Судья Киселева Т.В. Дело № 22-306/2026

УИД: 42RS0006-01-2025-001074-18

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Кемерово 18 февраля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Кемеровского областного суда в составе:

председательствующего судьи – Мельникова Д.А.,

судей – Климовой Н.А., Воробьевой Н.С.,

при секретаре Нарышкине П.А.,

с участием прокурора Ларченко Т.А.,

осужденного ФИО1 (видеоконференц-связь),

адвоката Лужных И.Э.

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО1 на постановление Кировского районного суда г.Кемерово от 20 ноября 2025 года об установлении срока ознакомления с материалами дела, апелляционному представлению государственного обвинителя Егорова Ф.Н., апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и его адвоката Артамоновой Я.В., на приговор Кировского районного суда г. Кемерово от 14 октября 2025 года, которым:

ФИО1, 

<

данные изъяты>, судимый:

1) 21.07.2008 Центральным районным судом г. Кемерово по ч. 4 ст. 111 УК РФ, с применением ст. 70 УК РФ (приговор от 13.11.2007, судимость по которому погашена) к 9 годам 10 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Освобожден по отбытии наказания 30.06.2017;

2) 07.03.2019 Центральным районным г. Чита по п. «а, г» ч. 2 ст. 161 УК РФ к 1 году 10 месяцам отбывания наказания в исправительной колонии особого режима. Освобожден по отбытии наказания 07.10.2020. Решением Центрального районного суда г. Новокузнецка от 10.08.2020 установлен административный надзор на срок 8 лет;

3) 05.04.2023 Березовским городским судом Кемеровской области по ч. 1 ст. 314.1 УК РФ, ч. 2 ст. 159 УК РФ, на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ к 2 годам 3 месяцам лишения свободы, с применением ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 2 года;

4) 16.07.2024 Березовским городским судом Кемеровской области по ч. 1 ст. 314.1 УК РФ к 6 месяцам лишения свободы, на основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 1 год;

5) 09.07.2025 Березовским городским судом Кемеровской области по ч. 1 ст. 314.1 УК РФ, на основании ч. 4 ст. 74, ст. 70 УК РФ (приговоры от 05.04.2023, от 16.07.2024) к 2 годам 6 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима;

6) 20.08.2025 Березовским городским судом Кемеровской области по ч. 1 ст. 314.1 УК РФ, ч. 1 ст. 314.1 УК РФ, на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ, ч. 5 ст. 69 УК РФ (приговор от 09.07.2025) к 2 годам 8 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима;

7) 10.09.2025 Березовским городским судом Кемеровской области по ч. 1 ст. 314.1 УК РФ, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ (приговор от 20.08.2025) к 2 годам 10 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима;

8) 03.10.2025 Юргинским городским судом Кемеровской области по ч. 1 ст. 158 УК РФ, ч. 1 ст. 158 УК РФ, ч. 1 ст. 158 УК РФ, ст. 158.1 УК РФ, ст. 158.1 УК РФ, на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ, ч. 5 ст. 69 УК РФ (приговор от 10.09.2025) к 3 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима,

Осужден по ч. 3 ст. 30 - п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к 8 годам лишения свободы.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказания, назначенного данным приговором, и наказания, назначенного приговором Юргинского городского суда Кемеровской области от 03.10.2025, окончательно к отбытию назначено наказание 8 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

Мера пресечения оставлена без изменения в виде заключения под стражей до вступления приговора суда в законную силу.

В соответствии с ч. 3.2 ст. 72 УК РФ зачтено в срок лишения свободы период содержания под стражей по настоящему приговору с 19.04.2025 до 09.07.2025 и с 14.10.2025 до вступления приговора суда в законную силу, по приговору Березовского городского суда Кемеровской области от 09.07.2025 с 09.07.2025 до 06.08.2025, по приговору Березовского городского суда Кемеровской области от 20.08.2025 с 20.08.2025 до 10.09.2025, по приговору Березовского городского суда Кемеровской области от 10.09.2025 с 10.09.2025 до 01.10.2025, по приговору Юргинского городского суда Кемеровской области от 03.10.2025 с 03.10.2025 до 14.10.2025 из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии особого режима.

Зачтено в срок отбытия наказания наказание, отбытое по приговору Березовского городского суда Кемеровской области от 09.07.2025 с 06.08.2025 до 20.08.2025, по приговору Березовского городского суда Кемеровской области от 10.09.2025 с 01.10.2025 до 03.10.2025.

Приговором разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

Постановлением Кировского районного суда г. Кемерово от 20 ноября 2025 года установлен срок ознакомления с материалами дела в количестве 5 рабочих дней.

Заслушав доклад председательствующего судьи, выступление осужденного и защитника поддержавших доводы апелляционных жалоб и возражавших по доводам апелляционного представления, выслушав мнение прокурора, полагавшего необходимым приговор суда изменить по доводам апелляционного представления, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 осужден за покушение на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), совершенный группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере.

