2-4/2019 (УИД 24RS0038-01-2018-000648-35)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

п. Нижний Ингаш 04 сентября 2019 года 

Нижнеингашский районный суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Абрамовой Т.М., 

при секретаре Вишняковой А.В.,

с участием: помощника прокурора Нижнеингашского района Мирюк Н.В.,

истца ФИО1,

представителя ответчика КГБУЗ «Нижнеингашская районная больница» ФИО2, действующей на основании доверенности,

рассматривая в судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к КГБУЗ «Нижнеингашская районная больница» о компенсации морального вреда, 

установил:

Истец ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением, в котором просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей и судебные расходы в размере 3800 рублей. Свои требования истец мотивирует тем, что 04.07.2018 в промежутке времени между 10 и 11 часами он был транспортирован в Нижнеингашскую районную больницу Красноярского края с острой болью в области верхних отделов живота и грудной клетки, а также высоким давлением. Его госпитализировали в терапевтическое отделение, где его лечением занималась терапевт ФИО3. После осмотра лечащий врач выставил диагноз: 

<

данные изъяты>, и назначил лечение в виде капельного внутривенного введения изакордина. Поскольку боли усилились, он обратился к лечащему врачу с повторными жалобами на усиление боли и с просьбой о помощи. Не получив реальной медицинской помощи и услышав ответ лечащего врача ФИО3 о том, что медицинские меры к купированию боли будут оказаны только на ночь, а фиброгастродуоденоскопия желудка будет проведена только 09.07.2018 года, он стал требовать направить его в межрайонную больницу г. Канска для получения надлежащей медицинской помощи. Получив отказ, он обратился к помощи своего сына К. Только после требований его родственников терапевт ФИО3 вызвала для дальнейшего его обследования хирурга Т, который рекомендовал срочно направить его для прохождения дальнейшего лечения в Канскую межрайонную больницу. После рекомендаций хирурга терапевт ФИО3 назначила дополнительные медицинские исследования, согласно которым ему был выставлен неправильный диагноз. Согласно рентгеновским снимкам подтверждался диагноз: 

<

данные изъяты>. Только около 23 часов его направили в Канскую межрайонную больницу, где ему оказали экстренную медицинскую помощь. Ему был выставлен диагноз: 

<

данные изъяты> С 04.07.2018 по 13.07.2018 он находился на лечении в 1 хирургическом отделении КГБУЗ «Канская межрайонная больница». Истец полагает, что непрофессиональные и незаконные действия врачей КГБУЗ «Нижнеингашская районная больница» привели к ухудшению его здоровья и необходимости проведения экстренной операции. Терапевт ФИО3 не организовала своевременное и квалифицированное обследование и лечение пациента, а также отказалась предоставить истцу и его родственникам информацию о состоянии его здоровья. Из-за неоказания ему надлежащей и своевременной медицинской помощи он испытал сильные физические боли. Он был вынужден бороться с врачами Нижнеингашской районной больницы за сохранение своей жизни и умалять лечащего врача ФИО3 об оказании ему медицинской помощи. Он испытал унижение своего человеческого достоинства. Из-за неправильно выставленных диагнозов, а также неправильно выбранной тактики лечения он был длительное время прикован к постели и испытал сильные боли. Действиями ответчика ему причинен моральный вред.

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные требования поддержал, ссылаясь на изложенные им ранее доводы, согласно которым в 2018 году он трижды лечился в стационаре Нижнеингашской районной больницы, и каждый раз ему ставили один диагноз: 

