Гражданское дело № 2-312/2018

В окончательном виде 

решение

 изготовлено 02 июля 2018 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Кировград Свердловской области

27 июня 2018 года

Кировградский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Доевой И.Б.,

при секретаре Турсуновой Н.А.,

с участием истца ФИО1,

представителя истца Корюкова А.С., действующего на основании ордера от № 974655 от 132 июня 2018 года, 

представителя ответчика ФИО2, действующей на основании доверенности от 16 января 2018 года № 1,

представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3, действующей на основании доверенности от 23 мая 2018 года без номера,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-312/2018 по иску ФИО1 к государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Кировграде и городе Верхнем Тагиле Свердловской области о признании решения об отказе в назначении страховой пенсии досрочно незаконным, включении периодов работы в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, признании права на досрочное назначение страховой пенсии,

установил:

ФИО1 обратилась с вышеуказанным иском к государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Кировграде и городе Верхнем Тагиле Свердловской области (далее по тексту – ГУ - УПФ РФ в г. Кировграде и г. Верхнем Тагиле Свердловской области), указав, что 14 июля 2015 года подала ответчику заявление о назначении досрочной страховой пенсии по старости, однако решением от 27 июля 2015 года № ** отказано в назначении пенсии в связи с отсутствием необходимого специального стажа. Специальный трудовой стаж истца, принятый к зачету составил 22 года 02 месяца 03 дня, страховой стаж составляет 28 лет 03 месяца 22 дня. При этом, из специального стажа ответчиком были исключены период с 09 августа 1983 года по 09 июля 1988 года в качестве фельдшера-лаборанта Свердловского научно-исследовательского института курортологии и физиотерапии, период с 08 января 1986 года по 24 января 1986 года, с 06 июня 1986 года по 25 июня 1986 года, с 06 июня 1987 года по 28 июня 1987 года – ученические отпуска в период работы в качестве фельдшера-лаборанта Свердловского научно-исследовательского института курортологии и физиотерапии, периоды с 23 апреля 1997 года по 28 мая 1997 года, с 03 мая 2000 года по 27 мая 2000 года, с 10 мая 2005 года по 20 мая 2005 года, с 29 октября 2007 года по 10 ноября 2007 года, с 26 ноября 2007 года по 22 декабря 2007 года, с 17 мая 2010 года по 28 мая 2010 года, с 03 декабря 2012 года по 29 декабря 2012 года, с 18 мая 2015 года по 29 мая 2015 года - курсы повышения квалификации в период работы в качестве врача-невролога Государственного бюджетного учреждения Свердловской области «Кировоградская центральная городская больница», а также период с 10 июля 1988 года по 24 января 1992 года – обучение в Свердловском медицинском институте. Не согласившись с решением ГУ - УПФ РФ в г. Кировграде и г. Верхнем Тагиле Свердловской области, истец просила включить оспариваемые периоды в специальный стаж и возложить на ответчика обязанность назначить досрочную страховую пенсию по старости в связи с осуществлением лечебной деятельности с 14 июля 2015 года.

В судебном заседании истец и ее представитель Корюков А.С., действующий на основании ордера от № 974655 от 132 июня 2018 года, исковые требования и доводы, изложенные в исковом заявлении, поддержали; просил исковые требования удовлетворить в полном объеме. 

Представитель ответчика ФИО2, действующая на основании доверенности от 16 января 2018 года № 1 исковые требования не признала, настаивая на правомерности обжалуемого решения ГУ - УПФ РФ в г. Кировграде и г. Верхнем Тагиле Свердловской области.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3, действующей на основании доверенности от 23 мая 2018 года, в судебном заседании полагала исковые требования ФИО1 в части включения в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, периодов с 23 апреля 1997 года по 28 мая 1997 года, с 03 мая 2000 года по 27 мая 2000 года, с 10 мая 2005 года по 20 мая 2005 года, с 29 октября 2007 года по 10 ноября 2007 года, с 26 ноября 2007 года по 22 декабря 2007 года, с 17 мая 2010 года по 28 мая 2010 года, с 03 декабря 2012 года по 29 декабря 2012 года, с 18 мая 2015 года по 29 мая 2015 года - курсы повышения квалификации в период работы в качестве врача-невролога Государственного бюджетного учреждения Свердловской области «Кировоградская центральная городская больница», подлежащими удовлетворению, поскольку повышение квалификации для медицинских работников является обязательным условием последующей работы в соответствующей должности.

