращался к судебному приставу с заявлением о предоставлении сведений о ходе исполнительного производства. Кроме того, он обращался в ОП «Куйбышевский» УМВД России по г. Новокузнецку с заявлением о возбуждении уголовного дела по факту неисполнения решения суда о передаче здания ответчице ФИО3

19.07.2015 г. представителем ответчицы ФИО3 и представителем ООО «Горэлектросеть» был подписан акт разграничения балансовой принадлежности сторон в отношении нежилого здания по 

<

адрес> (л.д.129).

27.03.2017 г. представитель ФИО3 – ФИО7 обращался с заявлением в ООО «Энергосбыт» о расторжении имевшегося договора энергоснабжения и заключения соответствующего договора с собственником здания (л.д.128).

Кроме того, с 2011 г. ФИО3 оплачивались налоги на имущество, а именно, здание по 

<

адрес>, что подтверждается квитанциями, сведениями, предоставленными налоговой инспекцией (л.д. 130-137, 176-178, 193-194).

Решением Куйбышевского районного суда г. Новокузнецка от 12.02.2018 г. с ИП ФИО1 в пользу ФИО3 взыскано неосновательное обогащение в виде суммы арендных платежей за пользование зданием.

По мнению суда, приведённые выше доказательства свидетельствуют о том, что оспариваемая сделка не носила мнимый характер. Напротив, она была заключена ФИО3 с целью возникновения соответствующих правовых последствий, а именно, для осуществления покупателем правомочий собственника здания по 

<

адрес>. Однако, использовать указанное здание по назначению ФИО3 не могла по объективным причинам, в связи с тем, что оно находилось и до настоящего времени находится во владении истцов, что не оспаривается их представителями. Доказательств иного суду в соответствии со ст. 56 ГПК РФ не представлено. Данных о том, что сделка заключена лицом, не имеющим соответствующих прав, не представлено.

С момента заключения договора купли-продажи ФИО3 фактически спорным зданием не пользовалась и не была потребителем соответствующих услуг. В связи с чем, доводы представителей истцов о том, что ФИО3 не несла расходы по оплате арендных платежей за землю, расходов за поставленную электроэнергию, коммунальные услуги, не заключала договор аренды на земельный участок, на котором расположено спорное здание, по мнению суда, не подтверждает добровольного устранения собственника от реализации принадлежащих ему правомочий и не могут рассматриваться, как доказательства мнимости сделки.

Несение истцом ФИО2 расходов, связанных с использованием здания по 

<

адрес> на основании соответствующих договоров (л.д. 78-105, 107-124), не противоречит нормам действующего законодательства и не свидетельствует об отказе ФИО3 от осуществления правомочий собственника.

Таким образом, не имеется оснований для удовлетворения исковых требований о признании недействительным договора купли-продажи здания по 

<

адрес>, заключенного между ответчиками 11.11.1997 г. 

Суд не может согласиться с доводами представителей истцов о том, что пояснения, данные ФИО4 в ходе доследственной проверки о том, что решение продать спорное здание ФИО3 было принято ею в 2008 г., наличие мирового соглашения о передаче С.А.П. ? доли в праве собственности на здание по 

<

адрес> ФИО4, заключенное 03.10.2006 г., являются доказательствами мнимости заключенного 11.11.1997 г. договора купли продажи, так как сделка заключена между собственником здании ТОО «Вариор» и ФИО3 ФИО4 собственником данного здания, как следует из материалов дела, никогда не являлась.

Дата заключения договора подтверждена документально, действий, свидетельствующих об отказе ФИО3 от права собственности на спорное здание, как следует из материалов дела, она не совершала. 

Суд также соглашается с доводами представителей ответчиков о том, что истцами пропущен срок исковой давности для обращения в суд с иском о признании сделки недействительной.

Согласно ст. 4 ГК РФ акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом. 

В соответствии с п. 1 статьи 181 ГК РФ в редакции федерального закона от 30.11.1994 N 51-ФЗ, действовавшей на момент заключения договора, иск о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлен в течение десяти лет со дня, когда началось ее исполнение.

Таким образом, действовавший на момент возникновения спорного правоотношение закон, связывал начало течения срока исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и требованиям о признании ее недействительной не с субъективным фактором - осведомленностью заинтересованного лица о нарушении его прав, а с объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения такой сделки вне зависимости от субъекта оспаривания.

В пункте 9 статьи 3 Федерального закона от 07.05.2013 N 100-ФЗ "О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Закон N 100-ФЗ) предусмотрено, что установленные положениями Кодекса (в редакции названного Закона) сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством, и не истекли до 01.09.2013. Десятилетние сроки, предусмотренные пунктом 1 статьи 181, пунктом 2 статьи 196 и пунктом 2 статьи 200 Кодекса (в редакции Закона N 100-ФЗ), начинают течь не ранее 01.09.2013.

В абзаце 2 пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" содержится прямое указание на то, что десятилетние сроки, предусмотренные пунктом 1 статьи 181, пунктом 2 статьи 196 и пунктом 2 статьи 200 Кодекса (в редакции Закона N 100-ФЗ), начинают течь не ранее 01.09.2013 и могут применяться не ранее 01.09.2023 (пункт 9 статьи 3 Закона N 100-ФЗ в редакции Федерального закона от 28.12.2016 N 499-ФЗ "О внесении изменения в статью 3 Федерального закона "О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации").

Как установлено, в ходе рассмотрения дела, оспариваемый договор купли-продажи исполнен сторонами в день его заключения, то есть, до 01.09.2013, в связи с чем, положения ГК РФ о сроке исковой давности в отношении требований о признании сделок недействительными (в редакции Закона N 100-ФЗ) к спорным отношениям не применимы.

Кроме того, пунктом 1 статьи 181 ГК РФ (в редакции, вступившей в силу с 01.09.2013) предусмотрено, что для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки; течение срока исковой давности по названным требованиям, предъявленным лицом, не являющимся стороной сделки, начинается со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала ее исполнения. То есть названной нормой установлен предельный срок исковой давности для предъявления требований лицами, не являющимися стороной по сделке.

Между тем, как установлено судом, истице ФИО1 о заключенном 11.11.1997 г. договоре купли-продажи, решении Куйбышевского районного суда г. Новокузнецка от 19.05.2009 г. стало известно из ответа прокурора Куйбышевского района г. Новокузнецка по заявлению, поданному 29.05.2015 г., что подтверждается протоколом судебного заседания, состоявшегося 21.07.2015 г., в связи с рассмотрением заявления ФИО2 о восстановлении срока на подачу апелляционной жалобы на решение Куйбышевского районного суда г. Новокузнецка от 19.05.2009 г. 

Следовательно, трехлетний срок исковой давности в любом случае истек 21.07.2018 г. Оснований для его восстановления не имеется.

Иных требований истцами не заявлено.

Поскольку исковые требования о признании недействительным договора купли-продажи удовлетворению не подлежат, нет оснований для взыскания с ответчиков расходов по оплате государственной пошлины, понесенных истцами при подаче иска.

На основании изложенного, руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1, ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о признании недействительным договора купли-продажи в полном объеме.

По вступлении решения суда в законную силу отменить меры по обеспечению иска в виде наложения ареста на здание по адресу: 

<

адрес>, и запрета совершения регистрационных действий с указанным зданием.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий:

Мотивированное решение изготовлено 12.11.2018 г.