Гражданское дело № 2 – 654/2017 

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Юргинский городской суд Кемеровской области 

в составе:

председательствующего судьи Королько Е.В., 

при секретаре Прошиной Н.А., 

с участием:

истца ФИО1, 

ответчика ФИО2, 

19 июля 2017 года 

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Юрге Кемеровской области гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 об устранении препятствий в пользовании земельным участком,

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 об устранении препятствий в пользовании земельным участком, указав следующее. Истцу принадлежит на праве собственности жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: ***, ***, ***. Земельный участок имеет кадастровый ***, межевой план оформлен 24.06.2013г., государственный кадастровый учет осуществлен 15.07.2013г. Собственником смежного земельного участка с кадастровым номером *** является ответчик ФИО2, ее право собственности зарегистрировано 21.08.2014г. При использовании своего земельного участка истцом было обнаружено, что ответчик неправомерно заняла часть его земельного участка, ориентировочно 20 кв. м, а именно: на земельном участке истца вдоль боковой стены жилого дома истца ответчик поставила деревянный забор высотой в среднем около 2-х метров с натянутой поверху колючей проволокой от переднего угла дома истца в 50 см, длиной около 20 метров. В одном метре от заднего угла стены дома истца выкопан погреб с заходом подземной его части (лаз) на земельный участок истца к фундаменту его дома, что создает угрозу целостности фундамента дома (СНиП 30-102-99 п. 5.3.4). Крыша дома истца нависает над этим погребом, что создает препятствие для сброса снега (СНиП 30-02-97 п. 7.5 – не допускается сброс снега на соседний участок), возможен сход снега, что создает угрозу для жизни и здоровья человека. А также препятствует осуществлять технический уход за домом, чем наносится вред имуществу истца – существующей постройке. Погреб ответчик отгородила сплошным забором, высотой около 2-х метров на расстоянии от 50 см от переднего угла дома истца, посадила растения, закрывающие окна истца, на земельном участке истца. В результате неправомерных действий ответчика истец не имеет возможности обеспечивать технический уход за домом (мыть окна, осуществлять ремонт дома, в зимнее время некуда сбрасывать снег), закрывается обзорность из окон, препятствия в проветривании, заслоняется поток воздуха, отдушина находится под окном, что создает негативное влияние на жизнедеятельность человека – истца и членов его семьи. Хозяйственные постройки ответчика – 2 сарая, первый сарай выстроен после 2002 года на границе земельного участка истца, второй сарай выстроен ответчиком в 2016 году, который частично около одного метра и по длине около 10 метров расположен на территории земельного участка истца. Указанные постройки возведены без соблюдения норм отступа от границы земельного участка (СНиП 30-102-99 п. 5.3.4). Свес кровли первого сарая заходит за линию разграничения границы участков на 30 см нависает на земельный участок истца, что не соответствует требованиям СНиП 30-02-97, в соответствии с п. 7.5. не допускается организация стока дождевой воды с крыши на соседний земельный участок, п. 6.2. – вследствие образования навала снега. Шиферное покрытие крыши на втором сарае полностью соприкасается с крышей сарая истца и частично заходит на крышу сарая истца, расстояние между сараями истца и ответчика составляет 30-40 см, что препятствует осуществлять уходу за домом, создается угроза для жизни и здоровья человека. Не соблюдены требования п. 5.3.4. СНиП 30-102-99. В 2013-2015г. истец неоднократно обращался в соответствующие организации для выяснения законности действий ответчика. При проведении проверки нарушений законодательства на земельном участке истца не выявлено. Истцу разъяснено право обратиться в суд в отношении действий смежного землепользователя. В добровольном порядке разрешить земельный спор не удалось. Ссылаясь на ст. 304 ГК РФ, истец просит обязать ответчика прекратить нарушение его права пользования земельным участком, площадью 1991 кв. м, расположенным по адресу: ***, возложить на ФИО2 обязанность: а) произвести демонтаж за свой счет хозяйственного строения – погреб, часть которого и лаз находятся на земельном участке истца и привести в первоначальное состояние (засыпать); б) убрать с территории земельного участка истца деревянный забор-изгородь с колючей проволокой, идущий от бани ответчика по боковой стороне до переднего угла дома истца и переходящего в сплошной забор высотой около 2-х метров с высаженным кустарником; в) убрать с территории земельного участка истца (путем сноса) возведенные хозяйственные постройки – первый сарай со скатом в строну земельного участка истца, возведенный в 2016 году, не менее, чем на 1 метр, и второй сарай, расположенный на границе земельных участков с соблюдением норм отступа не менее чем на 1 метр, возведенный после 2002 года (л.д. 2-6).

В судебном заседании истец ФИО1 поддержал доводы, изложенные в исковом заявлении, а также пояснения, данные им ранее в судебных заседаниях, просил удовлетворить его иск.

Ответчик ФИО2 судебном заседании исковые требования не признала, возражала против их удовлетворения, поддержал пояснения, данные ею ранее в судебных заседаниях, а также письменные возражения, где указано, что иск ФИО1 основан на его личных домыслах и не подкреплен официальными документами. Дом истца построен с нарушением строительных норм и правил на расстоянии менее метра от соседнего земельного участка, именно это обстоятельство привело к проблемам с доступом к стене его дома. Ответчик ранее по просьбе истца пошла ему навстречу и сдвинула спорный забор на значительное расстояние. Довод истца относительно расположения погреба противоречит действительности, погреб расположен на значительном расстоянии от дома истца, по строению отвечает всем нормам и правилам. Хозяйственные объекты (сараи) не выходят за границы земельного участка истца. Водоотвод с них осуществляется на разграничительную полосу между земельными участками сторон процесса и на земельный участок истца не попадает. Утверждая о наличии между сараями истца и ответчика расстояния в 30-40см, подтверждает, что истец не соблюдал нормы. Нарушение, допущенное ответчиком, по которому выдано предписание, не имеет отношения к земельному участку истца. Утверждение о захвате ответчиком 20 кв. м земли истца ложно. Истец не доказал факт наличия каких-либо нарушений со стороны ответчика, его доводы являются лишь домыслами. Просит отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме (на л.д. 44-47).

ФИО2 пояснила в судебном заседании 27.04.2017г. (протокол на л.д. 169-172), что в 2003г. купила дом в д. ***, земля не была оформлена. У продавца С.В.И. земля была в аренде, и после покупки дома земля так и оставалась в аренде за С.В.И... В 2014г. она оформила дом и землю в собственность. В 2013г. проводилось межевание земельного участка ФИО1. С другой стороны у соседей тоже уже было межевание земли. В 2014г. она делала межевание своего земельного участка с учетом того, что земельные участки соседей прошли межевание. На момент 2003г. вдоль границы земельного участка с ФИО1, на ее земельном участке, начиная от бани в сторону улицы, стояли постройки – баня, потом летняя кухня, навес (дровяник), углярка, стайка. Так эти постройки определены и указаны в техпаспорте ее домовладения. Истец назвал эти постройки двумя сараями, а на самом деле по техпаспорту там расположены строения: № 1- навес, № 2- сарай, № 3 - навес, № 4- летняя кухня, № 5 -баня. Дальше шел погреб. Дом покупали уже с погребом. Погреб стоит напротив кладовки соседа, подземная часть выкопана в сторону ее земельного участка. Не меняли постройки, они как были, так и стоят. Она купила дом уже с этими постройками. Единственное, сарай убирали и снова ставили. Когда спорный забор был построен, она не помнит. Когда купили дом, забора в этой части, о которой говорит истец, от бани до улицы, не было. Постройки почти вплотную стояли. Сарай был вплотную к стене дровяника соседа, между ними не было забора. Забор появился, когда ФИО1 потребовалось там ходить, когда он заливал фундамент. Они отступили от дома истца и от его построек около 50см и поставили забор от его дома до своего сарая. Забор стоит до границы с улицей. Напротив дома истца от его кладовки – забор из штакетника, дальше от дома к улице – забор сплошной, высотой примерно 2 метра. Напротив дома истца нет сплошного забора. Технический паспорт домовладения был изготовлен, когда дом еще принадлежал продавцу дома С.В.И. На техническом плане ее домовладения в материалах дела на л.д. 49 показаны все постройки, № 1 – сарай, № 2 – дровяник, № 3 – углярка, № 4 – летняя кухня, № 5- баня. Сарай под № 1 указан еще до изменения размеров, но он стоит на том же месте. После этого времени какую-либо техническую инвентаризацию построек не делали. 

Выслушав пояснения истца ФИО1, ответчика ФИО2, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к выводу об отказе ФИО1 в удовлетворении его исковых требований по следующим основаниям. 

Как установлено в судебном заседании, ФИО1 является собственником жилого дома, расположенного по адресу: ***, ***, *** (л.д. 10,11,12), а также собственником земельного участка, кадастровый ***, расположенного по адресу: ***, ***, ***, площадью 1 991 кв. м, категория земель – земли населенных пунктов, разрешенное использование – для ведения личного подсобного хозяйства, в кадастровой выписке имеется описание местоположения границ земельного участка (л.д. 13, 21, 22-24). Филиалом ФГБУ «ФКП Росреестра» по Кемеровской области по запросу суда предоставлен межевой план от 27.06.2013г. по результатам выполнения кадастровых работ в связи с образованием земельного участка, расположенного по адресу: ***, ***, ***, а также иные документы кадастрового учета данного земельного участка (л.д.98-117).

ФИО2 является собственником жилого дома, расположенного по адресу: ***, ***, *** (л.д. 89, 95-97), а также собственником земельного участка, кадастровый ***, расположенного по адресу: ***, ***, ***, площадью 1 883 кв. м, категория земель – земли населенных пунктов, разрешенное использование – под объектом индивидуального жилищного строительства, в кадастровой выписке имеется описание местоположения границ земельного участка (л.д. 26, 52-56, 89). Суду предоставлен межевой план, подготовленный 10.04.2014г. по результатам выполнения кадастровых работ в связи с исправлением кадастровой ошибки в местоположении границ земельного участка с кадастровым номером 42:17:0101012:1, расположенного по адресу: ***, ***, *** (л.д. 57-74), а также иные документы кадастрового учета данного земельного участка (лд.75-86). Согласно заключению кадастрового инженера в составе межевого плана, координаты характерных точек границ земельного участка отсутствовали ранее в ГКН.

Таким образом, ФИО1 и ФИО2 владеют смежными земельными участками на праве собственности, сведения о местоположении границ земельных участок внесены в государственный кадастр недвижимости. 

Согласно части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Действующее законодательство не ограничивает лицо, чьи права нарушены, в выборе способов защиты, перечисленных в ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Статья 12 ГК РФ предусматривает способ защиты гражданских прав путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

В соответствии со ст. 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения. 

В силу ст. 60 Земельного кодекса Российской Федерации, действия, нарушающие права на землю граждан и юридических лиц или создающие угрозу их нарушения, могут быть пресечены путем восстановления положения, существовавшего до нарушения прав и пресечения действий, нарушающих право.

В соответствии со ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц.

В силу п.п. 2 п. 1 ст. 40 Земельного кодекса Российской Федерации, собственники земельных участков имеют право возводить жилые, производственные, культурно-бытовые и иные здания, строения, сооружения в соответствии с целевым назначением земельного участка и его разрешенным использованием с соблюдением требований градостроительных регламентов, строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил, нормативов.

Из содержания названных норм следует, что условием удовлетворения требования об устранении препятствий в пользовании имуществом является доказанность следующих обстоятельств: наличие права собственности (иного вещного права) у истца; наличие препятствий в осуществлении прав собственности или владения; обстоятельства, подтверждающие то, что именно ответчиком чинятся препятствия в использовании собственником имущества, не соединенные с лишением владения.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 45 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10/22 от 29 апреля 2010г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», в силу ст. ст. 304, 305 Гражданского кодекса РФ иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение. Такой иск подлежит удовлетворению и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика. Иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению независимо от того, на своем или чужом земельном участке либо ином объекте недвижимости ответчик совершает действия (бездействие), нарушающие право истца.

При рассмотрении исков об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, путем возведения ответчиком здания, строения, сооружения суд устанавливает факт соблюдения градостроительных и строительных норм и правил при строительстве соответствующего объекта. Несоблюдение, в том числе незначительное, градостроительных и строительных норм и правил при строительстве может являться основанием для удовлетворения заявленного иска, если при этом нарушается право собственности или законное владение истца (п. 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10/22 от 29 апреля 2010г.).

Из содержания искового заявления и пояснений истца ФИО1, данных в судебном заседании, следует, что он полагает со стороны ответчика ФИО2 имеет место нарушение границ его земельного участка, а именно ответчик неправомерно заняла часть его земельного участка (ориентировочно 20 кв. м), установив на земельном участке истца вдоль боковой стены жилого дома истца деревянный забор высотой в среднем около 2-х метров с натянутой поверху колючей проволокой от переднего угла дома истца в 50 см, длиной около 20 метров; в одном метре от заднего угла стены дома истца выкопан погреб с заходом подземной его части (лаз) на земельный участок истца к фундаменту его дома; хозяйственные постройки ответчика – 2 сарая, первый сарай выстроен после 2002 года на границе земельного участка истца, второй сарай выстроен ответчиком в 2016 году, который частично около одного метра и по длине около 10 метров расположен на территории земельного участка истца. Ссылаясь на данные нарушения, истец просит суд обязать ответчика произвести демонтаж погреба, часть которого и лаз находятся на земельном участке истца; убрать с территории земельного участка истца деревянный забор-изгородь с колючей проволокой, идущий от бани ответчика по боковой стороне до переднего угла дома истца и переходящего в сплошной забор высотой около 2-х метров с высаженным кустарником; убрать с территории земельного участка истца (путем сноса) возведенные хозяйственные постройки – первый сарай со скатом в строну земельного участка истца, возведенный в 2016 году, и второй сарай, расположенный на границе земельных участков, возведенный после 2002 года.

В соответствии с пояснениями ответчика ФИО2 вдоль границы ее земельного участка с ФИО1, на ее земельном участке, начиная от бани в сторону улицы, стояли постройки – баня, потом летняя кухня, навес (дровяник), углярка, стайка. Так эти постройки определены и указаны в техпаспорте ее домовладения. Истец назвал эти постройки двумя сараями, а на самом деле по техпаспорту там расположены строения: № 1- навес, № 2- сарай, № 3 - навес, № 4- летняя кухня, № 5 -баня.

Указанные пояснения ответчика ФИО2 подтверждаются сведениями технического паспорта от 24.04.2003г. на домовладение, расположенное по адресу: ***, ***, *** (л.д. 48-51).

Определением суда от 10.05.2017г. по ходатайству истца ФИО1 была назначена комплексная судебная землеустроительная и строительно-техническая экспертиза, производство которой поручено экспертам Общества с ограниченной ответственностью «Судебно-экспертная лаборатория ФИО3» (г. Кемерово). 

В заключении эксперта ООО «Судебно-экспертная лаборатория ФИО3» № 114/2017 от 29.06.2017г. указано (л.д. 193-218):

- участки, расположенные по адресам: ***, *** *** (кадастровый ***) и *** (кадастровый ***). Расположены не в установленных границах, определенных правоустанавливающими и кадастровыми документами, фактические границы по ограждению между смежными земельными участками частично не совпадают с границами по кадастровому плану участка, фактические границы участков между хозяйственными постройками – это задние стенки хозяйственных строений, границы участка с кадастровым номером *** в точках Н4-Н3 не совпадают сведениям кадастрового учета, зафиксировано отклонение от границ на 0,30 м, то есть задняя стенка бани на участке *** располагается на участке ***;

- расположение строений, согласно техническому паспорту на домовладение от 24.04.2003г. (в материалах настоящего дела на л.д. 48-51), полностью соответствует фактическому расположению этих же строений, за исключением уборной;

- все постройки (в том числе: деревянный забор-изгородь с колючей проволокой, идущий от бани ответчика по боковой стороне до переднего угла дома истца и переходящего в сплошной забор высотой около 2-х метров с высаженным кустарником; погреб; а также, указанные в техническом паспорте на домовладение от 24.04.2003г. - № 1 – сарай, № 2 – дровяник, № 3 – углярка, № 4 – летняя кухня, № 5- баня) располагаются на земельном участке с кадастровым номером 42:17:0101012:1, принадлежащем ФИО2 и не нарушают границы земельного участка ФИО1

Таким образом, доводы ФИО1 о расположении на территории его земельного участка спорных объектов ФИО2, которые он просит демонтировать или снести (погреб; деревянный забор-изгородь с колючей проволокой, идущий от бани ответчика по боковой стороне до переднего угла дома истца и переходящего в сплошной забор высотой около 2-х метров с высаженным кустарником; хозяйственные постройки – сараи (определены в техническом паспорте на домовладение от 24.04.2003г. как постройки: № 1 – сарай, № 2 – дровяник, № 3 – углярка, № 4 – летняя кухня, № 5- баня), объективно никакими доказательствами не подтверждены и опровергаются выводами эксперта по результатам комплексной судебной землеустроительной и строительно-технической экспертизы.

Также заключением эксперта ООО «Судебно-экспертная лаборатория ФИО3» № 114/2017 от 29.06.2017г. установлено, что при устройстве общего комплекса хозяйственных построек участка № 30 до бани участка № 32 – 45 см, весь комплекс хозяйственных построек располагается по границе участка без отступа, не соблюдается норма СП 30-102-99, принят Госстроем России (постановление от 30.12.99 № 94). Указанный СП введен в действие с 01.01.2000 года, его применяемость зависит от даты строительных работ, он применяется при новом строительстве и реконструкции зданий и сооружений, при капитальном ремонте существующих зданий и сооружений, построенных до ввода в действие СНиП, данные нормы не обязательны. Материалами дела не подтверждено, что комплекс хозяйственных построек на участке ФИО2 построен после введения в действие указанного СП (в техническом паспорте от 24.04.2003г. год постройки отсутствует, ФИО2 приобрела домовладение в 2013г.).

При этом судом не установлено, что при таком возможном нарушении норм отступа от границы имеется реальная угроза нарушения права собственности или законного владения истца со стороны ответчика, учитывая, что при размещении хозяйственных построек на земельном участке ФИО1 вдоль границы с земельным участком ФИО2 также отсутствует отступ (который не требовалось соблюдать, учитывая давность построек), то есть вдоль смежной границы указанных земельных участок с обеих сторон расположены хозяйственные постройки.

Выявленное экспертом нарушение при устройстве хозяйственных построек на участке ФИО2 – организация стока дождевой воды и снега на соседний участок, возможно устранить правильной организацией водостока с хозяйственных построек, и не требует сноса указанных построек.

При устройстве погреба на земельном участке ФИО2 экспертом отмечено несоответствие нормативному расстоянию до границ соседнего участка. Данное нарушение эксперт находит несущественным. При этом ФИО1 суду не представлено доказательств, что данное нарушение влечет для него реальную угрозу нарушения его права собственности или законного владения его имуществом.

Экспертом установлено, что у смежной границы установлено ограждение: от начала улицы до переднего угла жилого дома (соседний участок № 32) – это сплошной деревянный забор, высотой около 2х метров, переходящий от начала угла жилого дома и до первой хозяйственной постройки в деревянный, невысокий забор-штакетник с колючей проволокой. Далее до границы располагается комплекс хозяйственных построек ФИО2. Также на участке зафиксирован глухой, деревянный забор, идущий не по границам участка, а отгораживающий погреб (л.д. 199, стр. 7 экспертного заключения).

Из заключения эксперта также следует (л.д.203, стр. 12 экспертного заключения), что нарушены нормы при устройстве ограждения на отрезке от улицы до переднего угла дома истца, там проходит сплошное ограждение высотой около 2-х м. Что касается ограждения в виде забора-штакетника с колючей проволокой, то данное ограждение не нарушает норм затенения. Эксперт делает вывод, что по обоюдному соглашению возможно оставить на данном участке идущий сплошной забор, так как он не проходит мимо окон жилого дома истца. При отсутствии договоренности следует устранить данное нарушение путем замены заборка на сетчатый или решетчатый высотой до 1,5м.

Между тем, из искового заявления и пояснений истца следует, что его требования касаются только ограждения, который описан экспертом как сплошной деревянный забор, высотой около 2х метров, переходящий от начала угла жилого дома и до первой хозяйственной постройки в деревянный, невысокий забор-штакетник с колючей проволокой. При этом истец усматривает нарушения своих прав при расположении всего этого ограждения только в том, что он полагает его расположение на своем земельном участке, что не подтвердилось при рассмотрении дела. Истец не указывает, что данная часть ограждения нарушает его права иным образом, например, создает затенение и др. С учетом изложенного, суд не усматривает оснований для удовлетворения требований истца в отношении сноса данного забора

В отношении глухого, деревянного забора, отгораживающего погреб, истец никаких требований не предъявляет. В судебном заседании 27.04.2017г. (л.д. 171 оборот, стр. 6 протокола) истец пояснил, что «Забор напротив его дома из штакетника, но есть еще 2-ой сплошной забор напротив моего дома, про который я ничего не прошу. Я прошу снести забор из штакетника с колючей проволокой.» При этом в иске изложены доводы о нарушении прав истца именно при расположении этого забора – «Кроме того, погреб ответчик отгородила сплошным забором, высотой около 2-х метров на расстоянии от 50 см от переднего угла моего дома, посадила растения, закрывающие мои окна на моем земельном участке» (л.д. 3).

Заключение по результатам экспертизы № 114/2017 от 29.06.2017г. дано экспертом, имеющим необходимый практический стаж работы и квалификацию, предупрежденным об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса РФ за дачу заведомо ложного заключения, экспертиза проведена с учетом материалов дела, при этом произведен визуальный осмотр, обмер, фотографирование исследуемых объектов – земельных участков, при осмотре присутствовали истец ФИО1 и ответчик ФИО2, в связи с чем, оснований усомниться в компетентности эксперта не имеется, выводы эксперта представляются ясными и понятными, заключение содержит обоснование выводов, ссылки на использованные методики и нормативную документацию. Опечатка в указании кадастровых номеров земельных участков в схемах, имеющихся в заключении, подтверждена экспертом письменно (л.д. 221).

Доказательств нарушения прав истца возведением ответчиком спорных строений, которые истец просит снести или демонтировать, создания реальной угрозы его жизни или здоровью, либо возведения строений с нарушением границ земельного участка, находящегося в собственности у ФИО1, суду в порядке ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ не предоставлено.

При таких обстоятельствах отсутствуют законные основания для понуждения ответчика к устранению нарушения прав истца путем демонтажа или сноса указанных им объектов. 

На основании изложенного, в иске ФИО1 отказано в полном объеме.

При разрешении спора по ходатайству истца ФИО1 на основании определения суда от 10.05.2017г. экспертом Общества с ограниченной ответственностью «Судебно-экспертная лаборатория ФИО3» (г. Кемерово) была проведена комплексная судебная землеустроительная и строительно-техническая экспертиза, суд возложил обязанность по оплате расходов, связанных с проведением экспертизы, на истца ФИО1 (л.д. 187-189).

Из сообщения экспертного учреждения следует, что оплата за экспертизу не произведена, ее стоимость составляет 12 300 рублей (л.д. 192). 

Руководствуясь статьями 95, 96, 98 ГПК РФ, поскольку решение суда состоялось в пользу ответчика, по мнению суда, на истца ФИО1 должна быть возложена обязанность полностью оплатить расходы на проведение комплексной судебной землеустроительной и строительно-технической экспертизы. 

Таким образом, с ФИО1 в пользу экспертного учреждения – ООО «Судебно-экспертная лаборатория ФИО3» (г. Кемерово) должны быть взысканы судебные расходы по оплате стоимости комплексной судебной землеустроительной и строительно-технической экспертизе в размере 12 300 (двенадцать тысяч триста) рублей. 

Руководствуясь ст.ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Отказать ФИО1 в удовлетворении исковых требований к ФИО2 об устранении препятствий в пользовании земельным участком.

Взыскать с ФИО1 в пользу экспертного учреждения - Общества с ограниченной ответственностью «Судебно-экспертная лаборатория ФИО3» (г. Кемерово) расходы по оплате за комплексную судебную землеустроительную и строительно-техническую экспертизу в размере 12 300 (двенадцать тысяч триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд через Юргинский городской суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Юргинского городского суда -подпись- Е.В. Королько

Решение суда принято в окончательной форме 01 августа 2017 года 

Судья Юргинского городского суда -подпись- Е.В. Королько