Дело № 1-89/2020

64RS0022-01-2020-000166-10

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

26 октября 2020 года г. Маркс

Марксовский городской суд Саратовской области в составе:

председательствующего – судьи Алимбекова Т.Ф., 

при секретаре судебного заседания Землянушновой О.А.,

с участием государственного обвинителя Михайлова А.Н., 

представителя потерпевшего Б.Е.,

подсудимого ФИО1 и его защитника – адвоката Переплётчикова И.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении 

ФИО1, 

<

данные изъяты>, не судимого, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.111 УК РФ,

установил:

ФИО1 совершил причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности, при следующих обстоятельствах.

В ночное время 18 июля 2019 года неподалеку от дома 

<

адрес> ввиду противоправных и аморальных действий Б., выразившихся в высказываниях грубой нецензурной бранью в адрес ФИО1 и наступлении Б. в его сторону, ФИО1, неосторожно относясь к последствиям своих действий, толкнул Б. двумя руками в область груди, отчего Б. не устоял на ногах и упал с высоты своего роста, ударившись головой об асфальтированное покрытие. 

После этого Б. поднялся и продолжил распитие спиртного совместно с ФИО1 и другим лицом, однако, той же ночью у дома 

<

адрес> Б. вновь стал выражаться грубой нецензурной бранью в адрес ФИО1, наступать в его сторону, ввиду чего ФИО1, неосторожно относясь к последствиям своих действий, нанес Б. один удар кулаком в лицо, отчего Б. упал и ударился головой об асфальтированное покрытие.

В результате указанных действий ФИО1 с последующими падениями Б. последний получил 

<

данные изъяты>, которые расцениваются как причинившие тяжкий вред здоровью, по признаку развития угрожающего жизни состояния, а также ссадины верхней трети правого предплечья, кровоподтек области правого тазобедренного сустава, которые расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступления не признал, сообщил о том, что в ночное время 18 июля 2019 года распивал спиртное в районе домов 

<

адрес> совместно с Б., М. и другими лицами. При этом отметил, что у Б. имелся синяк под левым глазом, полученный ранее. В процессе распития спиртного Б. неоднократно падал, ударяясь, в том числе левой стороной тела. Кроме того, сообщил о том, что один раз Б. упал, ударившись затылком об асфальт, после чего встал и продолжил распитие спиртного. Спустя некоторое время при движении у магазина, расположенного по адресу: 

<

адрес>, Б. начал выражать в его адрес грубой нецензурной бранью, надвигаться на него и замахнулся, высказав угрозу убийством, попытавшись нанести удар рукой, от которого он увернулся и толкнул Б. в подбородок, отчего он упал, ударился затылочной частью, после этого падения встать не смог. В дальнейшем совместно с М. они доставили Б. к месту его жительства, где передали матери. 

Несмотря на позицию ФИО1, его вина в совершении описанного выше преступления подтверждается совокупностью собранных и исследованных в судебном заседании доказательств. 

Так, допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля Б.Е.. сообщила о том, что 17 июля 2019 года ее сын Б.. ушел из дома, около 22 часов звонил ей, а около 04 часов 18 июля 2019 года его принесли домой ФИО1 и М., сообщили что распивали вместе спиртное. По ее указанию оставили сына во дворе, весь следующий день он не вставал, произошедших с ним событий не помнил, а днем 19 июля 2019 года был госпитализирован скорой медицинской помощью, помещен в реанимацию и проходил лечение по поводу черепно-мозговой травмы. Также сообщила, что 10 февраля 2020 года Б. скончался после падения в гараже. 

При этом свидетель М. в судебном заседании сообщил о том, что около 02 часов одного из дней лета 2019 года распивал спиртное совместно с ФИО1 и Б. в районе 

<

адрес>, когда Б. начал нецензурно выражаться в адрес ФИО1 и наступал на него, но никаких ударов и замахов не наносил, ФИО1 первоначально отступал, а затем несильно оттолкнул Б. в грудь руками, в связи с чем тот упал и ударился головой об асфальт, однако сразу встал и продолжил распитие спиртного. Впоследствии втроем они отправились на поиски очередной порции спиртного, однако, проходя мимо магазина на том же проспекте, Б. вновь начал высказываться грубой нецензурной бранью в адрес ФИО1 и наступать на него, на что ФИО1 ударил Б. рукой в область лица, отчего Б. вновь упал и ударился головой об асфальт, встать не смог, членораздельно не говорил. Вместе с ФИО1 на попутном автомобиле доставили Б. по месту жительства, где передали матери, положив на землю во дворе. Также свидетель настоял на том, что до действий ФИО1 каких-либо видимых телесных повреждений у Б. не имелось.

Аналогичные сведения сообщил М. на осмотре места происшествия, в ходе которого неподалеку от 

<

адрес> указал на асфальтированный участок местности, сообщив, что на нем Б., не устояв на ногах, упал на спину после толчка в грудь ФИО1, также указал на асфальтированный участок у магазина, расположенного по адресу: 

<

адрес>, где Б. той же ночью, не устояв на ногах, упал после получения удара в лицо от ФИО2 Отметил, что указанные события имело место примерно с 02 часов до 03 часов 15 минут 18 июля 2019 года. Данные сведения зафиксированы в протоколе осмотра места происшествия от 4 октября 2019 года с фототаблицей, в судебном заседании свидетель М. содержание данного протокола подтвердил.

Вышеизложенные показания свидетелей подтверждаются заключением судебно-медицинской экспертизы от 11 марта 2020 года №, согласно которому у Б., помимо телесных повреждений, обозначенных группой «Б» в виде ссадины верхней трети правого предплечья, кровоподтека области правого тазобедренного сустава, которые не причинили вреда здоровью, обнаружены также повреждения, отнесенные к группе «А», в виде 

<

данные изъяты>, которые расцениваются как причинившие тяжкий вред здоровью, по признаку развития угрожающего жизни состояния.

Из того же заключения следует, что все телесные повреждения образовались от действия тупых твердых предметов, повреждения в области головы образовались не менее чем от трех травматических воздействий с местом контакта травмирующего агента в области левого глаза (кровоподтек), затылочной области (локализация ссадины) и теменной области справа (место локализации ссадины).

При этом, учитывая количество и локализацию повреждений, от однократного падения и ударе о травмирующие поверхности, даже при придании телу первоначального ускорения, произойти они не могли. Также не могли образоваться повреждения в области головы и от одного удара в эту область.

При условии неоднократного падения механизм образования всех повреждений представлен экспертами следующим образом:

1) падение на затылок (место контакта ссадина), как при придаче ускорения, так и без такого, с образованием ушибов головного мозга в лобной височной и теменной областях левого полушария, кровоизлияниями под оболочки мозга;

2) первоначальное воздействие травмирующего агента в область левого глаза (кровоподтек), придача телу ускорения, падение и удар правой теменной областью головы о травмирующий агент (место контакта ссадина) с образованием трещины правой и левой теменных костей, ушиба правой теменной доли головного мозга, ушиб лобной, теменной и височной долей левого полушария.

Согласно выводов того же заключения, после получения черепно-мозговой травмы с ушибом головного мозга, кровоизлияниями под и над оболочками головного мозга, переломами костей черепа, как правило, наступает потеря сознания, человек на может совершать активные, осознанные, целенаправленные действия, данный промежуток может длиться от нескольких секунд до нескольких суток (л.д.201-222 т.1).

Таким образом, выводы указанной экспертизы о механизме получения телесных повреждений Б. и их последствиях объективно подтверждают показания свидетеля М. о действиях ФИО1 в отношении потерпевшего и потере сознания последним после второго падения, а также показания Б.Е. о доставлении ее сына ранним утром 18 июля 2019 года в бессознательном состоянии, в котором он оставался длительное время до его госпитализации. 

Согласуются вышеприведенные доказательства и с показаниями свидетеля И., показания которого, данные в ходе предварительного следствия, оглашены в судебном заседании в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, который сообщил о том, что 19 июля 2019 года от Б.Е. узнал о том, что ее сын Б. сутки не встает с кровати, прибыв в их квартиру обнаружил последнего лежащим в кровати с гематомой под левым глазом, передвигаться он не мог, речь была невнятная, событий получения травмы не помнил, Б. был госпитализирован скорой медицинской помощью (л.д.35-37 т.2).

Данные сведения подтверждены показаниями свидетеля С.М. – фельдшера отделения скорой медицинской помощи ГУЗ СО «Марксовская районная больница», данными в ходе предварительного следствия, оглашенными в судебном заседании в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, в которых он сообщил о том, что в 11 часов 19 июля 2019 года прибыл по вызову к месту жительства Б., последний был госпитализирован в тяжелом состоянии в медицинское учреждение, при этом у него имелись ссадины и ушибы в теменной и затылочных областях (л.д.120-123 т.2).

