Судья Курышова Ю.М. дело № 33-656/2026

(33-12148/2025)

УИД № 34RS0009-01-2025-000132-72

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

21 января 2026 г. г. Волгоград

Судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда в составе:

председательствующего судьи Андреева А.А.,

судей: Пашковой Т.В., Лымарева В.И.,

при ведении протокола помощником судьи Кабанчук Г.М.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-99/2025 по исковому заявлению ФИО1, ФИО2, ФИО3 к ФИО4 о признании договоров дарения недействительными, применения последствий недействительности сделок,

по апелляционной жалобе и дополнениям к ней ФИО1, ФИО2, ФИО3 в лице представителя ФИО5

на решение Алексеевского районного суда Волгоградской области от 02 октября 2025 г., которым в удовлетворении исковых требований ФИО1, ФИО2, ФИО3 – отказано.

Заслушав доклад судьи Пашковой Т.В., выслушав ФИО1, ФИО2, их представителя ФИО5, поддержавших доводы апелляционной жалобы и дополнения к ней, представителя ответчика ФИО6, возражавшую против удовлетворения жалобы и дополнений к ней, судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда

УСТАНОВИЛА:

ФИО1, ФИО2, ФИО3 обратились в суд с иском к ФИО4 о признании договоров дарения недействительными, применения последствий недействительности сделок.

В обоснование требований указав, что ФИО2 на основании свидетельства на право собственности на землю серии № 

<

...>, ФИО3 на основании свидетельства на право собственности на землю серии № 

<

...>, ФИО7 на основании свидетельства на право собственности на землю серии № 

<

...>, выданных на основании постановления администрации Алексеевского района № 

<

...> от 28 февраля 1992 г., и свидетельства о праве на наследство от 30 марта 2004 г. умершего К.В.Н., приобрели право коллективно-долевой собственности на землю площадью 

<

.......> га, земельной доли с оценкой 

<

.......> б/га в АО «Красный Октябрь».

09 апреля 2004 г. между ФИО4 и ФИО1 действующей в своих интересах и в интересах ФИО2, ФИО3, были заключены в простой письменной форме 4 (четыре) договора дарения долей земельного участка, согласно которым даритель безвозмездно передала, а одаряемый принял в дар доли в праве общей собственности на земельные участки из земель сельскохозяйственного назначения (земельный доли) с качественной оценкой 

<

.......> б/га (

<

.......> га) в земельном участке АО «Красный Октябрь» общей площадью 

<

.......> га на территории 

<

адрес>. При оформлении и подписании договоров дарения ФИО4 сообщил ФИО1, что договоры по своей сути являются договорами аренды, право собственности на доли земельных участков ФИО4 регистрировать не будет, а при истребовании, возвратит ФИО1 и вернет подписанные договоры дарения. Договоры были подписаны ФИО1 за себя лично, за ФИО3 и ФИО2 по доверенности, выданной нотариусом, в которой не было оговорено право представителя на совершение сделок дарения спорных земельных долей.

07 мая 2004 г. было зарегистрировано право собственности ФИО4 на указанные участки, при этом истцы в регистрирующие органы не обращались, заявлений от своего имени не подавали, собственноручных подписей не проставляли. ФИО1 подписала договоры дарения земельных участков, будучи введенная ФИО4 в заблуждение относительно природы заключаемых сделок и их последствий.

Летом 2024 г. ФИО2 и ФИО3 узнали о том, что ФИО1 были оформлены сделки дарения, а не аренды, в связи с чем, приняли решение о возврате подаренных земельных долей, и выяснения обстоятельств регистрации, ФИО4, которым отказано в возврате земельных долей. В октябре 2024 г. истцы обратились в Росреестр по Волгоградской области для государственной регистрации прав на недвижимое имущество (земельные участки).

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, истцы просили суд восстановить пропущенный срок на подачу иска; признать недействительными договоры дарения от 09 апреля 2004 г. заключённые между ФИО1, действующей в своих интересах и интересах ФИО2, ФИО3 и ФИО4, на отчуждаемые доли земельных участков, принадлежащих дарителям; применить последствия недействительности указанных сделок с приведением сторон в первоначальное положение, возвратив истцам принадлежащее им недвижимое имущество; погасить право собственности ФИО4 на земельные участки; признать за ФИО1, ФИО2, ФИО3 право собственности на спорные земельные участки; указать, что решение суда является основанием для государственной регистрации соответствующих изменений в ЕГРН.

Судом постановлено указанное выше решение.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней ФИО1, ФИО2, ФИО3 в лице представителя ФИО5 оспаривают постановленное судом решение и просят его отменить, удовлетворив заявленные требования, ссылаясь на нарушение норм права, неправильное определение обстоятельств имеющих значение для дела.

В возражениях на апелляционную жалобу ФИО4 просит оставить решение без изменения.

Руководствуясь ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся в судебное заседание лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте апелляционного разбирательства. При этом информация о движении дела размещена также на официальном сайте Волгоградского областного суда в сети Интернет по адресу: oblsud.vol.sudrf.ru.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии со ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, обсудив указанные доводы, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с п.п. 1, 2 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвомездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу ст. 153, ст. 154 ГК РФ сделки, в частности, договор дарения - это волевые действия, направленные на установление, изменение и прекращение прав и обязанностей, то есть на достижение определенного правового результата. Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли сторон.

Согласно п. 3 ст. 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

В соответствии с о ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Согласно ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии со ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если: сторона заблуждается в отношении природы сделки.

Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

В силу ч. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Обман представляет собой умышленное введение другой стороны в заблуждение с целью вступить в сделку. Заинтересованная в совершении сделки сторона преднамеренно создает у потерпевшего, не соответствующие действительности представление о характере сделки, ее условиях, личности участников, предмете, других обстоятельствах, влияющих на его решение. При совершении сделки под влиянием обмана формирование воли потерпевшего происходит не свободно, а вынужденно, под влиянием недобросовестных действий контрагента, заключающихся в умышленном создании у потерпевшего ложного представления об обстоятельствах, имеющих для заключения сделки.

Исходя из разъяснений, изложенных в п. 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (п. 2 ст. 179 ГК РФ). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (п. 2 ст. 179 ГК РФ). Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО7 на основании свидетельства на право собственности на землю серия № 

<

...>, выданного на основании постановления администрации Алексеевского района № 

<

...> от 28 февраля 1992 г., приобрела право коллективной долевой собственности на землю в АО «Красный Октябрь», общей площадью 

<

.......> га, земельная доля с оценкой 

<

.......> баллогектаров, кадастровый № 

<

...>.

Согласно свидетельству о праве на наследство от 30 марта 2004 г. ФИО1 вступила в право наследования после умершего брата К.В.Н. и приобрела право коллективно-долевой собственности на землю, площадью 

<

.......> га, земельной доли с оценкой 

<

.......> баллогектаров в АО «Красный Октябрь».

ФИО2 на основании свидетельства на право собственности на землю серия № 

<

...>, выданного на основании постановления администрации Алексеевского района № 

<

...> от 28 февраля 1992 г., приобрел право коллективной долевой собственности на землю в АО «Красный Октябрь», общей площадью 

<

.......> га, земельная доля с оценкой 

<

.......> баллогектаров, кадастровый № 

<

...>.

ФИО3 на основании свидетельства на право собственности на землю серия № 

<

...>, выданного на основании постановления администрации Алексеевского района № 

<

...> от 28 февраля 1992 г., приобрел право коллективной долевой собственности на землю в АО «Красный Октябрь», общей площадью 

<

.......> га, земельная доля с оценкой 

<

.......> баллогектаров, кадастровый № 

<

...>.

