Дело № 22-385/2025 Судья Агарков А.Н.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

23 апреля 2025 г. г. Орёл

Орловский областной суд в составе 

председательствующего Погорелого А.И.,

при ведении протокола секретарем Цурковой У.Ю.

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы осужденной ФИО1 и ее адвоката Исаева А.В. на приговор Заводского районного суда г. Орла от 13 февраля 2025 г., которым 

ФИО1, 

<

дата> года рождения, уроженка 

<

адрес>, гражданка РФ, зарегистрирована и проживает по адресу: 

<

адрес> несудимая,

осуждена по ч. 1 ст. 264 УК РФ к 2 годам ограничения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 6 месяцев.

В соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ установленные судом ограничения и обязанность указаны в приговоре.

ФИО1 освобождена от назначенного наказания в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

Мера пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставлена в виде подписки о невыезде.

Изложив обстоятельства дела, доводы, содержащиеся в апелляционных жалобах, заслушав выступления осужденной ФИО1 и ее адвоката Исаева А.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, государственного обвинителя Лукьяновой О.С., представителя потерпевшего Потерпевший №1 - адвоката Осиной Е.С. об оставлении приговора без изменения, суд

установил:

по приговору суда ФИО1 признана виновной и осуждена за нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека. 

Преступление совершено 06.08.2022 в 

<

адрес> при обстоятельствах, установленных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступления не признала. 

В апелляционной жалобе (основной и дополнении) адвокат Исаев А.В. просит приговор отменить, ФИО1 оправдать. В обоснование указывает, что суд в нарушение ст. 227-229 УПК РФ не назначил предварительное слушание по уголовному делу, при наличии мотивированных ходатайств стороны защиты о проведении предварительного слушания с целью исключения доказательств и возвращении уголовного дела прокурору, которое поступило в суд 06.11.2024. Кроме того, на предварительном следствии следователь незаконно ограничил ФИО1 в ознакомлении с материалами дела, и, не предоставив возможность подготовить ходатайство в письменном виде, без уведомления ФИО1 направил уголовное дело с обвинительным заключением прокурору; на предварительном следствии уголовное дело было приостановлено 21.01.2024 по надуманным и не существующим основаниям, а руководителем следственного органа данное постановление было отменено на основании ч. 1 ст. 211 УПК РФ, ввиду того, что отпали основания для приостановления производства по делу, однако суд, разрешая в приговоре указанный довод стороны защиты, необоснованно указал, что, если постановление отменено руководителем следственного органа, то и дальнейшее продление сроков следствия является законным, поскольку в постановлении руководителя следственного органа, кроме описания преступного деяния, совершенному по другому адресу, вообще не приводится никаких мотивов для отмены постановления следователя. Полагает, что указанные постановления являются незаконными, а все собранные доказательства являются недопустимыми. Кроме того, следователь ФИО6 и его руководитель ФИО7, продолжая злоупотреблять правом, с целью незаконного продления сроков следствия изготовили протокол уведомления об окончании следственных действий, обвинительное заключение и постановление руководителя следственного органа от 02.07.2024 о возвращении уголовного дела на дополнительное расследование с установлением срока следствия на 1 месяц, при этом сторону защиты об не уведомляли, а также отсутствуют протоколы ознакомления обвиняемой и потерпевшего с материалами дела, что свидетельствует о том, что следователь и руководитель следственного органа заведомо не предполагали направление уголовного дела прокурору с обвинительным заключением, а также о нарушении ч. 6 ст. 162 УПК РФ, что являлось основанием для возвращения уголовного дела прокурору. Кроме того, все подписи в процессуальных документах, продлевающих сроки предварительного расследования, являются сфальсифицированными; суд в приговоре сослался на доказательства, которые не исследовались в судебном заседании, а именно на фототаблицу к протоколу осмотра места совершения административного правонарушения от 06.08.2022 и протокол проверки показания потерпевшего Потерпевший №1 на месте от 13.09.2023. Кроме того, протокол осмотра места совершения административного правонарушения от 06.08.2022 и схема к нему являются недопустимыми доказательствами, поскольку составлены в рамках проверки по делу об административном правонарушении, за что ФИО1 была привлечена к административной ответственности, при этом следователь осмотр места происшествия в порядке ст. 176, 177 УПК РФ не проводил, а также в нарушение п. 6 ч. 2 ст. 74 УПК РФ следователь не осмотрел и не приобщил в качестве вещественных доказательств протокол осмотра места совершения административного правонарушения от 06.08.2022 и схему к нему; суд в нарушение ст. 252 УПК РФ изменил существо и объем предъявленного ФИО1 обвинения, уточнив, исходя из позиции государственного обвинителя, содержание пункта 13.4 Правил дорожного движения РФ; заключение эксперта № 353/3-5 от 11.05.2023 является недопустимым доказательством, поскольку получено до возбуждения уголовного дела в ходе проверки сообщения о преступлении, при этом материал проверки в день назначения экспертизы 01.04.2023 в производстве следователя ФИО8 не находился ввиду наличия неотмененного решения следователя ФИО9 от 15.01.2023 об отказе в возбуждении уголовного дела. Полагает, что постановление руководителя следственного органа ФИО23 от 04.03.2023 об отмене постановления следователя ФИО9 об отказе в возбуждении уголовного дела от 15.01.2023 является фальсифицированным, поскольку появилось в уголовном деле по рапорту следователя ФИО10 только 02.09.2024 после возвращения уголовного дела прокурором для производства дополнительного расследования. Обращает внимание на то, что сторона защиты заявляла ходатайство об истребовании журнала регистрации материалов об отказе в возбуждении уголовного дела, возвращенных для дополнительной проверки, однако суд в удовлетворении ходатайства необоснованно отказал. Кроме того, ФИО1 не могла реализовать свои права, предусмотренные ст. 198 УПК РФ, при назначении автотехнической экспертизы, поскольку с постановлением о назначении экспертизы она была ознакомлена одновременно с заключением эксперта, при этом следователь и суд необоснованно отказали также в назначении повторной автотехнической экспертизы. Считает, что заключение автотехнической экспертизы обосновано недопустимыми доказательствами и недостоверными исходными данными, поскольку все исходные данные, указанные в постановлении о назначении экспертизы следственным путем не проверены, автотехническая экспертиза проводилась не по материалам уголовного дела, а по сведениям, полученным экспертом из постановления следователя и показаний эксперта ФИО3, вопросы исследования вещественных доказательств и оценка развития дорожной ситуации (механизма ДТП) экспертом не разрешались, транспортные средства и результаты их осмотра эксперту не предоставлялись, выводы эксперта о нарушении ФИО1 Правил дорожного движения РФ не обосновывались, для формирования выводов использовалась схема ДТП, которая составлена лицом, которое участником осмотра места совершения административного правонарушения не являлось, и содержит недостоверные данные о траектории движения автомобиля под управлением потерпевшего Потерпевший №1, пояснения от которого, а также от пассажира Свидетель №2 получены через 2 месяца после ДТП, о линиях дорожной разметки и расположении транспортных средств и места столкновения, что следует из фотоматериалов, исследованных в судебном заседании; суд рассмотрел дело с обвинительным уклоном, поскольку при допросе эксперта ФИО3 отводил вопросы стороны защиты, касающиеся расчетов скорости, момента возникновения опасности, траектории движения и определения нарушений Правил дорожного движения РФ при несоблюдении потерпевшим Потерпевший №1 рядности движения; выводы суда о том, что личность ФИО11 как участника осмотра места происшествия установлена и подтверждена свидетелем Свидетель №3, не основаны на законе, поскольку ФИО11 не был допрошен, а свидетель Свидетель №3 не смог указать, каким способом он определил траекторию движения автомобиля потерпевшего, при этом суд исказил его показания, указав, что место столкновения и траектория движения автомобилей были определены по расположению автомобилей, осыпи стекла, обломков частей автомобиля и следов технической жидкости, что не соответствует действительности, поскольку ни ФИО1, ни Потерпевший №1 пояснений относительно траектории движения своих автомобилей Свидетель №3 не давали; суд не устранил противоречия в показаниях ФИО1, потерпевшего Потерпевший №1 и свидетеля Свидетель №2 относительно траектории движения автомобиля, а также в показаниях свидетеля Свидетель №3 относительно способа определения траектории движения автомобиля, поскольку эксперт ФИО3 указал, что в отсутствие следов торможения определить траекторию движения автомобиля невозможно; выводы суда о том, что потерпевший Потерпевший №1 двигался по средней полосе движения, основаны на предположении и на недостоверных данных, поскольку показания потерпевшего Потерпевший №1 и свидетеля Свидетель №2 экспертным путем не проверены. Кроме того, при отказе стороне защиты в удовлетворении ходатайства о приобщении сведений о многочисленных нарушениях потерпевшим Потерпевший №1 Правил дорожного движения РФ суд указал, что скорость потерпевшего не влияет на доказанность вины подсудимой, тем самым высказал мнение до постановления приговора о виновности подсудимой; по инкриминируемым ФИО1 обстоятельствам уголовное дело не возбуждалось, а именно в обвинении указано, что ДТП произошло на перекрестке в районе 