Преступление совершено 18.04.2025 в г. 

<

данные изъяты> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Егоров Ф.Н. выражает несогласие с приговором суда в связи с неправильным применением уголовного закона, нарушением уголовно-процессуального закона и как следствие несправедливости назначенного наказания, ввиду чрезмерной мягкости.

Ссылаясь на нормы закона, указывает, что назначая ФИО1 наказание по ч. 3 ст. 30 - п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ в виде 8 лет лишения свободы, суд первой инстанции сослался на положения ч. 3 ст. 66 и ч. 2 ст. 68 УК РФ, не усмотрев оснований для применения положений ст. 64 УК РФ.

При этом судом оставлено без внимания, что санкция ч. 4 ст. 228.1 УК РФ предусматривает наказание в виде лишения свободы от 10 до 20 лет. С учетом применения положений ч. 3 ст. 66 УК РФ верхний предел лишения свободы составляет 15 лет. Однако, принимая во внимание, что нижний предел санкции ч. 4 ст. 228.1 УК РФ составляет 10 лет лишения свободы, назначение наказания ниже низшего предела возможно лишь по правилам ст. 64 УК РФ, оснований к применению которых судом первой инстанции не установлено.

Учитывая изложенное, полагает, что наказание ФИО1 по ч. 3 ст. 30 - п. "г" ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, с учетом применения положений ч. 3 ст. 66 и ч. 2 ст. 68 УК РФ, не могло быть назначено менее 10 лет лишения свободы, то есть ниже низшего предела, в связи с чем приговор подлежит изменению, а назначенное ФИО1 наказание как за совершенное преступление по данному приговору так и по совокупности преступлений по ч. 5 ст. 69 УК РФ усилению.

Просит приговор изменить, усилить назначенное ФИО1 наказание за совершение преступления, предусмотренного ч.3 ст.30 – п. «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ до 10 лет 6 месяцев лишения свободы; усилить наказание, назначенное по совокупности преступлений путем частичного сложения наказания, назначенного по данному приговору с наказанием, назначенным приговором Юргинского городского суда Кемеровской области от 03.10.2025 в соответствии с ч.5 ст.69 УК РФ до 11 лет лишения свободы. В остальной части приговор оставить без изменения.

В апелляционной жалобе (с дополнениями) осужденный ФИО1, выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным, необоснованным, подлежащим отмене, в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре фактическим обстоятельствам уголовного дела, существенным нарушениям уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона.

Выражает несогласие с квалификацией его действий и указывает, что в основу выводов суда, положены показания свидетелей К. и П. данные ими в ходе предварительного следствия и оглашенные в судебном заседании (т.1 л.д. 46-48, 49-51), в которых данные свидетели пересказали ход и результаты следственного действия, но и пояснили, что в ходе изъятия у него 

<

данные изъяты> средства он пояснял, что 

<

данные изъяты> средство в 20 свертках он должен был перепрятать в другое место, а 2 свертка оставить себе за работу. Поэтому полагает, что показания данных свидетелей — это фактически пересказ его показаний без адвоката.

Ссылаясь на нормы закона, оспаривает наличие в его действиях квалифицирующих признаков, направленных на незаконный сбыт 

<

данные изъяты> средств, бесконтактным способом с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), по предварительному сговору в крупном размере.

По мнению осужденного, квалифицирующий признак «группой лиц по предварительному сговору» подлежит исключению из объема предъявленного ему обвинения исходя из положений ст.252 УПК РФ.

Далее осужденный цитирует фабулу предъявленного обвинения и полагает, что материалы уголовного дела не содержат доказательств о переписке и договоренности, о его умысле на сбыт, о закладках, об оплате и действиях каждого из участников, а выводы суда в этой части являются предположением, а потому голословны. Данные обстоятельства были установлены следствием, а не судом. При таких обстоятельствах полагает, что его действия должны быть квалифицированы по ч.2 ст.228 УК РФ, более того, полагает, что в отношении него необходимо проведение 

<

данные изъяты> экспертизы 

<

данные изъяты>.

Считает, что предъявленное ему обвинение и полное отсутствие доказательств его вины, прямо нарушает требования ч.2 ст.14 УПК РФ, поскольку он лишен возможности опровергать и оспаривать доказательства его вины по причине их отсутствия.

Полагает, что суд первой инстанции, при вынесении приговора нарушил требования, изложенные в п.19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 №55.

Просит приговор отменить, направить уголовное дело на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

В апелляционной жалобе на постановление Кировского районного суда г.Кемерово от 20 ноября 2025 года об установлении осужденному срока ознакомления с материалами дела, осужденный ФИО1 считает постановление суда незаконным, необоснованным, подлежащим отмене.

