Дело № 2-1-130/2025 судья Павлова С.О. 2025 год

(№ 33-4193/2025)

УИД 69RS0002-02-2025-000188-29

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

02 декабря 2025 года г. Тверь

Судебная коллегия по гражданским делам Тверского областного суда

в составе председательствующего судьи Пойменовой С.Н.,

судей Кубаревой Т.В. и Климовой К.В.,

при секретаре судебного заседания Алиевой Л.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании

по докладу судьи Пойменовой С.Н.

гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1

на решение Бежецкого межрайонного суда Тверской области от 02 сентября 2025 г., которым постановлено:

«исковые требования ФИО1 к Отделению Фонда Пенсионного и Социального страхования Российской Федерации по Тверской области (ОСФР по Тверской области) о признании незаконным и отмене решения от 20.12.2022 №, возложении обязанности произвести перерасчет пенсии истца и включить периоды ухода за детьми 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> года рождения в трудовой стаж в районах Крайнего Севера, взыскании суммы невыплаченной пенсии за период с 01.01.2023 по настоящее время, в размере 125 390 (сто двадцать пять тысяч триста девяносто) рублей 21 коп., взыскании причиненных убытков в виде расходов на оплату юридических услуг в размере 5 000 рублей 00 копеек, оставить без удовлетворения».

Судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Тверской области (далее - ОСФР по Тверской области, пенсионный орган, ответчик), в котором просила признать незаконным решение от 20 декабря 2022 г. №; возложить на ответчика обязанность включить периоды ухода за детьми, 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> года рождения, в трудовой стаж в районах Крайнего Севера и произвести перерасчет пенсии; взыскать невыплаченную пенсию за период с 01 января 2023 г. по настоящее время в размере 125390 руб. 21 коп., убытки в виде расходов на оплату юридических услуг в размере 5000 руб.

В обоснование требований ФИО1 указала, что с 26 декабря 2012 г. является получателем досрочной трудовой пенсии по старости как лицо, проработавшее не менее 15 календарных лет в районах Крайнего Севера, назначенной с учетом общего трудового стажа 30 лет 06 месяцев 21 день и стажа работы на Крайнем Севере 15 лет 10 месяцев 18 дней, с учетом которого она получала повышенную фиксированную выплату к пенсии. С 01 января 2023 г. повышенная фиксированная выплата отменена. Из ответа пенсионного органа ей стало известно, что при установлении трудовой пенсии по старости с 26 декабря 2012 г. повышенный фиксированный базовый размер страховой части трудовой пенсии в соответствии с пунктом 7 статьи 14 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» ей был установлен неправомерно, периоды ухода за детьми, 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> года рождения, включены в стаж в районах Крайнего Севера для установления повышенного базового размера необоснованно, в связи с чем с 01 января 2023 г. размер ее пенсии по старости приведен в соответствие с действующим пенсионным законодательством путем перерасчета. Считает решение в перерасчете пенсии незаконным и нарушающим ее права как пенсионера, так как в информационном письме Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 04 ноября 2002 г. № 7392-ЮЛ четко указывается на то, что период нахождения женщины в отпуске по беременности и родам следует рассматривать как период получения пособия по беременности и родам в период временной нетрудоспособности и включать его в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии с нормами Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации».

Определением о подготовке дела к судебному разбирательству от 08 августа 2025 г. судьей к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Центральный аппарат Социального фонда России.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержала заявленные исковые требования.

Представитель ответчика ОСФР по Тверской области и представитель третьего лица Социального фонда России, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, о причинах неявки суд не уведомили, представили письменные отзывы на иск.

Судом постановлено приведенное выше решение.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда отменить и принять по делу новое решение. В обоснование доводов жалобы указывает на то, что при вынесении решения судом неправильно применены нормы материального права.

