А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

г. Уфа 17 марта 2020 года

Верховный Суд Республики Башкортостан

в составе председательствующего судьи Нуриева А.Д., 

при секретаре Зигануровой Р.М., 

с участием: прокурора Галиевой А.Ф., 

оправданной ФИО8, 

защитника - адвоката по соглашению Рискулова А.М.,

рассмотрел в судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Касаткиной Л.Р. на приговор Стерлитамакского городского суда Республики Башкортостан от 11 декабря 2019 года, которым

ФИО8, ... ранее не судимая;

оправдана по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК РФ, на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, за отсутствием в ее действиях состава преступления. За ней признано право на реабилитацию с разъяснением права на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда, восстановление трудовых, пенсионных, жилищных и иных прав. 

По делу разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад председательствующего о содержании обжалуемого приговора, объяснение оправданной ФИО8 и выступление адвоката Рискулова А.М., возражавших по доводам апелляционного представления, мнение прокурора Галиевой А.Ф. в поддержку апелляционного представления об отмене приговора, суд

У С Т А Н О В И Л:

ФИО8 органами предварительного следствия обвинялась в том, что, являясь должностным лицом - ..., совершила халатность, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Согласно предъявленному обвинению, ФИО8, в период времени с ... дата до ... дата, обладая информацией о совершении ... ФИО антиобщественных действий, не предприняла мер к незамедлительному информированию об этом УМВД России по адрес, в связи с чем ФИО не был поставлен на профилактический учет в отдел по делам несовершеннолетних УМВД России по адрес, а также не была задействована служба уголовного розыска УМВД России по адрес. В результате бездействия ФИО8, несовершеннолетний ФИО совершил общественно - опасные деяния, подпадающие под признаки преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, пп. «а», «е» ч. 2 ст. 105, ч. 2 ст. 167 УК РФ и были существенно нарушены права и законные интересы ФИО9, ФИО10, ФИО14, ФИО1, ФИО15, ФИО2, ФИО12, ФИО13, ФИО11, ФИО17, ФИО16, а также охраняемые законом интересы общества и государства. 

Действия ФИО8 были квалифицированы по ч. 2 ст. 293 УК РФ как халатность, то есть неисполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного и небрежного отношения к службе и обязанностей по должности, повлекшее существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Приговором суда ФИО8 оправдана за отсутствием в ее действиях состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК РФ. Установленные судом обстоятельства подробно изложены в приговоре.

В судебном заседании ФИО8 виновной себя не признала.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Касаткина Л.Р. предлагает приговор суда отменить в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, существенным нарушением уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона. Полагает, что выводы суда об отсутствии у ФИО8 осведомленности о том, что нападение может быть совершено в ..., а также что в электронной переписке между ФИО и другими учащимися, датированной дата, содержатся сведения о «поножовщине» «резне» и «коктейле Молотова», являются необоснованными. Также, по мнению государственного обвинителя, суд пришел к неправильному выводу об отсутствии у ФИО8 обязанности по незамедлительному информированию органов внутренних дел о выявлении несовершеннолетнего, совершившего антиобщественные действия. При этом обращает внимание, что в оспариваемом судебном решении не дана должная оценка доказательствам, представленным стороной обвинения, – суд первой инстанции ограничился лишь изложением их содержания, что существенно повлияло на объективность и полноту рассмотрения уголовного дела.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым тогда, когда он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального кодекса и основан на правильном применении уголовного закона.

В соответствии с ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, если в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления доказана. В силу ч. 3 ст. 14 УПК РФ все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленным уголовно-процессуальным законом, толкуются в его пользу.

Исходя из требований ч. 2 ст. 302 УПК РФ оправдательный приговор постановляется в случае, если в деянии подсудимого отсутствует состав преступления. 

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы, приведенные в апелляционном представлении, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

По результатам рассмотрения уголовного дела суд правильно установил, что ФИО8 было известно о том, что ФИО3 ведет переписку с ..., где указал, что может что-то произойти. Однако сведений о том, что может произойти нападение в ... в представленных материалах дела не имеется. В переписке, состоявшейся в дата, не было упоминаний о «поножовщине», «коктейле Молотова». дата ФИО8 было организовано собрание, на котором присутствовали ФИО3, ... После собрания ФИО8 дала указание о подготовке документов для направления в правоохранительные органы. Кроме того, суд пришел к верному выводу, что приведенные в обвинительном заключении должностные обязанности ФИО8, касающиеся работы ..., его работников и обучающихся, неисполнение которых инкриминировано ФИО8, не связаны каким-либо образом с обстоятельствами произошедшего, в связи с чем она была оправдана по предъявленному ей обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК РФ. 

При таких обстоятельствах доводы апелляционного представления о несостоятельности выводов суда первой инстанции в части отсутствия у ФИО8 осведомленности о том, что ФИО планировалось нападение ... и о наличии в переписке, датированной дата, фраз «резня в школе», «поножовщина», «коктейль Молотова» не нашли своего подтверждения. 

Так, из показаний ФИО8, данных ею в ходе судебного заседания при рассмотрении уголовного дела по существу и подтвержденных ею в суде апелляционной инстанции следует, что дата в ходе разговора с ФИО4 она узнала, что велась переписка между учениками, где говорилось об унижениях, оскорблениях и издевательствах. дата ФИО5 зачитала ей скриншоты переписки, где также велась речь об унижениях и о «психушке». Они предположили, что переписку ведет ученик ее школы ФИО На следующий день она провела беседу с ФИО и его родителями. В ходе беседы речь велась об издевательствах и унижениях в отношении ФИО При этом она спросила ФИО о его намерениях устроить резню в школе, о которых он писал в дата, на что ФИО ей ответил, что не собирается такого делать. После беседы она попросила ФИО5 позвонить инспектору отдела образования ФИО6 и сообщить о случившемся, а также отправить соответствующую информацию в органы внутренних дел.

По ключевым моментам состоявшегося разговора с ФИО и его родителями, вышеизложенные показания оправданной согласуются с показаниями иных непосредственных участников беседы – свидетелями ФИО7 и ФИО5 При этом последняя подтвердила в судебном заседании, что разговор о «резне в школе» состоялся в свете обсуждения переписки дата. 

Ссылка в апелляционном представлении на показания, данные ФИО8 в ходе допроса дата (т. 3, л.д. 230-234), являются несостоятельной, поскольку указанные показания не противоречат установленным обстоятельствам дела, согласно которым ФИО8 действительно спрашивала у ФИО о резне в школе, о которой он указывал в своей переписке в дата. 

Более того, указанные показания даны ФИО8 в процессуальном статусе свидетеля, без участия защитника, и не подтверждены ею в судебном заседании. Как следует из протокола допроса, ФИО8 давала показания, будучи предупрежденной об уголовной ответственности как за дачу заведомо ложных показаний, так и за необоснованный отказ от дачи показаний. Вместе с тем, согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации (постановления от 25 апреля 2001 года № 6-П, от 29 июня 2004 года № 13-П) освобождение лица от обязанности давать показания, которые могут ухудшить его положение, то есть наделение его свидетельским иммунитетом, должно обеспечиваться на любой стадии уголовного судопроизводства. Изложенное означает, что это лицо не может обязываться к представлению имеющихся у него доказательств, подтверждающих обвинение в совершении преступления, но вправе защищаться любыми не запрещенными законом способами. Учитывая, что право не свидетельствовать против себя самого является общепризнанным и лежит в основе справедливой судебной процедуры, показания, полученные от обвиняемой под угрозой уголовной ответственности по ст. 307, 308 УК РФ (вне зависимости от стадии уголовного процесса и ее процессуального статуса), то есть фактически под принуждением и вопреки ее воле, противоречат требованиям, предъявляемым к доказательствам с точки зрения допустимости и соответствия основополагающим принципам уголовного судопроизводства в той части, в которой они ухудшают ее положение.

При таких обстоятельствах, исходя из положений ст. 14 УПК РФ, выводы суда первой инстанции об отсутствии у ФИО8 достоверных данных о наличии у ФИО умысла на совершение общественно-опасного деяния, в том числе сведений о месте, времени и иных обстоятельствах его совершения, являются обоснованными.

По смыслу закона деяние подпадает под признаки преступления, предусмотренного ст. 293 УК РФ, если оно повлекло наступление общественно-опасных последствий в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения должностным лицом своих обязанностей. Однако если данные последствия наступили вследствие профессионального упущения либо ошибки, то есть явились результатом недостатка квалификации, знаний, опыта и т.п., содеянное не может быть квалифицировано как халатность.

Как видно из материалов дела и обстоятельств, установленных судом первой инстанции, ФИО8, назначенная распоряжением главы администрации ..., являлась, в соответствии с ч. 3 ст. 26 ФЗ от 29 декабря 2012 года № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации», должностным лицом и осуществляла, в соответствии с Уставом ..., утвержденным постановлением администрации ... и должностной инструкцией директора ..., утвержденной приказом начальника МКУ «Отдел образования администрации городского округа ..., текущее руководство деятельностью ....

Согласно предъявленному обвинению, объективная сторона совершенного ею общественно опасного деяния выражалась в неисполнении ею возложенных на нее обязанностей по созданию безопасных условий обучения обучающихся, присмотра и ухода за обучающимися, их содержания в соответствии с установленными нормами, обеспечивающими жизнь и здоровье обучающихся, работников образовательных организаций, соблюдению прав и свобод обучающихся и обеспечения их безопасности во время пребывания в образовательной организации (пп. 2,3 ч. 6 ст. 28, п. 8 ч. 1 ст. 41 Федерального закона от 29 декабря 2012 года № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации»), а также нарушении требований о незамедлительном информировании органов внутренних дел о несовершеннолетних, которые совершили антиобщественные действия (п. 5 ч. 2 ст. 9 ФЗ «Об основах профилактики и безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних» и п. 5 ч. 1 ст. 35 Закона Республики Башкортостан от 23 марта 1998 года № 151-з «О системе профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних, защиты их прав в Республике Башкортостан»). 

Суд первой инстанции, оценив представленные доказательства в их совокупности и установив обстоятельства произошедших событий, пришел к правильному выводу, что виновность ФИО8 в совершении инкриминируемого ей преступления могла бы быть подтверждена только в случае фактического ее бездействия при наличии обязанности действовать конкретным образом, что, в свою очередь, должно являться следствием ее недобросовестного или небрежного отношения к службе. Однако, как верно указано в приговоре, вышеуказанные обязанности, касающиеся работы образовательного учреждения, его работников и обучающихся никак не связаны с обстоятельствами произошедшего. Одних общих утверждений о невыполнении ФИО8 обязанностей по обеспечению безопасности обучающихся и работников ... ее невнимательности и в целом ненадлежащем исполнении обязанностей по службе без уточнения, в чем именно выражались эти упущения, недостаточны для обвинения в халатности.

Вопреки доводам апелляционного представления суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что ... не относится к органам и учреждениям системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних и необоснованности предъявленного ФИО8 обвинения в неисполнении ею, как руководителем образовательного учреждения, положений п. 5 ч. 2 ст. 9 ФЗ «Об основах профилактики и безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних». Суждения, изложенные в апелляционном представлении о незаконности ввиду неверного толкования норм закона вступившего в законную силу постановления заместителя Председателя Верховного Суда Республики Башкортостан от дата, являются некорректными. Поскольку ФИО8 предъявлено обвинение в неисполнении возложенных на нее, как на директора школы, обязанностей, изложенных в п. 5 ч. 2 ст. 9 ФЗ «Об основах профилактики и безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних» и п. 5 ч. 1 ст. 35 Закона Республики Башкортостан от 23 марта 1998 года № 151-з «О системе профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних, защиты их прав в Республике Башкортостан» (а иные нормативные правовые акты, нарушение требований которых инкриминировано оправданной, не содержат требований о незамедлительности информирования правоохранительных органов), разрешение вопроса об отнесении образовательного учреждения к числу государственных органов системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних, круг которых определен вышеуказанным федеральным законом, является необходимым условием для правильной юридической оценки ее действий как должностного лица. В связи с изложенным, доводы апелляционного представления о возможности осуществления уголовного преследования ФИО8 без принятия во внимание выводов вышеуказанного постановления суда кассационной инстанции, являются необоснованными. 

Таким образом, вопреки доводам апелляционного представления, суд первой инстанции, при рассмотрении уголовного дела точно установил служебную компетенцию оправданной, то есть круг четко регламентированных обязанностей, которые должны были быть ею выполнены в данной конкретной ситуации и принял правильное решение об отсутствии в ее действиях состава инкриминируемого ей преступления. При этом суд учел совокупность всех объективных и субъективных факторов, в том числе полноту и достоверность имеющейся информации о планируемом несовершеннолетним ФИО общественно-опасном деянии, временной промежуток между получением такой информации и непосредственным совершением ФИО антиобщественных действий, а также наличие прямой причинно-следственной связи между предполагаемым бездействием ФИО8 и наступлением тяжких последствий.

Кроме того, из установленных судом обстоятельств дела следует, что дата, после проведенного совещания с участием ФИО и его родителями, ФИО8 дала указание своему заместителю ФИО5 о необходимости сообщить о произошедшем инспектору отдела образования администрации ... ФИО6, а также о подготовке соответствующей информации в правоохранительные органы, что подтверждается показаниями самой оправданной в судебном заседании.

Из показаний свидетеля ФИО5 следует, что ввиду необходимости подготовки всего необходимого пакета документов, включающего в себя характеристики, табель успеваемости и т.п., направить указанную информацию планировалось на следующий день - дата.

В судебном заседании были оглашены показания ФИО6, которая подтвердила, что дата ей позвонила ФИО5 и сообщила о том, что ФИО выкладывает в сеть информацию угрожающего характера. 

Учитывая что ФИО8 не обладала информацией о планировании ФИО совершения нападения именно дата, изложенные сведения, в совокупности с иными обстоятельствами произошедшего, свидетельствуют о несостоятельности доводов о непринятии ФИО8 каких-либо мер по информированию контролирующих и правоохранительных органов о сложившейся ситуации, и квалификация содеянного ею как уголовно-наказуемого бездействия, в данном случае, является неверной. 

В соответствии со ст. 6 УПК РФ уголовное судопроизводство имеет своим назначением, в том числе защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод.

Согласно ст. 14 УПК РФ обвиняемый считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном УПК РФ порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда. Подозреваемый или обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность. Бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, лежит на стороне обвинения. Все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном УПК РФ, толкуются в пользу обвиняемого. 

В связи с изложенным, выводы суда об отсутствии в действиях ФИО8 состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК РФ являются законными и обоснованными. Мотивы принятого судом решения об оправдании ФИО8 по результатам оценки доказательств изложены в приговоре, как того требует ст. 305 УПК РФ.

Суд апелляционной инстанции находит выводы суда о невиновности ФИО8 правильными, не усматривает оснований для иной оценки представленных стороной обвинения доказательств, соответственно, для отмены приговора по доводам апелляционного представления. 

Согласно ч. 1 ст. 305 УПК РФ в описательно-мотивировочной части оправдательного приговора излагаются существо предъявленного обвинения, обстоятельства, установленные судом, основания оправдания подсудимого и доказательства, их подтверждающие, мотивы, по которым суд отвергает доказательства, представленные стороной обвинения. Указанные требования закона судом при постановлении в отношении ФИО8 оправдательного приговора по предъявленному ей обвинению, соблюдены в полной мере.

Судом первой инстанции в соответствии с положениями уголовно-процессуального закона рассмотрены заявленные сторонами ходатайства и по каждому из них вынесено основанное на исследованных доказательствах мотивированное решение.

Согласно материалам уголовного дела судом были созданы все необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, принимались предусмотренные законом меры по обеспечению состязательности и равноправия сторон. 

Вопреки доводам представления, суд не допустил нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора. Представленные обвинением доказательства были исследованы в судебном заседании, что не оспаривается в апелляционном представлении. Судебное разбирательство по данному уголовному делу проведено полно и объективно. Все исследованные в ходе судебного заседания доказательства, приведенные в приговоре, получили надлежащую оценку у суда первой инстанции. 

Правильность оценки собранных по делу доказательств, данной судом первой инстанции в приговоре, у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает, а поэтому доводы апелляционного представления о том, что суд дал неправильную оценку доказательствам, а выводы суда являются противоречивыми, не основанными на нормах закона и материалах дела, не соответствуют фактическими обстоятельствам дела, суд апелляционной инстанции считает несостоятельными. 

Приговор постановлен в соответствии с требованиями ст. 297, 307-309 УПК РФ. 

Руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ суд

П О С Т А Н О В И Л:

приговор Стерлитамакского городского суда Республики Башкортостан от 11 декабря 2019 года в отношении ФИО8, дата года рождения оставить без изменения, апелляционное представление без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленным главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий: 

справка: дело № 22-966/2020

Судья Хуснутдинов В.Б.