Дело № 2-5244/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

18 октября 2017 г. г. Саратов.

Волжский районный суд г. Саратова в составе 

председательствующего судьи Егоровой И.А.,

при секретаре Ефимовой О.С.,

с участием представителя истца ФИО1, действующего на основании доверенности от 27.04.2017г.,

представителя ответчика адвоката Колоярцева Д.Ю., действующего на основании доверенности от 14.08.2017г., 

рассмотрев в открытом судебном заседание гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3, третьи лица ФИО4, нотариус нотариального округа город Саратов ФИО5 о признании завещания недействительным, признании право собственности на имущество в порядке наследования,

установил:

Истец обратилась в суд с указанным иском, просит суд признать недействительным завещание ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ в отношении своего имущества, составленного в пользу ФИО3, признать за истцом право собственности в порядке наследования на ? доли в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> доли автомобиля марки « иные данные денежных вкладов в отделении Сбербанка РФ № 8622 в г. Саратове. В обоснование заявленных требований истец указала, что является наследником по закону после смерти ФИО7, иные данные. Кроме истца наследником по закону является мать умершего ФИО4 После смерти отца истец обратилась к нотариусу нотариального округа г. Саратов с заявлением о выдаче свидетельства о праве на наследство по закону, однако получила отказ, поскольку 15.04.2015г. наследодателем ФИО7 было составлено завещание, зарегистрированное нотариусом ФИО5 о передаче всего имущества сестре ФИО7 – ФИО3 Истец считает завещание недействительным в силу наличия у наследодателя тяжелого психического заболевания – шизофрении, выявленного в 1997г., а в последующий период жизни ФИО7 данное заболевание осложнилось на почве тяжелой алкогольной зависимости наследодателя. 

Истец, извещенная о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явилась, просила рассмотреть дело в свое отсутствие.

Представитель истца в судебном заседании поддержал заявленные требования и все ранее сказанное в ходе рассмотрения дела. Просил иск удовлетворить поскольку факт наличия у наследодателя тяжелого психического заболевания – шизофрении подтвержден. Течение психического заболевания у наследодателя отягощено систематическим употреблением алкогольных напитков. Просил отнестись критически к заключению судебной экспертизы, являющейся по мнению истца необъективной ( из 4-х вопросов, поставленных судом на разрешение экспертной комиссии, дано мотивированные заключение только на вопрос о вменяемости ФИО7; недостаточная компетентность специалистов, проводивших экспертизу). При наличии достоверного факта нахождения ФИО7 на учете в ГПНД с 2006г. и получения им инвалидности в 2007г. по 2-й группе пожизненно в связи с установлением у него заболевания - шизофрении в параноидальной форме, наличии достаточных данных, свидетельствующих о систематическом пьянстве умершего, в том числе непосредственно перед составлением завещания, экспертами вопрос о нахождении его в момент совершения сделки в состоянии патологического опьянения, что является болезненным состоянием, влекущем невменяемость, не ставился и не рассматривался. Экспертами не дана оценка и свидетельским показаниям, имеющимся в материалах рассматриваемого дела о невменяемом состоянии ФИО7 в период его проживания в Волжском районе по ул.Скоморохова в 2014-2015г., где им учинялись в состоянии опьянения немотивированные дебоши, проявлялись явные признаки снижения интеллектуальных способностей, нарушения критичности и адекватности в его поведении, в непонимании им своих действий. Специалистами при проведении оспариваемой экспертизы не дана оценка выявленным и подтвержденным материалами данного дела психолого-психиатрическим нарушениям в личности наследодателя; нарушениям ориентировки в окружающем и недостаточном понимании им происходящего; утраты самоконтроля (систематическое пьянство умершего приводило к нарушениям общественного порядка вплоть до покушения на убийство соседей по квартире на ул. Скоморохова ); в постоянном проявлении грубости, озлобленности, в том числе в отношении близких лиц, что подтверждается показаниями дочери и бывшей супруги ФИО7; об угрозах в адрес дочери и бывшей супруги, имевших место и в период составления завещания; деградации личности ФИО6

Ответчик в судебное заседание не явилась. Просила рассмотреть дело в свое отсутствие.

Представитель ответчика просил отказать в удовлетворении иска по основаниям, изложенным в письменном отзыве на иск, приобщенном к материалам дела и пояснил, что на момент подписания завещания наследодатель длительное время не употреблял спиртные напитки, проходил лечение в кардиологическом отделении ГКБ № 2 г. Саратова и ГКБ № 5, отдавал значение своим действиям и руководил ими, что подтверждено заключением проведенной по делу комиссионной посмертной психолого-психиатрической экспертизы.

Третьи лица, извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились.

Суд рассмотрел дело в отсутствие не явившихся участников процесса, в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд находит исковые требования истца не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Так согласно свидетельству о смерти № от 05.04.2017г. ФИО7, иные данные. 

Из материалов наследственного дела следует, что 13.04.2017г. на основании заявления дочери наследодателя ФИО2 о принятии по всем основаниям наследования наследства, открыто наследственное дело № после умершего 01.04.2017г. ФИО7

05.08.2017 г. в нотариальную контору с заявлением о принятии наследства по завещанию, удостоверенному 15.04.2015г. нотариусом нотариального округа г. Саратова Саратовской области ФИО5, зарегистрированного в реестре за № обратилась сестра наследодателя ФИО3 

В соответствии с указанным завещанием ФИО8, умерший ДД.ММ.ГГГГ. распорядился в отношении всего своего имущества, какое ко дню смерти окажется принадлежащим наследодателю, в чем бы оно не заключалось и где бы оно не находилось, завещая его ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ.

В качестве правового основания для признания вышеуказанного завещания, удостоверенного нотариусом 15.04.2015 г. недействительным, истец ссылается на ч. 1 ст. 177 ГК РФ, в соответствии с которой, сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина, либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Как разъяснено в пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с ст. 1118 ГК РФ завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме и является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

Согласно разъяснениям п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» завещания относятся к числу недействительных вследствие ничтожности при несоблюдении установленных ГК РФ требований: обладания гражданином, совершающим завещание, в этот момент дееспособностью в полном объеме (пункт 2 статьи 1118 ГК РФ), недопустимости совершения завещания через представителя либо двумя или более гражданами (пункты 3 и 4 статьи 1118 ГК РФ), письменной формы завещания и его удостоверения (пункт 1 статьи 1124 ГК РФ), обязательного присутствия свидетеля при составлении, подписании, удостоверении или передаче завещания нотариусу в случаях, предусмотренных пунктом 3 статьи 1126, пунктом 2 статьи 1127 и абзацем вторым пункта 1 статьи 1129 ГК РФ (пункт 3 статьи 1124 ГК РФ), в других случаях, установленных законом. Завещание может быть признано недействительным по решению суда, в частности, в случаях: несоответствия лица, привлеченного в качестве свидетеля, а также лица, подписывающего завещание по просьбе завещателя (абзац второй пункта 3 статьи 1125 ГК РФ), требованиям, установленным пунктом 2 статьи 1124 ГК РФ; присутствия при составлении, подписании, удостоверении завещания и при его передаче нотариусу лица, в пользу которого составлено завещание или сделан завещательный отказ, супруга такого лица, его детей и родителей (пункт 2 статьи 1124 ГК РФ); в иных случаях, если судом установлено наличие нарушений порядка составления, подписания или удостоверения завещания, а также недостатков завещания, искажающих волеизъявление завещателя.

Таким образом, юридически значимыми и подлежащими доказыванию в соответствии со ст. 56 ГПК РФ являются два обстоятельства - порок воли завещателя, либо не соблюдение установленной законом формы совершения завещания.

Форма завещания порядок его составления истцом не оспаривается, фактов последующей отмены завещателем оспариваемого истцом завещания, не установлено.

Что касается второго юридически значимого обстоятельства, на которое истец и ссылается как на основание заявленных требований - несоответствие завещания действительной воле завещателя (ч. 1 ст. 177 ГК РФ), то необходимо учитывать, что для признания сделки недействительной по этому основанию необходимо установить не только наличие у завещателя заболевания как такового, но и то, что данное заболевание лишало дарителя возможности понимать значения своих действий и руководить ими. При этом порок воли завещателя, учитывая нотариальную форму завещания, не может носить предположительный характер.

Из заключения проведенной по делу комиссионной судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы № 1400 от 04.10.2017г. ФИО7 при жизни обнаруживал психическое расстройство в виде параноидальной шизофрении осложненной алкоголизмом ( психические и поведенческие расстройства в результате употребления алкоголя с синдромом зависимости по МКБ-10). Об этом свидетельствуют данные о наблюдении и лечении у врача-психиатра в течение многих лет по поводу параноидальной шизофрении (с 2000 года), описанных в медицинской документации характерных для шизофрении нарушений мышления, эмоционально-волевых расстройств, освобождении от отбывания наказания, прохождении принудительного лечения с 2003 по 2006 г. в Волгоградской ФИО9 и Красноармейской психиатрической больнице, наблюдении врачом-психиатром ГУЗ «Саратовский городской психоневрологический диспансер» с тем же диагнозом, длительном злоупотреблении алкоголем с утратой количественного и ситуационного контроля, запоями, алкогольном поражении печени (цирроз печени, диагностированный в марте 2015г.), по поводу которого он лечился стационарно и амбулаторно, нуждался в консультации врача-нарколога (сведения из медицинской карты № городской клинической больницы № 2 и др. медицинской документации, показаний ряда свидетелей о том, что ФИО7 злоупотреблял алкоголем). Однако, судя по данным амбулаторной карты ГУЗ «Саратовский городской психоневрологический диспансер» у подэкспертного в течение последних лет жизни (с 2008 г. по 2016 г.), в том числе и в юридически значимый период, была диагностирована ремиссия психического расстройства (то есть улучшение), пациент регулярно посещал врача-психиатра, у него не выявлялось нарушений восприятия, бредовых идей, мышление было последовательным, эмоциональный фон ровным, он получал рецепты на лекарства, ухаживал за престарелой матерью, оформил права на управление автотранспортом, пройдя медицинскую комиссию с участием психиатра и нарколога. Судя по записям врачей поликлиники № 20, ФИО7 в апреле 2015 г. (за несколько дней до подписания завещания) посещал в поликлинике терапевта, пульмонолога, кардиолога, гастроэнтеролога, хирурга, уролога, сдавал различные анализы, при этом ни один из -осматривавших его врачей не указывал на наличие у подэкспертного каких-либо психических расстройств, у него не выявлялось состояния алкогольного опьянения, все описанные жалобы относятся к соматическим (телесным) заболеваниям, ни один из врачей не рекомендовал обращение к наркологу и психиатру. За неделю до составления завещания (08.04.2015г.) ФИО7 посещал врача-психиатра, ухудшения его психического состояния не зафиксировано. Пациент, судя по медицинским документам, выполнял предписания врачейр получая направления на госпитализацию, проходил стационарное лечение, в нескольких медицинских учреждениях, где ни разу не были зафиксированы нарушения режима, неадекватное поведение, не описывались какие-либо психические нарушения, не приглашался для консультаций врач-психиатр. Поэтому эксперты пришли к выводу о том, что, несмотря на наличие у ФИО7 указанныхвыше психического и наркологического расстройства, в юридически значимый период, у него не выявлялось каких-либо значительных нарушений психических функций, судя по показаниям ряда свидетелей, он ухаживал за престарелой матерью, беспокоился о будущем матери и своем, реально оценивал состояние своего здоровья и неблагоприятныйпрогноз течения соматических (телесных) заболеваний, в связи с чем самостоятельно обратился к нотариусу для составления завещания в пользу родного человека – своей сестры. Поэтому он мог понимать значение своих действий и руководить ими в период составления завещания 15.04.2015г. 

Таким образом, экспертным путем подтверждено наличие у завещателя заявленного истцом психического расстройства, однако о влиянии данного заболевания на содержание действительной воли завещателя экспертами не установлено.

Заключение комиссии экспертов ГУЗ «Областная клиническая психиатрическая больница Святой Софии » суд считает относимым, допустимым и достоверным доказательством по делу, поскольку оно сделано на основании определения суда, медицинской документации, анализа объяснения сторон, показаний свидетелей сторон, отраженных в протоколе судебного заседания от 25.08.2017г. Эксперты, проводившие экспертизу, имеют специальное образование и продолжительный стаж работы по специальности, предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, в связи с чем, оснований не доверять выводам экспертов, характеризующиеся последовательностью, отсутствием противоречий, согласующиеся с иными доказательствами по делу, у суда не имеется. 

Довод представителя истца о том, что комиссия экспертов не оценила совокупность доказательств и проигнорировала и не дала надлежащей оценке свидетельским показаниям, суд отклоняет. 

В соответствии с ст. 69 ГПК РФ свидетелем является лицо, которому могут быть известны какие-либо сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела. Волеизъявление завещателя, может быть известно, лишь самому завещателю, иные лица не могут быть достоверно осведомлены о его действительных намерениях. Оценивая доказательства необходимо учитывать, что письменно выраженная завещателем воля на распоряжение наследственным имуществом не может быть оспорена свидетельскими показаниями, указывающими на ненадлежащее поведение наследодателя как до даты составления завещания, так и в период после его составления. 

Таким образом, свидетельскими показаниями могли быть установлены факты, свидетельствующие об особенностях поведения наследодателя, совершаемых им поступках, действиях и отношении к ним.

