Дело № 2-97/19 

Санкт-Петербург 28 марта 2019 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Кронштадтский районный суд Санкт-Петербурга в составе

председательствующего судьи Тарновской В.А.,

при секретаре Вороненко В.В.,

с участием истца ФИО1, 

представителя истца адвоката Баранова Б.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Банку ВТБ (ПАО) о признании пунктов кредитного договора недействительными, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Публичному акционерному обществу «Банк ВТБ» (далее – Банк ВТБ (ПАО), Банк) о признании недействительными пунктов кредитного договора.

В обоснование заявленных требований истец указал, что 15 ноября 2013 г. между ним и ответчиком заключён кредитный договор 

<

№> на сумму 2 000 000 рублей, в соответствии с пунктом 5.4 которого стороны обязались соблюдать конфиденциальность в отношении условий настоящего договора, а равно в отношении любой финансовой, коммерческой и прочей информации, ставшей им известной вследствие или в связи с заключением или исполнением настоящего договора. Передача такой информации третьим лицам возможна только с письменного согласия Банка или Заёмщика.

Истец указал, что условия кредитного договора при его подписании он не изучал, поскольку сам договор исполнен мелким шрифтом, а Банк пояснял, что это стандартный типовой кредитный договор, не подлежащий изменению, поскольку в нём отсутствуют условия изменения договора, и каких-либо иных условий, кроме как связанных с кредитом не содержит, чем ввёл его в заблуждение.

В октябре 2018 года истец узнал о том, что в августе 2018 года Банк уступил право требования по кредитному договору какому-то обществу с ограниченной ответственностью, не имеющему банковской лицензии и не отвечающему требованиям кредитной организации. При этом Банк не известил истца о заключении соответствующего договора о передаче уступки права требования по кредитному договору третьему лицу, индивидуальные условия договора цессии с истцом не обсуждали. Отдельного согласия на передачу персональных данных третьим лицам истец Банку не давал.

Досконально изучив кредитный договор, истец установил, что его согласие по передаче права требования по договору и передаче его персональной информации третьим лицам были изначально вписаны в кредитный договор, при этом срок действия согласия истца, в соответствии с условиями договора, устанавливается на весь срок жизни.

Также истец обнаружил, что в кредитном договоре имеются условия, которые не относятся к предмету кредитного договора, а именно пункты 5.4.3, 5.5 договора, где истец в будущем по договору уступки права требования заранее выразил согласие Банку на передачу всех своих персональных данных, кредитной истории и иной конфиденциальной информации, защищенной законом, третьим лицам на весь срок жизни, что является неправомерным.

Учитывая, что кредитный договор исполнен нечитаемым шрифтом, условия договора истцу не разъяснили, ему непонятны, поскольку создают условия иного договора (цессии), не относящихся к кредитному, и противоречат требованиям статей 8, 10 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», статьи 26 Федерального закона «О банковской тайне», статьи 7 Федерального закона «О персональных данных», истец полагает его в части пунктов 5.4.1-55 не отвечающим требованиям Закона, и, согласно статье 16 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», недействительным, ущемляющим его права как потребителя.

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, настаивая на удовлетворении заявленных требований, ФИО1 просил признать кредитный договор от 15 ноября 2013 г. 

<

№>, заключённый между ним и ПАО «Банк ВТБ 24», недействительным в части пунктов 5.4.1 – 5.5 (л.д. 5-6).

Истец ФИО1, его представитель адвокат Баранов Б.А., действующий на основании доверенности, в суд явились, иск поддержали, настаивали на его удовлетворении.

Ответчик Банк ВТБ (ПАО) в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен, о причинах неявки не сообщил, против удовлетворения иска возражал по основаниям, изложенным в письменных возражениях на исковое заявление (л.д. 43-45).

