Дело № 2-1453/2024

(УИД 42RS0013-01-2024-001796-84)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Междуреченск 18 июля 2024 года

Междуреченский городской суд Кемеровской области в составе председательствующего судьи Куковинца Н.Ю. при секретаре Борискиной А.С., с участием помощника прокурора города Междуреченска Кемеровской области Сотниковой Н.Ю., истца ФИО1, его представителя ФИО2, представителя ответчика публичного акционерного общества «Угольная компания «Южный Кузбасс» ФИО3, акционерного общества «Междуречье» ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к публичному акционерному обществу «Угольная компания «Южный Кузбасс», акционерному обществу «Междуречье» о компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к публичному акционерному обществу «Угольная компания «Южный Кузбасс» (далее ПАО «Южный Кузбасс»), акционерному обществу «Междуречье» (далее АО «Междуречье») о компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов.

Требования мотивированы тем, что в период работы на предприятии ответчиков у истца развилось профессиональное заболевание: 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 1 

<

данные изъяты> (Акт о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ).

Заключением МСЭ впервые с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истцу была установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 

<

данные изъяты> С ДД.ММ.ГГГГ утрата профессиональной трудоспособности увеличилась до 

<

данные изъяты> и была установлена бессрочно. Истец продолжает трудовую деятельность по настоящее время. Согласно санитарно-гигиенической характеристике № от ДД.ММ.ГГГГ, стаж работы в условиях неблагоприятных факторов, которые могли вызвать профзаболевание, составил 

<

данные изъяты>.

В соответствии с заключением врачебной экспертной комиссии № от ДД.ММ.ГГГГ степень вины ответчиков составила: 

<

данные изъяты>

Истец указывает, что в связи с установленным профессиональным заболеванием 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

В соответствии с Соглашением о компенсации морального вреда от ДД.ММ.ГГГГ работодатель ПАО «Южный Кузбасс» за 

<

данные изъяты> вины, добровольно в счет компенсации морального вреда выплатил истцу 50 624,11 рубля.

В соответствии с Соглашением о компенсации морального вреда № от ДД.ММ.ГГГГ работодатель АО «Междуречье» за 

<

данные изъяты> вины добровольно в счет компенсации морального вреда выплатил истцу 24 900,08 рублей.

В соответствии с программой реабилитации пострадавшего истцу показаны лекарственные препараты в количестве 6 наименований 2 курса в год и санаторно-курортное лечение неврологического профиля 1 раз в 6 месяцев.

Считает, что сумма компенсации морального вреда, учитывая утрату профессиональной трудоспособности в размере 

<

данные изъяты> должна составить 800 000 рублей, а учитывая степень вины: ПАО «Южный Кузбасс»: 800 000*53,5% = 428 000 рублей, а с учетом добровольно выплаченных денежных средств: 428 000 - 50 624, 11 = 377 375, 89 рублей; АО «Междуречье»: 800 000*40,8% = 326 400 рублей, а с учетом добровольно выплаченных денежных средств: 326 400 - 24 900, 08 = 301 499, 92 рублей.

Истец ФИО1 просит взыскать с ПАО «Южный Кузбасс» в его пользу компенсацию морального вреда в связи с установленным профессиональным заболеванием и утратой профессиональной трудоспособности в размере 30% денежные средства в размере 377 375, 89 рублей.

Взыскать с АО «Междуречье» в его пользу компенсацию морального вреда в связи с установленным профессиональным заболеванием и утратой профессиональной трудоспособности в размере 30% денежные средства в размере 301 499, 92 рублей.

Взыскать с ответчиков в его пользу расходы на оплату услуг представителя в размере 15 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержал исковые требования в полном объеме по основаниям, указанным в иске, дополнительно пояснил, что 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>. 

Истец подтвердил, что ответчики выплатили ему добровольно компенсацию морального вреда в размере 50 624,11 рубля и 24 900, 08 рублей,

Ухудшение здоровья истец связывает с профессиональным заболеванием, которое возникло, по его мнению, из-за работы на экскаваторе, где присутствовал постоянный шум, вибрация, вредные факторы от двигателей.

В судебном заседании представитель истца ФИО2, допущенный к участию в деле на основании письменного заявления истца в порядке ст.53 ГПК РФ (л.д.49), настаивал на исковых заявленных требованиях, просил удовлетворить в полном объеме.

В судебном заседании представитель ответчика ПАО «Южный Кузбасс» - ФИО3, действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.178), возражала против удовлетворения требований, просила в удовлетворении отказать, представив письменные возражения.

В обоснование возражений ответчик указывает, что пунктом 5.4. ФОС определено, что в случае установления впервые работнику, занятому в организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля (сланца), утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания в счет возмещения морального вреда работодатель обеспечивает выплату единовременной компенсации и: расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональное трудоспособности (с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении.

Коллективным договором ПАО «Южный Кузбасс» на 2014-2019 годы установлено, что в случае установления впервые Работнику утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания Работодатель в счет компенсации морального вреда Работнику осуществляет единовременную компенсационную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (за вычетом суммы, выплаченной из Фонда социального страхования Российской Федерации) (п. 10.2.2. Коллективных договоров).

Порядок и размер выплаты устанавливается в соответствии с Положением о выплате единовременного пособия и компенсации морального вреда в ПАО «Южный Кузбасс» (п. 10.2.7. Коллективных договоров).

Истец обратился в ПАО «Южный Кузбасс» с письменным заявлением о выплате единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда в размере 

<

данные изъяты> среднемесячного заработка за 

<

данные изъяты> утраты профессиональной трудоспособности, в соответствии с Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности РФ, Положением о выплате единовременного пособия и компенсации морального вреда в ПАО «Южный Кузбасс».

На основании заявления истца, отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ, коллективного договора, Соглашения от ДД.ММ.ГГГГ ПАО «Южный Кузбасс» добровольно начислило и выплатило ФИО1 компенсацию в счет возмещения морального вреда в размере 50 624,11 рубля.

Истец не возражал в отношении размера указанных сумм и принял их, тем самым согласился с возмещением морального вреда.

Таким образом, ответчик ПАО «Южный Кузбасс» считает, добровольное определение сторонами размера компенсации морального вреда и перечисление истцу указанных сумм влечет прекращение данного обязательства.

Полагает, что при обращении истца в суд с исковым заявлением, по сути, возник вопрос о взыскании повторной компенсации морального вреда, что законом не предусмотрено.

Считает, что заявленные судебные расходы являются завышенными и не соответствует принципам разумности и справедливости.

Представитель ответчика АО «Междуречье» ФИО4, действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.199), в судебном заседании возражала против заявленных исковых требований, просила в удовлетворении отказать, представив письменные возражения.

В обоснование возражений ответчик указывает, что пунктом 1.1 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации, действующим на момент заключения между истцом и ответчиком Соглашения о компенсации морального вреда, предусмотрено, что оно является правовым актом, регулирующим социально-трудовые отношения и устанавливающим общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений в организациях угольной промышленности, а также в иных организациях, присоединившихся к Соглашению, независимо от их организационно-правовых форм и видов собственности, заключенным в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральным законодательством, а также Конвенциями МОТ, действующими в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

ДД.ММ.ГГГГ истец обратился с заявлением о выплате сумм в счет возмещения морального вреда.

По итогу рассмотрения указанного заявления между ФИО1 и АО «Междуречье» было заключено Соглашение о компенсации морального вреда № от ДД.ММ.ГГГГ, один экземпляр которого выдан истцу под роспись.

В соответствии с указанным Соглашением и приказом АО «Междуречье» № от ДД.ММ.ГГГГ истцу ДД.ММ.ГГГГ была произведена выплата компенсации морального вреда в размере 24 900,08 рублей, что подтверждается платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ, и подтверждается истцом в исковом заявлении.

С учетом п.7 Соглашения № от ДД.ММ.ГГГГ с момента перечисления Обществом суммы 24 900,08 руб. на банковский счет ФИО1, указанный в п. 4 Соглашения, обязательство Общества по компенсации морального вреда ФИО1 считается прекращенным в полном объеме в связи с его надлежащим исполнением.

АО «Междуречье» считает, что на момент подачи искового заявления между ответчиком и истцом отсутствует спор в отношении выплаты компенсации морального вреда по профессиональному заболеванию.

Также АО «Междуречье» указывает, что в период работы ответчиком принимались все необходимые меры для снижения воздействия на истца вредных условий труда в целях предупреждения профессионального заболевания, в том числе путем обеспечения средствами индивидуальной защиты, баланса рабочего времени и времени отдыха для восстановления организма.