Заслушав истца и ее представителя, представителя ответчика, исследовав и оценив представленные по делу доказательства в совокупности, суд полагает иск подлежащим частичному удовлетворению. 

Согласно положениям статей 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно части 1 статьи 39 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту и в иных случаях, установленных законом. Конституционное право на социальное обеспечение включает и право на получение пенсии в определенных законом случаях.

В соответствии со статьей 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», вступившего в законную силу с 01 января 2015 года, право на страховую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 60 лет, и женщины, достигшие возраста 55 лет.

Согласно пункту 20 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» страховая пенсия по старости ранее достижения возраста, установленного статьей 8 названного Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 назначается лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения не менее 25 лет в сельской местности и поселках городского типа и не менее 30 лет в городах, сельской местности и поселках городского типа либо только в городах, независимо от их возраста.

Из материалов дела следует, что 14 июля 2015 года истец обратилась в ГУ - УПФ РФ в г. Кировграде и г. Верхнем Тагиле Свердловской области, представив документы для досрочного назначения страховой пенсии по старости в связи с осуществлением лечебной деятельности в соответствии с пунктом 20 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

Решением ответчика от 24 июля 2015 года № ** ей отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости в связи с отсутствием необходимого специального стажа, который согласно указанному решению составил 22 года 02 месяца 03 дня, что менее требуемых законом 30 лет; страховой стаж составляет 28 лет 03 месяца 22 дня.

Свое решение ответчик мотивировал тем, что период с 09 августа 1983 года по 09 июля 1988 года в качестве фельдшера-лаборанта Свердловского научно-исследовательского института курортологии и физиотерапии, не подлежит включению в специальный стаж, поскольку наименование учреждения не предусмотрено Списком должностей и учреждений, работа в которых засчитывается в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсиипо старости лицам, осуществляющим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, в соответствии с подпунктом 20 пункта 1 статьи 27 Федерального закона «О трудовыхпенсияхв Российской Федерации», утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от 29 октября 2002 года № 781 «О Списках работ, профессий, должностей, специальностей и учреждений, с учетом которых досрочно назначается трудоваяпенсияпо старости в соответствии со статьей 27 ФЗ «О трудовыхпенсияхв Российской Федерации», и об утверждении правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовойпенсиипо старости в соответствии со статьей 27 Федерального закона «О трудовыхпенсияхв Российской Федерации»; период с 08 января 1986 года по 24 января 1986 года, с 06 июня 1986 года по 25 июня 1986 года, с 06 июня 1987 года по 28 июня 1987 года – ученические отпуска в период работы в качестве фельдшера-лаборанта Свердловского научно-исследовательского института курортологии и физиотерапии и периоды с 23 апреля 1997 года по 28 мая 1997 года, с 03 мая 2000 года по 27 мая 2000 года, с 10 мая 2005 года по 20 мая 2005 года, с 29 октября 2007 года по 10 ноября 2007 года, с 26 ноября 2007 года по 22 декабря 2007 года, с 17 мая 2010 года по 28 мая 2010 года, с 03 декабря 2012 года по 29 декабря 2012 года, с 18 мая 2015 года по 29 мая 2015 года - курсы повышения квалификации в период работы в качестве врача-невролога Государственного бюджетного учреждения Свердловской области «Кировоградская центральная городская больница», поскольку это не предусмотрено Правилами исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденными Постановлением Правительства РФ от 11 июля 2002 года № 516, так как в периоды ученических отпусков и прохождения курсов повышения квалификации истец фактически не осуществляла лечебную деятельность.

Действуя в пределах предоставленного ему полномочия, Правительство Российской Федерации приняло Постановление от 16 июля 2014 года № 665 «О списках работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых досрочно назначается страховая пенсия по старости, и правилах исчисления периодов работы (деятельности), дающей право на досрочное пенсионное обеспечение», пунктом «н» статьи 1 которого установлено, что при определении стажа на соответствующих видах работ в целях досрочного пенсионного обеспечения в соответствии со статьей 30 Федерального закона «О страховых пенсиях» (далее Постановление Правительства Российской Федерации от 16 июля 2014 года № 665) применяются:

при досрочном назначении страховой пенсии по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения:

список должностей и учреждений, работа в которых засчитывается в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, в соответствии с подпунктом 20 пункта 1 статьи 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденный постановлением Правительства Российской Федерации от 29 октября 2002 года № 781 «О списках работ, профессий, должностей, специальностей и учреждений, с учетом которых досрочно назначается трудовая пенсия по старости в соответствии со статьей 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», и об утверждении правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьей 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» (далее Список от 29 октября 2002 года № 781);

список должностей, работа в которых засчитывается в выслугу, дающую право на пенсию за выслугу лет в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения, утвержденный постановлением Правительства Российской Федерации от 22 сентября 1999 года № 1066 «Об утверждении Списка должностей, работа в которых засчитывается в выслугу, дающую право на пенсию за выслугу лет в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения, и Правил исчисления сроков выслуги для назначения пенсии за выслугу лет в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения», - для учета соответствующей деятельности, имевшей место в период с 01 ноября 1999 года по 21 декабря 2001 года включительно (далее Список от 22 сентября 1999 года № 1066);

список профессий и должностей работников здравоохранения и санитарно-эпидемиологических учреждений, лечебная и иная работа которых по охране здоровья населения дает право на пенсию за выслугу лет, утвержденный постановлением Совета Министров РСФСР от 06 сентября 1991 года № 464 «Об утверждении Списка профессий и должностей работников здравоохранения и санитарно-эпидемиологических учреждений, лечебная и иная работа которых по охране здоровья населения дает право на пенсию за выслугу лет», с применением положений абзацев 4 и 5 п. 2 указанного постановления, - для учета соответствующей деятельности, имевшей место в период с 01 января 1992 года по 31 октября 1999 года включительно (далее Список от 06 сентября 1991 года № 464);

перечень учреждений, организаций и должностей, работа в которых дает право на пенсию за выслугу лет (приложение к постановлению Совета Министров СССР от 17 декабря 1959 года № 1397 «О пенсиях за выслугу лет работникам просвещения, здравоохранения и сельского хозяйства» вместе с «Положением о порядке исчисления стажа для назначения пенсий за выслугу лет работникам просвещения и здравоохранения»), - для учета периодов соответствующей деятельности, имевшей место до 01 января 1992 года (далее Перечень от 17 декабря 1959 года № 1397, Положение от 17 декабря 1959 года № 1397).

При этом, в перечне от 17 декабря 1959 года № 1397 указаны «больничные учреждения всех типов и наименований, в том числе клиники и клинические части, госпитали, лепрозории, психиатрические колонии» и «фельдшеры и лаборанты».

Исходя из анализа действующего пенсионного законодательства, установление для лиц, осуществлявших лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, льготных условий приобретения права на трудовую пенсию по старости (как и предоставление им пенсии за выслугу лет, предусматривавшееся в ранее действовавшем пенсионном законодательстве) направлено, главным образом, на защиту от риска утраты профессиональной трудоспособности ранее достижения общеустановленного пенсионного возраста. Поэтому право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости связывается не с любой работой, а лишь с такой, при выполнении которой организм работника подвергается неблагоприятному воздействию различного рода факторов, обусловленных спецификой и характером профессиональной деятельности.

Как следует из представленной в материалы дела копии трудовой книжки истца, с 09 августа 1983 года по 09 июля 1988 года истец работала в лабораторном отделении Свердловского научно-исследовательского института курортологии и физиотерапии в качестве фельдшера-лаборанта.

Аналогичные сведения содержатся и в справке ФБУН ЕМНЦ ПОЗРПП Роспотребнадзора от 08 августа 2014 года № 13/ок/4108, из которой также следует, что указанную работу ФИО1 выполняла в режиме полного рабочего дня и полной рабочей недели. 

Кроме того, как следует из справок ФБУН ЕМНЦ ПОЗРПП Роспотребнадзора от 08 августу 2014 года № 4108 и от 08 августа 2014 года № 4108, а также представленных по запросу суда ФБУН ЕМНЦ ПОЗРПП Роспотребнадзора документов, послуживших основанием для их выдачи (копии штатных расписаний за 1982 года, 1984 год, 1985 год, 1986 года, копии акта приема-передачи документов от 27 апреля 1995 года Свердловского научно-исследовательского института курортологии и физиотерапии на хранение в государственный архив Свердловской области), структурное подразделение, в котором работала ФИО1 до 1986 года называлось «Лабораторное отделение», в 1988 году «Клинико-диагностическая лаборатория». Штатные расписания за 1983 год и 1987 года не сохранились, но структура института не менялась и Свердловский научно-исследовательский институт курортологии и физиотерапии продолжал осуществлять как научную деятельность, так и лечебную деятельность по охране здоровья. В состав института входила клиника, состоящая из структурных подразделений, которые занимались лечебно-профилактической работой; на клинику составлялось отдельное штатное расписание. Лабораторное отделение и клинико-диагностическая лаборатория являлись структурными подразделениями клиники Свердловского научно-исследовательского института курортологии и физиотерапии.

Кроме того, из вышеуказанных документов следует, что согласно приказу Министерства здравоохранения РСФСР от 06 марта 1989 года № 30 Свердловский научно-исследовательский институт гигиены труда и профзаболеваний и Свердловский научно-исследовательский курортологии и физиотерапии ликвидированы и на их базе с 15 апреля 1989 года создан Медицинский научный центр профилактики и охраны здоровья рабочих предприятий Минздрава РСФСР г. Свердловска (в настоящее время ФБУН ЕМНЦ ПОЗРПП Роспотребнадзора).

Сведения, содержащиеся в указанных документах, ответчиком ничем объективно не опровергнуты (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь к вышеприведенными нормам права, суд, принимая во внимание, что в спорный период работы истца с 09 августа 1983 года по 09 июля 1988 года в качестве фельдшера-лаборанта лабораторного отделения Свердловского научно-исследовательского института курортологии и физиотерапии действовал Перечень от 17 декабря 1959 года № 1397, в разделе которого II «Врачи и другие медицинские работники» в пункте 1 «Лечебно-профилактические учреждения, учреждения охраны материнства и детства, санитарно-профилактические учреждения» в наименовании учреждений и организаций предусмотрены «Больничные учреждения всех типов и наименований, в том числе клиники и клинические части, госпитали, лепрозории, психиатрические колонии», в наименовании должностей – «фельдшеры, лаборанты - все независимо от наименования должности», приходит к выводу о том, что в спорный период работа ФИО1 проходила в структурном подразделении («Лабораторное отделение», «Клинико-диагностическая лаборатория») клиники Свердловского научно-исследовательского института курортологии и физиотерапии, относящейся к категории лечебно-профилактических учреждений как «клиника медицинской научной организации» на основании пункта 1.8.2 Номенклатуры учреждений здравоохранения (приложение к приказу Минздрава РФ от 03 ноября 1999 года № 395 – утратил силу в связи с изданием Приказа Минздрава РФ от 03 июня 2003 года № 229, которым утверждена новая номенклатура государственных и муниципальных учреждений здравоохранения), принимая также во внимание и представленную в материалы дела справку ФБУН ЕМНЦ ПОЗРПП Роспотребнадзора, из содержания которой следует, что работа ФИО1 в данный период времени характеризуется и позиционируется именно как работа, дающая право на досрочное назначение пенсии, в связи с чем, подлежит включению в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, за исключением периодов с 06 августа 1984 года по 20 августа 1984 год, с 06 августа 1985 года по 20 августа 1985 года – отпуска без сохранения заработной платы.

Из обжалуемого решения ответчика также следует, что в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, также не были включены периоды периода с 08 января 1986 года по 24 января 1986 года, с 06 июня 1986 года по 25 июня 1986 года, с 06 июня 1987 года по 28 июня 1987 года – ученические отпуска в период работы в качестве фельдшера-лаборанта Свердловского научно-исследовательского института курортологии и физиотерапии, а также с 23 апреля 1997 года по 28 мая 1997 года, с 03 мая 2000 года по 27 мая 2000 года, с 10 мая 2005 года по 20 мая 2005 года, с 29 октября 2007 года по 10 ноября 2007 года, с 26 ноября 2007 года по 22 декабря 2007 года, с 17 мая 2010 года по 28 мая 2010 года, с 03 декабря 2012 года по 29 декабря 2012 года, с 18 мая 2015 года по 29 мая 2015 года - курсы повышения квалификации в период работы в качестве врача-невролога Государственного бюджетного учреждения Свердловской области «Кировоградская центральная городская больница».

Разрешая требования истца в указанной части, суд учитывает, что в соответствии с пунктом 5 Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 11 июля 2002 года № 516 периоды работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, которая выполнялась постоянно в течение полного рабочего дня, засчитываются в стаж в календарном порядке, если иное не предусмотрено настоящими Правилами и иными нормативными правовыми актами.

При этом в стаж включаются периоды получения пособия по государственному социальному страхованию в период временной нетрудоспособности, а также периоды ежегодных основного и дополнительных оплачиваемых отпусков.

Статьей 116 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что ежегодные дополнительные оплачиваемые отпуска предоставляются работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, работникам, имеющим особый характер работы, работникам с ненормированным рабочим днем, работникам, работающим в районных Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, а также в других случаях, предусмотренных названным Кодексом и иными федеральными закона.

Одним из видов дополнительных отпусков является отпуск, предоставляемый работодателем работникам, совмещающим работу с обучением в образовательных учреждениях высшего профессионального образования, и работникам, поступающим в указанные образовательные учреждения (статья 173 Трудового кодекса Российской Федерации), а также работникам, совмещающим работу с получением среднего профессионального образования, и работникам, поступающим на обучение по образовательным программам среднего профессионального образования (статья 174 Трудового кодекса Российской Федерации).

Аналогичные положения о предоставлении учебных отпусков работникам, совмещающим работу с обучением в высших и средних профессиональных образовательных учреждениях, были предусмотрены и статьей 196 Кодекса законов о труде РСФСР, действовавшего в спорные периоды нахождения истца в ученических отпусках.

Согласно статье 187 Трудового кодекса Российской Федерации при направлении работодателем работника на профессиональное обучение или дополнительное профессиональное образование с отрывом от работы за ним сохраняются место работы (должность) и средняя заработная плата по основному месту работы. Работникам, направляемым на профессиональное обучение или дополнительное профессиональное образование с отрывом от работы в другую местность, производится оплата командировочных расходов в порядке и размерах, которые предусмотрены для лиц, направляемых в служебные командировки.

Таким образом, периоды нахождения работника в дополнительном отпуске с сохранением среднего заработка, предоставляемом работодателем работнику, совмещающему работу с обучением в образовательных учреждениях высшего профессионального образования (учебные отпуска), а также осваивающим имеющие государственную аккредитацию образовательные программы среднего профессионального образования, являются периодами работы с сохранением средней заработной платы, с которой работодатель должен производить отчисление страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Как следует из справки ФБУН ЕМНЦ ПОЗРПП Роспотребнадзора от 08 августа 2014 года № 13/ок/4108, ФИО1 в период работы в качестве фельдшера-лаборанта Свердловского научно-исследовательского института курортологии и физиотерапии с 08 января 1986 года по 24 января 1986 года, с 06 июня 1986 года по 25 июня 1986 года, с 06 июня 1987 года по 28 июня 1987 года – ученические отпуска; 24 января 1992 года ФИО1 выдан диплом серии ФВ № 026470 об окончании Свердловского государственного медицинского института по специальности лечебное дело, а также присвоена квалификация врача. 

Из справки Государственного бюджетного учреждения Свердловской области «Кировоградская центральная городская больница» от 17 июля 2015 года № 68 также следует, что в период работы ФИО1 в качестве врача-невролога Государственного бюджетного учреждения Свердловской области «Кировоградская центральная городская больница», истец находилась на курсах повышения квалификации с 23 апреля 1997 года по 28 мая 1997 года, с 03 мая 2000 года по 27 мая 2000 года, с 10 мая 2005 года по 20 мая 2005 года, с 29 октября 2007 года по 10 ноября 2007 года, с 26 ноября 2007 года по 22 декабря 2007 года, с 17 мая 2010 года по 28 мая 2010 года, с 03 декабря 2012 года по 29 декабря 2012 года, с 18 мая 2015 года по 29 мая 2015 года. При этом периоды работы, предшествующие направлению истца на курсы повышения квалификации по решению ответчика включены в специальный стаж дающей право на досрочное назначение пенсии по пункту 20 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

Таким образом, спорные периоды с 08 января 1986 года по 24 января 1986 года, с 06 июня 1986 года по 25 июня 1986 года, с 06 июня 1987 года по 28 июня 1987 года являлись ученическими отпусками, а периоды с 23 апреля 1997 года по 28 мая 1997 года, с 03 мая 2000 года по 27 мая 2000 года, с 10 мая 2005 года по 20 мая 2005 года, с 29 октября 2007 года по 10 ноября 2007 года, с 26 ноября 2007 года по 22 декабря 2007 года, с 17 мая 2010 года по 28 мая 2010 года, с 03 декабря 2012 года по 29 декабря 2012 года, с 18 мая 2015 года по 29 мая 2015 года - периодами нахождения на курсах повышения квалификации.

Исходя из приведенных выше норм, периоды ученических отпусков и периоды нахождения на курсах повышения квалификации являются периодами работы с сохранением средней заработной платы, за которую работодатель должен производить отчисление страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации, в связи с чем они подлежат включению в специальный стаж для назначения трудовой пенсии по старости.

При этом суд отмечает, что право лица на назначение досрочной пенсии на льготных условиях не может быть поставлено в зависимость от периодического прохождения им (как работником) обучения, в частности, на курсах повышения квалификации, которое для медицинских работников является обязательным условием последующей работы в соответствующей должности, на что прямо указано в статье 69 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», исключение данных периодов (которые фактически носят вынужденный характер) из специального стажа приведет к ущемлению прав работника в сфере пенсионного обеспечения. 

Поскольку периоды ученических отпусков и периоды нахождения на курсах повышения квалификации приравнивается к работе, во время исполнения которой работник направлялся на указанные учету и курсы, то исчисление стажа в данный период времени следует производить в том же порядке, что и за соответствующую профессиональную деятельность.

В этой связи периоды нахождения истца в ученических отпусках и на курсах повышения квалификации подлежат включению в стаж работы, дающей право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в связи с осуществлением лечебной деятельности.

Разрешая требования истца в части включения в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости периода с 10 июля 1988 года по 24 января 1992 года – обучение в Свердловском медицинском институте суд отмечает, что согласно абзацу 5 пункта 2 Положения от 17 декабря 1959 года № 1397 и действовавшего в период работы истца и на который истец и ее представитель ссылались при рассмотрении дела, время обучения в педагогических учебных заведениях и университетах засчитывается в стаж работы учителей и других работников просвещения, если ему непосредственно предшествовала и непосредственно за ним следовала педагогическая деятельность и расширительному толкованию не подлежат, соответственно, принимая во внимание, что истец не является педагогическим работником, имеет стаж работы по осуществлению лечебной деятельности по охране здоровья населения, обучалась в медицинском учебном заведении, правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 в указанной части не имеется.

Исходя из положений части 1 статьи 22 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» страховая пенсия назначается со дня обращения за указанной пенсией, за исключением случаев, предусмотренных частями 5 и 6 названной статьи, но во всех случаях не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию.

Поскольку с учетом периодов, включенных как ответчиком так и судом, специальный стаж истца на соответствующих видах работ составил менее необходимых 30 лет для назначения досрочной страховой пенсии по старости на основании пункта 20 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400 «О страховых пенсиях», следовательно, у истца не возникло право на назначение пенсии с даты обращения за ее назначением - 14 июля 2015 года, а соответственно у пенсионного органа не возникло такой обязанности. 

В соответствии с части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае если иск удовлетворен частично, указанные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований. При этом гражданским процессуальным законодательством не предусмотрено солидарное взыскание судебных расходов, в связи с чем они подлежат взысканию с каждого из ответчиков в пользу истца в равных долях.

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы по оплате услуг представителя в разумных пределах (статья 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Как указал Конституционный суд Российской Федерации в определении от 17 июля 2007 года № 382-О-О в вышеназванной норме речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле. Установление размера и порядка оплаты услуг представителя относится к сфере усмотрения доверителя и поверенного и определяется договором. Суд не вправе вмешиваться в эту сферу, однако может ограничить взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов сумму, если сочтет её чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств, используя в качестве критерия разумность понесенных расходов.

Разумность пределов возмещаемых расходов определяется путем их соотношения с объектом судебной защиты и объемом защищенного в результате рассмотрения дела права. Кроме того, при определении пределов разумности следует учитывать такие обстоятельства как квалификация представителя; время, которое он затратил на подготовку материалов; сложившуюся в регионе стоимость оплаты услуг представителя; продолжительность рассмотрения дела и его сложность; объем оказанной представителем правовой помощи.

Из разъяснений, содержащихся в пунктах 11, 12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», следует, что разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер; расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах. При этом разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Таким образом, разумность расходов, взыскиваемых на оплату услуг представителя, не может быть определена только исходя из размера фактически понесенных стороной расходов на представителя. Разумность расходов на оплату услуг представителя должна быть обоснована стороной, требующей возмещения указанных расходов (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Разумность предела судебных издержек на возмещение расходов по оплате услуг представителя, требование о которой прямо закреплено в статье 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, является оценочной категорией, поэтому в каждом конкретном случае суд должен исследовать обстоятельства, связанные с участием представителя в споре.

Для установления разумности рассматриваемых расходов суд оценивает их соразмерность применительно к условиям договора на оказание услуг и характера услуг, оказанных в рамках этого договора, их необходимости и разумности для целей восстановления нарушенного права. Оценке подлежат также объем выполненной представителем стороны работы, ее успешность, длительность участия, сложность спора, значимость защищаемого права.

Из материалов дела следует, что истцом ФИО1 понесены расходы на оплату услуг представителя – адвоката Корюкова А.С. в размере 10000 рублей (квитанция серии ** от 13 июня 2018 года).

Определяя размер расходов, подлежащих возмещению в счет оплаты услуг представителя, суд исходит из объема выполненной представителем истца работы, который, в свою очередь, определяется юридической сложностью гражданского спора и длительностью его рассмотрения.

Суд полагает, что с учетом характера и сложности рассматриваемого спора, объема защищаемого права, участия представителя истца в одном судебном заседании – 27 июня 2018 года, результат рассмотрения, достигнутый результат (частичное удовлетворение заявленных требований), наличие возражений ответчика относительно чрезмерности взыскиваемых истцом расходов, размер заявленных расходов является несоотносимым с объемом, выполненной представителем работы, в связи с чем, имеются основания для уменьшения размера суммы, взыскиваемой в возмещение расходов по оплате услуг представителя.

С учетом изложенного суд удовлетворяет требование истца о возмещении расходов на представителя в размере 3000 рублей, которые подлежат взысканию с ответчика ГУ - УПФ РФ в г. Кировграде и г. Верхнем Тагиле Свердловской области в пользу истца. В данном случае, по мнению суда, это в наибольшей степени отвечает требованиям разумности и справедливости, позволяет соблюсти необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей участвующих в деле лиц.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Кировграде и городе Верхнем Тагиле Свердловской области о признании решения об отказе в назначении страховой пенсии досрочно незаконным, включении периодов работы в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, признании права на досрочное назначение страховой пенсии, удовлетворить частично.

Признать решение государственного учреждения – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Кировграде и городе Верхнем Тагиле Свердловской области от 27 июля 2015 года № ** в части отказа во включении ФИО1 в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, периода работы с 09 августа 1983 года по 09 июля 1988 года в качестве фельдшера-лаборанта Свердловского научно-исследовательского института курортологии и физиотерапии (за исключением периодов с 06 августа 1984 года по 20 августа 1984 год, с 06 августа 1985 года по 20 августа 1985 года – отпуска без сохранения заработной платы), периода с 08 января 1986 года по 24 января 1986 года, с 06 июня 1986 года по 25 июня 1986 года, с 06 июня 1987 года по 28 июня 1987 года – ученические отпуска в период работы в качестве фельдшера-лаборанта Свердловского научно-исследовательского института курортологии и физиотерапии, периодов с 23 апреля 1997 года по 28 мая 1997 года, с 03 мая 2000 года по 27 мая 2000 года, с 10 мая 2005 года по 20 мая 2005 года, с 29 октября 2007 года по 10 ноября 2007 года, с 26 ноября 2007 года по 22 декабря 2007 года, с 17 мая 2010 года по 28 мая 2010 года, с 03 декабря 2012 года по 29 декабря 2012 года, с 18 мая 2015 года по 29 мая 2015 года - курсы повышения квалификации в период работы в качестве врача-невролога Государственного бюджетного учреждения Свердловской области «Кировоградская центральная городская больница», незаконным.

Включить ФИО1 в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, период работы с 09 августа 1983 года по 09 июля 1988 года в качестве фельдшера-лаборанта Свердловского научно-исследовательского института курортологии и физиотерапии (за исключением периодов с 06 августа 1984 года по 20 августа 1984 год, с 06 августа 1985 года по 20 августа 1985 года – отпуска без сохранения заработной платы), периоды с 08 января 1986 года по 24 января 1986 года, с 06 июня 1986 года по 25 июня 1986 года, с 06 июня 1987 года по 28 июня 1987 года – ученические отпуска в период работы в качестве фельдшера-лаборанта Свердловского научно-исследовательского института курортологии и физиотерапии, периоды с 23 апреля 1997 года по 28 мая 1997 года, с 03 мая 2000 года по 27 мая 2000 года, с 10 мая 2005 года по 20 мая 2005 года, с 29 октября 2007 года по 10 ноября 2007 года, с 26 ноября 2007 года по 22 декабря 2007 года, с 17 мая 2010 года по 28 мая 2010 года, с 03 декабря 2012 года по 29 декабря 2012 года, с 18 мая 2015 года по 29 мая 2015 года - курсы повышения квалификации в период работы в качестве врача-невролога Государственного бюджетного учреждения Свердловской области «Кировоградская центральная городская больница».

В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать.

Взыскать с государственного учреждения – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Кировграде и городе Верхнем Тагиле Свердловской области в пользу ФИО1 расходы по уплате услуг представителя в размере 3 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме с подачей жалобы через Кировградский городской суд Свердловской области.

Судья 

И.Б. Доева