Дело № 2-229/2025

УИД 11RS0017-01-2025-000328-23

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Сысольский районный суд Республики Коми (постоянное судебное присутствие в селе Койгородок Койгородского района) в составе:

председательствующего судьи Таскаевой М.Н., 

при секретаре судебного заседании ФИО1, 

истца ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании 7 августа 2025 года в селе Койгородок гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения,

установил:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО3 о взыскании денежных средств в размере 500 000 рублей, переданных ею ответчику на покупку транспортного средства, процентов за пользование чужими денежными средствами - 156 952,04 рублей за период с 13 апреля 2023 года по 15 апреля 2025 года, а также процентов за пользование чужими денежными средствам за период с 16 апреля 2025 года до дня фактического исполнения обязательства, исходя из ставки рефинансирования ЦБ РФ, взыскании судебных расходов по уплате государственной пошлины - 18 139 рублей, по оплате услуг представителя – 13 000 рублей.

В обоснование иска указано, что стороны в период с сентября 2022 года по декабрь 2023 года проживали совместно в незарегистрированном браке; ими было принято решение о приобретении транспортного средства. В марте 2023 года ФИО3 перевел на счет ФИО2 500 000 рублей, а 11 апреля 2023 года истец перевела на счет ответчика 1 000 000 рублей (в том числе свои 500 000 рублей) для покупки автомобиля. 12 апреля 2023 года ответчиком был приобретен автомобиль 

<

данные изъяты> за 1 300 000 рублей, право собственности на который зарегистрировано на ФИО3 Перед приобретением транспортного средства стороны договорились о совместном использовании автомобиля, денежные средства передавались ответчику на условиях возвратности, а не в качестве дара либо в целях благотворительности. В декабре 2023 года после прекращения отношений ответчик оставил автомобиль себе, пользуется им единолично. Ответчик, признавая долг, денежные средства не возвращает, на его стороне возникло неосновательное обогащение.

Ответчиком иск не признан, поданы письменные возражения, в которых оспорена позиция истца о заемном характере переданных ему денежных средств, обращено внимание на отсутствие оформленного договора займа и устных договоренностей о возврате денежных средств. В период покупки автомобиля стороны проживали совместно и вели общее хозяйство, поэтому передача денежных средств расценивается как совместное распоряжение имуществом или добровольная помощь со стороны истца, а не как сделка, порождающая обязательства. На покупку автомобиля ответчиком взят кредит в ПАО «Сбербанк» в размере 999 999 рублей, автомобиль использовался сторонами совместно и не является личной выгодой ответчика, следовательно, каких-либо обязательств по возврату денежных средств истцу у ответчика не возникло. Кроме того, проживая совместно, ответчик нес затраты на совместный с истцом отдых за границей, им сделан ремонт в квартире истца, истцу оставлена бытовая техника. 

Определением от 5 мая 2025 года судом приняты обеспечительные меры в виде запрета Управлению ГИБДД по Республике Коми совершать регистрационные действия в отношении транспортного средства.

В судебном заседании истец ФИО2 иск поддержала, пояснив, что каких-либо обязательств у неё перед истцом не существовало, денежные средства переданы ею добровольно на покупку машины, между сторонами имелась устная договоренность о совместном использовании транспорта и он использовался совместно, ответчик отказался подписать долговую расписку. Для приобретения автомобиля ею в банке был взят кредит на сумму 300 000 рублей, 200 000 рублей личных сбережений, в итоге 500 000 рублей было передано ответчику. Автомобиль приобретен за 1 380 000 рублей, из которых 1 000 000 рублей это средства ФИО3 

Ответчик ФИО3 и его представитель участия при надлежащем извещении не приняли.

Заслушав истца, исследовав и оценив материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного кодекса (пункт 1).

Правила, предусмотренные главой 60 данного кодекса, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2).

Из приведенных правовых норм следует, что по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества, либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.

Согласно подпункту 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Приведенной нормой введено правило, исключающее возможность требовать обратно деньги (иное имущество), если передавшее их лицо заведомо знало, что делает это при отсутствии у него какой-либо обязанности перед получателем и осознавало отсутствие этой обязанности.

Таким образом, юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими доказыванию по делу о возврате неосновательного обогащения, являются не только факты приобретения имущества за счёт другого лица при отсутствии к тому правовых оснований, но и факты того, что такое имущество было предоставлено приобретателю лицом, знавшим об отсутствии у него обязательства перед приобретателем либо имевшим намерение предоставить его в целях благотворительности. При этом именно на приобретателе лежит бремя доказывания того, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Как следует из материалов дела и установлено судом, в период с сентября 2022 года по декабрь 2023 года ФИО2 и ФИО3 проживали совместно, вели общее хозяйство, брак зарегистрирован не был.

8 марта 2023 года ФИО2 в ПАО «Сбербанк России» оформлен кредитный договор на потребительские нужды на сумму 299 401,20 рублей (л.д. 65).

8 марта 2023 года ФИО3 с ПАО «Сбербанк России» подписан кредитный договор на потребительские нужды на сумму 999 999 рублей.