<

адрес> в период с 00 часов 40 минут до 00 часов 45 минут 06.08.2022, а в постановлении о возбуждении уголовного дела указано, что ДТП произошло в районе 

<

адрес> около 00.00 часов 06.08.2022. Кроме того, именно по данному факту, который указан в постановлении о возбуждении уголовного дела и других процессуальных документах, проводилась доследственная проверка и назначалась автотехническая экспертиза; суд в приговоре ссылается на исследованную видеозапись с видеорегистратора, установленного в патрульном автомобиле, однако источник происхождения видеозаписи не установлен; вывод суда о том, что в момент удара светлый кроссовер кренится влево, а затем возвращается в исходное положение, необоснован, поскольку противоречит видеозаписи, на которой видно, что кроссовер не возвращается в исходное положение, а, наоборот, перемещается на некоторое расстояние в сторону полосы встречного движения, а затем откатывается назад. Считает, что суд, не имея специальных познаний в области видеотехнической экспертизы, возложил на себя полномочия эксперта и привел описание ДТП, искажающее зафиксированные на 3 видеозаписях, исследованных в суде, в том числе расположение автомобилей после ДТП. Кроме того, суд дает неверное описание положений автомобилей при движении, указывая, что светлый кроссовер выехал к середине перекрестка, где до этого совершили маневр поворота впереди двигавшиеся автомобили, однако из записи видно, что светлый кроссовер в момент столкновения находится в самом начале перекрестка, не доехав до того места, где совершали маневр впереди идущие автомобили, то есть находится в зоне полосы (ее правого края) встречного движения со стороны 