09 апреля 2004 г. между ФИО4 и ФИО1, действующей в своих интересах и интересах ФИО2 и ФИО3, на основании доверенностей от 17 марта 2004 г., было заключено четыре договора дарения вышеуказанных земельных участков принадлежащих ФИО1, ФИО2 и ФИО3, по условиям которых даритель подарила (безвозмездно передала) без получения платы или иного встречного, а одаряемый принял в дар четыре доли в праве общей собственности на земельные участки из земель сельскохозяйственного назначения (земельные доли) с качественными оценками 

<

.......> баллогектар (

<

.......> га) в земельном участке АО «Красный Октябрь», общей площадью 

<

.......> га каждый на территории 

<

адрес>. Право собственности у одаряемого на приобретаемое имущество возникает с момента государственной регистрации.

Из предоставленного регистрационного дела в отношении регистрации права собственности и перехода права собственности земельных долей истцов с кадастровым № 

<

...> следует, что 09 апреля 2004 г. ФИО1 обратилась в регистрирующий орган с заявлениями, в своих интересах и интересах ФИО2 и ФИО3, о государственной регистрации права собственности за каждым на земельные доли в земельном участке АО «Красный Октябрь», что подтверждается ее подписью.

В этот же день, 09 апреля 2004 г. ФИО1, своих интересах и интересах ФИО2 и ФИО3 и ФИО4 обратились в регистрирующий орган с заявлениями о государственной регистрации перехода права ФИО4, по договору дарения земельных долей, в свою очередь ФИО4 обратился с заявлением о государственной регистрации права собственности на спорные земельные доли истцов. Государственному регистратору был предоставлен полный комплект документов для регистрации земельных долей.

Государственная регистрация была произведена, что подтверждается выпиской из ЕГРН от 20 мая 2025 г., согласно сведениям которой, собственником земельных долей, ранее принадлежащих истцам, с 07 мая 2004 г. является ФИО4

24 июня 2005 г. ФИО4 принято решение о выделении земельного участка в счет земельных долей принадлежащих ему на праве общей долевой собственности на земельный участок общей площадью 

<

.......> га находящегося на территории 

<

адрес> для производства сельхозпродукции. Земельный участок, выделенный в счет земельных долей составляет 

<

.......> га и расположен в 

<

адрес>, на поле № 

<

...>.

21 июля 2005 г. зарегистрировано право собственности ФИО4 на земельный участок с кадастровым № 

<

...>, что подтверждается выпиской из ЕГРН от 20 мая 2025 г.

Материалами дела подтверждено, что с заявлением о переходе права собственности на спорные земельные доли истец ФИО1 лично обратилась в регистрирующий орган, что исключало непонимание истцом того, что спорное имущество в результате сделки переходит в собственность ответчика.

В п.п. 43 и 44 Постановления Пленума ВС РФ от 25 декабря 2018 г. № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса РФ о заключении и толковании договора» отражена правовая позиция, согласно которой условия договора подлежат толкования в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закреплёнными в ст. 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (ст. 3,422 ГК РФ).

При толковании условий договора в силу абзаца 1 ст. 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (п. 5 ст. 10, п. 3 ст. 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой–либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения. Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь ввиду.

При наличии спора о действительности или заключённости договора суд, пока не доказано иное, исходит из заключености и действительности договора учитывает установленную п.5 ст. 10 ГК РФ презумпцию разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений. Если условие договора допускает несколько разных вариантов толкования, один из которых приводит к недействительности договора или к признанию его незаключенным, а другой не приводит к таким последствиям, по общему правилу приоритет отдаётся тому варианту толкования, при котором договор сохраняет силу.

Оценивая все доказательства по делу, принимая во внимание действия сторон, исполнение договора дарения, передачу земельного участка одаряемому, обращение сторон в регистрирующий орган с заявлениями о регистрации перехода права собственности, суд пришел к верному выводу о том, что перечисленные действия истцов свидетельствуют о последовательных и осознанных действиях при оформлении и регистрации сделки дарения земельного участка в собственность ФИО4

Суд верно указал, что истцами не представлено доказательств, что оспариваемая сделка совершена под влиянием обмана со стороны ответчика.

Кроме того, представителем ответчика в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции было заявлено о пропуске истцами срока исковой давности.

Суд первой инстанции верно применил к спорным правоотношениям срок исковой давности, а доводы апелляционной жалобы об обратном, не принимаются судебной коллегией в силу следующего.

В силу п. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно ст. 195 и п. 1 ст. 196 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности устанавливается в три года.

Федеральным законом от 07 мая 2013 г. №100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Федеральный закон №100-ФЗ) ст. 196 ГК РФ дополнена положениями п. 2, согласно которому срок исковой давности не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен. Данный нормативно-правовой акт вступил в законную силу с 01 сентября 2013 г.

Согласно разъяснениям в п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – Постановление Пленума №43) началом течения такого десятилетнего срока, за исключением случаев, предусмотренных п. 1 ст. 181 и абз. 2 п. 2 ст. 200 ГК РФ, является день нарушения права.

Если иное прямо не предусмотрено законом, для целей исчисления этого срока не принимается во внимание день, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, и указанный срок не может быть восстановлен.

Названный срок применяется судом по заявлению стороны в споре. Вместе с тем истцу не может быть отказано в защите права, если до истечения десятилетнего срока имело место обращение в суд в установленном порядке или обязанным лицом совершены действия, свидетельствующие о признании долга.

Десятилетний срок, установленный п. 2 ст. 196 ГК РФ, не подлежит применению к требованиям, на которые в соответствии с законом исковая давность не распространяется (например, ст. 208 ГК РФ).

В соответствии с п. 9 ст.3 Федерального закона №100-ФЗ, установленные положениями ГК (в редакции настоящего Федерального закона) сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 01 сентября 2013 г. Десятилетние сроки, предусмотренные п. 1 ст. 181, п. 2 ст. 196 и п. 2 ст. 200 ГК РФ (в редакции настоящего Федерального закона), начинают течь не ранее 01 сентября 2013 г.

Как следует из разъяснений, содержащимся в п. 27 Постановления Пленума №43, положения ГК РФ о сроках исковой давности и правилах их исчисления в редакции Федерального закона №100-ФЗ применяются к требованиям, возникшим после вступления в силу указанного закона, а также к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 01 сентября 2013 г.

Таким образом, судебная коллегия полагает, что срок исковой давности для обращения с настоящим иском истек, как трехлетний, так истек и пресекательный десятилетний срок, который исчисляется с 01 сентября 2013 г. и который восстановлению не подлежит, в связи с чем, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отказе в удовлетворении требований истцов.

Доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней в целом были предметом подробного изучения суда первой инстанции и нашли отражение в оспариваемом решении, данные доводы направлены на оспаривание выводов суда и не свидетельствуют о наличии оснований, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ к отмене состоявшегося судебного решения, поскольку фактически сводятся к несогласию с той правовой оценкой, которую исследованным по делу доказательствам дал суд первой инстанции и иному толкованию правовых норм. Оснований к иной оценке установленных судом обстоятельств у судебной коллегии не имеется.

Учитывая изложенной, судебная коллегия полагает решение законным обоснованным и не подлежащим отмене по доводам апелляционной жалобы и дополнениям к ней.

Руководствуясь положениями ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Алексеевского районного суда Волгоградской области от 02 октября 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу и дополнения к ней ФИО1, ФИО2, ФИО3 в лице представителя ФИО5 – без удовлетворения.

Апелляционное определение суда апелляционной инстанции может быть обжаловано в кассационном порядке в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного текста апелляционного определения.

Мотивированный текст апелляционного определения изготовлен 26 января 2026 г.

Председательствующий:

Судьи: