Дело № 2-1161/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Тверь 16 июня 2017 года

Заволжский районный суд г. Твери в составе:

председательствующего – судьи Тарасова В.И.,

при секретаре Чудайкиной Д.В.

с участием:

представителя истца ФИО1 ФИО10 – ФИО2 ФИО11., действующей на основании доверенности,

представителя ответчика 

<

данные изъяты> - ФИО3 ФИО12 действующей на основании доверенности;

прокурора ФИО4 ФИО13

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 ФИО14 к 

<

данные изъяты> о возмещении компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, понесенных судебных расходов

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 ФИО15 обратился в суд с исковым заявлением к 

<

данные изъяты> о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного в связи с приобретением профессионального заболевания, в размере 

<

данные изъяты>, также просил взыскать понесенные судебные расходы на оплату услуг представителя в размере. 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты> стоимости услуг по составлению претензии в адрес ответчика, 

<

данные изъяты> расходов на оформление нотариальной доверенности, расходов по копированию документов в размере 

<

данные изъяты>. 

Свои требования мотивировал тем, что он с в период с ДД.ММ.ГГГГ г. по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности электросварщика ручной сварки 2-го разряда рамно-кузовного цеха (с ДД.ММ.ГГГГ. присвоен 3 разряд); ДД.ММ.ГГГГ г. по ДД.ММ.ГГГГ. в должности электросварщика на полуавтоматических машинах 4 разряда работал у ответчика. 

В указанные периоды ответчик именовался: 

<

данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ переименован в 

<

данные изъяты>, с 

<

данные изъяты> на основании Федерального закона «Об акционерных обществах» от 26.12.1995 г. №208-03 - 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ был уволен по пункту 8 части 1 статьи 77 Трудового кодекса РФ в связи отсутствием у работодателя работы, необходимой ему в соответствии с медицинским заключением. Основанием для увольнения послужило выявление профессионального заболевания: хроническая обструктивная болезнь легких (ХОБЛ), смешанный тип, 3-4 ст., в ст. обострения, ДН 3 ст. ДД.ММ.ГГГГ комиссия Управления Роспотребнадзора по Тверской области составила акт о профессиональном заболевании, которым установлено, что причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов, а именно: запыленность воздуха рабочей зоны кремний диоксидом в смеси оксидами марганца выше ПДК и в пределах ПДК, загазованность – окислами железа, оксидом углерода в пределах ПДК. На основании результатов расследования установлено, что заболевание является профессиональным и возникло в результате несовершенства технологического оборудования и технологического процесса. Лицом, допустившим нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов признано ОАО «Тверской вагоностроительный завод». Вина работника в возникновении профессионального заболевания отсутствует.

Согласно Заключению № от ДД.ММ.ГГГГ по последствиям профессионального заболевания ФИО1 ФИО17 нуждается в постоянном обеспечении лекарственными средствами, ежегодном санаторно-курортном лечении.

Медико-социальной экспертизой ему установлена вторая группа инвалидности, 70% утраты профессиональной трудоспособности.

Программой реабилитации пострадавшего от профессионального заболевания ФИО1 ФИО18 установлены ограничения способности к самообслуживанию, к передвижению, к трудовой деятельности.

Таким образом, причинение вреда здоровью истца находится в причинной связи с его трудовой деятельностью на 

<

данные изъяты> причиной развития профзаболевания истца явилось несовершенство рабочего места. По вине руководящих работников предприятий он получил профессиональное заболевание и тем самым ему причинен моральный вред, который в силу законодательства подлежит возмещению за счет ответчика.

Профессиональным заболеванием ему причиняется моральный вред. Он испытывает нравственные и физические страдания. 

Физические страдания ФИО1 ФИО19 заключаются в болезненных ощущениях, переносимых им. Согласно предписаниям врачей и в связи с постоянными обострениями течения болезни, истец вынужден регулярно проходить лечение в профцентре Областной клинической больницы. Необходимо постоянно принимать медикаментозные препараты, в том числе болезненные капельницы и уколы. Внутримышечные инъекции причиняют боль при ходьбе, следы от капельниц и уколов не позволяют носить в теплое время года одежду с короткими рукавами. Болезненные ощущения не покидают его постоянно, этому сопутствует бессонница, частые пробуждения ночью, что влияет на качество сна.

Из-за профессионального заболевания истец чутко реагирует на изменения погоды, перепады атмосферного давления и температуры. Любая, даже самая незначительная, физическая нагрузка вызывает одышку, головные боли, общую слабость, быстрое и частое переутомление. Запахи парфюмерии, табака, выхлопные газы вызывают приступы астмы и удушье, что заставляет постоянно пользоваться ингалятором.

ФИО1 ФИО20 не может выполнять физическую работу, передвигаться на большие расстояния пешком, в лечебные учреждения, расположенные не по месту жительства приходится следовать с сопровождающим.

В силу заболевания ФИО1 ФИО21 не может уделять должного внимания дочери, которая является инвалидом детства, родственникам и друзьям, полностью исключен из активной жизни, что крайне тяжело сказывается на его эмоциональном настрое, образе жизни его и его семьи. Кроме того, в связи с потерей трудоспособности истец чувствует собственную неполноценность и безысходность, понимая, что утраченное здоровье не вернется, испытывает сильные душевные переживания.

Определением суда от 17 апреля 2017 года, занесенным в протокол предварительного судебного заседания, к участию в деле для дачи заключения в порядке ст.45 ГПК РФ привлечен прокурор Заволжского района города Твери, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ГУ Тверское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации.

В судебное заседание истец ФИО1 ФИО22 извещавшийся в установленном порядке о дате, времени и месте судебного заседания не явился, причин уважительности неявки не сообщил, представил заявление в котором просил рассмотреть дело в свое отсутствие, направил в суд представителя.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 ФИО23 – ФИО2 ФИО24 заявленные исковые требования поддержала в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно пояснила, что возникновение профессионального заболевания произошло из-за вредных условий на производстве в течение 34 лет. Указанное заболевание затрудняет общение с людьми, мешает вести полноценный образ жизни. Лишает качественного общения с родными и близкими. Истец лишен возможности заботиться о своей дочери, являющейся инвалидом, вынужден постоянно проходить курсы лечения. Моральный вред оценивается истцом в размере 

<

данные изъяты>, которые просила взыскать с ответчика. Также пояснила, что по состоянию здоровья, истцу сложно передвигаться, в настоящее время у него очень сильно ухудшилось зрение и он практически не выходит из дома.

Представитель ответчика ФИО3 ФИО25 в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований по доводам, изложенным в письменных возражениях и дополнениях к ним. 

В письменных возражениях указала, что истцом не представлено достаточных и надлежащих доказательств, обосновывающих реальный размер подлежащей выплате компенсации морального вреда, поскольку истец отказывается явиться в суд для дачи пояснений по юридически значимым обстоятельствам. Истец работал на 

<

данные изъяты> в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в рамно-кузовном цехе 

<

данные изъяты> по профессии электросварщика ручной сварки 2 разряда, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в рамно-кузовном цехе ОАО "ТВЗ" по профессии электросварщика на полуавтоматических машинах 4 разряда и был уволен по п. 8 ч. 1 ст. ТК РФ в связи отсутствием в обществе работы, подходящей работнику в соответствии ; медицинским заключением. Трудовой стаж Истца на предприятии составил более 34 лет. Все это время истец работал в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые вызвали профзаболевание. Актом о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ работнику установлено профессиональное заболевание ХОБЛ смешанный 3-4 степени ДН 3 степени.. Несогласие с требованием выражается в том, что имеется вина работника в наступлении указанного заболевания, выразившаяся в несообщении работодателю об ухудшении состояния здоровья, чем лишил последнего возможности перевести его на другую работу с менее вредными условиями труда и избежать наступления последствий в виде получения профессионального заболевания. Также истец скрывал от членов комиссии факт курения на протяжении длительного периода времени, в то время как именно курения является главным фактором риска ХОБЛ. Чем, по мнению представителя ответчика, истец способствовал наступлению и усугублению имеющегося профессионального заболевания. Со свое стороны работодатель сделал все от него зависящие, чтобы вред здоровью работника не наступил: ознакомил с инструкцией по технике безопасности, обеспечил предоставление истцу средств индивидуальной защиты. Доказательств нравственных и физических страданий от полученного профессионального заболевания в том размере, который заявлен истцом – не представлено, а заявленная сумму компенсации является несоразмерной степени утраты трудоспособности и завышенной. 

Представитель третьего лица ГУ Тверское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Судом определено о рассмотрении дела в отсутствии не явившихся лиц. 

Выслушав объяснения сторон, заключение прокурора, полагавшего, что требования истца о взыскании компенсации морального являются законными и обоснованными, а сумма компенсации подлежит определению судом с учетом принципов разумности и справедливости, исследовав представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении требований истца по следующим основаниям. 

В соответствии с ч. 3 ст. 37 Конституции РФ, каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности. Согласно ч. 1 ст. 41 Конституции РФ, каждый имеет право на охрану здоровья. Из содержания ст. 219 ТК РФ следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда.

Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возложена на работодателя статьей 212 ТК РФ. При этом, по общему правилу, закрепленному в ч. 1 ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с п. 3 ст. 8 ФЗ от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Пунктом 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ" предусмотрено, что суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Как следует из материалов дела и установлено судом, истец ФИО1 ФИО26 работал на 

<

данные изъяты> в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в рамно-кузовном цехе 

<

данные изъяты> по профессии электросварщика ручной сварки 2 разряда, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в рамно-кузовном цехе 

<

данные изъяты> по профессии электросварщика на полуавтоматических машинах 4 разряда и был уволен по п. 8 ч. 1 ст. ТК РФ в связи отсутствием в обществе работы, подходящей работнику в соответствии ; медицинским заключением. Трудовой стаж Истца на предприятии составил более 34 лет. Данные обстоятельства подтверждаются копией трудовой книжки истца, приказами о приеме на работу истца и увольнении, копией трудового договора и не оспариваются сторонами. 

Согласно акту о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ у истца установлено профессиональное заболевание - хроническая обструктивная болезнь легких (ХОБЛ), смешанный тип, 3-4 ст., в ст. обострения, ДН 3 ст., полученное в период работы у ответчика 

<

данные изъяты> Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов, а именно: запыленность воздуха рабочей зоны кремний диоксидом в смеси оксидами марганца выше ПДК и в пределах ПДК, загазованность – окислами железа, оксидом углерода в пределах ПДК. На основании результатов расследования установлено, что заболевание является профессиональным и возникло в результате несовершенства технологического оборудования и технологического процесса. Лицом, допустившим нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов признано 

<

данные изъяты> При этом вины работника в возникновении у него профессионального заболевания не установлено.

С ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 ФИО27 установлено 70% степени утраты профессиональной трудоспособности в связи с профзаболеванием, дата очередного переосвидетельствования ДД.ММ.ГГГГ года, повторно вторая группа инвалидности была установлена ФИО1 ФИО28 до ДД.ММ.ГГГГ, дата очередного освидетельствования ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается справками Бюро № 2 – филиала ФКУ «ГБ МСЭ по Тверской области Минтруда России».

Программой реабилитации пострадавшего в результате профессионального заболевания ФИО1 ФИО29 рекомендовано медикаментозное и санаторно-курортное лечение. В дополнительной медицинской помощи, дополнительном питании и постороннем медицинском и бытовом уходе не нуждается. В качестве рекомендации к доступным видам труда указан ручной, операторский труд на дому. 

Как следует из показаний допрошенной в качестве специалиста заведующей отделения профпатологии ГБУЗ «Областная клиническая больница», в отделении профпатологии проводилось обследование истца для подтверждения диагноза, заключение же о том, что выявленное заболевание является профессиональном выдавалось в «НИИ Медицины труда». Выявить степень влияния курения на состояние здоровья истца не представляется возможным. Скрыть хронический бронхит при проведении медицинских обследований истец не мог. Хронический бронхит является многофакторным заболеванием. Невозможно исключить из причин способствовавших возникновению заболеывания ни курение, ни вредное производство. Согласно медицинской документации, истец жаловался на неудовлетворительное состояние уже в ДД.ММ.ГГГГ. Истец не скрывал, что является курильщиком, об этом указывал при опросах в медицинских учреждениях. 

Оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам статьи 67 ГПК РФ, суд пришел к выводу о наличии оснований для возложения на 

<

данные изъяты> обязанности по компенсации причиненного истцу морального вреда, поскольку в период работы у ответчика у ФИО1 ФИО30. было выявлено профессиональное заболевание, находящееся в причинно-следственной связи с воздействием вредных производственных факторов в процессе выполнения последним трудовых обязанностей.

При этом суд учитывает, что ответчик не создал для истца необходимых безопасных условий и охраны труда с целью избежания развития профессионального заболевания, что является прямым нарушением его нематериального права на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности, а также нематериального блага - здоровья.

В соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно п. 3 ст. 8 ФЗ от 24.07.1998 № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

При возникновении спора размер компенсации морального вреда определяется судом.

С учетом изложенного, суд вправе при разрешении требований о взыскании компенсации морального вреда, причиненного работнику прийти к выводу об определении размера компенсации, отличной от условий, предусмотренных в коллективном (трудовом) договоре.

Как установлено в судебном заседании и подтверждается объяснениями сторон, материальная помощь в связи с полученным профессиональным заболеванием ответчиком, как работодателем, истцу не начислялась и не выплачивалась. 

В п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Согласно п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

С учетом указанных обстоятельств по делу, суд полагает, что имеются основания, предусмотренные ст. 237 ТК РФ, ст. 8 ФЗ "Об обязательном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" для возложения обязанности по возмещению морального вреда, причиненного работнику на производстве в связи с получением профессионального заболевания на работодателя не обеспечившего рабочее место в соответствии с требования трудового законодательства нормальные условия труда работника.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания. 

При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, вызванных таким профессиональным заболеванием, как хроническая обструктивная болезнь легких (ХОБЛ), смешанный тип, 3-4 ст., в ст. обострения, ДН 3 ст., размер утраты профессиональной трудоспособности, установление второй группы инвалидности в результате профессионального заболевания, вызванные этим ограничения к труду, продолжительность и характер течения заболевания, необходимость проходить регулярное лечение, нуждаемость истца в проведении реабилитационных мероприятий и их перечень индивидуальные особенности истца, а также степень вины причинителя вреда, требования разумности и справедливости. 

Суд также учитывает, что после получения указанного профессионального заболевания, истец был уволен в связи с невозможностью продолжать работу по медицинским показаниям.

Увольнение истца в связи с отсутствием у работодателя работы, перевод на которую необходим в соответствии с медицинским заключением, было осуществлено после получения истцом профессионального заболевания. 

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца денежной компенсации морального вреда в размере 

<

данные изъяты>.

Доводы представителя ответчика о том, что работник не сообщил работодателю об ухудшении состояния здоровья, чем лишил последнего возможности перевести его на другую работу с менее вредными условиями труда и избежать наступления последствий в виде получения профессионального заболевания, скрывал от членов комиссии факт курения на протяжении длительного периода времени и способствовал наступлению и усугублению имеющегося профессионального заболевания не свидетельствует об отсутствии вины работодателя и не опровергают факта получения профзаболевания в связи с работой у ответчика. Кроме того, в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ, ответчиком не представлено допустимых и достоверных доказательств причинно-следственной связи между возникшим у истца профессиональным заболеванием и курением. В акте о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ иных причин возникновения у истца указанного профзаболевания не установлено. Медицинское заключение, которыми установлено, что имеющееся у истца заболевание является профессиональным, не оспорено, оснований не доверять представленным доказательствам, подтверждающих наличие профессионального заболевания у истца, у суда не имеется. Также, как следует из представленных документов, при поступлении в медицинское учреждение ФИО1 ФИО31 сообщал о том что курит, расхождение в указании различных сроков курения суд полагает не влияющими на существо рассматриваемого дела, поскольку соответствующих доказательств влияния и возникновения профессионального заболевания именно по причине курения стороной ответчика не представлено. Кроме того, ответчик не лишен возможности обжалования медицинского заключения путем самостоятельного обращения в суд и пересмотра состоявшегося судебного решения ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств, если таковые будут установлены.

По смыслу норм трудового законодательства, работодатель считается виновным в получении работником профессионального заболевания в процессе трудовой деятельности, если не докажет иное. Неправомерность действий или бездействия работодателя при нарушении права работника на безопасные условия труда работнику доказывать не требуется.

Доводы представителя ответчика о том, что истец понимал, что работает во вредных и тяжелых условиях, продолжал работать в таких условиях, не заботясь о состоянии своего здоровья, не опровергают факта получения профзаболевания в связи с работой у ответчика. Вина работника в установленном законом порядке не установлена. Кроме того, именно на работодателе лежит обязанность обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред.

В соответствии со ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. 

Истцом заявлено требование о взыскании судебных издержек, состоящих из расходов на оплату услуг представителя в размере 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты> стоимости услуг по составлению претензии в адрес ответчика, 

<

данные изъяты> расходов на оформление нотариальной доверенности, расходов по копированию документов в размере 

<

данные изъяты>. 

Вместе с тем, как следует из существа рассматриваемого иска, обязательный претензионный порядок по делам о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья, не установлен, расходы по составлению претензии не относятся к неоходимым при рассмотрении дела и не подлежат взысканию с ответчика. Также, как следует из содержания доверенности, она выдана не на ведение конкретного дела, в связи с чем расходы по выдачу доверенности на представителя также взысканию с ответчика в качестве понесенных истцом судебных расходов не подлежат. 

Документально подтвержден факт участия в деле представителя истца и оплаты его услуг в размере 

<

данные изъяты>, что подтверждается представленными в материалы дела договором оказания юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ, распиской в получении денежных средств от ДД.ММ.ГГГГ. Учитывая конкретные обстоятельства дела, его категорию и сложность, степень и характер участия представителя истца, количество судебных заседаний в которых он принял участие, а также тот факт, что решение состоялось в пользу истца, в силу ч. 1 ст.100 ГПК РФ, следуя принципам разумности и справедливости, суд полагает правильным определить размер судебных расходов по оплате услуг представителя в сумме 

<

данные изъяты> Расходы на изготовление копий документов подтверждены квитанцией 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ года на сумму 

<

данные изъяты> за изготовление копий приложений к исковому заявлению по иску ФИО1 ФИО32 к 

<

данные изъяты> в количестве 126 страниц, в связи с чем данная сумма подлежит взысканию с ответчика.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194 – 199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

иск ФИО1 ФИО33 к 

<

данные изъяты> о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, судебных расходов – удовлетворить частично.

Взыскать с 

<

данные изъяты> в пользу ФИО1 ФИО34 компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты> расходов на оплату услуг представителя, 

<

данные изъяты> судебных расходов на изготовление копий, а всего: 

<

данные изъяты>.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Тверской областной суд через Заволжский районный суд г. Твери в течение одного месяца со дня принятия в окончательной форме.

Судья В.И. Тарасов

Мотивированное решение изготовлено 23.07.2017