<

данные изъяты> 04.07.2018 супруга вызвала ему скорую помощь из-за острой боли в сердце. При поступлении в терапевтическое отделение 04.07.2018 около 11 часов его осмотрела врач-терапевт ФИО3 (пальпация живота не проводилась) и выставила указанный выше диагноз. Он жаловался на боль в подреберье, одышку и высокое давление. Ему сделали ЭКГ, поставили капельницу, взяли кровь на анализ, проведение ФГС ему назначили на 09.07.2018. Из-за тошноты и рвоты он отказался от капельницы. Вечером, примерно в 18 часов боли усилились, он попросил медицинскую сестру поставить его обезболивающий укол. Она отправила его к дежурному врачу ФИО3, последняя пообещала поставить укол перед сном. Около 20 часов он позвонил сыну, попросил прийти и поговорить с врачом, пожаловался на отсутствие лечения. После беседы сына с врачом его осмотрел хирург Т, последний сказал ФИО3 о необходимости его транспортировки в г. Канск. После проведения УЗИ и рентгеноскопии он был направлен в больницу г. Канска, в связи с острыми болями в кишечнике и выявленным мезентериальным тромбозом. Считает, что действиями врачей Нижнеингашской районный больницы ему причинен моральный вред, так как они неверно поставили ему диагноз, выбрали неверную тактику лечения, не спешили направить его в больницу г. Канска в то время, как у него развивался гнойный перитонит. Истец просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда, а также понесенные им судебные расходы по оплате судебно-медицинской экспертизы, услуг представителя и государственной пошлины.

Представитель истца – адвокат Аневич Л.Ю. при надлежащем извещении в судебное заседание не явилась.

Представитель ответчика КГБУЗ «Нижнеингашская районная больница» ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала, указывая на имеющиеся в деле письменные возражения, согласно которым медицинская помощь ФИО1 при его обращении в связи с появлением жалоб на повышение артериального давления, появление головных болей в затылочной, теменных областях, головокружение при ходьбе, загрудинных болей, тошноты, однократной рвоты 04.07.2018 в условиях КГБУЗ «Нижнеингашская районная больница» оказывалась в соответствии с предъявляемыми требованиями. Противоправность и виновность со стороны персонала больницы при оказании истцу медицинской помощи отсутствуют. 

Представитель ответчика ФИО4 в суд не явилась, извещена надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела. Участвуя в судебном заседании 22.10.2018, она с исковыми требованиями не согласилась, пояснила, что в результате проведенного служебного расследования, в ходе которого были проанализированы медицинские документы ФИО1 (карты стационарного больного №№ 872, 1408, 2165, 2494 за 2018 год, амбулаторная медицинская карта, карты вызова скорой помощи), истребованы объяснения у заведующей терапевтическим отделением ФИО3, выездного фельдшера скорой помощи С, диспетчера Х, не установлено фактов оказания некачественной медицинской помощи ФИО1 во время его нахождения в терапевтическом отделении Нижнеингашской районный больницы 04.07.2018. За 10 часов пребывания в стационаре ФИО1 дважды сделали анализ крови в развернутой динамике и биохимический анализ крови, дважды сняли ЭКГ, провели УЗИ органов брюшной полости, рентгенографию брюшной полости. Диагноз пациента (холецистокардинальный синдром) не был очевиден, так как изначально ФИО1 не жаловался на боли в животе, а тошнота и рвота – это частый признак кризового повышения давления.

Третье лицо – врач-терапевт КГБУЗ «Нижнеингашская районная больница» ФИО5 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом. Будучи опрошенной 22.10.2018, она дала пояснения, согласно которым 04.07.2018 пациент ФИО1 был доставлен бригадой скорой помощи в приемный покой Нижнеингашской районной больницы. Она присутствовала при осмотре больного заведующей отделением терапии ФИО3, ФИО1 предъявлял жалобы на боль за грудиной, чувство нехватки воздуха, сухость во рту и онемение правой половины лица, правой руки и ноги, у пациента фиксировались высокие цифры артериального давления. После взятия анализов ФИО1 госпитализировали в терапевтическое отделение, где она повторно осмотрела больного, в том числе пальпировала живот, и установила диагноз: 

<

данные изъяты>, и назначила лечение – 

<

данные изъяты>. Около 15 часов она заходила в палату, где лежал ФИО1, последний отмечал уменьшение загрудинной боли, о появлении тошноты и болей в области живота не сообщал. Так как при пальпации живот пациента был мягким, симптомы раздражения брюшины отсутствовали, показаний для экстренного назначения УЗИ брюшной полости и вызова хирурга не имелось. После 17 часов она ушла домой. 

