Судья: Фролова Ю.В. № 10-8090/2025 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Москва 15 апреля 2025 года

Московский городской суд в составе: судьи Хорлиной И.О., 

при секретаре судебного заседания Ольховском А.В.,

с участием прокурора апелляционного отдела уголовно-судебного управления прокуратуры города Москвы ФИО1, 

адвоката Есиной Д.А., предоставившей удостоверение № ... и ордер №... от 15 апреля 2025 года,

обвиняемого ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании материал по апелляционной жалобе адвоката Трошина А.А. на постановление Кузьминского районного суда г.Москвы от 12 марта 2025 года, которым в отношении 

ФИО2.. С..., ..., несудимого, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на 02 месяца 00 суток, то есть до 11 мая 2025 года.  

Изложив содержание обжалуемого постановления и доводы апелляционной жалобы, выслушав выступления адвоката, обвиняемого, прокурора, суд 

У С Т А Н О В И Л:

Настоящее уголовное дело возбуждено 11 марта 2025 года признакам преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ.

В порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ ФИО2 задержан 11 марта 2025 года по подозрению в совершении указанного преступления и в тот же день ему предъявлено обвинение.

12 марта 2025 года постановлением Кузьминского районного суда г.Москвы в отношении ФИО2 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на 02 месяца 00 суток, то есть до 11 мая 2025 года.  

В апелляционной жалобе адвокат Трошин А.А. выражает несогласие с постановление суда, считает его незаконным, вынесенным с существенным нарушением уголовно-процессуального закона; считает, что в представленных материалах не содержится конкретных сведений и доказательств, обосновывающих доводы о том, что его подзащитный может совершить действия, указанные в ст.97 УПК РФ; полагает, что судом не дано надлежащей правовой оценки сведениям о личности его подзащитного, который признает вину, официально трудоустроен, имеет легальный источник дохода, проживает со своей семьей в Московской области, женат, воспитывает двоих детей ... года рождения, которые страдают хроническими заболеваниями; считает, что надлежащая проверка обоснованности подозрения ФИО2 в причастности к конкретному преступлению не выполнена; указывает на то, что в обжалуемом постановлении судом не дана оценка тому обстоятельству, что инкриминируемое преступное деяние совершено в сфере предпринимательской деятельности; считает, что в отношении его подзащитного возможно избрание более мягкой меры пресечения; просит постановление изменить, избрать меру пресечения в виде запрета определенных действий. 

Суд, выслушав мнение участников процесса, проверив представленные материалы, обсудив доводы апелляционной жалобы, исследовав документы представленные защитой, находит постановление суда первой инстанции законным, обоснованным и мотивированным.                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                     

В соответствии со ст.108 ч.1 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления средней тяжести с применением насилия либо с угрозой его применения, тяжкого или особо тяжкого преступления, если иное не предусмотрено частями первой.1, первой.2 и второй настоящей статьи, при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

Удовлетворяя ходатайство следователя об избрании ФИО2, меры пресечения в виде заключения под стражу, суд в своем постановлении указал, что он обвиняется в совершении тяжкого преступления, в составе группы лиц по предварительному сговору, за которое уголовным законом предусмотрено наказание свыше трех лет лишения свободы, в связи с чем, оставаясь на свободе, он может скрыться от органов следствия и суда. 

Ходатайство составлено уполномоченным на то должностным лицом, в рамках возбужденного уголовного дела, в установленные законом сроки и с согласия соответствующего руководителя следственного органа. 

Как видно из постановления, принимая решение об избрании в отношении обвиняемого ФИО2, меры пресечения в виде заключения под стражу, суд свои выводы в достаточной мере обосновал.

Суд обоснованно пришел к выводу о том, что избрание в отношении ФИО2, более мягкой меры пресечения, чем заключение под стражу, невозможно и обоснованно принял решение избрании ему меры пресечения в виде заключения под стражу, мотивировав свои выводы надлежащим образом.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не могут быть признаны обоснованными, поскольку при решении вопроса об избрании меры пресечения ФИО2, в виде заключения под стражу суд исследовал все материалы, представленные органами предварительного следствия, которые соответствовали требованиям уголовно-процессуального закона. 

Вопреки доводам жалобы в материалах имеются сведения, подтверждающие обоснованность подозрения причастности ФИО2, к инкриминируемому ему преступлению, в связи с чем, доводы жалобы об отсутствии законных оснований для избрания ему меры пресечения в виде заключения под стражу, об отсутствии доказательств и предположительном характере постановления следователя и суда не могут быть признаны состоятельными.

Задержание ФИО2, произведено при наличии оснований и с соблюдением порядка задержания, предусмотренных ст.ст. 91, 92 УПК РФ, следственные действия с его участием проведены в соответствии с общими правилами их производства, первоначальное обвинение предъявлено с соблюдением норм, предусмотренных главой 23 УПК РФ, с участием защитника.

Как видно из протокола судебного заседания, председательствующий судья создал сторонам все необходимые условия для исполнения процессуальных обязанностей и осуществления обвиняемым ФИО2 предоставленных ему прав. Заявленные сторонами ходатайства были разрешены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Суд не может согласиться с доводами апелляционной жалобы о том, что не были учтены данные о личности ФИО2 

Данные характеризующие личность обвиняемого ФИО2, представленные сторонами судом были исследованы в полном объеме и учтены при вынесении судебного решения в том, числе сведения, указанные защитниками в апелляционной жалобе. 

Суд пришел к правильному выводу, что основания для избрания ФИО2, меры пресечения в виде содержания под стражей имелись, а также данных о нем как личности, в связи с чем имеется риск о возможности обвиняемым ФИО2, под тяжестью обвинения скрыться от органов расследования. 

Вопреки доводам жалобы, решение суда основано на объективных данных, содержащихся в представленных материалах, исследованных в судебном заседании, которое принято с соблюдением норм уголовно – процессуального законодательства, регламентирующих разрешение данного вопроса.

Довод жалобы, что преступление, в совершении которого обвиняется ФИО2, совершено в сфере предпринимательской деятельности, вследствие чего, мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении него избрана быть не может, является несостоятельным.

Часть 1.1 ст. 108 УПК РФ устанавливает запрет на применение меры пресечения в виде заключения под стражу, при отсутствии обстоятельств, указанных в пп. 1 - 4 ч. 1 ст. 108 УПК РФ, в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. ч. 5 - 7 ст. 159, ст. ст. 171, 171.1, 171.3 - 172.3, 173.1 - 174.1, 176 - 178, 180, 181, 183, 185 - 185.4 и 190 - 199.4 УК РФ, без каких-либо других условий, а в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. ч. 1 - 4 ст. 159, ст. ст. 159.1 - 159.3, 159.5, 159.6, 160, 165 и 201 УК РФ, - при условии, что эти преступления совершены индивидуальным предпринимателем в связи с осуществлением им предпринимательской деятельности и (или) управлением принадлежащим ему имуществом, используемым в целях предпринимательской деятельности, либо если эти преступления совершены членом органа управления коммерческой организации в связи с осуществлением им полномочий по управлению организацией либо в связи с осуществлением коммерческой организацией предпринимательской или иной экономической деятельности.

В соответствии с п. 1 ст. 2 ГК РФ предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Согласно ст. 169 ГК РФ сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, является ничтожной, а п. 1 ст. 10 ГК РФ содержит общий запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, на действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав.

Таким образом, предпринимательской является только та деятельность, которая направлена на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг и осуществляется при отсутствии намерений причинить вред другому субъекту правоотношений и совершить действия в обход закона с противоправной целью.

На это указал и Конституционный Суд Российской Федерации в правовой позиции, изложенной в Определении от 23 июля 2020 года N 1863-О, согласно которой предпринимательская деятельность является объектом государственной защиты постольку, поскольку она осуществляется лицами, которые имеют статус и выполняют обусловленные этим статусом предусмотренные законом или не противоречащие ему экономические функции, направленные на получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ - или оказания услуг. Часть 1 ст. 108 УПК РФ не устанавливает неприкосновенность индивидуальных предпринимателей и членов органа управления коммерческой организации и не исключает в принципе применение к ним меры пресечения в виде заключения под стражу. Эта норма при разрешении вопроса о мере пресечения в отношении указанных лиц, совершивших преступления в связи с осуществлением ими предпринимательской деятельности, подлежит применению в системной связи не только с п. 1 ст. 2 ГК РФ, но и с положениями уголовного и уголовно-процессуального законов. 

Разрешая вопрос о мере пресечения, суд не может не учитывать положение пункта 4 примечаний к ст. 159 УК РФ, ориентирующие лишь на такую предпринимательскую деятельность, когда сторонами договора являются индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации, а равно не принимать во внимание нормы уголовно-процессуального закона, определяющие назначение и принципы уголовного судопроизводства, основания для избрания меры пресечения и обстоятельства, учитываемые при ее избрании. Иное приводило бы к нарушению конституционных принципов равенства и справедливости.

Исходя из обстоятельств, послуживших основанием для возбуждения уголовного дела и описанных в предъявленном ФИО2 обвинении, не представляется возможным согласиться с доводами стороны защиты о применении к обвиняемому положений ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ, запрещающей, в частности, при обвинении лица в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, если эти преступления совершены индивидуальным предпринимателем в связи с осуществлением им предпринимательской деятельности и (или) управлением принадлежащим ему имуществом, используемым в целях предпринимательской деятельности, либо если эти преступления совершены членом органа управления коммерческой организации в связи с осуществлением им полномочий по управлению организацией либо в связи с осуществлением коммерческой организацией предпринимательской или иной экономической деятельности, применять меру пресечения в виде заключения под стражу.

Вопреки доводам жалобы, в приложенных к постановлению материалах содержатся конкретные сведения, подтверждающие вывод о том, что инкриминируемое ему преступление совершено не в связи с осуществлением ФИО2 предпринимательской деятельности и (или) управлением принадлежащим ему имуществом, используемым в целях предпринимательской деятельности, не в связи с осуществлением им полномочий по управлению этой организацией или не в связи с осуществлением коммерческой организацией предпринимательской или иной экономической деятельности.

Оснований полагать, что преступление, инкриминируемое ФИО2, совершено в сфере предпринимательской деятельности, на данной стадии уголовного судопроизводства не усматривается, в связи с чем обстоятельств, исключающих возможность продления срока содержания ФИО2, под стражей, предусмотренных ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ, не имеется.

Суд считает, что ходатайство следователя было рассмотрено с соблюдением положений ст. 15 УПК РФ, в условиях состязательности сторон и при обеспечении участникам судопроизводства возможности обосновать свою позицию по рассматриваемому вопросу.

Стороной защиты не были представлены в суд данные о том, что в соответствии со ст.110 п. 1.1. УПК РФ, мера пресечения в виде заключения под стражей в отношении ФИО2, подлежит изменению на более мягкую при выявлении у обвиняемого в совершении преступления тяжелого заболевания, препятствующего его содержанию под стражей, которое удостоверено медицинским заключением, вынесенным по результатам медицинского освидетельствования. 

Суд дал должную оценку обоснованности подозрения в совершении лицом преступления, а также наличию оснований и соблюдению порядка задержания подозреваемого (статьи 91 и 92 УПК РФ); наличию предусмотренных статьей 100 УПК РФ оснований для избрания меры пресечения до предъявления обвинения и соблюдению порядка ее применения; законности и обоснованности уведомления лица о подозрении в совершении преступления в порядке, установленном статьей 223.1 УПК РФ; соблюдению порядка привлечения лица в качестве обвиняемого и предъявления ему обвинения, регламентированного главой 23 УПК РФ.

Вопреки доводам жалобы, суд согласно абз. 4 п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года N 41 "О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога", проверил обоснованность подозрения в причастности лица к совершенному преступлению, и не вправе входить в обсуждение вопроса о виновности лица.

Суд апелляционной инстанции соглашается с принятым судом первой инстанции решением и отмечает, что в соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 г. N 41 "О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога", вывод о том, что лицо может скрыться от предварительного следствия или суда, на первоначальных этапах производства по уголовному делу, которые имеют место быть по настоящему делу, когда идет активный сбор и закрепление доказательств, может быть обоснован тяжестью предъявленного обвинения и возможностью назначения наказания в виде лишения свободы на длительный срок.

Суд апелляционной инстанции считает, что предусмотренных ст. 110 УПК РФ оснований и обстоятельств, для отмены или изменения меры пресечения на данной стадии ФИО2, не имеется, в том числе на домашний арест, запрет определенных действий. Нарушений уголовно-процессуального закона при решении вопроса об избрании меры пресечения содержания под стражей, влекущих безусловную отмену постановления, судом не допущено.

 На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Кузьминского районного суда г.Москвы от 12 марта 2025 года в отношении обвиняемого ФИО2.. С... оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, во Второй кассационный суд общей юрисдикции. 

Судья: