Судья: Идрисова М.А. 

УИД 16RS0046-01-2020-012485-28

Дело № 77-662/2021

Дело № 12-13/2021 (первая инстанция)

РЕШЕНИЕ

16 июня 2021 года город Казань

Судья Верховного Суда Республики Татарстан Верхокамкин Е.В. при секретаре судебного заседания Габдулхаковой Л.Р., рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО1 на решение судьи Вахитовского районного суда города Казани Республики Татарстан от 11 марта 2021 года, вынесенное в отношении заявительницы по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 3 статьи 12.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,

УСТАНОВИЛ:

постановлением старшего инспектора по ИАЗ .... роты .... батальона ПДПС ГИБДД Управления МВД России по городу Казани от 15 сентября 2020 года № .... ФИО1 привлечена к административной ответственности, предусмотренной частью 3 статьи 12.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и подвергнута административному наказанию в виде штрафа в размере пятисот рублей.

ФИО1, не согласившись с вынесенным постановлением, обратилась с жалобой на него к судье Вахитовского районного суда города Казани Республики Татарстан, который, рассмотрев жалобу, не нашел оснований для ее удовлетворения и оставил вышеуказанное постановление без изменения.

В жалобе, поданной в Верховный Суд Республики Татарстан, ФИО1 просит постановление должностного лица и решение судьи районного суда отменить, производство по делу прекратить.

Проверив материалы дела, изучив доводы жалобы, заслушав объяснения защитника Педюсева А.Г., нахожу жалобу подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с частью 3 статьи 12.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях невыполнение требования Правил дорожного движения уступить дорогу транспортному средству, пользующемуся преимущественным правом движения, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 12.13 и статьей 12.17 настоящего Кодекса, влечет предупреждение или наложение административного штрафа в размере пятисот рублей.

Как видно из оспариваемого постановления, ФИО1 была подвергнута должностным лицом указанной публично-правовой ответственности за то, что 08 сентября 2020 года в 17 часов 10 минут, управляя автомобилем 

<

данные изъяты> с государственным регистрационным номером .... и следуя возле дома № 132 по улице ФИО3 города Казани Республики Татарстан, в нарушение пунктов 8.5 и 8.7 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров – Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090 (далее по тексту – Правила дорожного движения), при повороте налево создала помеху движению и не уступила дорогу транспортному средству, движущемуся попутно справа.

Судья районного суда, пересматривая дело, точку зрения должностного лица разделил и счел вынесенное им постановление законным и обоснованным.

Однако с таким выводом субъектов административной юрисдикции согласиться нельзя.

В соответствии с частями 1 и 2 статьи 26.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в качестве доказательств по делу об административном правонарушении могут быть использованы любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными настоящим Кодексом, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами.

Статья 26.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях указывает, что судья, члены коллегиального органа, должностное лицо, осуществляющие производство по делу об административном правонарушении, оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности. Никакие доказательства не могут иметь заранее установленную силу.

Статья 1.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях провозглашает, что лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина. 

Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица.

В силу пункта 3 части 1 статьи 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях при недоказанности обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление, это постановление подлежит отмене, а производство по делу – прекращению.

По версии административного органа, выраженной в оспариваемом постановлении, водитель автомобиля 

<

данные изъяты> с государственным регистрационным номером .... при выполнении маневра поворота налево отступил от требований пунктов 8.5 и 8.7 Правил дорожного движения.

Между тем, квалифицируя действия ФИО1, компетентное должностное лицо не учло характер организации дорожного регулирования на рассматриваемом участке автомобильной дороги.

В пункте 8.5 Правил дорожного движения сформулировано общее правило, согласно которому перед поворотом направо, налево или разворотом водитель обязан заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, кроме случаев, когда совершается поворот при въезде на перекресток, где организовано круговое движение.

В то же время оно справедливо лишь для тех случаев, когда полномочным лицом не установлены разрешенные направления движения транспортных средств по полосам знаками 5.15.1, 5.15.2 и разметкой 1.18.Заявительница на всем протяжении производства по делу настаивала на том, что, намереваясь повернуть налево на перекрестке улиц Бутлерова и ФИО3, заняла вторую полосу от левого края проезжей части и при включении разрешающего сигнала светофора приступила к совершению маневра. На середине перекрестка с ее транспортным средством столкнулся автомобиль, двигавшийся слева от нее в прямом направлении (л.д. 33).

Аналогичную траекторию движения относительно другого транспортного средства ФИО1 отразила и на составленной ею схеме происшествия (л.д. 35).

Причем фактически в том же ключе описал развитие событий и второй участник происшествия ФИО2, который признался в том, что при движении через перекресток в прямом направлении в сторону улицы Профсоюзная, с его транспортным средством столкнулся следовавший справа автомобиль марки 

<

данные изъяты> (л.д. 34). На схеме он отметил, что автомобиль ФИО1 выезжал на перекресток со второй полосы от левого края проезжей части (л.д. 36).

На изложенный сценарий инцидента указывает и постделиктное расположение транспортных средств на проезжей части, зафиксированное на приобщенной к материалам дела фотографии (л.д. 57).

Из представленной по запросу суда схемы организации дорожного движения на перекрестке улиц Бутлерова, ФИО3 и Профсоюзная видно, что перед перекрестком на проезжую часть по улице Бутлерова, откуда следовали участники столкновения, нанесена дорожная разметка, указывающая направление движения по полосам.

Согласно разметке движение по полосе, по которой на перекресток въезжала ФИО1, разрешалось как прямо, так и налево.

Поэтому в данном случае ФИО1 перед совершением поворота налево не требовалось занимать крайнее положение на проезжей части, а необходимо было следовать в разрешенном направлении.

Равным образом, неуместно вменение заявительнице и нарушения положений пункта 8.7 Правил дорожного движения, допускающих водителю транспортного средства, которое из-за своих габаритов или по другим причинам не может выполнить поворот с соблюдением требований пункта 8.5 Правил, отступать от них при условии обеспечения безопасности движения и если это не создаст помех другим транспортным средствам.

Технические параметры автомобиля, которым управляла ФИО1, не исключали возможность движения по траектории, разрешенной дорожной разметкой, не прибегая к пересечению допустимой траектории других транспортных средств.

Кроме того, нельзя согласиться и с выводами субъектов административной юрисдикции о том, что, совершая маневр поворота, ФИО1 не представила преимущества в движении другому транспортному средству, двигающемуся попутно без изменения направления движения.

В силу пункта 1.2 Правил дорожного движения требование уступить дорогу (не создавать помех) означает, что участник дорожного движения не должен начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить других участников движения, имеющих по отношению к нему преимущество, изменить направление движения или скорость.

Преимуществом (приоритетом) признается право на первоочередное движение в намеченном направлении по отношению к другим участникам движения. 

Давая толкование приведенным нормам, Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 14 постановления от 25 июня 2019 года № 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» сформулировал правовой подход, согласно которому водитель транспортного средства, движущегося в нарушение Правил дорожного движения по траектории, движение по которой не допускается (например, по обочине, во встречном направлении по дороге с односторонним движением), либо въехавшего на перекресток на запрещающий сигнал светофора, жест регулировщика, не имеет преимущественного права движения, и у других водителей (например, выезжающих с прилегающей территории или осуществляющих поворот) отсутствует обязанность уступить ему дорогу.

Как уже было отмечено выше, ФИО1 до столкновения следовала в том направлении, которое было разрешено средствами дорожного регулирования. В то же время водитель ФИО2, намереваясь преодолеть перекресток в прямом направлении, следовал по полосе, по которой согласно схеме организации дорожного движения, было возможно движение только налево, за что впоследствии был подвергнут публично-правовой ответственности по части 1 статьи 12.16 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (л.д. 41).

В связи с этим в данной дорожно-транспортной ситуации водитель ФИО2, пересекая перекресток по недопустимой для этого траектории, не имел преимущественного права движения, а потому у водителя ФИО1 отсутствовала обязанность уступить ему дорогу.

Изложенное свидетельствует о том, что административным органом не было добыто той совокупности доказательств, которой было бы достаточно для установления причастности ФИО1 к действиям, влекущим ответственность по части 3 статьи 12.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

При таких обстоятельствах постановление должностного лица и решение судьи районного суда подлежат отмене, а производство по делу прекращению на основании пункта 3 части 1 статьи 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых были вынесены указанные акты. 

Руководствуясь статьями 30.7-30.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья

РЕШИЛ:

жалобу ФИО1 удовлетворить.

Постановление старшего инспектора по ИАЗ .... роты .... батальона ПДПС ГИБДД Управления МВД России по городу Казани от 15 сентября 2020 года № .... и решение судьи Вахитовского районного суда города Казани Республики Татарстан от 11 марта 2021 года, вынесенные в отношении ФИО1 по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 3 статьи 12.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, отменить, производство по делу прекратить на основании пункта 3 части 1 статьи 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых были вынесены указанные акты.

Судья Е.В. Верхокамкин