№ 1-264/19

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

21 ноября 2019 года г. Озерск

Озерский городской суд Челябинской области в составе председательствующего судьи Гладкова А.А.

при секретаре Яшиной О.А.

с участием:

государственного обвинителя – прокурора ЗАТО г. Озерск Челябинской области ФИО1, помощников прокурора ЗАТО г. Озерск Челябинской области ФИО2, ФИО3,

подсудимого ФИО4,

защитника – адвоката Башмакова В.А.,

потерпевших Н., П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда уголовное дело в отношении гражданина 

<

>:

ФИО4, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, имеющего среднее профессиональное образование, холостого, детей не имеющего, трудоустроенного 

<

>, зарегистрированного 

<

адрес> проживающего 

<

адрес> ранее судимого:

15 июля 2014 года Кыштымским городским судом Челябинской области по ч. 1 ст. 158, ч. 1 ст. 161 УК РФ, ч. 2 ст. 69 УК РФ к лишению свободы на срок 1 год с отбыванием наказания в колонии-поселении;

17 июля 2014 года Озерским городским судом Челябинской области (с учетом изменений, внесенных апелляционным определением Челябинского областного суда от 02 октября 2014 года) по п. «а» ч. 2 ст. 161 УК РФ, п.п. «а, г» ч. 2 ст. 161 УК РФ, ч. 3 ст. 69 УК РФ, к лишению свободы на срок 2 года 2 месяца с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима;

19 января 2015 года Озерским городским судом Челябинской области по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ, ч. 5 ст. 69 УК РФ (приговоры от 15 июля 2014 года и 17 июля 2014 года) к лишению свободы на срок 3 года 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Освобожденного 04 декабря 2017 года по отбытии срока наказания;

05 марта 2018 года Кыштымским городским судом Челябинской области по ч. 1 ст. 161 УК РФ к 1 году 4 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Освобожденного 21 мая 2019 года по отбытии срока наказания, 

обвиняемого в совершении двух преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 161 УК РФ, 

У С Т А Н О В И Л:

11 июня 2019 года около 22 часов 30 минут ФИО4, находясь в квартире 

<

адрес> из корыстных побуждений, с целью личного незаконного обогащения, осознавая противоправный характер своих действий, действуя умышленно и вопреки требованиям присутствующей в квартире Н., открыто похитил телевизор модели «Hamber», принадлежащий П., стоимостью 13000 рублей.

С похищенным телевизором ФИО4 с места преступления скрылся, им распорядился по собственному усмотрению, чем причинил П. имущественный ущерб на сумму 13000 рублей.

06 июля 2019 года около 04 часов 30 минут ФИО4, находясь на территории мини-рынка, расположенного по адресу: 

<

...> «а», из корыстных побуждений, осознавая противоправный характер своих действий, действуя умышленно, открыто похитил из карманов одежды Н.: сотовый телефон модели «Fly» стоимостью 4000 рублей, со вставленными в телефон сим-картами ПАО «Tele 2» и «Билайн» ПАО «Вымпелком», не имеющими материальной ценности; денежные средства в сумме 5560 рублей.

С похищенным имуществом ФИО4 с места преступления скрылся, своими действиями причинил Н. имущественный ущерб на общую сумму 9560 рублей.

В судебном заседании ФИО4 свою виновность в открытом хищении имущества, принадлежащего П., не признал, пояснив, что он не преследовал цели хищения телевизора П., вынес данный телевизор из квартиры последнего с целью его уберечь от действий самого потерпевшего, поскольку П. намеревался его разбить. Действительно он 11 июня 2019 года в вечернее время находился в квартире 

<

адрес> где проживают П. и Н.. В этот вечер у него с П. произошел конфликт, в ходе которого П. причинил ему телесные повреждения, также намеревался его ударить телевизором, который был установлен в комнате. Он, предполагая, что телевизор принадлежит его родственнице ФИО5, забрал данный телевизор и вышел с ним из квартиры на улицу. При этом, П. и Н. ему не препятствовали в этом, вернуть телевизор не просили. Уже находясь на улице около подъезда вышеуказанного дома, он неоднократно предлагал П. и Н. забрать обратно телевизор, однако П. заявил, что телевизор ему не нужен. В этой связи он спрятал телевизор в кустах около дома и созвонился с С. и Ш., которых попросил помочь забрать его личные вещи из квартиры П.. По прибытии С. и Ш., они все вместе проникли через балконную дверь в квартиру П., где избили последнего. По прибытии в квартиру сотрудников полиции, он покинул квартиру и в последствии по телефону обратился к сотруднику уголовного розыска П., которому добровольно выдал телевизор, принадлежащий П.. Полагает, что его действия носили лишь самоуправный характер.

Он же свою виновность в открытом хищении имущества, принадлежащего Н., признал, частично пояснив, что в ночное время 06 июля 2019 года он совместно с П., С. и М. находился на территории мини-рынка по пр. Карла Маркса 1а. В этот период времени они заметили сидящего на скамейке в состоянии сильного алкогольного опьянения Н., у которого с Сухаревским произошел конфликт. В результате С. избил Н.. Он же в процессе избиения Н. решил похитить имущество у последнего. Для этого он, сидя на скамейке рядом с Н., незаметно для последнего из его правого кармана одежды вытащил сотовый телефон, после чего забрал его себе. Далее он совместно с П., С. и М. проследовали к магазину «Русь», где они были задержаны сотрудниками полиции. Он не стал отрицать свою причастность к хищению сотового телефона у потерпевшего, добровольно выдал сотрудникам полиции похищенный телефон. Вместе с тем, он не похищал денежные средства у Н.. Полагает, что таковых у потерпевшего не было. Равно как он полагает, что его действия носили тайный характер.

Исследовав и оценив представленные сторонами обвинения и защиты доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о виновности подсудимого ФИО4 в совершении указанных преступлений, что подтверждается следующими доказательствами.

По факту отрытого хищения имущества П.

Согласно протоколу принятия устного заявления о преступлении, 12 июня 2019 года П. сообщил о том, что 11 июня 2019 года около 23 часов ФИО4, находясь в квартире 

<

адрес> открыто похитил телевизор «Hamber» стоимостью 15000 рублей (том 1 л.д. 5).

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 12 июня 2019 года, осмотрена квартира 

<

адрес>. Участвующая при осмотре Н. указала на место в комнате, где ранее располагался телевизор. В ходе осмотра квартиры телевизор не обнаружен (том 1 л.д. 13-24).

Потерпевший П. в суде показал, что в вечернее время суток 11 июня 2019 года он находился у себя дома 

<

адрес> совместно с сожительницей ФИО36 и родственником последней ФИО6, где они все вместе употребляли спиртные напитки. В этот период времени между ним и ФИО6 произошел конфликт, в ходе которого он, обхватив руками шею ФИО6, прижал того к стене. Далее ФИО6 успокоился и покинул квартиру, а он и ФИО37 пошли спать. Через непродолжительное время в его квартиру через балконную дверь проникли ФИО6, С. и Ш., которые стали его избивать. От нанесенных ударов он потерял сознание, а когда пришел в чувства, в квартире никого кроме Н. уже не было. Также он обнаружил, что из комнаты похищен телевизор, который он приобретал на личные деньги в декабре 2018 года и который он оценивает в 13000 рублей. От Н. он узнал, что телевизор был похищен ФИО6, она же (Н.) просила последнего не трогать телевизор, просила его вернуть, однако ФИО6 ее не послушал, обронив фразу «он вам больше не нужен». Далее он обратился с заявлением в полицию. Уже находясь в здании полиции, ФИО6 его просил изменить свою позицию, указать сотрудникам полиции недостоверные сведения о том, что он (П.) сам лично отдал ФИО6 телевизор. Однако, в такой просьбе ФИО6 он отказал. У него нет неприязненных отношений к ФИО6, равно как нет оснований оговаривать последнего.

Согласно протокола очной ставки между обвиняемым ФИО4 и потерпевшим П. от 25 июля 2019 года, последний дал аналогичные ранее данным показания, несмотря на то, что ФИО4 их не подтвердил (том 1 л.д. 169-174).

Свидетель Н. в суде показала, что ФИО6 приходится ей племянником. 11 июня 2019 года ФИО6 находился у нее в гостях по 

<

адрес> где совместно с ней и ее сожителем П. употреблял спиртные напитки. В ходе распития спиртного между ФИО6 и П. произошел конфликт, в результате чего П. обхватил руками шею ФИО6, тем самым его успокоил. Далее ФИО6 ушел из квартиры, а они с П. легли спать. Уже через некоторое время ФИО6 совместно со своими знакомыми С. и Ш. проникли в их квартиру через балконную дверь, после чего С. и Ш. избили П.. ФИО6, зайдя в комнату, отключил от сети телевизор, принадлежащий П., после чего совместно с телевизором направился на выход из квартиры. Она потребовала от ФИО6 вернуть телевизор, пояснив последнему, что телевизор чужой и принадлежит П.. Однако ФИО6 ее не послушал, проронив фразу «телевизор вам больше не понадобится». Далее ФИО6 с телевизором вышел на улицу и сел на скамью рядом с подъездом дома. Желая вернуть телевизор, она также вышла следом за ФИО6, еще раз предупредила последнего, что телевизор чужой. Однако, ФИО6 ее не послушал и ушел вместе с телевизором. ФИО6 самостоятельно не предлагал ни ей, ни П. забрать телевизор.

Согласно протокола очной ставки между обвиняемым ФИО4 и свидетелем Н. от 25 июля 2019 года, Н. дала пояснения о том, что ФИО4 вынес телевизор из квартиры после первого конфликта с П., до того, как в квартиру залезли С. с Ш.. Она и ФИО6 сидели на скамье у подъезда, последний показывал ей телевизор, что-то говорил, но что именно она не помнит (том 1 л.д. 161-165).

Согласно протокола допроса свидетеля Н. от 25 июля 2019 года, оглашенного в суде на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, после того, как П. от нанесенных ударов потерял сознание, С. и Ш. покинули квартиру. ФИО6, оставаясь в квартире, прошел в маленькую комнату, забрал телевизор и вышел с ним из квартиры. Она просила ФИО6 вернуть телевизор, на что последний пояснил, что телевизор им больше не понадобиться. Далее выйдя из квартиры на улицу, она вновь попросила ФИО6 вернуть телевизор, на что последний ответил отказом, мотивируя свой отказ тем, что он зол на П.. После этого она вернулась в квартиру и позвонила в полицию. Через несколько минут ФИО6 вновь через балконную дверь залез в квартиру, равно как в это же время в квартиру прибыли сотрудники полиции. ФИО6, открыв входную дверь квартиры, вытолкнул П. на лестничную клетку, а сам через балконную дверь покинул квартиру. Она же, открыв входную дверь сотрудникам полиции, рассказала последним о случившемся. Ранее в ходе очной ставки она дала иные показания, поскольку пожалела ФИО6 (том 1 л.д. 166-168).

После оглашения данных протоколов Н. пояснила, что показания данные в суде и следователю при ее допросе в качестве свидетеля, она подтверждает в полном объеме, поскольку они правдивы. Ее показания в ходе очной ставки она не подтверждает, поскольку, находясь впервые в такой ситуации, она испытывала сильное волнение.

Свидетель С. в суде показал, что в вечернее время июня 2019 года он находился в компании с Ш., когда поступил звонок от ФИО6. Последний просил их помочь забрать личные вещи из квартиры его родственницы Н., пояснив, что он был избит сожителем Н.. Далее они с Ш. прибыли к дому 

<

адрес>, где их ждал ФИО6, будучи избитый и весь в крови. После этого, с целью забрать личные вещи ФИО6, они все втроем через балконную дверь проникли в квартиру, расположенную на первом этаже, где в это время находились Н. и П.. В тот момент, когда ФИО6 собирал свои вещи, к ним вышел П., который стал предъявлять им претензии, вести себя агрессивно. ФИО6 оттолкнул от себя П., после чего последний упал на пол. Далее в квартиру прибыли сотрудники полиции, которые увезли с собой П.. Он же совместно с ФИО6 и Ш. покинули квартиру. При этом, в руках у ФИО6 ничего, в том числе и телевизора, не было. Далее на телефон ФИО6 поступил звонок от оперативного сотрудника, и ФИО6 ушел на встречу с последним.

Согласно протокола допроса свидетеля С. от 24 июля 2019 года, оглашенного в суде на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, будучи находясь в квартире он совместно с ФИО6 нанесли П. множественные удары по голове и телу, от чего последний упал на пол, и возможно потерял сознание. Н. все это время находилась рядом, кричала, требовала прекратить драку. После этого он и Ш. покинули квартиру, а ФИО6 остался в квартире. Уже через некоторое время он, Ш. и ФИО6 встретились на улице около магазина «Русь», где от ФИО6 ему стало известно, что Н. обратилась в полицию. Далее ФИО6 по телефонному звонку ушел на встречу с оперуполномоченным уголовного розыска П. (том 1 л.д. 152-156).

После оглашения данных протоколов С. пояснил, что это его показания, но он их не подтверждает, настаивает, что квартиру П. они покидали вместе с ФИО6, в руках которого телевизора не было.

Свидетель Ш. в суде показал, что в вечернее время 11 июня 2019 года он находился в компании с С., когда поступил звонок от ФИО6. Последний просил их помочь забрать личные вещи из квартиры его родственницы Н., пояснив, что он был избит сожителем Н.. Далее они с С. прибыли к дому 

<

адрес>, где их ждал ФИО6, будучи избитый и весь в крови. После этого, с целью забрать личные вещи ФИО6, они все втроем через балконную дверь проникли в квартиру, расположенную на первом этаже, где в это время находились ФИО66 и П.. Между П., ФИО67 и С. завязалась драка, в которой он участвовать не стал и покинул квартиру. При этом, ФИО6 и С. остались в квартире, что они там делали далее, он не знает. 

Свидетель ФИО9 – инспектор ППСП УМВД России по ЗАТО г. Озерск в суде показал, что 11 июня 2019 года около 22-23 часов по указанию дежурного прибыл 

<

адрес> Еще подходя к подъеду дома, из квартиры доносились крики, звуки борьбы. Постучавшись в дверь квартиры, им входную дверь открыл ФИО6, который, вытолкнув П. на лестничную площадку, закрыл за собой дверь. Они продолжили стучаться в дверь квартиры в течение 10 минут, после чего дверь открыла ФИО70. Со слов последней стало известно, что ФИО6 против ее воли похитил из квартиры телевизор, принадлежащий П., после чего скрылся из квартиры через балконную дверь. Осмотрев квартиру, в ней был установлен беспорядок, множество следов крови, ФИО6 в квартире отсутствовал.

Свидетель П. – оперуполномоченный ОУР УМВД России по ЗАТО г. Озерск в суде показал, что 11 июня 2019 года он находился в составе следственно-оперативной группы в квартире 

<

адрес> Проживающие в данной квартире П. и ФИО71 дали ему пояснения, что ФИО6 в ходе конфликта против их воли похитил принадлежащий П. телевизор. Он же, зная номер сотового телефона ФИО6, позвонил последнему и назначил тому встречу. Непосредственно при встрече ФИО6 указал на кусты около 

<

адрес>, где он спрятал телевизор. На основании этого им был составлен протокол изъятия.

Согласно протокола изъятия от 12 июня 2019 года, у ФИО4 изъят телевизор модели «Hamber», принадлежащий П. (том 1 л.д. 40-41).

Согласно протокола осмотра предметов от 17 июля 2019 года, осмотрен телевизор модели «Hamber», изъятый у ФИО4 Участвующий при осмотре потерпевший П. пояснил, что данный телевизор принадлежит ему, он был похищен у него ФИО4 в период с 11 на 12 июня 2019 года из квартиры по адресу 

<

адрес> (том 1 л.д. 98-100).

По факту отрытого хищения имущества Н.

Согласно протоколу принятия устного заявления о преступлении, 06 июля 2019 года Н. сообщил о том, что 06 июля 2019 года неизвестные ему лица, находясь у кафе «Фараон» на рынке по пр. Карла Маркса 1а, применив к нему насилие, открыто похитили сотовый телефон модели «Fly» стоимостью 4000 рублей и денежные средства в размере 5560 рублей (том 1 л.д. 72).

Согласно рапорта полицейского ОР ППСП УМВД России по ЗАТО г. Озерск ФИО12 от 06 июля 2019 года, в 04 часа 30 минут 06 июля 2019 года по прибытии на территорию мини-рынка по пр. Карла Маркса 1а получено сообщение от Н. о том, что неизвестные ему лица, причинив телесные повреждения, похитили у него сотовый телефон и деньги. По описаниям, указанным Н., был задержан ФИО4 (том 1 л.д. 70).

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 06 июля 2019 года, осмотрена территория мини-рынка по пр. Карла Маркса 1а г. Озерска Челябинской области. Участвующий при осмотре Н. указал на место на скамейке, где он находился в момент хищения у него денежных средств и сотового телефона (том 1 л.д. 73-78).

Потерпевший Н. в суде показал, что около 04 часов 06 июля 2019 года он находился на территории мини-рынка по пр. Карла Маркса, 1а, где сидел на скамье. При этом он находился в состоянии алкогольного опьянения, но внешние события воспринимал хорошо. В этот период времени мимо него проходила компания молодых людей, в числе которых были ФИО6 и С., которые обратились к нему с просьбой угостить сигаретой. Далее С. стал беспричинно наносить ему телесные повреждения. В процессе избиения он увидел, как ФИО6 вытащил из его (Н.) карманов одежды сотовый телефон и деньги. После этого ФИО6 и С. совместно с другими молодыми людьми ушли в сторону магазина «Русь». Он же вызвал сотрудников полиции, по прибытии которых ФИО6 с компанией молодых людей были обнаружены у магазина «Русь». Он указал сотрудникам полиции на ФИО6, как на лицо, которое похитило его имущество и деньги. Сотрудники полиции задержали ФИО6, у последнего был обнаружен и изъят его (Н.) сотовый телефон. Он настаивает, что у него были похищено: сотовый телефон с двумя сим-картами, которые он оценивает в 4200 рублей, а также денежные средства в размере 5560 рублей.

Согласно протокола допроса потерпевшего Н. от 24 июля 2019, в действительности он вел разговор с компанией молодых людей, в числе которой был и ФИО6. Он допускает, что мог проявить грубость в отношении этих молодых людей. При этом, он имел при себе следующее ценное имущество: во внутреннем кармане его куртки находился сотовый телефон «Fly»; в заднем кармане его брюк находились деньги в сумме 60 рублей; в переднем кармане его брюк находились деньги в сумме 5500 рублей. Далее ему стали наносить удары по голове и телу, в ходе чего он ощутил, как из карманов его одежды стали вынимать личные его вещи. После того как компания молодых людей ушла, он обнаружил, что у него из карманов одежды были похищены вышеуказанные телефон и деньги. Уже в дальнейшем сотрудниками полиции, которых он вызвал на место происшествия, в районе магазина «Русь» компания молодых людей была задержана, у ФИО6 был обнаружен принадлежащий ему (Н.) сотовый телефон (том 1 л.д. 119-122).

После оглашения данных протоколов Н. пояснил, что это его показания, однако события 06 июля 2019 года он в настоящее время помнит плохо.

Свидетель С. в суде показал, что в ночное время 06 июля 2019 года он находился в компании с ФИО6, П. и М. на территории мини-рынка около здания кафе «Фараон». В этот период времени они заметили Н., который сидел на скамье. Он, подойдя к Н., попросил того угостить его сигаретой, на что получил ответ в грубой форме. В этой связи между ним и Н. произошел конфликт, в ходе которого он нанес Н. около 2-3 ударов кулаком в область лица. При этом, М. и П., находясь в стороне, окликнули его, в связи с чем он отошел от Н. и пошел с последними в сторону магазина «Русь». В этот период времени к Н. подошел ФИО6. Что конкретно происходило между ФИО6 и Н., он не видел. Далее их догнал ФИО6, который пояснил, что забрал у Н. деньги и телефон. Уже около магазина «Русь» их компания была задержана сотрудниками полиции, с которыми находился Н.. Н. указал на ФИО6, пояснив, что именно последний похитил у него сотовый телефон и деньги. К нему же у Н. претензий не было, последний пояснил сотрудникам полиции, что в случившемся он виноват сам, поскольку нагрубил ему. Он лично не похищал какое-либо имущество либо деньги у Н..

Свидетель М. в суде показала, что в ночное время 06 июля 2019 года она находилась в компании с ФИО6, П. и С. на территории мини-рынка около здания кафе «Фараон». В этот период времени они заметили Н., который сидел на скамье. При этом, П., подойдя к Н., попросил у того сигарету. Получив сигарету, П. подошел к ней, и они направились в сторону магазина «Русь». Она видела как С. и ФИО6 также подходили к Н., видела, как между С. и Н. происходила драка. После того как она окрикнула С., тот перестал бить Н. и пошел в их с П. сторону, а ФИО6 остался около Н.. Через 6-7 минут их догнал ФИО6, и они все вместе прошли к магазину «Русь», где были задержаны сотрудниками полиции. При этом, Н., который находился вместе с сотрудниками полиции, указал на ФИО6, пояснив, что именно он (ФИО6) похитил у него деньги и сотовый телефон. Действительно, сотрудниками полиции у ФИО6 был обнаружен и изъят сотовый телефон. Далее ФИО6 забрали сотрудники полиции, а ее, С. и П. отпустили.

Свидетель ФИО12 – полицейский ППСП УМВД России по ЗАТО г. Озерск в суде показал, что около 05 часов 06 июля 2019 года он совместно с напарником ФИО89 по указанию дежурного прибыли на территорию мини-рынка по пр. Карла Маркса, 1а, где к ним обратился Н. со следами телесных повреждений на лице, который пояснил, что он был избит и у него были похищены денежные средства и сотовый телефон. Далее они совместно с Н. проследовали по пр. Карла Маркса, где около магазина «Русь» ими была задержана компания молодых людей. При этом, Н. указал на ФИО6, как на лицо, которое похитило у него телефон и деньги. Действительно у ФИО6 был изъят сотовый телефон, принадлежащий Н.. Тщательный досмотр ФИО6 и остальных молодых людей ими не произваодился.

Согласно протокола изъятия от 06 июля 2019 года, у ФИО4 изъят сотовый телефон модели «Fly», принадлежащий Н. (том 1 л.д. 84).

Согласно протокола осмотра предметов от 11 июля 2019 года, осмотрен сотовый телефон модели «Fly», изъятый у ФИО4. Участвующий при осмотре потерпевший Н. пояснил, что данный телефон принадлежит ему, он был открыто похищен у него ФИО4 06 июля 2019 года на территории мини-рынка (том 1 л.д. 93-95).

Оценивая показания потерпевших, свидетелей, доказательства, содержащиеся в материалах уголовного дела, и непосредственно исследованные в судебном заседании, и на которые суд сослался при обосновании доказанности обвинения, суд находит каждое из этих доказательств относимым к данному уголовному делу, отмечает, что они получены без нарушения уголовно-процессуального закона, согласуются между собой и взаимодополняют друг друга, в связи с чем, суд признает их допустимыми, достоверными и объективными.

Совокупность исследованных доказательств позволяет сделать вывод о виновности ФИО4 в вышеописанных преступлениях.

Судом проверена версия ФИО4 в судебном заседании о том, что: он не преследовал цели хищения телевизора, вынес его из квартиры, намереваясь уберечь от активных действий самого П. и в дальнейшем его вернуть обратно; он не похищал денежные средства Н., относительно последнего действовал тайно. Указанная версия своего объективного подтверждения не нашла, в связи с чем, суд отвергает ее как несостоятельную. Таким образом, к показаниям ФИО4 в судебном заседании суд относится критически и расценивает их как линию защиты и способ уйти от уголовной ответственности за содеянное.

Такие показания подсудимого в судебном заседании противоречат показаниям потерпевших: П., из которых следует, что именно ФИО6 в присутствии Н., и вопреки требованиям последней, открыто похитил из квартиры принадлежащий ему телевизор, исключив при этом факт передачи им самим и Н. указанного телевизора подсудимому; Н., из которых следует, что именно ФИО6 открыто похитил принадлежащее ему имущество – сотовый телефон и денежные средства, исключив возможность утери им самим находящихся при нем денежных средств при иных обстоятельствах.

При этом, суд кладет в основу приговора показания потерпевшего Н., данные им как в суде, так и на предварительном следствии, поскольку о своей сути такие показания являются уточняющими и не противоречащими между собой. Потерпевший Н., указывая на факт хищения ФИО6 сотового телефона и денежных средств, подробно описал, где конкретно данное имущество у него находилось (в карманах его одежды), кто конкретно и при каких обстоятельствах, прощупывая карманы его одежды, указанное имущество вынимал из них.

