РЕШЕНИЕ

 Именем Российской Федерации 

5 октября 2020 года город Иваново 

Ивановский районный суд Ивановской области в составе председательствующего судьи Фищук Н.В., 

при секретаре Котиной М.В., 

с участием истца ФИО1,

представителя истца ФИО2, действующего на основании доверенности,

представителя ответчика ФИО3, действующей на основании доверенности, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в Ивановском районном суде Ивановской области гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Куркиной Е.В. о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Куркиной Е.В. о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки. Иск мотивирован тем, что истцу на праве собственности принадлежала двухкомнатная квартира с кадастровым номером №, расположенная по адресу: 

<

адрес> Из выписки из ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ № истец узнала, что данная квартира ей больше не принадлежит, собственником является Куркина Е.В., права которой на данную квартиру зарегистрированы ДД.ММ.ГГГГ за №. При выяснении обстоятельств регистрации права собственности ответчик представила истцу копию договора купли-продажи и передаточного акта от ДД.ММ.ГГГГ. Однако реальных намерений продать свое единственное жилье у истца не было, денежных средств, указанных в договоре купли-продажи, она не получала, т.к. ответчик ей никогда деньги не передавала. Фактически имущество не передано, пользуется спорной квартирой по её прямому назначению и несет бремя содержания истец. Таким образом, совершенные сторонами фактические и юридические действия не свидетельствуют о том, что они были направлены на отчуждение спорного имущества. Кроме того, истец утверждает, что спорный договор она не подписывала, сделка является для нее кабальной. Подлинники договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, передаточного акта к нему, свидетельства о праве на наследство по закону от ДД.ММ.ГГГГ, договора на передачу жилого помещения в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ № и свидетельства о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ находятся у ответчика. На основании изложенного истец просила признать договор купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ с кадастровым номером №, расположенной по адресу: 

<

адрес>, между ФИО1 и Куркиной Е.В., недействительным и применить последствия недействительности сделки; восстановить в ЕГРН запись о регистрации права собственности ФИО1 на указанную квартиру. 

В судебном заседании 16 марта 2020 года в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса РФ истец, действуя через представителя, изменила основание иска, указав на то, что заблуждалась относительно природы сделки, полагала, что документы, которые составлял адвокат Куркиной Е.В. не что иное, как письменная юридическая консультация, а не договор купли-продажи квартиры. Квартиру она намерений продавать не имела, поскольку это ее единственное жилье. Договор оформлялся в спешном порядке, под влиянием заблуждения и обмана. Истинная воля ФИО1 заключалась в получении грамотной юридической консультации вариантов решения вопроса о передаче ее квартиры за уход за нею после ее смерти. Отчуждать квартиру ни в 2015 году, ни в настоящее время она не хотела. В договоре цена квартиры определена в 

<

данные изъяты> руб., что несоразмерно ни кадастровой, ни рыночной цене на недвижимость. С ценой договора истец не согласна. Полагает, что сделку следует считать кабальной. На основании изложенного, ссылаясь на ст.ст. 178, 179, 432, 454 Гражданского кодекса РФ, истец просит признать договор купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО1 и Куркиной Е.В., недействительным, применить последствия недействительности сделки, восстановить в ЕГРН запись о регистрации права собственности ФИО1 на указанную квартиру. 

В судебном заседании истец и её представитель требования поддержали по основаниям, изложенным в иске, просили иск удовлетворить в полном объеме. 

Истец в ходе судебного разбирательства дополнительно пояснила, что имела намерение отдать свою квартиру Куркиной Е.В. за то, что та за ней хорошо ухаживала, и должна была ухаживать до смерти. Они с Куркиной Е.В. ездили к адвокату, где она (истец) устно об этом заявляла и, не читая, подписывала какие-то документы. Зачем ездили к адвокату, не понимала, ей никто ничего не объяснял. Она доверилась Куркиной Е.В., и та её обманула. О том, что квартира ей не принадлежит, сообщила сама Куркина Е.В. 