<

адрес>, где поворот запрещен. Полагает, что указанные обстоятельства подтверждают версию ФИО1 о том, что потерпевший двигался по полосе, предназначенной для движения налево, поскольку его траекторию движения пересекали поворачивающие налево перед ФИО1 автомобили, однако данное обстоятельство не было учтено в виде исходных данных для определения момента возникновения опасности для потерпевшего при производстве автотехнической экспертизы; суд необоснованно признал недопустимым доказательством заключение эксперта № 952/3-6-24 от 12.08.2024, согласно которому была установлена скорость автомобиля потерпевшего перед столкновением с автомобилем ФИО1, а именно 82 км/ч, что противоречит показаниям потерпевшего о соблюдении им скоростного режима, поскольку материалы (видеозапись с регистратора свидетеля ФИО12) были представлены на экспертизу стороной защиты 31.07.2024, то есть в день ознакомления стороны защиты с материалами уголовного дела. Кроме того, сторона защиты в период следствия трижды предоставляла следователю данную видеозапись и фотоматериалы для экспертного исследования, однако они были либо уничтожены либо утрачены следователем, а также они неоднократно заявляли ходатайство о назначении экспертизы, которые следователем были игнорированы. 

В апелляционной жалобе (основной и дополнении) осужденная ФИО1 просит приговор отменить и вынести оправдательный приговор в связи с отсутствием в ее действиях состава преступления. В обоснование указывает, что суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о назначении по делу комплексной автотехнической экспертизы, лишив ее права на защиту, а также не сделал запросы относительно дорожной обстановки, которая была на момент ДТП; постановление о продлении срока предварительного следствия от 20.08.2023 (т. 1 л.д. 6-8) является сфальсифицированным, так как было изготовлено в 2024 году и впоследствии исправлено на 2023 год, что подтверждается уведомлением от 20.08.2024 № 29/560 (т. 1 л.д. 9), а также данный факт был замечен руководителем следственного органа, который на это указал следователю закладкой, и стороной защиты при ознакомлении с материалами уголовного дела путем фотокопирования техническими средствами (т. 4 л.д. 65), однако следователь исправил год вынесения постановления, но не оговорил и не заверил данное исправление. Кроме того, сфальсифицированными являются все уведомления от 18.09.2023, (т. 1 л.д. 13), от 18.10.2023 (т. 1 л.д. 17, 18), так как отсутствуют почтовые идентификаторы об отправлении, указаны одни и те же исходящие номера на угловом штампе, а также уведомления направляются адвокату Исаеву А.В., который вступил в дело только 04.11.2023. Обращает внимание на то, что неоговоренные и незаверенные исправления даты с 2024 года на 2023 год имеются в постановлении о продлении срока предварительного следствия до 7 месяцев (т. 1 л.д. 19-21). Полагает, что сроки предварительного следствия своевременно и надлежащим лицом не продлевались, а подпись врио начальника СУ УМВД России по 

<

адрес> ФИО13 выполнена не им самим, а другим лицом, который не смог бы как руководитель утвердить данное постановление при наличии ошибок и опечаток. Считает, что полученные за пределами законно установленных сроков доказательства, то есть после 21.09.2023, являются недопустимыми; в нарушение уголовно-процессуального закона обвинение ей предъявлено по другим обстоятельствам, по которым уголовное дело не возбуждалось, а именно в обвинении указано, что ДТП произошло на регулируемом перекрестке в районе 

<

адрес>, где она, двигаясь по 

<

адрес> в сторону 

<

адрес>, при повороте налево не уступила дорогу двигавшемуся во встречном направлении автомобилю, а в постановлении о возбуждении уголовного дела указано, что ДТП произошло при повороте налево в районе 

<

адрес>, где она не уступила дорогу и допустила столкновение с автомобилем потерпевшего Потерпевший №1 Кроме того, именно по данному факту, который указан в постановлении о возбуждении уголовного дела проводилась доследственная проверка и назначалась автотехническая экспертиза следователем ФИО8 01.04.2023. Обращает внимание на то, что следователь в обвинительном заключении указал, что она нарушила п. 13.4 Правил дорожного движения РФ, согласно которому «при повороте налево или развороте вне перекрестка водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу встречным транспортным средствам и трамваю попутного направления», то есть изложил обстоятельства расследования уголовного дела, а не содержание п. 13.4 Правил дорожного движения РФ, согласно которому «При повороте налево или развороте по зеленому сигналу светофора водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся со встречного направления прямо или направо». Указанное обстоятельство свидетельствует о неясности предъявленного ей обвинения и не установления обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ.

Выслушав стороны, проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционных жалобах, суд приходит к следующему.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления подтверждаются совокупностью доказательств, собранных по делу и всесторонне исследованных в судебном заседании.

Так, потерпевший Потерпевший №1 в суде подтвердил, что 06.08.2022 он ехал на своем автомобиле «Лада-Приора» по 

<

адрес> в направлении 

<

адрес>. На перекрестке с 

<

адрес>, он двигался прямо по средней из трех полос движения на зеленый свет светофора. По встреченной крайней левой полосе двигался автомобиль подсудимой, который сначала притормозил, а затем неожиданно резко повернул, выехав перед ним на его полосу движения. Он не успел затормозить, и произошло столкновение автомобилей на его полосе движения. 

Из показаний свидетеля Свидетель №2 в суде и на предварительном следствии следует, что они с Потерпевший №1 ехали по 

<

адрес> в сторону района «

<

адрес>» по средней полосе движения на зеленый сигнал светофора и на перекрестке с 

<

адрес> она неожиданно почувствовала удар в зубы спереди и потеряла сознание (т. 1 л.д. 154-156). 

Свидетель Свидетель №3 в суде и на предварительном следствии подтвердил, что он вместе с ФИО11 выехал на место ДТП на пересечении 

<

адрес> и 

<

адрес>, где было установлено, что подсудимая ФИО1 двигалась на автомобиле по 

<

адрес> со стороны 

<

адрес> в направлении 

<

адрес> и на перекрестке с 

<

адрес> при повороте налево на зеленый сигнал светофора не уступила дорогу и допустила столкновение с автомобилем потерпевшего Потерпевший №1, который двигался по 

<

адрес> во встречном направлении прямо. Столкновение произошло на полосе движения автомобиля «Лада Приора» потерпевшего Потерпевший №1 Все имеющие существенное значение для дела знаки, предметы и препятствия были указаны в схеме ДТП и описаны в протоколе, с которыми ознакомились ФИО1 и понятые, подписав их без замечаний и возражений. Место столкновения и траектория движения автомобилей были определены по расположению автомобилей, осыпи стекла, обломков частей автомобиля и следов технической жидкости (т. 2 л.д. 231-233). 

Из показаний свидетелей Свидетель №4 и Свидетель №1 следует, что 06.08.2022 они участвовали в качестве понятых при осмотре места ДТП, где было установлено место столкновения автомобилей «Мицубиси» и «Лада Приора», составлен протокол осмотра и схема ДТП, с которыми ознакомились они и ФИО1, подписав их без замечаний (т. 3 л.д. 61-64).

Кроме того, виновность ФИО1 подтверждается: протоколом проверки показаний потерпевшего Потерпевший №1 на месте от 13.09.2023 (т. 1 л.д. 143-148); сообщением из ООКБ от 06.08.2024 (т. 1 л.д. 66); карточкой о дорожно-транспортном происшествии (т. 1 л.д. 69); рапортом по дорожнотранспортному происшествию от 06.08.2022 (т. 1 л.д. 67); актами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения от 06.08.2023 (т. 1 л.д. 76, 77); протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 06.08.2022 и схемой к нему (т. 1 л.д. 71, 72-75); протоколами осмотра предметов от 02.10.2023, от 19.04.2023, от 19.08.2023 (т. 1 л.д. 126-132, 135-137, 138-140); протоколом выемки от 06.09.2024 (т. 2 л.д. 237-243); протоколом осмотра предметов (документов) от 09.09.2024 (т. 2 л.д. 244-251); заключениями эксперта № 2270 от 08.02.2023, № 2269 от 07.02.2023, № 353/35 от 11.05.2023 (т. 1 л.д. 116-118, 172-175, 223-230).

Все эти доказательства полно и подробно изложены в приговоре. Они согласуются между собой и с другими материалами дела по фактическим обстоятельствам, времени, дополняют друг друга, достаточны для формулировки выводов по всем вопросам правового характера, подлежащим разрешению при постановлении обвинительного приговора, и, вопреки доводам стороны защиты, не содержат существенных противоречий, в связи с чем правильно признаны судом достоверными, допустимыми и взяты за основу при постановлении приговора. Поэтому доводы стороны защиты о том, что все доказательства по уголовному делу являются недопустимыми, несостоятельны.

Тщательный анализ и основанная на законе оценка исследованных в судебном заседании доказательств в их совокупности позволили суду правильно и полно установить фактические обстоятельства дела и, вопреки доводам стороны защиты, сделать обоснованный вывод, что причиной дорожно-транспортного происшествия явилось несоблюдение осужденной ФИО1 пунктов 1.5 (абз.1), 8.1, 13.4 Правил дорожного движения РФ, поскольку ФИО1, намереваясь выполнить маневр левого поворота, перед началом движения в должной мере не убедилась в том, что ее маневр будет безопасным, и что она своими действиями не создаст помех транспортным средствам, движущимся во встречном направлении, на разрешающий сигнал светофора, приступила к выполнению маневра левого поворота, при этом не уступила дорогу транспортному средству, движущемуся во встречном направления прямо, в результате чего произошло столкновение ее автомобиля с автомобилем под управлением Потерпевший №1, которому были причинены телесные повреждения в виде закрытого оскольчатого перелома средней трети правой бедренной кости со смещением отломков, повлекшие тяжкий вред здоровью, и верно квалифицировать ее действия по ч. 1 ст. 264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека. Соглашается с этой оценкой действий осужденной и суд апелляционной инстанции.

Приговор вынесен в соответствии с требованиями ст. 304, 307, 308 УПК РФ, в нем, в частности, вопреки доводам осужденной ФИО1, приведено описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, характера и размера вреда, причиненного преступлением, мотивов, цели, доказательств, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимой, и мотивов, по которым суд отверг другие доказательства. Поэтому доводы стороны защиты о том, что приговор постановлен на предположениях, и не установлены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, несостоятельны.

То обстоятельство, что суд не назначил предварительное слушание, о проведении которого ходатайствовала сторона защиты, не нарушило право осужденной на защиту, поскольку уголовно-процессуальный закон предполагает возможность разрешения вопросов об исключении доказательств, возвращении уголовного дела прокурору и на более позднем этапе судопроизводства. Разрешение этих вопросов, в том числе по своей инициативе, является прерогативой суда, рассматривающего уголовное дело, с принятием по таким вопросам мотивированных решений.

Как следует из протокола судебного заседания, все ходатайства стороны защиты судом разрешены с соблюдением установленной законом процедуры и в зависимости от их значения для правильного разрешения дела с принятием по ним мотивированных решений. Отказ в удовлетворении некоторых ходатайств, при соблюдении процедуры их рассмотрения не свидетельствует о необъективности суда либо нарушении права осужденной на защиту.

Вопреки доводам адвоката Исаева А.В. в жалобе, обстоятельств, свидетельствующих о необъективности или предвзятости суда при исследовании доказательств, либо искажении существа представленных доказательств, равно как данных о том, что суд необоснованно, в нарушение принципа состязательности, отказал кому-либо из участников процесса в исследовании и оценке доказательств, которые этот участник представил или об исследовании которых ходатайствовал, несмотря на то, что их исследование могло повлиять на принятие решения по существу дела, не установлено.

Данных, указывающих на обвинительный уклон в действиях суда, необъективность процедуры судебного разбирательства, в материалах уголовного дела не содержится. Из протокола судебного заседания видно, что суд создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав, что позволяло им предоставлять желаемые доказательства и участвовать в их исследовании, обсуждать возникшие процессуальные вопросы и иным образом осуществлять свои полномочия, не запрещенные законом, с целью объективного установления всех обстоятельств дела.

Доводы стороны защиты о том, что на предварительном следствии следователь ограничил ФИО1 в ознакомлении с материалами дела, и не предоставил возможность подготовить в письменном виде ходатайство о назначении предварительного слушания, несостоятельны, поскольку объективными доказательствами не подтверждены.

Утверждения стороны защиты о том, что судом не дано надлежащей оценки показаниям потерпевшего Потерпевший №1, свидетелей Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №4 и Свидетель №1, нельзя признать обоснованными, поскольку показания всех указанных лиц были полно и объективно исследованы в совокупности с другими доказательствами и получили оценку суда в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ.

Оценивая показания потерпевшего Потерпевший №1, свидетелей Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №4 и Свидетель №1, суд правильно пришел к выводу об их достоверности, поскольку они согласуются между собой и соотносятся с другими собранными по делу доказательствами, при этом оснований не доверять их показаниям у суда не имелось, не находит таких оснований и суд апелляционной инстанции, в связи с чем доводы стороны защиты в этой части являются необоснованными. Каких-либо сведений о заинтересованности потерпевшего и указанных свидетелей в исходе дела, оснований для оговора осужденной, равно как и противоречий в показаниях потерпевшего и свидетелей, в части траектории движения автомобиля «Лада Приора», определения места столкновения автомобилей на полосе движения потерпевшего, ставящих их под сомнение, которые повлияли или могли повлиять на выводы и решение суда о виновности ФИО1, суду представлено не было, и судом апелляционной инстанции не установлено, поэтому доводы стороны защиты об обратном, несостоятельны. 

Протокол осмотра места совершения административного правонарушения от 06.08.2023 составлен в соответствии с требованиями КоАП РФ, содержит подписи должностного лица, составившего его (Свидетель №3), понятых и ФИО1, которым были разъяснены права. Схема к указанному протоколу с расположением транспортных средств на проезжей части, определением места столкновения, составленная инспектором по исполнению административного законодательства отдельного специального батальона ДПС ГИБДД УМВД России по 

<

адрес> ФИО14 06.08.2022, также подписана понятыми и ФИО1 Указанные документы согласуются с фактическими обстоятельствами уголовного дела, сведения, изложенные в протоколе и схеме, не оспаривались ФИО1 при их составлении, в связи с чем, оснований для признания данных документов недопустимыми доказательствами, вопреки доводам стороны защиты, не имеется.

В связи с изложенным, доводы стороны защиты о том, что не установлена личность сотрудника полиции ФИО14, который составлял схему ДТП; следователь должен был осмотреть протокол осмотра места совершения административного правонарушения от 06.08.2022 и схему нему в качестве вещественных доказательств; ФИО1 во время составления протокола осмотра места административного правонарушения не разъяснили права, несостоятельны. Тот факт, что ФИО14 составлял схему ДТП, подтвердил свидетель Свидетель №3 в суде и на предварительном следствии, не доверять которым оснований не имеется. Кроме того, составление протокола осмотра места административного правонарушения и схемы к нему разными сотрудниками ДПС ГИБДД УМВД России по 

<

адрес>, прибывшими на место ДТП, не свидетельствует о недопустимости данных доказательств.

Доводы стороны защиты о том, что суд исказил показания Свидетель №3, указав, что место столкновения и траектория движения автомобилей были определены по расположению автомобилей, осыпи стекла, обломков частей автомобиля и следов технической жидкости, а также со слов подсудимой и потерпевшего, что не соответствует действительности, несостоятельны, поскольку данные показания Свидетель №3 давал на предварительном следствии, которые были оглашены в соответствии со ст. 281 УПК РФ 

Вопреки доводам стороны защиты, нарушений уголовно-процессуального закона при проведении автотехнической экспертизы № 353/35 от 11.05.2023 не допущено. Экспертиза проведена в соответствии с требованиями ст. 201 УПК РФ и Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Экспертное исследование осуществлено специалистом, обладающим специальными познаниями в области исследовавшихся вопросов. Нарушений процессуальных прав участников судебного разбирательства при назначении и производстве судебной экспертизы, которые повлияли или могли повлиять на содержание выводов эксперта, вопреки доводам стороны защиты, не допущено. В заключении эксперта изложена методика, в соответствии с которой она проводилась, указаны содержание и результаты проведенных исследований, и окончательные выводы, в том числе в части нарушения ФИО1 пунктов Правил дорожного движения РФ, которые состоят в причинной связи с фактом ДТП. Кроме того, после ознакомления с постановлением о назначении автотехнической экспертизы и с заключением эксперта осужденной ФИО1 как на предварительном следствии, так и в судебном заседании были заявлены ходатайства о назначении повторной автотехнической экспертизы с постановкой интересующих ее вопросов, которые были правильно оставлены без удовлетворения ввиду отсутствия для этого законных оснований. 

Не находит оснований для назначения повторной автотехнической экспертизы и суд апелляционной инстанции.

Тот факт, что суд не сделал запросы относительно дорожной обстановки, которая была на момент ДТП, как об этом указывает в жалобе ФИО1, не влияет на законность принятого судом решения.

В связи с изложенным, доводы стороны защиты о том, что нарушено право на защиту ФИО1, поскольку она не могла реализовать свои права, предусмотренные ст. 198 УПК РФ, при назначении автотехнической экспертизы; заключение эксперта № 353/3-5 от 11.05.2023 является недопустимым доказательством, поскольку обосновано недопустимыми доказательствами и недостоверными исходными данными, а именно то, что все исходные данные, указанные в постановлении о назначении экспертизы, следственным путем не проверены; экспертиза проводилась не по материалам уголовного дела, а по сведениям, полученным экспертом из постановления следователя и на основании показаний эксперта ФИО3; вопросы исследования вещественных доказательств и оценка развития дорожной ситуации (механизма ДТП) экспертом не разрешались, в том числе мог или не мог избежать столкновения потерпевший при допустимой скорости движения; транспортные средства и результаты их осмотра эксперту не предоставлялись; выводы эксперта о нарушении ФИО1 Правил дорожного движения РФ не обосновывались; для формирования выводов использовалась схема ДТП, которая составлена лицом, которое участником осмотра места совершения административного правонарушения не являлось, и содержит недостоверные данные о траектории движения автомобиля под управлением потерпевшего Потерпевший №1, пояснения от которого, а также от пассажира Свидетель №2 получены через 2 месяца после ДТП, о линиях дорожной разметки, о расположении транспортных средств и месте столкновения, являются несостоятельными. 

В силу ч. 4 ст. 195 УПК РФ судебная экспертиза может быть назначена и произведена до возбуждения уголовного дела. Таким образом, производство экспертизы до возбуждения уголовного дела не свидетельствует о недопустимости доказательства и не препятствует его использованию при вынесении итогового решения (ч. 12 ст. 144 УПК РФ).

Доводы адвоката Исаева А.В. в суде апелляционной инстанции о том, что колеса автомобиля «Митцубиси» находились в положении прямо и были заблокированы, то есть ФИО1 не совершала поворот налево, что также подтверждается отсутствием справа повреждений у данного автомобиля, несостоятельны, поскольку из исследованной судом видеозаписи следует, что после столкновения автомобилей под управлением ФИО1 и потерпевшего, автомобиль ФИО1, у которого имеются повреждения с правой стороны, отъехал назад на несколько метров. 

Доводы стороны защиты о том, что ФИО1 была привлечена к административной ответственности, за те же действия, которые ей вменялись органами предварительного следствия, несостоятельны, поскольку постановлением Первого кассационного суда общей юрисдикции от 14.06.2024 постановление инспектора по исполнению административного законодательства отдельного специального батальона ДПС ГИБДД УМВД России по 

<

адрес> от 06.08.2022, решение судьи Заводского районного суда г. Орла от 31.10.2022, решение судьи Орловского областного суда от 09.01.2023 в отношении ФИО1 по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.13 КоАП РФ, отменены, производство по делу об административном правонарушении прекращено (т. 2 л.д. 36-37).

Доводы стороны защиты о том, что на предварительном следствии следователь приостановил уголовное дело 21.01.2024 по надуманным и не существующим основания, несостоятельны, поскольку уголовное дело было приостановлено на основании п. 3 ч. 1 ст. 208 УПК РФ (т. 1 л.д. 23). Соответственно, и руководителем следственного органа данное постановление было правильно отменено на основании п. 1 ч. 1 ст. 211 УПК РФ (т. 1 л.д. 25); 

Доводы стороны защиты о том, что следователь ФИО6 и его руководитель ФИО7, с целью незаконного продления сроков предварительного следствия изготовили протокол уведомления об окончании следственных действий, обвинительное заключение и постановление руководителя следственного органа от 02.07.2024 о возвращении уголовного дела на дополнительное расследование с установлением срока следствия на 1 месяц, при этом сторону защиты об не уведомляли, что свидетельствует о том, что следователь и руководитель следственного органа заведомо не предполагали направление уголовного дела прокурору с обвинительным заключением, несостоятельны, поскольку опровергаются протоколами уведомления потерпевшего, обвиняемой ФИО1 и ее адвоката об окончании следственных действий (т. 2 л.д. 103, 104), где имеются подписи всех участников уголовного судопроизводства, а также составленным обвинительным заключением в отношении ФИО1, с которым не согласился руководитель следственного органа, указавший в постановлении о возвращении уголовного дела следователю для дополнительного расследования от 02.07.2024, в том числе на допущенное нарушение в части не ознакомления участников уголовного судопроизводства с материалами уголовного дела (т. 2 л.д. 105-119, 120-121).

Доводы стороны защиты о том, что материал проверки в день назначения экспертизы 01.04.2023 в производстве следователя ФИО8 не находился ввиду наличия неотмененного решения следователя ФИО9 от 15.01.2023 об отказе в возбуждении уголовного дела, несостоятельны, поскольку опровергаются постановлением руководителя следственного органа ФИО24 от 04.03.2023 об отмене постановления следователя ФИО9 об отказе в возбуждении уголовного дела от 15.01.2023 и передаче материала проверки следователю ФИО8 (т. 2 л.д. 212-213). Кроме того, доводы стороны защиты о том, что постановление руководителя следственного органа ФИО25 от 04.03.2023 об отмене постановления следователя ФИО9 об отказе в возбуждении уголовного дела от 15.01.2023 является сфальсифицированным; все подписи в процессуальных документах, продлевающих сроки предварительного расследования, являются сфальсифицированными; потерпевший ехал со скоростью 82 км/ч, несостоятельны, поскольку объективными доказательствами не подтверждены.

Вопреки доводам стороны защиты, нарушений срока предварительного расследования не допущено, поскольку в соответствии с ч. 6 ст. 162 УПК РФ при возвращении уголовного дела для производства дополнительного расследования руководитель следственного органа вправе устанавливать срок предварительного следствия в пределах одного месяца со дня поступления уголовного дела к следователю вне зависимости от того, сколько раз оно до этого возобновлялось, прекращалось либо возвращалось для производства предварительного следствия, и вне зависимости от общей продолжительности срока предварительного следствия.

В связи с изложенным, доводы стороны защиты о том, что обвинение ФИО1 было предъявлено в пределах незаконно установленных сроков предварительного следствия, несостоятельны. 

Суд обоснованно, вопреки доводам стороны защиты, отказал в удовлетворении ходатайства об истребовании журнала регистрации материалов об отказе в возбуждении уголовного дела, возвращенных для дополнительной проверки, поскольку законных оснований для этого не имелось.

Доводы стороны защиты о том, что суд не установил источник происхождения видеозаписи с видеорегистратора, несостоятельны, поскольку видеозапись, полученная в рамках доследственной проверки, приобщена к материалам дела рапортом уполномоченного должностного лица.

Вопреки доводам стороны защиты, выводы суда о том, что потерпевший Потерпевший №1 двигался по средней полосе движения, где и произошло дорожно-транспортное происшествие, а также о расположении транспортных средств в момент столкновения и после ДТП, основаны на исследованных доказательствах, в том числе схеме ДТП, видеозаписях, и являются правильными. Поэтому доводы адвоката ФИО16 о том, что необходимо было проверять показания потерпевшего и свидетеля Свидетель №2 экспертным путем; суд возложил на себя полномочия эксперта и без видеотехнической экспертизы привел описание ДТП, искажающее содержание с данными на видеозаписи; потерпевший двигался на автомобиле на полосе движения, предназначенной для движения налево, являются несостоятельными.

В связи с изложенным, также являются несостоятельными доводы ФИО1 о том, что в обвинении не указано по какой полосе движения двигался автомобиль потерпевшего.

Доводы стороны защиты о том, что при отказе стороне защиты в удовлетворении ходатайства о приобщении сведений о многочисленных нарушениях потерпевшим Потерпевший №1 Правил дорожного движения РФ суд указал, что скорость потерпевшего не влияет на доказанность вины подсудимой, тем самым высказал суждение до постановления приговора о виновности подсудимой, несостоятельны, поскольку протокол и аудиозапись судебного заседания суждений председательствующего судьи о виновности ФИО1 при обсуждении ходатайства стороны защиты не содержит.

То обстоятельство, что в постановлении о возбуждении уголовного дела неверно указаны время ДТП и номер дома, возле которого произошло ДТП, а именно «78», вместо «74», и данное обстоятельство указано в постановлении о назначении автотехнической экспертизы от 01.04.2023, как об этом указывает сторона защиты, не влияет на законность приговора, поскольку в соответствии со ст. 140 УПК РФ для принятия решения о возбуждении уголовного дела требуется лишь наличие достаточных данных, указывающих на признаки преступления. Конкретные обстоятельства преступления, в том числе место, время и другие обстоятельства совершения преступления устанавливаются в ходе расследования, что и было сделано по настоящему уголовному делу.

Доводы стороны защиты о том, что суд необоснованно признал недопустимым доказательством заключение эксперта № 952/3-6-24 от 12.08.2024; недопустимыми доказательствами являются более 85 документов, полученных после приостановления уголовного дела 21.09.2023 и 21.01.2024, а также в результате фальсификации постановления о продлении срока предварительного следствия от 20.08.2023, поскольку они получены за пределами сроков предварительного расследования, а также доводы о фальсификации ряда документов, так как имеются исправления в датах, поддельные подписи уполномоченных лиц, отдельные опечатки в постановлениях о продлении срока предварительного следствия, допущенные при напечатании последней цифры года в датах вынесенных документов и, в дальнейшем исправленные на верные, были предметом проверки суда первой инстанции и получили надлежащую оценку. Выводы суда, по которым указанное заключение было признано недопустимым доказательством, а также отвергнуты доводы стороны защиты о недопустимости доказательств, проверены судом апелляционной инстанции и являются правильными. 

Доводы осужденной ФИО1 о том, что сфальсифицированными являются все уведомления от 18.09.2023 (т. 1 л.д. 13), от 18.10.2023 (т. 1 л.д. 17, 18), так как отсутствуют почтовые идентификаторы об отправлении, указаны одни и те же исходящие номера на угловом штампе, а также уведомления направляются адвокату Исаеву А.В., который вступил в дело только 04.11.2023, несостоятельны, поскольку отдельные опечатки в уведомлениях на даты, на исходящие номера, фамилию адвоката Исаева А.В., допущенные при их написании, не свидетельствуют о фальсификации данных уведомлений, и не влияют на выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления.

Фактические обстоятельства совершенных ФИО1 действий судом установлены правильно и изложенные судом выводы в приговоре им соответствуют.

Вопреки доводам стороны защиты, предъявленное ФИО1 обвинение соответствует требованиям ст. 73, 171 УК РФ, права осужденной знать, в чем она обвиняется, не нарушены. Описание в приговоре преступного деяния, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, в том числе места ДТП, соответствует предъявленному ФИО1 обвинению, а корректировка обвинения с учетом фактических обстоятельств, установленных судом и с учетом позиции государственного обвинителя в части изложения содержания п. 13.4 Правил дорожного движения РФ, которое несоответствует описанию данного пункта в обвинительном заключении, не свидетельствует о неясности предъявленного ФИО1 обвинения, на существо обвинения и квалификацию действий осужденной не влияет, и не является нарушением уголовно-процессуального закона, поскольку указанные уточнения внесены с соблюдением требований ст. 252 УПК РФ.

В связи с изложенным, оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ не имеется.

Доводы ФИО1 в суде апелляционной инстанции о том, что свидетель Свидетель №2 в момент ДТП находилась в состоянии опьянения, выводы суда не опровеграют.

Вопреки доводам адвоката Исаева А.В., ссылка суда в приговоре на фототаблицу к протоколу осмотра места совершения административного правонарушения от 06.08.2022, является явной технической ошибкой, которая не влияет на квалификацию содеянного ФИО1

Не устраненных существенных противоречий в исследованных судом доказательствах, требующих их истолкования в пользу осужденной, судом по делу не установлено.

Доводы стороны защиты о том, что виновником ДТП является потерпевший Потерпевший №1, который выехал на полосу движения автомобиля под управлением ФИО1, не установлена траектория движения автомобиля под управлением потерпевшего, и оправдании ФИО1, в полном объеме опровергаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, приведенных выше, которым судом дана обоснованная оценка с точки зрения допустимости, относимости и достоверности, а всем собранным доказательствам в совокупности – достаточности для правильного разрешения уголовного дела. Несогласие стороны защиты с оценкой доказательств, приведенной в приговоре, самостоятельным основанием для его отмены не является.

При назначении ФИО1 наказания суд учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные, характеризующие личность виновной, обстоятельство, смягчающее наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденной и на условия жизни ее семьи. 

Суд в приговоре мотивировал выводы о необходимости назначения ФИО1 основного наказания в виде ограничения свободы и дополнительного наказания на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ. 

Поскольку срок давности привлечения ФИО1 к уголовной ответственности за преступление небольшой тяжести истек, суд правильно освободил ее от наказания в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности. 

Вместе с тем, приговор подлежит изменению на основании п. 3 ст. 389.15 УПК РФ ввиду неправильного применения уголовного закона.

Так, согласно ч. 3 ст. 60 УК РФ при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Как следует из приговора, суд при назначении ФИО1 дополнительного наказания на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ учел последствия совершенного преступления в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшему.

Между тем, причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшему как наступившее последствие образует объективную сторону состава преступления и охватывается диспозицией ч. 1 ст. 264 УК РФ, вследствие чего не может повторно учитываться при назначении наказания. 

В связи с изложенным, указание на учет последствий совершенного преступления подлежит исключению из приговора со смягчением дополнительного наказания.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.26, 389.28 УПК РФ, суд

постановил:

приговор Заводского районного суда г. Орла от 13 февраля 2025 г. в отношении ФИО1 изменить:

- исключить указание на учет при назначении дополнительного наказания последствий совершенного преступления в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшему; 

- смягчить назначенное на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, до 2 лет 4 месяцев;

- освободить ФИО1 от назначенного наказания в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности.

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ. 

Кассационные жалоба, представление, подлежащие рассмотрению в порядке, предусмотренном ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, могут быть поданы в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление на приговор могут быть поданы непосредственно в Первый кассационный суд общей юрисдикции и подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном ст. 401.10 - 401.12 УПК РФ.

Осужденная вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий