Дело № 10RS0011-01-2020-000586-94 (2а-1293/2020)

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14.02.2020 г. Петрозаводск

ПЕТРОЗАВОДСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КАРЕЛИЯ

в составе судьи

Е.В. Лазаревой

при секретаре

ФИО1

с участием:

представителя административного истца 

представителя административного ответчика

(Министерства имущественных и земельных отношений Республики Карелия)

представителя заинтересованного лица (администрации Пряжинского национального муниципального района)

ФИО2, действующего на основании доверенности от 17.01.2020

ФИО3, действующего на основании доверенности от 24.07.2019

ФИО4, действующего на основании доверенности от 25.12.2019 

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному иску ФИО5 к Министерству имущественных и земельных отношений Республики Карелия о признании незаконным решения об отказе в утверждении схемы расположения земельного участка на кадастровом плане территории, оформленного письмом № 25910/12.4-21 от 21.10.2019

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 (далее – заявитель, административный истец) обратилась в суд с требованиями к Министерству имущественных и земельных отношений Республики Карелия (далее – Министерство, административный ответчик) о признании незаконным отказа в утверждении схемы расположения земельного участка на кадастровом плане территории в целях заключения соглашения о перераспределении земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты> (далее – участок 184) и земель, государственная собственность на которые не разграничена, выраженного в письме от 21.10.2019 № 25910/12.4-21 (далее – оспариваемое решение, решение от 21.10.2019), полагая его незаконным, нарушающим его права и законные интересы, испрашивая о понуждении административного ответчика принять решение об утверждении схемы расположения земельного участка на кадастровом плане территории, приложенной к обращению заявителя от 25.09.2019.

Определением от 24.01.2020 к участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечена администрация Пряжинского национального муниципального района (далее – Администрация, заинтересованное лицо).

Судом в судебном заседании 07.02.2020 в 10:00 час., о котором были извещены лица, участвующие в деле, и в котором принимали участие представители административных истца и ответчика, заинтересованного лица, был объявлен перерыв до 13:45 час. 14.02.2020, сведения о котором были размещены на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», и рассмотрение дела было продолжено с участием представителей административных истца и ответчика.

Административный истец, извещенный о месте и времени слушания дела, в судебное заседание не явился. Его представитель на требованиях настаивал по доводам, подробно изложенным в административном иске. Пояснил, что о принятии оспариваемого решения заявителю стало известно 22.10.2019. Полагал, что оспариваемое решение нарушает право заявителя на строительство на вновь образованном участке жилого дома. Пояснил, что один из образованных в результате раздела первоначального участка планировался к передаче родственникам (родителям).

Представитель Министерства полагал требования не подлежащими удовлетворению по доводам, подробно изложенным в письменных возражениях. Пояснил, что оспариваемое решение было направлено в адрес заявителя 22.10.2019. Обратил внимание, что заявитель, обращаясь с заявлением спустя незначительный промежуток времени после раздела участка, площадь которого составляла 1500 кв.м, в обход процедур получения публичной земли на торгах вновь обратился с заявлением о перераспределении, ссылаясь на возможность реализации права на доведение его до максимального размера, предусмотренного для индивидуального жилищного строительства (1500 кв.м).

Представитель Администрации полагал требования не подлежащими удовлетворению.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В отношении земель и земельных участков, расположенных в границах кадастрового квартала 

<

данные изъяты>, расположенного в д. Виданы Пряжинского национального района Республики Карелия, документация по планировке территории (проект планировки территории и (или) проект межевания территории) не разрабатывалась и не утверждалась.

В соответствие с Генеральным планом Чалнинского сельского поселения (далее – ГП поселения) участок с кадастровым номером 

<

данные изъяты> (далее – участок 71), а также земли и земельные участки вокруг него (за исключением расположенных с северо-западной стороны), относятся к жилой зоне застройки индивидуальной застройки с приусадебными участками.

Согласно Правилам землепользования и застройки Чалнинского сельского поселения (далее – ПЗЗ поселения) участок 71, а также земли и земельные участки вокруг него (за исключением расположенных с северо-западной стороны), относятся к зоне Ж1 – малоэтажная жилая застройка, которая согласно п. 54.1 ПЗЗ поселения предназначена для проживания в сочетании с ведением ограниченного личного подсобного хозяйства (ЛПХ с содержанием мелкого скота и птицы), при этом к основным видам разрешенного использования относятся, в том числе: индивидуальное жилищное строительство, для ведение личного подсобного хозяйства; отдельно стоящие жилые дома с земельными участками; блокированные жилые дома; выращивание сельскохозяйственных культур – цветов, овощей, фруктов палисадники (в пределах границ земельного участка); сады, огороды? палисадники (в пределах границ земельного участка, запрещается палисадники выводить за границы участка), а к вспомогательным видам разрешенного использования относятся, в том числе: хозяйственные постройки, в том числе для содержания животных (собак, птицы, кроликов и т.д., и для КРС); теплицы; оранжереи; индивидуальные бани, бассейны индивидуального пользования, отдельно стоящие, встроенные или пристроенные гаражи для хранения автомобилей; открытые стоянки, но не более чем на два легковых автомобиля на 1 земельный участок.

В соответствие с ПЗЗ поселения предельный (минимальный, максимальный) размер земельного участка для индивидуального жилищного строительства 600 кв.м. – 1500 кв.м, размер земельного участка, не подлежащего дроблению, составляет 400 м2, минимальная (максимальная) ширина земельных участков вдоль фронта улицы (проезда) – 9-25 м; максимальное количество этажей зданий - 4; максимальный процент застроенной территории для жилой застройки участка – 60%; минимальный отступ строений от передней границы участка (в случае, если иной показатель не установлен линией регулирования застройки) – 3 м, в районе магистральных улиц – 5 метров, минимальный отступ от границ соседнего участка до жилого дома – 3 м, возможно сокращение отступа до 1 м, при согласовании с землепользователями смежных участков и при условии соблюдения противопожарных норм; минимальный отступ от границ соседнего участка до бытовых построек, строений – 2 м (бани, гаражи и др., при этом необходимо учитывать противопожарные нормы, с учетом этого расстояние корректируется); минимальный отступ от жилого дома до построек для содержания и разведения домашнего скота и птицы – 10 м, (указанный размер должен соблюдаться и от соседнего дома на соседнем участке).

Вместе с тем, как участок 71, так и земли и земельные участки вокруг него располагаются в водоохранной и прибрежной защитной полосе реки Шуя, наличие которой накладывает ограничения, установленные чч. 15, 16, 17 ст. 65 Водного кодекса Российской Федерации (далее – ВК РФ), сведения о которой содержатся в документах территориального планирования и градостроительного зонирования.

Актом о выборе и обследовании земельного участка с целью предоставления заявителю от 22.10.2012 (утвержденным постановлением Администрации от 12.08.2013 № 857), осуществлен выбор участка, расположенного в 40 м от реки Шуя.

Согласно схеме расположения земельного участка, последний имеет форму, приближенную к прямоугольной, вытянутой с северо-запада на юго-восток, при этом северо-западная сторона обращена к землям общего пользования (грунтовая дорога общего пользования, в настоящее время являющаяся ул. Зеленая), а юго-восточная – к р. Шуя.

На основании акта от 22.10.2012 и постановления от 12.08.2013 в соответствие с межевым планом от 22.08.2018, подготовленным заявителем, являющимся кадастровым инженером, был образован и поставлен 17.09.2013 на кадастровый учет, участок 71, имеющий площадь 1500 кв.м, относящийся к землям населенных пунктов и имеющий вид разрешенного использования «для дачного строительства».

Постановлением Администрации от 04.10.2013 № 1137а (далее – постановление от 04.10.2013) участок 71 предоставлен в аренду сроком до 04.10.2062. На основании постановления от 04.10.2013 в этот же день с заявителем был заключен договор аренды участка 71, государственная регистрация которого осуществлена 28.11.2013.

В связи со строительством на участке 71 объекта недвижимого имущества с кадастровым номером 

<

данные изъяты> (далее – объект 85), на основании постановления Администрации от 03.07.2014 и в соответствие с договором купли-продажи № 1085 от 03.07.2014 (далее – договор от 03.07.2014) заявитель приобрел участок 71 в собственность (переход права собственности зарегистрирован 13.08.2014).

Заявителем в качестве кадастрового инженера 09.09.2019 был подготовлен и выполнен межевой план в целях образования двух земельных участков путем раздела участка 71, согласно которому образованы:

– земельный участок с кадастровым номером 

<

данные изъяты> (далее – участок 253), площадью 900 кв.м, выделенный из большей северо-западной части участка 71, на котором остался объект 85.

Северо-западная и северо-восточная части участка 253 имеют выход к землям общего пользования, при этом северо-западная часть выходит непосредственно на ул. Зеленая, а северо-восточная часть – в тупиковый проезд, упирающийся в береговую полосу р. Шуя и обеспечивает доступ к нему (ч. 8 ст. 6 Водного кодекса РФ), ширина которого до вблизи расположенного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты> (далее – участок 72) и с которым не имеется общей границы, составляет примерно 5 м;

– земельный участок с кадастровым номером 

<

данные изъяты> (далее – участок 254), площадью 600 кв.м, выделенный из меньшей юго-восточной части участка 71, на котором не осталось объектов недвижимого имущества.

Юго-восточная и северо-восточная части участка 254 имеют выход к землям общего пользования, а именно: юго-восточная часть выходит к береговой полосы р. Шуя (на расстоянии, не превышающем 1,5 м от нее), а северо-восточная часть – в тупиковый проезд (обеспечивающий доступ к береговой полосе р. Шуя), ширина которого до вблизи расположенного участка 72 и с которым не имеется общей границы, составляет примерно 5 м.

С юго-запада участки 253 и 254 имеют общую границу с участком с кадастровым номером 

<

данные изъяты> (далее – участок 68), имеющего прямоугольную форму и длинна которого с северо-запада на юго-восток примерно соответствует суммарной длине участков 253 и 254.

Постановка на кадастровый учет обоих участков и регистрация за заявителем права собственности на каждый из них осуществлена 19.09.2019 одновременно с прекращением права собственности на участок 71.

ФИО5 26.09.2019 обратился в Министерство с заявлением (далее – заявление от 26.09.2019), в котором просил утвердить прилагавшуюся схему расположения земельного участка на кадастровом плане территории (далее – схема расположения спорного участка) и предоставить это решение с приложением схемы заявителю для обеспечения выполнения кадастровых работ в целях государственного кадастрового учета земельного участка, который будет образован в результате перераспределения и обращения с заявлением о государственном кадастровом учете такого земельного участка с целью дальнейшего заключения соглашения о перераспределении земельных участков.

Согласно прилагаемой схеме расположения земельного участка на кадастровой карте территории планировался к перераспределению участок 254 с землями, государственная собственность на которые не разграничена, с присоединением к указанному участку с юго-восточной стороны (в направлении р. Шуя) 400 кв.м из земель общего пользования с образованием нового участка, общей площадью 1000 кв.м (далее – спорный участок), юго-восточная граница которого находится на расстоянии более 20 м от береговой линии р. Шуя.

В результате планируемого перераспределения спорный участок значительно вклинивался в земли общего пользования по отношению к смежному участку 68, и доступ к нему от земель общего пользования обеспечивался через проезд (шириной примерно 5 м) между участками 253 и 72, а также по землям общего пользования через проезд между участком 68 и вблизи расположенным участком.

Оспариваемым решением в удовлетворении заявления было отказано:

– в связи с тем, что из земель, государственная собственность на которые не разграничена, планируемых для перераспределения с земельным участком 254, возможно сформировать самостоятельный земельный участок с одним из видов разрешенного использования, предусмотренных ПЗЗ поселения, без нарушения требований, предусмотренных статьей 11.9 Земельного кодекса Российской Федерации (далее – ЗК РФ);

– в связи со злоупотреблением заявителем правом, предусмотренным ст. 39.28 ЗК РФ на приобретение земель, государственная собственность на которые не разграничено посредством перераспределения земельного участка, ранее образованного в результате раздела участка 71, имевшего площадь 1500 кв.м.

При этом в качестве правового основания принятия оспариваемого решения указаны как пп. 4, так и пп. 9 п. 9 ст. 39.29 ЗК РФ.

Данные о дате получения заявителем оспариваемого решения отсутствуют, а с настоящим административным иском он обратился 22.01.2020.

Суд учитывает выбранный заявителем способ защиты нарушенных прав, а поэтому принимает решение исключительно по заявленным требованиям, не усматривая оснований для выхода за пределы предмета административного искового заявления. 

Соответственно, разрешая настоящее дело, суд проверяет исключительно законность оспариваемого решения, не будучи связанным указанными заявителем основаниями и доводами (ч. 3 ст. 62, чч. 1 и 2 ст. 178, ч. 8 ст. 226 КАС РФ).

Суд исходит из недопустимости признания обоснованным оспариваемого решения со ссылкой на обстоятельства, не являвшиеся предметом рассмотрения Министерства, изменяя, таким образом, основания принятого решения (п. 61 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2016 № 36 «О некоторых вопросах применения судами Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации»; далее – постановление № 36).

В силу п. 2 ч. 2 ст. 1, пп. 1 и 2 ч. 9, ч. 11 ст. 226 КАС РФ по жалобам на действия должностного лица административный истец должен доказать, нарушены ли оспариваемым решением, действием (бездействием) его права, свободы и законные интересы, соблюден ли срок обращения в суд, а административный ответчик обязан доказать, что им при вынесении оспариваемого решения, совершения действия (бездействия) соблюдены требования нормативных правовых актов, устанавливающих: полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия); порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен; основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами, а также соответствие содержания оспариваемого решения, совершенного оспариваемых действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.

В силу п. 1 ч. 2 ст. 227 КАС РФ основанием для удовлетворения полностью или частично заявленных требований является признание оспариваемых решения, действия (бездействия) не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца.

Решая вопрос о соблюдении срока обращения в суд с настоящим административным иском, суд исходит из того, что каким-либо нормативным правовым актом срок обжалования решения об отказе в предоставлении земельного участка не установлен, в связи с чем приходит к выводу о применении 3-х месячного срока, установленного ч. 1 ст. 219 КАС РФ, который по настоящему делу не пропущен (в том числе, имея ввиду отсутствие данных о дате получения решения от 21.10.2019).

Оспариваемое решение принято Министерством, то есть, исходя из взаимосвязанных положений ст.ст. 10.1, 39.2 ЗК РФ, п. 4 ст. 2, пп. 2, 3 ст. 3.3 ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации», ч. 1.2 ст. 17 ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», ст. 3 Закона № 1712-ЗРК, пп. «е» п. 4 постановления Правительства Республики Карелия от 26.09.2017 № 326-П «Вопросы органов исполнительной власти Республики Карелия», п. 1, пп. 19, 37-49 п. 9 Положения о Министерстве, утвержденного постановлением Правительства Республики Карелия от 02.11.2017 № 390-П, надлежащим лицом, реализующим полномочия по распоряжению земельными участками, государственная собственность на которые не разграничена.

Порядок предоставления в собственность земель, находящихся в публичной собственности, установлен ст.ст. 39.3, 39.20 ЗК РФ и по общему правилу предусматривает проведение необходимых публичных процедур.

В соответствии с правовой позицией, изложенной Конституционным Судом РФ в определении от 27.06.2017 № 1266-О, Земельным кодексом РФ в качестве основного способа приватизации земли предусмотрены торги, которые проводятся на конкурсной основе, обеспечивающей справедливое и открытое распределение объектов публичной собственности.

С учетом специфики земельных отношений Земельный кодекс РФ также устанавливает иные способы приватизации, к которым относится перераспределение земель, находящихся в частной и публичной формах собственности.

Согласно пп. 3 п. 1 ст. 39.28 ЗК РФ перераспределение земель и (или) земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, и земельных участков, находящихся в частной собственности, допускается в случае перераспределение земель, находящихся в государственной или муниципальной собственности, и земельных участков, находящихся в собственности граждан и предназначенных для индивидуального жилищного строительства, при условии, что площадь земельных участков, находящихся в собственности граждан, увеличивается в результате этого перераспределения не более чем до установленных предельных максимальных размеров земельных участков.

Перераспределение земель и (или) земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, и земельных участков, находящихся в частной собственности, осуществляется в соответствии с утвержденным проектом межевания территории либо при отсутствии такого проекта в соответствии с утвержденной схемой расположения земельного участка (п. 3 ст. 39.28 ЗК РФ).

В соответствие с п. 1, пп. 2 п. 3 ст. 39.29 ЗК РФ в целях заключения соглашения о перераспределении земель, находящихся в государственной или муниципальной собственности, и земельных участков, находящихся в частной собственности, гражданин – собственник такого земельного участка обращается с заявлением о перераспределении земель, находящихся в государственной или муниципальной собственности, и земельных участков, находящихся в частной собственности (далее – заявление о перераспределении земельных участков), в уполномоченный орган, к которому прилагается схема расположения земельного участка в случае, если отсутствует проект межевания территории, в границах которой осуществляется перераспределение земельных участков.

В качестве правового основания отказа в утверждении схемы расположения спорного участка указан пп. 4 п. 9 ст. 39.29 ЗК РФ, согласно которому отказывается в заключении соглашения о перераспределении земельных участков если схемой расположения земельного участка предусматривается перераспределение земельного участка, находящегося в частной собственности, и земель, находящихся в государственной или муниципальной собственности и изъятых из оборота или ограниченных в обороте.

Между тем мотивировочная часть оспариваемого решения не содержит какого-либо указания на изъятие из оборота или ограничение в обороте земель, государственная собственность на которую не разграничена, подлежащих перераспределению в соответствие со схемой расположения спорного участка. Не следует наличие каких либо из предусмотренных пп. 4, 5, 8 ст. 27 ЗК РФ оснований и из установленных по делу обстоятельств.

Вместе с тем, из мотивировочной части оспариваемого решения с очевидностью следует, что в утверждении схемы расположения спорного участка было отказано в связи с образованием участка 254 в минимальном из предусмотренного ПЗЗ поселении для данного вида использования размере (равном 600 кв.м) из ранее предоставленного заявителю участка 71, площадью 1500 кв.м (то есть максимального размера из предусмотренного ПЗЗ поселения для данного вида использования), чем было допущено злоупотребление правом на получение во внеконкурсных процедурах землями, государственная собственность на которые не разграничена.

Действительно, в силу взаимосвязанных положений п. 2 ст. 1, ст. 153, пп. 1 и 2 ст. 154, ст. 156 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) заявитель, будучи вправе приобретать и осуществлять свои гражданские права своей волей и в своем интересе, совершил одностороннюю сделку (действие, направленное на установление, изменение и прекращение гражданских прав и обязанностей) по разделу участка 71, к которой по общему правилу применяются общие положения об обязательствах и о договорах.

После совершения указанной сделки, следствием которой стало прекращение существования участка 71 в максимальном размере из предусмотренного ПЗЗ поселения для использования в целях индивидуального жилищного строительства, и образование двух участков: участка 253 (площадью 900 кв.м) и участка 254 (площадью 600 кв.м), заявитель в течение недели со дня прекращения у него права собственности на участок 71 и возникновения в силу п. 2 ст. 8.1 ГК РФ 19.09.2019 права собственности на вновь образованные участки, обратился с заявлением от 26.09.2019.

Каких-либо действий, связанных с реальным, а не декларированным посредством внесения в Единый государственный реестр недвижимости созданием в соответствие со ст. 128, п. 1 ст. 130 ГК РФ двух самостоятельных объектов гражданских прав, заявителем не совершалось и (с учетом срока, истекшего с момента государственной регистрации раздела участка 71), не могло быть реализовано.

В том числе, им не осуществлялось обособлением каждого из участка, организация к обоим из них свободного доступа, отвечающего требованиям п. 6.20 СП 42.13330.2011 «СНиП 2.07.01-89* «Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений» (обязательного в силу п. 30 Перечня национальных стандартов и сводов правил (частей таких стандартов и сводов правил), в результате применения которых на обязательной основе обеспечивается соблюдение требований Федерального закона «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений», утвержденного постановлением Правительства РФ от 26.12.2014 № 1521), направления предусмотренного ст. 51.1 Градостроительного кодекса Российской Федерации (далее – ГрК РФ) уведомления и т.д.

Указанное в своей совокупности свидетельствует о мнимом характере данной сделки, совершенной лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия и, как следствие, ее ничтожности (п. 1 ст. 170 ГК РФ).

Осуществление заявителем государственной регистрации раздела участка 71, прекращения его существования и образования участков 253 и 254 не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ (п. 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»: далее – постановление № 25), в том числе, имея ввиду взаимосвязанные положения пп. 1 и 4 ст. 166 ГК РФ, поскольку отношения, связанные с предоставлением земли, находящейся в публичной собственности, очевидно представляет публичный интерес.

С учетом ничтожности раздела участка 71, положений п. 1 ст. 167 ГК РФ, в момент обращения административного истца с заявлением от 26.09.2019 он оставался собственником земельного участка, площадь которого составляла 1500 кв.м, то есть являлась максимальной для установленного ст. 54.1 ПЗЗ поселения вида разрешенного использования в целях индивидуального жилищного строительства.

Само по себе не отвечающее разъяснениям, содержащимся в п. 8 постановления № 25, применение общих оснований для квалификации совершенной сделки в оспариваемом решении – указано на совершение действий, совершенных в обход закона с противоправной целью (п. 1 ст. 10, ст. 168 ГК РФ), а не подлежащего применению специального основания, предусмотренного п. 1 ст. 170 ГК РФ, не свидетельствует о неверности сущностного вывода, вытекающего из оспариваемого решения, согласно которому осуществление перераспределения земельного участка, площадь которого составляет предельный максимальный размер земельного участка для индивидуального жилищного строительства не допускается.

Из правовой позиции, сформулированной в п. 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019) следует, что из смысла п. 9 ст. 39.29 ЗК РФ основания для отказа в заключении соглашения о перераспределении земельных участков, предусмотренные пп. 2-13, в том числе в связи с наличием возможности образовать самостоятельный земельный участок (пп. 9), подлежат рассмотрению в случае, если существуют условия, указанные в п. 1 ст. 39.28 ЗК РФ. В противном случае уполномоченный орган принимает решение об отказе на основании пп. 1 п. 9 ст. 39.29 ЗК РФ, поскольку заявление о перераспределении земельных участков подано в случаях, не предусмотренных п. 1 ст. 39.28 ЗК РФ.

С учетом изложенного, неприменимости пп. 4 п. 9 ст. 39.29 ЗК РФ, а также исходя из фактически изложенных в оспариваемом решении обстоятельств, послуживших основанием для его принятия, суд приходит к выводу об очевидности допущенной описки в указании нормативного основания для его принятия, каковым должен являться пп. 1 п. 9 ст. 39.29 ЗК РФ, что, однако, не свидетельствует о его незаконности. При этом тем суд исходит из обстоятельств, являвшиеся предметом рассмотрения Министерства (в контексте разъяснений, содержащихся в п. 61 постановления № 36).

Также суд находит заслуживающим внимание основание для отказа в утверждении схемы расположения спорного участка пп. 9 п. 9 ст. 39.29 ЗК РФ ввиду возможности образовать самостоятельный земельный участок без нарушения требований, предусмотренных ст. 11.9 ЗК РФ (п. 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019)).

Из буквального содержания указанного нормативного предписания, а также правовой позиции, сформулированной в определении Конституционного Суда РФ от 27.06.2017 № 1266-О следует, что возможность предоставления в порядке перераспределения земель, относящихся к публичной собственности ограничивается, если из них могут быть сформированы самостоятельные земельные участки (т.е. земельные участки, права на которые граждане и юридические лица могут приобрести в общем порядке), а возможность формирования самостоятельных земельных участков определяется в каждом конкретном случае с учетом требований, изложенных в статье 11.9 ЗК РФ, в иных правовых актах (включая документы территориального планирования, правила землепользования и застройки).

При этом возможность образования земельных участков должна определяться исходя из площади всей земли, находящейся в государственной или муниципальной собственности, а не только той, о перераспределении которой испрашивает лицо, обращающееся за перераспределением.

Указанное следует из сформулированного в п. 11 ст. 1 ЗК РФ принципа сочетание интересов общества и законных интересов граждан, согласно которому регулирование использования и охраны земель осуществляется в интересах всего общества при обеспечении гарантий каждого гражданина на свободное владение, пользование и распоряжение принадлежащим ему земельным участком, имея ввиду то обстоятельство, что предоставление находящегося в государственной или муниципальной собственности земельного участка на торгах, проводимых в форме аукциона, то есть на конкурсной основе обеспечивает справедливое и открытое распределение объектов публичной собственности (определения Конституционного Суда РФ от 24.09.2012 № 1584-О, от 17.07.2014 № 1685-О, от 19.07.2016 № 1549-О и др.).

Уменьшение земель, государственная собственность на которые не разграничена, до размеров, очевидно не соответствующих требованиям к образуемым земельным участкам, не отвечает эффективному использованию публичной собственности.

Согласно п. 1 ст. 11.9 ЗК РФ предельные (максимальные и минимальные) размеры земельных участков, в отношении которых в соответствии с законодательством о градостроительной деятельности устанавливаются градостроительные регламенты, определяются такими градостроительными регламентами.

В соответствие с положениями ст. 54.1 ПЗЗ поселения в зоне Ж1 (к которой отнесены все земли и земельные участки, располагаемые вблизи спорного) к основным видам разрешенного использования отнесены, в том числе:

– индивидуальное жилищное строительство;

– отдельно стоящие жилые дома с земельными участками, 

а к условно разрешенным – спортплощадки.

При этом минимальные и максимальные размеры земельных участков ст. 54.1 ПЗЗ поселения установлены лишь в отношении земельных участков для жилой застройки: индивидуальных жилых домов (от 600 кв.м до 1500 кв.м).

С учетом изложенного, не исключается размещение на землях, государственная собственность на которые не разграничена, расположенных между участками 68 и 254 и береговой полосой, участка, площадь которого с очевидностью будет превышать 600 кв.м (с учетом примерно равной ширины обоих участков вдоль фронта ул. Зеленая), а также спортплощадок, которые с учетом определения, данного в п. 10 ст. 1 ГрК РФ, могут не относится к объектам капитального строительства и, как следствие, не являться объектом недвижимости.

Кроме того, судом отмечается, что пп. 4 и 6 ст. 11.9 ЗК РФ также указывает на не допустимость образования земельных участков, если их образование приводит к невозможности разрешенного использования расположенных на таких земельных участках объектов недвижимости и их размещению, но не ограничивает возможность образования земельных участков без возведения указанных объектов.

Вместе с тем, нахождение земель, государственная собственность на которые не разграничена, расположенных между участками 68 и 254 и береговой полосой, в водоохранной зоне и прибрежной защитной полосе накладывает установленные чч. 15 и 17 ст. 65 ВК РФ ограничения, включая запрещение движения и стоянки транспортных средств (кроме специальных транспортных средств), за исключением их движения по дорогам и стоянки на дорогах и в специально оборудованных местах, имеющих твердое покрытие, сброс сточных, в том числе дренажных, вод, распашка земель, размещение отвалов размываемых грунтов, что исключает возможность их предоставления для ведение личного подсобного хозяйства, выращивания сельскохозяйственных культур – цветов, овощей, фруктов палисадники (в пределах границ земельного участка), размещения огородов? палисадников, содержание животных.

Иных обстоятельств, перечисленных в ст. 11.9 ЗК РФ, препятствующих образованию из земель, государственная собственность на которые не разграничена, расположенных между участками 68 и 254, земельных участков, не установлено, в связи с чем, с учетом конкретных обстоятельств дела, суд приходит к выводу, что у административного ответчика имелись фактическим и правовые основания для принятия решения об отказе в заключении соглашения о перераспределении земельных участков, в том числе, по основанию, установленному пп. 9 п. 9 ст. 39.29 ЗК РФ.

Таким образом, суд приходит к выводу, что оспариваемое решение вынесено при наличии к тому фактических и правовых оснований, с соблюдением установленного порядка, компетентным должностным лицом, в связи с чем совокупность установленных п. 1 ч. 2 ст. 227 КАС РФ обстоятельств, являющихся основанием для удовлетворения заявленных требований, отсутствует.

Применительно к положениям ч. 1 ст. 111 КАС РФ издержки, понесенные административным истцом, относятся на него самого.

Руководствуясь ст.ст. 175-180, 227, 228, 295-298 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении административного иска отказать.

Решение может быть обжаловано через Петрозаводский городской суд Республики Карелия:

– в апелляционном порядке – в Верховный Суд Республики Карелия в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме;

– в кассационном порядке – в Третий кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня его вступления в законную силу при условии, что ранее решение было предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции.

Судья Е.В. Лазарева

Решение в окончательной форме принято 02.03.2020.

Срок подачи апелляционной жалобы – 02.04.2020.