Поводов оговаривать подсудимого потерпевшими не установлено. Так, потерпевшие П. и Н. дали полные и последовательные показания, которые согласуются с иными доказательствами, непосредственно исследованными в судебном заседании. Более того, показания потерпевшие не меняли, они подтверждены последними при принятии от них устных заявлений о преступлении, при осмотре изъятых у подсудимого предметов, а в части показаний потерпевшего П. еще при очной ставки с ФИО6. Каких-либо существенных противоречий при этом, судом в показаниях потерпевших не находит.

Такие показания подсудимого также опровергаются объективными данными, изложенными свидетелями: Н., которая была непосредственным очевидцем хищения ФИО6 телевизора, предпринимала меры к возврату похищенного телевизора, предупреждала подсудимого в противоправности его действий, исключила факт добровольной передачи подсудимому указанного телевизора как ей самой, так и П.; ФИО96, который наблюдал ФИО6 в квартире потерпевшего, был в дальнейшем осведомлен П. и Н. об обстоятельствах хищения у них телевизора; П., который непосредственно изымал у подсудимого телевизор, принадлежащий П.; Ш. и С., которые указали о том, что квартиру потерпевшего они покидали по отдельности, а именно они первые удалились из квартиры П., оставив в ней одного подсудимого; С. и М., которые пояснили, что ФИО6 оставался один с потерпевшим Н., после с их воссоединением указывал на факт хищения им у Н. не только сотового телефона, но и денежных средств, в дальнейшем о хищении денежных средств потерпевший вел разговор и при сотрудниках полиции, указав на причастность в хищении именно ФИО6, при этом ФИО100 исключил свою причастность к хищению имущества у потерпевшего Н.; ФИО101, который принимал непосредственное участие при задержании ФИО6 и при изъятии у последнего сотового телефона потерпевшего, которому также стало известно от Н. о хищении у него еще и денежных средств.

В судебном заседании свидетель С. заявил о непричастности ФИО6 к хищению телевизора, принадлежащего П., указав, что квартиру потерпевшего он покидал совместно с ФИО6, у которого в руках телевизор отсутствовал. Тем не менее, в этой части суд кладет в основу приговора показания свидетеля С., данные им в ходе представительного следствия, критически относясь к его показаниям в суде. Так, суд учитывает, что перед началом и после окончания допроса С. каких-либо замечаний о правильности занесенных в протокол показаний, каких-либо жалоб, не заявлял, после окончания допроса собственноручно указал, что его показания верны и соответствуют фактическим обстоятельствам, подписал протокол допроса. Более того, свидетель С. в суде не заявлял о недозволенных методах его допроса. Равно как суд критически относится к показаниям свидетеля С. в этой части, учитывая при этом, что указанный свидетель состоит в дружеских отношениях с ФИО6. Также, суд учитывает, что такие показания свидетеля опровергаются самим подсудимым, который не отрицал факт изъятия из квартиры потерпевшего телевизора.

Также, суд кладет в основу приговора показания свидетеля Н. в суде и в качестве свидетеля на предварительном следствии, относясь к ее показаниям в ходе очной ставки с ФИО6 критически. При этом, суд учитывает пояснения свидетеля Н., указавшей на подлинность своих показаний именно в суде и в качестве свидетеля на предварительном следствии, а также указавшей на причины, по которым ее показания в ходе очной ставки не соответствовали фактическим обстоятельствам.

Поводов оговаривать подсудимого всеми указанными выше свидетелями не установлено. Само по себе субъективное мнение подсудимого об оговоре его со стороны потерпевших и свидетеля Н. в силу неприязненных к нему отношений, не является достаточным, чтобы не доверять показаниям потерпевших П. и Н., а также свидетеля Н.. Более того, суд учитывает пояснения последних в суде, отрицавших какое-либо негативное отношение к подсудимому.

Обстоятельства изъятия у ФИО6 сотового телефона и телевизора, принадлежащих потерпевшим, также подтверждают причастность подсудимого к совершению преступлений в отношении П. и Н..

То обстоятельство, что при задержании ФИО6 у него не были обнаружены похищенные у потерпевшего Н. денежные средства, не свидетельствует о непричастности подсудимого к преступлению в этой части. Скрывшись с места совершения преступления ФИО6 имел реальную возможность распорядиться похищенными денежными средствами.

Более того, суд учитывает, что потерпевший Н. с момента обращения в органы внутренних дел последовательно заявлял о хищении у него помимо сотового телефона еще и денежных средств в размере 5560 рублей, указывая при этом на ФИО6, как на лицо причастное к хищению. Свою позицию относительно указанных фактов потерпевший не менял на протяжении всего предварительного следствия, ее подтвердил и в суде. Оснований считать, что хищение денежных средств Н. было совершено не ФИО6, а другим лицом, либо денежные средства были утеряны самим потерпевшим, не имеется.

Доводы подсудимого о необходимости квалификации его действий по эпизоду хищения имущества Н. по ст. 158 УК РФ несостоятельны, так как его противоправные действия были обнаружены собственником имущества, при этом он, сознавая это, продолжил удержание имущества, скрывшись и распорядившись им по своему усмотрению.

Доводы подсудимого о том, что Н. не высказал ему каких-либо претензий относительно изъятия у него имущества и денежных средств, тем самым факт хищения не заметил, также не могут служить основанием для переквалификации его действий, поскольку по смыслу закона открытым хищением чужого имущества, предусмотренным статьей 161 УК РФ (грабеж), является такое хищение, которое совершается в присутствии собственника, когда лицо, совершающее это преступление, сознает, что собственник имущества понимает противоправный характер его действий независимо от того, принимал ли он меры к пресечению этих действий или нет.

В то же время, суд не может учесть пояснения следующих лиц в объяснениях на стадии доследственной проверки, которые были оглашены в суде по ходатайству стороны защиты: потерпевшего П. от 12 июня 2019 года (том 1 л.д. 30-31), свидетеля Н. от 12 июня 2019 года (том 1 л.д. 37).

Так, в соответствии с ч. 1 ст. 75 УПК РФ доказательства, полученные с нарушением требований уголовно-процессуального законодательства, являются недопустимыми, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения либо оправдания, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, входящих в предмет доказывания.

По смыслу закона, если к участию в следственных действиях привлекаются участники уголовного судопроизводства, личности данных лиц удостоверяются, им разъясняются права, ответственность, а также порядок производства следственного действия. Если в производстве следственного действия участвует потерпевший или свидетель, то они также предупреждаются об ответственности, предусмотренной ст.ст. 307 и 308 УК РФ.

Как следует из содержания вышеприведенных объяснений, участвующим при даче объяснений вышеуказанным потерпевшему и свидетелю права, предусмотренные ст.ст. 42 и 56 УПК РФ, а также положения ст. 51 Конституции РФ, не разъяснялись, они об уголовной ответственности по ст.ст. 307-308 УК РФ не предупреждались.

Поскольку пояснения, данные вышеуказанными потерпевшим и свидетелем в ходе отбора у них объяснений, являются по своей сути их показаниями, получены с нарушением требований уголовно-процессуального законодательства, они не могут быть использованы в доказывании по настоящему уголовному делу, суд признает их недопустимыми.

Тем самым, анализ показаний потерпевших и свидетелей в совокупности с иными доказательствами, положенных в основу приговора, позволяет прийти к выводу о том, что: именно ФИО6 были открыто похищены у Н. сотовый телефон и денежные средства; действия ФИО6 по изъятию телевизора, принадлежащего П., носили противоправный характер, а именно подсудимым совершено открытое хищение имущества П.. 

Суд не может согласится с размером причиненного ущерба потерпевшему Н., по следующим основаниям.

Так, органами предварительного следствия ФИО4 вменено в вину хищение принадлежащих Н. двух сим-карт операторов сотовой связи ПАО «Tele 2» и «Билайн» ПАО «Вымпелком» стоимостью 100 рублей каждая, установленных в сотовый телефон модели «Fly».

Между тем, сим-карта - это карта, с помощью которой обеспечивается идентификация абонентской станции, ее доступ к сети и защита от несанкционированного использования абонентского номера. Она не имеет материальной ценности, так как денежные средства, передаваемые при заключении договора на оказание услуг связи, стоимостью SIM-карты не являются, они зачисляются на лицевой счет абонента как оплаченное эфирное время и используются им для оплаты услуг связи. Кроме того, материалы уголовного дела не содержат сведений о том, что оплаченное потерпевшим Н. эфирное время, учтенное операторами связи на его лицевом счете, кем-либо, помимо законного владельца этого счета, было использовано с причинением потерпевшему материального ущерба.

При таких данных суд полагает необходимым исключить из объема обвинения ФИО6 по эпизоду грабежа в отношении потерпевшего Н. стоимость SIM-карт, снизить общий размер похищенного у Н. соответственно на 200 рублей, а всего до 9560 рублей.

В связи с вышеизложенным, по каждому из двух преступлений суд квалифицирует действия ФИО4 по ч. 1 ст. 161 УК РФ как грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества (по эпизодам грабежа в отношении П. от 11 июня 2019 года на сумму 13000 рублей и Н. от 06 июля 2019 года на сумму 9560 рублей).

При назначении подсудимому наказания за совершенные преступления суд руководствуется целями восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений. При этом, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных ФИО4 преступлений, отнесенных согласно ст. 15 УК РФ к категории преступлений средней тяжести. Также, суд учитывает обстоятельства совершения данных преступлений, личности виновного, наличие совокупности смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Судом исследовались данные, характеризующие личность подсудимого: ФИО4 холост; детей не имеет; трудоустроен, где привлекался к работе по двум заявкам в июне 2019 года (том 2 л.д. 18); по месту регистрации участковым уполномоченным полиции характеризуется следующим образом – по характеру хитрый, лживый, ранее был замечен в злоупотреблении спиртными напитками и в нарушении общественного порядка, периодически допускал скандалы в семье (том 2 л.д. 19); у врачей нарколога и психиатра не наблюдается (том 2 л.д. 17), на состояние здоровья жалоб не имеет.

По каждому из двух преступлений суд признает обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО4: явки с повинной (том 1 л.д. 185, 187); частичное признание своей виновности; а по преступлению в отношении П. еще и активное способствование розыску имущества, добытого преступным путем.

По каждому из двух преступлений действия ФИО4 образовали рецидив преступлений, поэтому обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого, в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ, суд признает наличие в его действиях рецидива преступлений.

Поскольку в действиях ФИО4 установлено отягчающее наказание обстоятельство, не имеется оснований к назначению ему наказания с применением ч. 1 ст. 62 УК РФ (о том, что срок или размер наказания не может превышать две трети максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за преступление).

Суд, назначая ФИО4 наказание за каждое из двух преступлений, учитывает положения ч. 2 ст. 68 УК РФ (о назначении наказания не менее 1/3 части максимального срока наказания предусмотренного за преступление), поскольку в действиях подсудимого имеется рецидив преступлений.

С учетом данных о личности ФИО4 суд не находит оснований к назначению наказания с применением положений ст. 64 УК РФ (о назначении менее строгого наказания, чем предусмотрено за преступление), а также положений ч. 3 ст. 68 УК РФ (о назначении менее одной третьей части максимального срока наиболее строгого вида наказания).

При назначении ФИО4 наказания суд в соответствии с ч. 1 ст. 68 УК РФ учитывает также характер и степень общественной опасности ранее совершенных им умышленных преступлений, в том числе и аналогичной направленности против чужой собственности, обстоятельства, в силу которых исправительное воздействие предыдущего наказания, назначенного судом в виде реального лишения свободы, оказалось недостаточным. 

С учетом наличия обстоятельства, отягчающего наказание, суд считает невозможным применение положений ч. 6 ст. 15 УК РФ и изменение категории совершенных ФИО4 преступлений средней тяжести на менее тяжкую.

При указанных установленных обстоятельствах по делу суд приходит к выводу, то за содеянное подсудимым, ФИО4, совершившему два преступления средней тяжести за довольно короткий промежуток времени по истечение менее месяца после его освобождения из мест лишения свободы, надлежит назначить наказание в виде реального лишения свободы, поскольку, по мнению суда, более мягкий вид наказания или условное осуждение не приведут к исправлению подсудимого, не предупредят совершение им новых преступлений, а также будут социально не справедливыми.

В связи с чем, суд не находит оснований для применения к ФИО4 положений ст. 73 УК РФ об условном осуждении, равно как не находит оснований применить положения ст. 53.1 УК РФ о назначении альтернативного наказания в виде принудительных работ.

По совокупности преступлений ФИО4 на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ суд считает необходимым назначить наказание путем частичного сложения назначенных за каждое преступление наказаний, не находя при этом оснований для применения принципа поглощения менее строгого наказания более строгим.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ ФИО4 лишение свободы должны отбывать в исправительной колонии строгого режима.

В целях обеспечения исполнения приговора меру пресечения в отношении ФИО4 до вступления приговора в законную силу подлежит оставить без изменения в виде заключения под стражу.

При решении судьбы вещественных доказательств, суд руководствуется положениями ст.ст. 81-83 УПК РФ.

Прокурором ЗАТО г. Озерск в интересах потерпевшего Н. к ФИО4 был заявлен гражданский иск о взыскании в счет возмещения ущерба, причиненного преступлением, 5560 рублей (том 1 л.д. 174).

ФИО4 исковые требования не признал, пояснив, что денежные средства у потерпевшего Н. он не похищал.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению лицом, причинившим вред.

Поскольку судом установлена виновность ФИО4 в причинении имущественного ущерба потерпевшему Н. в указанном размере (от хищения денежных средств в размере 5560 рублей), который подсудимый не возместил, то иск подлежит полному удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.299, 302-304, 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО4 признать виновным в совершении двух преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 161 УК РФ, и назначить ему за каждое из двух преступлений наказание в виде лишения свободы сроком в 2 (два) года 6 (шесть) месяцев.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности указанных преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, назначить ФИО4 наказание в виде лишения свободы на срок 4 (четыре) года с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО4 до вступления приговора в законную силу оставить прежнюю в виде заключения под стражу, после чего ее отменить. 

Срок наказания в виде лишения свободы исчислять ФИО4 со дня вступления настоящего приговора в законную силу.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей ФИО4 с 06 июля 2019 года по день вступления приговора в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Гражданский иск прокурора ЗАТО г. Озерск в интересах потерпевшего Н. к ФИО4 удовлетворить. 

Взыскать с ФИО4 в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением, в пользу Н. 5560 (пять тысяч пятьсот шестьдесят) рублей.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства

- выданные П., С. и Н. – оставить у них, освободив от обязанности по ответственному хранению.

- хранящиеся в материалах дела – оставить в деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Челябинской областного суда в течение 10 суток со дня его оглашения, а осужденным (содержащимся под стражей) – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, с подачей апелляционных жалобы и представления через Озерский городской суд Челябинской области.

Председательствующий – А.А. Гладков

<

>

<

>

<

>

<

>

<

>

<

>

<

>