Привлеченное к участию в деле в порядке статьи 43 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации третье лицо ООО «Сентинел Кредит Менеджмент», надлежащим образом извещённое о дате, времени и месте судебного заседания, в суд не явилось, против удовлетворения иска возражало по основаниям, изложенным в письменных возражениях на исковое заявление, просило о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя (л.д. 125-128), в связи с чем на основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассматривать дело в отсутствие неявившихся лиц.

В ранее представленных возражениях на иск ответчик и третье лицо указали на необоснованность заявленных требований, просили отказать в их удовлетворении, поскольку они не основаны на законе, заявили о пропуске истцом срока исковой давности (л.д. 44, 128).

Суд, выслушав объяснения истца, его представителя, исследовав материалы дела, оценив представленные и добытые доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, приходит к следующим выводам.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», следует, что под финансовой услугой следует понимать услугу, оказываемую физическому лицу в связи с предоставлением, привлечением и (или) размещением денежных средств и их эквивалентов, выступающих в качестве самостоятельных объектов гражданских прав (предоставление кредитов (займов), открытие и ведение текущих и иных банковских счетов, привлечение банковских вкладов (депозитов), обслуживание банковских карт, ломбардные операции и т.п.).

В соответствии с пунктом 1 статьи 16 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными. Если в результате исполнения договора, ущемляющего права потребителя, у него возникли убытки, они подлежат возмещению изготовителем (исполнителем, продавцом) в полном объеме.

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со статьёй 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Пунктом 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии с положениями статей 819, 820 Гражданского кодекса Российской Федерации по кредитному договору одна сторона (кредитор) обязуется предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за нее. Кредитный договор считается заключенным с момента передачи денег. Кредитный договор должен был заключен в письменной форме.

Из материалов дела усматривается, что 15 ноября 2013 г. между сторонами заключён кредитный договор 

<

№>, по условиям которого Банк предоставил истцу кредитные денежные средства в размере 2 000 000 рублей под 26% годовых на срок по 01 ноября 2018 г. (л.д. 8-10).

Как указывалось ранее, обращаясь с настоящими требованиями, ФИО1 указал, что кредитный договор в части пунктов 5.4.1 – 5.5 не отвечает требованиям Закона, и, согласно статье 16 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», является недействительным, ущемляющим его права как потребителя. Кроме того, истец ссылался на то обстоятельство, что при заключении кредитного договора он был введён ответчиком в заблуждение относительно условий договора.

Разрешая по существу заявленные требования, суд приходит к выводу об отказе в их удовлетворении ввиду их недоказанности.

Так, в соответствии с пунктом 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Согласно пункту 2 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (пункт 3 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Вместе с тем, каких-либо доказательств, которые могли бы свидетельствовать о том, что, заключая и подписывая кредитный договор 15 ноября 2013 г., истец был введён в заблуждение относительно природы договора, в материалы дела не представлено.

В соответствии с пунктом 2 статьи 168 ГК РФ, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 статьи 168 ГК РФ, или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 76 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», ничтожными являются условия сделки, заключенной с потребителем, не соответствующие актам, содержащим нормы гражданского права, обязательные для сторон при заключении и исполнении публичных договоров (статья 3, пункты 4 и 5 статьи 426 ГК РФ), а также условия сделки, при совершении которой был нарушен явно выраженный законодательный запрет ограничения прав потребителей (например, пункт 2 статьи 16 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 г. № 2300-I «О защите прав потребителей», статья 29 Федерального закона от 02 декабря 1990 г. № 395-I «О банках и банковской деятельности»).

В силу пункта 1 статьи 3 Федерального закона Российской Федерации от 27 июля 2006 г. №152-ФЗ «О персональных данных» под персональными данными понимается любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных).

Распространение персональных данных – действия, направленные на раскрытие персональных данных неопределенному кругу лиц (пункт 5 статьи 3 Федерального закона «О персональных данных»).

В соответствии с частью 1 статьи 9 ФЗ «О персональных данных» субъект персональных данных принимает решение о предоставлении его персональных данных и дает согласие на их обработку свободно, своей волей и в своем интересе. Согласие на обработку персональных данных должно быть конкретным, информированным и сознательным. Согласие на обработку персональных данных может быть дано субъектом персональных данных или его представителем в любой позволяющей подтвердить факт его получения форме, если иное не установлено федеральным законом. В случае получения согласия на обработку персональных данных от представителя субъекта персональных данных полномочия данного представителя на дачу согласия от имени субъекта персональных данных проверяются оператором.

Статья 7 ФЗ «О персональных данных» устанавливает запрет операторам и иным лицам, получившим доступ к персональным данным, на раскрытие третьим лицам и распространение персональных данных без согласия субъекта персональных данных, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с пунктом 5.4 заключённого между сторонами кредитного договора стороны обязались соблюдать конфиденциальность в отношении условий настоящего договора, а равно в отношении любой финансовой, коммерческой и прочей информации, ставшей им известной вследствие или в связи с заключением или исполнением настоящего договора.

Передача такой информации третьим лицам возможна только с письменного согласия Банка или Заёмщика в случаях, предусмотренных законодательством. Данное положение не распространяется на правоотношения:

5.4.1. Возникающие в случае совершения Банком уступки или залога прав по договору, когда новому кредитору передаются все документы, обеспечивающие права кредитора по договору, документы, удостоверяющие права требования предыдущего кредитора, а также сообщаются сведения, имеющие значение для осуществления требований кредитора (в том числе копии документов, содержащихся в кредитном деле заёмщика).

5.4.2. Банка и юридического лица, привлечённого банком дл сбора просроченной задолженности по кредиту, в случае неисполнении или ненадлежащего исполнения заёмщиком обязательств по договору.

5.4.3. Подписав договор, заёмщик выражает своё согласие на осуществление Банком обработки (сбора, систематизации, накопления, хранения, уточнения, передачи (обновления, изменения), использования, распространения (в том числе автоматизированной), а также на трансграничную передачу персональных данных заёмщика, полученных баком в целях заключения договора и в течение срока действия договора, и персональных биометрических данных, полученных при фотографировании лица заёмщика, в соответствии с требованиями Федерального закона от 27 июля 2006 г. №152-ФЗ «О персональных данных». Персональные данные предоставляются заёмщиком в целях получения кредита и исполнения договора, в целях страховании имущественных интересов банка, связанных с риском его убытков в результате неисполнения (ненадлежащего исполнения) заемщиком договорных обязательств, в целях урегулирования просроченной задолженности перед банком в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения заёмщиком договорных обязательств, а также в целях получения информации о других продуктах и услугах банка и о договоре. В указанных целях банк может осуществлять передачу персональных данных заёмщика, полученных в целях заключении договора и в течение срока действия договора, в том числе сведений о фамилии, имени, отчестве, адресе и номерах телефонов, сведений об имущественном положении, доходах, задолженности, сведений о выпущенных на имя заёмщика картах и открытых на имя заёмщика счетах для совершения операций с ними, а также сведений о договоре и его исполнении по своему усмотрению в страховые компании (страховщику), в компании, осуществляющие рассылку (в том числе почтовую, электронную и СМС-оповещений), в не организации связи, юридическим лицам, предоставляющим банку услуги по урегулированию просроченной задолженности, и иным лицам по заявке банка на основании заключенных с ними договоров. Право выбора указанных компания/лиц предоставляется заёмщиком банку и дополнительного согласования с заёмщиком не требуется. Настоящее согласие предоставляется с момент подписания заёмщиком настоящего договора на весь срок жизни заёмщика и может быть отозвано заёмщиком путём предоставления в банк заявления в простой письменной форме в соответствии с требованиям законодательства Российской Федерации.

В силу пункта 5.5 договора, заключая настоящий договор, истец выразил согласие на уступку прав (требований), принадлежащих банку по настоящему договору, а также на передачу связанных с правами (требованиями) документов и информации третьему лицу, не имеющему лицензии на осуществление банковских операций.

Как усматривается из материалов дела, 07 ноября 2017 г. между ответчиком Банк БТБ24 (ПАО) и третьим лицом ООО «Сентинел Кредит Менеджмент» заключён договор уступки прав требования №6633, по условиям которого Банк передал Обществу права требования, в том числе по кредитному договору, заключённому с истцом (л.д. 32-40).

Согласно части 2 статьи 9 Федерального закона «О персональных данных» согласие на обработку персональных данных может быть отозвано субъектом персональных данных. В случае отзыва субъектом персональных данных согласия на обработку персональных данных оператор вправе продолжить обработку персональных данных без согласия субъекта персональных данных при наличии оснований, указанных в пунктах 2 - 11 части 1 статьи 6, части 2 статьи 10 и части 2 статьи 11 настоящего Федерального закона.

В силу пункта 5 части 1 статьи 6 Федерального закона «О персональных данных» обработка персональных данных допускается в том случае, если она необходима для исполнения договора, стороной которого либо выгодоприобретателем или поручителем по которому является субъект персональных данных, а также для заключения договора по инициативе субъекта персональных данных или договора, по которому субъект персональных данных будет являться выгодоприобретателем или поручителем.

Как следует из содержания данных норм, согласие субъекта персональных данных на обработку указанных данных не требуется в случае, если обработка персональных данных осуществляется в целях исполнения договора, одной из сторон которого является субъект персональных данных.

Поскольку при уступке права требования произошла перемена лиц в обязательстве и к ООО «Сентинел Кредит Менеджмент» перешли права и обязанности кредитора, следовательно, данное лицо правомерно осуществляет обработку персональных данных истца.

Таким образом, заключение договора уступки права (требования) не нарушают прав истца по передаче и обработке персональных данных.

При таких обстоятельствах, включённые Банком оспариваемые ФИО1 условия договора, не могут быть признаны незаконными, нарушающими вышеприведённые положения действующего законодательства.

Суд соглашается с доводами ответчика о том, что уступка требований вытекающих из кредитного договора, не нарушает нормативных положений о банковской тайне, в частности статьи 26 Федерального закона Российской Федерации «О банках и банковской деятельности».

Несогласие истца с заключением Банком с ООО «Сентинел Кредит Менеджмент» договора уступки права требования не может служить основанием для признания условия кредитного договора, содержащего право Банка на заключение договора цессии недействительным. 

Доводы истца о его не извещении о заключении Банком договора уступки права требования направлены на оспаривание данного договора, к существу рассматриваемого спора не относятся.

В силу пунктов 1 - 2 статьи 382 ГК РФ, право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Кредитор вправе осуществлять уступку прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) третьим лицам, если иное не предусмотрено федеральным законом или договором, содержащим условие о запрете уступки, согласованное при его заключении в порядке, установленном настоящим Федеральным законом. При этом заемщик сохраняет в отношении нового кредитора все права, предоставленные ему в отношении первоначального кредитора в соответствии с федеральными законами.

При уступке прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) кредитор вправе передавать персональные данные заемщика и лиц, предоставивших обеспечение по договору потребительского кредита (займа), в соответствии с законодательством Российской Федерации о персональных данных - пункты 1 - 2 ст. 12 Федерального закона от 21 декабря 2013 г. № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)».

Из изложенного следует, что действующее законодательство, в данном случае, не содержит предписания о возможности реализации прав кредитора по кредитному договору только кредитной организацией; при замене кредитора права ФИО1 не нарушены, поскольку уступка права требования не влияет на объем прав и обязанностей должника по кредитному договору. Для должника не может иметь значение, в чей адрес необходимо перечислять денежные средства с целью прекращения своего обязательства по кредитному договору.

В соответствии со статьей 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством. При этом, условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ).

Кредитный договор от 15 ноября 2013 г. 

<

№> был подписан ФИО1 лично, без принуждения и длительное время исполнялся. Истцом не представлено доказательств об отсутствии возможности выражения своей воли при заключении кредитного договора на изложенных в нём условиях.

До подписания кредитного договора ФИО1 был осведомлен о содержании и существенных условиях кредитного договора. Доказательств обратного истцом в нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не представлено.

Из анализа правовых требований в настоящем иске, следует, что истец ссылается на нарушение его прав как потребителя по смыслу положений Закона РФ «О защите прав потребителей», указывая на несоответствие пунктов 5.4.1 - 5.5. кредитного договора положениям указанного Закона.

Между тем, истец, ссылаясь в обоснование доводов иска на положения Закона РФ «О защите прав потребителей», не представил доказательств того, что отказ истца от заключения кредитного договора с учетом указанных пунктов, мог повлечь отказ банка в заключении кредитного договора, то есть имело место нарушение пункта 2 статьи 16 Закона РФ «О защите прав потребителей», предусматривающее право истца на свободный выбор предоставляемой ему услуги.

При этом суд полагает, что права истца, предусмотренные статьей 10 Закона РФ «О защите прав потребителей» при заключении кредитного договора также не были нарушены.

Согласно пункту 1 статьи 10 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора. По отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способ доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Информация об услугах в обязательном порядке должна содержать, в том числе, цену в рублях и условия приобретения услуг, в том числе, при предоставлении кредита размер кредита, полную сумму, подлежащую выплате потребителем, и график погашения этой суммы (абзац 3 пункта 2 статьи 10 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей»).

Согласно пункту 1 статьи 12 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», необходимая потребителю информация может быть предоставлена как при заключении договора, так и содержаться в тексте самого договора.

Проанализировав содержание заключенного между сторонами кредитного договора, суд приходит к выводу о том, что заемщик был проинформирована ответчиком в соответствии со статьями 10, 12 Закона РФ «О защите прав потребителей» об условиях кредитного договора, ознакомился с ними, добровольно согласился, приняв на себя все права и обязанности, определенные договором, изложенные в его тексте.

Гражданское законодательство исходит из презумпции разумности и добросовестности действий субъектов гражданских прав.

Обстоятельств нарушения или умаления прав заемщика как потребителя содержанием в тексте договора условий п. 5.4.1 – 5.5 не установлено. Истец подлинность своей подписи в кредитном договоре не оспаривал.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание приведённые нормы права, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных ФИО1 требований.

Кроме того, суд находит заслуживающими внимания ходатайства ответчика и третьего лица о пропуске истцом срока исковой давности для обращения с настоящими требованиями.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

В силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение сроков исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием для вынесения судом решения об отказе в иске. 

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции стороной ответчика было заявлено ходатайство о применении судом при вынесении решения срока исковой давности (л.д. 43-45).

Статьёй 205 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев – в течение срока исковой давности.

Вместе с тем, из материалов дела не усматривается, что стороной истца было заявлено вышеуказанное ходатайство.

Разрешая ходатайство о применении срока исковой давности, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для отказа в его удовлетворении.

Суд считает, что в данном случае течение срока исковой данности должно исчисляться с момента заключения кредитного договора – 15 ноября 2013 г.

Таким образом, срок исковой давности в данном случае истцом пропущен без уважительных причин, поскольку с настоящими требованиями истец обратился 27 ноября 2018 г. (л.д. 5).

Доказательств, которые могли бы свидетельствовать о том, что истцом не пропущен срок исковой давности для обращения в суд с настоящими исковыми требованиями, суду не представлено.

Возражая против удовлетворения заявленного ходатайства, истец ссылался на то обстоятельство, что о нарушении своего права ему стало известно только в октябре 2018 года, когда он узнал о заключении Банком договора с ООО «Сентинел Кредит Менеджмент».

Однако данные доводы истца подлежат отклонению судом, поскольку оспариваемые истцом пункты кредитного договора включены в условия кредитного договора, подписанного ФИО2 15 ноября 2013 г.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 167, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО1 к Банку ВТБ (ПАО) о признании пунктов кредитного договора недействительными – отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья В.А. Тарновская

Решение принято судом в окончательной форме 19 апреля 2019 года.