№ 2-2402/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

г. Шахты 2 октября 2017 года 

Шахтинский городской суд Ростовской области в составе председательствующего судьи Малько С.В., при секретаре Закаляевой В.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о возмещении материального ущерба, причиненного в результате ДТП, и компенсации морального вреда, встречному исковому заявлению ФИО2 к ФИО1 о возмещении причиненного материального ущерба в связи с ДТП, 

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о возмещении материального ущерба, причиненного в результате ДТП, и компенсации морального вреда, в котором указал, что 25.01.2017 на перекрестке улиц 

<

адрес> произошло ДТП с участием автомобилей Опель Омега г/н №, принадлежащего ФИО1, и ВАЗ 2115-40 г/н №, принадлежащего ФИО2, в результате чего оба автомобиля получили механические повреждения. ФИО1 был признан виновным в совершении административного правонарушения и подвергнут штрафу на основании постановления № от 28.01.2017, вынесенного ИДПС ОГИБДД РФ по г. Шахты, которое решением Шахтинского городского суда Ростовской области от 05.04.2017 отменено и производство по делу прекращено, в связи с истечением срока привлечения к административной ответственности. В заключении эксперта № от 17.03.2017 содержится вывод о том, что ответчик ФИО2 при движении по дополнительной автодороге в прямом направлении должен был вести свое транспортное средство по возможности ближе к правому краю проезжей части. То есть водитель ФИО2 нарушил своими действиями п. 10.1 ПДД РФ. При этом у водителя ФИО2 была возможность маневра для принятия правее при уходе от столкновения, так как в сложившейся дорожно-транспортной ситуации до ближайшего препятствия справа было расстояние больше 3х метров. Оба транспортных средства страхового полиса ОСАГО на момент ДТП не имели. В результате ДТП истец понес следующие материальные затраты: затраты на проведение транспортно-трасологической экспертизы 20000 руб., затраты на проведение экспертизы 10000 руб., затраты на адвоката при представительстве интересов в суде по обжалованию действий сотрудников ГИБДД 30000 руб., затраты на оформление нотариальной доверенности 1200 руб. Стоимость восстановительного ремонта автомобиля согласно заключению эксперта № от 13.03.2017 составляет 528064 руб. 44 коп., рыночная стоимость – 171000 руб. Стоимость годных остатков автомобиля 35292 руб. 34 коп. Поскольку стоимость восстановительного ремонта автомобиля является экономически нецелесообразной, то взысканию подлежит рыночная стоимость. ФИО2 о проведении экспертизы с целью его присутствия при осмотре поврежденного автомобиля истец уведомил, однако он не явился. В результате данного ДТП истец перенес физические и нравственные страдания. Моральный вред оценивает в 50000 руб. На основании изложенного просил взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 сумму материального ущерба в размере 61200 руб.; рыночную стоимость автомобиля Opel Omega с учетом годных остатков согласно заключению эксперта № от 13.03.2017 в размере 135707 руб. 66 коп.; сумму в размере 50000 руб. в счет компенсации морального вреда.

Ответчик ФИО2, не согласившись с исковым заявлением, подал встречное исковое заявление, в котором указал, что 25.01.2017 примерно в 17 час. 55 мин. на перекрестке улиц 

<

адрес> произошло столкновение транспортных средств: автомобиля Опель Омега г/н №, принадлежащего ФИО1, под его управлением, и ВАЗ 2115-40 г/н №, под управлением ФИО2, ранее принадлежавшего ФИО3 Данное ДТП произошло по вине ФИО1, нарушившего п.п. 1.3, 8.4 ПДД РФ ч. 3 ст. 12.14 Кодекса РФ об АП, который не выполнил требования дорожного знака 2.4 «Уступи дорогу», не предоставил преимущество в праве движения автомобилю и ВАЗ 2115-40 г/н № под управлением ФИО2, в результате чего оба автомобиля получили механические повреждения. Виновные лица в совершении данного ДТП с учетом конкретных обстоятельств дела не установлены. Стоимость восстановительного ремонта согласно экспертному заключению № от 31.01.2017 ООО «ЭКСПО» Консультационно оценочное бюро составляет 129500 руб. Данная сумма ущерба для него является значительной и с учетом его материального положения является крупной, поскольку зарплата составляет 15000 руб. Осмотр поврежденного автомобиля производился с участием ФИО1 Автомобиль Опель Омега г/н №, принадлежащий ФИО1, под его управлением не был застрахован и не имел полиса ОСАГО по неизвестной причине. ВАЗ 2115-40 г/н №, которым ФИО2 управлял, ранее принадлежал ФИО7, до 20.01.2017. Между ФИО7 и ФИО2 был заключен договор купли-продажи данного транспортного средства и передан ему, для его регистрации в установленном законом порядке и соответствующее страхование ОСАГО еще произведено не было, так как они намерены были сделать это 25.01.2017. Таким образом, оба транспортных средства относятся к объектам, не имеющим страхового полиса ОСАГО. На основании изложенного ФИО2 просил взыскать с ФИО1 причиненный ему материальный ущерб в сумме 129500 руб.; взыскать судебные издержки: государственную пошлину в сумме 3790 руб., услуги представителя в размере 30000 руб., экспертные услуги по оценке ущерба причиненного его автомобилю в размере 5000 руб.

Истец по первоначальному иску и ответчик по встречному – ФИО1 в судебное заседание явился, заявленные требования поддержал, просил иск удовлетворить в полном объеме, в удовлетворении встречного иска отказать.

Представитель ФИО1 – ФИО4, действующая на основании доверенности № от 06.04.2017 (л.д. 9), в судебное заседание явилась, доводы искового заявления поддержала, просила иск удовлетворить в полном объеме, в удовлетворении встречного иска отказать.

Ответчик по первоначальному иску и истец по встречному – ФИО2 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, причины неявки суду не сообщил. Дело в отношении него рассмотрено в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Представитель ФИО2 – ФИО5, действующий на основании доверенности № от 16.02.2017 (л.д. 78), в судебное заседание явился, доводы встречного искового заявления поддержал, просил встречный иск удовлетворить в полном объеме, в удовлетворении иска ФИО1 отказать.

Суд, выслушав мнения сторон, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Обязательства вследствие причинения вреда являются внедоговорными или деликтными.

Для наступления деликтной ответственности по обязательствам из причинения вреда необходимо наличие состава правонарушения, включающего в себя: наступление вреда; противоправность поведения причинителя вреда; причинную связь между двумя первыми элементами; вину причинителя вреда. Перечисленные основания признаются общими, поскольку их наличие требуется во всех случаях, если иное не установлено законом.

Основным элементом деликтного обязательства и соответственно деликтной ответственности является юридический факт, с которым связано нарушение субъективного права потерпевшего - наличие вреда. При отсутствии вреда вопрос о деликтной ответственности возникнуть не может.

На противоправность поведения лица, причинившего вред, как на условие деликтной ответственности, ГК РФ указывает путем установления правила о том, что вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом (п. 3 ст. 1064 ГК РФ). Следовательно, возмещению подлежит вред, причиненный неправомерными, противоправными действиями (если законом не установлено исключение).

Противоправным признается поведение, если лицо, во-первых, нарушает норму права, и, во-вторых, одновременно нарушает субъективное право конкретного лица.

Наличие причинной связи является обязательным условием наступления деликтной ответственности.

В соответствии с п. 2 ст. 1064 ГК РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Таким образом, указанная норма устанавливает, что условием деликтной ответственности является: 1) вина причинителя вреда, 2) вина лица, причинившего вред, предполагается; то есть закон исходит из презумпции его вины и освобождает потерпевшего от доказывания вины причинителя вреда.

Наряду с общим правилом о вине, как условии деликтной ответственности, в п. 2 ст. 1064 ГК РФ указывается на возможность исключения из него: законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя. Такие исключения предусмотрены правилами о некоторых специальных деликтах, например, об ответственности за вред, причиненный источником повышенной опасности (п. 1 ст. 1079 ГК РФ).

Под источником повышенной опасности понимается любая деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и иных объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими свойствами.

В соответствии с п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пп. 2, 3 ст. 1083 ГК РФ. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транс-портным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

По смыслу п. 1 ст. 1079 ГК РФ субъектом ответственности за вред, причиненный источником повышенной опасности, является лицо, владеющее таким источником на законном основании.

Как следует из представленных в материалы дела документов, 25.01.2017 в 18 час. 50 мин. в 

<

адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Опель Омега, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО1, и автомобиля ВАЗ 2115-40, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО2 (л.д. 83).

В соответствии с постановлением по делу об административном правонарушении от 28.01.2017 дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя ФИО1, нарушившего требования ПДД РФ, в связи с чем ФИО1 был подвергнут наказанию в виде административного штрафа в размере 500 руб.

ФИО1, не согласившись с вышеуказанным постановлением по делу об административном правонарушении от 28.01.2017, обжаловал его в Шахтинский городской суд Ростовской области.

В рамках рассмотрения дела об административном правонарушении определением суда была назначена транспортно-трасологическая экспертиза, проведение которой было поручено экспертам ООО «Независимый центр экспертизы и оценки «КОДЕКС». Расходы по ее проведению были возложены на ФИО1, который оплатил услуги эксперта в размере 20000 руб. (л.д. 8). В заключении эксперта № от 17.03.2017 содержится вывод о том, что ответчик ФИО2 при движении по дополнительной автодороге в прямом направлении должен был вести свое транспортное средство по возможности ближе к правому краю проезжей части. То есть водитель ФИО2 нарушил своими действиями п. 10.1 ПДД РФ. При этом у водителя ФИО2 была возможность маневра для принятия правее при уходе от столкновения, так как в сложившейся дорожно-транспортной ситуации до ближайшего препятствия справа было расстояние больше 3х метров (л.д. 35-53).

Решением Шахтинского городского суда Ростовской области от 05.04.2017 вышеуказанное постановление по делу об административном правонарушении от 28.01.2017 было отменено, а производство по делу прекращено в связи с истечением срока привлечения к административной ответственности (л.д. 54-55).

Риск гражданской ответственности обоих водителей на момент ДТП застрахован не был.

Для установления размера причиненного ущерба автомобилю ВАЗ 211540 ФИО2 обратился в ООО «ЭКСПО» Консультационное оценочное бюро, оплатив услуги эксперта в размере 5000 руб.

Согласно заключению № от 31.01.2017 стоимость восстановительного ремонта принадлежащего ФИО2 автомобиля ВАЗ 211540 государственный регистрационный знак № составляет округленно 129500 руб., с учетом износа – 109700 руб. (л.д. 79-88).

Для установления размера причиненного ущерба автомобилю Опель Омега ФИО1 обратился к ИП ФИО6, оплатив услуги эксперта в размере 10000 руб. (л.д. 7). 

Согласно заключению № от 13.03.2017 стоимость восстановительного ремонта автомобиля Opel Omega государственный регистрационный знак № на дату ДТП 25.01.2017 составляет 528064 руб. 44 коп., рыночная стоимость автомобиля Opel Omega государственный регистрационный знак № на дату ДТП 25.01.2017 составляет 171000 руб., стоимость годных остатков автомобиля Opel Omega государственный регистрационный знак № на дату ДТП 25.01.2017 составляет 35292 руб. 34 коп. (л.д. 10-34).

Стороны не представили суду возражений относительно необоснованности и неверности вышеуказанных заключений № от 31.01.2017 и № от 13.03.2017.

Определением Шахтинского городского суда Ростовской области от 12.07.2017 по ходатайству представителя истца – ФИО4 по делу была назначена судебная трасолого-автотехническая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ООО «Центр судебных экспертиз и консультаций» (л.д. 95-97).

До назначения вышеуказанной судебной экспертизы по ходатайству сторон были допрошены свидетели ФИО15 и ФИО10, которые являлись непосредственными очевидцами ДТП. Оснований не доверять их показаниям у суда не имеется.

Согласно выводам заключения эксперта № от 07.09.2017: 1. В данной сложившейся дорожной ситуации автомобили: «ВАЗ 211540» и «Опель Омега» в момент столкновения располагались в пределах дорожного полотна, двигаясь во встречном направлении друг относительно друга, при лобовом контакте левыми передними колесами в месте столкновения, которое располагалось вне пересечения проезжих частей перекрестка на въезде на ГЗС, в пределах расстояний от 16,9 м. до 4,1 м. перед пересечением проезжих частей по направлению движения автомобиля «ВАЗ 211540» перед перекрестком, наиболее вероятно, на полосе движения автомобиля «Опель Омега», при частичном заезде автомобиля «ВАЗ 211540» на полосу движения автомобиля «Опель Омега». Установленный механизм ДТП изложен на стр. 6,7 данного Заключения. 2. В данной сложившейся ситуации действия водителя автомобиля «ВАЗ 211540» регламентированы требованиями п.п. 1.3, 1.4, 1.5, 9.1, 9.10 ПДД РФ. В данной сложившейся ситуации действия водителя автомобиля «Опель Омега» регламентированы требованиями п.п. 1.3, 1.4, 1.5, 9.1, 9.10 ПДД РФ. 3. В данной сложившейся ситуации, перед ДТП, в действиях водителя автомобиля «ВАЗ 211540», с технической точки зрения, наиболее вероятно, имеются признаки нарушения требований п.п. 1.3, 1.4, 1.5, 9.1, 9.10 ПДД РФ. Сформулировать вывод в категорической форме не представилось возможным по причине отсутствия достаточных данных о перемещении автомобилей «ВАЗ 211540» и «Опель Омега» после их столкновения до полной остановки, необходимых для возможности проведения соответствующих расчетов при определении точного расположения места столкновения автомобилей относительно осевой линии дорожного полотна. В данной сложившейся дорожной ситуации, с технической точки зрения, в действиях водителя автомобиля «Опель Омега» признаков нарушения требований Правил дорожного движения РФ не установлено. 4. В данной сложившейся дорожной ситуации, с технической точки зрения, наиболее вероятно, в причинной связи с фактом данного ДТП являются действия водителя автомобиля «ВАЗ 211540», выразившиеся в нарушении требований п.п. 1.3, 1.4, 1.5, 9.1, 9.10 ПДД РФ. Сформулировать вывод в категорической форме не представилось возможным по причине отсутствия достаточных данных о перемещении автомобилей «ВАЗ 211540» и «Опель Омега» после их столкновения до полной остановки, необходимых для возможности проведения соответствующих расчетов при определении точного расположения места столкновения автомобилей относительно осевой линии дорожного полотна. 5. В данной сложившейся дорожной ситуации, с технической точки зрения, наиболее вероятно, водитель автомобиля «ВАЗ 211540» имел возможность избежать ДТП, действуя в соответствии с требованиями п.п. 1.3, 1.4, 1.5, 9.1, 9.10 ПДД РФ, то есть осуществлять движение в пределах «своей» полосы, без выезда на полосу встречного движения. Сформулировать вывод в категорической форме не представилось возможным по причине отсутствия достаточных данных о перемещении автомобилей «ВАЗ 211540» и «Опель Омега» после их столкновения до полной остановки, необходимых для возможности проведения соответствующих расчетов при определении точного расположения места столкновения автомобилей относительно осевой линии дорожного полотна. В данной сложившейся дорожной ситуации, с технической точки зрения, водитель автомобиля «Опель Омега», при движении в пределах полосы своего направления движения, не имел возможности избежать столкновения с автомобилем «ВАЗ 211540» (л.д. 122-136).

Не согласившись с выводами вышеуказанного экспертного заключения и сославшись на вероятностный характер выводов экспертного заключения, представитель ФИО2 – ФИО5 заявил ходатайство о назначении повторной автотехнической экспертизы в порядке ст. 166 ГПК РФ, в удовлетворении которого было отказано протокольным определением суда от 02.10.2017.

То обстоятельство, что часть выводов эксперта носит вероятностный характер, связано с отсутствием у него достаточных данных о перемещении автомобилей «ВАЗ 211540» и «Опель Омега» после их столкновения до полной остановки, необходимых для возможности проведения соответствующих расчетов при определении точного расположения места столкновения автомобилей относительно осевой линии дорожного полотна. Доказательства, которые бы восполнили недостающие данные, сторонами не представлены. 

Суд полагает, что заключение эксперта № от 07.09.2017 является достоверным, согласуется с выводами экспертного заключения № от 17.03.2017, соответствует относимости и допустимости доказательств, установленным ст. ст. 59, 60 ГПК РФ, и, вследствие изложенного, содержит доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения настоящего дела, а также устанавливает обстоятельства, которые могут быть подтверждены только данными средствами доказывания, а, следовательно, может быть использовано как доказательство по делу.

Таким образом, поскольку из представленных доказательств усматривается, что виновным в произошедшем дорожно-транспортном происшествии является ФИО2, суд приходит к выводу о взыскании с него в пользу ФИО1 материального ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, в размере 135707 руб. 66 коп.

Оснований для удовлетворения встречных требований ФИО2 к ФИО1 не имеется.

Что касается требований ФИО1 о взыскании с ФИО2 в его пользу компенсации морального вреда в размере 50000 руб., суд приходит к следующему выводу.

В обоснование заявленного требования ФИО1 ссылался на то, что в результате ДТП он перенес физические и нравственные страдания.

В силу ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и ст. 151 ГК РФ.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с действующим законодательством под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжить активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» от 20.12.1994 суду необходимо выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного делая, следовательно, одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя.

В соответствии со ст.1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. 

Таким образом, учитывая изложенные нормы права и обстоятельства дела, суд приходит к выводу, что требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда являются необоснованными и не подлежащими удовлетворению, поскольку не подтверждены допустимыми законом доказательствами.

В силу ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Поскольку в соответствии с действующим законодательством возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, то лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения права, наличие и размер понесенных убытков, причинную связь между нарушением права и возникшими убытками. 

При таких обстоятельствах, в силу ст. 15 ГК РФ, ответчик обязан возместить полностью убытки, причиненные истцу, и в частности расходы по проведению независимой экспертизы в размере 10000 руб., расходы по проведению транспортно-трасологической экспертизы в размере 20000 руб., поскольку они непосредственно связаны с имевшим местом дорожно-транспортным происшествием и подтверждены представленными в материалы дела платежными документами (л.д. 7, 8), а также расходы по оплате услуг адвоката при представительстве интересов в суде по обжалованию действий сотрудников ГИБДД, при этом суд, считая заявленную сумму в 30000 руб. несоразмерной, полагает необходимым уменьшить указанные расходы до 10000 руб.

Что касается требований о взыскании с ответчика расходов по оформлению доверенности в размере 1200 руб. (л.д. 9), то суд полагает необходимым в указанной части отказать, поскольку указанная доверенность выдана не для участия в конкретном деле.

При рассмотрении дела суд исходил из доказательств, представленных сторонами, иных доказательств суду не представлено.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

решил:

исковые требования ФИО1 к ФИО2 о возмещении материального ущерба, причиненного в результате ДТП, и компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 сумму материального ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, в размере 135707 руб. 66 коп., расходы по проведению независимой экспертизы в размере 10000 руб., расходы по проведению транспортно-трасологической экспертизы в размере 20000 руб., расходы по оплате услуг адвоката при представительстве интересов в суде по обжалованию действий сотрудников ГИБДД в размере 10000 руб.

В остальной части иска отказать.

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО2 к ФИО1 о возмещении причиненного материального ущерба в связи с ДТП отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Шахтинский городской суд Ростовской области в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

В окончательной форме решение принято 06.10.2017.

Судья С.В. Малько