дело № 22-1437/2019 г. судья Иванкович А.В.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тверь 13 августа 2019 года

Тверской областной суд в составе председательствующего судьи Ворониной Э.Н.,

при секретаре Яковлевой А.В.,

с участием прокурора Смирновой Т.А.,

адвоката Кулик М.В., 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Кулик М.В. на приговор Кувшиновского районного суда Тверской области от 10 июня 2019 года, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, не судимый, осужден по ч. 1 ст. 264 УК РФ к ограничению свободы на срок 2 года.

Осужденному ФИО1 установлены ограничения и возложена обязанность, перечисленные в приговоре.

Мера пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения - в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Определена судьба вещественных доказательств.

Разрешен гражданский иск потерпевшего. С ФИО1 в пользу ФИО взыскана компенсация морального вреда в сумме 350 000 рублей, в удовлетворении гражданского иска о взыскании компенсации морального вреда в остальной части отказано.

Заслушав доклад председательствующего, осужденного ФИО1 и его защитника, поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора, полагавшего приговор оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным в том, что являясь лицом, управляющим автомобилем, нарушил правила дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Преступление совершено при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

В судебном заседании ФИО1 вину в инкриминируемом ему преступлении не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Кулик М.В., выражая несогласие с приговором суда, ставит вопрос об его отмене, мотивируя следующим.

07 августа 2018 года около 18 часов 20 минут на 15 километре200 метров автодороги В. Волочек-Есиновичи Кувшиновского района водитель ФИО, управляя автомобилем ВАЗ-21213, не выбрал безопасную скорость движения, не справился с управлением, выехал на полосу встречного движения и совершил столкновение с движущимся во встречном направлении по своей полосе движения автомобилем Опель Астра под управлением водителя ФИО1

В рамках административного дела были направлены на судебно-медицинское обследование ФИО и ФИО1 Однако, эксперт провел обследование без их участия.

14 октября 2018 года вынесено постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении. По административному материалу было установлено, что на полосу встречного движения выехал водитель автомобиля ВАЗ-21213 ФИО

03 декабря 2018 года по настоящему уголовному делу назначены судебно-медицинские экспертизы. В распоряжение эксперта представлены копии актов медицинского обследования ФИО № от 08 октября 2018 года и ФИО1 № от 05 октября 2018 года. 

При исполнении актов судебно-медицинского обследования эксперту не разъяснены права и обязанности по ст. 57 УПК РФ и он не предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ.

При проведении судебно-медицинской экспертизы эксперту не были представлены истории болезни из БСМП г. Твери на имя ФИО и ФИО1, истории болезни из Кувшиновской ЦРБ, куда первоначально с места ДТП они были доставлены, где было записано исходил ли от них запах алкоголя, какие медицинские препараты были введены. 

На основании инструкции приказа Минздрава № 308 от 27 января 2006 года № 40 и Приказа Минздрава РФ от 18 декабря 2015 № 933Н у ФИО и ФИО1 врач обязан был сделать забор крови для определения состояния алкогольного опьянения.

ФИО1 в своих показаниях утверждает, что он и ФИО лежали в одной палате в реанимации больнице БСМП г. Твери, и к ФИО два раза подходил врач и спрашивал, какие спиртные напитки он употреблял. У ФИО1 на СКТ органов грудной полости выявлены КТ-признаки грыжи левого купола диафрагмы и разрыв левого купола диафрагмы. Однако разрыв левого купола диафрагмы при определении степени тяжести телесных повреждений экспертом не учитывался.

В удовлетворении ходатайства стороны защиты о проведении повторных судебно-медицинских экспертиз ФИО и ФИО1 судом было отказано.

Согласно протоколу осмотра места ДТП у автомобиля ВАЗ-21213 тормозило только одно колесо. Для установления технического состояния данного автомобиля на момент ДТП ходатайствовали о проведении технической экспертизы, в чем судом было также отказано.