По мнению осужденного, суд первой инстанции при принятии решения по его заявленному ходатайству, не принял во внимание требования закона, изложенные в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2015 №29 и формально подошел к принятию решения, принял во внимание только количество томов по данному уголовному делу. Однако судом не учтено, что материалы уголовного дела содержат ряд вещественных доказательств, в том числе дисков.

Также полагает, что судом не учтено то обстоятельство, что он не знакомился с протоколами и аудио-протоколами судебных заседаний. Более того, ему было отказано в выдачи копий протоколов судебного заседания, что также полагает необоснованным.

При таких обстоятельствах, считает, что суд при разрешении вопроса об установлении срока для дополнительного ознакомления с материалами уголовного дела, суд первой инстанции не учел и не выяснил все значимые обстоятельства, а также его позицию, в связи с чем вынес решение, основанное исключительно на предположениях, что повлекло нарушение его права на защиту.

Считает, что не рассмотрение вопроса судом первой инстанции вопроса об ознакомлении с вещественными доказательствами, видеозаписью и аудио протоколами является безусловным обстоятельством, препятствующим апелляционному рассмотрению уголовного дела.

Ссылаясь на нормы закона, просит постановление отменить, уголовное дело вернуть в суд первой инстанции, для устранения обстоятельств, препятствующих его рассмотрению, а именно предоставление права осужденному ознакомится со всеми материалами уголовного дела, а не только с письменными.

В апелляционной жалобе адвокат Артамонова Я.В. выражает несогласие с приговором суда, считает назначенное наказание несправедливым, чрезмерно суровым, подлежащим изменению.

По мнению защитника, суд, при назначении наказания, не учел в достаточной степени совокупность смягчающих наказание обстоятельств, данные о личности ФИО1, а также не исследовал вопрос о влиянии назначенного наказания на условия жизни ФИО1 Совокупность смягчающих наказание обстоятельств перечислена судом в приговоре формально.

Отмечает, что ФИО1 в судебном заседании частично признал вину, в ходе предварительного следствия не чинил препятствия расследованию преступления, в ходе опроса 18.04.2025 предоставил органам следствия информацию, ранее им неизвестную, имеющую значение для раскрытия и расследования преступления, о совершенном с его участием преступлении, его роли в преступлении, периоде принятия решения о занятии преступной деятельностью, то есть своим поведением активно способствовал раскрытию и расследованию преступлений. Кроме того, ФИО1 

<

данные изъяты>

Просит приговор изменить, снизить размер назначенного наказания.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, апелляционных жалоб, заслушав выступления сторон, судебная коллегия приходит к выводу что приговор подлежит изменению по доводам апелляционного представления, в связи с неправильным применением уголовного закона, при назначении наказания (п. 3 ст. 389.15, п. 1 ч. 1 ст. 389.18 УПК РФ).

Выводы суда о доказанности вины ФИО1 в инкриминируемом ему преступлении, соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным судом первой инстанции, и подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, подробно приведенных в приговоре, достоверность которых сомнений не вызывает, в том числе:

- показаниями свидетелей К. и П., данными в ходе предварительного расследования и судебного заседания, свидетелей 

<

данные изъяты> данными в ходе предварительного расследования;

- протоколом личного досмотра, результатами ОРМ «Наблюдение», заключением судебной экспертизы материалов, веществ и изделий (физико-химических), протоколами осмотров предметов (документов),

- иными доказательствами, протоколами следственных и процессуальных действий, подробно приведенными в приговоре.

Все изложенные в приговоре доказательства суд, в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности. Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что все доказательства, положенные в основу приговора суда, являются допустимыми, достоверными, а в своей совокупности - достаточными для признания ФИО1 виновным в совершении инкриминированного ему деяния.

Согласно материалам уголовного дела привлечение ФИО1 к уголовной ответственности соответствует положениям гл. 23 УПК РФ. В предъявленном осужденному обвинении содержится описание преступления с указанием времени, места его совершения, а также иных обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии с пунктами 1 - 4 части первой статьи 73 УПК РФ. Обвинительное заключение составлено в соответствии с требованиями ст. 220 УПК РФ и не исключает возможность постановления приговора на его основе, в связи с чем оснований для возврата уголовного дела прокурору в порядке п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ не имеется. Несогласие осужденного с содержанием предъявленного обвинения и обвинительного заключения о нарушении уголовно-процессуального закона не свидетельствует, поскольку следователь в соответствии со ст. 38 УПК РФ уполномочен самостоятельно направлять ход расследования и принимать решение о производстве следственных и иных процессуальных действий.

Уголовное дело в отношении ФИО1 рассмотрено в соответствии с требованиями ст. ст. 273 - 291 УПК РФ, судебное следствие по делу проведено с соблюдением принципов уголовного судопроизводства на основании состязательности сторон. Из протокола судебного заседания усматривается, что суд создал сторонам обвинения и защиты равные условия для исполнения ими своих процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, исследовал все представленные сторонами доказательства и разрешил по существу все заявленные ходатайства, в точном соответствии с требованиями ст. 271 УПК РФ.

