РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с. Онгудай № 2- 134/2018

18 июля 2018 года

Онгудайский районный суд Республики Алтай в составе:

председательствующего судьи Иркитова Е.В.,

при секретаре Кызановой Д.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Федерального казенного учреждения «Уголовно-исполнительная инспекция Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Алтай» - ФКУ УИИ УФСИН России по РА к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного работодателю по вине работника, 

УСТАНОВИЛ:

Федеральное казенное учреждение «Уголовно-исполнительная инспекция Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Алтай» - ФКУ УИИ УФСИН России по РА обратилось в Онгудайский районный суд с исковым заявлением к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного работодателю по вине работника.

Истец мотивировал свои требования тем, что ФИО1 занимал ранее должность начальника филиала по Онгудайскому району ФКУ УИИ УФСИН России по 

<

адрес> и находился в распоряжении с ДД.ММ.ГГГГ в связи с организационно-штатными мероприятиями. ФИО1 являлся материально-ответственным лицом на основании договора о полной материальной ответственности № от ДД.ММ.ГГГГ. Пунктом 1 договора о материальной ответственности являлось осуществление им трудовых функций по получению, хранению и учету материальных ценностей. Таким образом, в силу указанных обстоятельств, приняв в подотчет материальные ценности, ФИО1 автоматически принял на себя определенные обязательства по сохранности вверенного ему имущества. В период исполнения служебных обязанностей им был причинен материальный ущерб в размере 

<

данные изъяты> рублей, который подлежит возмещению в полном объеме в соответствии со ст. 242, 243 Трудового кодекса Российской Федерации. ДД.ММ.ГГГГ на основании приказа начальника учреждения ФКУ УИИ УФСИН России по Республике Алтай № на ДД.ММ.ГГГГ была назначена инвентаризация нефинансовых активов, числящихся на подотчете ФИО1, однако с этого дня он был временно не трудоспособен по причине болезни до ДД.ММ.ГГГГ включительно. ДД.ММ.ГГГГ он вышел на службу и уволен в этот день в связи с организационно-штатными мероприятиями. В ходе телефонных переговоров и устных бесед с ФИО1 после увольнения, ему неоднократно предлагалось явиться в учреждение и произвести передачу материальных ценностей, находящихся на его подотчете. ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ было направлено уведомление за исх. №, что 15.11.2017 будет проводиться инвентаризация материальных ценностей, числящихся на его подотчете, где предлагалось ему явиться в 

<

адрес>. Уведомление ФИО1 получено ДД.ММ.ГГГГ, согласно уведомления о вручении в установленный срок не явился. 15.11.2017 комиссией была проведена инвентаризация имущества, числящегося на подотчете ФИО1, в ходе которой установлено отсутствие основных средств, числящихся на его подотчете: 

<

данные изъяты>), на общую сумму 

<

данные изъяты> рублей. ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ за исходящим № направлено уведомление о проведении повторной (совместной) инвентаризации материальных ценностей 20.02.2018, числящихся за ним и даче им пояснений по вышеуказанным фактам. Уведомление ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 получил, согласно почтового уведомления о вручении, но для дачи объяснений по образовавшейся недостаче материальных ценностей не прибыл. Составлен акт об отказе от объяснений в связи с неявкой. Комиссией в ходе проведенной повторной инвентаризации материальных ценностей, числящихся за ФИО1, установлен факт недостачи нефинансовых активов на сумму 

<

данные изъяты> рублей, что отражено в инвентаризационной описи № от ДД.ММ.ГГГГ и акте № от ДД.ММ.ГГГГ, заверенных подписями членов комиссии. Инвентаризационная комиссия установила факт недостачи путем расхождений между фактическим наличием соответствующих объектов и данными регистров бухгалтерского учета. 

В судебном заседании представитель истца - ФКУ УИИ УФСИН России по РА ФИО6 исковые требования поддержала в полном объеме и просила удовлетворить требования по основаниям, изложенным в иске. Дополнительно представитель истца пояснила, что ФИО1 до увольнения устно уведомлялся о необходимости проведения инвентаризации, однако, в проведении инвентаризации не участвовал. Инвентаризация в период работы ФИО1 в 2017 году до его увольнения не была проведена в связи с тем, что ответчик находился на больничном. С приказом о проведении инвентаризации ФИО1 не знакомился. 

<

данные изъяты>. ФИО1 должен был вести учет подотчетного имущества и принимать меры для его сохранения. Находилось ли 

<

данные изъяты> в Онгудайском филиале ФКУ УИИ УФСИН России по Республике Алтай пояснить не может, однако, ФИО1, которому были переданы материальные ценности, обязан был обеспечить их сохранность. 

<

данные изъяты>, находившееся под отчетом ФИО1, было разукомплектовано в 2015 году, в результате чего получено новое основное средство – 

<

данные изъяты>. Данному устройству присвоен новый инвентарный номер, оно вновь передано под отчет ФИО1

В судебном заседании ответчик ФИО1 не признал исковые требования и пояснил, что 

<

данные изъяты>) были переданы ему под отчет в 2012 году, когда он работал в ФКУ УИИ УФСИН России по РА в Майминском районе. В 2014 году он был переведен на работу в Онгудайский филиал ФКУ УИИ УФСИН России по Республике Алтай. В Онгудайском филиале учреждения утерянные 

<

данные изъяты> не находились. 

<

данные изъяты> находились на складе ФКУ УИИ УФСИН России по Республике Алтай. Ключи от склада он передал при выезде на работу в 

<

адрес>. При переводе на работу в 

<

адрес> он сдал подотчетные материальные ценности, однако, по пояснениям главного бухгалтера, в связи с поломкой компьютера, электронные документы о передаче имущества не сохранились, накладные о сдаче имущества в бумажном варианте у него отсутствуют. 

<

данные изъяты> направлялось по филиалам учреждения, в случае необходимости, для контроля за осужденными к ограничению свободы. После перевода на работу в Онгудайский филиал ФКУ УИИ УФСИН России по Республике Алтай он распределением 

<

данные изъяты> не занимался, данные обязанности были возложены на сотрудника учреждения в 

<

адрес> - старшего инспектора по контролю и надзору за осужденными. О проведении инвентаризации в 2017 году в период работы в Онгудайском филиале учреждения он не извещался, с приказом о проведении инвентаризации ознакомлен не был, хотя в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а также с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на работе, в том числе был и в ФКУ УИИ УФСИН России по Республике Алтай в 

<

адрес>. В 2016 году инвентаризации фактически не было, он при инвентаризации не присутствовал, поэтому акт об инвентаризации он не подписывал. О разукомплектации 

<

данные изъяты> он не уведомлялся, передача 

<

данные изъяты> с другим инвентарным номером ему не производилась.

Выслушав представителя истца, ответчика, исследовав материалы дела, оценив доказательства в их в совокупности, суд приходит к следующему. 

Согласно п. 2 ч.1 ст. 243 ТК РФ материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу.

В соответствии со ст. 244 ТК РФ письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности заключаются с работниками, достигшими 18-ти лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ между ФКУ УИИ УФСИН России по РА и ФИО1 был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности.

Учитывая, что ФИО1 занимал должность начальника филиала по 

<

адрес>, договор о полной материальной ответственности заключен с ним обоснованно, в соответствии с положениями постановления Правительства РФ от 14 ноября 2002 года N 823 постановлением Минтруда и социального развития РФ от 31.12.2002 года N 85.

Приказом ФКУ УИИ ФИО2 по РА №-лс от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 уволен по 

<

данные изъяты>.

Согласно заключения о результатах служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ, акта о результатах инвентаризации от ДД.ММ.ГГГГ, ведомости расхождений по результатам инвентаризации № от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе инвентаризации установлено отсутствие основных средств, числящихся на подотчете ФИО1: 

<

данные изъяты>), на общую сумму 

<

данные изъяты> рублей. 

До принятия решения о возмещении работником ущерба работодатель должен провести проверку и установить размер ущерба, а также причины его возникновения (ч. 1 ст. 247 ТК РФ).

Размер ущерба устанавливается в ходе инвентаризации путем выявления расхождений между фактическим наличием имущества и данными бухгалтерского учета (ч. 2 ст. 11 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете"). 

Помимо инвентаризации работодателю необходимо провести служебное расследование для установления причин возникновения ущерба. Для этого работодатель вправе создать комиссию, включив в нее соответствующих специалистов (ч. 1 ст. 247 ТК РФ). В соответствии с ч. 2 ст. 247 ТК РФ работодатель обязан истребовать от работника письменное объяснение для установления причины возникновения ущерба. Отказ или уклонение работника от дачи объяснений оформляется актом. С данным документом нужно ознакомить работника под роспись. Если работник отказывается поставить подпись, в акте нужно сделать соответствующую отметку.

В п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" даны разъяснения о том, что к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Если работодателем доказаны правомерность заключения с работником договора о полной материальной ответственности и наличие у этого работника недостачи, последний обязан доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба.

Согласно результатам проведенной служебной проверки причинами и условиями выявленных нарушений явились бездействие материально-ответственного лица ФИО1 при документальном оформлении материальных ценностей, находящихся на его подотчете, отсутствие учета о движении и движении вверенных ему материальных ценностей, не участие в инвентаризации материальных ценностей, самовольное распоряжение вверенным имуществом.

В месте с тем, указанные выводы, изложенные в заключении по результатам служебной проверки противоречат обстоятельствам, установленным в судебном заседании.

Так, при рассмотрении дела ответчик ссылался на то обстоятельство, что работая в Онгудайском филиале учреждения, он контроль за движением материальных ценностей, переданных ему под отчет осуществлять не мог, поскольку указанное имущество находилось в 

<

адрес> по месту нахождения ФКУ ФИО2 по 

<

адрес> – в другом районе Республики Алтай. Утерянные 

<

данные изъяты> находились в гараже учреждения, ключи от гаража ответчиком были переданы сотрудникам учреждения в 

<

адрес> в момент перевода на работу в 

<

адрес> в 2014 году. 

<

данные изъяты> также находилось в 

<

адрес>. Фактическое распоряжение 

<

данные изъяты> осуществлял иной сотрудник учреждения. 

<

данные изъяты> направлялись учреждением в филиалы по мере необходимости в них исходя из количества подконтрольных осужденных в соответствующем филиале. По месту постоянного исполнения служебных обязанностей ответчика – в 

<

адрес> ни 

<

данные изъяты>, ни 

<

данные изъяты> не находились.

Доводы ответчика о том, что утерянное имущество не находилось по месту постоянной работы ответчика, не опровергнуто представителем истца.

Согласно ст. 239 ТК РФ материальная ответственность работника исключается в случаях возникновения ущерба вследствие неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику.

При указанных обстоятельствах, учитывая, что имущество, переданное под отчет ФИО1, фактически в его владении и распоряжении не находилось, при этом фактическое место нахождения имущества расположено на значительном удалении от постоянного места работы ответчика, суд считает выводы работодателя о наличии вины ответчика в утрате вверенного имущества необоснованными.

По мнению суда, то обстоятельство, что после перевода ответчика на работу в 

<

адрес> имущество, переданное ему под отчет, находилось на значительном удалении от места работы ответчика - в 

<

адрес>, при этом фактическое распоряжение имуществом и его распределение осуществляло иное лицо, исключает возможность контролировать и обеспечивать ФИО1 надлежащую сохранность переданного имущества.

При указанных обстоятельствах, суд не усматривает вины ФИО1 в утрате подотчетного имущества.

Кроме того, инвентаризация, по результатам которой выявлена недостача имущества, в нарушение п. 2.8 Приказ Минфина РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 49 "Об утверждении Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств" проведена в отсутствие материально ответственного лица – ФИО1

Также суд учитывает то обстоятельство, что инвентаризация проведена значительно позже даты увольнения ФИО1 с работы – через 5 месяцев. Доказательств объективной невозможности ознакомления ФИО1 с приказом № от ДД.ММ.ГГГГ о проведении инвентаризации и невозможности проведения инвентаризации в период работы ФИО1 в учреждении, истцом не представлено.

По мнению суда, результаты инвентаризации, проведенной по истечении 5 месяцев после увольнения материально ответственного лица не могут свидетельствовать о наличии вины ответчика, поскольку в период значительного времени с момента увольнения до проведения инвентаризации ответчик, не являясь работником учреждения, не мог контролировать движение имущества и обеспечивать его сохранность.

С учетом изложенных обстоятельств, суд считает недоказанной вину ФИО1 в утрате имущества ФКУ УИИ УФСИН России по Республике Алтай на сумму 

<

данные изъяты> рублей, в связи с чем, отказывает в удовлетворении требований истца в полном объеме.

В связи с отказом в удовлетворении требований истца, с него в доход бюджета МО «Онгудайский район» исходя из цены иска подлежит взысканию государственная пошлина в размере 

<

данные изъяты> копеек, в уплате которой истцу ранее была предоставлена отсрочка.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований Федерального казенного учреждения «Уголовно-исполнительная инспекция Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Алтай» - ФКУ УИИ УФСИН России по РА к ФИО1 о взыскании материального ущерба в сумме 114690 (Сто четырнадцать тысяч шестьсот девяносто) рублей - отказать.

Взыскать с Федерального казенного учреждения «Уголовно-исполнительная инспекция Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Алтай» - ФКУ УИИ УФСИН России по РА в доход бюджета МО «Онгудайский район» расходы по уплате государственной пошлины в сумме 3493 (Три тысячи четыреста девяносто три) рубля 80 копеек.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Алтай в течение 1 месяца со дня его вынесения в окончательной форме через Онгудайский районный суд Республики Алтай.

Судья Е.В. Иркитов

Решение в окончательной форме принято 23 июля 2018 года