Дело № 2-41/2024

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

06 мая 2024 года Северский городской суд Томской области в составе:

председательствующего судьи Ребус А.В.,

при секретаре Бресской Д.Н.,

с участием представителя истца по первоначальному иску ФИО1 – ФИО2, действующего на основании доверенности 70 АА 1754548 от 27.01.2023, 

представителя ответчика по первоначальному иску ФИО3 – ФИО4, действующего на основании доверенности 70 АА 1378986 от 03.11.2020, 

помощник судьи Аникина О.В.,

рассмотрев в г. Северске Томской области в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО5 о признании недействительными договоров, встречному исковому заявлению ФИО3 к ФИО6 – ФИО7, ФИО8 о признании договоров недействительными,

УСТАНОВИЛ:

ФИО6 – ФИО7 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО3 и ФИО5, в котором, ссылаясь на ст.ст.166, 167, 177, 178, 179 ГК РФ, просит о признании недействительным договора дарения земельного участка, расположенного по [адрес] с кадастровым номером **, заключенного между ФИО6 – ФИО7 и ФИО3 от 19.10.2015, а также признать недействительным договор дарения вышеуказанного земельного участка, заключенный 08.11.2022 между ФИО3 и ФИО5, вернуть стороны в первоначальное положение. В обоснование заявленных исковых требований истец ФИО1 указывает, что при заключении с ФИО3 договора дарения земельного участка от 19.10.2015 был введен ответчиком в заблуждение, п.3 договора свидетельствует о том, что на момент подписания данного договора отчуждаемое имущество не продано и не является предметом залога. Вместе с тем данное обстоятельство не соответствует действительности, поскольку ФИО3 было известно о том, что земельный участок находится в залоге, имеется расписка в получении денежных средств и предварительный договор купли – продажи земельного участка, в котором указаны сроки возврата денежных средств и последствия невозвращения денежной суммы. ФИО3, используя его болезненное состояние после перенесенного инсульта, оформила договор дарения вместо договора купли – продажи. О том, что был оформлен договор дарения он узнал в 2023 году после обращения с иском в суд о разделе совместно нажитого имущества. Кроме этого, в судебном процессе он узнал, что ФИО3 подарила вышеуказанный земельный участок ФИО5 Последовательные действия ФИО3 свидетельствуют об умысле изъять у него земельный участок, принадлежавший ему на праве собственности, и распорядиться им по своему усмотрению. С учетом изложенного, полагает, что договор дарения между ним и ФИО3 от 19.10.2015 не заключен и не породил юридические последствия в виде перехода права собственности на недвижимость от дарителя к одаряемому, сделка сторонами не исполнена, т.е. не наступили соответствующие правовые последствия, в связи с чем имеются также основания считать сделки ничтожными, мнимыми.

Не согласившись с заявленными исковыми требованиями, ФИО3 обратилась со встреченным исковым заявлением к ФИО6 – ФИО7, с учетом заявления об увеличении исковых требований, в окончательной редакции иска просила о признании ничтожными договор залога от 15.12.2014, договор беспроцентного займа от 15.12.2014, предварительный договор купли – продажи земельного участка от 15.12.2014, заключенные между ФИО6 – ФИО7 и ФИО8 В обоснование заявленных требований указала, что представленные суду ФИО6 – ФИО7 договор залога от 15.12.2014, договор беспроцентного займа от 15.12.20214, предварительный договор купли – продажи земельного участка от 15.12.2014 нельзя считать заключенными, поскольку подписи ФИО6 – ФИО7 и ФИО8 в указанных документах, а также в расписке к договору беспроцентного займа от 15.12.2014 выполнены с подражанием подписей ФИО1 и ФИО8, на что указывает нечеткий контур линий буквенного исполнения фамилии и инициалов. Кроме этого, в нарушение требований ст.339 ГК РФ договор залога от 15.12.2014 не содержит отсылку к договору, из которого возникло обеспечиваемое обязательство, не указан срок исполнения обязательства, обеспечиваемого залогом. Сторонами не соблюдены требования к форме и содержанию существенных условий договора, установленные ст.339 ГК РФ, договор залога не зарегистрирован в ЕГРН в установленном законом порядке, запись об ипотеке (залоге недвижимости) в ЕГРН не внесена. При таких обстоятельствах договор залога от 15.12.2014, договор беспроцентного займа от 15.12.2014 и предварительный договор купли – продажи земельного участка от 15.12.2014 являются ничтожными, не влекущие никаких последствий. 

Определение суда, занесенным в протокол судебного заседания, к участию в деле по встреченному иску ФИО3 в качестве ответчика привлечен ФИО8

Истец по первоначальному иску (ответчик по встреченному иску) ФИО6 – ФИО7 в судебное заседание не явился. О месте и времени рассмотрения дела извещён надлежащим образом, о причинах неявки суд не известил. Ранее в судебном заседании свои исковые требования поддержал, настаивал на их удовлетворении, встреченные исковые требования ФИО3 не признал, просил отказать в их удовлетворении. По существу пояснил, что в 2014 году ООО «Томсккабель» обратился к нему с исковыми требованиями о возмещении ущерба. Решением суда с него взыскали сумму ущерба в размере 650 000 рублей. Юридическую помощь по этому делу ему оказывал ФИО4, который ввел его в заблуждение, порекомендовал принадлежащие на праве собственности квартиру и земельный участок с домом зарегистрировать на супругу. ФИО3 и ФИО4 заверили его, что после судебных тяжб имущество снова будет переоформлено на него. Далее квартира и дом были оформлены на ФИО3 на основании договоров купли – продажи. В 2014 году он обратился к ФИО8 за помощью, ФИО8 передал ему 650 000 рублей по договору займа. Денежные средства он взял для того, чтобы рассчитаться по решению суда. Однако, 200 000 рублей потратил на нужды семьи, 100 000 рублей оплатил услуги представителя, однако документов, подтверждающих оплату услуг у него нет. Оставшиеся деньги в сумме 350 000 рублей он ФИО8 не вернул, предложил обратиться в суд с иском о взыскании задолженности. Договор займа и предварительный договор купли – продажи земельного участка подписывал в 2014 году по месту жительства ФИО8 Договор займа подготовил ФИО8 Деньги были переданы ему ФИО8 сразу после подписания договора займа. Договор займа и предварительный договор купли – продажи все время хранились у ФИО2 С 2022 года в суде рассматривалось дело о разделе совместно нажитого имущества с ФИО3, в этот период времени она переоформляет земельный участок на дочь ФИО5 Ответчик ФИО3 знала о наличии долга перед ФИО8, но воспользовалась его болезненным состоянием после перенесенного инфаркта. 

Представитель ФИО1 – ФИО2 в судебном заседании поддержал исковые требования своего доверителя по основаниям, изложенным в иске, во встречных исковых требованиях ФИО3 просил отказать. Указал, что ФИО1 не стал бы отчуждать ФИО3 имущество если бы понимал, что она его не вернет. Заключение предварительного договора купли – продажи земельного участка являлось гарантией возврата денежных средств по договору займа, срок заключения предварительного договора – до момента возврата денежных средств. Основной договор займа не заключался. ФИО8 направлял ФИО1 претензию о возврате денежных средств. Дополнительно пояснил, что о заключении договора дарения земельного участка его доверитель узнал в сентябре 2023 года, до этого считал, что был заключен договор купли – продажи. Поведение ФИО3 оказалось недобросовестным, в результате чего пострадал его доверитель.

Ответчик по первоначальному иску (истец по встреченному иску) ФИО3 в судебное заседание не явилась, о месте и времени рассмотрения дела извещена надлежащим образом, о причинах неявки суд не известила. 

