Дело № 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

22 сентября 2017 года

Пермский районный суд Пермского края в составе: 

Председательствующего судьи Казакова М.В. 

С участием истца ФИО1, представителя истцов ФИО2 (по доверенности, ходатайству), ответчика ФИО4, представителя ответчика ФИО5 (по ордеру), 

При секретаре Ожгибесовой К.В., рассмотрев в открытом судебном заседании исковое заявление ФИО1, ФИО6 к администрации Кукуштанского сельского поселения, ФИО4 о признании права собственности на жилой дом и земельный участок, 

установил:

ФИО6, ФИО1 обратились в суд с исковым заявлением к администрации Кукуштанского сельского поселения, ФГУП "НПО "Микроген" о признании права собственности на жилой дом по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес> и земельный участок под домом площадью 642 кв.м. в силу приобретательной давности. 

В обоснование заявленных требований указано, что ФИО6 с 1943 года по настоящее время добросовестно, открыто и непрерывно владеет и пользуется жилым домом площадью 14 кв.м. В настоящее время адрес жилого дома: 

<

адрес>, 

<

адрес>, ранее адреса дома были 

<

адрес> и 

<

адрес>. В период с ДД.ММ.ГГГГ года до ДД.ММ.ГГГГ года данным домом и участком под ним владел дед и отец заявителей ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, которому дом был предоставлен для постоянного проживания по месту работы – подсобное хозяйство психбольницы. При жизни ФИО3 и после его смерти ДД.ММ.ГГГГ заявители владели имуществом как своим собственным. При этом ФИО6 является правопреемником после смерти своего отца ФИО3 Заявители обрабатывали земельный участок, поддерживали жилой дом в пригодном для проживания состоянии, оплачивали электрическую энергию. В квитанциях адрес дома указан Байболовка, 14а. Когда и по какой причине менялся адрес дома, не известно. В соответствии с актом от ДД.ММ.ГГГГ адрес дома указан 

<

адрес>, при этом указано, что "хозяин дома умер, а его дочь находится в Перми". В сентября ДД.ММ.ГГГГ года заявителям пришло уведомление об освобождении дома по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, в ноябре-декабре стало известно о том, что дом перешел в собственность муниципального образования "Кукуштанское сельское поселение" (том 1 л.д. 3-5, 25-28, 53-55). 

Решением Пермского районного суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 118-123, 179-180) в удовлетворении исковых требований ФИО1 и ФИО6 отказано. 

Определением судебной коллегии по гражданским делам Пермского краевого суда от ДД.ММ.ГГГГ (том 2 л.д. 39-41) решение Пермского районного суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ отменено по вновь открывшимся обстоятельствам. 

Определением судьи Пермского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ (том 2 л.д. 125) к производству суда принято уточненное исковое заявление (том 2 л.д. 121-124), в соответствии с которым дополнительно заявлены требования о признании недействительными договора социального найма с ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ и договора безвозмездной передачи квартиры в собственность ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ, признании за ФИО6 права собственности на дом по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес> в порядке приобретательной давности. Иск заявлен только ФИО6 и к ответчикам администрации Кукуштанского сельского поселения и ФИО4, Управление Росреестра по Пермскому краю и ФГУП "НПО "Микроген" указаны в качестве третьих лиц. 

Определением судьи Пермского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ (том 2 л.д. 178) к производству суда принято уточненное исковое заявление (том 2 л.д. 174-177), в соответствии с которым истцы ФИО1 и ФИО6 просят признать отсутствующим право собственности ФИО4 на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>, д. 

<

адрес>, признать за истцами право на приватизацию и право собственности на указанные жилой дом и земельный участок. Иск заявлен к ответчику ФИО4, администрация Кукуштанского сельского поселения, Управление Росреестра по Пермскому краю и ФГУП "НПО "Микроген" указаны в качестве третьих лиц. 

Истец ФИО6 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом. 

В судебном заседании истец ФИО1, представитель истцов ФИО2 поддержали доводы искового заявления, просили их удовлетворить. Пояснили, что настаивают на требованиях о признании права собственности на дом в порядке приватизации, в связи с этим настаивают на признании недействительными договоров социального найма и приватизации. 

Ответчик ФИО4, его представитель ФИО5 в судебном заседании просили в удовлетворении исковых требований отказать. 