<

данные изъяты> 2019 года, когда между ними произошел разлад. По другим объяснениям, об отчуждении квартиры узнала от представителя ФИО4, когда обратилась к ней с целью передать квартиру государству. Деньги по договору купли-продажи не получала. День, когда подписала договор купли-продажи, помнит плохо. У невролога не наблюдается, до 2018 года чувствовала себя хорошо, в больницу не обращалась, провалами в памяти не страдает.

В судебных заседаниях представитель истца ФИО4 поясняла, что между истцом и ответчиком существовали доверительные отношения, знакомы они были с 2005 года, с 2015 года Куркина Е.В. стала осуществлять уход за ФИО1, возила ей продукты, помогала по хозяйству. ФИО1 изъявляла желание составить завещание на Куркину Е.В. С этой целью они ездили к адвокату, обсуждали, каким образом можно оформить квартиру на Куркину Е.В. В сентябре 2019 года отношения между ними разладились, т.к. ФИО1 перестало устраивать качество оказываемых Куркиной Е.В. услуг, и она (истец) решила пойти в дом престарелых, а свою квартиру передать государству. С этой целью обратилась к ФИО4, пояснив, что все документы на квартиру находятся у Куркиной Е.В. После получения выписки из ЕГРН выяснилось, что квартира находится в собственности ответчика. Однако договор ФИО1 не подписывала, подпись в договоре от ДД.ММ.ГГГГ не её, денег по договору ответчик ей не передавала. ФИО1 – адекватный человек, провалами в памяти не страдает.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании пояснял, что сделка совершена истцом в состоянии заблуждения, ФИО1 не понимала, что делает, полагала, что оформляет опекунство. Воля истца не была направлена на отчуждение принадлежащей ей квартиры. 

Ответчик в судебное заседание не явилась, о месте и времени судебного разбирательства извещена надлежащим образом, реализовала свое право на участие в деле через представителя.

Суд, руководствуясь ч. 5 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, рассмотрел дело в отсутствие ответчика. 

Представитель ответчика в судебном заседании против удовлетворения иска возражала, ссылаясь на то, что никаких доказательств недействительности совершенной сделки истцом не представлено. В материалы дела приобщены возражения, составленные представителем ответчика в письменной форме, в которых она указывает, что Куркина Е.В. не согласна с исковыми требованиями, считает поведение ФИО1 недобросовестным, поскольку ей было достоверно известно о передаче спорной квартиры по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ в день совершения сделки. Сделка породила именно тот правовой результат, на достижение которого была направлена воля обеих сторон. Куркина Е.В. и ФИО1 лично присутствовали в Управлении Росреестра по Ивановской области при оформлении перехода права собственности на спорный объект недвижимости, все документы ФИО1 подписывала и подавала сама, доказательств обратного суду не представлено. Истец понимала значение своих действий, именно поэтому в договор был включен пункт 6, согласно которому ФИО1 оставляет за собой пожизненное право проживать в данной квартире и пользоваться всем имуществом, находящимся в квартире. Стороны договорились, что Куркина Е.В. будет за свой счет содержать ФИО1, ухаживать за ней, что она и делала на протяжении более 7 лет. ФИО1 привязалась к Куркиной Е.В., сама проявила инициативу и предложила Куркиной Е.В. продать принадлежащую ей квартиру, с условием, что ФИО1 продолжит в ней проживать и оплачивать коммунальные услуги. Стоимость квартиры установлена ФИО1, до подписания договора денежные средства были переданы ответчиком истцу в полном объеме. Кроме того, истцом пропущен срок исковой давности. На основании изложенного, представитель ответчика просила отказать истцу в удовлетворении иска в полном объеме. 

Заслушав истца, её представителя, представителя ответчика, исследовав материалы гражданского дела и представленные в судебное заседание доказательства, суд приходит к следующему. 

В соответствии со ст. 153 Гражданского кодекса РФ сделкамипризнаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Пунктом 3 ст. 154 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В силу п. 2 ст. 209 гражданского кодекса РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно п. 1 ст. 454 Гражданского кодекса РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

На основании п. 1 ст. 549 Гражданского кодекса РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество(статья 130).

В силу ст. 550 Гражданского кодекса РФ договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами(пункт 2 статьи 434). Несоблюдение формы договора продажи недвижимости влечет его недействительность.

В соответствии с пунктами 1, 2 ст. 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В силу положений ст. 167 Гражданского кодекса РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно (п. 1). При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п. 2).

Судом установлено, что ФИО1 принадлежала на праве собственности квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес> по данным ЕГРН 

<

данные изъяты> в праве зарегистрирована за ФИО1 на основании Договора о передаче жилого помещения в собственность граждан №, другая 

<

данные изъяты> – на основании Свидетельства о праве на наследство по закону от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 45-46). 

В данной квартире истец зарегистрирована с ДД.ММ.ГГГГ и проживает в ней одна до настоящего времени (т. 1 л.д. 57). 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 (продавец) и Куркина Е.В. (покупатель) заключили договор купли-продажи, в соответствии с которым продавец обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель – принять и оплатить квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м. Указанная квартира состоит в целом из двух жилых комнат, кухни, ванной, туалета, прихожей, кладовки и расположена на третьем этаже четырехэтажного кирпичного дома, кадастровый №. Квартира передается покупателю со всей обстановкой, находящейся в квартире (т. 1, л.д. 14, пункт 1 Договора).

Пунктом 4 Договора предусмотрено, что цена указанного жилого помещения (квартиры) устанавливается по соглашению сторон в 

<

данные изъяты> руб. и не подлежит в дальнейшем изменению сторонами. Расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора (п. 4). 

Согласно пункту 6 Договора продавец оставляет за собой пожизненное право проживать в данной квартире и пользоваться всем имуществом, находящимся в квартире, и в дальнейшем, после приобретения квартиры покупателем. 

В пункте 5 Договора продавец гарантирует, что заключил настоящий договор не вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне не выгодных для себя условиях и настоящий договор не является для него кабальной сделкой. 

В пункте 14 Договора стороны подтверждают, что не лишены дееспособности, не состоят под опекой и попечительством, не страдают заболеваниями, препятствующими осознавать суть договора, а также отсутствуют обстоятельства, вынуждающие совершить данный договор на крайне не выгодных для себя условиях. 

Во исполнение пункта 8 Договора сторонами составлен и подписан передаточный акт, по которому ФИО1 (продавец) передала и Куркиной Е.В. (покупателю) квартиру в соответствии с договором купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, а покупатель приняла квартиру с мебелью и имуществом, находящимся в ней. Указанная квартира находится по адресу: 

<

адрес> общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м, состоит в целом из двух жилых комнат, кухни, ванной, туалета, прихожей, кладовки и расположена на третьем этаже четырехэтажного кирпичного дома, кадастровый №. Технических недостатков при сдаче квартиры не обнаружено. Претензий у покупателя к продавцу по передаваемой квартире и имуществу не имеется. Покупатель получил от продавца комплект ключей, квитанции об оплате коммунальных и прочих платежей. 

Договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ и передаточный акт подписаны продавцом и покупателем собственноручно. 

Переход права собственности на спорный объект недвижимости на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ зарегистрирован в Управлении Росреестра за № ДД.ММ.ГГГГ, номер регистрации №, о чем имеется отметка в самом договоре, а также представлены выписки из ЕГРН о переходе прав на объект недвижимости и о зарегистрированных правах на данный объект (т. 1 л.д. 45-46, 85-89, 112-114). 

В связи с тем, что первоначально договор оспаривался истцом на том основании, что ФИО1 его не подписывала, определением суда от 30.01.2020 по делу назначена судебная почерковедческая экспертиза (т. 1, л.д. 149). 

При производстве экспертизы эксперт исследовал оригиналы договора купли-продажи и передаточного акта от ДД.ММ.ГГГГ, находящихся в Управлении Росреестра по Ивановской области. 

В соответствии с заключением эксперта ИП ФИО8 от 06.03.2020 подписи от имени ФИО1, имеющиеся в графе «Продавец» договора купли-продажи жилого помещения (квартиры) от ДД.ММ.ГГГГ и передаточного акта от ДД.ММ.ГГГГ, выполнены ФИО1 рукописным текстом, каких-либо признаков технических приемов и средств (перекопировки, монтажа и т.д.) при их выполнении не обнаружено (т. 1 л.д. 194-209).

Заключение судебной экспертизы сторонами не оспорено, истец ФИО1 на вопросы суда неоднократно поясняла, что с результатами судебной экспертизы согласна.

У суда отсутствуют основания не доверять экспертному заключению, составленному в соответствии с требованиями закона. Выводы эксперта в заключении мотивированны, ответы на поставленные вопросы даны исчерпывающим образом и в категоричной форме. Квалификация эксперта ФИО8 подтверждена приложенными к заключению документами об образовании. Об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения эксперт предупрежден, о чем дал подписку. 

После получения результатов судебной экспертизы истец изменила основание иска, мотивировала требования о признании сделки недействительной своим заблуждением относительно характера и последствий совершаемых действий, излишней доверчивостью, чем воспользовалась ответчик, обманув её. Из объяснений истца следует, что Куркина Е.В. при оформлении договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ ничего ей не объясняла, только давала подписывать какие-то документы. ФИО1 подписывала всё, не читая и ничего не понимая. Никаких денег, причитающихся по договору, в сумме 

<

данные изъяты> руб. она не получала.

Исходя из изложенных истцом обстоятельств, представитель истца полагает, что договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ должен быть признан недействительным по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 179, п. 2 ст. 178 Гражданского кодекса РФ, поскольку воля истца не соответствовала её волеизъявлению.

Одновременно по нескольким основаниям сделка не может быть признана недействительной, поэтому суд анализирует установленные фактические обстоятельства дела применительно к каждому из приведенных истцом в ходе судебного разбирательства основанию отдельно. 

В соответствии с п. 2 ст. 179 Гражданского кодекса РФ может быть признана недействительной сделка, совершенная под влиянием обмана. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Согласно правовой позиции Пленума Верховного Суда РФ, сформулированной в п. 99 Постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман. Закон не связывает оспаривание сделки на основании пунктов 1 и 2 статьи 179 Гражданского кодекса РФ с наличием уголовного производства по фактам применения насилия, угрозы или обмана. Обстоятельства применения насилия, угрозы или обмана могут подтверждаться по общим правилам о доказывании.

Распределяя бремя доказывания, суд руководствуется положениями п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса РФ о презумпции добросовестности участников гражданских правоотношений, ст. 421 Гражданского кодекса РФ о свободе договора и определении условий договора по усмотрению сторон, за исключением случаев, когда содержание соответствующего условия договора предписано императивной нормой, ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ о возложении на каждую из сторон обязанности доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих требований и возражений. Соответственно, на истце ФИО1 лежит обязанность доказать наличие обстоятельств, в силу которых сделка может быть признана недействительной. 

Таких доказательств истцом не представлено, не раскрыто, в чем заключается обман или умолчание со стороны ответчика относительно обстоятельств, повлиявших на волеизъявление ФИО1 как стороны договора. Истцом не доказаны такие юридически значимые обстоятельства, как умолчание другой стороны о существенных обстоятельствах сделки либо сообщение ложной информации, умысел совершившего обман лица, причинно-следственная связь между обманом и совершением сделки. 

Пунктом 1 ст. 178 Гражданского кодекса РФ установлено такое основание для признания сделки недействительной, как совершение сделки под влиянием заблуждения. Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо установить, что заблуждение было настолько существенным, что заблуждавшаяся сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. 

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 ст. 178 Гражданского кодекса РФ, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (п. 2). Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (п. 3). Сделка не может быть признана недействительной по основаниям, предусмотренным настоящей статьей, если другая сторона выразит согласие на сохранение силы сделки на тех условиях, из представления о которых исходила сторона, действовавшая под влиянием заблуждения. В таком случае суд, отказывая в признании сделки недействительной, указывает в своем решении эти условия сделки (п. 4). Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (п. 5).