В заседание суда апелляционной инстанции истец ФИО1, надлежащим образом извещенная о времени и месте рассмотрения дела, не явилась, причин неявки суду не сообщила, с ходатайством об отложении слушания дела к суду не обращалась. На основании положений статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса РФ судебная коллегия признала возможным рассмотреть дело в отсутствие истца.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав объяснения представителя ответчика ОСФР по Тверской области ФИО2, также представляющего интересы третьего лица Социального фонда России, возражавшего по доводам апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность принятого по делу решения в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что истец ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с 26 декабря 2012 г. является получателем досрочной пенсии по старости согласно подпункту 6 пункта 1 статьи 28 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» (пункта 6 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях»), назначенной с учетом ее страхового (общего трудового) стажа в 30 лет 06 месяцев 21 день, включая стаж работы на Крайнем Севере 15 лет 10 месяцев 18 дней (с учетом отпусков по уходу за детьми, рожденными соответственно ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ).

При назначении ФИО1 пенсии пенсионным органом установлен фиксированный базовый размер страховой части трудовой пенсии по старости в повышенном размере как лицу, проработавшему не менее 15 календарных лет в районах Крайнего Севера.

Календарно стаж работы истца в районах Крайнего Севера составляет 13 лет 08 месяцев 21 день (без учета периодов отпуска по уходу за детьми до полутора лет).

20 декабря 2022 г. ОСФР по Тверской области вынесено решение № об обнаружении ошибки, допущенной при установлении (выплате) и иных социальных выплат, согласно которому при подсчете стажа работы в районах Крайнего Севера при установлении повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии ошибочно включены периоды отпусков по уходу за детьми, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

С 01 января 2023 г. пенсионным органом в соответствии с пунктом 4 статьи 28 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ указанная ошибка устранена, осуществлен перерасчет размера пенсии ФИО1 Общий размер пенсии составил 

<

данные изъяты> руб. 

<

данные изъяты> коп., из них страховая пенсия 

<

данные изъяты> руб

<

данные изъяты> коп., фиксированная выплата 

<

данные изъяты> руб. 

<

данные изъяты> коп.

13 февраля 2023 г. пенсионным органом на обращение ФИО1 дан ответ с разъяснением оснований принятого решения, согласно которому продолжительность стажа ФИО1 для установления повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии в соответствии с частью 4 статьи 17 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» составляет 13 лет 08 месяцев 21 день при необходимых 15 лет. При установлении трудовой пенсии по старости с 26 декабря 2012 г. повышенный фиксированный базовый размер страховой части пенсии установлен неправомерно, периоды ухода за детьми включены в стаж в районах Крайнего Севера для установления повышенного базового размера необоснованно.

He согласившись с решением ответчика от 20 декабря 2022 г. №, истец обратилась в Центральный аппарат Социального фонда России, которым 14 ноября 2023 г. истцу дан ответ, из которого следует, что продолжительность ее стажа работы в районах Крайнего Севера в календарном исчислении составила 13 лет 08 месяцев 21 день при требуемой продолжительности 15 лет, оснований для установления повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости не имеется.

Разрешая спор, суд первой инстанции руководствовался положениями Федерального закона от 17 декабря 2001 г. № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», Закона Российской Федерации от 20 ноября 1990 г. № 340-1 «О государственных пенсиях в Российской Федерации», Закона Российской Федерации от 25 сентября 1992 г. № 3543-1 «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде РСФСР», исходил из того, что ФИО1 является получателем досрочной страховой пенсии по старости с 26 декабря 2012 г., право на включение периода нахождения в отпуске по уходу за ребенком до 06 октября 1992 г. в стаж работы для установления повышения размера фиксированной выплаты к страховой пенсии по нормам ранее действующего законодательства не было предусмотрено, и пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

При этом суд первой инстанции указал на то, что женщины, находившиеся в отпуске по уходу за ребенком до 06 октября 1992 г., могли рассчитывать на включение указанных периодов в стаж работы, необходимый для досрочного выхода на пенсию, но не могли рассчитывать на включение периодов ухода за ребенком в стаж работы, необходимый для повышения пенсий в связи с работой в районах Крайнего Севера и местностях, приравненных к районам Крайнего Севера.

Судебная коллегия соглашается с данными выводами суда, поскольку они основаны на правильном применении и толковании норм материального права, регулирующих возникшие между сторонами правоотношения.

С 01 января 2002 г. пенсионное обеспечение граждан осуществлялось в соответствии с Федеральным законом от 17 декабря 2001 г. № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», предусматривавшего, в частности, возможность досрочного назначения трудовой пенсии по старости мужчинам по достижении возраста 55 лет и женщинам по достижении возраста 50 лет, проработавшим не менее 15 календарных лет в районах Крайнего Севера либо не менее 20 календарных лет в приравненных к ним местностях и имевшим страховой стаж соответственно не менее 25 и 20 лет (подпункт 6 пункта 1 статьи 28).

Трудовая пенсия по старости состояла из базовой части трудовой пенсии по старости, страховой части трудовой пенсии по старости и накопительной части трудовой пенсии. Федеральным законом «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» был предусмотрен единый размер базовой части трудовой пенсии по старости, однако для лиц, проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, размер базовой части трудовой пенсии по старости увеличивался на соответствующий районный коэффициент на весь период их проживания в указанных районах (местностях). При выезде граждан за пределы районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностей на новое место жительства повышенный с учетом районного коэффициента размер базовой части трудовой пенсии за ними не сохранялся (положения статьи 14 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации»).

С 01 января 2008 г. Федеральный закон «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» был дополнен, в том числе нормой, предусматривавшей повышенный размер базовой части трудовой пенсии по старости для лиц, проработавших не менее 15 календарных лет в районах Крайнего Севера и имеющим страховой стаж не менее 25 лет у мужчин или не менее 20 лет у женщин (Федеральный закон от 01 декабря 2007 г. № 312-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О трудовых пенсиях в Российской Федерации»).

Федеральным законом от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», вступившим в законную силу 01 января 2015 г., предусмотрено новое правовое регулирование отношений по пенсионному обеспечению граждан.

В соответствии с частями 3 и 4 статьи 36 Федерального закона «О страховых пенсиях» со дня вступления в силу этого федерального закона Федеральный закон «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» перестал применяться, за исключением норм, регулирующих исчисление размера трудовых пенсий и подлежащих применению в целях определения размеров страховых пенсий в соответствии с этим Федеральным законом в части, не противоречащей Федеральному закону «О страховых пенсиях». Федеральные законы, принятые до дня вступления в силу Федерального закона «О страховых пенсиях» и предусматривающие условия и нормы пенсионного обеспечения, применяются в части, не противоречащей названному Федеральному закону.

Статьей 16 Федерального закона «О страховых пенсиях» для некоторых категорий граждан предусмотрено повышение фиксированной выплаты к страховой пенсии (до 01 января 2015 г. - фиксированный базовый размер страховой части трудовой пенсии).

Частью 1 статьи 16 Федерального закона «О страховых пенсиях» установлено, что фиксированная выплата к страховой пенсии по старости лицам (за исключением лиц, являющихся получателями пенсии за выслугу лет либо пенсии по инвалидности в соответствии с Законом Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, органах принудительного исполнения Российской Федерации, и их семей», а также лиц, указанных в пункте 7 статьи 3 Федерального закона от 15 декабря 2001 г. № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации»), к страховой пенсии по инвалидности (за исключением фиксированной выплаты к страховой пенсии по инвалидности инвалидам III группы) устанавливается в сумме 4982 руб. 90 коп. в месяц.

Частью 9 статьи 17 Федерального закона «О страховых пенсиях» предусмотрено, что лицам, проживающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, повышение фиксированной выплаты к страховой пенсии, предусмотренной частями 1 и 2 статьи 16 этого Федерального закона и частью 8 указанной статьи, устанавливается в сумме, равной увеличению фиксированной выплаты к страховой пенсии, увеличенной на соответствующий районный коэффициент, устанавливаемый Правительством Российской Федерации в зависимости от района (местности) проживания, на весь период проживания указанных лиц в этих районах (местностях).

Согласно части 10 статьи 17 Федерального закона «О страховых пенсиях» при переезде граждан на новое место жительства в другие районы Крайнего Севера и приравненные к ним местности, в которых установлены иные районные коэффициенты, повышение фиксированной выплаты к страховой пенсии устанавливается с учетом размера районного коэффициента по новому месту жительства. При выезде граждан за пределы районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностей на новое место жительства фиксированная выплата к страховой пенсии и повышение фиксированной выплаты к страховой пенсии устанавливаются в соответствии с частями 1 и 2 статьи 16 и частями 1 - 3, 8 и 14 статьи 17 данного Федерального закона.

Частью 4 статьи 17 Федерального закона «О страховых пенсиях» определено, что лицам, проработавшим не менее 15 календарных лет в районах Крайнего Севера и имеющим страховой стаж не менее 25 лет у мужчин или не менее 20 лет у женщин, устанавливается повышение фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости и к страховой пенсии по инвалидности в сумме, равной 50 процентам суммы установленной фиксированной выплаты к соответствующей страховой пенсии, предусмотренной частями 1 и 2 статьи 16 настоящего Федерального закона.

При установлении повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии, предусмотренного частями 4 и 5 настоящей статьи, применяется перечень районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностей, действующий на дату установления соответствующего повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии (часть 7 статьи 17 Федерального закона «О страховых пенсиях»).

В соответствии с частью 11 статьи 17 Федерального закона «О страховых пенсиях» лицам, имеющим право на повышение фиксированной выплаты к страховой пенсии на соответствующий районный коэффициент в соответствии с частью 9 названной статьи и одновременно на повышение фиксированной выплаты к страховой пенсии в соответствии с частью 4 или 5 этой статьи, устанавливается одно повышение фиксированной выплаты по выбору застрахованного лица.

В силу части 12 статьи 17 Федерального закона «О страховых пенсиях» повышение фиксированной выплаты к страховой пенсии, предусмотренное частями 4 и 5 настоящей статьи, устанавливается независимо от места жительства застрахованного лица.

Таким образом, законом предусмотрено как повышение фиксированной выплаты к страховой пенсии с учетом районного коэффициента для пенсионеров, проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, которое не сохраняется в случае выезда из указанных районов, так и повышение фиксированной выплаты к страховой пенсии для лиц, имеющих соответствующий стаж работы в районах Крайнего Севера (не менее 15 календарных лет) и приравненных к ним местностях (не менее 20 календарных лет), а также страховой стаж (не менее 25 лет у мужчин или не менее 20 лет у женщин), которое не зависит от места жительства пенсионера.

Часть 4 статьи 17 Федерального закона «О страховых пенсиях» является элементом правового механизма пенсионного обеспечения граждан, продолжительное время проработавших в районах Крайнего Севера. Такое повышение фиксированной выплаты к страховой пенсии устанавливается независимо от места жительства застрахованного лица. Установленное правовое регулирование направлено на предоставление указанным лицам повышенного уровня пенсионного обеспечения, имеет целью компенсировать их дополнительные материальные затраты и физиологическую нагрузку в связи с работой и длительным проживанием в неблагоприятных природно-климатических условиях.

Одним из условий для установления фиксированной выплаты к страховой пенсии в размере, предусмотренной вышеназванной нормой, является наличие необходимой продолжительности стажа, выработанного календарно в районах Крайнего Севера и в приравненных к ним местностях.

Согласно статье 3 Федерального закона «О страховых пенсиях» под страховым стажем понимается учитываемая при определении права на страховую пенсию и ее размера суммарная продолжительность периодов работы и (или) иной деятельности, за которые начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации, а также иных периодов, засчитываемых в страховой стаж.

Таким образом, законодатель предусмотрел применение страхового стажа как в целях определения права на страховую пенсию, так и в целях исчисления ее размера.

Для целей определения права на досрочное назначение страховой пенсии по старости часть 3 статьи 30 Федерального закона «О страховых пенсиях» содержит положения о том, что периоды работы (деятельности), имевшие место до дня вступления в силу этого Федерального закона, засчитываются в стаж на соответствующих видах работ, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, при условии признания указанных периодов в соответствии с законодательством, действовавшим в период выполнения данной работы (деятельности), дающий право на досрочное назначение пенсии.

Период нахождения женщины в отпуске по уходу за ребенком до введения в действие Закона Российской Федерации от 25 сентября 1992 г. № 3543-1 «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде РСФСР» на основании статьи 167 Кодекса законов о труде РСФСР подлежал включению в специальный стаж работы, дающий право на досрочное назначение пенсии по старости.

С принятием Закона Российской Федерации от 25 сентября 1992 г. № 3543-1 «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде РСФСР», вступившего в законную силу 06 октября 1992 г., период нахождения женщины в отпуске по уходу за ребенком перестал включаться в стаж работы по специальности в случае назначения пенсии на льготных условиях.

Для целей же определения права на установление повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии периоды нахождения женщины в отпуске по уходу за ребенком, в том числе имевшие место до 06 октября 1992 г., не подлежат включению в стаж работы в районах Крайнего Севера, поскольку норма о повышении фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости лицам, проработавшим не менее 15 календарных лет в районах Крайнего Севера либо не менее 20 календарных лет в приравненных к ним местностях и имеющим страховой стаж не менее 20 лет для женщин (пункт 5 статьи 17 Федерального закона «О страховых пенсиях»), была введена лишь 01 января 2008 г.

Таким образом, на момент введения в действие льготы для лиц, проработавших не менее 15 календарных лет в районах Крайнего Севера, и имеющих страховой стаж не менее 25 лет у мужчин или не менее 20 лет у женщин, предоставляющей право на сохранение повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии независимо от места жительства пенсионера, уже был отменен порядок, при котором периоды нахождения женщины в отпуске по уходу за ребенком включались в стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера.

Ввиду изложенного, и учитывая, что ФИО1 является получателем досрочной страховой пенсии по старости с 26 декабря 2012 г., периоды отпусков по уходу за детьми, имевших место до 06 октября 1992 г., зачтены в стаж работы в районах Крайнего Севера при определении права истца на досрочное назначение пенсии по старости, суд первой инстанции правомерно не усмотрел оснований для включения ФИО1 периодов нахождения в отпуске по уходу за детьми до полутора лет в стаж работы в районах Крайнего Севера в целях установления повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости в рамках нового правового регулирования.

Принимая во внимание, что при назначении ФИО1 досрочной трудовой пенсии по старости повышенный фиксированный размер части трудовой пенсии в соответствии с пунктом 7 статьи 14 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» установлен пенсионным органом неправомерно, поскольку в целях исчисления размера пенсии ответчик необоснованно учел периоды нахождения истца в отпусках по уходу за детьми до полутора лет, то с учетом положений части 4 статьи 28 Федерального закона «О страховых пенсиях» пенсионный орган обоснованно устранил допущенную при установлении ФИО1 размера пенсии ошибку.

Доводы апелляционной жалобы о наличии оснований для включения периодов отпуска по уходу за детьми в стаж, учитываемый для установления повышенной фиксированной выплаты, так как данный стаж учитывался при определении права истца на досрочную пенсию по старости, основаны на неверном толковании положений норм материального права, регулирующих возникшие между сторонами правоотношения.

Письмо Министерства труда и социальной защиты РФ от 07 февраля 2025 г. № 21-1/10/В-1965, на которое ссылается апеллянт, не ставит под сомнение выводы суда об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 В указанном письме даны разъяснения по вопросу о включении отпуска по уходу за ребенком в стаж работы женщин в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностям, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, а не в стаж работы, учитываемый для установления повышенной фиксированной выплаты к пенсии. Периоды ухода за детьми, рожденными в 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> гг., зачтены в стаж работы ФИО1 в районах Крайнего Севера при определении права на досрочное назначение пенсии по старости.

Иных доводов о несогласии с принятым по делу решением апелляционная жалоба не содержит.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену принятого по делу решения, судом не допущено.

С учетом изложенного судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

Решение Бежецкого межрайонного суда Тверской области от 02 сентября 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение составлено 16 декабря 2025 г.

Председательствующий С.Н.Пойменова

Судьи Т.В.Кубарева

К.В.Климова