УИД: 28RS0007-01-2024-000663-77

Дело № 2-7/2025 (2-365/2024)

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

30 января 2025 года г. Завитинск

Завитинский районный суд Амурской области в составе:

председательствующего судьи Никитиной А.Е.,

при секретаре судебного заседания Авдеевой Д.С., помощнике судьи Казак Л.С.,

с участием истца ФИО1,

заместителя прокурора Завитинского района Амурской области Стефанович А.Ф.

представителя ответчика АО «РЖДстрой» ФИО2,

третьего лица ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению заместителя прокурора Завитинского района Амурской области, действующего в интересах ФИО1, к АО «РЖДстрой» в лице филиала АО «РЖДстрой» - Строительно-монтажный трест № 15 о взыскании компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

Заместитель прокурора Завитинского района Амурской области, действуя в интересах ФИО1, обратилась в суд с данным иском, в обоснование указав, что прокуратурой Завитинского района проведен анализ состояния законности в сфере исполнения трудового законодательства, законодательства об охране труда. ФИО1 состоял в трудовых отношениях с АО «РЖДстрой» СМТ № 15 на основании трудового договора от 15.02.2024 № 15-ТД/24. С 04.06.2024 был переведен на должность электромонтера контактной сети 3 разряда. 13.06.2024 года в 11-45 в процессе проведения сортировки товарно-материальных ценностей Вахтового поселка (Завитинский муниципальный округ, ст. Завитая), работая в паре, ФИО1 наклонился над деревянным ящиком с запасными частями, из которого торчал кусок проволоки диаметром 4-6 м.м., которая заклинила между досок ящика и для её извлечения ФИО1 с усилием потянул проволоку на себя, застрявший конец проволоки высвободился и отскочил, повредив левый глаз ФИО1 При осмотре пострадавшего и места происшествия следов крови не обнаружено, но открыть глаз ФИО1 самостоятельно не смог. Согласно медицинскому заключению ООО «МИЦАР» от 20.06.2024 № 84 ФИО1 установлен диагноз: 

<

***> что относится к категории «тяжелая» травма. По результатам изучения материалов расследования несчастного случая на производстве, произошедшего с электромонтером контактной сети СМТ № 15 - филиала АО «РЖДстрой» ФИО1 выявлены следующие нарушения требований трудового законодательства, в том числе требований законодательства об охране труда. Так, в нарушение ст. 217 ТК РФ система управления охраной труда в АО «РЖДстрой» не содержит политику, цели в области охраны труда, процедуры по достижению этих целей, а также систему контроля со стороны руководства, сведений об обеспечении работников средствами индивидуальной защиты. В момент несчастного случая при выполнении работ по сортировке товарно-материальных ценностей ФИО1 не надел очки защитные. При указанных обстоятельствах, в нарушение абз.12 ч. 3 ст. 214 ТК РФ, п.п. 2.2.2, 3.12 Инструкции по охране труда для начальника участка, должностной инструкции начальник участка ФИО9 при выполнении работ ФИО1 не проверил наличие у него средств индивидуальной защиты, не осуществил контроль за соблюдением ФИО1 правил охраны труда и техники безопасности. Согласно акту о несчастном случае на производстве от 19.07.2024 (форма Н-1) причиной несчастного случая, в том числе, явилась неудовлетворительная организация в СМТ № 15 филиала АО «РЖДстрой» производства работ, выразившаяся в необеспечении контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины. В результате несчастного случая на производстве ФИО1 с 13.06.2024 по 01.07.2024, с 27.08.2024 по 06.09.2024 находился на стационарном лечении в ООО «МЛ МИЦАР», неоднократно проводились оперативные вмешательства, после выписки назначено амбулаторное лечение с явкой к врачу-офтальмологу каждые две недели, в связи с чем, он испытывал сильные физические и глубокие нравственные страдания. В настоящее время ФИО1 по состоянию здоровья противопоказан тяжелый труд (фактор 5.1), работы с высоким риском падения с высоты (фактор 6.1), а также работы с движущимися механизмами и движением поездов, постоянно не пригоден к работе (выписка № 307 из постановления врачебной комиссии от 30.09.2024). Согласно заключению комиссии бюро № 2-ФКУ «ГБ МСЭ по Амурской области» Минтруда России у ФИО1 по данным представленных медицинских, медико-экспертных документов, реабилитационно-экспертной диагностики исходя из комплексной оценки состояния организма на основе клинико-функциональных, социально-бытовых, профессионально-трудовых и психологических данных, на момент проведения медико-социальной экспертизы выявлены стойкие незначительные нарушения сенсорных (зрительных) функций профессионального характера. Выполнение профессиональной деятельности может быть осуществлено со снижением квалификации, объема, изменений условий труда, ФИО1 установлены 30% утраты профессиональной трудоспособности бессрочно. Травмы получены ФИО1 при исполнении последним трудовых обязанностей и при наличии вины работодателя. Размер компенсации морального вреда ФИО1 оценивает в сумме 5000000 рублей.

На основании изложенного, с учетом уточнений, просит суд взыскать с АО «РЖДстрой» в лице филиала АО «РЖДстрой» - Строительно-монтажный трест № 15 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 5000000 рублей.

В судебное заседание не явился представитель Государственной инспекции труда в Амурской области, о судебном заседании извещен надлежащим образом, с ходатайством об отложении судебного заседания не обращался. 

При таких обстоятельствах, суд на основании ст. 167 ГПК РФ определил рассмотреть гражданское дело при данной явке. 

В судебном заседании истец ФИО1 просил его исковые требования удовлетворить, пояснил, что с рождения он наблюдался у окулиста, у него было установлено косоглазие, другие заболевания глаз, имелись проблемы 

<

***>, 

<

***> Перед получением травмы у него также имелись проблемы с остротой зрения на правый и левый глаза, но имеющиеся у него очки для зрения не помогали ему, в связи с чем он их не носил, требовалась их замена.

В период прохождения обучения он работал по целевому договору в той же организации, при первоначальном трудоустройстве до 2024 года ему выдавали только комбинезон и штаны. Впоследствии он уволился и 15 февраля 2024 году устроился на работу повторно, после повторного трудоустройства никаких предметов одежды и средств защиты, в том числе защитные очки, не выдавали вовсе.

13 июня 2024 года по указанию мастера он и другие работники разбирали провода, проволоку, необходимые для использования в работе с контактной сетью, в том числе по его должности.

Выполняя порученные ему работы, несмотря на проблемы со зрением, предметы в ящике он видел хорошо, потянув из ящика проволоку, она тут же отскочила ему в лицо, попав в глаз. Проволока была полукругом и застряла в том материале, который еще был в ящике, он этого сразу не заметил и не ожидал, что она может так отскочить. 

После попадания проволоки в глаз он испытал сильную боль, сразу обратился за медицинской помощью в ГБУЗ АО «Завитинская районная больница», впоследствии госпитализирован в клинику «Мицар», где ему бесплатно проведена операция. Сильные боли в глазу он испытывал на протяжении 7 дней, из-за боли он не мог спать. После проведения второй операции резкие боли прекратились, но возникали периодические, появилась светобоязнь, на свету сильное слезотечение, по этой причине в летние три месяца он не мог выходить из дома.

После полученной травмы левый глаз не видит вообще, он испытывает дискомфорт, внутриглазное давление в травмированном глазу, от чего возникают боли в голове. Капли для лечения назначены ему для постоянного применения. Зрение на правом глазу ухудшилось и стало -6, испытывает переживания, что может продолжиться осложнение на правом глазу. Иных заболеваний не имеет.

У него имеется водительское удостоверение категории «В», ранее он управлял автомобилем, но в настоящее время вождение разрешено только с камерой заднего вида. После полученной травмы, по состоянию здоровья он не может получить водительское удостоверение категории «С». 

В настоящее время он проходит обучение в Райчихинском индустриальном техникуме по специальности «Открытые горные работы», но в последствии он не сможет утроиться работать по данной специальности, поскольку не сможет пройти медкомиссию, в связи с утратой трудоспособности на 30 процентов. Получение иного образования теперь может быть реализовано им только платно. Перспектива трудоустройства ограничена.

Также он испытывает переживания по поводу внешности, поскольку травмированный глаз у него побелел, замечают окружающие, что ему неприятно.

Из за случившегося и последствий произошедшего он испытывает нравственные и моральные страдания, переживания.

Считает, что его вины в произошедшем нет, считает, что работодатель не предоставил в тот момент ему безопасное рабочее место, не проверил его, не предоставил защитные очки, материал пришел неотсортированным.

Заместитель прокурора Завитинского района Амурской области Стефанович А.Ф. на удовлетворении иска настаивала, указав, что факт получения ФИО1 травмы при исполнении им трудовых обязанностей при наличии вины работодателя подтверждается, в том числе постановлением Государственной инспекции труда Амурской области о привлечении должностного лица к административной ответственности, в связи с нарушением нормативных требований охраны труда при произошедшем с ФИО1 несчастным случаем. ФИО1 перенесены неоднократные оперативные вмешательства, до настоящего времени продолжается лечение, выписано лечение на постоянное применение капель от глазного давления, в связи с нагрузкой на один здоровый глаз у него сильно падает зрение, глазное давление проявляется часто и сопровождается головными болями, что ухудшает качество его жизни. ФИО1 продолжает обучение, но в связи с полученной травмой работать по специальности он не сможет, имея водительское удостоверение категории «В», не сможет получить иные категории вождения. Изложенное негативно сказывается на нравственном состоянии ФИО1, причиняет ему моральные страдания.

В письменных возражениях представитель АО «РЖДстрой» полагала исковые требования ФИО1 не подлежащими удовлетворению, указав, что с 15.02.2024 года ФИО1 состоит в трудовых отношениях с АО «РЖДстрой», с 04.06.2024 года переведен на должность электромонтера контактной сети 3 разряда. При приеме на работу 15.02.2024 года ФИО1 прошел вводный и первичный инструктаж, 04.06.2024 года - первичный и внеплановый инструктаж по должности электромонтера, 13.06.2024 года - целевой инструктаж. Распоряжением № 54 от 06.06.2024 ФИО1 проведена стажировка с 04.06.2024 по 05.06.2024, по результатам которой работник допущен к работе в должности электромонтера контактной сети 3 разряда с 06.06.2024 года. Согласно протоколу № 54 от 04.06.2024 года ФИО1 прошел проверку знаний по программе обучения охраны труда электромонтера контактной сети в объеме 16 часов. Согласно протоколу № 14-СИЗ от 06.06.2024 года ФИО1 прошел обучение и проверку знания требований охраны труда по использованию (применению) средств индивидуальной защиты продолжительностью 8 часов. В филиале СМТ № 15 АО «РЖДстрой» утверждены нормы бесплатной выдачи специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты работникам ОАО «РЖДстрой», занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, согласованные 22.02.2022г. председателем ППО СМТ № 15, утвержденные 22.01.2022г. управляющим СМТ № 15 филиала АО «РЖДстрой». Согласно п. 26 норм бесплатной выдачи специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты работникам ОАО «РЖДстрой» электромонтеру контактной сети положена выдача следующих средств индивидуальной защиты: комплект хлопчатобумажный, ботинки кожаные, перчатки из полимерных материалов, каска защитная, жилет сигнальный, подшлемник под каску, очки защитные, респиратор. Согласно акта Н-1 установлено, что электромонтер контактной сети 3 разряда ФИО1 при выполнении работ потянул за проволоку, находившуюся в ящике, которая отскочила ему в лицо, из-за своей невнимательности, неосторожности, в нарушение п.1.6 инструкции по охране труда для электромонтера контактной сети, утвержденной 01.07.2022 управляющим Филиалом СМТ № 15, согласно которой работник обязан соблюдать требования по охране труда, технике безопасности. С инструкцией по охране труда ФИО1 ознакомлен 05.06.2024г. Согласно протоколу заседания комиссии по реализации социальных льгот и гарантий СМТ №15 - филиала АО «РЖДстрой» от 18.11.2024 №3 был рассмотрен вопрос о возможности предоставления единовременной выплаты ФИО1 в качестве компенсации морального вреда в размере 10000 рублей, путем подачи заявления сотрудником. Однако ФИО1 от получения данной выплаты отказался. На основании заявления работника от 26.11.2024 года с ФИО1 подписано соглашение о расторжении трудового договора. Согласно п.п. 3,4 Соглашения работник не имеет ни каких претензий к работодателю, в том числе, и в части уплаты. Также в возражениях указала, что один из необходимых элементов для установления грубой неосторожности работника наличие причинно-следственной связи между действиями или бездействием пострадавшего возникновением либо увеличением причиненного ему вреда. Установленная грубая неосторожность также может повлиять на решение суда по взысканию материального и морального ущерба. Пострадавший работник может претендовать на компенсацию, но если его грубая неосторожность содействовала возникновению или увеличению вреда, то размер возмещения должен быть уменьшен в зависимости от установленной степени вины. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины работодателя размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано. На основании изложенного, просила суд в удовлетворении исковыйх требований отказать.

В судебном заседании представитель ответчика АО «РЖДстрой» ФИО2 исковые требования ФИО1 не признала, ссылаясь на доводы, указанные в возражениях на исковое заявление. Также пояснила, что задачей ФИО1 являлась необходимость разобрать товарно-материальные ценности, достать их из ящика. Необходимости тянуть проволоку не было, ФИО1 не убедился за что зацепилась проволока, не высвободил ее. Очевидцы указывали, что ФИО1 несколько раз ее тянул, пытаясь вытянуть, упирался также ногой, но актом о несчастном случае при расследовании данные обстоятельства не зафиксированы. При сортировке товарно-материальных ценностей, такой как выполнял ФИО1, не предусмотрена необходимость надевать защитные очки, такие требования ничем не уставлены. На необходимость включить в акт о несчастном случае на производстве сведения о том, что при выполнении работ не были использованы очки, настоял Государственный инспектор труда, с чем работодатель не согласен. Полагает, что в действиях ФИО1 имелась грубая неосторожность, выразившаяся в несоблюдении требований и правил охраны труда, он нарушил инструкции, он не одел очки. Комиссией по расследования несчастного случая степень вины и сама грубая неосторожность в акте не зафиксирована, тем не менее установлено, что в действиях ФИО1 имелась невнимательность и неосторожность. Полагала, что компенсация морального вреда не подлежит взысканию, в том числе, в связи с тем, что ФИО1 отказался от компенсации в сумме 10000 рублей и подписал соглашение о расторжении трудового договора, согласно которому претензий не имеет. После произошедшего ФИО1 предлагалось пройти лечение, операцию в рамках ДМС на предприятии, покрыть материальные затраты на лечение, после предоставления чеков о приобретении лекарственных препаратов, предлагалась другая должность менее опасная по производству подсобного рабочего, но ФИО1 отказывался, чеки не предоставлял, тем не менее организацией было выделено 5000 рублей на материальную помощь для лечения. Также указала, что вина работодателя возможно есть, но она минимальна, в связи с чем в случае компенсации морального вреда, он может быть взыскан в сумме 10000 рублей.

Третье лицо - начальник производственного участка Строительно-монтажный трест № 15 филиала АО «РЖДстрой» ФИО9 в судебном заседании против удовлетворения требований ФИО1 возражал, поддержал доводы представителя АО «РЖДстрой», также пояснил, что постановление главного государственного инспектора труда Государственной инспекции труда в Амурской области от 12 сентября 2024 года о привлечении его к административной ответственности по ч. 1 ст. 5.27.1 КоАП РФ он не обжаловал, административный штраф в размере 2000 рублей оплатил.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела и оценив доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

Заместитель прокурора Завитинского района в силу положений части 1 статьи 45 ГПК РФ подал в суд иск в защиту интересов ФИО1 на основании обращения последнего в прокуратуру за защитой своих прав, вытекающих из трудовых правоотношений, а также правоотношений, связанных с возмещением вреда здоровью.

Предметом настоящего спора является компенсация морального вреда за вред, причиненный здоровью ФИО1 на производстве.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесены, в том числе право на жизнь (статья 20), право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37).