Сам по себе отказ суда в удовлетворении ходатайств стороны защиты при соблюдении процедуры их рассмотрения не свидетельствует об ущемлении прав участников судопроизводства и о рассмотрении судом уголовного дела с обвинительным уклоном. Все доводы осужденного и защитника были проверены судом первой инстанции и им дана надлежащая оценка, которая сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает.

Каких-либо оснований ставить под сомнение объективность и беспристрастность суда не имеется. Предвзятого отношения к осужденному со стороны председательствующего судьи не усматривается, как не усматривается и того, что суд создал стороне обвинения или защиты более благоприятные условия для реализации предоставленных прав, в связи с чем положения частей 3 и 4 ст. 15 УПК РФ, судом соблюдены.

Обвинительный приговор полностью соответствует требованиям ст. ст. 297, 304, 307 - 309 УПК РФ, и пунктов 6 и 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 N 55 «О судебном приговоре», содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанными, с указанием места, времени, способа их совершения, формы вины осужденного, мотивов, целей, раскрыто основное содержание доказательств (при этом закон не требует их отражения в приговоре в полном объеме), которые были непосредственно исследованы в судебном заседании, все положенные в основу приговора доказательства приведены в той части, в которой имеют отношение к рассматриваемым судом вопросам, при этом суть показаний осужденного, свидетелей, заключений экспертов, протоколов следственных действий не искажена. Кроме того, суд привел в приговоре убедительные причины, по которым он признал достоверными одни доказательства и отверг другие.

Описание деяния, признанного судом доказанным, в соответствии с требованиями п. 1 ч. 1 ст. 307 УПК РФ содержит все необходимые сведения, позволяющие судить о событии преступления, причастности к нему ФИО1 и его виновности в содеянном, а также об обстоятельствах, достаточных для правильной правовой оценки содеянного. Обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, судом установлены правильно.

Суд первой инстанции привел и оценил показания свидетелей данные в ходе предварительного расследования и судебного заседания, по обстоятельствам имеющим значение для доказывания, которые согласуются с иными доказательствами, изложенными в приговоре. Каких-либо данных о заинтересованности со стороны указанных лиц при даче показаний в отношении ФИО1, оснований для оговора ими осужденного, равно как и существенных противоречий в их показаниях по обстоятельствам дела, ставящих их под сомнение и которые повлияли или могли повлиять на выводы и решение суда о виновности ФИО1, на правильность применения уголовного закона и определение ему меры наказания, материалами дела не установлено и не приведено в суде апелляционной инстанции. Свидетели неприязненных отношений к осужденному, способных повлиять на дачу правдивых показаний, не имеют, были допрошены после предупреждения об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, после разъяснения положений ст. 51 Конституции России, в связи, с чем оснований не доверять их показаниям у суда не имелось. Оснований, предусмотренных ст. 75 УПК РФ для признания показаний свидетелей недопустимыми доказательствами не имеется.

Свидетели К. и П. являясь незаинтересованными лицами, принимавшими участие в качестве понятых дали показания по обстоятельствам проведения следственных и процессуальных действий произведенных с их непосредственным участием по обнаружению и изъятию у ФИО1 наркотических средств.

Доводы осужденного о необходимости признания показаний свидетелей К. и П. недопустимыми доказательствами основаны на неправильном понимании уголовно-процессуального закона и судом отклоняются.

Свидетели К. и Ф. являются сотрудниками органов внутренних дел, проводившим оперативно-розыскные мероприятия и процессуальные действия по данному уголовному делу, дали показания по обстоятельствам совершения осужденным преступления, которые стали им известны в результате проведения ОРМ и процессуальных действий с их непосредственным участием, что не препятствует признанию показаний данных свидетелей в качестве допустимых доказательств по обстоятельствам производства процессуальных действий и оперативно-розыскных мероприятий, с учетом разъяснений, содержащихся в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 06 февраля 2004 года N 44-О. При этом профессиональная принадлежность указанных лиц к правоохранительным органам не может являться основанием для утверждения о наличии у них причин для оговора осужденного, для дачи ложных показаний и свидетельствовать о его заинтересованности в исходе дела.

Судом дана надлежащая и исчерпывающая оценка показаниям всех свидетелей, об обстоятельствах совершения преступлений осужденного и его виновности, с чем соглашается суд апелляционной инстанции.

Проведенный сотрудниками полиции личный досмотр ФИО1 соответствует требованиям закона, как п. 16 ст. 13 Федерального закона от 7 февраля 2011 г. №3-ФЗ «О полиции», так и 27.7, 27.10 КоАП РФ, а так же ст. 48 Федерального закона от 08.01.1998 №3 ФЗ «О наркотических средствах и психотропных веществах», которые предоставляют сотрудникам полиции право в порядке, установленном законодательством об административных правонарушениях осуществлять личный досмотр граждан, досмотр находящихся при них вещей при наличии данных о том, что эти граждане имеют при себе наркотические средства, психотропные вещества или их прекурсоры либо ядовитые или радиоактивные вещества, изымать указанные предметы, средства и вещества при отсутствии законных оснований для их ношения или хранения. Как следует из протокола личного досмотра, проводился они уполномоченным лицом, в присутствии понятых, которым были разъяснены их права и обязанности, лицу в отношении которого проводился личный досмотр, было предложено добровольно выдать предметы, свободный оборот которых ограничен или запрещен. Таким образом, гарантируемые законом права лица, в отношении которого производился личный досмотр нарушены не были.

Оперативно-розыскное мероприятие в отношении ФИО1 «Наблюдение» проведено для решения задач, определенных в статье 2 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», при наличии оснований и с соблюдением условий, предусмотренных соответственно статьями 7 и 8 указанного Федерального закона, с целью изобличения и пресечения его преступной деятельности на основании согласованного рапорта и соответствующего распоряжения, составленного надлежащим должностным лицом, обусловлено достоверными сведениями, ход и результаты проведения ОРМ документально зафиксированы и переданы следователю в порядке, установленном Инструкцией «О порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд», в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. В необходимых случаях полученные следователем материалы осмотрены с составлением по данному поводу протоколов следственных действий. Данные материалы отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам УПК РФ, исследованы судом в соответствии с нормами действующего уголовно-процессуального законодательства в условиях судебного разбирательства, фактические данные, отраженные в них, подтвердили лица, участвующие в их проведении, а потому данные материалы обоснованно положены в основу обвинительного приговора и обоснованно в соответствии со ст. 74, 89 УПК РФ приняты судом в качестве доказательств.

Письменные доказательства (протоколы следственных действий, иные документы), также оценены судом как относимые, допустимые и достоверные, собраны в порядке, установленном уголовно-процессуальным законодательством.

Ставить под сомнение обоснованность выводов эксперта, содержащихся в данном заключении экспертизы материалов, веществ и изделий (физико-химических) у суда оснований не имелось, поскольку оно полное, мотивированное и соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ и Федеральному закону «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ. Данные выводы экспертов согласуются и не противоречат совокупности других доказательств по делу, приведенных в приговоре, в связи с чем, суд правильно использовал их для установления обстоятельств, указанных в ст. 73 УПК РФ. При этом следует отметить, что эксперты предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных заключений по ст. 307 УК РФ, им были разъяснены положения ст. 57 УПК РФ, экспертное исследование проведено на основании постановления следователя, в пределах постановленных вопросов, входящих в компетенцию эксперта, который имеет соответствующее образование, квалификацию и стаж работы. Выводы экспертизы непротиворечивы, научно обоснованы и мотивированны, основаны на представленных в распоряжение эксперта документах.

Оснований для признания какого-либо из представленных доказательств недопустимым суд первой инстанции не нашел, свои выводы достаточным образом мотивировал, не находит и таковых судебная коллегия.

Утверждение ФИО1 о том, что 

<

данные изъяты> средство он приобретал для личного употребления, а не для последующего сбыта, – обоснованно отвергнуты судом как недостоверные, и расценены как способ защиты от предъявленного обвинения поскольку утверждение осужденного об указанных обстоятельствах опровергается совокупностью исследованных по делу доказательств, показаниями свидетелей, материалами ОРД, заключением судебной экспертизы, протоколами осмотров, иных следственных и процессуальных действий, которым судом дана надлежащая оценка с чем судебная коллегия соглашается.

Квалификация действий ФИО1 по ч. 3 ст. 30 – п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ – как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, является правильной, основанной на исследованных в судебном заседании доказательствах и установленных судом фактических обстоятельствах дела, надлежащим образом мотивирована в приговоре, с чем судебная коллегия соглашается.

Исходя из обстоятельств совершенного преступления и действий осужденного усматривается, что, совершая действия, направленные на сбыт наркотических средств ФИО1 действовал с прямым умыслом, он осознавал общественную опасность своих действий, предвидел неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде незаконного оборота наркотических средств и желал их наступления.

О том, что умысел ФИО1 был направлен именно на сбыт изъятых наркотических средств, как обоснованно указал суд первой инстанции, указывают вес наркотического средства, которое находилось в пригодном для последующего сбыта состоянии, а именно расфасовано в полимерные свертки, а также оперативная информация о том, что неустановленное лицо осуществляет сбыт наркотических средств, в том числе показания свидетелей, указывающие на причастность ФИО1 к незаконному сбыту наркотических средств.