Третье лицо – заведующая терапевтическим отделением КГБУЗ «Нижнеингашская районная больница» ФИО3 в судебное заседание не явилась, уведомлена должным образом о времени и месте рассмотрения дела. Во время судебного разбирательства 22.10.2018 ФИО3 пояснила суду, что 04.07.2018 бригада скорой помощи доставила в больницу ФИО1, последний жаловался на жжения за грудиной, онемение правой руки и ноги, правой половины лица, головную боль. Она в присутствии ФИО5 осмотрела пациента, провела аускультацию сердца, легких, пальпацию живота. Живот был мягким, болезненности не было. Она направила ФИО1 в терапевтическое отделение. Терапевт ФИО5 повторно осмотрела пациента в отделении и согласовала с ней лечение. В течении рабочего дня ФИО5 неоднократно заходила в палату к больному и интересовалась его состоянием. С 18 часов это же дня она заступила в больнице на дежурство. Около 21 часа медицинская сестра сообщила ей о жалобах ФИО1 на боли в животе, до этого ни пациент, ни медицинский персонал не информировали ее об изменении состояния здоровья больного. Она вновь осмотрела пациента, так как у ФИО1 появились боли в верхних отделах живота, назначила ему обезболивающий укол и анализы крови. В это время пришел сын ФИО1 и стал просить направить отца в г. Канск. Она пояснила, что пока пациент не обследован, показаний для его перевода не имеется. После исследования результатов анализов, осмотра хирурга, проведения УЗИ и обзорной рентгенографии был сформулирован диагноз: острый живот, не исключается мезентериальным тромбоз. После этого ФИО1 направили в Канскую межрайонную больницу. По мнению третьего лица, терапевтическим отделением КГБУЗ «Нижнеингашская районная больница» медицинская помощь 04.07.2018 была оказана истцу качественно и своевременно.

Представитель третьих лиц: Министерства здравоохранения Красноярского края и АО МСО «Надежда», - в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела.

На основании ст.167 ГПК РФ суд посчитал возможным рассмотреть дело при имеющейся явке.

Свидетель Т, работающий хирургом в КГБУЗ «Нижнеингашская районная больница», суду пояснил, что 04.07.2018 около 22 часов он был приглашён ФИО3 в терапевтическое отделение больницы для проведения консультации и осмотра пациента ФИО1. При осмотре он учитывал дополнительные методы обследования, наличие у пациента сопутствующих серьёзных патологий, таких как 

<

данные изъяты> Пациент жаловался на боль в подреберье, верхнем отделе живота, говорил, что боль усилилась во второй половине дня, УЗИ показывало вздутие петель кишечника. После осмотра он выставил диагноз 

<

данные изъяты> и заподозрил тромбоз сосудов кишечника. Для исключения или возможного лечения данной патологии рекомендовал направить пациента в межрайонную больницу г. Канска для проведения дополнительных исследований (диагностическая лапароскопия, компьютерная томография). Клиническое развитие заболеваний, диагностированных им и терапевтом у ФИО1, имеют схожие симптомы. 

Свидетель К суду пояснил, что 04.07.2018 его отца – ФИО1 положили в терапевтическое отделение Нижнеингашской районной больницы. Около 16-17 часов он принес отцу воды, тот жаловался на боли в животе, от которых не мог ни сидеть, ни лежать, говорил об отсутствии медицинской помощи. Около 19 часов отец ему позвонил, сказал, что до утра не доживет, так как врача нет, лечение не проводится, отца мучили сильные боли. Он пришел в больницу, по его просьбе медицинская сестра пригласила ФИО3, последняя осмотрела отца, лаборант взял кровь на анализ. Посмотрев результаты анализов, ФИО3 вызвала хирурга Т, затем пригласили Л для проведения УЗИ, сделали рентген. После всех обследований отца направили в г. Канск.