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 ТК РФ работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

При этом ч. 2 ст. 22 ТК РФ установлено, что работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Частью 1 статьи 209 ТК РФ определено, что охрана труда - это система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.

Безопасные условия труда - это условия труда, при которых воздействие на работающих вредных и (или) опасных производственных факторов исключено либо уровни их воздействия не превышают установленных нормативов (ч. 5 ст. 209 ТК РФ).

В силу требований ч. 1 ст. 210 ТК РФ одним из направлений государственной политики в области охраны труда является обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является.

Согласно ч. 1 ст. 214 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников.

В соответствии со статьей 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. 

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно разъяснений, содержащихся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на охрану здоровья и медицинскую помощь и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу пунктов 1 и 3 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред; характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда, последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из разъяснений, данных в пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» следует, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК Российской Федерации). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве, суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем (абзац 4 пункта 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

Суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае (п. 47 названного Пленума).

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО1 состоял в трудовых отношениях с АО «РЖДстрой», на основании приказа о приеме на работу от 15 февраля 2024 № 35лс ФИО1 принят на работу в Строительно-монтажный трест № 15 - филиала АО «РЖДстрой» в должности монтера пути 3 разряда. 

15 февраля 2024 года между АО «РЖДстрой» в лице Строительно-монтажного треста № 15 – филиала АО «РЖДстрой» и ФИО1 заключен трудовой договор. 

С 04.06.2024 ФИО1 был переведен на должность электромонтера контактной сети 3 разряда. 

При приеме на работу и при переводе на должность электромонтера контактной сети 3 разряда ФИО1 проходил инструктажи на рабочем месте (15.02.2024 года - вводный и первичный инструктаж, 04.06.2024 года - первичный и внеплановый инструктаж по должности электромонтера, 13.06.2024 года - целевой инструктаж); прошел проверку знаний по программе обучения охраны труда электромонтера контактной сети; 04.06.2024 года – ознакомлен с должностной инструкцией электромонтера контактной сети 3 разряда. 

Из материалов дела следует, что 13 июня 2024 года ФИО1 находился на работе, совместно с сотрудниками выполняли сортировку материалов в районе открытого склада. Около 11 часов 40 минут 13 июня 2024 ФИО1 потянул проволоку, диаметром 4 мм, находившуюся в ящике, она отскочила ему в левый глаз, он перестал им видеть, после чего был доставлен в ГБУЗ АО «Завитинская районная больница», где был осмотрен врачом и направлен в ООО МК «МИЦАР» для проведения операции. 

Приказом управляющего филиалом СМТ № 15 АО «РЖДстрой» № 67 от 21 июня 2024 года создана комиссии по расследованию несчастного случая на производстве, произошедшего с ФИО1 по степени тяжести здоровья, относящегося к категории тяжелой травмы.

Комиссия, в составе в том числе специалистов государственной инспекцией труда в Амурской области, Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Амурской области, управления занятости населения Амурской области, отразила результаты проверки и выводы о причинах несчастного случая в акте о несчастном случае на производстве № 1 от 19 июля 2024 года (формы Н-1).

Так, комиссией установлены обстоятельства несчастного случая (п. 9 акта), а именно то, что в момент несчастного случая при выполнении работ по товарно-материальным ценностям ФИО1 не надел очки защитные, а начальник участка не проверил у него наличие средств индивидуальной защиты.

Причинами несчастного случая (п. 10 акта) явились: 

неприменение работником средств индивидуальной защиты. При этом нарушены п. 2.1 инструкции по охране труда для электромонтера контактной сети, утвержденной 01.07.2022 управляющим филиалом СМТ № 15, согласно которой работник обязан одеть спецодежду; п. 2.1 должностной инструкции электромонтера контактной сети, утвержденной 01.06.2024 управляющим Филиалом СМТ № 15, согласно которой работник обязан проверить по распоряжению наличие необходимых средств зашиты перед началом работы;

прочие причины, квалифицированные по материалам расследования несчастных случаев, в том числе неосторожность, невнимательность, поспешность при этом нарушены: п. 1.6 инструкции по охране труда для электромонтера контактной сети, утвержденной 01.07.2022 управляющим Филиалом СМТ № 15, согласно которой работник обязан соблюдать требования по охране труда, технике безопасности;

неудовлетворительная организация производства работ, в том числе необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины. При этом нарушены: п. 3.12 инструкции по охране труда для начальника участка, утвержденной 01.07.2022 управляющим Филиалом СМТ № 15, согласно которой начальник участка во время работы должен осуществлять контроль за соблюдением подчиненными правил по охране труда; п. 3.11 должностной инструкции, утвержденной 15.02.2021 управляющим Филиалом СМТ № 15, согласно которой начальник контролирует соблюдение работниками правил и норм охраны труда и техники безопасности; абз.12 ч. 3 ст. 214 ТК РФ работодатель обязан организовать контроль за состоянием условий труда на рабочих местах, соблюдением работниками требований охраны труда, а также за правильностью применения ими средств индивидуальной и коллективной защиты; п. 2.2.2 инструкции по охране труда для начальника участка, утвержденной 01.07.2022г. управляющим филиалом СМТ № 15, согласно которой начальник участка перед началом работы должен проверить наличие у подчиненных спецодежды, их внешнее состояние и исправность.

Лица, допустившие нарушение требований охраны труда: электромонтер контактной сети 3 разряда ФИО1; начальник участка ФИО3 

Постановлением главного государственного инспектора труда Государственной инспекции труда в Амурской области о назначении административного наказания № 28/4-96-24-ППР/12-9569-И/77-44 от 12 сентября 2024 года должностное лицо - начальник производственного участка Строительно-монтажный трест № 15 филиала АО «РЖДстрой» ФИО3 признан виновным в совершении административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ч. 1 ст. 5.27.1 КоАП РФ, ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 2000 рублей. При этом главным государственным инспектором труда Государственной инспекции труда в Амурской области установлено, что начальник производственного участка ФИО3 допустил упущения в работе, выразившееся в ненадлежащем контроле за соблюдением работником норм безопасности труда.

Согласно выписке из амбулаторной карты ГБУЗ АО «Завитинская районная больница» от 17.01.2025 года ФИО1 

<

***>

Также из материалов дела усматривается, что консультации в клинике «Мицар» ФИО1 получал 20.12.2024 года, 10.01.2025 года, рекомендовано лечение.

Согласно заключению комиссии бюро № 2-ФКУ «ГБ МСЭ по Амурской области» от 11.11.2024 года Минтруда России у ФИО1 по данным представленных медицинских, медико-экспертных документов, реабилитационно-экспертной диагностики исходя из комплексной оценки состояния организма на основе клинико-функциональных, социально-бытовых, профессионально-трудовых и психологических данных, 

<

***>

Анализ вышеприведенных положений закона и разъяснений о компенсации морального вреда следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке подлежит возмещению моральный вред.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает фактические обстоятельства получения ФИО1 травмы, виновные действия работодателя, который не обеспечил ФИО1 безопасные условия труда, в частности при неудовлетворительной организации производства работ, необеспечении контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины, начальник участка не проверил у ФИО1 наличие средств индивидуальной защиты, степень вины работодателя; установленные комиссией обстоятельства того, что ФИО1 не надел очки защитные, а вместе с тем и отсутствие в материалах дела доказательств того, что очки защитные выдавались ФИО1; принимает во внимание также неосторожность, невнимательность, поспешность самого пострадавшего ФИО1

Кроме того, суд учитывает характер и степень тяжести причиненного ФИО1 вреда здоровью, длительность физических страданий, сопровождающихся резкими болями на протяжении 7 дней после получения травмы и последующие у него периодические боли, в связи с изменениями травмированного глаза, сохраняющиеся до настоящего времени, необходимость неоднократного оперативного лечения полученной травмы, длительность периода нетрудоспособности с 13.06.2024 года по 21.10.2024 года, реабилитационного восстановительного периода; особенность последствий, возникших в результате полученной ФИО1 травмы, повлекших утрату трудоспособности на 30 %, невозможность вести привычный образ жизни, вызвавших опасение за дальнейшую жизнь и состояние здоровья, сомнения в возможности дальнейшего трудоустройства, получения дохода, перспектив получения образования, принимает во внимание его молодой возраст и изменения во внешности, фактические обстоятельства причинения вреда здоровью и продолжительность периода страданий истца, получающего консультации врачей до настоящего времени, а также то, что после получения травмы на производстве ФИО1 безусловно и неоспоримо причинены глубокие нравственные страдания, что является необратимым обстоятельством, нарушающим его физическое и психологическое благополучие, возможность вести привычный для него активный образ жизни молодого человека. Все эти обстоятельства являются для него серьезной психотравмирующей ситуацией, причиняющей нравственные и физические страдания.

Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу о необходимости частичного удовлетворения требований истца ФИО1 о компенсации морального вреда в размере 450000 рублей, что, по мнению суда, будет соответствовать принципам разумности и справедливости.

При этом суд считает необходимым отметить, что компенсация морального вреда не преследует цель восстановить материальное положение истца, поскольку произошло умаление неимущественной сферы гражданина, а лишь максимально сгладить негативные изменения моральной сферы личности.

Указанные и установленные комиссией по расследованию несчастного случая обстоятельства несоблюдения ФИО1 требований по охране труда, технике безопасности, выразившиеся как зафиксировано актом в неосторожности, невнимательности, поспешности свидетельствуют об обоснованности акта в части включения ФИО1 в список лиц, допустивших нарушение требований охраны труда.

Расследование несчастного случая на производстве проведено надлежащим образом, равно как и составление акта формы Н-1 соответствует требованиям ст.ст. 227, 228, 229, 229.2, 230 ТК РФ, приказа Минтруда РФ от 20.04.2022 года № 223Н, что также следует из ответа Государственной инспекции труда в Амурской области от 14.01.2025 года; выводы комиссии по расследованию несчастного случая достаточно мотивированы и обоснованы.

Акт о несчастном случае на производстве № 1 от 19 июля 2024 года (формы Н-1) сторонами не оспаривался.

Вместе с тем, установленная в действия ФИО1 неосторожность – комиссией по расследованию несчастного случая грубой неосторожностью не признана, степень вина в процентах не определена (п. 11 акта). 

Суд считает необходимым отметить, что из смысла вышеприведенных положений ТК РФ, Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве, установление в действиях пострадавшего грубой неосторожности входит в компетенцию комиссии, является исключительно ее прерогативой.

При этом классификатор причин несчастных случаев на производстве, утвержденный Приказом Минтруда России от 20.04.2022 № 223н, действия в виде «неосторожности, невнимательности, поспешности» - относит к прочим причинам, квалифицированным по материалам расследования несчастных случаев.

С учетом изложенного, довод представителя ответчика о том, что в действиях ФИО1 имела место грубая неосторожность, суд находит необоснованным. 

Кроме того, доводы представителя ответчика о том, что при сортировке товарно-материальных ценностей не предусмотрена необходимость надевать защитные очки, а на необходимость включить в акт о несчастном случае на производстве сведения о том, что при выполнении работ не были использованы очки, настоял Государственный инспектор труда, с чем работодатель не согласен, суд по существу находит необоснованным, каких-либо доказательств в обоснование заявленных доводов не приведено, акт о несчастном случае не оспорен.

В ходе судебного заседания ФИО1 пояснял, что он и другие работники разбирали провода, проволоку, необходимые для использования в работе с контактной сетью, в том числе по его должности.

В возражениях представитель ответчика указала, что в филиале СМТ № 15 АО «РЖДстрой» утверждены нормы бесплатной выдачи специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты работникам ОАО «РЖДстрой», занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, согласованные 22.02.2022г. председателем ППО СМТ № 15, утвержденные 22.01.2022г. управляющим СМТ № 15 филиала АО «РЖДстрой». Согласно п. 26 норм бесплатной выдачи специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты работникам ОАО «РЖДстрой» электромонтеру контактной сети положена выдача следующих средств индивидуальной защиты: комплект хлопчатобумажный, ботинки кожаные, перчатки из полимерных материалов, каска защитная, жилет сигнальный, подшлемник под каску, очки защитные, респиратор.

Вместе с тем, согласно требованию на выдачу спецодежды, инвентаря и инструмента от 04.06.2024 года ФИО1 спецодежду, инвентарь, инструменты, в том числе очки защитные не получал (отсутствует подпись о получении).

Довод представителя ответчика на то, что очевидцы указывали, что ФИО1 несколько раз тянул проволоку, пытаясь вытянуть, упирался также ногой какими-либо доказательствами не подтвержден, актом о несчастном случае при расследовании несчастного случая данные обстоятельства не зафиксированы, из изложенных в акте объяснений опрошенных очевидцев указанные представителем ответчика обстоятельства не следуют.

То обстоятельство, что ФИО1 и ранее имел заболевания глаз, судом при определении компенсации морального вреда не учитывается, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела, сведений ГАУЗ АО «Амурская областная детская клиническая больница» от 16.01.2025 года в ГАУЗ АО «АОДКБ» зарегистрированы 4 случая обращения за медицинской помощью ФИО1 06-15.12.2011 в отделение офтальмологии, диагноз: альтернирующая экзотропия. 

<

***> 

<

***>

Вместе с тем, согласно выписке из амбулаторной карты ГБУЗ АО «Завитинская районная больница» от 17.01.2025 года ФИО1 по направлению Строительно-монтажного треста № 15 Филиала АО «РЖДстрой» проходил медицинский осмотр по профессии электромонтер контактной сети, 14.05.2024 года осмотрен врачом – офтальмологом,

<

***> Диагноз здоров, по профессии годен.

Оснований не доверять информации, представленной медицинским учреждением, у суда не имеется. 

Кроме того, в судебном заседании ФИО1 пояснил, что перед получением травмы у него также имелись проблемы с остротой зрения на правый и левый глаза, но выполняя порученные ему работы, несмотря на проблемы со зрением, предметы в ящике он видел хорошо.

Оснований ставить под сомнение физические особенности истца на момент получения травмы у суда также не имеется. 

С учетом изложенного, доводы представителя ответчика о том, что ФИО1 пренебрегал ношением очков для зрения, не совсем видел детали, но скрывал это, а также то, что ранее имеющаяся болезнь глаз также может влиять на физическое состояние в настоящее время в виде головных болей, судом во внимание не принимается.

Также несостоятельным суд находит довод представителя ответчика о том, что компенсация морального вреда не подлежит взысканию, в том числе, в связи с тем, что ФИО1 отказался от компенсации в сумме 10000 рублей и подписал соглашение о расторжении трудового договора, согласно которому претензий не имеет.

Так, из соглашения от 27.11.2024 года о расторжении трудового договора № 15-ДТ/2024 от 15.02.2024 года следует, что 27.11.2024 года трудовой договор от 15.02.2024 года № 15-ДТ/2024 по соглашению АО «РЖДстрой» в лице Строительно-монтажного треста № 15 – филиала АО «РЖДстрой» и ФИО1 расторгнут (п.1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ). Согласно п.п. 3,4 Соглашения работник не имеет претензий к работодателю, в том числе финансового характера, уплаты каких-либо денежных средств в части оплаты труда, выплаты премий, а также в связи с выполнением работодателем обязательств по трудовому договору.

Вместе с тем, основания компенсации работодателем морального вреда работнику прямо определены вышеприведенными нормами Трудового Кодекса Российской Федерации, такие основания для компенсации морального вреда судом установлены.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку при подаче искового заявления истец был освобожден от уплаты государственной пошлины на основании п.п. 1, 3 ч. 1 ст. 333.36 НК РФ, то суд в соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, пп. 3 ч. 1 ст. 333.19 НК РФ полагает необходимым взыскать с ответчика в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3000 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с АО «РЖДстрой» в лице филиала АО «РЖДстрой» - Строительно-монтажный трест № 15 (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1 № компенсацию морального вреда в размере 450000 рублей.

В остальной части в удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с АО «РЖДстрой» в лице филиала АО «РЖДстрой» - Строительно-монтажный трест № 15 (ИНН 

<

***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Завитинский районный суд Амурской области в течение месяца со дня составления решения суда в окончательной форме.

Председательствующий А.Е. Никитина

Решение суда в окончательной форме составлено 05 февраля 2025 года.