На ДД.ММ.ГГГГ - момент установления истцу утраты трудоспособности 

<

данные изъяты> бессрочно, истец не являлся работником АО «Междуречье», трудовые отношения прекращены в ДД.ММ.ГГГГ году.

Кроме того, на момент рассмотрения дела, истец в результате утраты профессиональной способности не утратил общей трудоспособности, речь идет исключительно о профессиональной трудоспособности, он не утратил способности к самообслуживанию, не нуждается в постоянном постороннем медицинском и бытовом уходе. Доказательств обратного суду не представил.

При определении вопроса о динамике профессионального заболевания и ухудшении состояния здоровья необходимо также учитывать возраст истца (60 лет), поэтому ответчик АО «Междуречье» не может нести ответственность за возрастные изменения, происходящие со здоровьем истца.

Ответчик АО «Междуречье» считает, что заявленные судебные расходы завышены и подлежат снижению до разумных пределов.

Представитель третьего лица ЗАО «Багомес» в судебное заседание не явился, извещался судом надлежащим образом, о причине неявки суд не уведомил.

В судебном заседании помощник прокурора города Междуреченская Сотникова Н.Ю. дала свое заключение, согласно которому полагала возможным, с учетом объема и характера, причиненных истцу нравственных страданий, степени вины ответчиков, требований разумности и справедливости удовлетворить заявленные требования частично, размера взыскания в счет компенсации морального вреда - не указала. 

Заслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, опросив свидетеля, заслушав заключение прокурора, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении заявленных требований по следующим основаниям.

Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законом.

В силу п. 3 ст. 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда. 

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46). 

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Согласно части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. 

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры. 

Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации. 

Так, в соответствии с частью 2 статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению. 

Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1). 

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2). 

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №"О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", в соответствии со статьёй 237 названного кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. 

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учётом объёма и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Согласно ст. 151 Гражданского Кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. 

В соответствие со ст. 1101 Гражданского Кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», п. п. 26, 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. 

При этом, поскольку, потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. 

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как установлено судом и следует из материалов дела, согласно трудовой книжке (л.д.16-18) истец длительное время работал на предприятиях угольной промышленности, в том числе на предприятиях ответчиков в профессии помощник машиниста экскаватора, машинист экскаватора.

В результате длительной работы в условиях воздействия вредных производственных факторов при работе в помощника машиниста экскаватора, машиниста экскаватора, у истца возникло профессиональное заболевание.

В связи с прогрессией заболевания истец признан нетрудоспособным во вредных условиях труда и направлен в БМСЭ, где заключением МСЭ впервые в ДД.ММ.ГГГГ была установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 

<

данные изъяты> Заключением МСЭ с ДД.ММ.ГГГГ утрата профессиональной трудоспособности в размере 

<

данные изъяты> была установлена бессрочно (л.д.9). 

ДД.ММ.ГГГГ составлен Акт о случае профзаболевания № (л.д.5-5 оборот), согласно которому у истца профессиональное заболевание: «

<

данные изъяты> (п.17).

Общий стаж работы 34 года; стаж работы в профессии 

<

данные изъяты> стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов 30 года.

Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие вредных производственных факторов, превышение уровня производственной вибрации. Эквивалентный уровень общей вибрации на экскаваторе ЭШ 10/70 в профессии помощник машиниста экскаватора составлял: - Zo - 101 дБ. Хо - 104 дБ, Уо-104 дБ при ПДУ -101 дБ. Эквивалентный уровень общей вибрации на экскаваторе ЭШ 10/70 в профессии машинист экскаватора составлял: - Zo - 113 дБ при ПДУ - 115 дБ. Хо -114дБ. Уо-106дБ при ПДУ - 112 дБ: Zn - 120 дБ, Хл -126дБ. Ул-125дБ при ПДУ - 126 дБ. Условия труда ФИО1 в зависимости от уровня общей вибрации согласно Р.2.2.2006-05, на экскаваторе ЭШ 10/70 в профессии помощника машиниста экскаватора и машиниста экскаватора, классифицируются как вредные 3 класс 1 степени.

В соответствии с п. 19 Акта о случае профессионального заболевания вины истца в развитии профессионального заболевания не установлено. 

Непосредственной причиной заболевания послужило общая вибрация выше ПДУ (п.20).