Данный отказ в проведении судебно-технической экспертизы не обоснован по следующим основаниям:

- после ДТП техническое состояние транспортных средств проверил инспектор полиции ГИБДД, который определил, что на данный момент техническое состояние транспортных средств проверить не представляется возможным, потому что автомобили при столкновении получили технические повреждения.

- автомобили ВАЗ и Опель могут осмотреть специалисты автотехники, которые определят тормозные колодки изношены или нет, можно ли эксплуатировать автомобиль ВАЗ, при этой изношенности или нет. 

- в автомобиле ВАЗ имеются и другие агрегаты, которые влияют как на тормозную систему автомобиля, так и на управление данного автомобиля.

- только технической экспертизой можно определить находился ли автомобиль в момент ДТП в исправном состоянии или нет, если находился в не исправном состоянии, то когда эти неисправности возникли в момент ДТП, в момент эксплуатации, или это заводской брак.

- ссылка суда, что автомобиль ВАЗ хранится на открытом воздухе более полугода, не состоятелен, так как автомобиль находится в неподвижном состоянии и даже если кто либо вскрывал или заменял какие либо детали после ДТП, это сразу будет видно, что стоят новые делали, так как смазка деталей нарушена и т.д.

13 мая 2019 года судом вынесено постановление о проведении дорожно-транспортной экспертизы, в котором указано, что водитель ФИО1, управляя автомобилем "Опель-Астра", двигаясь по а/д Кувшиново-Есиновичи-В.Волочек, в сторону г. Кувшиново, в нарушении п.п. 1.3,1.4,1.5, 9.1, 9.7,10.1 ПДД РФ выехал на полосу встречного движения и совершил столкновение с а/м ВАЗ-21213, причинив водителю ФИО телесные повреждения, которые расцениваются как тяжкий вред здоровью.

Возникает вопрос: для чего Кувшиновский суд назначал проведение данной экспертизы, если и до ее назначения, суд в своем постановлении установил, что в нарушении ППД ФИО1 выехал на полосу встречного движения.

Стороной защиты было заявлено ходатайство о проведении повторной дорожно-транспортной экспертизы, в связи с тем, что при составлении ранее проведенных экспертных заключений были нарушены методические рекомендации по проведению данных видов экспертных исследований, кроме того в ходе предварительного следствия не установлены все необходимые обстоятельства ДТП.

В заключении эксперта № от 05 июня 2019 года указано, что при проведении экспертизы исходные данные взяты из постановления о назначении экспертизы, т.е. из постановления Кувшиновского суда.

Согласно положений ч. 4 ст. 57 УПК РФ и ст. 16 Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" эксперт не вправе самостоятельно собирать материалы для экспертного исследования.

Считает, что если были бы перед экспертом поставлены объективные вопросы, результат был бы совершенно другой.

Обращает внимание, что они ходатайствовали о проведении повторной комиссионной комплексной трасолого-автотехнической экспертизы. В ходатайстве на разрешение экспертов поставили конкретные, объективные вопросы.

Предложенные ими вопросы были поставлены с учетом следующих показаний:

- ФИО1 пояснил, что на полосу его движения выехал а/м марки Нива, т.е. встречную для него и левым углом переднего бампера совершил столкновение с передним левым колесом его автомобиля, в результате чего его автомобиль вынесло в правый кювет по ходу его движения. Он понял, что водитель автомобиля Нива на закруглении дороги влево своего движения зацепил обочину с правой стороны, в результате чего не справился с управлением, и его вынесло на его полосу движения, по техническим повреждениям передний бампер его автомобиля целый, имеются повреждения только от съезда в кювет. Вину в происшедшем ДТП он не признает, так как он не выезжал на полосу встречного движения, ехал со скоростью 80-90 км/час и если бы он выехал на полосу встречного движения, то автомобиль ВАЗ улетел бы в кювет по ходу его движения, а так его развернуло и а/м ВАЗ остался стоять на своей полосе движения. Из-под передней части а/м ВАЗ сочился бензин и на месте происшествия этот след начинался на его полосе движения, след впоследствии водители засыпали песком, чтобы не произошло возгорание а/м ВАЗ, так как на месте были курящие люди. В момент столкновения асфальт был сухой, а потом пошел дождь, то есть на момент приезда сотрудников полиции асфальт уже был мокрый. Он был пристегнут ремнем безопасности. Осыпь грязи, которая находилась на его полосе движения после столкновения, была разметена проезжими машинами как в одну, так и в другую сторону. Данные показания соответствуют протоколу осмотра места происшествия.

- Инспектор ДПС ФИО2 в судебном заседании показал, что составлял схему ДТП. На правой полосе, по ходу в сторону Есиновичи, находился одинарный тормозной след от автомобиля ВАЗ, который находится на асфальте не более метра от обочины, длинной 9 м 40 см и оканчивался в 1 м 10 см от центра проезжей части. 

- Госинспектор ДНО ГИБДД МО МВД России ФИО3 в судебном заседании пояснил, что составлял протокол осмотра места дорожно-транспортного происшествия, на месте ДТП они определили, что водитель автомобиля ВАЗ-21213 выехал на полосу встречного движения и совершил столкновение с автомобилем Опель-Астра.

- При допросе в качестве потерпевшего ФИО пояснил, что увидев, как навстречу едет автомобиль, он начал притормаживать и принимать вправо к обочине. Ехал он в тот момент со скоростью 40-50 км/час. В тот момент, когда произошло ДТП, асфальт был сухой. Встречный автомобиль выехал на полосу встречного движения за 100-200 метров.

- Свидетель ФИО4 в судебном заседании пояснил, что ехал с ФИО домой, проехав от знака населенного пункта "Ферково" метров за 100-130, увидел, что нам навстречу ехал автомобиль марки Опель, он следовал по их полосе движения. ФИО11 пытался принять меры и уйти от столкновения, он притормаживал, уходя вправо.

Показания ФИО и ФИО4 опровергаются протоколом осмотра места ДТП, согласно которому на проезжей части имеется одинарный тормозной след, который идет от правой обочины, по ходу движения автомобиля ВАЗ, под управлением ФИО, к встречной полосе, разделяющей встречные потоки транспорта, но не как к правой обочине, по ходу а/м ВАЗ.

В заключении эксперта № от 05 июня 2019 года, указано, что определить действительную величину скорости а/м ВАЗ и а/м Опель, непосредственно перед столкновением не представляется возможным. В заданной дорожной ситуации определенно, что а/м ВАЗ, перед происшествием (торможением) двигался со скоростью не менее 45 км/час. 

Эксперт при помощи программы смодулировал схему места ДТП, где указал одинарный прямолинейный тормозной след.

Считает, что данная смодулированная схема является ошибочной, так как на схеме места ДТП тормозной след длинной 9,4 м и начинается этот тормозной след не более метра от правой обочины, по ходу движения а/м ВАЗ и заканчивается в 1 м 10 см от прерывистой линии продольной разметки, разделяющей встречные потоки транспорта, то есть след идет от со стороны правой обочины, в сторону центра проезжей части.

В схеме места ДТП, под номером 4, указан след юза. След юза, обозначенный отметкой на рис 1, может быть оставлен только поврежденным и нагруженным при столкновении передним левым колесом автомобиля Опель.

Данные утверждения эксперта опровергаются самим экспертом и схемой дорожно-транспортного происшествия. Согласно схемы ДТП ширина проезжей части автодороги разделена прерывистой линией продольной разметки. В каждом направлении движения, ширина проезжей части равна 3 метрам 10 сантиметрам. Эксперт утверждает, что след юза от автомобиля Опель расположен на расстоянии 3-4 метра. Если три метра, то выходит, что автомобиль Опель был на своей полосе. Четыре метра, значит автомобиль Опель выехал на просу встречного движения.

Это утверждение эксперта опровергается техническими повреждениями автомобиля ВАЗ и автомобиля Опель.

На правой полосе, по ходу движения автомобиля ВАЗ, имеется след от автомобиля, который имеет дугообразную форму и начинается в 80 см от правой обочины длинной 1,1 м (закругление справа налево) и оканчивается в 1 м 90 см от правой обочины, по ходу движения а/м ВАЗ. Данный дугообразный сред протектора автомобиля прерывается и возобновляется перед прерывистой линией продольной разметки, разделяющая встречные потоки транспорта. Начинается дугообразный сред на правой полосе по ходу движения а/м ВАЗ, в 30 см от прерывистой линии продольной разметки и заканчивается на правой полосе, по ходу движения а/м ВАЗ, в 24 см и прерывистой линии продольной разметки, в направлении правой обочине, по ходу движения а/м ВАЗ.

Если бы эти следы протектора шин образовались на проезжей части от а/м Опель, то они должны были бы быть образованы не справа налево, а наоборот слева направо. 

Далее материалами дела установлено, что автомобиль ВАЗ от столкновения развернулся в обратную сторону, в сторону Кувшиново. Следовательно, все осколки стекл, грязи должны были быть сзади автомобиля ВАЗ, стоящего после ДТП в направлении Кувшиново. Никаких следов, осколков краски, пластмассы, и других деталей сзади стоящего автомобиля ВАЗ (после ДТП) нет.

Если бы автомобиль Опель действительно двигался в направлении встречной полосы движения, то его осколки и фрагменты неминуемо продолжали бы движение после столкновения в том же направлении, за исключением небольшой части, которые могли изменить свое направление в результате удара в процессе движения об автомобиль ВАЗ. Однако на фотографиях с места ДТП ни одного осколка на полосе движения автомобиля ВАЗ по ходу движения автомобиля Опель не усматривается. Все осколки находятся на полосе движения автомобиля Опель, что категорично указывает на то, в каком направлении перемещались не только осколки, но и сам автомобиль Опель.

Кроме того, наличие следа юза автомобиля ВАЗ, его направление явно указывало на то, что автомобиль двигался в направлении встречной полосы движения. Если бы не случилось столкновения с автомобилем Опель, то автомобиль ВАЗ так и продолжил бы движение в данном направлении и совершил бы выезд за пределы своей для него границы проезжей части, в левый кювет.

В возражениях на апелляционную жалобу потерпевший ФИО указывает на законность и обоснованность постановленного приговора и отсутствии оснований для удовлетворения жалобы, поскольку он был трезв, вопрос врача состоял в выяснении употребления не спиртных напитков, а лекарственных препаратов, так как у него диабет. Заключение № от 09 августа 2018 года, находящееся в материалах дела, также подтверждает, что в его крови этиловый спирт не обнаружен. Никаких документов, подтверждающих, что ФИО1 находился в больнице БСМП г. Твери в тяжелом состоянии и до настоящего времени чувствует себя плохо, а также фиксирующих конкретные телесные повреждения, предоставлено в суд не было. В то время как его телесные повреждения зафиксированы и подтверждены медицинскими документами.

Доводы адвоката, что при проведении повторной экспертизы судебным экспертом ФИО5 были нарушены положения ч. 4 ст. 57 УПК РФ и ст. 16 Федерального закона РФ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", считает несостоятельными.

Осужденный утверждает, что бампер его автомобиля Опель после столкновения остался целым, однако в ходе судебного разбирательства были предоставлены фотографии, подтверждающие, что бампер его автомобиля сильно поврежден, а ФИО1 дает ложные показания.

Считает, что адвокат не согласен с результатами проведенной экспертной экспертизы и излагает свое субъективное мнение относительно произошедшего ДТП, хотя не имеет для этого необходимого образования и квалификации. Никаких объективных данных, подтверждающих указанную версию ДТП, в суд предоставлено не было. 

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Рузаев О.Н. указывает на законность и обоснованность постановленного в отношении ФИО1 обвинительного приговора и отсутствии оснований для удовлетворения жалобы защитника. 

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, выслушав участников процесса, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Суд первой инстанции, правильно установив фактические обстоятельства дела, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, обоснованно постановил в отношении ФИО1 обвинительный приговор.

Его вина в совершении преступления, несмотря на занятую ими позицию, подтверждается совокупностью исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств, содержание которых подробно приведено в приговоре, а именно: 

- показаниями потерпевшего ФИО об обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия, согласно которым навстречу ехала автомашина Опель, момент столкновения плохо помнит, удар пришелся на левую часть его автомобиля;

- показаниями свидетеля ФИО4 - непосредственного очевидца произошедшего, который пояснил, что он ехал вместе с ФИО, им навстречу ехал автомобиль Опель, который следовал по их полосе движения, ФИО пытался принять меры и уйти от столкновения, притормаживал, уходил вправо, но ничего не вышло, столкновение произошло, от удара их машину развернуло, ФИО на момент ДТП был трезв;

- показаниями свидетелей ФИО3 и ФИО6 - сотрудников полиции, которые выезжали на место ДТП и производили его оформление;

- показаниями свидетелей ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, присутствующих на месте происшествия;

- протоколом осмотра места происшествия, схемой, фототаблицей с зафиксированной в них обстановкой дорожно-транспортного происшествия;

- вещественными доказательствами;

- фотографическими снимками места ДТП;

- заключениями № и № от 09 августа 2018 года, из которых следует, что в крови ФИО1 и ФИО этиловый спирт не обнаружен;

- заключением эксперта № от 07 декабря 2018 года о характере и степени тяжести телесных повреждений, полученных потерпевшими в результате ДТП;

- заключениями экспертов № от 17 января 2019 года и № от 05 июня 2019 года, которыми установлен механизм дорожно-транспортного происшествия и место столкновения транспортных средств.

Показаниям допрошенных лиц, а также письменным доказательствам в приговоре дана оценка, которая, по мнению апелляционной инстанции, является правильной, основанной на всестороннем анализе материалов уголовного дела. Суд привел полное обоснование своих выводов о признании допустимыми доказательства, на основании которых был постановлен приговор. 

Заключения экспертов полностью отвечают требованиям ст. 204 УПК РФ, в них указаны содержание и результаты исследований, изложены методики, в соответствии с которыми они проводились, а также окончательные выводы, которые согласуются между собой и взаимодополняют друг друга. Экспертные исследования проведены квалифицированными экспертами, имеющими соответствующее образование, опыт и стаж работы в области экспертной деятельности, они предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомого ложного заключения, их выводы аргументированы, научно обоснованы и не содержат противоречий. 

Так согласно результатам экспертных исследований, столкновение транспортных средств происходило на полосе движения автомобиля ВАЗ, являющейся для направления движения автомобиля Опель - встречной; в указанной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля Опель имел техническую возможность предотвратить ДТП, в том числе с учетом состояния дороги, ее обустройства и других особенностей путем своевременно и полного выполнения требований ПДД; с технической точки зрения непосредственной причиной данного ДТП, явились действия водителя автомобиля Опель ФИО1, не соответствующие требования ПДД РФ. При этом в заданной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля ВАЗ не имел технической возможности предотвратить происшествие (встречное столкновение ТС).

Данные заключения обоснованно приняты во внимание судом и положены в основу приговора наряду с другими доказательствами. Оснований ставить под сомнение выводы экспертов, суд апелляционной инстанции не усматривает, в связи с чем, доводы жалобы адвоката, направленные на переоценку имеющихся в деле доказательств, к чему оснований не имеется, подлежат отклонению.

Выводы суда о том, что нарушение водителем ФИО1 ПДД РФ находится в причинно-следственной связи со столкновением с автомобилем ВАЗ, и как следствие, с причинением по неосторожности тяжкого вреда здоровью потерпевшему ФИО в приговоре мотивированы и являются правильными.

Характер и степень тяжести телесных повреждений, имеющихся у потерпевшего, установлены проведенной судебно-медицинской экспертизой, выводы которой основаны, в том числе на результатах медицинского обследования (акт № от 08 октября 2018 года). При направлении на судебно-медицинское обследование в распоряжение эксперта предоставлялась медицинская карта стационарного больного ФИО, вопреки утверждению адвоката, непосредственно сам потерпевший на обследование не направлялся. Надлежащих доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, ни суду первой, ни апелляционной инстанций не представлено и в апелляционной жалобе адвоката не приведено.

Доводы защитника, касающиеся установления факта алкогольного опьянения у потерпевшего, являются несостоятельными, поскольку согласно выводам заключения № (выписки из акта судебно-химического исследования) от 09 августа 2018 года (т. 1 л.д. 26) этиловый спирт в крови ФИО не обнаружен.

Наличие телесных повреждений у ФИО1 и степень их тяжести, на что также обращает внимание адвокат в своей жалобе, не влияют на доказанность вины осужденного в совершенном преступлении и квалификацию его преступных действий.

Таким образом, апелляционная инстанция приходит к выводу, что в ходе судебного разбирательства получена совокупность достаточных доказательств, изобличающих ФИО1 в совершении преступления, в котором он обвиняется. Принятые судом решения по оценке доказательств, не находящихся в противоречии по отношению друг другу, основаны на законе и материалах дела. Приговор соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ, каких-либо предположения и не устраненные судом противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, по делу отсутствуют.

Судом первой инстанции были созданы равные условия сторонам для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав, судебное разбирательство проведено с соблюдением принципов состязательности, полноты, объективности исследования фактических обстоятельств уголовного дела, все заявленные ходатайства разрешены согласно требованиям ст. 271 УПК РФ, необоснованных отказов осужденному и его защитнику в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено. 

Иные доводы апелляционной жалобы, в том числе о недоказанности вины, несогласии с оценкой доказательств, не содержат каких-либо новых фактических данных, не учтенных судом при рассмотрении дела, свидетельствовавших о незаконности и необоснованности постановленного приговора, не опровергают суждения и выводы суда, приведенные в решении.

Признав вину осужденного полностью доказанной, суд первой инстанции правильно квалифицировал его действия по ч. 1 ст. 264 УК РФ.

Определяя вид и размер наказания, назначенного ФИО1, суд наряду с характером и степенью общественной опасности содеянного, учел данные о его личности, возраст, трудоспособность, состояние здоровья, семейное и имущественное положение, обстоятельства смягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

При изучении личности ФИО1 установлено, что он не судим, в браке не состоит, на учете у психиатра и нарколога не состоит, по месту жительства и службы характеризуется положительно.

К смягчающим обстоятельствам суд отнес совершение преступления небольшой тяжести впервые.

Отягчающих обстоятельств по делу не установлено.

При этом суд пришел к правильному выводу о необходимости назначения ФИО1 наказания в виде ограничения свободы с установлением в соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ ряда ограничений и обязанности, которые соответствуют требованиям уголовного закона и не оспаривается сторонами.

Судом учтены все заслуживающие внимания обстоятельства, данные о личности осужденного, которые полно исследовались в судебном заседании и получили объективную оценку, в связи с чем, оснований для снижения срока назначенного наказания не имеется.

Иных данных, характеризующих виновного и смягчающих его наказание, которые не были известны суду, апелляционной инстанцией не установлено. 

Гражданский иск потерпевшей стороны разрешен судом правильно, с учетом положений ст.ст. 151, 1100, 1101 ГК РФ, требований разумности и справедливости, исходя из степени причиненных потерпевшему нравственных и физических страданий, связанных с получением тяжкого вреда здоровью.

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, в том числе по доводам апелляционной жалобы, по делу не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 38913, 38920 и 38928 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Кувшиновского районного суда Тверской области от 10 июня 2019 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Кулик М.В. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Тверской областной суд в порядке главы 471 УПК РФ.

Председательствующий Э.Н. Воронина