13 марта 2023 года с банковского счета ФИО3 на банковский счет ФИО2, открытый в ПАО «Сбербанк России», переведено 500 000 рублей (л.д.14).

11 апреля 2023 года с банковского счета ФИО2 на банковский счет ФИО3 переведен 1 000 000 рублей (л.д.12, 64).

Назначения платежей по обоим денежным переводам отсутствуют.

12 апреля 2023 года в 

<

адрес> между ФИО4 и ФИО3 (покупатель) заключен договор купли-продажи транспортного средства 

<

данные изъяты>, стоимость автомобиля по договору составила 800 000 рублей (л.д.113).

15 апреля 2023 года транспортное средство поставлено на государственный регистрационный учет, с указанной даты собственником транспортного средства является ФИО3 (л.д.56).

В декабре 2023 года семейные отношения между сторонами прекращены, они стали проживать раздельно, транспортное средство находится в пользовании ФИО3

На досудебной стадии требование ФИО2 о возврате денежных средств ФИО3 не исполнено, что обусловило обращение истца в суд с настоящим иском.

В суде сторонами подтвержден факт совместного проживания, в период которого приобретен автомобиль.

Согласно пояснениям ФИО2, целью перевода ФИО3 на её банковский счет 13 марта 2023 года денежных средств в размере 500 000 рублей явилось получение процентов, поскольку на её имя в ПАО «Сбербанк России» был открыт счет с более выгодной процентной ставкой. Перед покупкой транспортного средства в апреле 2023 года ФИО2 вернула ФИО3 его 500 000 рублей и добавила свои 500 000 рублей. Не отрицала, что ФИО3 внес за автомобиль свои личные средства 1 000 000 рублей, она 500 000 рублей, из которых 380 000 рублей ушло на автомобиль, остаток (120 000 рублей) на страховку транспортного средства и дорогу до 

<

адрес> (места приобретения транспортного средства) и обратно. Какие – либо обязательства у ФИО2 перед ФИО3 по перечислению ответчику спорной денежной суммы отсутствовали.

В судебном заседании 4 июня 2025 года ответчик ФИО3 факт получения от ФИО2 денежных средств на приобретение машины подтвердил, указав реальную стоимость транспортного средства - 1 380 000 рублей, на покупку которого им взят в банке кредит 1 000 000 рублей, недостающие денежные средства предоставлены ФИО2 в добровольном порядке, впоследствии, до прекращения отношений, машиной пользовались вместе.

Учитывая показания ответчика суду о стоимости транспортного средства, целевом назначении полученных от ФИО2 денежных средств, последующие доводы представителя ответчика, изложенные в письменных возражениях на иск, о меньшей стоимости автомобиля – 800 000 рублей (как указано в договоре купли-продажи транспортного средства) и самостоятельном финансировании ответчиком сделки за счет кредитных средств (1 000 000 рублей) признаются судом несостоятельными, а потому отклоняются.

Таким образом, судом установлен факт передачи истцом ответчику личных денежных средств в размере 500 000 рублей на приобретение транспортного средства и дополнительные расходы.

При этом доказательства существовавших между сторонами долговых либо иных ��?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�

Настаивая на обоснованности иска, ФИО2 указывала, что денежные средства не передавались ответчику ни в качестве дара, ни как благотворительность, соответственно, имеют заемный характер и должны быть возвращены.

В соответствии со статьёй 808 Гражданского кодекса Российской Федерации договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает десять тысяч рублей.

В подтверждение условий договора займа может быть представлена расписка заёмщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы на условиях возвратности.

В силу пункта 1 статьи 162 Гражданского кодекса Российской Федерации несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и её условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства.

В соответствии со статьями 55, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно статье 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определёнными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

По смыслу приведённых норм, в гражданском процессе действует презумпция, согласно которой на ответчика не может быть возложена ответственность, если истец не доказал обстоятельства, подтверждающие его требования.

В силу указанных положений обязанность доказать заключение договора займа, исходя из общего правила распределения обязанностей по доказыванию, возлагается на истца.

Однако в ходе рассмотрения дела истцом не представлено относимых и допустимых доказательств, подтверждающих факт заключения между истцом и ответчиком договора займа, а имеющиеся в материалах дела выписки по счетам ФИО2 не свидетельствуют о заключении сторонами договора займа, поскольку из них не усматривается, что между сторонами были достигнуты существенные условия сделки (отсутствуют сведения о том, что ответчик обязался вернуть долг, сроке возврата денежных средств и т.д.), назначение платежа, из которого следовало бы, что денежные средства в размере 500 000 рублей переданы на возвратной основе или с условием встречного имущественного предоставления, отсутствует.

Не подтверждают возникновение обязательства ФИО3 по возврату долга и представленный истцом скриншот переписки с ответчиком, где он на запрос истца вернуть деньги ответил «ок», расцененный истцом как признание долга, поскольку данный скриншот не подтверждает целостность переписки сторон, а действия ответчика по отказу в написании долговой расписки, на что ссылалась истец, а также его дальнейшая позиция, выраженная в письменных возражениях на иск, опровергают финансовые обязательства ответчика перед истцом.

Доказательства совершения ответчиком реальных действий по возврату денежных средств, свидетельствующих о признании долга, в материалах дела отсутствуют.

При таких обстоятельствах, поскольку истцом не представлено доказательств заключения именно договора займа с соблюдением всех существенных условий, надлежащим образом оформленных документов, из содержания которых возможно было бы сделать вывод о наличии между сторонами правоотношений по договору займа о передаче денежных средств в определённом размере, на определённый срок и на определённых условиях, доводы истца о возникновении у ответчика долговых обязательств перед истцом (соглашение о возникшем обязательстве по возврату долга) подлежат отклонению.

Основанием иска явились положения главы 60 Гражданского кодекса Российской Федерации о неосновательном обогащении.

Из пояснений истца ФИО2 следует, что в момент передачи денежных средств она знала о том, что вносит на счет ФИО3 денежные средства для приобретения им транспортного средства, не имея при этом никаких обязательств перед ним, то есть действовала намеренно и добровольно.

Исходя из установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что перечисление денежных средств истцом на счёт ответчика носило добровольный характер, их предоставление не было обусловлено обязательством их возврата, поскольку на протяжении длительного времени стороны связывали близкие отношения, вели совместное хозяйство.

Стороны не подтвердили наличие между ними договорённости по какому-либо встречному предоставлению со стороны ФИО3

Довод истца о том, что в судебном заседании 4 июня 2025 года ФИО3 признал свой долг в заявленном в иске размере, ошибочен, поскольку как это следует из пояснений ответчика, им признана сумма в размере 10 000 рублей, которую он связал с взаимными тратами сторон при совместном проживании (ремонт, бытовая техника и т.д.), что к предмету иска не относится.

Согласно пункту 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Каких-либо относимых и допустимых доказательств наличия соглашений об обязанности возместить понесённые истцом затраты на ответчика, а также доказательств, свидетельствующих о волеизъявлении ответчика во встречном предоставлении, истцом не представлено. При внесении денежных средств на счет ответчика истцу было достоверно известно об отсутствии у неё долговых либо иных правовых обязательств, в силу которых истцом ответчику оказывается вынужденная материальная помощь.

Как указывалось выше, основания для применения статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации возникают в случае, если лицо приобрело или сберегло имущество за счёт другого лица без каких-либо оснований, установленных законом, иными правовыми актами или сделкой.

В данном случае перевод денежных средств являлся актом добровольного и намеренного волеизъявления истца при отсутствии какой-либо обязанности со стороны передающего, что в силу пункта 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации исключает возврат этих денежных средств приобретателем.

При указанных обстоятельствах, учитывая, что несение истцом материальных затрат в период совместного проживания с ответчиком осуществлялось ею добровольно, в силу личных отношений сторон и никакими обязательствами не было обусловлено, при этом истец не могла не знать об отсутствии между ним и ответчиком каких-либо обязательств, вызывающих необходимость оплаты истцом за счёт собственных средств расходов ответчика, денежные средства были перечислены на текущий счёт ответчика в добровольном порядке, намеренно в целях оплаты приобретаемого ответчиком транспортного средства; истцом не представлено доказательств, подтверждающих по состоянию на дату передачи денег наличие договорённости между сторонами о возврате спорной денежной суммы, представленная истцом выписка по счету лишь удостоверяет факт внесения на счёт ответчика ФИО3 денежной суммы, а потому не может рассматриваться как доказательство наличия между сторонами соглашения об установлении каких-либо обязательств, договорные отношения между сторонами в письменном виде не оформлялись, к возникшим правоотношениям положения об обязательствах вследствие неосновательного обогащения применены быть не могут.

Довод истца об отсутствии у неё благотворительных целей либо предоставлении денежных средств в дар не изменяет того, что, перечисляя денежные средства исключительно по своему желанию, она заведомо знала об отсутствии каких-либо обязательств перед ответчиком и ответчика перед ней, что в силу пункта 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации исключает возврат неосновательного обогащения.

Признаков недобросовестного процессуального поведения со стороны ФИО3 суд не усматривает, оснований для применения принципа эстоппель в целях удовлетворения исковых требований, как о том заявлено ФИО2, не имеется.

Совокупность изложенного свидетельствует об отсутствии правовых оснований для удовлетворения как основного требования о возврате неосновательного обогащения, так и дополнительного требования о взыскании процентов за пользование денежными средствами.

В силу положений статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации отказ в удовлетворении исковых требований влечет отказ и в возмещении судебных расходов, к коим относятся представительские расходы и расходы по уплате государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковое заявление ФИО2 к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения в размере 500 000 рублей, процентов за пользование чужими денежными средствами - 156 952,04 рублей за период с 13 апреля 2023 года по 15 апреля 2025 года, а также проценты за пользование чужими денежными средствам за период с 16 апреля 2025 года до дня фактического исполнения обязательства, исходя из ставки рефинансирования ЦБ РФ, взыскании судебных расходов по уплате государственной пошлины - 18 139 рублей, по оплате услуг представителя – 13 000 рублей оставить без удовлетворения.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Коми через Сысольский районный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 19 августа 2025 года.

Председательствующий М.Н.Таскаева М.Н.Таскаева