Представитель ФИО3 – ФИО4 с исковыми требованиями ФИО1 не согласился, просил отказать в их удовлетворении. Встреченные исковые требования ФИО3 поддержал, настаивал на их удовлетворении по основаниям, изложенным в письменных возражениях, в которых указал, что истец и ответчик состояли в зарегистрированном браке с **.**.**** по **.**.****. Брак между сторонами был заключен повторно **.**.****, расторгнут вновь **.**.****. ФИО9 и ФИО3 19.10.2015 заключили договор дарения земельного участка, расположенного по [адрес], кадастровый номер: **. Данная сделка повлекла правовые последствия в виде регистрации за ФИО3 права собственности на земельный участок и право распоряжаться земельным участком по своему усмотрению. На момент совершения сделки земельный участок под арестом не находился, предметом залога не являлся. Договор дарения от 19.10.2015 оформлен в письменной форме, соответствует требованиям ст.ст.572, 574 ГК РФ, договор подписан сторонами и фактически исполнен. При заключении данного договора дарения ФИО1 признаков психического расстройства не обнаруживал, действий, свидетельствующих о невозможности понимать значение своих действий и руководить ими, не проявлял, сделку дарения осуществлял добровольно, без принуждения, понимая значение производимых им действий, как при составлении договора, так и при подписании его. С 19.10.2015 по дату подачи искового заявления не обращался к ответчикам или в суд с требованием вернуть подаренное имущество. Таким образом, земельный участок был подарен ФИО6 – ФИО7 своей супруге ФИО3 и не подлежит признанию недействительным. Ответчик ФИО5 является дочерью ФИО3 и ФИО1 08.11.2022 между ФИО3 и ФИО5 был заключен договор дарения вышеуказанного земельного участка, данный договор также соответствует требованиям главы 32 ГК РФ, на момент заключения договора дарения земельный участок находился в личной собственности ФИО3 Исковые требования ФИО1 о признании недействительными договоров дарения от 19.10.2015 и от 08.11.2022 не подлежат удовлетворению в связи с пропуском срока исковой давности. Моментом начала течения срока исковой давности считается момент заключения договора дарения от 19.10.2015, на данные правоотношения распространяется трехгодичный срок исковой давности. ФИО6–ФИО7 является ненадлежащим истцом при подаче иска о признании недействительным договора дарения от 08.11.2022, поскольку не является стороной оспариваемой сделки, его материально – правовой интерес в этой сделке должен быть подтвержден соответствующими доказательствами. Доказательств, подтверждающих нарушение прав и интересов ФИО1, не представлено. Ранее в судебном заседании ФИО4 указывал, что в 2014 году к нему за юридической помощью обратился ФИО1, попросил представлять его интересы в суде по иску ООО «Томскабель» о возмещении ущерба. В этот момент на его имя были зарегистрированы квартира и земельный участок. Как пояснял ФИО1, рассчитываться с ООО «Томсккабель» он не намерен, за оказание представительских услуг он не заплатил. Однако, впоследствии он продал 1/6 долю в праве общей собственности в квартире и денежные средства направил на погашение задолженности по решению суда. Фактически денежные средства в размере 650 000 рублей ему были не нужны. ФИО1 не работал, его содержала жена. Договор дарения земельного участка он заключал с ФИО3 осознанно, самостоятельно пришел в регистрирующий орган и зарегистрировал договор. Он понимал, что земельный участок находится в собственности ФИО3, но как только в 2023 году встал вопрос о разделе совместно нажитого имущества, ФИО1 начал оспаривать договоры дарения. ФИО1 не представил суду доказательств своим доводам о том, что он не понимал значение своих действий при заключении договора дарения. Договор займа является ничтожным договором, поскольку составлен не в то время, как указано в договоре, место регистрации не соответствует фактическому, кроме этого договор называется беспроцентным займом, однако, в условиях п.3.2 указано на часть, непокрытую процентами. 23.06.2023 закончился срок возврата суммы займа, однако, ФИО8 требование о возврате денежных средств к ФИО1 не предъявил, в суд не обратился, что говорит об искусственно созданном доказательстве. 

Ответчик по первоначальному иску ФИО5 в судебное заседание не явилась, о месте и времени рассмотрения дела извещена надлежащим образом, о причинах неявки суд не известила.

Ответчик по встречному исковому заявлению ФИО8 в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, о причинах неявки суд не известил. Ранее в судебном заседании указал, что исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению, во встречном иске ФИО3 просил отказать. Пояснял, что требование о возврате денежных средств ФИО1 направлял, договор займа и предварительный договор купли – продажи земельного участка хранились у ФИО2 От дальнейшей дачи пояснений по существу заявленных к нему требований отказался. 

Руководствуясь ст.167 ГПК РФ. Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц. 

Выслушав представителей сторон, изучив письменные доказательства по делу, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 (на момент регистрации брака фамилия - ФИО6) и ФИО3 состояли в зарегистрированном браке, который был прекращен **.**.****, что подтверждается свидетельством о расторжении брака ** от **.**.****.

19.10.2015, т.е. в период брака между ФИО9 (даритель) и ФИО3 (одаряемая) был заключен договор дарения земельного участка с кадастровым номером: **, расположенного по [адрес], принадлежащий на праве собственности дарителю, право собственности зарегистрировано на основании постановления Администрации ЗАТО Северск Томской области от 06.11.2013 № 2864. 

Согласно п.1 данного договора стороны условились, что даритель передает в качестве дара, а одаряемая принимает в собственность указанный земельный участок.

В пункте 3 договора даритель подтверждает, что на момент подписания настоящего договора отчуждаемое недвижимое имущество не подарено, не является предметом залога, не обременено правами третьих лиц, в споре и под арестом (запрещением) не состоит, и может отчуждаться собственником.

Указанный договор заключен в письменной форме и зарегистрирован сторонами в Управлении Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Томской области 27.10.2015, № регистрации **.

ФИО3 выдано свидетельство о государственной регистрации права собственности от 27.10.2015.

Впоследствии ФИО3 произвела отчуждение спорного земельного участка путем заключения договора дарения от 08.11.2022 года в пользу своей дочери ФИО5

Согласно выписке из ЕГРН от 13.11.2022 право собственности на земельный участок по [адрес] зарегистрировано за ФИО5 на основании договора дарения от 08.11.2022.

