Дело № 2-254/2020

УИД 21RS0006-01-2020-000001-93

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес> 

Канашский районный суд Чувашской Республики под председательством судьи Андреевой Л.М.,

при секретаре судебного заседания Лермонтовой Н.А., 

с участием представителя истца Зинатулиной И.Ю., 

представителя ответчика АО «Промтрактор-Вагон» ФИО1,

прокурора - помощника Канашского межрайонного прокурора Кирилловой М.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ОАО «Российские железные дороги», АО «Промтрактор-Вагон» о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием, о возмещении судебных расходов,

у с т а н о в и л :

ФИО2 обратилась в Канашский районный суд с иском к ОАО «РЖД», АО «Промтрактор-Вагон» о взыскании денежных средств в возмещение вреда, причиненного полученным профессиональным заболеванием, представительских расходов.

В обоснование исковых требований ФИО2 ссылался на то, что она работала у ответчиков в сталелитейном цехе машинистом крана.

В соответствии с актом о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ истцу установлено профессиональное заболевание - пневмокониоз, медленно-прогрессирующее течение, интерстициальная форма. 1 (первая) стадия, эмфизема легких, ДН 1 (первая) стадия. 

Согласно справки серии МСЭ-2011 № от ДД.ММ.ГГГГ ей установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 20% в связи с профессиональным заболеванием - пневмокониоз, медленно-прогрессирующее течение, интерстициальная форма. 1 (первая) стадия, эмфизема легких, ДН 1 (первая) стадия.

Указывает, что в результате полученного профессионального заболевания испытывает тяжелые физические и нравственные страдания. Просила взыскать с ответчиков компенсацию морального вреда по 220 000 рублей, в счет возмещения представительских расходов по 6500 рублей (л.д.3-5,58,77).

Истец ФИО2, надлежащим образом извещенная о времени и месте судебного заседания, в суд не явилась, реализовала свое право на участие в судебном заседании через своего представителя Зинатулину И.Ю.

Представитель истца - адвокат Зинатулина И.Ю. в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме по основаниям, изложенным в иске, и вновь их привела суду.

ОАО «РЖД» заблаговременно извещенное о времени и месте судебного заседания, явку своего представителя в суд не направило, возражений на иск не представило.

Представитель АО «Промтрактор-Вагон» ФИО3 в судебном заседании ссылается на необоснованность исковых требований истца, поскольку истец при приеме на работу выразил согласие с условиями труда, был осведомлен о наличии вредных производственных факторов и возможных последствиях, к которым может привести их длительное воздействие. Работодатель в соответствии с требованиями ТК РФ выплачивал ФИО2 денежную компенсацию за молоко, предоставлял ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск как работнику, занятому на работах с вредными и опасными условиями труда. Указывает, что истец до обращения с иском в суд не обращалась к работодателю с заявлением о компенсации морального вреда в связи с установлением профессионального заболевания, предусмотренной в соответствии с коллективным договором. Кроме того, представитель ответчика полагал требования истца необоснованными ввиду того, что определением Арбитражного Суда Чувашской Республики-Чувашии от ДД.ММ.ГГГГ в отношении АО «Промтрактор-Вагон» введена процедура банкротства - наблюдения. В связи с чем, ссылаясь на ч.1 ст.63, п.1 ст.5 Закона о банкротстве, полагал, что с даты введения наблюдения, требования кредиторов по денежным обязательствам и об уплате обязательных платежей, за исключением текущих платежей, могут быть предъявлены только в рамках дела о банкротстве.

Третье лицо - временно управляющий АО «Промтрактор-Вагон» ФИО4, извещенный о времени и месте судебного заседания, в суд не явился.

Прокурор Кириллова М.С. в заключении полагала, что требования истца к ОАО «РЖД» удовлетворению не подлежат, так как истцом не представлено доказательств, причинения вреда здоровью неправомерными действиями ответчика в период работы истца в Канашском вагоноремонтном заводе - филиале ОАО «РЖД». Доводы представителя ответчика АО «Промтрактор-вагон» о подведомственности настоящего спора арбитражному суду заслуживают внимание.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

В силу статей 20, 41 Конституции Российской Федерации, статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения.

В силу статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты; информирование работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о риске повреждения здоровья, предоставляемых им гарантиях, полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты; обязательное социальное страхование работников от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

В соответствии с частью 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с выполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Абзацем 8 статьи 220 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», в соответствии с абзацем 2 пункта 3 статьи 8 которого возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

На основании статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1). В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).

Размер компенсации морального вреда определяется по правилам, установленным статьями 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации. При определении размера компенсации морального вреда судом учитываются степень вины нарушителя, характер причиненных лицу физических и нравственных страданий, требования разумности и справедливости.

В пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (в редакции от ДД.ММ.ГГГГ).

Из содержания приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.

При недостижении соглашения между сторонами трудовых отношений спор о размере компенсации морального вреда разрешается судом на основе применения общих положений о защите нематериальных благ, предусмотренных гражданским законодательством.

То обстоятельство, что ФИО2 состояла с Канашским вагоноремонтным заводом - впоследствии с Канашским вагоноремонтным заводом - филиалом ОАО «РЖД» в трудовых отношениях с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в сталелитейном цехе машинистом крана, а также факт того, что она состоял в трудовых отношениях с ЗАО «Промтрактор-Вагон» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ машинистом крана, подтверждается копией ее трудовой книжки, представленной в материалы дела (л.д. №). 

Таким образом, у ответчика ОАО «РЖД» истец проработала более 13 лет, в ЗАО «Промтрактор-Вагон» более 12 лет, в том числе 25 лет в должности машиниста крана. 

Из медицинского заключения об установлении заключительного диагноза профессионального заболевания БУ ЧР «Городская клиническая больница №» МЗ и СР ЧР от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что ФИО2 находилась на обследовании в Центре профессиональной патологии Чувашской Республики и ей был установлен диагноз профессионального заболевания: «

<

данные изъяты>» (л.д. №).

Из акта о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ, расследованного комиссией, следует, что он составлен в отношении ФИО2 с общим стажем работы 25 лет 1 мес. 5 дней, стаж работы в должности машиниста крана - 25 лет 1 мес. 5 дней (л.д. №).

Согласно акту профессиональное заболевание ФИО2 в виде 

<

данные изъяты> возникло при обстоятельствах и условиях: 

- в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 работая машинистом крана сталелитейного цеха (СЛЦ), где производили стальное литье, техпроцесс в себя включал: плавку металла, выпуск и заливка в формы, приготовление формовочной и стержневой земель, приготовление форм и стержней, выбивка изделий из форм, обрубка и очистка изделий;

- в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ петрова З.П. рабоатал машинистом крана ЦМС, ЦРПВ, ЦСВ, УССК, где производили электросварочные, газорезочные, слесарные работы на каркасах грузовых железнодорожных вагонов.

Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов или веществ. 

В заключение акта установлено, что настоящее заболевание является профессиональным и возникло в результате:

1) несовершенства технологических процессов и санитарно-технических установок, приводящих к поступлению в воздух рабочей зоны производственных помещений пыли и вредных веществ с токсическим действием;

2) длительное воздействие вредных производственных факторов. 

Непосредственной причиной заболевания послужило Y96 Хфиброгенная пыль с содержанием свободной двуокиси кремния менее 10%.

Лицом, допустившим нарушения санитарно-эпидемиологических правил указан ЗАО «Промтрактор-Вагон». 

Наличия вины работника ФИО2 в допущенных нарушениях санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов не установлено.

В акте зафиксировано длительное воздействие на организм истца вредных производственных факторов в период работы на Канашском ВРЗ, при этом в период работы истца в ЗАО «Промтрактор-Вагон» так же были зафиксированы воздействия вредных факторов - то есть и указанным ответчиком не предпринято надлежащих мер по приведению условий труда истца в соответствие с нормами и правилами охраны труда, в связи с чем суд приходит к выводу, что в период трудовой деятельности как на ОАО «РЖД», так и на АО «Промтрактор-Вагон» истец работал в условиях, не соответствующих предъявляемым требованиям.

В соответствии с законом бремя доказывания факта причинения вреда и условий, при которых этот вред наступил, лежит на истце, а бремя доказывания отсутствия вины в причинении вреда возлагается на его причинителя, то есть ответчиков.

Таким образом, учитывая, что в акте зафиксировано длительное воздействие на организм истца вредных производственных факторов, суд приходит к выводу, что он в период работы у ответчиков с учетом комбинированного, сочетанного воздействия вредных и неблагоприятных факторов производственной среды в течение длительного времени (содержание вредных химических веществ (пыли, марганца в сварочном аэрозоле, меди, железа) в воздухе рабочей зоны выше ПДК).

Указанные обстоятельства подтверждаются и санитарно-гигиенической характеристикой условий труда ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ № (л.д. №), из которой следует, что от ДД.ММ.ГГГГ имеется заключение - противопоказана работа в условиях воздействия свар. аэрозолей - п. 1.1.4.8. Так же указано, что в период с 1991 года по 2006 год зарегистрировано 3 случая профессиональных заболеваний в профессиональной группе машинистов крана СЛЦ. 

Таким образом, судом установлено, что условия труда ФИО2 не отвечали санитарно-гигиеническим требованиям. Доказательств обратного ответчиками в нарушении ст.56 ГПК РФ не представлено.

Анализируя установленные по делу обстоятельства и представленные суду доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что профессиональное заболевание, т.е. вред здоровью ФИО2 причинен при исполнении ею своих трудовых обязанностей, причиной получения которого явилась неудовлетворительная организация работ со стороны работодателей, на которое возложена обязанность контроля за безопасным производством работ и соблюдением правил охраны труда.

Следовательно, между исполнением ФИО2 своих трудовых обязанностей и наступившими последствиями в виде получения ею профессионального заболевания, имеется прямая причинно-следственная связь.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Сведений об обстоятельствах, дающих основания освобождения ответчиков от возмещения вреда, и доказательств, подтверждающих эти сведения, суду не представлено, при этом исследованные в ходе судебного заседания доказательства свидетельствуют о том, что вред здоровью в виде профессионального заболевания истцом получен по вине ответчиков-работодателей: как ОАО «РЖД» в лице его филиала, так и АО «Промтрактор-Вагон».

Судом обстоятельства, свидетельствующие о том, что истец ФИО2 каким-либо образом способствовала получению ею профессионального заболевания, т.е. причинению вреда своему здоровью, не установлено.

Согласно копии справки филиала № ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Чувашской Республике-Чувашии» Минтруда России истцу с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ установлена 20% утрата профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием (л.д. №).

Обращение истца с настоящим иском в суд, свидетельствует о недостижении между истцом и ответчиком АО «Промтрактор-Вагон» на досудебной стадии соглашения о размере компенсации морального вреда, причиненного в связи с установлением профессионального заболевания, наличие спора относительно применения норм коллективного договора, а потому размер денежной компенсации должен определяться судом в соответствии с частью 2 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает, что в связи с профессиональным заболеванием истец испытывает физические страдания, связанные с причинением вреда здоровью, нравственные страдания в связи с наличием профессионального заболевания, наступлением неблагоприятных последствий, ограничением обычной жизнедеятельности, а также учитывая, что степень утраты профессиональной трудоспособности установлена истцу не бессрочно, не привела к инвалидности и не лишила его возможности трудиться.

Таким образом, у истца имеется право на возмещение морального вреда. Суд определяет размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца с ответчика ОАО «РЖД» в сумме 50 000 рублей, с ответчика АО «Промтрактор-Вагон» - в сумме 50 000 рублей, полагая, что указанный размер отразит и компенсирует степень нравственных и физических страданий истца, а также отвечает обстоятельствам дела, требованиям разумности и справедливости.

Доводы представителя АО «Промтрактор-Вагон» о подведомственности настоящего спора арбитражному суду несостоятельны в силу следующего.

Истцом заявлено требование о взыскании компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием, полученным в ходе трудовой деятельности, что в силу ст. ст. 15, 16 и ч. 1 ст. 381 ТК Российской Федерации относится к индивидуальным трудовым спорам.

Рассмотрение индивидуальных трудовых споров осуществляется комиссиями по трудовым спорам и судами (ст. 382 ТК Российской Федерации) в порядке, установленном ТК Российской Федерации и ГПК Российской Федерации (ст. 383 ТК Российской Федерации).

Суды рассматривают и разрешают дела, предусмотренные ч. ч. 1 и 2 ст. 22 ГПК Российской Федерации, за исключением экономических споров и других дел, отнесенных федеральным конституционным законом и федеральным законом к ведению арбитражных судов (ч. 3 ст. 22 ГПК Российской Федерации).

К подведомственности судов в силу ч. 1 ст. 22 ГПК Российской Федерации отнесены исковые дела с участием граждан о защите нарушенных прав по спорам, возникающим из трудовых правоотношений.

Согласно ч. 6 ст. 27 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК Российской Федерации) дела о банкротстве отнесены к специальной подведомственности арбитражных судов, рассмотрение которых осуществляется по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (ст. 32 Федерального закона).

Характер правоотношений, из которых возникают индивидуальные трудовые споры, включая споры о взыскании компенсации морального вреда, исключает возможность отнесения таких споров к ведению арбитражных судов, в том числе и при рассмотрении дел о банкротстве.

Данный вывод подтверждается также и положением абз. 2 п. 11 ст. 16 Закона о несостоятельности (банкротстве), содержащем норму о том, что трудовые споры между должником и работником должника рассматриваются в порядке, определенном трудовым законодательством и гражданским процессуальным законодательством.

Таким образом, в случае введения арбитражным судом по делу о банкротстве наблюдения или принятия решения о банкротстве и открытии конкурсного производства в отношении работодателя (организации-должника) дела по требованиям работников, вытекающим из трудовых правоотношений, в том числе о взыскании компенсации морального вреда, с такого работодателя относятся к подведомственности судов общей юрисдикции.

По смыслу вышеприведенных правовых норм возможность принятия к рассмотрению арбитражным судом основанных на трудовых правоотношениях требований работника Законом о несостоятельности (банкротстве) не предусмотрена.

Данная правовая позиция изложена в Обзоре законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за третий квартал 2010 года (утв. постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ) (ответ на вопрос N 2), в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (п. 33).

Согласно ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы по оплате услуг представителя в разумных пределах. Из имеющихся в материалах дела квитанции и договора на оказание юридических услуг следует, что истец понес представительские расходы в сумме 10000 рублей (л.д.46,47). 

Учитывая категорию дела, степень его сложности, объем работ, выполненных представителем по представлению интересов истца (составление искового заявление, участие в одном судебном заседании, его продолжительность), суд считает необходимым возместить истцу расходы на оплату услуг представителя в сумме 5000 рублей, взыскав с каждого из ответчиков по 2500 рублей.

В соответствии со ст. 103 ч.1 ГПК РФ с ответчиков подлежит взысканию в местный бюджет г.Канаш государственная пошлина, от которой истец был освобожден, по 300 рублей с каждого.

Руководствуясь ст. ст. 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л :

Исковые требования ФИО2 к ОАО «Российские железные дороги», АО «Промтрактор-Вагон» удовлетворить.

Взыскать с ОАО «Российские железные дороги» в пользу ФИО2 в счет компенсации морального вреда 50000 (пятьдесят тысяч) рублей, в счет возмещения расходов по оплате услуг представителя 2500 (две тысячи пятьсот) рублей, всего 52500 (пятьдесят две тысячи пятьсот) рублей.

Взыскать с АО «Промтрактор - Вагон» в пользу ФИО2 в счет компенсации морального вреда 50000 (пятьдесят тысяч) рублей, в счет возмещения расходов по оплате услуг представителя 2500 (две тысячи пятьсот) рублей, всего 52500 (пятьдесят две тысячи пятьсот) рублей.

Взыскать с ОАО «Российские железные дороги» государственную пошлину в доход местного бюджета г.Канаш в сумме 300 (триста) рублей.

Взыскать с АО «Промтрактор - Вагон» государственную пошлину в доход местного бюджета г.Канаш в сумме 300 (триста) рублей.

На решение суда могут быть поданы апелляционные жалоба, представление в Верховный Суд Чувашской Республики через Канашский районный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме. 

Судья Л.М. Андреева

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ.