Гражданское дело №2-988/21

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

02 июня 2021 года город Жуковский

Жуковский городской суд Московской области

в составе:

председательствующего судьи Парфеновой Т. И, 

при секретаре Ульяновой Т. Н. 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о возмещении вреда при участии ООО «Компания О.С.К.», 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО3, ООО «Компания О.С.К.», ФИО4 о возмещении причиненного вреда.

Определением от ДД.ММ.ГГГГ года иск был оставлен без рассмотрения (абз.8 ст.222 ГПК РФ). Определением от ДД.ММ.ГГГГ года производство по делу возобновлено (п. 3 ст. 223 ГПК РФ). 

Определениями суда от ДД.ММ.ГГГГ отказано в удовлетворении ходатайства ФИО2 о передаче дела в арбитражный суд и в удовлетворении ходатайства ФИО3 о прекращении производства по делу.

В судебное заседание явились представитель ФИО1, ФИО4, представитель ООО «Компания О.С.К.».

ФИО1, ФИО3 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

ФИО2 в судебное заседание не явилась, направила в суд ходатайство об отложении заседания.

Представитель ФИО3 в судебное заседание не явился, направил в суд ходатайство об отложении заседания.

С учетом ст.167 ГПК РФ, мнения лиц, участвующих в заседании, суд счел возможным рассмотреть дело по существу в отсутствие не явившихся лиц, уведомленных надлежащим образом о заседании. 

Представитель ФИО1 поддержала в судебном заседании требования, изложенные в уточненном исковом заявлении, указала на вред, причиненный ей ответчиками посредством совершения действий, повлекших существенное снижение стоимости доли ее участия в ООО «Компания О.С.К.» и бесприбыльность деятельности этого общества, в период, когда она была его участником, что сделало экономически невыгодным ее выход из этого общества и нецелесообразным получение рыночной стоимости доли в обществе. Просила солидарно взыскать с ФИО4, ФИО2, ФИО3 вред в размере 

<

данные изъяты> руб.

ФИО4 в отношении взыскания с него денежных средств возражал, обстоятельства, на которые ссылался истец, не оспаривал, вопрос о взыскании денежных средств с ФИО2, ФИО3 оставил на усмотрение суда.

Представитель ООО «Компания О.С.К.», ОГРН 

<

***>, приобщил документы по обстоятельствам дела, пояснения. Вопрос об удовлетворении требований истца оставил на усмотрение суда.

Суд, исследовав материалы, представленные доказательства, возражения и мнения сторон по делу, не находит оснований для удовлетворения исковых требований. 

В соответствии с пункту 1 статьи 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов. 

Право граждан на объединения граждан, с целью создания такого самостоятельного субъекта права, как юридическое лицо, гарантировано ст. 30 Конституцией РФ и общепризнано (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 24 октября 1996 года № 17-П, от 17 декабря 1996 года № 20-П и от 18 июля 2012 г. № 19-П).

Порядок и правила объединения граждан с целью создания юридического лица для ведения предпринимательской деятельности и получения прибыли посредством учреждения обществе с ограниченной ответственностью установлены в главе 4 ГК РФ и в Федеральном законе от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (Закон об ООО).

Право любого гражданина на его участие в обществе с ограниченной ответственностью по правовой природе является обязательственным правом, которое, как имущественное право, является объектом гражданского оборота (ст. 128 ГК РФ), имеет рыночную цену (Федеральный закон от 29.07.1998 № 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации").

Общество с ограниченной ответственностью относится к хозяйственным обществам (ст. 66 ГК РФ).

По смыслу законодательно регулируемых правоотношений в обществах с ограниченной ответственностью, (ООО) любой участник общества может получать доход от своего участия в обществе (материальное благо) : как от прибыли общества (дивиденды), так при продаже своей доли участия в обществе по цене, превышающей номинальную стоимость доли его участия (абз 4, 5 ст. 8 Закона об ООО). Также участник ООО может получить доход при ликвидации общества в виде обретения прав на имущество, оставшееся после расчетов общества с его кредиторами или получения денежного эквивалента стоимости этого имущества (абз 4, 5 ст. 8 Закона об ООО).

Согласно п. 1, 2 ст. 2 и п. 1, 2, 4 ст. 3 Закона об ООО в связном толковании правовое регулирование деятельности обществ с ограниченной ответственностью основывается на полной автономии общества от его участников; наличия у общества всех признаков юридического лица, позволяющих обществу в гражданском обороте выступать самостоятельным субъектом, обладать правом собственности на имущество и имущественными правами и вести хозяйственную деятельность, обладая автономией воли в лице исполнительных органов общества, созданных в соответствии с законом и уставом общества. Общество самостоятельно несет риски своей деятельности и несет ответственность по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом.

Общество не отвечает по обязательствам своих участников. 

Российская Федерация, субъекты Российской Федерации и муниципальные образования не несут ответственности по обязательствам общества, равно как и общество не несет ответственности по обязательствам Российской Федерации, субъектов Российской Федерации и муниципальных образований.

Соответственно, участники общества не отвечают по его обязательствам и несут риск убытков, связанных с деятельностью общества, в пределах стоимости принадлежащих им долей в уставном капитале общества.

Аналогичный порядок правового регулирования закреплен в ст. 87, 89, 90, 93, 94 ГК РФ.

Согласно второго абзаца, пункта 1 статьи 66 ГК РФ объем правомочий участников любого хозяйственного общества, в том числе участников обществ с ограниченной ответственностью определяется пропорционально их долям в уставном капитале общества. Иной объем правомочий участников непубличного хозяйственного общества может быть предусмотрен уставом общества, а также корпоративным договором при условии внесения сведений о наличии такого договора и о предусмотренном им объеме правомочий участников общества в единый государственный реестр юридических лиц.

При разрешении споров по искам участника общества с ограниченной ответственностью, ссылающегося на причинение ему имущественного вреда посредством совершения неправомочных, неразумных или недобросовестных действий от имени общества, лицами, которые не имели прав на их совершение, или отдельными участниками, совершившими эти действия вне корпоративных процедур, установленных законом, уставом или внутренними документами ООО следует принимать во внимание, что вред (пп. 6) ч. 1 ст. 8 ГК РФ), равно, как убытки (ст. 15 ГК РФ) это внедоговорные обязательства, которые не могут корреспондироваться с обязательственными правоотношениями между участником и обществом или обуславливаться ими. Данные обязательства непосредственно связаны с деликтом, т.е. неправомерным поведением одного лица (причинитель вреда) по отношению к лицу, которому причинен вред. 

Если о факте причиненного ему вреда (убытков) заявляет гражданин – вопрос подлежит судебному контролю в суде общей юрисдикции (ст. 22 ГПК РФ) по субъектному составу (лицу, которому причинен вред) независимо от того, что гражданин может являться участником того или иного общества с ограниченной ответственностью. 

Если юридическое лицо (в том числе ООО) заявляет о вреде (убытках) причиненном гражданином, который не имеет никакого отношения к обществу, то по субъектному составу (причинитель вреда) спор также подлежит разрешению в суде общей юрисдикции (ст. 22 ГПК РФ).

Аналогичные выводы есть в практике Московского городского суда и Второго кассационного суда общей юрисдикции (т. 2 л.д. 45-51). 

В обоснование требований истец пояснила, что по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ участниками ООО «Компания О.С.К.», ОГРН 

<

***>, являлись: ООО «Фиран- Агро», ОГРН 

<

***> (доля 60 %); ООО «Техкомплект», ОГРН 

<

***>,

(доля 30 %); ФИО4, ИНН № (доля 10%).

По инициативе налогового органа (п. 2 ст. 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 №129-ФЗ) деятельность ООО «Техкомплект», ОГРН 

<

***>, ДД.ММ.ГГГГ прекращена, запись об исключении из ЕГРЮЛ от ДД.ММ.ГГГГ, ГРН 2187746088319. 

До исключения ООО «Техкомплект» из ЕГРЮЛ, доля участия общества в ООО «Компания О.С.К.», ОГРН 

<

***>, была передана единственному участнику ООО «Техкомплект», ФИО1 (решение единственного участника от ДД.ММ.ГГГГ года (т. 2 л.д. 97); акт о передачи доли в хозяйственном обществе от ДД.ММ.ГГГГ (т. 2 л.д. 99). 

После исключения ООО «Техкомплект» из ЕГРЮЛ ФИО1, как правопреемник общества в материальном правоотношении (имущественное право на участие в ООО «Компания О.С.К.», ОГРН 

<

***>, исходя из полномочий участника, направила запрос в ООО «Компания О.С.К.», в котором уведомило о своих правах, а также о том, что она не имеет экономического интереса на дальнейшее участие в обществе и предполагает выйти из него, получив выплату стоимости доли. 

На запрос был получен ответ. 

Запись о ФИО1, как участнике ООО «Компания О.С.К.» с долей участия 30 % внесена в ЕГРЮЛ ДД.ММ.ГГГГ за ГРН 2205002717929 на основании нотариально удостоверенного заявления ФИО1 

После этого, ФИО1, еще раз направила запрос в ООО «Компания О.С.К.». На запрос был дан ответ.

Суть ответов ООО «Компания О.С.К.» на запросы истца свелась к следующему: 

ООО «Компания О.С.К.» имеет в собственности значительное недвижимое имущество и права требования к должникам, вытекающие и ст. 303 ГК РФ, при этом ориентировочная стоимость имущества и прав превышает сотни миллионов рублей. Должник перед ООО «Компания О.С.К.» - ООО «АТЦ «Касимовская», не исполняет вступивший в силу судебный акт (апелляционное определение Мосгорсуда от ДД.ММ.ГГГГ по делу № №), злостно уклоняется от этого. 

Исполнительные производства, возбужденные по заявлению ООО «Компания О.С.К.» (т. 2 л.д. 180-192) результатов не дали, были окончены, помимо воли ООО «Компания О.С.К.». 

В отношении участника ООО «Компания О.С.К.» ФИО4 (доля участия 10%) с ДД.ММ.ГГГГ введена процедура реализации имущества (дело о банкротстве № №), финансовым управляющим ФИО4 утверждена ФИО2 (ИНН 

<

***>) – член ААУ "ЦФОП АПК". 

ФИО2, не имея должных оснований, стала исходить из того, что она получила контроль и полномочия не в отношении прав участника ООО «Компания О.С.К.» ФИО4, а в отношении всего общества, - что причинило и причиняет значительный вред активам и имуществу ООО «Компания О.С.К.». По заявлению гражданина (ФИО3) возвращен иск, поданный ООО «Компания О.С.К.» в Лефортовский районный суд г. Москвы на сумму более 

<

данные изъяты> руб., при том, что имелись основания для его удовлетворения, а ответчики обладали имуществом, позволяющим обеспечить взыскание присужденного. 

Кроме того, по заявлению того же гражданина (ФИО3) были окончены исполнительные производства (т. 2 л.д. 180-192), а лицом, не имеющим полномочий на действия от имени ООО «Компания О.С.К.», получены оригиналы исполнительных листов, выданных Нагатинским районным судом г. Москвы на принудительное исполнение апелляционное определение Мосгорсуда от ДД.ММ.ГГГГ. Местонахождение оригиналов исполнительных листов, ООО «Компания О.С.К.», –в настоящее время не известно. Совершая недобросовестные действия, ФИО3, неизменно ссылался и ссылается, что полномочия он получил от ФИО2, не отрицая, что участники ООО «Компания О.С.К.», ОГРН 

<

***>, никаких полномочий ему не давали. 

ООО «Компания О.С.К.», ОГРН 

<

***>, обладая правами собственника, не имеет возможности реализовать их, пока не владеет имуществом, что, в свою очередь, исключает рыночную оценку его имущества и стоимости долей участников в этом обществе. При этом общество имеет непогашенные задолженности, которые вынуждено перепродлевать, ввиду непрерывных споров за свое имущество. 

В этих обстоятельствах ФИО1 приняла решение о прекращении своего участия в ООО «Компания О.С.К.», ОГРН 

<

***> и по договору дарения доли в уставном капитале ДД.ММ.ГГГГ года, (номер в реестре №) подарила свою долю в уставном капитале ООО "Компания О.С.К." ФИО5 (запись о правообладании от ДД.ММ.ГГГГ, ГРН 2205002910726). 

Также, ФИО1 посчитала необходимым подать в суд иск о возмещении вреда, связанного с созданием ей неправомерных препятствий в реализации законных прав, по кругу лиц исходя из того, что неправомерные препятствия в реализации ее прав, в частности ее права на безусловную, ничем не оговоренную продажу своей доли обществу создали ФИО2 представитель участника ФИО4 в силу закона (п. 1 ст. 182 ГК РФ), ФИО3, и возможно, сам ФИО4 

Требования предъявлены по правилам возмещения вреда: ст.ст. 8, 10, 168, 401, 403, 1064, 1082 ГК РФ.

ФИО4 требования не признал, пояснил, что истец не привела примеров его недобросовестного поведения, и что за лицо, которое в силу закона представляет его интересы, но, при этом, действует неразумно и недобросовестно, – он ответственности нести не может, так как поведение этого лица (ФИО2) не обусловлено его волей и произвольно. ФИО3 он не знает, никогда не признавал его полномочий и правомерности его поведения. Полагает, что, если ФИО2 наделила его полномочиями, которыми не могла наделять или сделала это в обход корпоративного права, то ФИО2 несет за действия ФИО3 солидарную ответственность по убыткам, причиненными такими действиями.

Ответчики ФИО2, ФИО3 требования не признали, представили отзывы. Третье лицо, ООО «Компания О.С.К.» факты, на которые ссылался истец, не оспаривало, подтвердило, что ФИО4, как участник общества незаконных и неправомерных действий ФИО2 никогда не поддерживал, против незаконных действий ФИО3 возражал, отрицал какую-либо правомерность его действий.

В силу п. 1 ст. 26 Закона об ООО участник общества вправе выйти из общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества. Это право императивно, если иного не определено уставом общества. 

При этом, как следует из определения ВС РФ от 11.06.2020 № 306-ЭС19-24912 (по делу № А65-3053/2019), предусматриваемые уставом правила не могут противоречить существу законодательного регулирования товарищеского соглашения, которое заключается в том числе в недопустимости ситуации, при которой участнику запрещается выход из общества без возможности возврата своих инвестиций.

Бессрочный запрет или необходимость получения согласия на отчуждение доли (акции) уравновешивается правом выхода из общества в случае отказа в согласии или при наличии запрета на отчуждение (пункт 2 статьи 23 Закона 14-ФЗ), с точки зрения баланса интересов допустим запрет на отчуждение доли в течение разумного краткосрочного периода (например, экономически прогнозируемый срок окупаемости или срок разработки технологии) в отсутствие права на выход (права потребовать от общества приобрести долю) участника, затронутого такими ограничениями. Преимущественное право покупки доли также не может создавать препятствия в отчуждении участниками своих долей на неопределенно долгий срок, лишая их возможности вернуть свои инвестиции, поскольку нарушает фундаментальный запрет полностью лишать участия в прибыли от общего дела (статья 1048 Гражданского кодекса). Положения устава общества, устанавливающие иное, - являются ничтожными, как противоречащее существу законодательного регулирования.

В случае выхода участника общества из общества в соответствии со статьей 26 настоящего Федерального закона его доля переходит к обществу. 

При этом, у общества возникает обязанность (п. 6.1. ст. 23 Закона об ООО) выплатить вышедшему из общества участнику общества действительную стоимость его доли в уставном капитале общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дате перехода к обществу доли вышедшего из общества участника общества, или с согласия этого участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости либо в случае неполной оплаты им доли в уставном капитале общества действительную стоимость оплаченной части доли. Общество обязано выплатить участнику общества действительную стоимость его доли или части доли в уставном капитале общества либо выдать ему в натуре имущество такой же стоимости в течение трех месяцев со дня возникновения соответствующей обязанности, если иной срок или порядок выплаты действительной стоимости доли или части доли не предусмотрен уставом общества. 

По смыслу второго абзаца ст. ст. 14 Закона об ООО действительная стоимость доли участника общества соответствует части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру его доли.

ФИО1 в обоснование требований указала, что неправомерные действия ответчиков, в первую очередь, ФИО2 и ФИО3 привели к экономической нецелесообразности подачи ею заявления о выходе из общества, так как, несмотря на значительное имущество (помещения в здании по адресу: город Москва, ул. *, дом *, с КН №), принадлежащее ООО «Компания О.С.К.» и истребованное в пользу общества у незаконного владельца (ООО «АТЦ «Касимовская»); несмотря на право требования ООО «Компания О.С.К.» к лицам, незаконно владевшим и пока еще владеющим нежилыми помещениями в здании гаража-стоянки по указанному адресу на сумму, превышающую несколько сотен миллионов рублей, ФИО2 и ФИО3, ссылающийся на полномочия, данные ему ФИО2 последовательно чинят вред, как ООО «Компания О.С.К.», так имущественным правам участников общества, так как рыночная стоимость имущественных прав поставлена законом в зависимость от величины чистых активов общества. Представила расчет причиненного вреда.

Согласно порядку, утвержденному Приказом Минфина от 28.08.2014 №84н стоимость чистых активов определяется по данным бухгалтерского баланса (п.2 ст.30 Закона от 08.02.98 № 14-ФЗ (Закон об ООО). На величину чистых активов влияют, как реализационные, так внереализационные расходы и убытки общества.

В отношении ФИО4, участника ООО «Компания О.С.К.» с долей участия 10 % от уставного капитала, введена процедура реализации имущества (дело № №). Согласно четвертого абзаца п. 6 ст. 213.25 Закона о банкротстве полномочия участника от имени ФИО4 осуществляет ФИО2, утвержденная арбитражным судом его финансовым управляющим. 

Из связного толкования п. 5 ст. 20.3 и п. 6 ст. 213.25 Закона о банкротстве следует, что полномочия арбитражного управляющего по представлению участника (лица, в отношении которого введена процедура реализации имущества) в корпоративных отношениях в рамках его участия в хозяйственном обществе, не могут быть переданы иным (третьим) лицам, так как они возложены законом на лицо, выполняющее обязанности финансового управляющего, причем, по смыслу п. 6 ст. 213.25 Закона о банкротстве отсутствует какая-либо возможность толкования данной нормы, как диспозитивной.

Как установлено судом объем правомочий участников любого хозяйственного общества, в том числе участников обществ с ограниченной ответственностью определяется пропорционально их долям в уставном капитале общества (абз. 2 п. 1 ст. 66 ГК РФ). Соответственно, представляя ФИО4 в корпоративных отношениях в ООО «Компания О.С.К.», ОГРН 

<

***>, как в обществе с участием ФИО4, его финансовый управляющий (ФИО2) обязана действовать в рамках правомочий участника общества с долей участия в размере 10 % от уставного капитала и иными правомочиями не обладает и обладать не может.

В статье 65.2 ГК РФ закреплены универсальные права и обязанности участников корпорации (в т. ч. хозяйственных обществ (п. 1 ст. 65.1 ГК РФ)). 

В силу п. 4 ст. 65.2 ГК РФ участник корпорации обязан: участвовать в образовании имущества корпорации в необходимом размере в порядке, способом и в сроки, которые предусмотрены настоящим Кодексом, другим законом или учредительным документом корпорации; не разглашать конфиденциальную информацию о деятельности корпорации; участвовать в принятии корпоративных решений, без которых корпорация не может продолжать свою деятельность в соответствии с законом, если его участие необходимо для принятия таких решений; не совершать действия, заведомо направленные на причинение вреда корпорации; не совершать действия (бездействие), которые существенно затрудняют или делают невозможным достижение целей, ради которых создана корпорация.

Суд исходит из того, что при представлении участника общества иным лицом, в том числе, при представлении участника в силу закона – лицо, представляющее участника, связано этими обязанностями, и также обязано следовать им. В случае нарушения предписанных корпоративным правом норм и поведений, с такого лица могут быть взысканы убытки или вред (ч. 4 ст. 10, ст. 15, ст. 1064 ГК РФ).

Суд соглашается, что, если в пользу ООО «Компания О.С.К.», ОГРН 

<

***>, истребовано его имущество, находящегося в незаконном владении иного лица, при этом, возбуждены исполнительные производства с целью понуждения незаконного владельца (ООО «АТЦ «Касимовская») передать имущество, принадлежащее ООО «Компания О.С.К.», ОГРН 

<

***>, по акту приема – передачи в течение месяца со дня принятия апелляционного определения, то подача от имени общества заявления о прекращении возбужденных исполнительных производств – не является разумным и обоснованным действием от имени общества, так как, очевидно, что это расходится с интересами общества, которое вело длительный судебный спор за свое имущество. 

Подача заявления ФИО3 от имени ООО «Компания О.С.К.», ОГРН 

<

***>, о пересмотре апелляционного определения от ДД.ММ.ГГГГ, которым восстановлены нарушенные права общества, с целью отмены этого определения и последующего отказа в требованиях общества, - тоже не отвечает законным интересам общества, и не может быть признано ни разумным, ни добросовестным действием.

Действия, в результате которых ООО «Компания О.С.К.», ОГРН 

<

***>, по сути, утратило исполнительные листы, выданные в отношении ООО «АТЦ «Касимовская», в том числе, выдача от имени общества доверенности третьему лицу – это тоже недобросовестные и неразумные действия, которые не могут оцениваться судом по иному, также как действия, направленные на оставление без рассмотрения иска в Лефортовском районном суде (дело №№). 

Очевидно, что ООО «Компания О.С.К.», ОГРН 

<

***>, в результате указанных действий понесло убытки. 

Также очевидно, что все эти действия привели к падению величины чистых активов ООО «Компания О.С.К.», ОГРН 

<

***>, за 2018-2020 гг., что, исходя из установленных выше судом норм корпоративного и гражданского права, не могло не нарушить интересов участников ООО «Компания О.С.К.», ОГРН 

<

***>, имеющих целью – рост чистых активов общества, в котором они участвуют.

При этом, рассматривая ходатайство ФИО2 в определении от ДД.ММ.ГГГГ суд установил, что полномочия, которыми ФИО2 наделила ФИО3 были ничтожны по нормам корпоративного права, имеющим приоритет, и что эти действия не могли повлечь ни изменение прав и обязанностей ни участников общества, ни его исполнительного органа. 

Решения собрания участников ООО «Компания О.С.К.» от ДД.ММ.ГГГГ, проведенных ФИО2 и ФИО3 суд оценил, как ничтожные (п. 3 ст. 163ГК РФ, п. 107 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25). 

Кроме того, законодательно установленный порядок проведения собрания ООО был нарушен, что тоже свидетельствует о ничтожности решений собрания от ДД.ММ.ГГГГ (п. 1 ст. 32, 36, 37, 40 Закона об ООО, п. 24 Постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ № 90/14 от 09.12.1999). Более того, решениями собраний участников ООО «Компания О.С.К.» от ДД.ММ.ГГГГ в редакции решений собрания участников от ДД.ММ.ГГГГ все решения собрания участников были признаны недействительными и эти решения собраний от ДД.ММ.ГГГГ, и от ДД.ММ.ГГГГ никем не оспаривались, ни ФИО2, ни ФИО3

Аналогичные выводы содержатся в решении арбитражного суда по делу деле №№ (решение от ДД.ММ.ГГГГ).

Суд соглашается с ФИО4, что он не совершал действий, направленных во вред ООО «Компания О.С.К.» и его участникам, так как из представленных в дело материалов иного не следует, например, в собрании ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 участия не принимал.

Суд приходит к выводу, что у участников ООО «Компания О.С.К.» есть правовые основания для предъявления к ФИО2 и ФИО3 требований о взыскании убытков, однако, требования ФИО1 удовлетворению не подлежат, ввиду того, что истец утратила право на это ввиду ее диспозитивных действий, как правообладателя доли в ООО «Компания О.С.К.» (п. 1 ст. 3 ГПК РФ).

Вопреки доводам представителя ФИО1 в силу прямого указания закона ее субъективное право на выход из общества возникло не с даты исключения ООО «Техкомплект» из ЕГРЮЛ, а с даты внесения соответствующей записи в единый государственный реестр юридических лиц (п. 12 ст. 21 Закона об ООО), то есть с ДД.ММ.ГГГГ (запись в ЕНГЮЛ - ГРН 2205002717929). 

При этом суд так же принимает во внимание, что в случае, если бы ФИО1 подала заявление о выходе из общества – безусловная обязанность общества по выплате действительной стоимости ее доли в обществе не могла наступить ранее, чем последний день трехмесячного срока (п. 6.1. ст. 23 Закона об ООО), т.е не ранее ДД.ММ.ГГГГ. 

ФИО1 по своей воле и без принуждения подарила долю в ООО «Компания О.С.К.» в размере 30 % от УК ФИО5. При таких обстоятельствах вред, связанный с невозможностью и нецелесообразностью выхода из общества ввиду неправомерных действий третьих лиц в исследуемый период наступить не мог. 

В отношении правопреемства на ФИО5 ФИО1 (т. 2 л.д.70), при этом, сама право на предъявление этих требований утратила.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о возмещении вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца, со дня принятия решения в окончательной форме в Московский областной суд, с подачей жалобы через Жуковский городской суд.

Судья Парфенова Т. И.

Мотивированное решение изготовлено 04 июня 2021года