Дело №2-87/2020

Решение

именем Российской Федерации

г. Няндома 20 февраля 2020 г. 

Няндомский районный суд Архангельской области в составе

председательствующего Волынской Н.В.,

при секретаре Поповой М.Г.,

с участием помощника прокурора Няндомского района Архангельской области Мумладзе Н.З.,

истца ФИО1,

представителей ответчика ФИО2, ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Няндомского районного суда Архангельской области гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Архангельской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» об отмене приказа об увольнении, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, судебных расходов, 

установил:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Архангельской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» (далее – ГБУЗ АО «БСМЭ») об отмене приказа об увольнении, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, судебных расходов, в обоснование указав, что на основании трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ № был принят на работу бессрочно в качестве врача судебно-медицинского эксперта в отдел экспертизы трупов со стационарным рабочим местом: 

<

адрес> на базе структурного подразделения - Няндомского межрайонного судебно-медицинского отделения на условиях внешнего совместительства. Приказом №-л п.1 от ДД.ММ.ГГГГ он уволен ДД.ММ.ГГГГ по п. 11 ч. 1 ст. 77 ТК РФ в связи нарушением установленных правил заключения трудового договора, исключающих продолжение работы (заключение трудового договора в нарушение установленных ограничений на занятие определенными видами трудовой деятельности), с выплатой выходного пособия в размере среднего месячного заработка в соответствии со ст. 84 ТК РФ и денежной компенсации за 14 календарных дней неиспользованного отпуска (ознакомлен под роспись ДД.ММ.ГГГГ). В качестве оснований увольнения ответчиком указаны: представление и.о. заместителя прокурора Няндомского района от ДД.ММ.ГГГГ № и сообщение заместителя прокурора г. Архангельска от ДД.ММ.ГГГГ № С данным увольнением он не согласен, поскольку ответчиком в данном случае не был соблюден порядок увольнения, которое произведено ДД.ММ.ГГГГ, то есть до рассмотрения представления и.о. заместителя прокурора Няндомского района от ДД.ММ.ГГГГ №, назначенного в г. Архангельске на ДД.ММ.ГГГГ. В данном обращении в прокуратуру Няндомского района работодатель предоставил заведомо недостоверные сведения о характере выполняемой им работы, а именно указал на проведение им в рамках заключенного трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ освидетельствований несовершеннолетних, при этом ни сам трудовой договор, ни функциональные обязанности, ни регистрационные документы, подтверждающие факты выполнения именной такой работы, ответчиком не предоставлялись. Предписания о его увольнении представление не содержало. Справка о наличии (отсутствии) судимости у него не испрашивалась ни при заключении трудового договора ни по результатам прокурорской проверки. Сообщение заместителя прокурора г. Архангельска № от ДД.ММ.ГГГГ не может заменять справку о наличии (отсутствии) судимости, и, кроме того, содержит недостоверные данные, поскольку он не был осужден Няндомским районным судом ДД.ММ.ГГГГ за совершение 

<

данные изъяты>. Ранее в октябре 2019 года по его жалобе на незаконный выговор (отменен решением Няндомского районного суда ДД.ММ.ГГГГ) Государственной инспекцией труда в Архангельской области и НАО проводилась проверка ответчика, в ходе которой не было выявлено нарушений ст.ст. 22, 65, 351.1 ТК РФ при заключении трудового договора. Проведение освидетельствований живых лиц, включая несовершеннолетних, в его трудовые обязанности не входило, и в этой связи не выполнялось. Кроме того, освидетельствование живых лиц, включая несовершеннолетних, в Няндомском межрайонном судебно-медицинском отделении (дислокация г. Няндома) вообще не проводится и не проводились из-за отсутствия условий - отдельного специально оборудованного амбулаторного кабинета. Просит отменить приказ №-л п.1 от ДД.ММ.ГГГГ, восстановить его на работе в прежней должности в качестве врача судебно-медицинского эксперта в отдел экспертизы трупов со стационарным рабочим местом г. Няндома, взыскать с ответчика заработную плату за время вынужденного прогула из расчета 1854 руб. 30 коп./день, компенсацию морального вреда, причиненного незаконным увольнением, в размере 100000 рублей. 

Впоследствии истец представил заявление, в котором дополнительно просил взыскать с ответчика в его пользу судебные расходы в размере 236 рублей 64 копейки за понесенные им почтовые расходы по направлению искового заявления ГБУЗ АО «БСМЭ». 

Истец ФИО1 в судебном заседании доводы и требования искового заявления поддержал в полном объеме. Дополнительно пояснил, что ГБУЗ АО «БСМЭ» не относится ни к детским учреждениям, ни к учреждениям для несовершеннолетних. Деятельность по отделу живых лиц, как не предусмотренная трудовой функцией, осуществлялась на основании гражданско-правовых договоров возмездного оказания услуг и заключалась в проведении экспертиз (исследований) меддокументации. Работа по амбулаторному приему живых лиц им не исполнялась. Функциональные обязанности врача судебно-медицинского эксперта отдела экспертизы трупов ответчиком отдельно не регламентированы, поэтому при определении трудовой функции в данном случае необходимо руководствоваться задачами, которые определены ответчиком для отдела экспертизы трупов (судебно-медицинские экспертизы трупов, в том числе, повторные, с применением необходимых лабораторных исследований, и изъятие биоматериала для проведения дальнейших лабораторных и специальных исследований), а также Приказом М3 и СР РФ №144н от 14.03.18, определяющим профстандарт врачей судебно-медицинских экспертов для решения данных задач. Эксперт не вправе принимать поручение о производстве судебной экспертизы непосредственно от каких-либо органов или лиц, за исключением руководителя ГСЭУ, для которых законом установлен особый порядок реализации их трудовой функции, заключающийся в каждом конкретном случае в ее зависимости от воли руководителя экспертного учреждения. Данная норма закона вводит абсолютный и безусловный запрет работнику на самостоятельный прием к исполнению работы, в связи с чем определяет содержание трудовой функции в большей степени, чем условия трудового договора и должностные обязанности. Руководитель экспертного учреждения, реализуя указанное право, в каждом конкретном случае при поручении производства экспертизы определенному эксперту обязан учитывать его квалификацию, опыт, навыки, а также наличие любых ограничений, включая процессуальные, связанные с наличием судимости, состоянием здоровья и т.п. Поскольку ответчик на момент заключения трудового договора знал о невозможности осуществления истцом работы по медицинскому обеспечению несовершеннолетних, он имел право, обязанность и возможность не поручать ее выполнение истцу, исполняя таким образом требования ст. 351.1 ТК РФ. С учетом профиля учреждения ответчика ему могло быть поручено производство экспертиз, не связанных с несовершеннолетними. В соответствии со ст. 65 ТК РФ справка о наличии (отсутствии) судимости предъявляется не во всех, а только в определенных случаях трудоустройства. В спорном случае с учетом профиля учреждения и трудовой функции работника ее предъявление не являлось обязательным, поэтому ее непредъявление (неистребование) не может рассматриваться в этой связи как нарушение при заключении трудового договора. При этом не отрицал, что его рабочее место и рабочее место заведующего отделением расположены в одном кабинете, а также то, что он осуществлял замещение должностей в период временного отсутствия работников и в качестве заведующего отделением и санитара.

Представители ответчика ГБУЗ АО «БСМЭ» ФИО2, ФИО3 в судебном заседании с иском не согласились, просили отказать в его удовлетворении, поддержав доводы, изложенные в возражениях на исковое заявление, согласно которым ФИО1 длительное время осуществлял трудовую деятельность в учреждении, в связи с чем работодателю было известно, что на момент заключения последнего трудового договора с истцом ДД.ММ.ГГГГ и по настоящее время в отношении истца имеются сведения о привлечении его к уголовной ответственности за совершение тяжкого преступления. Ни на момент заключения трудового договора, ни на момент увольнения, у ответчика не было необходимости истребовать у истца справку о наличии (отсутствии) судимости, поскольку факт привлечения к уголовной ответственности за совершение тяжкого преступления был известен. Данные сведения содержатся в личном деле истца, в его трудовой книжке. ДД.ММ.ГГГГ истец был осужден приговором Няндомского районного суда Архангельской области по делу № за совершение преступлений 

<

данные изъяты> После отбытия истцом реального наказания, с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был принят на работу в должности заведующего Няндомским районным отделением врача судебно-медицинского эксперта ГУЗ «ОБСМЭ» (в настоящее время - ГБУЗ АО «БСМЭ»). ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 переведен на должность заведующего Няндомским межрайонным отделением врача судебно-медицинского эксперта. ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор от ДД.ММ.ГГГГ с истцом был расторгнут по соглашению сторон и личному заявлению истца. На основании письменного заявления ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ с ним был заключен трудовой договор на условиях совместительства, в соответствии с которым он был принят внешним совместителем на должность врача судебно-медицинского эксперта в отдел судебно-медицинской экспертизы трупов. Место работы в трудовом договоре было определено в городе Няндома. Решением Няндомского районного суда Архангельской области от ДД.ММ.ГГГГ по делу № трудовые отношения между истцом и ответчиком по трудовому договору от ДД.ММ.ГГГГ признаны отношениями по основному месту работы, а не на основании внешнего совместительства. Несмотря на то, что истец был трудоустроен в отдел судебно-медицинской экспертизы трупов, по своим функциональным обязанностям его трудовая функция не была ограничена работой только с трупами. Функциональные обязанности врача судебно-медицинского эксперта в ГБУЗ АО «БСМЭ» являются едиными для всех врачей судебно-медицинских экспертов вне зависимости от отдела, в котором работает работник. С функциональными обязанностями истец был ознакомлен при подписании трудового договора. Врачу судебно-медицинскому эксперту руководителем может быть поручено проведение судебно-медицинской экспертизы как в отношении трупов, так и в отношении живых лиц, включая несовершеннолетних. Основным видом деятельности учреждения является осуществление судебно-медицинских экспертиз. К иным видам деятельности относится производство судебно-медицинских исследований. В рамках деятельности, приносящей доход, ответчик осуществляет производство судебно-медицинских экспертиз и исследований трупов, потерпевших, обвиняемых и других лиц для определения наличия повреждений и их характера, тяжести вреда причиненного здоровью и для разрешения других вопросов. В соответствии со ст. 10 ФЗ от 31.05.2001 N 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» к объектам исследования относятся в том числе живые лица. Врач судебно-медицинский эксперт производит судебно-медицинские экспертизы в отношении живых лиц (при этом закон не содержит исключений для несовершеннолетних) как путем обследования лица, в отношении которого назначена экспертиза, так и посредством исследования материалов дела и медицинских документов. Осуществляя трудовую функцию, истцу не запрещалось проводить судебно-медицинские экспертизы в отношении живых лиц. Данные экспертизы проводились в рамках рабочего времени и оплачивались отдельно, исходя из количества проведенных экспертиз. Для осуществления работы в Няндомском межрайонном отделении ответчику были предоставлены помещения в здании морга ГБУЗ АО «Няндомская центральная районная больница». Общая площадь помещений составляет 33,95 кв.м.: часть помещения № площадью 11,15 кв.м., (секционная, используется для работы с трупами), часть помещения № площадью 12,5 кв.м., (предназначена для приема и выдачи трупов) и помещение № площадью 12,5 кв.м., (используется врачами как кабинет для оформления документов, производства судебно-медицинских экспертиз). В данном кабинете осуществляют свою трудовую деятельность заведующий отделением и врач судебно-медицинский эксперт. В этом же кабинете хранится вся документация, связанная с работой, как в отношении трупов, так и в отношении живых лиц. Из журнала регистрации свидетельствуемых в судебно-медицинской амбулатории (кабинете) за 2019 года следует, что истец проводил судебно-медицинские экспертизы (исследования) в том числе в отношении несовершеннолетних. Также в указанном журнале отражены сведения о приеме несовершеннолетних при производстве экспертных исследований. Истцом в октябре 2019 года был проведен прием несовершеннолетнего ДД.ММ.ГГГГ года рождения (справка заведующей отделом судебно-медицинской экспертизы потерпевших, обвиняемых и других лиц от ДД.ММ.ГГГГ за 2017, 2018, 2019 годы, запись журнала свидетельствуемых за 2019 года №). Поскольку кабинет у врачей один, истец имел возможность присутствовать при проведении заведующим отделением судебно-медицинских экспертиз в отношении несовершеннолетних. ДД.ММ.ГГГГ Федеральным законом 489-ФЗ были внесены дополнения в ст. 331, ст. 351.1 ТК РФ с учетом выводов, сделанных в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 18 июля 2013 года №19-П, а также учитывая то, что судом было признано, что истец осуществлял работу не как внешний совместитель, а как основной работник, ответчик обратился с заявлениями в прокуратуру Няндомского района и прокуратуру города Архангельска. Никаких сведений, не соответствующих действительности, ответчик не сообщал, указав, что по характеру своей повседневной деятельности ФИО1 находится в одном кабинете с подэкспертными живыми лицами, в том числе с несовершеннолетними, в отношении которых проводится медицинское освидетельствование, предполагающее медицинский осмотр. Ответчик, зная о наличии препятствий для осуществления истцом трудовой деятельности по занимаемой должности, принял его на работу, полагая, что данные ограничения не распространяются на внешних совместителей. Факт привлечения истца к ответственности не был выявлен после заключения трудового договора. В качестве документального обоснования увольнения может быть использован любой документ, подтверждающий факт наличия у работника судимости (факт привлечения к уголовной ответственности), а не только справка о наличии (отсутствии) судимости. Истец не предоставил суду доказательств, опровергающих сведения, изложенные в уведомлении об увольнении, как не представил и сведения, подтверждающие отсутствие у него судимости. Поскольку основания для прекращения трудового договора имелись, а предписание прокурора подлежало безотлагательному рассмотрению, трудовой договор был прекращен ДД.ММ.ГГГГ, о чем было сообщено при рассмотрении представления ДД.ММ.ГГГГ. Результаты проведенной проверки государственной инспекцией труда в данном случае правового значения для правильного рассмотрения дела не имеют, поскольку истец не сообщал инспекции сведений о привлечении его к уголовной ответственности. Ответчиком в целях проверки соблюдения норм действующего трудового законодательства, направлялись запросы во все структурные подразделения с требованием к работникам о предоставлении справок о наличии (отсутствии) судимости. Истец указанных справок ответчику не предоставлял. Помимо сведений из личного дела работника (копии приговора суда), сведения о привлечении истца к уголовной ответственности были подтверждены в представлении прокуратуры Няндомского района от ДД.ММ.ГГГГ №. 

Выслушав пояснения сторон, исследовав письменные материалы дела, заслушав заключение помощника прокурора Няндомского района Архангельской области Мумладзе Н.З., полагавшей отказать в удовлетворении иска, суд приходит к следующему.

Статьей 37 (часть 4) Конституции РФ признается право на индивидуальные трудовые споры с использованием установленных федеральным законом способов их разрешения.

В соответствии со ст. 2 Трудового кодекса РФ (далее – ТК РФ) одним из принципов правового регулирования трудовых и иных, непосредственно связанных с ними отношений является обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

В силу ст. 11 ТК РФ все работодатели (физические лица и юридические лица, независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности) в трудовых отношениях и иных непосредственно связанных с ними отношениях с работниками обязаны руководствоваться положениями трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

В силу статьи 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 работал в ГБУЗ АО «БСМЭ» в должности врача судебно-медицинского эксперта отдела судебно-медицинской экспертизы трупов с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается трудовым договором № от ДД.ММ.ГГГГ, дополнительным соглашением от ДД.ММ.ГГГГ, приказом о приеме на работу №-л, приказом о переводе №-л от ДД.ММ.ГГГГ, приказом о прекращении трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ.

16 декабря 2019 года истец был ознакомлен с уведомлением о прекращении трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ по п.11 ст.77 ТК РФ ввиду установления нарушений требований ст.ст.22, 65, 351.1 ТК РФ при приеме на работу в связи с привлечением к уголовной ответственности за совершение тяжкого преступления против половой неприкосновенности и половой свободы личности. Также ему сообщено об отсутствии иных вакантных должностей, соответствующих его квалификации, отсутствии вакантных нижестоящих должностей или нижеоплачиваемой работы, куда бы он мог быть переведен с его согласия. 

Приказом ответчика от ДД.ММ.ГГГГ №-л п.1 истец был уволен с занимаемой должности ДД.ММ.ГГГГ на основании п.11 ч.1 ст.77 ТК РФ ввиду нарушения установленных правил заключения трудового договора, исключающее возможность продолжения работы. В приказе в графе «основание» указаны: уведомление № от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ №, представление и.о. заместителя прокурора района прокуратуры Няндомского района от ДД.ММ.ГГГГ №, сообщение заместителя прокурора города Архангельска от ДД.ММ.ГГГГ №в-19.

В ГБУЗ АО «БСМЭ» утверждены общие для всех врачей судебно-медицинских экспертов учреждения функциональные обязанности, согласно п.п.2.1.2, 2.1.16, 3.1.3 которых судебно-медицинский эксперт обязан провести полное исследование представленных ему объектов и материалов дела, дать обоснованное и объективное заключение по поставленным перед ним вопросам; оказывать консультативную помощь работникам правоприменительных органов; судебно-медицинский эксперт имеет право ходатайствовать перед начальником бюро о привлечении к производству судебной экспертизы других экспертов, если это необходимо для проведения исследований и дачи заключения.

На основании дополнительного соглашения к трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному с ФИО1, работнику производятся выплаты за совмещение профессий, расширение зон обслуживания, за увеличение объема работ или исполнение обязанностей временно отсутствующего работника.

Согласно Уставу ГБУЗ АО «БСМЭ» целями учреждения являются производство судебно-медицинских экспертиз, исследований, служащих задачам правосудия, содействие в улучшении качества медицинской помощи, организации медицинской помощи. Для достижения уставных целей учреждение осуществляет иные виды деятельности, в частности производство судебно-медицинских исследований. Учреждение вправе осуществлять: производство судебно-медицинских экспертиз и исследований, исследование трупов, потерпевших, обвиняемых и других лиц, вещественных доказательств и исследование биологических объектов, по материалам уголовных, гражданских и административных дел; участие врачей-судебно-медицинских экспертов в качестве специалистов в области судебной медицины в процессуальных и иных действиях.

Согласно записям в трудовой книжке истца он был уволен из учреждения ДД.ММ.ГГГГ в связи с вступлением в законную силу приговора суда (п.7 ст.29 КЗоТ), ДД.ММ.ГГГГ был принят на должность заведующего Няндомским районным отделом врача судебно-медицинского эксперта, ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор был с ним расторгнут по соглашению сторон и вновь он принят на работу в вышеуказанной должности с ДД.ММ.ГГГГ. 

По обращению ГБУЗ АО «БСМЭ» прокуратурой Няндомского района была проведена проверка соблюдения трудового законодательства при трудоустройстве врача судебно-медицинского эксперта ФИО1, по результатам которой ДД.ММ.ГГГГ в адрес учреждения было вынесено представление об устранении нарушений трудового законодательства, в котором требовалось обеспечить наличие в личных делах всех работников, осуществляющих медицинское освидетельствование несовершеннолетних на территории Няндомского района, наличие справок о наличии (отсутствии) судимости и (или) факта уголовного преследования либо о прекращении уголовного преследования, в том числе в отношении ФИО1, при наличии оснований рассмотреть вопрос о расторжении трудового договора с указанным лицом по п.11 ч.1 ст.77 ТК РФ.

По результатам рассмотрения обращения ГБУЗ АО «БСМЭ», направленному в адрес прокурора г. Архангельска, сообщено ДД.ММ.ГГГГ №в-19, что имеющаяся у ФИО1 судимость за совершение преступления влечет невозможность исполнения работником обязанностей по трудовому договору и является основанием для незамедлительного освобождения от занимаемой должности. 

Из материалов дела следует, что ФИО1 систематически на основании договоров возмездного оказания услуг осуществлял деятельность по проведению экспертиз потерпевших по медицинским документам и материалам дел. 

Однако согласно уведомлению начальника ГБУЗ АО «БСМЭ» от ДД.ММ.ГГГГ № в адрес ФИО1 во исполнение представления об устранении нарушений законодательства об экспертной деятельности прокуратуры г. Архангельска от ДД.ММ.ГГГГ №, ему больше не поручается проводить каких-либо экспертиз потерпевших по медицинским документам и материалам дел.

ДД.ММ.ГГГГ заведующей отделом судебно-медицинской экспертизы потерпевших, обвиняемых и других лиц ГБУЗ АО «БСМЭ» ФИО7 были представлены сведения о приеме несовершеннолетних лиц в Няндомском межрайонном отделении при производстве экспертных исследований, в том числе и по половым преступлениям, осуществленных ФИО8, а также указано, что в октябре 2019 года произведена экспертиза несовершеннолетнего ФИО1

Работодателем неоднократно, начиная с 2017 года, направлялись запросы в структурные подразделения ГБУЗ АО «БСМЭ», в том числе и в Няндомское межрайонное отделение, о необходимости предоставления справки о наличии (отсутствии) судимости и (или) факта уголовного преследования.

В материалы дела представлена справка ИЦ УМВД России по Архангельской области, содержащая сведения о судимости в отношении ФИО1 согласно приговору Няндомского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ.

Так, приговором Няндомского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст.

<

данные изъяты> Постановлением суда надзорной инстанции Президиума Архангельского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ приговор изменен, снижено наказание ФИО1 по ст

<

данные изъяты> до 3000 рублей. 

Истцом в материалы дела представлена докладная от ДД.ММ.ГГГГ на имя главного врача ГБУЗ АО «Няндомская ЦРБ», в которой ФИО1 просит направить в адрес ссудополучателя претензию на действия заведующего Няндомским межрайонным отделением ФИО8 о том, что он ДД.ММ.ГГГГ направил запрос в адрес старшего инспектора отделения по делам несовершеннолетних ОМВД России «Няндомский» об обеспечении личного присутствия несовершеннолетнего потерпевшего ФИО9 при проведении судебно-медицинского освидетельствования, однако данный вид деятельности в морге не лицензирован по причине отрицательного санитарно-эпидемиологического заключения.

В соответствии с ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации федеральный законодатель имеет право вводить ограничения прав некоторых категорий граждан на занятие трудовой деятельностью в определенных сферах.

Согласно ст. 84 Трудового кодекса РФ трудовой договор прекращается вследствие нарушения установленных настоящим Кодексом или иным федеральным законом правил его заключения (пункт 11 части первой статьи 77 настоящего Кодекса), если нарушение этих правил исключает возможность продолжения работы, в следующих случаях: заключение трудового договора в нарушение приговора суда о лишении конкретного лица права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью; заключение трудового договора на выполнение работы, противопоказанной данному работнику по состоянию здоровья в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации; отсутствие соответствующего документа об образовании и (или) о квалификации, если выполнение работы требует специальных знаний в соответствии с федеральным законом или иным нормативным правовым актом; заключение трудового договора в нарушение постановления судьи, органа, должностного лица, уполномоченных рассматривать дела об административных правонарушениях, о дисквалификации или ином административном наказании, исключающем возможность исполнения работником обязанностей по трудовому договору, либо заключение трудового договора в нарушение установленных федеральными законами ограничений, запретов и требований, касающихся привлечения к трудовой деятельности граждан, уволенных с государственной или муниципальной службы; заключение трудового договора в нарушение установленных настоящим Кодексом, иным федеральным законом ограничений на занятие определенными видами трудовой деятельности; в других случаях, предусмотренных федеральными законами.

Пункт 11 части 1 статьи 77 ТК РФ предусматривает, что одним из оснований прекращения трудового договора является нарушение установленных настоящим Кодексом или иным федеральным законом правил заключения трудового договора, если это нарушение исключает возможность продолжения работы (статья 84 настоящего Кодекса).

В силу ст. 351.1 ТК РФ к трудовой деятельности в сфере образования, воспитания, развития несовершеннолетних, организации их отдыха и оздоровления, медицинского обеспечения, социальной защиты и социального обслуживания, в сфере детско-юношеского спорта, культуры и искусства с участием несовершеннолетних не допускаются лица, имеющие или имевшие судимость, а равно и подвергавшиеся уголовному преследованию (за исключением лиц, уголовное преследование в отношении которых прекращено по реабилитирующим основаниям) за преступления, указанные в абзацах третьем и четвертом части второй статьи 331 настоящего Кодекса, за исключением случаев, предусмотренных частью третьей настоящей статьи.

Абзац 3 ч. 2 ст. 331 ТК РФ устанавливает запрет на допуск к педагогической деятельности лиц следующих категорий: имеющие или имевшие судимость, подвергавшиеся уголовному преследованию (за исключением лиц, уголовное преследование в отношении которых прекращено по реабилитирующим основаниям) за преступления против жизни и здоровья, свободы, чести и достоинства личности (за исключением незаконной госпитализации в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях, и клеветы), половой неприкосновенности и половой свободы личности, против семьи и несовершеннолетних, здоровья населения и общественной нравственности, основ конституционного строя и безопасности государства, мира и безопасности человечества, а также против общественной безопасности, за исключением случаев, предусмотренных частью третьей настоящей статьи.

Частями 3 статей 331, 351.1 ТК РФ установлено, что лица из числа указанных в абз. 3 ч. 2 ст. 331 ТК РФ имевшие судимость за совершение преступлений небольшой тяжести и преступлений средней тяжести против жизни и здоровья, свободы, чести и достоинства личности (за исключением незаконной госпитализации в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях, и клеветы), семьи и несовершеннолетних, здоровья населения и общественной нравственности, основ конституционного строя и безопасности государства, мира и безопасности человечества, а также против общественной безопасности, и лица, уголовное преследование в отношении которых по обвинению в совершении этих преступлений прекращено по нереабилитирующим основаниям, могут быть допущены к педагогической деятельности при наличии решения комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав, созданной высшим исполнительным органом государственной власти субъекта Российской Федерации, о допуске их к педагогической деятельности.

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 18 июля 2013 года N 19-П признаны не противоречащими Конституции Российской Федерации взаимосвязанные положения п. 13 ч. 1 ст. 83, абз. 3 ч. 2 ст. 331 и ст. 351.1 Трудового кодекса Российской Федерации в той мере, в какой данные законоположения - по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования - означают, что к занятию педагогической деятельностью, а также иной профессиональной деятельностью в сфере образования, воспитания, развития несовершеннолетних, организации их отдыха и оздоровления, медицинского обеспечения, социальной защиты и социального обслуживания, в сфере детско-юношеского спорта, культуры и искусства с участием несовершеннолетних не допускаются лица, имевшие судимость за совершение тяжких и особо тяжких из числа указанных в данных законоположениях преступлений, а также преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности.

Указанным Постановлением Конституционного Суда РФ N 19-П от 18 июля 2013 года, статьи 331, 351.1 ТК РФ признаны неконституционными (не соответствующими статьям 19 (части 1 и 2), 37 (часть 1), 46 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой данные законоположения вводят безусловный и бессрочный запрет на занятие педагогической и иной профессиональной деятельностью в сфере образования и других сферах с участием несовершеннолетних и, соответственно, предполагают безусловное увольнение лиц, имевших судимость за совершение иных указанных в данных законоположениях преступлений, кроме тяжких и особо тяжких, а также преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности, не предусматривая при этом необходимость учета вида и степени тяжести совершенного преступления, срока, прошедшего с момента его совершения, формы вины, обстоятельств, характеризующих личность, в том числе поведение лица после совершения преступления, отношение к исполнению трудовых обязанностей, а также иных факторов, позволяющих определить, представляет ли конкретное лицо опасность для жизни, здоровья и нравственности несовершеннолетних.

Таким образом, действующее законодательство с учетом выявленного Конституционным Судом Российской Федерации конституционно-правового смысла положений ст. 331, ст. 351.1 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривает прямой запрет трудовой деятельности в сфере медицинского обеспечения с участием несовершеннолетних для лиц, имевших судимость, в том числе снятую или погашенную, за совершение особо тяжких преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности, к которым и относится преступление, совершенное истцом.

Исходя из буквального толкования вышеуказанных норм права, данное ограничение (запрет) распространяется не только на лиц, вступающих в непосредственный контакт с несовершеннолетними по роду их профессиональной деятельности, но и на весь персонал таких организаций, в том числе административно-управленческий, технический и вспомогательный, поскольку они также осуществляют трудовую деятельность в вышеуказанных сферах и имеют возможность контакта с несовершеннолетними.

Судом установлено, что истец имеет снятую судимость за совершение особо тяжкого преступления против половой неприкосновенности и половой свободы личности, данный факт истцом не оспорен, а положениями абз. 3 ч. 2 ст. 331 и ст. 351.1 ТК РФ, с учетом Постановления Конституционного Суда РФ от 18.07.2013 N 19-П, установлен бессрочный и безусловный запрет на занятие трудовой деятельностью в сфере медицинского обеспечения с участием несовершеннолетних лиц, имевших судимость за особо тяжкие преступления против половой неприкосновенности и половой свободы личности. 

Учитывая пояснения сторон, данные в ходе судебного заседания о том, что рабочие места ФИО1 и ФИО8 (заведующий отделением, в обязанности которого входит производство освидетельствований несовершеннолетних) располагаются в одном кабинете, в котором они непосредственно осуществляют свои трудовые обязанности, а также то, что истец исполнял обязанности временно отсутствующих работников без каких-либо ограничений, в том числе заведующего отделением, санитара, суд полагает, что данные факты свидетельствуют о том, что у истца имеется опосредованная возможность контакта с несовершеннолетними лицами. 

Из представленного стороной ответчика на обозрение журнала регистрации свидетельствуемых в судебно-медицинской амбулатории (кабинете) следует, что ФИО4 осуществляет исследования и в отношении несовершеннолетних. 

Таким образом, на основании совокупности представленных сторонами доказательств, и руководствуясь вышеуказанными положениями закона, суд приходит к выводу о том, что у работодателя имелись законные основания для прекращения трудового договора с истцом. Материалами дела подтверждено и судом установлено, что порядок увольнения истца с работы по указанному основанию не нарушен. При этом ограничение прав истца в виде увольнения соразмерно целям государственной защиты прав несовершеннолетних и не нарушило разумного баланса интересов (ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации).

Оснований для признания сообщения заместителя прокурора г. Архангельска от ДД.ММ.ГГГГ №в-19 недопустимым доказательством и исключении его из числа доказательств, как о том заявлено истцом в письменном ходатайстве, не имеется, поскольку вопрос о допустимости доказательств является прерогативой суда. Доказательства подлежат оценке судом в их совокупности, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Доводы истца о том, что его трудовые обязанности непосредственно не связаны с осуществлением работы с несовершеннолетними, судом не могут быть приняты во внимание, поскольку любая работа в учреждении, оказывающем медицинские услуги гражданам (в том числе несовершеннолетним), является работой, осуществление которой при условии привлечения работника к уголовной ответственности за совершение особо тяжкого преступления против половой неприкосновенности и половой свободы личности не представляется возможным.

При таких обстоятельствах суд полагает отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ГБУЗ АО «БСМЭ» об отмене приказа об увольнении, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, судебных расходов в полном объеме. 

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, 

решил:

в удовлетворении искового заявления ФИО1 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Архангельской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» об отмене приказа об увольнении, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, судебных расходов отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Архангельский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Няндомский районный суд Архангельской области.

Председательствующий подпись Н.В. Волынская

Мотивированное решение составлено 28 февраля 2020 года.