Представитель ФГУП "НПО "Микроген" в судебном заседании не присутствовал, о слушании дела извещен, ранее в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ подробно пояснял, при каких обстоятельствах спорный дом по адресу: 

<

адрес> поступил в муниципальную собственность, при этом пояснял, что ФИО3 жилой дом был предоставлен на условиях найма, ФИО3 мог дом приватизировать, однако своими правами не воспользовался. Отзыв на исковое заявление ФГУП "НПО "Микроген" представлен в материалы дела (том 1 л.д. 74-75, том 2 л.д. 139-140). 

Представитель Администрации Кукуштанского сельского поселения в судебном заседании не присутствовал, представил заявление о рассмотрении дела без его участия, письменный отзыв представлен в материалы дела (том 2 л.д. 67-68, 184-187). 

Представитель Управления Росреестра по Пермскому краю в судебном заседании также не присутствовал, о слушании дела извещен, представил заявление о рассмотрении дела без его участия, письменный отзыв представлен в материалы дела (том 1 л.д. 113, том 2 л.д. 96-98, 117-118, 170-172). 

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, их представителей, показания свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему. 

В соответствии с ч. 2 ст. 35 Конституции Российской Федерации каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами. 

Согласно ст. 219 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) право собственности на здания, сооружения и другое вновь создаваемое недвижимое имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает с момента такой регистрации. 

В силу ч. 1 ст. 131 ГК РФ право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней. 

Согласно ч. 3 ст. 1 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" (далее Закон о регистрации) государственная регистрация прав на недвижимое имущество - юридический акт признания и подтверждения возникновения, изменения, перехода, прекращения права определенного лица на недвижимое имущество или ограничения такого права и обременения недвижимого имущества (далее - государственная регистрация прав). 

В соответствии с ч. 6 ст. 1 Закона о регистрации, государственной регистрации подлежат право собственности и другие вещные права на недвижимое имущество и сделки с ним в соответствии со статьями 130, 131, 132, 133.1 и 164 Гражданского кодекса Российской Федерации. В случаях, установленных федеральным законом, государственной регистрации подлежат возникающие, в том числе на основании договора, либо акта органа государственной власти, либо акта органа местного самоуправления, ограничения прав и обременения недвижимого имущества, в частности сервитут, ипотека, доверительное управление, аренда, наем жилого помещения. 

Зарегистрированное в Едином государственном реестре недвижимости право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке (ч. 5 ст. 1 Закона о регистрации). 

В соответствии со ст. 1 Закона РФ от 4 июля 1991 г. № 1541-1 "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" (Далее - Закон о приватизации) приватизация жилых помещений - бесплатная передача в собственность граждан Российской Федерации на добровольной основе занимаемых ими жилых помещений в государственном и муниципальном жилищном фонде, а для граждан Российской Федерации, забронировавших занимаемые жилые помещения, - по месту бронирования жилых помещений. 

Согласно ст. 2 Закона о приватизации граждане Российской Федерации, имеющие право пользования жилыми помещениями государственного или муниципального жилищного фонда на условиях социального найма, вправе приобрести их на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, в общую собственность либо в собственность одного лица, в том числе несовершеннолетнего, с согласия всех имеющих право на приватизацию данных жилых помещений совершеннолетних лиц и несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет. 

В соответствии с положениями ст. 6 Закона о приватизации передача в собственность граждан жилых помещений осуществляется: соответствующим Советом народных депутатов или его исполнительным органом; предприятием, за которым закреплен жилищный фонд на праве полного хозяйственного ведения; учреждением, в оперативное управление которого передан жилищный фонд. 

Согласно ст. 7 вышеназванного Закона передача жилья в собственность граждан оформляется договором передачи, заключаемым местной администрацией, предприятием, учреждением с гражданином, получающим жилое помещение в собственность в порядке, установленном соответствующим Советом народных депутатов. При этом нотариального удостоверения договора передачи не требуется и государственная пошлина не взимается. Право собственности на приобретенное жилье возникает с момента государственной регистрации права в едином государственном реестре учреждениями юстиции. 

В соответствии со ст. 11 вышеуказанного Закона, каждый гражданин имеет право на приобретение в собственность бесплатно в порядке приватизации жилого помещения в государственном и муниципальном жилищном фонде социального использования один раз. 