Согласно записи в трудовой книжке истец продолжает трудиться по настоящее время на предприятии ответчика ПАО «Южный Кузбасс» (л.д.18).

Приказом Фонда социального страхования Российской Федерации Филиал № от ДД.ММ.ГГГГ №-В о назначении ежемесячной страховой выплаты ФИО1 в связи с установлением 

<

данные изъяты> утраты профессиональной трудоспособности на срок с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ назначена ежемесячная страховая выплата в сумме 5 540,38 рублей (л.д.19).

Согласно санитарно-гигиенической характеристике условий труда от ДД.ММ.ГГГГ № истец работал машинистом экскаватора, общий стаж работы 33 года, стаж в данной профессии 17 лет 9 мес., стаж работы в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профзаболевание 30 лет. Был установлен предварительный диагноз: «

<

данные изъяты>». Ведущим вредным производственным фактором в развитии данного заболевания является производственная вибрация, усугубляющее действие оказывает тяжесть трудового процесса, неблагоприятный микроклимат (л.д.6-8).

Согласно программе реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания (далее - ПРП) № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.13-15), выданная взамен ПРП № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.10-12) установлен диагноз: 

<

данные изъяты>. (п.20.1). 

ФИО1 на момент наступления страхового случая работал в профессии – 

<

данные изъяты>. (п.17.1).

Степень утраты профессиональной трудоспособности 

<

данные изъяты> установлена бессрочно (п.24).

В соответствии с п.27,28,29 показано медикаментозное, приобретение медицинских изделий, санаторно-курортное лечение.

В постороннем специальном, медицинском, бытовом уходе не нуждается. 

Из п.33 Программы следует что продолжение выполнения профессиональной деятельности пострадавшим – возможно при снижении квалификации и уменьшении объема (тяжести) работ (п.33).

Продолжение выполнения профессиональной деятельности пострадавшим – возможно в оптимальных, допустимых условиях труда (п.34).

Достижение компенсации утраченных функций организма, обусловленных несчастным случаем на производстве и профессиональным заболеванием возможно частично (п.41).

Восстановление возможности, способности пострадавшего продолжить выполнять профессиональную деятельность возможно частично (п.42).

Из исторической справки усматривается, что на основании приказов ОАО «Южный Кузбасс» от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ Разрез «Ольжерасский» реорганизован в структурное подразделение - разрез «Ольжерасский» филиала открытого акционерного общества «Угольная компания» - Управление по открытой добыче угля (л.д.27).

Согласно Заключению врачебной экспертной комиссии ФГБУ «НИИ КПГиПЗ» № от ДД.ММ.ГГГГ установлена степень вины предприятия в причинении вреда здоровью профессиональным заболеванием ФИО1 по результатам которого вина 

<

данные изъяты> (л.д.22). 

Ответчиками процент вины не оспаривается.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ПАО «Южный Кузбасс» заключено соглашение о компенсации морального вреда с учетом вины предприятия 

<

данные изъяты> в размере 50 624,11 рубля (л.д.20).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился в АО «Междуречье» с заявлением о выплате единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда в связи с установлением утраты трудоспособности 

<

данные изъяты> (л.д.85)

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и АО «Междуречье» заключено соглашение о компенсации морального вреда с учетом вины предприятия в размере 24 900,08 рублей (л.д.21-21, 82-84 оборот).

Приказом АО «Междуречье» № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 назначена и выплачена в счет возмещения морального вреда единовременная компенсация в размере 24 900,08 рублей (л.д.86), что также подтверждается платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.87).

Представителем ответчика АО «Междлуречье» представлена справа от ДД.ММ.ГГГГ №, из которой следует, что среднемесячная заработная плата по должности помощник машиниста экскаватора 6 разряда на ДД.ММ.ГГГГ составляет 59 956 рублей (л.д.200).

При этом из пояснений истца следует, что выплаченные суммы в добровольном порядке, в том числе и с учетом изменения цен недостаточны для компенсации его страданий.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находился в стационарном отделении № (профневролгии) клиники НИИ КПГПЗ с диагнозом: 

<

данные изъяты> (л.д.23-24).

Согласно выписке из медицинской амбулаторной карты № (л.д.58-62) ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, обращался за медицинской помощью, проходил обследование, амбулаторное, стационарное лечение в связи с последствиями профессионального заболевания с диагнозом: 

<

данные изъяты>., что также подтверждается копией медицинской карты (л.д.92-151).

Из пояснения истца и представленных копий разрешения на хранение и ношение оружия, расписки о получении денежных средств следует, что ФИО1 вел активный образ жизни, занимался и увлекался охотой, имел дачу, но в связи с последствиями профессионального заболевания, дачу пришлось продать, увлечение охотой оставить (л.д.90-91).

На основании исследования доказательств суд приходит к выводу, что физические и нравственные страдания истца имеют причинно-следственную связь с действиями (бездействием) ответчиков, не обеспечивших безопасные условия труда на протяжении 30 лет, что привело к повреждению здоровья истца в виде профессионального заболевания: 

<

данные изъяты>

В последующем диагноз подтвержден, утрата профессиональной трудоспособности увеличена и установлена бессрочно, что свидетельствует о необратимости процесса в части восстановления таковой, а также влечет необходимость постоянного медикаментозного и санаторно-курортного лечения, которое, в свою очередь, оказывается истцу бесплатно. 

При этом доводы представителей ответчиков о том, что истцу в период работы были предоставлены средства индивидуальной защиты принимаются судом во внимание, но сами по себе не исключают вины ответчиков в необеспечении работнику (истцу) нормальных условий труда, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям и не превышающим предельно допустимые показатели опасных факторов.

Также не являются основанием для освобождения ответчиков от компенсации морального вреда истцу доводы о том, что истец свободно распоряжаясь своим правом на труд, самостоятельно выбрал работу во вредных условиях.

Как следует из норм действующего законодательства именно на работодателе лежит обязанность обеспечить комфортные и благоприятные условия труда работнику, в случае их не обеспечения компенсировать ему страдания, возникшие в результате утраты здоровья.

Судом установлено, что вины истца в наступлении у него физических и нравственных страданий материалами дела не установлено, в то время как вина ответчика 

<

данные изъяты> что самими ответчиками не оспаривается.

Разрешая сопор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимание обстоятельств, учитывает необходимость приобретения за свои личные денежные средства дополнительных медикаментов для облегчения последствий профессионального заболевания, а также возможность истца продолжить трудиться при изменении условий труда. 

Вместе с тем, следует принять во внимание, что утрата трудоспособности установлена только профессиональная, противопоказан труд в конкретных условиях и не в общем, существенных ухудшений в состоянии здоровья, инвалидности в связи с профзаболеванием не установлено, ежегодно заболевание подтверждается обследованиями без дополнительных проявлений.

Также суд учитывает, что истец продолжает свою профессиональную деятельность до настоящего времени, но переведен на легкий труд со снижением разряда. 

Характер нравственных страданий истца подтвержден показаниями, как самого истца, так и свидетеля ФИО9 (супруги истца), пояснившей, что у супруга имеется профзаболевание – 

<

данные изъяты>

Также свидетель пояснила, что супруг работает, но перевелся на легкий вид работы, поскольку ребенок учится, нужно помогать. Лечение по ПРП, санаторно-курортное лечение получает. Полученное лечение не помогает, только на короткое время. 

Считает, что у супруга изменился характер именно из-за профзаболевания, он стал нервный, психованный, раздражительный, в семье начались неполадки. 

Свидетель была предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, о чем у неё была отобрана расписка. Показания свидетеля согласуются с другими письменными материалами дела, в связи с чем, оснований не доверять показаниям допрошенного свидетеля у суда не имеется.

Из содержания положений закона, приведенного выше, и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника. 

Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере. 

Поскольку утрата здоровья является невосполнимой, истец в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.

Несмотря на индивидуальный характер физических и нравственных страданий, их степень и значимость для конкретного человека, суд признает состоятельными доводы истца о том, что в результате профессионального заболевания он испытывал и испытывает по настоящее время физические и нравственные страдания, и признает за истцом право на компенсацию морального вреда в соответствии с положениями ст. 150, ст. 151 ГК РФ, ст. 237 ТК РФ.

При этом в контексте определения понятия «моральный вред» приведенного в п.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" суд исходит из того что страдания потерпевшего не являются одномоментными а выражаются, как правило, в продолжительных, болях, переживаниях и претерпевании неудобства.

Таким образом, оценка степени и объема причиненного вреда возможна путём учета указанных страданий в продолжительный период времени.

При определении суммы компенсации морального вреда, суд учитывает объяснения истца, согласно которым он в связи с повреждением здоровья до настоящего времени переносит физические и нравственные страдания: а именно болезненные ощущения, вынужден периодически обращаться к врачам, проходить лечение, принимать лекарства, что также подтверждается санитарно-гигиенической характеристикой условий труда работника, программой реабилитации пострадавшего, медицинскими документами, пояснениями свидетеля.

Кроме того, суд учитывает и нравственные страдания истца в виде чувства собственной неполноценности, невозможности продолжать привычный образ жизни, ограничения досуга и общения в связи наличием у него физических последствий заболевания.

Оценивая исследованные доказательства в их совокупности, учитывая степень нравственных и физических страданий истца, степень утраты трудоспособности, процент вины предприятий ответчиков, а также принцип разумности и справедливости, с учетом сумм выплаченных истцу в счет возмещения морального вреда в добровольном порядке ответчиками ПАО «Южный Кузбасс» в размере 50624,11 рублей и АО «Междуречье» в размере 24900,08 рублей суд приходит к выводу о взыскании с ответчика ПАО «Южный Кузбасс» в пользу истца компенсации морального вреда в размере 163 375 (сто шестьдесят три тысячи триста семьдесят пять) рублей 89 копеек, а с акционерного общества «Междуречье в размере 138 299 (сто тридцать восемь тысяч двести девяносто девять) рублей 92 копейки. 

При том формула расчета взысканных средств следующая.

ПАО «Южный Кузбасс» - 400 000 * 53,5% - 50624,11=163 375 рублей 89 копеек.

АО «Междуречье» - 400 000 * 40,8 % - 24900,08 = 138 299 рублей 92 копейки.

Где - 400 000 общая сумма компенсации вреда при 100 % вины предприятия и 30 % утраты трудоспособности;

53,5 % и 40,8% - процент вины предприятий в наступлении заболевания;

50624,11 рублей и 24900,08 рублей выплаты произведенные ответчиками в добровольном порядке.

Таким образом определяя размер взыскания с каждого ответчика, суд исходит из определения общего размера компенсации морального вреда в сумме 400 000 при 100 % вины ответчика и 30 % утраты трудоспособности.

С учетом процента вины предприятия в возникновении профессионального заболевания ПАО «Южный Кузбасс» - 53,5% и АО «Междуречье» - 40,8 % а также степени утраты профессиональной трудоспособности в размере 30% и сумм ранее выплаченных истцу ответчиками в добровольном порядке, суд полагает что взысканная с ответчиков сумма компенсации морального вреда в будет адекватна и соразмерна объему и степени физических и нравственных страданий испытанных и испытываемых истцов в результате возникновения у него профессионального заболевания, а также обоснована представленными суду доказательствами.

Оценивая же суммы выплаченные ответчиками истцу в счет компенсации морального вреда, в добровольном порядке суд приходит к выводу об их явно заниженном, несоразмерном характеру и объему страданий истца размеру, в том числе с учетом года их выплаты 2019, полагая, что в 2019 году, несмотря на значительно более низкий размер как средней заработной платы истца, так и уровня цен на основные товары и продукты данный размер не мог компенсировать физические и нравственные страдания истца, испытываемые в результате возникшего у него профессионального заболевания. 

При этом учитывая индивидуальный (уникальный) случай степени восприятия каждым человеком как болевых ощущений, так и нравственных переживаний суд полагает, что приведение числовых индексов оценки существенности произведенных ранее выплат не сможет характеризовать объем соразмерности данных выплат характеру страданий испытываемых истцом в 2019 году – на момент выплаты.

В связи с изложенным размер компенсации подлежащей выплате определяется судом на момент рассмотрения иска, в том числе с учетом ранее выплаченных сумм. 

Также суд при определении размера подлежащей выплате компенсации, принимает во внимание доводы ответчиков, о том, что истец длительное время не обращался за компенсацией к ответчику в заявительном порядке, однако факт не обращения истца с заявлением к ответчику, сам по себе, не может свидетельствовать об отсутствии у него физических и нравственных страданий причиняемых возникшим по вине ответчиков профессиональным заболеванием.

Согласно ч.1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, к которым ГПК РФ относит, в том числе расходы на оплату услуг представителя. 

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителя (статья 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч.2 ст. 96 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. В случае если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано. 

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 10 и 11 постановления от ДД.ММ.ГГГГ № "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разъяснил, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 4 статьи Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что критериями отнесения расходов лица, в пользу которого состоялось решение суда, к судебным издержкам является наличие связи между этими расходами и делом, рассматриваемым судом с участием этого лица, а также наличие необходимости несения этих расходов для реализации права на судебную защиту. Размер таких понесенных и доказанных расходов может быть подвергнут корректировке (уменьшению) судом в случае его явной неразумности (чрезмерности), определяемой судом с учетом конкретных обстоятельств дела.

Обязанность доказать факт несения судебных расходов, а также их необходимость и связь с рассматриваемым делом возложена на лицо, заявляющее о возмещении этих расходов.

Другая сторона вправе представить доказательства, опровергающие доводы заявителя, а также представить обоснование чрезмерности и неразумности таких расходов либо злоупотребления правом со стороны лица, требующего возмещения судебных издержек.

Истцом заявлено о несении расходов за подготовку и подачу необходимых документов для обращения в суд, представительство в суде в размере 15 000 рублей, что подтверждается договором от ДД.ММ.ГГГГ об оказании юридических услуг, квитанцией об оплате денежных средств № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.37-39).

Заявленные услуги оказаны истцу в полном объеме.

При этом, стороной ответчиков заявлены возражения относительно несоразмерности характеру и объему работы размера истребуемых расходов. 

Оценивая разумность требуемых к взысканию судебных расходов, а также учитывая то, что исковые требования неимущественного характера удовлетворены, суд частично принимает доводы ответчиков и исходит из следующего:

Как следует из материалов дела интересы истца в суде представлял ФИО2, на основании письменного заявление в порядке ст. 53 ГПКК РФ (л.д.49).

Им составлено исковое заявление, которое принято судом к производству непосредственно после подачи.

ДД.ММ.ГГГГ состоялась подготовка дела к судебному разбирательству с участием представителя истца ФИО2 ФИО2 представляя интересы ФИО1 в суде, принимал участие в двух судебных заседаниях ДД.ММ.ГГГГ, в котором был допрошен 1 свидетель, ДД.ММ.ГГГГ, в котором исследованы письменные материалы дела, вынесено решение.

Исходя из установленных обстоятельств, заявленная истцом сумма судебных расходов, с учетом, объема защищаемого права, проделанной работы, минимальных ставок вознаграждений, а также практики взыскания расходов по аналогичным делам сложившейся в суде подлежит взысканию частично с ответчика ПАО «Южный Кузбасс» в размере 3 750 рублей, с АО «Междуречье» 3 750 рублей. 

При этом указанная сумма, по мнению суда, в полной мере отражает характер и объем проделанной работы по защите прав истца, является разумной и не завышенной. 

Истец освобожден от уплаты госпошлины в соответствии со ст. 333.36 Налогового кодекса РФ, в соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ государственная госпошлина подлежит взысканию с каждого ответчика в доход местного бюджета в размере 300 рублей. 

Руководствуясь ст. ст. 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к публичному акционерному обществу «Угольная компания «Южный Кузбасс», акционерному обществу «Междуречье» о компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов, удовлетворить частично.

Взыскать с публичного акционерного общества "Угольная компания "Южный Кузбасс" (ОГРН № в пользу ФИО1 (ИНН № компенсацию морального вреда за профессиональное заболевание в размере 163 375 (сто шестьдесят три тысячи триста семьдесят пять) рублей 89 копеек, расходы по оплате услуг представителя в размере 3 750 (три тысячи семьсот пятьдесят) рублей 00 копеек.

Взыскать с публичного акционерного общества "Угольная компания "Южный Кузбасс" (ОГРН №) государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 рублей.

Взыскать с акционерного общества «Междуречье» (ОГРН №) в пользу ФИО1 (ИНН № компенсацию морального вреда за профессиональное заболевание в размере 138 299 (сто тридцать восемь тысяч двести девяносто девять) рублей 92 копейки, расходы по оплате услуг представителя в размере 3 750 (три тысячи семьсот пятьдесят) рублей 00 копеек.

Взыскать с акционерного общества «Междуречье» (ОГРН №) государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 рублей.

В удовлетворении остальной части требований - отказать.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Междуреченский городской суд в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение в полном объеме изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья: Н.Ю. Куковинец