Подтверждены показания данного свидетеля и картой вызова скорой медицинской помощи от 11 июля 2019 года №, содержащей аналогичные сведения (л.д.124 т.2). 

Свидетель Б.Р. – врач ГУЗ СО «Марксовская районная больница», показания которого, данные в ходе предварительного следствия, оглашены в судебном заседании в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, сообщил о том, что около 12 часов 19 июля 2019 года в ГУЗ СО «Марксовская районная больница» поступил Б., который первоначально был помещен в реанимационное отделение и впоследствии проходил лечение по 31 июля 2019 года с диагнозом «закрытая черепно-мозговая травма с ушибом головного мозга средней степени тяжести, эпидуральная гематома в левой лобно-теменной области, линейный перелом левой теменной кости с переходом на правую теменную кость, травматический средний отит, гемотимпанит, отек век левого глаза, ушиб мягких тканей левой лобно-височно-теменной области, ссадина верхней трети задней поверхности правого предплечья, ушиб, кровоподтек в области правого тазобедренного сустава» (л.д.225-228 т.1).

Подтверждаются показания названного свидетеля и протоколом осмотра документов от 18 марта 2020 года – медицинской карты стационарного больного Б., который поступил в ГУЗ СО «Марксовская районная больница» в 12 часов 30 минут 19 июля 2019 года, проходил лечение по поводу указанных свидетелем телесных повреждений по 31 июля 2019 года (л.д.249-250 т.1, л.д.1-7 т.2). 

Таким образом, проверив и оценив в соответствии со ст.ст.87, 88 УПК РФ каждое из приведенных выше доказательств с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, суд приходит к выводу о том, что все они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, в совокупности подтверждают вину ФИО1 в совершении преступления и квалифицирует его действия по ч.1 ст.118 УК РФ, как причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности.

Как установлено в судебном заседании, в ходе ссоры, в ходе которой Б. нецензурно выражался в адрес ФИО1 и наступал на него, последний толкнул потерпевшего в грудь, отчего тот упал и ударился головой об асфальт, после встал, продолжил распитие спиртного. Спустя некоторое время, после повторения Б. своих указанных выше действий, ФИО1 нанес удар в область лица потерпевшего, от которого тот упал и ударился головой об асфальт. 

В результате указанных падений Б. получил телесные повреждения в области головы, повлекшие тяжкий вред здоровью потерпевшего, по признаку опасности для жизни. 

При этом суд приходит к убеждению о том, что указанные выше действия ФИО1 по отношению к Б. носили неосторожный характер в виде небрежности, так как, толкая Б. и нанося удар в область лица потерпевшего, когда тот находился в состоянии опьянения, стоял на асфальтированной поверхности, ФИО1 при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог в силу своего умственного развития, возраста и жизненного опыта предвидеть последствия этих своих действий в виде падения потерпевшего и удара областью расположения жизненно важных органов, в том числе головой о твердую асфальтированную поверхность, с причинением тяжкого вреда его здоровью.

Вместе с тем доводы стороны обвинения о том, что те же действия ФИО1 следует квалифицировать по ч.1 ст.111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью Б., опасного для жизни человека, суд находит несостоятельными. 

В силу ст.25 УК РФ умышленным преступлением признается деяние, совершенное с прямым или косвенным умыслом.

При этом преступление признается совершенным с прямым умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий, предвидело возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желало их наступления.

Преступление признается совершенным с косвенным умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий, предвидело возможность наступления общественно опасных последствий, не желало, но сознательно допускало эти последствия либо относилось к ним безразлично.

Вместе с тем, указанные выше действия ФИО1, выразившиеся в однократном толчке руками в грудь и в единственном ударе в область лица потерпевшего, которые сами по себе, исходя из заключения судебно-медицинской экспертизы, не повлекли какого-либо вреда здоровью потерпевшего, об умысле подсудимого на причинение тяжкого вреда свидетельствовать не могут. 

Не подтверждают мнение стороны обвинения об умышленном характере действий подсудимого и обстоятельства, при которых указанные действия были совершены ФИО1, когда между единичными толчком в грудь и ударом в область лица прошел промежуток времени около 40 минут, тогда как все действия ФИО1 были спровоцированы противоправным и аморальным поведением потерпевшего, выразившемся в нецензурных выражениях в адрес ФИО1 с одновременным наступлением в сторону подсудимого.

В силу принципа презумпции невиновности обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, а все неустранимые сомнения в доказанности обвинения, в том числе в части формы вины, толкуются в пользу подсудимого. 

Установленные же по настоящему делу обстоятельства вызывают у суда сомнения в том, что, совершая упомянутые выше действия, ФИО1 предвидел возможность или неизбежность падения Б. с последующим ударом головой и желал этих последствий, или не желал, но сознательно допускал их либо относился к ним безразлично, тогда как стороной обвинения, доказательств, которые могли бы устранить данные сомнения, не представлено.

Таким образом, суд приходит к выводу о совершении ФИО1 преступления, предусмотренного ч.1 ст.118 УК РФ, по которой он и должен быть привлечен к уголовной ответственности.

К показания подсудимого ФИО1 о том, что встретил Б. с синяком под левым глазом, последний в ходе распития спиртного упал с лавки, а в дальнейшем падал на левую сторону тела, самостоятельно упал и ударился затылком об асфальт, а впоследствии с угрозой убийства попытался нанести удар, от которого он (ФИО1) увернулся и нанес толчок потерпевшего в область челюсти, суд отвергает, как ложные, данные в целях уклонения от уголовной ответственности за совершенное преступление, поскольку они опровергаются совокупностью приведенных выше доказательств, в том числе показаниями потерпевшего М., которые на протяжении всего уголовного судопроизводства носили последовательный характер, даны после разъяснения уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, тогда как каких-либо убедительных данных о возможности оговора со стороны М. стороной защиты не представлено.

При этом показания названного свидетеля согласуются с выводами изложенного ранее заключения судебно-медицинской экспертизы о характере, механизме получения и последствиях телесных повреждений у Б., а также с показаниями свидетелей, допрошенных по уголовному делу.

Показания свидетеля А., в которых он сообщил о том, что также принимал участие в распитии спиртного совместно с ФИО1, Б. и М., при котором также присутствовала и С., содержащие иные сведения о предшествовавших событию преступления обстоятельствах, моменте появления М. и месте распития спиртного, а также о падении потерпевшего с лавки, как и показания свидетеля П. о том, что наблюдал названных выше лиц вместе перед событием преступления, судом также отвергаются.

При этом суд приходит к выводу о том, что данные свидетели привлечены стороной защиты к судебному разбирательству в попытке опорочить показания М., которые, как отмечено выше, носили последовательный характер и подтверждены совокупностью других доказательств. 

Кроме того, показания названных свидетелей защиты опровергаются и показания свидетеля С., данными в ходе предварительного следствия, оглашенными в судебном заседании в соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ, в которых она сообщила о том, что до 23 часов 17 июля 2019 года в районе 

<

адрес> встретила ФИО1 и Б., которые вместе распивали пиво, при этом М. среди них не было, вскоре она покинула указанное место (л.д.21-23 т.2). 

В судебном заседании свидетель С. показания в части места, времени и состава участников тех событий изменила, фактически повторив версию о тех обстоятельствах, выдвинутую свидетелями А. и П., а в дальнейшем и подсудимым, вместе с тем, каких-либо убедительных и логичных объяснений изменения ранее данных показаний свидетель С. привести не смогла, тогда как на досудебной стадии уголовного судопроизводства давала показания после разъяснения положений уголовно-процессуального закона о том, что ее показания могут быть использованы в качестве доказательства и при последующем отказа от них.

Таким образом, судом показания свидетеля С. в судебном заседании признаются недостоверными, данными в целях оказания помощи подсудимому в уклонении от уголовной ответственности, с которым имеет длительные личные отношения, 

Представленные стороной защиты в судебное заседание аудиозаписи, содержащие речь мужчины, которым, по утверждениям подсудимого, является М., излагающий иную версию произошедшего с Б., установленным уголовно-процессуальным законом критериям доказательств на отвечают, во внимание судом не принимаются, тогда как показания допрошенного в судебном заседании в соответствии с требованиями закона свидетеля М., согласуются с совокупностью других доказательств, а потому признаны судом достоверными. 

При таких обстоятельствах, оснований полагать, что ФИО1 при совершении установленных судом действий находился в состоянии необходимой обороны либо превышения ее пределов, а соответственно и отсутствии в его действиях состава преступления, не имеется, поскольку какого-либо общественно-опасного посягательства со стороны Б. не установлено.

Заключения судебно-медицинских экспертиз от 19 августа 2019 года № и от 30 октября 2019 года № об имеющихся у Б. телесных повреждениях и о минимальном количестве травматических воздействий в область головы суд во внимание не принимает, поскольку приходит к выводу о том, что заключение от 11 марта 2020 года №, составленное комиссией экспертов с привлечением врача-рентгенолога, после исследования дополнительных материалов, в том числе данных компьютерной томографии головного мозга потерпевшего, является более полным и точным, подготовлено после разъяснения экспертам уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, каких-либо противоречий в исследовательской части и выводах не содержит, согласуется с другими доказательствами по делу, а потому и положено судом в основу приговора.

Также не принимается судом во внимание имеющаяся в материалах дела справка врача Б.Р., датированная 19 мая 2019 года, о поступлении в медицинское учреждение Б. 19 июня 2019 года, как содержащая заведомо недостоверные сведения, опровергнутая совокупностью всех исследованных в судебном заседании доказательств. 

Судом исследовался вопрос о вменяемости подсудимого ФИО1, который на учете у врачей психиатра и нарколога не состоит, что подтверждается справками ГУЗ СО «Марксовская районная больница» от 23 октября 2020 года (л.д.72 т.2). 

Из заключения судебно-психиатрической экспертизы от 22 мая 2020 года № следует, что 

<

данные изъяты> (л.д.113-114 т.2).

Учитывая данные о психическом состоянии подсудимого, принимая во внимание его поведение при совершении преступления и в судебном заседании, суд признает ФИО1 вменяемым, подлежащим уголовной ответственности и наказанию.

При назначении наказания суд в соответствии со ст.6 УК РФ руководствуется принципом справедливости, в силу ст.60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. 

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, судом не установлено.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, в соответствии с п. «з» ч.1 ст.61, ч.2 ст.61 УК РФ суд учитывает противоправность и аморальность поведения потерпевшего, выразившиеся в нецензурных выражениях и наступлении в сторону ФИО1, наличие у подсудимого 

<

данные изъяты> (л.д.87, 88 т.2).

Учитываются при назначении наказания и удовлетворительная характеристика ФИО1 по месту жительства, положительная с мест прежней работы, привлечение к уголовной ответственности впервые (л.д. 85, 91 т.2). 

При определении вида и размера наказания за содеянное ФИО1 суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им неосторожного преступления, отнесенного ч.2 ст.15 УК РФ к категории небольшой тяжести, направленного против личности, вышеуказанные смягчающие обстоятельства и характеризующие подсудимого данные, и приходит к выводу о том, что цели наказания в отношении ФИО1 могут быть достигнуты только путем назначения ему наказания в виде ограничения свободы.

Решая вопрос о мере пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу, учитывая назначение ему наказания, не связанного с лишением свободы, суд приходит к выводу об изменении ему меры пресечения виде заключения под стражу на подписку о невыезде и надлежащем поведении с зачетом срока содержания под стражей в срок наказания в соответствии с ч.3 ст.72 УК РФ. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.308-309 УПК РФ, суд

приговорил:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.118 УК РФ, по которой назначить наказание в виде ограничения свободы сроком на 2 (два) года 6 (шесть) месяцев.

ФИО1 установить следующие ограничения:

- не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в период времени с 22 часов 00 минут до 06 часов 00 минут;

- не посещать места общественного питания, в которых осуществляется продажа алкогольной продукции, расположенные в пределах территории Марксовского муниципального района Саратовской области;

- не выезжать за пределы территории Марксовского муниципального района Саратовской области;

- не посещать места проведения массовых мероприятий и не участвовать в указанных мероприятиях;

- не изменять место жительства или пребывания, место работы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации. 

Возложить на осужденного ФИО1 обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, два раз в месяц для регистрации. 

Меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу изменить на подписку о невыезде и надлежащем поведении, из-под стражи ФИО1 освободить немедленно в зале суда.

Зачесть в срок отбывания наказания время содержания ФИО1 под стражей с 08 октября 2020 года по 26 октября 2020 года включительно из расчета один содержания под стражей за два дня отбывания наказания в виде ограничения свободы. 

Вещественные доказательства по вступлении приговора в законную силу, а именно:

- диск и медицинские документы, изъятые у Б.Е., хранящиеся при уголовном деле, вернуть последней;

- медицинскую карту стационарного больного, хранящуюся при деле, вернуть в ГУЗ СО «Марксовская районная больница».

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Саратовского областного суда в течение 10 суток со дня постановления путем принесения апелляционной жалобы (представления) через Марксовский городской суд Саратовской области. 

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем должен заявить в своей апелляционной жалобе, а если дело рассматривается по представлению прокурора или по жалобе другого лица – в отдельном ходатайстве или возражениях на жалобу, либо представление.

Судья Марксовского городского суда 

Саратовской области Т.Ф. Алимбеков