РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

13 февраля 2017 года г. Благовещенск

Благовещенский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего Ждановича Д.В., 

при секретаре судебного заседания Голощаповой О.С., 

с участием помощника военного прокурора Благовещенского гарнизона капитана юстиции ФИО1,

представителя командира войсковой части № ФИО2,

ответчика ФИО3,

в открытом судебном заседании, в помещении военного суда, 

рассмотрев гражданское дело по иску военного прокурора Благовещенского гарнизона в интересах Российской Федерации в лице Федерального казённого учреждения «Единый расчётный центр министерства обороны РФ» о привлечении к материальной ответственности военнослужащего этой же воинской части подполковника ФИО3 

установил:

военный прокурор обратился в суд в интересах Российской Федерации в лице Федерального казённого учреждения «Единый расчётный центр Министерства обороны РФ» (далее – ФКУ «ЕРЦ МО РФ») с иском, в котором, с учётом уточнений, указал, что приговором Белогорского гарнизонного военного суда от 12 марта 2014 года военнослужащий войсковой части № сержант ФИО4 осуждён за совершение преступления, предусмотренного частью 4 статьи 337 УК РФ, за самовольное оставление места службы в период с 02 июля по 16 октября 2013 года.

В период незаконного отсутствия ФИО4 на службе приказ о приостановлении выплаты ему денежного довольствия командиром войсковой части № не издавался, в связи с чем ФИО4 за вышеназванный период необоснованно выплачено денежное довольствие в размере 102 677 руб.

Причиной этому послужило то, что начальник штаба инженерно-сапёрного батальона войсковой части № ФИО3 об отсутствии ФИО4 на службе свыше десяти суток командиру данного батальона не доложил, в связи с чем последний был лишён возможности сделать аналогичный доклад командиру воинской части для приостановления выплаты денежного довольствия.

Полагая, что в результате умышленных действий (бездействия)ФИО3 государству причинён материальный ущерб в размере необоснованно выплаченного ФИО4 денежного довольствия, прокурор просит суд взыскать с ответчика 102 677 руб.

В судебном заседании прокурор заявленные исковые требования уточнил и просил взыскать с ответчика денежные средства в сумме 11 847 руб., то есть сумму денежного довольствия, выплаченного ФИО4 за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, когда он исполнял обязанности командира батальона. От оставшейся части иска прокурор отказался. Помимо этого прокурор сообщил суду, что вопрос о взыскании с ФИО4 излишне выплаченного ему денежного довольствия не рассматривался. 

В связи с тем, что руководитель ФКУ «ЕРЦ МО РФ» об отказе от указанной выше части иска не заявил, суд на основании определения от ДД.ММ.ГГГГ рассмотрел дело по существу заявленных к ФИО3 исковых требований.

Представитель командира войсковой части № ФИО2 требования прокурора поддержал.

Ответчик ФИО3 в своих объяснениях суду заявил о своём несогласии с исковыми требованиями прокурора, поскольку до ДД.ММ.ГГГГ он находился в длительной служебной командировке, в связи с чем не располагал сведениями об отсутствии ФИО4 на службе. По прибытии же из командировки, после подтверждения факта самовольного отсутствия ФИО4 на службе, он неоднократно докладывал об этом командованию. Во время его отсутствия в подразделении старшим оставался командир роты ФИО5, который и был обязан контролировать подчинённых военнослужащих батальона, в том числе ФИО4 Помимо этого, об отсутствии ФИО4 на службе было известно командиру батальона.

Руководитель ФКУ «ЕРЦ МО РФ» и командир войсковой части №, надлежащим образом извещённые о времени и месте судебного заседания, в суд не прибыли, сведения о причинах неявки в суд не представили, в связи с чем на основании части 3 статьи 167 ГПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.

От представителя руководителя ФКУ «ЕРЦ МО РФ» ФИО6 поступил письменный отзыв на иск прокурора, в котором она с заявленными к ответчику исковыми требованиями согласилась.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав представленные доказательства, военный суд приходит к следующим выводам.

Судом по делу установлено, что вступившим в законную силу приговором Белогорского гарнизонного военного суда от ДД.ММ.ГГГГ военнослужащий войсковой части № ФИО4 осуждён, в том числе, за совершение преступления, предусмотренного частью 4 статьи 337 УК РФ, которое выразилось в том, что он с 08 часов 30 минут ДД.ММ.ГГГГ с целью временно уклониться от прохождения военной службы без уважительных причин не явился на службу в войсковую часть № и уклонялся от таковой до ДД.ММ.ГГГГ этого же года.

Из выписок из приказов командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ № и от ДД.ММ.ГГГГ № усматривается, что в период с ДД.ММ.ГГГГ поДД.ММ.ГГГГ ответчик ФИО3 находился сначала на тактических учениях, а затем принимал участие в ликвидации последствий чрезвычайной ситуации за пределами пункта постоянной дислокации войсковой части №.

Как видно из выписок из приказов командира войсковой части № отДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ №№ и №, на основании рапортов ответчика ФИО3 зафиксированы факты отсутствия на службе ДД.ММ.ГГГГ сентября и ДД.ММ.ГГГГ военнослужащего по контракту ФИО4 

Неотменённым постановлением заместителя руководителя военного следственного отдела по Белогорскому гарнизону от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО3 отказано в возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 285 УК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. Предметом доследственной проверки являлись действия ФИО3, который, исполняя в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ обязанности командира инженерно-сапёрного батальона, не назначил административное расследование по факту отсутствия ФИО4 на службе и не доложил о данном факте командиру войсковой части №.

То обстоятельство, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 исполнял обязанности командира инженерно-сапёрного батальона, сторонами не оспаривалось.

Согласно справке старшего помощника начальника финансово-экономического отделения военного комиссариата Амурской областиФИО7, за время самовольного отсутствия ФИО4 на службе ему излишне выплачено денежное довольствие в сумме 65 463 руб. 17 коп.

В соответствии с пунктом 1 статьи 3 ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих» (далее – Закон) военнослужащие несут материальную ответственность только за причинённый по их вине реальный ущерб, к которому, в частности, отнесены излишние денежные выплаты, произведённые воинской частью.

Статьёй 5 Закона установлено, что военнослужащие несут материальную ответственность в полном размере ущерба в случаях, когда ущерб, в частности, причинён в результате умышленных действий (бездействия) независимо от того, содержат ли они признаки состава преступления, предусмотренного уголовным законодательством Российской Федерации.

Согласно пункту 172 «Порядка обеспечения денежным довольствием военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации», утверждённого приказом Министра обороны РФ от 30 декабря 2011 года № 2700, в случаях самовольного оставления военнослужащими воинской части или места военной службы продолжительностью свыше 10 суток, независимо от причин оставления, выплата денежного довольствия им приостанавливается со дня самовольного оставления воинской части или места военной службы, указанного в приказе соответствующего командира (начальника). Выплата денежного довольствия указанным военнослужащим возобновляется со дня, указанного в приказе соответствующего командира (начальника), определённого на основании разбирательства, проведённого по факту самовольного оставления воинской части или места военной службы.

Анализ вышеизложенных нормативных правовых актов в их взаимосвязи позволяет суду сделать вывод о том, что обязанность приостановить выплату военнослужащему денежного довольствия у командира воинской части возникает при установлении факта самовольного оставления таким военнослужащими воинской части продолжительностью свыше 10 суток, то есть уже на одиннадцатый день после этого, но со дня самовольного оставления воинской части. 

Таким образом, поскольку вступившим в законную силу приговором суда в отношении ФИО4 установлено, что он самовольно оставил воинскую часть ДД.ММ.ГГГГ, то вопрос о приостановлении ему выплаты денежного довольствия подлежал обсуждению начиная с ДД.ММ.ГГГГ, а не всентябре – октябре ДД.ММ.ГГГГ, как указывает в иске прокурор.

Вместе с тем, как бесспорно установлено судом, в данный период времени и до ДД.ММ.ГГГГ ответчик ФИО3 проходил военную службу вне пункта постоянной дислокации, а значит не имел объективной возможности контролировать прохождение военной службы военнослужащим по контракту ФИО4

В то же время судом установлено и не оспаривалось сторонами и то, что после возвращения в войсковую часть ДД.ММ.ГГГГ именно ФИО3 инициировал проведение мероприятий по выяснению причин отсутствия ФИО4 на службе, и, установив, что последний на службе отсутствует незаконно, ответчик доложил командованию рапортами.

При таких обстоятельствах, поскольку истцом не представлено суду доказательств того, что материальный ущерб в размере излишне выплаченного ФИО4 денежного довольствия государству причинён в результате умышленных действий (бездействия) ФИО3, оснований для удовлетворения заявленных к нему исковых требований не имеется.

Доводы прокурора о том, что ответчик подлежит привлечению к материальной ответственности за период исполнения обязанностей командира батальона с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ являются несостоятельными, поскольку, как указано выше, обязанность командования воинской части приостановить выплату ФИО4 денежного довольствия не взаимосвязана с замещением ФИО3 той или иной воинской должности.

При этом истцом не только не опровергнуты, но и не поставлены под сомнение доводы ФИО3 о том, что после возвращения в ДД.ММ.ГГГГ из командировки командиру инженерно-сапёрного батальона, в котором проходили службу ответчик ФИО3 и ФИО4, о незаконном отсутствии последнего на службе было известно. По мнению суда, с этого момента, то есть до того, как соответствующую должность стал временно замещать ФИО3, обязанность докладывать по команде о незаконном отсутствии военнослужащего по контракту на службе была возложена именно на командира батальона.

Между тем вопрос о законности либо незаконности действий должностных лиц инженерно-сапёрного батальона войсковой части №, как командира роты ФИО5 в ДД.ММ.ГГГГ, когда ФИО4 совершил неявку на службу без уважительных причин, так и командира батальона в ДД.ММ.ГГГГ, предметом судебного разбирательства не является.

Наряду с этим суд отмечает и то обстоятельство, что первоначально в иске было заявлено о бездействии в отношении ФИО4 при замещении ФИО3 должности командира инженерно-сапёрного батальона войсковой части №. Но когда судом иск был оставлен без движения, в том числе по причине того, что ответчик на указанную должность был назначен только ДД.ММ.ГГГГ, истец, не изменяя оснований для обращения с иском в суд, заявил к ФИО3 те же требования, но со ссылкой на его бездействие как начальника штаба батальона.

Также суд полагает возможным отметить, что вопрос о привлечении к материальной ответственности кого-либо из воинских должностных лиц войсковой части № за излишнюю выплату ФИО4 денежного довольствия подлежит обсуждению только после рассмотрения вопроса о наличии оснований для взыскания с ФИО4 соответствующей суммы в порядке статьи 1102 ГК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, военный суд

решил:

в удовлетворении искового заявления военного прокурора Благовещенского гарнизона в интересах Российской Федерации в лице Федерального казённого учреждения «Единый расчётный центр министерства обороны РФ» о привлечении к материальной ответственности военнослужащего этой же воинской части подполковника ФИО3 – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Дальневосточный окружной военный суд через Благовещенский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме, то есть с 20 февраля 2017 года.

Председательствующий по делу Д.В. Жданович