Конституционный Суд РФ в определении от 28.02.2019 № 338-О сформулировал следующую правовую позицию: статья 178 Гражданского кодекса РФ, устанавливающая ориентиры, которым должны следовать суды при определении того, являлось ли заблуждение, под влиянием которого была совершена сделка, настолько существенным, чтобы его рассматривать в качестве основания для признания сделки недействительной, а также последствия признания такой сделки недействительной, направлена на защиту прав лиц, чья действительная воля при совершении сделки была искажена (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 22 апреля 2014 года № 751-О и от 28 марта 2017 года № 606-О).

По настоящему делу искажение воли ФИО1 судом не установлено.

С целью определения наличия факторов, неблагоприятно влиявших на формирование воли истца при заключении спорного договора, определением суда от 17.08.2020 по ходатайству истца назначалась судебная психиатрическая экспертиза, производство которой поручено экспертам 

<

данные изъяты>».

Данная экспертиза не проведена, как следует из сопроводительного письма судебно-психиатрического эксперта отделения амбулаторных 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> ФИО9, по причине вторичной неявки ФИО1 по вызовам в экспертное учреждение.

В судебном заседании истец подтвердила указанные обстоятельства, пояснив, что не намерена являться к эксперту, поскольку отдает отчет своим действиям и является психически здоровой. Отказ от явки в 

<

данные изъяты> обоснован не финансовыми трудностями, а личным нежеланием истца участвовать в проведении экспертизы. 

Судом разъяснено, что психическое состояние ФИО1 необходимо установить в целях доказывания её способности понимать значение своих действий и руководить ими применительно к совершению оспариваемой сделки, и предложено назначить судебную психолого-психиатрическую экспертизу, поставив перед экспертом вопросы в том числе о степени внушаемости ФИО1, её предрасположенности попадать под влияние других лиц. На данное предложение суда истец ответила категорическим отказом, пояснив, что полагает возможным рассмотреть дело по представленным доказательствам. 

Из имеющихся в деле доказательств следует, что ФИО1 на специализированных учетах в 

<

данные изъяты> не состоит (т. 1 л.д. 52, 53). По объяснениям истца, проблем со здоровьем в период до 2018 года у неё не было, чувствовала себя хорошо, ко врачам не обращалась.

Кроме того, соответствие воли истца её волеизъявлению следует из объяснений ФИО1 в судебном заседании и буквального содержания договора от ДД.ММ.ГГГГ.

В частности, ФИО1 поясняла, что действительно намеревалась передать принадлежащую ей квартиру Куркиной Е.В. за то, что та за ней хорошо ухаживает. Передача имущества должна была состояться таким образом, чтобы это не затронуло права истца на проживание в данной квартире. На достижение данного правового результата и была направлена воля обеих сторон, что отразилось в пункте 6 Договора. 

Вопреки мнению представителя истца, версия о заблуждении истца относительно характера совершенных ею действий, а именно: ФИО1 полагала, что получит консультацию юриста, а в итоге заключила договор купли-продажи, - не является заблуждением относительно природы сделки, поскольку последнее означает, что лицо совершает не ту сделку, которую пыталось совершить. 

В данном же случае сторона истца утверждает, что ФИО1 вообще не собиралась отчуждать принадлежащую ей квартиру. Однако такое утверждение противоречит объяснениям самой ФИО1 и её представителей, поскольку намерение передать квартиру ответчику (в дар, по завещанию или иным способом) у истца было, что неоднократно озвучивалось в судебном заседании и истцом и её представителями, а отсутствие у ФИО1 осознания происходящего и последствий своих действий, как отмечено выше, истцом не доказано. 

Таким образом, каких-либо доказательств упречности воли и (или) волеизъявления истца при заключении договора от ДД.ММ.ГГГГ судом по представленным сторонами доказательствам не установлено. На протяжении последующих 4 лет и до настоящего времени договор исполняется сторонами в соответствии с его условиями: истец ФИО1 зарегистрирована и продолжает одна проживать в спорной квартире, пользуется жилым помещением единолично по назначению. Никаких препятствий в пользовании жилым помещением со ссылкой на положения заключенного договора со стороны ответчика Куркиной Е.В. истцу не чинится. 

Тот факт, что истец продолжает оплачивать квитанции по капитальному ремонту, а ответчик по неизвестным причинам не уплачивает налог на имущество, может повлечь неблагоприятные последствия для ответчика Куркиной Е.В. иного правового характера, однако не имеет правового значения для признания договора купли-продажи квартиры недействительным. 

Также в обоснование недействительности сделки ФИО1 ссылалась на кабальность условия о цене договора, поскольку стоимость квартиры явно превышает согласованную в договоре цену имущества.

В соответствии с п. 3 ст. 179 Гражданского кодекса кабальной признается сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась.

В Информационном письме Президиума ВАС РФ от 10.12.2013 № 162 «Обзор практики применения арбитражными судами статей 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в соответствии со статьей 179 Гражданского кодекса РФ к элементам состава, установленного для признания сделки недействительной как кабальной, относится заключение сделки на крайне невыгодных условиях, о чем может свидетельствовать, в частности, чрезмерное превышение цены договора относительно иных договоров такого вида. Вместе с тем наличие этого обстоятельства не является обязательным для признания недействительной сделки, совершенной под влиянием обмана, насилия, угрозы или злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной.

При квалификации сделки в качестве кабальной истцу необходимо доказать: наличие обстоятельств, которые подтверждают заключение сделки для истца на крайне невыгодных условиях, неожиданность и непредотвратимость тяжелых жизненных обстоятельств, знание контрагента об этих обстоятельствах.

В обоснование кабальности настоящей сделки истец на указанные обстоятельства не ссылается вообще, а обосновывает свою позицию исключительно заниженной, по её мнению, ценой договора. 

Вместе с тем, применительно к обстоятельствам настоящего спора суд полагает, что согласованная сторонами цена договора в 100000 руб. не свидетельствует о том, что сделка совершена на крайне невыгодных для истца условиях, при том, что кадастровая стоимость квартиры составляет 504536,93 руб. (т. 1 л.д. 12-13), заключения о рыночной стоимости жилого помещения в материалы дела не представлено, от прав третьих лиц данный объект недвижимости не свободен – истец сохраняет право пожизненного проживания в квартире. 

На стечение тяжелых жизненных обстоятельств, в силу которых ФИО1 была вынуждена продать свою квартиру ответчику, истец не ссылалась - мотивы совершения данной сделки были иными, происходили из доверительных отношений между Куркиной Е.В. и ФИО1 Данные отношения сохранялись и последующие 4 года после заключения договора – разлад между сторонами произошел только в сентябре-октябре 2019 года. Таким образом, непорядочное поведение лица, использующего к своей выгоде стечение тяжелых обстоятельств на стороне контрагента, из установленных по делу обстоятельств также не следует. 

Более того, истцом не только не доказано, но и прямо опровергнуто, что в момент заключения договора ДД.ММ.ГГГГ она находилась в болезненном состоянии и потому была не способна понимать значение своих действий и руководить ими. Напротив, ФИО1 указала на то, что как в 2015 году, так и в настоящее время способна в полной мере самостоятельно устанавливать свои права и обязанности своей волей и в своем интересе.

Кроме того, для оспаривания сделки по основанию ее кабальности статьей 181 Гражданского кодекса РФ установлен срок исковой давности, равный одному году, начинающий течь со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. Следовательно, исходя из фактических обстоятельств настоящего дела, следует признать, что срок исковой давности по оспариванию сделки на данном основании истцом пропущен. 

Оценивая довод ФИО1 о том, что денежных средств по договору купли-продажи она не получала, суд принимает во внимание следующее.

Как следует из соглашения сторон (п. 4 Договора), встречное предоставление в виде уплаты продавцу стоимости передаваемого имущества фактически состоялось до подписания договора, расчет между сторонами произведен. Следовательно, при такой формулировке условий соглашения именно истец должна доказать, что в действительности оплату денежных средств по договору Куркина Е.В. ей не производила. Однако никаких доказательств, кроме объяснений истца, данному факту не представлено. Кроме того, само по себе неисполнение ответчиком договора в части оплаты не влечет признание сделки недействительной. 

На основании изложенного, оценив представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для признания недействительным договора купли-продажи квартиры, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и Куркиной Е.В. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ,

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к Куркиной Е.В. о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки отказать. 

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Ивановский районный суд Ивановской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Н.В. Фищук