С данным выводом суд апелляционной инстанции соглашается, и полагает что доводы осужденного о том, что изъятое 

<

данные изъяты> средство ФИО1 приобрел для личного употребления, являются несостоятельными и опровергаются совокупностью вышеприведенных доказательств, исследованных судом. Доводы защиты о наличии у ФИО1 

<

данные изъяты>, выводы суда не опровергают и об отсутствии у последнего умысла на сбыт изъятых наркотических средств не свидетельствуют.

При этом указанный умысел сформировался у ФИО1 вне какой-либо зависимости от деятельности сотрудников правоохранительных органов, без какого-либо контакта с осужденным сотрудников правоохранительных органов или действующих по их поручению лиц, что исключает провоцирующий элемент в формировании умысла.

Доводы осужденного ФИО1 о неверной квалификации его действий как совершенные «группой лиц по предварительному сговору» основаны на неправильном понимании уголовного закона и судебной коллегией отклоняются поскольку согласно части 2 ст. 35 УК РФ преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления.

О наличии предварительного сговора ФИО1 и неустановленным следствием лица, зарегистрированным в интернет-мессенджере «

<

данные изъяты>» под никнеймом «

<

данные изъяты>», уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, на сбыт наркотических средств в крупном размере, свидетельствуют показания самого осужденного, из которых следует, что их действия носили слаженный, совместный и согласованный характер и были направлены на достижение единого преступного результата - сбыта наркотических средств другим лицам. При этом сам факт не установления лица, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, правового значения для квалификации действий осужденного не имеет и не является основанием для изменения приговора.

О совершении осужденным инкриминированного ему деяния с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), свидетельствует приобретение ФИО1 оптовой партии наркотических средств с целью дальнейшего сбыта, обеспечение связи между соучастниками в ходе подготовки и совершении преступления с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), доступ к которым осуществлялся с мобильного телефона, технологически предназначенного для этого, с использованием программы, предназначенной для обмена сообщениями - мессенджера «

<

данные изъяты>».

Мотивом указанных незаконных действий осужденного являлось личное обогащение, поскольку, за совершение указанных действий он планировал получать денежное вознаграждение.

С учетом вышеизложенного, вопреки доводам осужденного, никаких правовых оснований для иной юридической оценки его действий или оправдания не имеется.

Все иные неоднократно повторяющиеся доводы осужденного о невиновности, неверной квалификации его действий, по существу повторяют процессуальную позицию стороны защиты в судебном заседании, которая была в полном объеме проверена при рассмотрении дела судом первой инстанции, и сводятся субъективному восприятию, оценке и анализу тех доказательств, в том числе показаний свидетелей, судебной экспертизы, письменных и вещественных доказательств которые уже получили соответствующую оценку суда в приговоре. В соответствии с ч. 1 ст. 17 УПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью. Несогласие стороны обвинения или защиты с оценкой доказательств, произведенной судом, на правильность выводов суда о виновности и на квалификацию содеянного не влияет.

Наказание осужденному ФИО1 назначено в соответствии с требованиями закона (ст. 6, 60 УК РФ), с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности осужденного, обстоятельств смягчающих и отягчающих наказание, а также влияния назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи.

Судом учтены в качестве смягчающих обстоятельств: активное способствование расследованию и раскрытию преступления (п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ); наличие места регистрации и места жительства на территории 

<

данные изъяты>; фактические брачные отношения; наличие ребенка сожительницы; занятость общественно-полезной деятельностью; 

<

данные изъяты> состояние здоровья подсудимого и его мамы 

<

данные изъяты>, которой он оказывает помощь и уход; 

<

данные изъяты> подсудимого 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>; а также частичное признание вины.

Каких-либо иных обстоятельств, подлежащих, согласно ч. 1 ст. 61 УК РФ, обязательному учету в качестве смягчающих наказание, сведения о которых имеются в деле, и были известны на момент постановления приговора, но оставленных судом без внимания, судом апелляционной инстанции не установлено.

Оснований для признания в качестве иных обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, прямо не указанных в законе, судебная коллегия не находит, поскольку по смыслу ч. 2 ст. 61 УК РФ, признание судом смягчающими наказаниями обстоятельствами таких обстоятельств, которые прямо не указаны в ч. 1 ст. 61 УК РФ является правом суда, а не обязанностью и непризнание каких-либо иных обстоятельств смягчающими не противоречит закону, поскольку направлено на достижение целей дифференциации уголовной ответственности и наказания, их исправительного воздействия, предупреждения новых преступлений и тем самым защиты личности общества и государства от преступных посягательств.

Оснований полагать, что суд первой инстанции не в полной мере учел обстоятельства, смягчающие наказание ФИО1 или не учел в качестве таковых какие-либо иные обстоятельства, судебная коллегия не находит. Обстоятельства, характеризующие личность осужденного, его семейное положение, состояние его здоровья и его близких родственников, исследованы судом первой инстанции в полном объеме.

При назначении наказания осужденному, применены правила ч. 3 ст. 66 УК РФ, а также учтены обстоятельства, в силу которых преступление не было доведено до конца.

Суд первой инстанции правильно установил в действиях ФИО1 отягчающее наказание обстоятельство, предусмотренное п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ, - рецидив преступлений, поскольку осужденным совершено умышленное преступление при наличии непогашенной судимости за ранее совершенные умышленные преступления. При этом, применительно к инкриминируемым преступлениям, рецидив является особо опасным в соответствии с п. «б» ч. 3 ст. 18 УК РФ, так как им совершено особо тяжкое преступление, и ранее он два раза был осужден за тяжкое преступление.

В связи с этим суд правильно, исходя из требований ч. 1 ст. 68 УК РФ, при назначении наказания учел характер и степень общественной опасности ранее совершенного преступления, обстоятельства, в силу которых исправительное воздействие предыдущего наказания оказалось недостаточным, а также характер и степень общественной опасности вновь совершенного преступления, и при определении размера наказания руководствовался положениями ч. 2 ст. 68 УК РФ.

Суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии оснований для применения положений ч. 1 ст. 62, ч. 6 ст. 15 УК РФ в силу прямого запрета, содержащегося в законе, а именно, в связи с наличием обстоятельства, отягчающего наказание.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенного преступления, ролью и поведением во время или после совершения инкриминируемого деяния, существенно уменьшающих степень его общественной опасности, которые могли бы послужить основанием для смягчения осужденному назначенного наказания с применением правил ст. 64 УК РФ, ч. 3 ст. 68 УК РФ, суд первой инстанции не усмотрел, как не усматривает их и судебная коллегия.

Приняв во внимание характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, совокупность данных о личности ФИО1, суд обоснованно пришел к выводу о необходимости назначения осужденному наказания, в виде реального лишения свободы, без дополнительного наказания, и отсутствии оснований для применения ст. 73 УК РФ, свои выводы, суд надлежащим образом мотивировал, с чем судебная коллегия соглашается.

Поскольку установлено, что осужденный виновен в преступлении по данному делу, совершенными им до вынесения приговора Юргинского городского суда Кемеровской области от 03.10.2025, суд правильно применил положения ч. 5 ст. 69 УК РФ, назначив наказание по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, засчитав в срок окончательного наказания время содержания под стражей по предыдущему приговору суда.

Отбывание наказания в исправительной колонии особого режима назначено судом в соответствии с требованиями п. «г» ч. 1 ст. 58 УК РФ, оснований для изменения вида исправительного учреждения не имеется.

Сведений о том, что осужденный не может отбывать наказание в виде лишения свободы по состоянию здоровья, судом первой инстанции не установлено и судебной коллегии не представлено.

Разрешая вопрос о признанного по уголовному делу вещественным доказательством мобильного телефона «

<

данные изъяты>», суд первой инстанции правильно установил, что он принадлежал ФИО1, являлся средством совершения преступления, поскольку использовался для общения относительно незаконного сбыта 

<

данные изъяты> средств и принял решение о его конфискации в собственность государства на основании п. «г» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что оснований для хранения сотового телефона до принятия решения по выделенным в отдельное производство материалам уголовного дела не имеется, поскольку имеющиеся в сотовом телефоне сведения в ходе предварительного следствия извлечены и осмотрены, о чем в материалах дела имеется соответствующий протокол, содержащий данные, имеющие доказательственное значение. Копии данных материалов в достаточном объеме выделены следователем в отдельное производство.

В то же время перспективы скорейшего расследования и рассмотрения уголовного дела, по выделенным в отдельное производство материалам, не известны, а потребительские свойства и материальная ценность мобильного телефона с течением времени очевидно потеряют свою актуальность, в связи с чем необходимость его дальнейшего хранения в материалах дела не представляется целесообразной и противоречит целям неотвратимости наказания, применения меры уголовно-правого характера к виновным, предусмотренной гл. 15.1 УК РФ.

Вопреки доводам осужденного о нарушении его права ознакомления с материалами уголовного дела после вынесения приговора суда, судебная коллегия таковых не усматривает.

По смыслу закона, в том числе п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2015 N 29 «О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве», по заявленному после вынесения приговора ходатайству осужденного и его защитника о дополнительном ознакомлении с материалами уголовного дела для составления апелляционной жалобы, суд, в производстве которого находится дело, выясняет, знакомились ли обвиняемый и (или) его защитник по окончании предварительного расследования со всеми материалами дела и не были ли они ограничены в праве выписывать любые сведения и в любом объеме, за свой счет снимать копии с материалов дела, а также знакомились ли они с протоколом судебного заседания. В случае удовлетворения ходатайства суд определяет срок для дополнительного ознакомления с учетом установленных обстоятельств.