Врач ультразвуковой диагностики Нижнеингашской районной больницы Л при опросе в качестве свидетеля пояснила, что 04.07.2018 около 21 часа она проводила УЗИ ФИО1, последний жаловался на обширную боль по всей поверхности живота, которая у него возникла во второй половине дня. Пациента сопровождал сын. По результатам исследования она вынесла заключение, в котором указала, что имеется диффузное изменение поджелудочной железы и эхопризнаки пареза кишечника. Признаков желчекаменной болезни на момент проведения УЗИ не было. Конкрементов в полости желчного пузыря она не обнаружила, стенка желчного пузыря не была утолщена, дополнительных включений в полости не было. 

Свидетель Х.Ю. суду пояснил, что работает врачом рентгенологом в КГБУЗ «Нижнеингашская районная больница». 04.07.2018 по назначению дежурного врача он проводил ФИО1 рентгенографию органов брюшной полости. Признаков желчекаменной болезни у пациента выявлено не было, согласно снимкам, имелось вздутие петель кишечника. Такое возможно при любой патологии полости: язва, панкреатит, аппендицит, - все это может вызвать раздражение стенок кишечника.

Выездной фельдшер скорой помощи С, будучи опрошенной в качестве свидетеля, суду пояснила, что в начале июля 2018 года бригада скорой помощи выезжала к ФИО1, последний жаловался на сильную головную боль, головокружение, боли в грудной клетке и за грудиной, тошноту, однократную рвоту, повышение артериального давления. На боли в животе жалоб не было. ФИО1 поставили диагноз: 

<

данные изъяты> Они оказали помощь с целью снижения артериального давления. Когда состояние пациента улучшилось, выехали обратно. Они не успели доехать до отделения, когда диспетчер сообщил, что звонила жена Ковель и сказала, что супругу опять стало плохо. Они вернулись и транспортировали пациента в приёмный покой. 

Свидетель Г суду пояснила, что работает постовой медицинской сестрой в терапевтическом отделении Нижнеингашской районной больницы. 04.07.2018 к ним в отделение поступил ФИО1. Многие события того дня забылись, помнит, что ФИО1 лежал на кровати, жаловался на боль за грудиной, пациенту ставили капельницу, врач наблюдал больного. 

Свидетель А суду пояснила, что она работает в Нижнеингашской районной больнице медицинской сестрой терапевтического отделения. 04.07.2018 примерно в обеденное время в отделение поступил ФИО1. Больного осматривала терапевт ФИО5, назначила ему капельницу «Изолардина». В ее присутствии пациент на боли в животе, рвоту и тошноту не жаловался и не просил поставить обезболивающий укол. Утром 05.07.2018 на планерке она узнала, что ФИО1 госпитализировали в Канскую межрайонную больницу. 

Свидетель Л суду пояснила, что она работает в Нижнеингашской районной больнице медицинской сестрой терапевтического отделения. 04.07.2018 в 18 часов она заступила на дежурство в ночную смену. Вечером пришли родственники ФИО1 и сказали, что желают видеть дежурного врача. Она позвонила дежурному врачу ФИО3, которая в это время находилась в реанимационном отделении, и попросили прийти. По приходу ФИО3 осмотрела ФИО1, назначила ему кровь на анализ, прописала обезболивающие препараты. После УЗИ больного направили в Канскую межрайонную больницу. Во время ее дежурства ФИО1 к ней не подходил и жалоб не высказывал.

Изучив материалы дела, выслушав участвующих в деле лиц, свидетелей, мнение помощника прокурора Мирюк Н.В., полагавшей, что имеются основания для удовлетворения исковых требований с уменьшением размера компенсации морального вреда до 50 тысяч рублей, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция РФ относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В соответствии со ст. 2 указанного Федерального закона под здоровьем понимается состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма; медицинская помощь это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение; под качеством медицинской помощи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

В силу ч. 1 ст. 19 данного Федерального закона, каждый имеет право на медицинскую помощь, профилактику, диагностику, лечение, медицинскую реабилитацию в медицинских организациях в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям; получение информации о своих правах и обязанностях, состоянии своего здоровья, выбор лиц, которым в интересах пациента может быть передана информация о состоянии его здоровья; возмещении вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Согласно ст. 79 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская организация обязана осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательством и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи и стандартами медицинской помощи.

В силу ч. 2 ст. 98 указанного Федерального закона медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

В соответствии с частям 2, 5 ст. 70 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" лечащий врач организует своевременное квалифицированное обследование и лечение пациента, предоставляет информацию о состоянии его здоровья, по требованию пациента или его законного представителя приглашает для консультаций врачей-специалистов, при необходимости созывает консилиум врачей для целей, установленных частью 4 статьи 47 названного федерального закона (донорство органов и тканей человека и их трансплантация (пересадка). Рекомендации консультантов реализуются только по согласованию с лечащим врачом, за исключением случаев оказания экстренной медицинской помощи. Лечащий врач устанавливает диагноз, который является основанным на всестороннем обследовании пациента и составленным с использованием медицинских терминов медицинским заключением о заболевании (состоянии) пациента.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

По правилам ч. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно медицинской карте амбулаторного больного №3681 и медицинских карт стационарного больного №872 (дата поступления в терапевтическое отделение КГБУЗ Нижнеингашская районная больница 21.03.2018), №1408 (дата поступления в терапевтическое отделение КГБУЗ Нижнеингашская районная больница 27.04.2018), № 2165 (дата поступления в терапевтическое отделение КГБУЗ Нижнеингашская районная больница 19.06.2018), ФИО1 страдал хроническими заболеваниями: 

<

данные изъяты>

В 2013 году у ФИО1 выявлен хронический холецистит, о чем свидетельствуют результаты УЗИ от 20.02.2013, из заключения специалиста следует, что у ФИО1 имеются 

<

данные изъяты>. 

С жалобами на обострение 

<

данные изъяты> истец в лечебные учреждения не обращался.

04.07.2018 около 10 часов ФИО1 совершил вызов скорой помощи на дом, предъявляя жалобы на головную боль в затылочной, теменной областях, головокружение при ходьбе, сердцебиение, жгучие боли за грудиной, тошноту, однократную рвоту, общую слабость. После осмотра фельдшером бригады скорой помощи выставлен диагноз: 

<

данные изъяты> После оказания неотложной помощи в виде симптоматической терапии (гипотензивный, коронарорасширяющий и противорвотный препараты) состояние больного стабилизировалось, после чего медицинские работники выехали от ФИО1, порекомендовав ему самостоятельно обратиться за консультацией к терапевту.

В 11 часов 30 минут того же дня в отделение скорой помощи позвонила супруга истца и сообщила о том, что у ФИО1 вновь появилось жжение за грудиной. После этого бригада скорой помощи вернулась в дом истца, а затем доставила его в приемное отделение Нижнеингашской районной больницы.

В приемном отделении в 12 часов 10 минут ФИО1 в присутствии врача-терапевта ФИО5 был осмотрен заведующей терапевтическим отделением ФИО3. Больной предъявлял жалобы на жжение в области грудной клетки, чувство нехватки воздуха, сухость во рту, онемение правой половины лица, правой руки, ноги, которые были расценены как обострение хронической ишемической болезни сердца и обострение гипертонической болезни. На основании жалоб, анамнеза заболевания, объективного обследования выставлен диагноз: 

<

данные изъяты> 

Со слов ФИО5, в терапевтическом отделении она повторно осмотрела истца и назначила ему лечение: изокардин в/в капельно, ацетилсалициловая кислота, бисопролол, эналаприл, омепразол, инсулин п/к, однако запись о повторном осмотре в карте больного отсутствует.

Согласно записям в карте стационарного больного №2494 КГБУЗ «Нижнеингашская районная больница» на имя ФИО1, последний при осмотре в приемном покое жалоб на боли в области живота не предъявлял. Из пояснений врача-терапевта ФИО5 и медицинских сестер терапевтического отделения А и Л следует, что в их присутствии ФИО1 не сообщал о появлении у него рвоты, тошноты или болей в животе. 

Подозрение на воспалительное заболевание органов брюшной полости возникло у заведующей терапевтического отделения ФИО3, дежурившей в ту ночь в отделении, после осмотра пациента в 20 часов 35 минут 04.07.2018, инициированного родственниками больного, в частности его сыном К. Со слов последнего, ФИО1, начиная с 16-17 часов жаловался ему на сильные боли в животе и отсутствие лечения. 

При осмотре ФИО3 отмечено появление болей в верхних отделах живота в течении нескольких часов, тошноты, сухости во рту, повышение температуры тела до 37,40 С, резкая болезненность живота при пальпации в эпигастрии и правом подреберье, в связи с этим она назначила дополнительные обследования: анализ крови развернутый, биохимический анализ крови, УЗИ органов брюшной полости, обзорная рентгенография органов брюшной полости, осмотр хирурга. 

Исследование анализов крови показало увеличение числа лейкоцитов, при ультразвуковом исследовании органов брюшной полости выявлены эхопризнаки пареза кишечника. На обзорной рентгенограмме брюшной полости признаков кишечной непроходимости обнаружено не было.

04.07.2018 в 22 часа ФИО1 осмотрен хирургом Т, отмечается появление болей в животе во второй половине дня, сухость во рту, тошнота. Живот увеличен за счет п/к клетчатки, умеренно вздут, при пальпации болезненный в верхних отделах и подреберьях, напряжение мышц передней брюшной стенки. эпигастральной области, правом подреберье. Симптомы раздражения брюшины сомнительные, перистальтика вялая. Хирургом установлен диагноз: 

<

данные изъяты>. 

После этого заведующей терапевтическим отделением ФИО3 принято решение о транспортировке больного в межрайонную больницу г. Канска для дополнительного обследования и решения вопроса о дальнейшем лечении.

После поступления 04.07.2018 в 23 часа 35 минут в хирургическое отделение Канской межрайонной больницы в отношении ФИО1 были проведены дополнительные исследования. На диагностической лапароскопии, проведенной 06.07.2018, выявлен острый калькулезный обтурационный холецистит, перихолецистит, эмпиема желчного пузыря. В этот же день в 11 часов в экстренном порядке проведена холецистэктомия (открытая). Послеоперационный период прошел без осложнений, ФИО1 выписан из лечебного учреждения 13.07.2018 с диагнозом: К80.0 Камни желчного пузыря с острым холециститом. Описание диагноза: 

<

данные изъяты>

Согласно заключению амбулаторной судебно-медицинской экспертизы №65/19, проведенной ФГБУ «Российский центр судебно-медицинской экспертизы Министерства здравоохранения Российской Федерации в период с 12.02.2019 по 06.06.2019, при оказании медицинской помощи ФИО1 04.07.2018 в КГБУЗ «Нижнеингашская районная больница» выявлены недостатки оформления медицинской карты стационарного больного №2494: а) не указано время возникновения и продолжительность жалоб на «жжение в области грудной клетки, чувство нехватки воздуха», что необходимо для дифференцирования острых форм ишемической болезни сердца (острого коронарного синдрома, острого инфаркта миокарда, нестабильной стенокардии); б) не указан уровень нагрузки (в анамнезе и в жалобах), при котором возникли боли за грудиной у ФИО1, что не позволяет четко подтвердить диагностированный в указанной больнице II функциональный класс стенокардии напряжения; в) не обосновано осложнение стенокардии напряжения, указанное в диагнозе (т.е. является гипердиагностикой), поскольку не подтверждено анамнезом, жалобами и данными объективного осмотра пациента ФИО1; г) по результатам осмотра ФИО1 терапевтом в 20 часов 35 минут 04.07.2018 до осмотра хирургом в 22 часа 04.07.2018 нет трактовки жалоб пациента на появление болей в верхних отделах живота в течении нескольких часов, тошноту, сухость во рту, не дана оценка возникшей резкой болезненности живота при пальпации в эпигастрии и правом подреберье. 

Выявлены недоставки диагностики в виде: 

- не диагностированного холецистокардиального синдрома, обусловленного неверной трактовкой происхождения болей (затем жжения) за грудиной, недооценкой анамнестических данных о тошноте и однократной рвоте, возникших у ФИО1 до его поступления в стационар, неполнотой сбора анамнестических данных об имеющихся хронических данных (о наличии у него хронического холецистита, выявленного при проведении ультразвукового исследования в 2013 году), недооценка отсутствия острых ишемических изменений на электрокардиограмме;

- несвоевременной диагностики синдрома острого живота в КГБУЗ «Нижнеингашская РБ», обусловленного не диагностированным холецистокардиальным синдромом и отсутствием врачебного наблюдения за пациентом в течении нескольких часов (был осмотрен врачом при поступлении 12 часов 10 минут 04.07.2018 и затем только через 8 часов – в 20 часов 35 минут 04.07.2018);

- недооценки состояния ФИО1, ухудшение которого было обусловлено прогрессирующим воспалением желчного пузыря, а не обосрением сердечной патологии;

- отсутствия обоснования II функционального класса стенокардии напряжения, диагностированного у ФИО1 в КГБУЗ «Нижнеингашская РБ»;

- гипердиагностики осложнения стенокардии напряжения. 

К недостатку лечения эксперты отнесли назначение ФИО1 без достаточных показаний (болевого синдрома за грудиной и острых ишемических изменений на электрокардиограмме) инфузионной терапии в виде внутривенного введения препарата изокардина, предназначенного для лечения ишемической болезни сердца.

Оснований не доверять представленному заключению у суда не имеется, поскольку оно является допустимым по делу доказательством, содержит подробные описания проведенных исследований, сделанные в результате выводы и ответы на поставленные судом вопросы. Экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона Российской Федерации от 31.05.2001 № 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", эксперты были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что при поступлении 04.07.2018 в 12 часов 10 минут ФИО1 в КГБУЗ «Нижнеингашская районная больница» врачами терапевтического отделения изначально был выставлен неверный диагноз, что привело к неверной тактике лечения пациента до 20 часов 35 минут того же дня. В результате ФИО1 в течении нескольких часов претерпевал физическую боль, из-за ухудшения самочувствия и бездействия медицинских работников, отсутствия информации о его здоровье истец, опасаясь за свою жизнь, был вынужден прибегнуть к помощи родственников для привлечения внимания врача-терапевта к своему состоянию. 

Исходя из установленных обстоятельств, имеющихся в деле доказательств, суд приходит к выводу, что в действиях работников КГБУЗ «Нижнеингашская районная больница» по оказанию медицинской помощи ФИО1 имели место недостатки в виде недооценки тяжести состояния его здоровья, оставления без должного внимания определенных признаков, которые при своевременном обнаружении и правильной оценке могли привести к выбору правильной тактики лечения, в связи с чем имеются основания для взыскании в пользу истца компенсации морального вреда.

Сам по себе факт не причинения вреда здоровью истца, по делам рассматриваемой категории, неправильной постановкой диагноза не является безусловным основанием к отказу в удовлетворении рассматриваемого иска, так как именно исполнитель медицинских услуг обязан доказать факт отсутствия его вины в возникновении данного дефекта медицинских услуг, а при недоказанности указанного обстоятельства он не может быть освобожден от обязанности компенсировать моральный вред причиненный истцу оказанием услуг ненадлежащего качества.

В то же время суд полагает, что заявленная ФИО1 сумма компенсации является чрезмерно завышенной, так как по прошествии восьми часов после помещения истца в стационар КГБУЗ «Нижнеингашская районная больница» врачами данной больницы у него выявлен синдром острого живота, после чего тактика оказания медицинской помощи ответчиком выбрана правильно и ФИО1 для дальнейшего обследования и лечения транспортирован в Канскую межрайонную больницу. 

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание, что выявленные со стороны ответчика недостатки диагностики и лечения не привели к развитию типичного осложнения гангренозного холецистита в виде местного или распространенного перитонита, кроме этого, имелись объективные трудности в правильной постановке диагноза, так как заболевания сердечно-сосудистой системы, которыми страдал ФИО1, и холецистокардиального синдрома имеют сходство клинической картины. 

Исходя из совокупности изложенных выше фактов, суд определяет компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей, что, по мнению суда, соответствует принципу разумности и справедливости.

Поскольку доказательств удовлетворения требований истца в добровольном порядке ответчиком не представлено, суд полагает взыскать с КГБУЗ «Нижнеингашская районная больница» в пользу ФИО1 штраф в размере 10 000 рублей (20 000 : 2) на основании п. 6 ст. 13 Закона РФ "О защите прав потребителей".

Согласно статье 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся так же суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, расходы на оплату услуг представителей; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы.

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (статья 98 ГПК РФ).

В соответствии с ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истцом заявлено ходатайство о взыскание расходов на представителя в размере 18 000 рублей и приложены платежные документы, подтверждающие данные расходы (квитанции к приходному кассовому ордеру).

Учитывая категорию дела, а также количество судебных заседание, в которых принимал участие представитель истца (2), суд приходит к выводу о частичном удовлетворении заявленного ходатайства, снизив размер взыскания судебных расходов до 12 000 рублей. Такая позиция обусловлена и тем, что как указал в Определении от 17.07.2007 № 382-O-O Конституционный Суд РФ обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя.

Кроме этого, с ответчика в пользу истца следует взыскать документально подтвержденные расходы за юридическую консультацию в размере 500 рублей, расходы по составлению искового заявления в размере 3 000 рублей и по оплате государственной пошлины в сумме 300 рублей.

При рассмотрении гражданского дела по ходатайству истца судом была назначена судебно-медицинская экспертиза, оплата за проведение которой возложена на ФИО1, последним в этой части понесены расходы в размере 128 177 рублей (с учетом банковской комиссии за перевод денежных средств в размере 1500 рублей), что подтверждается платежными документами. Учитывая результат разрешения иска, в силу ст. 88, 94, 98 ГПК РФ, суд считает возможным взыскать с КГБУЗ «Нижнеингашская районная больница» в пользу ФИО1 расходы по проведению экспертизы в размере 128 177 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с КГБУЗ «Нижнеингашская районная больница» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей, штраф в размере 10 000 рублей, судебные расходы за юридическую консультацию и составление искового заявления в размере 3500 рублей, услуг представителя в размере 12 000 рублей, расходы по оплате судебно-медицинской экспертизы размере 128 177 рублей, государственной пошлины в размере 300 рублей, а всего 173 977 (сто семьдесят три тысячи девятьсот семьдесят семь) рублей.

В остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд через Нижнеингашский районный суд Красноярского края в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме. 

Председательствующий Абрамова Т.М.

Мотивированное решение изготовлено 04.09.2019.