Согласно разъяснениям, данным в п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 августа 1993 года № 8 "О некоторых вопросах применения судами Закона Российской Федерации "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации", в случае возникновения спора по поводу правомерности договора передачи жилого помещения, в том числе и в собственность одного из его пользователей, этот договор, а также свидетельство о праве собственности по требованию заинтересованных лиц могут быть признаны судом недействительными по основаниям, установленным гражданским законодательством для признания сделки недействительной. 

В силу п. 1 ст. 166, п. п. 1, 2 ст. 167, п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. 

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с п. 1 ст. 234 ГК РФ лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность). 

Право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у лица, приобретшего это имущество в силу приобретательной давности, с момента такой регистрации. 

Согласно разъяснениям, приведенным в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", при разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать следующее: давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности; владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. По этой причине статья 234 ГК РФ не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.). 

Согласно ч. 2 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица. 

В судебном заседании установлено, что ФИО27 (урожденная ФИО26) ФИО8 является дочерью ФИО3, умершего ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 6, 7, 15). ФИО1 является дочерью ФИО6 (том 1 л.д. 30, 31). 

ФИО3 работал в подсобном хозяйстве "Байболовка", в том числе в ДД.ММ.ГГГГ году, в ДД.ММ.ГГГГ году и в ДД.ММ.ГГГГ году (том 1 л.д. 103). Это же следует из трудовой книжки ФИО3 (том 1 л.д. 192-193). 

Из переписки Главного врача ГУЗ ПОКПБ № с директором НПО "Биомед" следует, что в жилом одноквартирном 

<

адрес> года ввода в эксплуатацию по адресу: 

<

адрес>, д. Байболовка, 

<

адрес> проживал ФИО3, тогда как семья ФИО4 проживала в жилом доме по адресу: 

<

адрес>, д. Байболовка, 

<

адрес> (том 1 л.д. 97-102). В доме по адресу: 

<

адрес> проживала семья ФИО15 с 1985 года. Это же следует из похозяйственной книги (том 1 л.д. 211-212). Согласно сведениям из похозяйственных книг за период с ДД.ММ.ГГГГ года в 

<

адрес> с семьей женой ФИО21, дочерью ФИО22 и другими проживал ФИО3, однако номер дома не указан (том 1 л.д. 213-225). Это же следует из возражений администрации Кукуштанского сельского поселения от ДД.ММ.ГГГГ № (том 2 л.д. 1-2)

В соответствии с распоряжением Областного комитета по управлению имуществом от ДД.ММ.ГГГГ №-р и на основании акта приема-передачи государственного имущества в хозяйственное ведение от ДД.ММ.ГГГГ за научно-производственным объединением "Биомед" закреплено имущество, в том числе жилой дом по 

<

адрес>, одноквартирный, год ввода в эксплуатацию 1951 (том 1 л.д. 76, 77-83). 

Аналогичные данные зафиксированы в свидетельстве о государственной регистрации права (том 1 л.д. 91). 

По акту о приеме-передаче здания (сооружения) от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 92-94) спорный дом передан филиалу ФГУП НПО "Микроген" МЗ РФ "Пермское НПО "Биомед". На основании указанного акта и распоряжения Министерства имущественных отношений Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-р зарегистрировано право хозяйственного ведения на спорный дом за ФГУП НПО "Микроген", что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 95). 

В соответствии с распоряжением от ДД.ММ.ГГГГ № спорный дом безвозмездно передан из федеральной собственности в собственность Пермского муниципального района (том 1 л.д. 104-112). 

Согласно свидетельству о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 11), на жилой дом, назначение: жилое, 1-этажный, общая площадь 14 кв.м., инв. №, лит. А, а, Г, Г-1, по адресу: 

<

адрес>, д

<

адрес> 

<

адрес> зарегистрировано право собственности за муниципальным образованием "Кукуштанское сельское поселение" на основании акта приема-передачи имущества, находящегося в федеральной собственности и составляющего имущество Российской Федерации, в собственность муниципального образования, а также на основании Распоряжения Главы Кукуштанского сельского поселения от ДД.ММ.ГГГГ № (том 1 л.д.11). 

ДД.ММ.ГГГГ между администрацией Кукуштанского сельского поселения и ФИО4 заключен договор социального найма жилого помещения, по условиям которого дом по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, передан в пользование ФИО4 (том 1 л.д. 34-35). 

Письмом от ДД.ММ.ГГГГ № администрация Кукуштанского сельского поселения уведомила ФИО1 о необходимости освободить жилой дом в 

<

адрес>, 

<

адрес> до ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 10). 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обращалась к Главе Кукуштанского сельского поселения с просьбой выдать ей справку-выписку из похозяйственной книги в отношении дома по 

<

адрес> в 

<

адрес>, при этом указывала, что является внучкой ФИО3, который проживал в доме, номер дома отсутствует, в квитанциях об оплате коммунальных платежей адрес "14а". Также просила выдать справку о присвоении номера дому. Однако в предоставлении документов ФИО1 было отказано (том 1 л.д. 32, 33). 

Согласно техническому паспорту домовладения и техническому паспорту здания (строения) № по 

<

адрес> по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 84-90), инвентарный номер домовладения 413, лит. А, состав домовладения: лит. А жилой дом, а1 холодный пристрой, Г навес, Г1 туалет, общая площадь 14 кв.м., год постройки 1951, износ 56%, материал стен деревянные, материал кровли рубероид. Эти же данные зафиксированы в инвентарной карточке учета объекта основных средств (том 1 л.д. 96). 

Согласно техническому паспорту домовладения и техническому паспорту здания (строения) № по 

<

адрес> по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ инвентарный номер домовладения 412, состав домовладения: лит. А жилой дом, а 1 холодный пристрой, а 2 холодный пристрой, общая площадь 32,7 кв.м., год постройки не указан, износ 33 %, перекрытия деревянные, материал кровли шиферная, стропила деревянные (том 1 л.д. 226-239). 

В соответствии с кадастровым паспортом здания от ДД.ММ.ГГГГ, данное здание представляет собой индивидуальный жилой дом по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, лит. А, площадь 14 кв.м., количество этажей – 1, год ввода в эксплуатацию – 1951, кадастровый №, ранее присвоенный учетный номер – 5673 (том 1 л.д. 8-9). 

Согласно акту технического состояния жилого 

<

адрес> (том 1 л.д. 12), год постройки ДД.ММ.ГГГГ, материал стен – деревянные, материал кровли – рубероид, число этажей – 1, общая площадь 14 кв.м., износ на ДД.ММ.ГГГГ – 56%. В акте имеется запись о том, что "хозяин умер, дочь проживает в Перми". 

Согласно справке администрации Кукуштанского сельского поселения от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 13), ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, был зарегистрирован по месту жительства по адресу: д. Байболовка, 

<

адрес> в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Аналогичный адрес регистрации ФИО3 указан в справке Управления Пенсионного фонда в 

<

адрес> (л.д. 14), в справке Кукуштанского поселкового Совета (л.д. 16), в талоне статистического учета к листку прибытия (л.д. 203), страховом медицинском полисе обязательного страхования граждан (л.д. 204). Вместе с тем, домовладение по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес> зарегистрировано на праве собственности за ФИО16, дата регистрации права ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 207). 

Согласно квитанциям об оплате электроэнергии (том 1 л.д. 17-20, 194-199), данные квитанции были адресованы как ФИО6, так и ФИО3, при этом адрес дома указан: д. 

<

адрес> 

<

адрес>. 

Решением Пермского районного суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 выселена из жилого дома по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес> (том 1 л.д. 67-70). Основанием для выселения явился установленный судом факт отсутствия у ФИО1 любых жилищных прав в отношении спорного жилого помещения. Данное решение вступило в законную силу, по вновь открывшимся или новым обстоятельствам не отменено. 

Согласно свидетельству о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ на жилой дом, назначение: жилое, 1-этажный, общая площадь 14 кв.м., инв. №, лит. А, а, Г, Г-1, по адресу: 

<

адрес> зарегистрировано право собственности за ФИО4 на основании договора безвозмездной передачи жилого дома в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 71). 

Согласно показаниям свидетеля ФИО17, истец ФИО6 продолжает пользоваться домом в д.Байболовка, который принадлежал раньше ФИО3, точный номер дома назвать не смог. В этом доме ФИО4 он никогда не видел, он проживал в их деревне по 

<

адрес>, но в другом доме, а затем и вовсе уехал оттуда. 

Свидетель ФИО18 в суде показал, что спорным домовладением всегда пользовались истцы ФИО6 и ФИО1, ФИО4 в этом доме никогда не проживал. В настоящее время истцы используют дом как дачу, в зимнее время там нельзя проживать. Номер дома ему не известен, так как с ним всегда была путаница.

Согласно показаниям свидетеля ФИО19 в спорном жилом доме всю жизнь проживал ФИО3 с супругой ФИО7 Ивановной. В настоящее время дом используют как дачу, а кто именно туда приезжает не знает. Летом видела истцов в доме, чтобы ФИО4 пользовался этим домом, она не видела. ФИО3 всю жизнь проживал в этом доме, никуда из дома не выезжал. Жена ФИО26 умерла рано, он долго жил один. Дочь к ФИО26 приезжала, привозила продукты. После его смерти она продолжала ездить в дом. Когда она приехала в 1956 году в д.Байболовка, ФИО3 уже жил там, на каком основании он был вселен в дом, пояснить не смогла. 

Из показаний свидетеля ФИО20 следует, что она родилась в д. Байболовке, потом уехала жить в Пермь. Знает и ФИО26, и ФИО4. Она постоянно приезжает в деревню, потому что у нее там родственники, все лето живет там. Сколько помнит, ФИО3 всегда проживал в спорном доме, и умер там. В дом всегда ездят дочь и внучка ФИО3 Они дом используют как дачу, постоянно там бывают. С номерами домов произошла путаница, ранее дом был под №. Кто давал ФИО26 этот дом ей не известно. ФИО4 в этом доме никогда не проживал. Участок возделывает ФИО1, этим летом на участок приезжали она, ее муж и внучки. 

Следует отметить, что спорным является дом, право собственности на который зарегистрировано за ответчиком ФИО4, адрес дома - 

<

адрес>, при этом из пояснений самого ответчика следует, что это именно тот дом, в котором проживал ФИО3, после смерти которого данным домом продолжили пользоваться ФИО6 и ФИО1 Также ответчик ФИО4 пояснил суду, что сам он никогда не вселялся в дом, не пользовался им, дом закрыт, летом его используют истцы, в доме хранятся их вещи, в том числе вещи ФИО6 

По данным Управления Росреестра по Пермскому краю, ФИО1 на праве собственности принадлежит жилое помещение по адресу: 

<

адрес>, основание государственной регистрации права - договор безвозмездной передачи квартиры в собственность от ДД.ММ.ГГГГ; ФИО6 принадлежит квартира (доля в праве 1/6) по адресу: 

<

адрес> на основании договора безвозмездной передачи квартиры в долевую собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ №, а также другое недвижимое имущество. В судебном заседании ФИО1 подтвердила, что и она, и ее мать ФИО6 участвовали ранее в приватизации. 

Разрешая исковые требования по существу, суд приходит к следующему: 

Установлено, что ФИО3 проживал в д. Байболовка, при этом проживал всегда по одному и тому же адресу, в одном и том же доме. В этом доме в разное время проживали также и члены его семьи, а именно: супруга ФИО21, дочь ФИО22 Различное написание имени Ира (в похозяйственной книге) и ФИО10 не свидетельствуют о том, что речь идет фактически о разных людях, на что указывала в судебном заседании представитель ответчика. Ира и ФИО10 представляют собой разное написание одного имени, а кроме того у ФИО3 и ФИО21 не было других дочерей, кроме ФИО26 (ФИО27) И.В. Иного суду не доказано. В связи с этим доводы представителя ответчика о разночтениях в именах подлежат отклонению. 

Далее установлено, что дом, в котором проживал ФИО3 вплоть до самой своей смерти, после чего этим же домом продолжили пользоваться истцы - это дом, который в настоящее время в порядке приватизации принадлежит ответчику ФИО4, адрес дома - 

<

адрес>. Такой же адрес дома, в котором проживал ФИО23, указан и в списках домов, находящихся на балансе ФГУП "НПО "Микроген", что следует из переписки с главным врачом психиатрический больницы, на что также указывалось выше. Косвенно это следует из акта технического состояния жилого дома, где имеется запись "хозяин умер, дочь проживает в Перми". Соответственно, разночтения в адресах спорного домовладения, в котором проживал в течение всей своей жизни ФИО3, не могут свидетельствовать о том, что каждый раз в этом случае речь идет о каком-либо ином домовладении. Указание адреса домовладения как 

<

адрес> или 

<

адрес> не свидетельствует о том, что ФИО3 проживал в этих домах, а не в спорном. Прежде всего, сам ответчик подтверждает, что ФИО3 всегда проживал именно в спорном домовладении, об этом же говорили как истцы, так и допрошенные в судебном заседании свидетели. При этом путаница в адресах не может быть поставлена в вину ФИО3 либо его детям и внукам (истцам по делу). В связи с этим также подлежат отклонению доводы ответчиков о том, что невозможно достоверно установить, в каком именно домовладении проживал ФИО3, а также о том, что ФИО3 был зарегистрирован и проживал в ином домовладении, отличном от спорного. Фактические обстоятельства дела, установленные судом, исключают саму возможность существования подобной версии. Кроме того, следует отметить, что ранее представитель ФГУП "НПО "Микроген" подтверждал, что ФИО3 проживал в спорном доме на условиях договора социального найма, при этом имел возможность приватизировать дом, но такой возможностью не воспользовался. 

Также установлено, что после смерти ФИО3 домовладением продолжили пользоваться его дочь ФИО6 и внучка ФИО1, истцы по данному делу, тогда как ответчик ФИО4 никогда с момента приватизации дома и до настоящего времени (уже более 4 лет) ни разу домом не пользовался, не вселялся в него, в доме хранятся вещи истцов, в том числе ФИО6 Это пояснил сам ответчик ФИО4 в ходе разбирательства дела в суде. 

Как указывалось выше, ФИО3 проживал в доме на условиях договора социального найма и имел возможность приватизировать дом. Данное право признавал за ним бывший владелец жилищного фонда. Впоследствии именно таким образом дом был отчужден из муниципальной собственности в частную собственность ФИО4 - путем заключения договора социального найма и последующего заключения договора приватизации. Данный дом является объектом жилищных правоотношений, в том числе объектом правоотношений по поводу социального найма жилья и приватизации. 

Соответственно, определение юридической судьбы дома являлось возможным лишь с учетом жилищных прав всех заинтересованных лиц. 

В частности, как было указано выше, с момента рождения ФИО6 проживала в данном доме, соответственно, имела определенные жилищные права в отношении него. Затем она вновь вселилась в этот дома для ухода за отцом, где и проживала вплоть до смерти отца. После смерти отца она продолжила использовать дом, в том числе как дачу. Вместе с тем, использование дома в качестве дачи, по сути, указывает лишь на способ использования и те полезные свойства, которые пользователь извлекает из предмета пользования, однако не отрицает самого факта использования, в том числе не свидетельствует об отказе от использования жилищных прав в отношении данного жилого помещения. 

Если вопрос о жилищных правах ФИО1 разрешен вступившим в законную силу решением суда, в соответствии с которым ФИО1 выселена из занимаемого жилого помещения в связи с отсутствием у нее любых жилищных прав в отношении данного жилого помещения, то вопрос о жилищных правах ФИО6 применительно к спорному жилому помещению не разрешался, тогда как именно она продолжает пользоваться домом, из дома не выселялась, хранит там свои вещи, позволила использовать дом своей дочери и членам ее семьи. 

ФИО1 вопрос об отмене решения Пермского районного суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ по вновь открывшимся или новым обстоятельствам не ставила, хотя не лишена такой возможности. Кроме того, не лишена возможности вселиться в жилой дом в случае признания жилищных прав ФИО6 в отношении данного дома. При этом как было указано выше, вопрос о прекращении жилищных прав ФИО6 в отношении данного дома не решался, от своих жилищных прав сама ФИО6 не отказывалась, наоборот, настаивает на их судебной защите в течение длительного периода времени. 

Вместе с тем, договор социального найма с ФИО4 и последовавший после этого договор приватизации заключены без учета жилищных прав ФИО6 При этом следует отметить, что сам ФИО4 никаких жилищных прав в отношении спорного дома не имел и фактически не приобрел: как человек, который никогда не вселялся в дом он не имел ни юридической, ни фактической возможности приобрести права нанимателя в отношении данного дома по договору социального найма и, как следствие, не имел правовых оснований для приватизации дома. 

Учитывая изложенное, учитывая, что договор социального найма и договор приватизации с ФИО4 в отношении спорного дома по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес> заключены без учета жилищных прав ФИО6 и в отсутствие жилищных прав самого ФИО4 в отношении данного дома, данные договоры - договор социального найма и договор приватизации - следует признать недействительными. 

Доводы представителя ответчика о пропуске истцом срока исковой давности подлежат отклонению, поскольку первоначальный иск был заявлен в пределах исковой давности, тогда как требования о признании договоров были заявлены в суд в порядке ст. 39 ГПК РФ. При этом следует учесть, что истцы длительное время не могли защитить свои права в связи с наличием решения Пермского районного суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ, которое в настоящее время отменено. Соответственно, истцы не имели фактической возможности своевременно заявить данные требования в суде, что не может в настоящее время служить препятствием для защиты нарушенного права. При таких обстоятельствах, в случае пропуска срока исковой давности, данный срок подлежит восстановлению, поскольку иное привело бы к необоснованному лишению истцов средств правовой защиты своих прав, в том числе судебной защиты, что недопустимо. Вместе с тем, данный срок не может считаться пропущенным с учетом всех обстоятельств дела, указанных выше. Оспариваемые сделки с учетом их правовой квалификации являются ничтожными (ст. 168 ГК РФ), требования о признании их таковыми заявлены в суд своевременно. 

В связи с этим требования ФИО6 о признании договора социального найма и договора приватизации подлежат удовлетворению. Иск о признании сделок недействительными заявлен только ФИО6, ФИО1 таких требований не заявляла. При этом следует учесть, что в отношении ФИО1 имеется вступившее в законную силу решение суда о ее выселении, которое имеет преюдициальное значение для данного дела. 

Требования ФИО6 и ФИО1 о признании за ними права на приватизацию и права собственности в порядке приватизации не подлежат удовлетворению в связи со следующими обстоятельствами: 

Как указывалось выше, и ФИО6, и ФИО1 уже участвовали в приватизации в отношении других объектов недвижимости, тогда как в соответствии с со ст. 11 Закона о приватизации каждый гражданин имеет право на приобретение в собственность бесплатно в порядке приватизации жилого помещения в государственном и муниципальном жилищном фонде социального использования один раз. Кроме того, в отношении ФИО1, как было указано выше, имеется вступившее в законную силу решение суда о ее выселении, которое имеет преюдициальное значение для данного дела, в частности, из решения следует, что ФИО1 не имеет каких бы то ни было жилищных прав в отношении спорного жилого дома, что также является препятствием для приватизации (т.е. приобретения в собственность жилого помещения, в отношении которого имеются жилищные права, основанные на договоре социального найма). Сведений о приобретение таких жилищных прав вновь на законных основаниях в данном случае не имеется. Кроме того, требование о признании права на приватизацию вообще лишено какого-либо смысла, поскольку такое существование такого права подтверждено действующим законом; данное право предоставлено каждому гражданину при условии, что ранее это право не было реализовано. 

Требования истцов о признании за ними права собственности в силу приобретательной давности не подлежат удовлетворению в связи со следующим: 

Как указывалось выше, в соответствии с п. 1 ст. 234 ГК РФ лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество. Из закона следует, что владение имуществом на законном основании (аренда, наем, хранение и т.п.) не влечет возникновения у владельца права собственности на это имущество независимо от срока владения им. Таким образом, приобретательная давность не подлежит применению, если владение имуществом в течение длительного времени осуществлялось на основании договорных обязательств. Судом установлено, что спорное жилое помещение, изначально принадлежавшее государству (после оформления документов о собственности помещение находилось в федеральной собственности и принадлежало на праве хозяйственного ведения Пермскому НПО "Биомед", затем перешло во владение иного федерального предприятия, после чего перешло в муниципальную собственность), ФИО3 и членам его семьи было предоставлено в связи с работой ФИО3 в подсобном хозяйстве д. Байболовка, впоследствии ФИО3 владел им на условиях социального найма, несмотря на отсутствие ордера либо договора. Правом на приватизацию предоставленного ему жилого помещения он не воспользовался. При таком положении, исходя из системного толкования положений действующего законодательства о признании права собственности в силу приобретательной давности, можно прийти к выводу о том, что ст. 234 ГК РФ не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств. Истцы пользовались спорным домом в силу договорных отношений, вытекающих из договора найма, как члены семьи нанимателя ФИО3 Обращение в суд с требованиями о признании права собственности на спорный объект недвижимости в соответствии с положениями ст. 234 ГК РФ в силу приобретательной давности основано на неправильном применении норм материального права, так как в силу установленных судом обстоятельств оснований для применения указанной нормы права и, соответственно, удовлетворения иска о признании права собственности в силу приобретательной давности не имеется. 

Требования о признании отсутствующим права собственности ответчика ФИО4 на жилой дом и земельный участок по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес> подлежат отклонению в связи со следующим: 

Заявленный способ защиты права носит исключительный характер и подлежит применению, когда иные способы защиты права не обеспечивают возможность восстановления нарушенного права. Данный иск относится к числу негаторных исков, имеющих своей целью защиту права от нарушений, не связанных с нарушением владения, в частности, применительно к избранному способу защиты права речь может идти о признании отсутствующим права собственности ответчика в связи с наличием у истца права собственности на ту же самую вещь. 

Вместе с тем, истцы не доказали, что отсутствует иная возможность, иной способ защиты ими своих прав, наоборот, в заявленном споре истцами избран верный способ защиты права, который обеспечивает восстановление нарушенных прав истцов. Права собственности на дом и на участок под ним истцы не имели и не приобретают в данном случае. Оснований для удовлетворения иска о признании отсутствующим права собственности ответчика, применения при разрешении заявленного спора указанного способа защиты права ничем не обосновано, доказательств иного суду не представлено. При таких обстоятельствах, не подлежат удовлетворению ее требования о признании отсутствующим права собственности ФИО4 на указанные объекты недвижимости. Вместе с тем, следует отметить, что признание сделок недействительными, в том числе признание недействительным договора приватизации является основанием для исключения из Единого государственного реестра недвижимости сведений о правах ответчика ФИО4 на спорный дом и восстановлении записи о праве муниципальной собственности на этот дом. Право на земельный участок под домом возникло в результате иных оснований, поэтому не может быть признано отсутствующим только лишь потому, что договор приватизации дома признан недействительным. Доказательств иного суду не представлено. Следует отметить, что в судебном заседании истец ФИО1 и представитель обоих истцов пояснили, что на данных требованиях сторона истцов вообще не настаивает. В целом данное требование не мотивировано, по сути, оно представляет собой требование о применении последствий недействительности сделки. В части земельного участка истцы не лишены возможности дальнейшей защиты своих прав, в том числе в зависимости от того, какие права буду оформлены в отношении жилого дома. Удовлетворение требования о признании права отсутствующим не приведет к восстановлению каких-либо прав истцов, что также свидетельствует об отсутствии оснований для применения мер судебной защиты. 

Таким образом, удовлетворению подлежат лишь требования ФИО6 к ответчикам ФИО4 и администрации Кукуштанского сельского поселения о признании сделок недействительными. Все прочие требования ФИО6 и ФИО1, в том числе к ФГУП "НПО "Микроген" удовлетворению не подлежат. ФГУП "НПО "Микроген" изначально было привлечено в качестве ответчика, от требований к данному лицу истцы не отказывались. Применение последствий недействительности сделок не требуется, поскольку в действительности спорный жилой дом из владения ФИО6 не выбывал. 

В силу п. 5 ч. 2 ст. 14 Федерального закона "О государственной регистрации недвижимости" вступившие в законную силу судебные акты являются основанием для осуществления государственного кадастрового учета и (или) государственной регистрации прав. 

Признание недействительными договора социального найма от ДД.ММ.ГГГГ и договора безвозмездной передачи жилого дома в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ, является основанием для внесения сведений (изменений) об объекте недвижимости в Единый государственный реестр недвижимости, а именно: основанием для исключения из Единого государственного реестра недвижимости сведений о правах ответчика ФИО4 на спорный дом и восстановлении записи о праве муниципальной собственности на этот дом. 

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО6 удовлетворить частично. Признать недействительными договор социального найма от ДД.ММ.ГГГГ и договор безвозмездной передачи жилого дома в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ, заключенные между ФИО4 и администрацией Кукуштанского сельского поселения. В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО6 отказать. 

В удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пермский краевой суд через Пермский районный суд Пермского края в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме (27 сентября 2017 года). 

Судья М.В. Казаков