Из материалов дела усматривается, что постановлением Кировского районного суда г. Кемерово от 20.11.2025 осужденному ФИО1 установлен срок для ознакомления с материалами уголовного дела не более 5 рабочих дней (том 2 л.д. 168).

Так, при установлении срока для дополнительного ознакомления с материалами уголовного дела судом первой инстанции в соответствии с требованиями закона проверен факт ознакомления осужденного с материалами уголовного дела в ходе предварительного расследования (том 1 л.д. 206-207), ознакомление с материалами уголовного дела включающего 1 том, а также проанализирован объем и содержание самого предоставляемого для ознакомления осужденным уголовного дела.

Согласно графику ознакомления в период с 25.11.2025 по 16.12.2026 осужденный был в полном объёме ознакомлен с материалами уголовного дела (том 2 л.д. 176).

Доводы осужденного о не ознакомлении его с вещественными доказательствами, видеозаписью и аудиопротоколом судебного заседания являются необоснованными, поскольку ФИО1 воспользовался разъясненными ему правами заявив соответствующее ходатайство, в котором ясно и недвусмысленно выразил свое желание на ознакомление только с материалами уголовного дела (том 2 л.д. 154-155) при этом ходатайств об ознакомлении с вещественными доказательствами и аудиозаписью судебного заседания от осужденного не поступало.

Вопреки доводам осужденного копии протоколов судебных заседаний были вручены ему, что подтверждается распиской представленной в суд апелляционной инстанции.

Учитывая изложенное, установленный судом объем и содержание уголовного дела; то обстоятельство, что обвинительное заключение, приговор и копия протокола судебного заседания ранее были вручены осужденному; принимая также во внимание ранее затраченные осужденными сроки на ознакомление с материалами дела, когда ФИО1 в присутствии своего защитника ознакомился с 1 томом в пределах одного дня – судебная коллегия находит постановление Кировского районного суда г. Кемерово от 20.11.2025 законным и обоснованным, разумным и достаточным установленный судом первой инстанции осужденному срок для дополнительного ознакомления с материалами уголовного дела, а доводы осужденного в части нарушения его права на ознакомление с материалами дела несостоятельными и не подлежащими удовлетворению.

Вместе с тем приговор подлежит изменению по доводам апелляционного представления в связи с неправильным применением уголовного закона при назначении наказания (п. 3 ст. 389.15, п. 1 ч. 1 ст. 389.18 УПК РФ).

В соответствии с частью 1 ст. 60 УК РФ лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части УК РФ, и с учетом положений Общей части УК РФ.

Наказание может быть назначено ниже низшего предела, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ в случаях, предусмотренных ст. 64 УК РФ.

По настоящему делу указанные выше требования закона судом выполнены не в полной мере.

Признавая ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 – п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ суд назначил ему наказание в виде лишения свободы сроком на 8 лет, при этом обоснованно не усмотрел оснований для применения положений ст. 64 УК РФ и назначения наказания ниже низшего предела.

Вместе с тем санкция ч.4 ст. 228.1 УК РФ предусматривает наказание в виде лишения свободы на срок от 10 до 20 лет.

Таким образом суд первой инстанции без достаточных к тому оснований назначил осужденному ФИО1 наказание ниже низшего предела, предусмотренного санкцией ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, в связи с чем приговор подлежит изменению по доводам апелляционного представления, а назначенное осужденному наказание соответствующему усилению.

Изменяя приговор по вышеуказанному основанию, судебная коллегия соразмерно усиливает размер наказания, назначенного ФИО1 за совершение преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30 – п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, а также наказания, назначенного по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ, учитывая при этом характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности осужденного, обстоятельства смягчающие и отягчающие наказание, а также влияния назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи, установленные судом первой инстанции.

В остальной части приговор суда отвечает требованиям ст. 297 УПК РФ и является законным, обоснованным и справедливым, не подлежит отмене или изменению по иным основаниям.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Кировского районного суда г. Кемерово от 14 октября 2025 года в отношении ФИО1, изменить.

Усилить назначенное ФИО1 по ч. 3 ст. 30 – п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ наказание до 10 лет 6 месяцев лишения свободы.

В соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путём частичного сложения наказания, назначенного по настоящему приговору, с наказанием, назначенным по приговору Юргинского городского суда Кемеровской области от 03.10.2025, окончательно назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы сроком на 11 лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

В остальной части приговор суда оставить без изменения, апелляционное представление – удовлетворить, апелляционные жалобы - оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение и приговор вступают в законную силу с момента провозглашения и могут быть обжалованы в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу через суд первой инстанции, а осужденным содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии определения и приговора, вступивших в законную силу. В случае пропуска указанного срока или отказе в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в указанный суд кассационной инстанции. Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Д.А. Мельников

Судьи Н.А. Климова

Н.С. Воробьева