Истец по первоначальному иску ФИО1, считая свои права нарушенными, обратился в суд с иском к ФИО3, оспаривая договор дарения от 19.10.2015, заключенный в отношении земельного участка, ссылаясь на то, что данный договор был заключен им под влиянием заблуждения относительно природы сделки, поскольку он предполагал, что заключает договор купли – продажи земельного участка. В заблуждение его ввела ФИО3, которая воспользовалась его болезненным состоянием после перенесенного инфаркта. Тем самым ФИО1 оспаривает договор от 19.10.2015 по основаниям, предусмотренным ч.1 ст.178 ГК РФ - недействительность сделки, совершенной под влиянием существенного заблуждения.

Кроме этого, в исковом заявлении ФИО1 указывает на мнимый характер сделки, не породившей правовые последствия в виде перехода права на недвижимость к одаряемому, и сторонами не исполнена (ст.170 ГК РФ).

Пунктом 2 ст. 1 ГК РФ предусмотрено, что граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В связи с вступлением в силу с 01.03.2013 Федерального закона от 30.12.2012 № 302-ФЗ «О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», государственная регистрация сделок с недвижимым имуществом (в том числе договора дарения) была отменена. 

На основании пункта 1 статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации государственной регистрации подлежит только переход права собственности.

Статьей 166 ГК РФ установлено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. 

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. Заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Для признания сделки недействительной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

В соответствии со ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

По смыслу вышеприведенных положений закона сделка может быть признана недействительной, если выраженная в ней воля участника сделки неправильно сложилась вследствие заблуждения, и поэтому сделка влечет иные, а не те, которые он имел в виду в действительности правовые последствия, то есть волеизъявление участника сделки не соответствует его действительной воле.

Предполагается, что даритель имеет правильное понимание правовых последствий дарения в виде утраты принадлежащего ему права на предмет дарения и возникновения у одаряемого данного права в отношении имущества, то есть, совершая дарение, даритель должен осознавать прекращение своего вещного права на объект дарения и отсутствие каких-либо притязаний на подаренное имущество. В свою очередь одаряемый должен совершить действия по фактическому принятию дара, то есть совершить действия, свидетельствующие о вступлении в права владения, пользования и распоряжения подаренным имуществом.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Рассматривая требований ФИО1 о признании договора дарения от 19.10.2015 недействительной сделкой, совершенной им под влиянием заблуждения относительно природы данной сделки, суд полагает, что ФИО1 не представлено доказательств, подтверждающих совершение оспариваемой сделки под влиянием заблуждения в отношении природы сделки, а также доказательств того, что ответчик ФИО3 своими действиями намеренно ввела ФИО1 в заблуждение относительно характера сделки, ее условий, предмета и иных обстоятельств, влияющих на решение истца об её заключении.

Из материалов дела и пояснений сторон не следует, что при заключении договора дарения от 19.10.2015 воля ФИО1 относительно дарения земельного участка была направлена на иные правовые последствия, нежели переход права собственности на земельный участок от него к одаряемой ФИО3 В судебном заседании ФИО1 и его представитель поясняли, что договор об отчуждении земельного участка заключался во время судебных тяжб, где ФИО1 был в роли ответчика по делу о возмещении ущерба, и, заключая договор, он рассчитывал, что после рассмотрения дела земельный участок вновь вернется в его собственность. Тем самым ФИО1 на момент заключения спорного договора знал и понимал о том, что правовым последствием договора дарения от 19.10.2015 будет переход права собственности на земельный участок на имя ФИО3 

ФИО1 заявляет, что ФИО3 ввела его в заблуждение относительно того, какой договор заключается, воспользовавшись его болезненным состоянием после перенесенного серьезного заболевания, вместе с тем, не указывает в чем конкретно выражались действия (бездействие) ФИО3 по введению его в заблуждении, медицинские документы, свидетельствующие о его плохом самочувствии в период заключения договора в суд не представлены, ходатайство о назначении судебной медицинской экспертизы на предмет определения состояния его здоровья в момент заключения (подписания) договора дарения от 19.10.2015, не заявлялось. В материалах дела отсутствуют доказательства совершения ответчиком ФИО3 каких-либо действий, направленных на введение истца в заблуждение относительно совершаемой сделки. 

Договор дарения от 19.10.2015 подписан ФИО1 лично, при подписании договора от него не поступало каких-либо возражений или замечаний, он присутствовал при оформлении перехода права собственности на земельный участок на ФИО3, что подтверждает понимание и направленность воли ФИО1 на заключение именно договора дарения земельного участка. 

Доводы о том, что ФИО1 предполагал заключение не договора дарения, а договора купли – продажи, суд считает необоснованными по указанным выше основаниям, а также ввиду того, что договор купли – продажи является возмездной сделкой, однако доказательств получения ФИО1 денежной суммы в качестве платы по договору не представлено.

Право собственности ФИО3 на спорный земельный участок было зарегистрировано в установленном законом порядке, участок использовался именно ФИО3, представленная в материалах дела справка председателя СНТ «**» от 23.11.2023 № 46 свидетельствует о том, что в период с 2016 по 2021 год именно ФИО3 оплачивала членские взносы за земельный участок. Доказательств пользования участком именно ФИО1 не представлено. 

При отсутствии доказательств и только на основании доводов о том, что при отчуждении земельного участка ФИО1 рассчитывал получить его обратно в собственность, но ФИО3 ввела его в заблуждение и земельный участок не вернула, договор дарения от 19.10.2015 не может быть признан недействительным.

Доводы стороны истца по первоначальному иску о мнимости договора дарения земельного участка от 19.10.2015, заключенного им с ФИО3, судом отклоняются, поскольку исполнение договора сторонами свидетельствует об отсутствии оснований для признания договора мнимой сделкой, реально исполненный договор не может являться мнимой сделкой. Суд также исходит из того, что даритель и одаряемая, заключая договор дарения, желали совершить именно такой договор, при этом ФИО3 понимала, что получает земельный участок в личную собственность и желала этого, а ФИО1 передаёт земельный участок в собственность одаряемой, исключая тем самым свое владение данным земельным участком, с целью его вывода из-под возможных ограничений, связанных с рассмотрением судебного спора с ООО «Томсккабель», о чем ФИО1 пояснил в судебном заседании. Действия сторон после заключения договора, свидетельствуют о соответствии их волеизъявления по заключенному договору дарения, доказательств тому, что истец по первоначальному иску не мог понимать правовую природу, заключаемой сделки, не представлено.

Иные доводы истца по первоначальному иску судом также отклоняются, как не нашедшие подтверждения в судебном заседании.

В силу п. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

В соответствии с положениями п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

При установлении судом вышеперечисленных обстоятельств, свидетельствующих о соответствии фактического волеизъявления сторон сделки условиям договора, оформленного в письменной форме, содержащего все существенные условия, которые изложены четко, ясно и исключают возможность неоднозначного толкования подписанного и исполненного сторонами договора, у суда отсутствуют основания считать, что договор дарения от 19.10.2015 был совершен под влиянием обмана, не свободно, против воли дарителя, в результате недобросовестных действий одаряемой, а также, что в момент заключения договора дарения ФИО1 находился в болезненном состоянии, что не позволяло ему понимать суть тех действий, которые он совершает. Ссылка истца о том, что договор дарения содержит информацию о том земельный участок не продан и не находится в залоге, так же не может служить основанием для признания его недействительным. 

Стороной ответчика ФИО3 до вынесения решения по делу было заявлено о применении срока исковой давности к требованиям ФИО1 о признании недействительным договора дарения от 19.10.2015 и применении последствий недействительности сделки.

Срок исковой давности по недействительным сделкам установлен ст. 181 ГК РФ, в соответствии с которой срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки (п. 1).

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (п. 2).

В силу п. 2 ч. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Как следует из искового заявления истца по первоначальному иску и его пояснений в судебном заседании, заявленные им требования о недействительности договора дарения от 19.10.2015 основаны как на мнимости сделки (ничтожность договора), так и на том, что волеизъявление его (дарителя) на заключение договора отсутствовало по различным основаниям (введение в заблуждение, обман, состояние здоровья) (оспоримость сделки). 

Согласно материалам дела, договор дарения между истцом и ответчиком заключен 19.10.2015, право собственности к ответчику по первоначальному иску ФИО3 перешло с момента государственной регистрации 27.10.2015 года, что свидетельствует о том, что в данном случае срок исковой давности истек 27.10.2016 для предъявления требования о признании оспоримой сделки недействительной и применении последствий её недействительности, 27.10.2018 – истёк срок исковой давности для признания недействительной ничтожной сделки. Ходатайство о восстановлении срока истцом не заявлялось. 

К доводам о том, что ФИО1 узнал о нарушении своих прав в сентябре 2023 года, суд относится критически, поскольку судом установлено и сторонами не оспаривалось, что ФИО1 присутствовал при передаче документов в регистрирующий орган для регистрации перехода права собственности, поэтому видел и понимал, что заключает договор дарения земельного участка, при этом болезненного, беспомощного состояния ФИО1 в этот период времени судом не установлено.

При таких обстоятельствах, а также с учетом пропуска ФИО1 срока исковой давности для обращения в суд с требованием о признании договора дарения от 19.10.2015 недействительной сделкой, применении последствий её недействительности, о котором заявлено стороной в споре, суд приходит к выводу об отказе ФИО1 в удовлетворении исковых требований в указанной части.

Поскольку на момент заключения 08.11.2022 между ФИО3 и ФИО5 договора дарения земельного участка, ФИО3 (даритель) являлась собственником данного недвижимого имущества на основании договора дарения от 19.10.2015, который недействительным не признан, она могла распорядиться земельным участком по своему усмотрению. В связи с чем, основания для удовлетворения исковых требований ФИО1 о признании недействительным договора дарения земельного участка, находящегося по [адрес] с кадастровым номером: **, отсутствуют. Доказательств, свидетельствующих о нарушении прав ФИО1 заключением данного договора не представлено. 

Обращаясь в суд со встречными исковыми требованиями о признании ничтожными договора залога земельного участка от 15.12.2014, договора беспроцентного займа от 15.12.2014, ФИО3 в качестве основания указывает на несоответствие указанных документов обязательным условиям по форме и содержанию: данные документы не подписаны сторонами, подписи ФИО9 (после изменения фамилии ФИО1) и ФИО8, в том числе в расписке к договору беспроцентного займа от 15.12.2014 выполнены с подражанием подписей ФИО1 и ФИО8, на что указывает нечеткий контур линий буквенного исполнения фамилии и инициалов сторон. Предварительный договор купли – продажи земельного участка от 15.12.2014, который ФИО3 также просила признать ничтожным в заявлении об уточнении исковых требований, по её мнению не подписан сторонами.

Согласно ч. 1 ст. 3 ГПК РФ, заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Поскольку в оспариваемых договорах указана дата, которая соответствует периоду брака между ФИО9 и ФИО3, соответственно, при оспаривании этих договоров у ФИО3 имеется материально – правовой интерес. 

Рассматривая встреченные исковые требования ФИО3 по доводам искового заявления, суд приходит к следующему.

На основании пункта 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В статье 421 ГК РФ закреплено, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством. 

Согласно ст. 425 ГК РФ, договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения. 

Договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора (ст. 432 ГК РФ). 

В соответствии со ст. 807 ГК РФ (в редакции на момент составления договора) по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В соответствии со ст. 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, предусмотренные договором займа. В случаях, когда срок возврата договором займа не установлен или определен моментом востребования, сумма займа должна быть возвращена заемщиком в течение тридцати дней со дня предъявления займодавцем требования об этом, если иное не предусмотрено договором.

В соответствии со ст. 808 ГК РФ (в редакции статьи, действующей на момент составления договора) договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

Если иное не предусмотрено договором займа, сумма беспроцентного займа может быть возвращена заемщиком досрочно.

Таким образом, существенными условиями договора займа является: объект займа (деньги или иное имущество), объем займа (размер), срок возврата займа (условие до востребования).

В материалах дела представлен договор беспроцентного займа от 15.12.2014, заключенный между ФИО8 (займодавец) и ФИО9 (заемщик), по условиям которого займодавец передает в собственность заемщику денежные средства в размере 650 000 рублей, а заемщик обязуется возвратить такую же сумму займодавцу в срок до 23.06.2023. Договор содержит условие об ответственности заемщика в случае не возврата в срок суммы займа, в виде уплаты процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами, начисляемых в соответствии со ст.395 ГК РФ.

В подтверждение передачи указанной в договоре денежной суммы сторонами составлена расписка от 15.12.2014, содержащая подписи займодавца ФИО8 и заемщика ФИО9

Таким образом, договор займа от 15.12.2014 заключен сторонами с соблюдением письменной формы договора, содержит в себе все существенные условия, подписи сторон, доказательств иного стороной истца по встреченному иску суду не представлено. Доказательств, что договор подписан не ФИО9 и ФИО8, а кем-то другим, материалы дела не содержат, ФИО3 такие доказательства не представлены.

С целью подтверждения довода ФИО3 о том, что договор беспроцентного займа мог быть составлен в иную дату, а не 15.12.2014, по ходатайству истца определением суда была назначена судебная технико-криминалистическая экспертиза, на разрешение которой поставили вопросы:

- подвергался ли рукописный текст подписи ФИО9 и ФИО8 в договоре беспроцентного займа от 15.12.2014 агрессивному воздействию техническому, химическому, световому?

- соответствует ли время выполнения рукописного текста подписи ФИО9 и ФИО8 в договоре беспроцентного займа от 15.12.2014 дате составления договора беспроцентного займа – 15.12.2014, если не соответствует, то в какой период времени выполнены рукописные подписи ФИО9 и ФИО8 в договоре беспроцентного займа от 15.12.2014?

В результате проведенного исследования экспертами ФБУ Томская ЛСЭ Минюста России представлено заключение № ** от 14.02.2024, где установлено, что договор беспроцентного займа от 15.12.2024 подвергался агрессивному световому и/или термическому воздействию, установить является ли данное агрессивное воздействие случайным или оно проведено с целью искусственного старения не представляется возможным. Установить какова давность выполнения подписей с расшифровкой от имени ФИО8 и ФИО9 в договоре беспроцентного займа от 15.12.2014 и соответствует ли время их выполнения дате, указанной в документе, не представляется возможным, по причинам, изложенным в исследовательской части заключения. Согласно исследовательской части заключения эксперта, подписи с расшифровкой от имени ФИО8 и ФИО9 не пригодны для исследования с применением химических методов, в связи с тем, что штрихи подписей и текст в целом имеют признаки агрессивного (светового и/или термического) воздействия, поэтому результаты, полученные в ходе данного исследования не могут быть корректно и однозначно оценены.

Оснований сомневаться в достоверности данного заключения у суда не имеется, поскольку экспертиза проведена на основании определения суда, эксперт, проводивший экспертизу, предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, экспертное заключение содержит сведения о специальности и стаже работы эксперта, экспертное заключение составлено в соответствии с требованиями действующего законодательства.

Довод ФИО3 о том, что в договоре беспроцентного займа от 15.12.2014 содержится условие о процентах в то время как данный договор поименован беспроцентным, место регистрации заемщика ФИО9, указанное в договоре, не соответствует фактическому месту регистрации, не имеет правового значения в настоящем судебном заседании, поскольку суд дает оценку данному договору только с точки зрения соответствия его форме и существенным условиям, установленным в законе.

Таким образом, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований ФИО3 о признании договора беспроцентного займа от 15.12.2014 ничтожным, договор содержит в себе все существенные условия и подписан сторонами, заключен в письменной форме, в подтверждение передачи денежных средств оформлена расписка. О том, что в расписке стоят подписи иных лиц – не ФИО1 и ФИО8, доказательств не имеется.

В обоснование требований о признании ничтожным договора залога земельного участка от 15.12.2014, ФИО3 ссылается на то, что по её мнению данный договор не подписан сторонами, в нём отсутствуют существенные условия договора, такие как: предмет, сущность, размер и срок исполнения, нет отсылки к обеспечиваемому обязательству, в ЕГРН не внесены сведения об обременении в виде залога земельного участка.

Согласно представленному в материалы дела договору залога земельного участка от 15.12.2014, заключенному между ФИО8 (залогодержатель) и ФИО9 (залогодатель), предметом данного договора является земельный участок, расположенный по [адрес], с кадастровым номером **, принадлежащий залогодателю на праве собственности на основании Постановления Администрации ЗАТО Северск Томской области от 06.11.2013 № 2864. Кадастровая стоимость земельного участка 650 000 рублей, стоимость залога – 650 000 рублей.

В п.1.5, п.1.6 договора стороны указали, что залог установлен в обеспечение обязательства по договору займа от 15.12.2014. Залог обеспечивает уплату залогодержателю основной суммы долга по договору полностью.

В соответствии с п. 1 ст. 8.1 ГК РФ в случаях, предусмотренных законом, права, закрепляющие принадлежность объекта гражданских прав определенному лицу, ограничения таких прав и обременения имущества /права на имущество/ подлежат государственной регистрации.

Исходя из положений п. 2 указанной статьи, права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом. 

В соответствии со ст.339 ГК РФ (в ред. действующей на момент заключения договора) в договоре о залоге должны быть указаны предмет залога и его оценка, существо, размер и срок исполнения обязательства, обеспечиваемого залогом. В нем должно также содержаться указание на то, у какой из сторон находится заложенное имущество (п.1). Договор о залоге должен быть заключен в письменной форме. Договор о залоге движимого имущества или прав на имущество в обеспечение обязательств по договору, который должен быть нотариально удостоверен, подлежит нотариальному удостоверению (п.2). Договор об ипотеке заключается путем составления одного документа, подписанного сторонами, и должен быть зарегистрирован в порядке, установленном для регистрации сделок с соответствующим имуществом. Договор, влекущий за собой возникновение ипотеки в силу закона и содержащий условие об обращении взыскания на заложенное имущество во внесудебном порядке, должен заключаться путем составления одного документа, подписанного сторонами (п.3). Несоблюдение правил, содержащихся в пунктах 2 и 3 настоящей статьи, влечет недействительность договора о залоге (п.4). Законом могут быть предусмотрены учет и (или) регистрация договоров о залоге и залогов в силу закона отдельных объектов движимого имущества (п.5).

На основании ч. 1 ст. 339.1 ГК РФ залог подлежит государственной регистрации и возникает с момента такой регистрации в следующих случаях, в том числе если в соответствии с законом права, закрепляющие принадлежность имущества определенному лицу, подлежат государственной регистрации /ст. 8.1/.

Как разъяснено в п. 43 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», существенными условиями договора о залоге являются предмет залога и его оценка, существо, размер и срок исполнения обязательства, обеспечиваемого залогом, а также условие о том, у какой из сторон (залогодателя или залогодержателя) находится заложенное имущество (п. 1 ст. 339 ГК РФ). Если сторонами не достигнуто соглашение хотя бы по одному из названных условий либо соответствующее условие в договоре отсутствует, договор о залоге не может считаться заключенным. В случаях, когда залогодателем является должник в основном обязательстве, условия о существе, размере и сроках исполнения обязательства, обеспеченного залогом, следует признавать согласованными, если в договоре залога имеется отсылка к договору, регулирующему основное обязательство и содержащему соответствующие условия.

В соответствии с ч. 1 ст. 1 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» по договору о залоге недвижимого имущества (договору об ипотеке) одна сторона - залогодержатель, являющийся кредитором по обязательству, обеспеченному ипотекой, имеет право получить удовлетворение своих денежных требований к должнику по этому обязательству из стоимости заложенного недвижимого имущества другой стороны - залогодателя преимущественно перед другими кредиторами залогодателя, за изъятиями, установленными федеральным законом.

В силу ч. 2 ст. 10 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» договор об ипотеке считается заключенным и вступает в силу с момента его государственной регистрации.

Императивной нормой абзаца третьего части 1 статьи 10 названного Федерального закона установлено, что несоблюдение правил о государственной регистрации договора об ипотеке влечет его недействительность. Такой договор считается ничтожным.

О том, что обременение в виде залога земельного участка было зарегистрировано сторонами ФИО9 и ФИО8 материалы дела не содержат. Согласно выписке из ЕГРН от 13.11.2022 на земельный участок, расположенный по [адрес], кадастровый № **, данный объект принадлежит на праве собственности ответчику ФИО5 Основание регистрации права собственности - договор дарения от 08.11.2022. 

Сведений о наличии обременений на спорный земельный участок выписка из ЕГРН не содержит. 

Таким образом, оценив представленные сторонами доказательства по правилам ст. ст. 55, 57, 67 ГПК РФ, руководствуясь положениями вышеприведенных правовых норм и исходя из обстоятельств дела, учитывая, что обременение в виде залога на основании договора залога от 15.12.2014 зарегистрировано в установленном законом порядке не было, несоблюдение данных требований влекло недействительность договора залога, такой договор являлся ничтожным.

Учитывая также то обстоятельство, что в 2015 году в результате заключения договора дарения ФИО1 утратил право собственности на земельный участок, указанный, как предмет договора залога от 15.12.2014, в настоящее время данный земельный участок ему не принадлежит, исковые требования ФИО3 о признании недействительным договора залога земельного участка от 15.12.2014, заключенного между ФИО9 и ФИО8 подлежат удовлетворению.

Оспаривая предварительный договор купли – продажи земельного участка от 15.12.2014, заключенный между ФИО9 и ФИО8, истец по встречному исковому заявлению ФИО3 в качестве правового обоснования указывает на то, что данный договор ФИО1 и ФИО8 не заключали, т.к. подписи в договоре выполнены с подражанием их подписей. 

Согласно представленному суду предварительному договору купли – продажи земельного участка от 15.12.2014, ФИО9(продавец) обязуется передать в собственность покупателя ФИО8, а покупатель ФИО8 принять и оплатить земельный участок, расположенный по [адрес], с кадастровым номером **. Цена отчуждаемого участка 650 000 рублей. 

В указанном договоре стоят подписи продавца ФИО9 и покупателя ФИО8 Доказательств того, что эти подписи принадлежат не ФИО9 и ФИО8, а другим лицам стороной истца ФИО3 не представлено, ходатайство о назначении судебной почерковедческой или иной экспертизы в отношении данного договора не заявлялось.

В тоже время, в соответствии с п.3 оспариваемого договора денежные средства в сумме 650 000 рублей «покупатель» передает после заключения основанного договора «продавцу» наличными не позднее 23.06.2023. Пункт 7 указанного договора предусматривает, что «продавец» передает «покупателю» все полномочия на земельный участок после подписания основанного договора. Учитывая, что предварительный договор купли – продажи от 15.12.2014 исполнен сторонами не был, основной договор сторонами заключен не был. В 2015 году право собственности ФИО1 на спорный земельный участок перешло к ФИО3, соответственно, указанный договор утратил свою силу и является недействительным.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3, ФИО5 о признании недействительными договора дарения земельного участка от 19.10.2015 и договора дарения земельного участка от 08.11.2022, применении последствий недействительности сделок, отказать в полном объеме.

Встречные исковые требования ФИО3 к ФИО6 – ФИО7, ФИО8 о признании договоров недействительными, удовлетворить частично.

Признать недействительным предварительный договор купли – продажи земельного участка, расположенного по [адрес], с кадастровым номером **, заключенный 15.12.2014 между ФИО9 и ФИО8. 

Признать недействительным договор залога земельного участка, расположенного по [адрес], с кадастровым номером **, заключенный 15.12.2014 между ФИО9 и ФИО8.

В удовлетворении остальной части встречных исковых требований ФИО3 отказать.

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд через Северский городской суд Томской области в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме. 

Председательствующий А.В. Ребус

УИД 70RS0009-01-2023-002132-27