Установление же на основании этих и других имеющихся в деле данных факта наличия или отсутствия психического расстройства и его степени требует именно специальных познаний, каковыми, как правило, ни свидетели, включая удостоверившего завещание нотариуса, ни суд не обладают.

Как следует из заключения судебно-психиатрической комиссии экспертов, свидетельские показания, характеризующие наследодателя, были также учтены и оценены при разрешении вопросов, поставленных перед экспертами.

В частности, экспертами исследованы показания свидетелей : Е. – бывшей супруги наследодателя, матери истца, пояснившей суду, что состояла в браке с ФИО7 с 1987 года, в 1987-1988 гг. ФИО7 был участником военных действий, а после указанных командировок появились изменения поведения. Вспышки агрессии: вырвал морозильную камеру из холодильника. После того как он причинил телесные повреждения во дворе дома, где проживали ФИО10 и ФИО7 в 1997 году, ФИО7 был осужден. После приговора были несколько попыток суицида. Со слов мужа свидетелю известно, что после его перевода в ОТБ № 1 ему поставили заболевание маниакальной депрессивный психоз, держали в психиатрическом отделении в одно из длительных свиданий в местах лишения свободы ФИО7 вел себя по разному: сначала нормально, на второй день был замкнут, а на третий день нанес свидетелю удары ножом. Заявлять на супруга она не стала чтобы не ухудшать его положение. Имелись и иные странности в поведении. После расторжения брака не поддерживала отношений с ФИО7, его навещала дочь. Через год после освобождения у ФИО7 вновь возникли претензии и угрозы к ФИО10 ФИО7 звонил по телефону и говорил, что порубит на мясо, застрелит, что ее никто не найдет. Все это ему помогут сделать криминальные авторитеты. Весной 2015 г. ФИО7 также звонил по телефону и свидетель понимала, что изменения состояния здоровья ФИО7 не произошло (л.д. 140). 

Свидетель Х суду пояснила, что ФИО10 знала как однокурсника мужа, примерно с 2006г., были хорошие отношения. Последние 5 лет он стал много пить. В апреле 2015г., перед тем как попасть в больницу, он звонил ночью и сказал, что умирает. Свидетель с мужем пришли к ФИО11, последний лежал отекший, сказал, что скоро умрет и предложил свидетелю ухаживать за его матерью, а взамен отписать квартиру, на что свидетель отказалась, пояснив, что у него есть наследница - дочь. На следующий день ФИО7 позвонил из иные данные. Лежал в кардиологии с циррозом печени и заболеванием сердца, в это время свидетель ходила к его матери, ухаживала. По просьбе ФИО7 сдала его квартиру знакомой девочке, но ФИО7 в последствии ее выгнал. Последние 3-3,5 года ФИО7. мог быть агрессивен с собеседниками, начал сильно пить. В декабре 2015г. был случай, что ФИО7 неоднократно звонил по телефону свидетелю и каждый раз начинал разговаривать, как будто ранее они не говорили. Лично у свидетеля с ФИО7 не было конфликтов. Одевался и брился ФИО7 по настроению, видно было отсутствие женской руки. В целом выглядел прилично. После вписки из больницы в 2015г. ФИО7 рассказывал, что звонил сестре, она обещала приехать, так как за матерью надо ухаживать. Затем он сообщил, что оформил завещание на сестру. О психическом заболевании ФИО7 свидетелю ничего не известно. На автомобиле ФИО7 ездил. Видела его за рулем автомобиля раза два, больше нет. Знает, что ФИО7 работал периодически сторожем, но долго нигде не задерживался. По какой причине не знает (л.д. 141). 

В том же заседании свидетель Х. пояснил суду, что был знаком с ФИО7 с 1983 года, вместе учились в военном училище, были распределены в разные места. В 1991-1992 гг. встретились в Саратове, свидетель работал в службе безопасности Экономбанка, а ФИО7 пришел устраиваться на работу, но его не взяли. Он устроился заместителем начальника в ИК 33, где подстрелил человека и его осудили. После освобождения с помощью свидетеля ФИО7 устроился на автостоянку, откуда его уволили из-за конфликта, он начал злоупотреблять спиртными напитками. В 2014-2015г. лечился в больнице, после чего около года не пил, хорошо себя чувствовал, затем вновь стал пить. На встрече выпускников в 2016 г. он был худой, плохо себя чувствовал, вел себя не адекватно. Были непонятные ситуации в поведении ФИО7, типа провалов в памяти. Когда ФИО7 навещали в больнице он предлагал отписать квартиру, затем сообщал по телефону, что приезжала сестра и они оформили квартиру на ФИО3 ФИО7 сказал, что принял решения завещать квартиру сестре (л.д. 141). 

Свидетель Ч. суду пояснил, что ФИО7 знал, как соседа из дома напротив. ФИО7 включал громко музыку всю ночь. Соседи были не довольны. Полиция по вызовам не приезжала. В один из таких случаев ФИО7 выскочил с топором в подъезд и грозился всех порубить. В следующий раз выскочил на свидетеля с ножом, его свидетель с соседом скрутили и поехали в полицию. Это было весной или осенью 2015г. Бывало, что ФИО7 сидел у подъезда дома и грозил всех порезать. Был в алкогольном опьянении. Еще он сдавал квартиру, а потом арендаторы с помощью полиции забирал свои вещи. Один раз видел его трезвым (л.д. 142). 

В том же заседании свидетель Г. - соседка ФИО7 суду пояснила, что ФИО7 был нормальный, адекватный, опрятный человек, проживал с родителями по ул. Артиллерийская,30. Видела, как к ним приезжает сестра ФИО3 Последнее время перед смертью ФИО7 сильно пил. Автомобиль у него был. Видела его раза два за рулем. ФИО7 очень любила мать, мать на сына не жаловалась. Знает, что у ФИО7 была жена и дочь. Видела их всего один раз, до того, как ФИО7 попал в тюрьму. В конфликты с соседями ФИО7 не вступал. Видела его с сумками, он покупал продукты, готовил, заботился о матери, вел хозяйство. Мать он очень любил (л.д. 142). 

В том же заседании свидетель Д - двоюродная сестра ФИО7 суду пояснила, что после смерти отчима с 2011 года ФИО7 жил с матерью. О конфликтах ФИО7 с родственниками и соседями ничего не известно. ФИО7 очень любил мать, занимался похоронами отчима, возил родственников на кладбище на своем автомобиле. Со слов ФИО7 знает, что его дочь вышла замуж, а на свадьбу его не приглашали. В гостях у ФИО7 дочь Олега никогда не видела. У ФИО7 была обида на то, что дочь его не пригласила на свадьбу. А так ничего плохого о дочери он не говорил. У ФИО7 имелось эндогенное заболевание. В психбольнице был однократно. А так был социально адаптирован, сам платежи осуществлял, работал. Находился в состоянии стойкой ремиссии. Алкоголь употреблял, заболел и в 2015 - 2016 г. не пил, говорил, что ему кранты, надо вызывать сестру (ФИО3). Оформил завещание на сестру, наверное потому что ее любил (л.д. 142). 

Свидетель А. - троюродная сестра ФИО7 суду пояснила, что ФИО7 знает с детства, про нахождение ФИО7 в психиатрической больнице ничего не известно. А вот о том, что он лечился во 2иные данные, известно. Очень удивилась, прочитав иск, что его хотят признать недееспособным. Он всегда возил родстенников на автомобиле, ездили на лодках. Изъяснялся всегда адекватно, конфликтов с ним не было. Волю ФИО7 уважает, он был предан семье. Именно мать и сестра не отвернулись от него в сложной жизненной ситуации, поддерживали его после приговора и после освобождения, он считал себя обязанным матери и сестре. И когда заболел в 2015г. ФИО7 вызвал сестру. За время службы он заработал квартиру бывшей жене и дочери. А последнюю квартиру завещал сестре (л.д. 142-143). 

Исходя из того, что граждане приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе (п. 2 ст. 1 ГК РФ), учитывая, что истцом не предоставлено доказательств, которые достоверно и бесспорно подтвердили наличие в силу состояния здоровья порока воли наследодателя, распорядившегося на случай смерти своим имуществом путем составления завещания (ст. 177 ГК РФ), суд приходит к выводу, что оснований для удовлетворения иска ФИО2 не имеется.

Доводы истца о недействительности оспариваемого завещания носят предположительный характер, основаны исключительно на его субъективном мнении и каких-либо доказательств, свидетельствующих об отсутствии волеизъявления ФИО7 при составлении завещания от 15.04.2015г. суду не представлено.

Таким образом, при отсутствии относимых и достоверных доказательств, указывающих на составлении завещателем оспариваемого завещания с пороком воли, суд пришел к выводу о недоказанности истцом юридически значимых обстоятельств и об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных ФИО2 требований, в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194 -198 ГПК РФ, суд

решил:

ФИО2 в иске к ФИО3 о признании завещания недействительным, признании право собственности на имущество в порядке наследования, отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Саратовский областной суд, через Волжский районный суд г. Саратова, в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья: