СудьяАбикова Ю.В. дело№ 71-220/2017

РЕШЕНИЕ

21 ноября 2017 года г. Южно-Сахалинск

Судья Сахалинского областного суда Юсова Е.П., рассмотрев в порядке главы 30 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях жалобы защитников иностранной компании «COMMUNIA CO.,LTD.,S.A.» - Протопопова С.А., Фоломкина В.П., Ткачева В.Г. на постановление судьи Южно-Сахалинского городского суда от 07 июля 2017 года по делу о привлечении указанного юридического лица к административной ответственности, предусмотренной частью 2 статьи 8.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,

установил:

19 января 2016 года старшим специалистом по административному производству отдела дознания и административной практики Пограничного управления ФСБ России по Сахалинской области С.А.С. вынесено определение о возбуждении в отношении иностранной компании «COMMUNIA CO.,LTD.,S.A.» дела об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 8.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и проведении по нему административного расследования.

По результатам административного расследования 20 марта 2017 года заместителем начальника отдела – старшим дознавателем отдела дознания и административной практики Пограничного управления ФСБ России по Сахалинской области Ч.П.Г. в отношении названной иностранной компании составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 8.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, который с материалами дела передан на рассмотрение в Южно-Сахалинский городской суд.

Постановлением судьи Южно-Сахалинского городского суда от 07 июля 2017 года иностранная компания «COMMUNIA CO.,LTD.,S.A.» привлечена к административной ответственности, предусмотренной частью 2 статьи 8.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в виде административного штрафа в трехкратном размере стоимости водных биологических ресурсов, явившихся предметом административного правонарушения, в размере 17000226 рублей 24 копеек с конфискацией судна «IZ», флаг 

<

данные изъяты>, рыболовное, тип: СТР со всем навигационным, радиолокационным и промысловым оборудованием и средствами связи. 

На данное постановление судьи защитниками иностранной компании Протопоповым С.А., Ткачевым В.Г. и Фоломкиным В.П. поданы жалобы.

В жалобе защитник Протопопов С.А. просит постановление отменить, производство по делу прекратить. В обоснование жалобы указывает, что иностранная компания«COMMUNIA CO.,LTD.,S.A.». не является субъектом административного правонарушения, поскольку судно «IZ» находилось во фрахте у иностранной компании «P», что подтверждается договором фрахтования судна без экипажа (бербоут-чартер). Отмечает, что в материалах дела не имеется достоверных и допустимых доказательств тому, что капитан Ц.Д.В. является работником компании «COMMUNIA CO.,LTD.,S.A.». Настаивает на том, что судно «IZ» не осуществляло рыбопромысловую деятельность в территориальном море Российской Федерации либо в исключительной экономической зоне Российской Федерации. Обращает внимание, что ранее принятыми судебными актами, вступившими в законную силу, установлено, что Ц.Д.В. является работником компании «P», также установлено отсутствие факта добычи судном «IZ водных биологических ресурсов. Полагает нарушенным принцип полноты и всесторонности рассмотрения дела, поскольку судом материалы дела исследованы не в полном объеме. Обращает внимание на то, что судно находилось в исключительной экономической зоне Российской Федерации всего 17 минут, что свидетельствует о малозначительности правонарушения.

Защитник Ткачев В.Г. просит обжалуемое постановление отменить и прекратить производство по делу за отсутствием состава административного правонарушения. Полагает юридическое лицо надлежащим образом не извещенным о рассмотрении дела в суде. Отмечает, что судебное уведомление по делу направлено на английском языке, тогда как, государство регистрации привлекаемой к административной ответственности иностранной компании – Республика Панама, государственным языком которой является испанский язык, при этом, конституционные нормы о праве каждого на пользование родным языком юридическому лицу судом не были разъяснены, таким образом, совокупность указанных нарушений свидетельствует о существенном ущемлении прав юридического лица на защиту. Указывает, что при рассмотрении дела судом допущен ряд процессуальных нарушений, нарушены требования статьи 26.11 Кодекса Российской Федерации об оценке доказательств на основе всестороннего, полного и объективного исследования всех обстоятельств дела в совокупности, так как не все представленные доказательства были исследованы, в частности, касающихся хранения и транспортировки водных биологических ресурсов; материалы дела не оглашены, постановление по делу судом не было объявлено. Обращает внимание на нарушение судьей тайны совещательной комнаты при вынесении постановления по настоящему делу. Считает, что привлечение компании «COMMUNIA CO.,LTD.,S.A.» к административной ответственности, как субъекта административного правонарушения, не основано на нормах права и противоречит имеющимся в материалах дела доказательствам о наличии другого субъекта.

Защитник Фоломкин В.П. в своей жалобе и дополнениях к ней просит постановление судьи отменить, производство по делу прекратить в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых вынесено постановление. Полагает вывод суда о недопустимости договора фрахтования судна (бербоут-чартер) необоснованным, поскольку он сделан в соответствии с нормами Гражданского процессуального кодекса, в связи с чем, постановление в части установления субъекта правонарушения нельзя признать законным. Кроме того, судом не были исследованы все представленные доказательства и материалы дела в полном объеме. Также отмечает, что судом при рассмотрении дела допущены нарушения норм процессуального и материального права. Указывает об отсутствии в месте задержания судна «IZ» установленной в соответствии с законодательством границы исключительной экономической зоны Российской Федерации.

Проверив материалы дела, изучив доводы жалоб, выслушав защитников Фоломкина В.П., Ткачева В.Г., Протопопова С.А., Дубровину С.Б., Оникова Т.Л., Бардукова Е.А., поддержавших жалобы, представителя Пограничного управления ФСБ России по Сахалинской области С.С.А., заключение помощника прокурора 318 военной прокуратуры гарнизона К.Н.Ю. об оставлении без изменения постановления по делу, прихожу к следующему.

Частью 2 статьи 8.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях установлена ответственность за нарушение правил и требований, регламентирующих рыболовство во внутренних морских водах, в территориальном море, на континентальном шельфе, в исключительной экономической зоне Российской Федерации или открытом море, в виде наложения административного штрафа на юридических лиц в размере от двукратного до трехкратного размера стоимости водных биологических ресурсов, явившихся предметом административного правонарушения, с конфискацией судна и иных орудий совершения административного правонарушения или без таковой.

Частью 1 статьи 5 Федерального закона от 20 декабря 2004 года №166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» установлено, что законодательством о рыболовстве и сохранении водных биоресурсов регулируются отношения, возникающие в области рыболовства и сохранения водных биоресурсов.

В соответствии с пунктом 9 статьи 1 названного Федерального закона рыболовство – деятельность по добыче (вылову) водных биоресурсов и в предусмотренных настоящим Федеральным законом случаях по приемке, обработке, перегрузке, транспортировке, хранению и выгрузке уловов водных биоресурсов, производству рыбной и иной продукции из водных биоресурсов. 

Промышленное рыболовство – предпринимательская деятельность по поиску и добыче (вылову) водных биоресурсов, по приемке, обработке, перегрузке, транспортировке, хранению и выгрузке уловов водных биоресурсов, производству на судах рыбопромыслового флота рыбной и иной продукции из этих водных биоресурсов (пункт 10 статьи 1).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1 Федерального закона от 17 декабря 1998 года № 191 «Об исключительной экономической зоне Российской Федерации» (далее - Закон об исключительной экономической зоне Российской Федерации) исключительная экономическая зона Российской Федерации - это морской район, находящийся за пределами территориального моря Российской Федерации и прилегающий к нему, с особым правовым режимом, установленным названным Федеральным законом, международными договорами Российской Федерации и нормами международного права.

В силу части 2 статьи 12.2, пункта 1 части 2, подпунктов 1, 5 части 3 статьи 12.4 названного Федерального закона иностранные граждане и иностранные юридические лица осуществляют промышленное рыболовство в исключительной экономической зоне в соответствии с международными договорами Российской Федерации. Указанные лица обязаны соблюдать правила рыболовства и иные установленные в соответствии с законодательством Российской Федерации требования, а также выполнять условия осуществления рыболовства и сохранения водных биоресурсов, содержащиеся в решениях органов государственной власти и договорах, на основании которых возникает право на добычу (вылов) водных биоресурсов, разрешениях на добычу (вылов) водных биоресурсов и разрешениях на проведение морских ресурсных исследований водных биоресурсов. 

В силу статьи 43.1 Закона о рыболовстве Правила рыболовства являются основой осуществления рыболовства и сохранения водных биоресурсов и обязательны для исполнения юридическими лицами и гражданами, в том числе и иностранными, осуществляющими рыболовство и иную связанную с использованием водных биоресурсов деятельность.

Приказом Минсельхоза России от 21 октября 2013 года № 385 утверждены Правилами рыболовства для Дальневосточного рыбохозяйственного бассейна.

Как следует из материалов дела, 01 августа 2016 года в 04 часа 15 минут в координатах 

<

данные изъяты>” с.ш. 

<

данные изъяты>” в.д. должностными лицами ПСКР «Коралл» обнаружена цель №1, в географических координатах 

<

данные изъяты> с.ш. 

<

данные изъяты>” в.д. обнаружена цель №2. В 04 часа 30 минут цель №1 зафиксирована в координатах 

<

данные изъяты> с.ш. 

<

данные изъяты>” в.д., цель №2 зафиксирована в координатах 

<

данные изъяты>” с.ш. 

<

данные изъяты> в.д. В связи с нахождением цели №1 в исключительной экономической зоне Российской Федерации экипажем ПСКР принято решение о сближении с судном и высадкой досмотровой группы. В 04 часа 47 минут цель №1 зафиксирована в координатах 

<

данные изъяты>” с.ш. 

<

данные изъяты>” в.д. (линия границы подзоны Восточно-Сахалинская исключительной экономической зоны Российской Федерации). В 05 часов 00минут осмотровая группа в катере начала следовать на сближение с целью №1, на запросы и требования об остановке цели №1 и №2 не отвечали и продолжали движение. Во время преследования наблюдался сброс с судна под №1 водных биоресурсов (краба и рыбы). 

При высадке досмотровой группы на судно (цель № 1), в результате его осмотра было установлено, что судно иностранное, флаг 

<

данные изъяты>, порт приписки 

<

данные изъяты>, ИМО: 

<

данные изъяты> рыболовное, тип: СТР, название «IZ капитан Ц.Д.В. Согласно имеющимся судовым документам, собственником судна являлась компания «COMMUNIA CO.,LTD.,S.A.». 

При осмотре установлено: таблички с названием судна на крыльях ходовой рубки перевернуты названием внутрь; в ходовой рубке УКВ радиостанции находились в рабочем состоянии (включены); радиолокационные станции были в рабочем состоянии. На борту имелись крабовые ловушки, производственный цех, морозильные камеры, котел для варки, а также готовая продукция, предположительно, конечности краба-стригуна опилио варено-мороженого, сырец краба-стригуна опилио и его конечности, рыба в мешках. На корме судна повсеместно обнаружена флора и фауна морского дна (черви, водоросли, ракушки). В производственном цеху шел процесс переработки краба. Документов на продукцию и сырец краба-стригуна опилио на борту судна не имелось, судового журнала, промыслового журнала, журнала судовых суточных донесений, разрешения на ведение промысла в исключительной экономической зоне Российской Федерации не имелось. Документы об аренде судна, трудовые договоры с членами экипажа отсутствовали.

В результате досмотра транспортного средства «IZ» 02 августа 2016 года установлено, что судно укомплектовано необходимым радиолокационным, навигационным и технологическим оборудованием для поиска, добычи (вылова), хранения и транспортировки водных биологических ресурсов в живом виде; промысловое оборудование, предназначенное для добычи (вылова) краба ловушечным способом, имеет следы недавнего использования. При этом на судне имеются признаки частичного демонтажа оборудования и сокрытия его элементов. Между главной и кормовой палубой установлен производственный цех, в котором обнаружены оборудование для разделки краба и упаковочные материалы. В морозильном трюме обнаружены коробки с мороженными конечностями краба. 

В ходе пересчета и перевеса обнаруженной на судне продукции из водных биоресурсов установлено, что на момент задержания на борту судна находились:

конечности краба-стригуна опилио вареных и невареных без заморозки – 16 пластиковых корзин, в которых находятся 1136 пар секций, изготовлены из 1136 экземпляров краба-стригуна опилио;

конечности краба-стригуна-опилио варено-мороженные – 3710 коробок, для производства которых необходимо 66780 экземпляров краба-стригуна опилио;

краб-стригун опилио в сыром виде – 3 экземпляра;

мясо из фаланг конечностей краба-стригуна опилио мороженного, изготовленного из 72 экземпляров краба.

Общий вес 40583,8 кг.

Также на борту находились: минтай мороженный в количестве 597 брикетов общим весом 12835 кг;

сельдь мороженная в количестве 142 брикета общим весом 3074,3 кг.

В нарушение требований Федерального закона «Об исключительной экономической зоне Российской Федерации», пунктов 9.2, 9.6, 9.9, 10.1, 11.2, 11.4 Правил рыболовства для Дальневосточного рыбохозяйственного бассейна судно «IZ» не зарегистрировано в системе связи и мониторинга, не оснащено техническими средствами контроля, на судне отсутствовали промысловый, технологический и судовой журналы, капитаном судна не подавались судовые суточные донесения в органы, контролирующие рыбный промысел, разрешение на добычу (вылов) водных биологических ресурсов не выдавалось.

Исследовав фактические обстоятельства и оценив представленные доказательства в их совокупности, судья Южно-Сахалинского городского суда пришел к выводу о наличии в действиях иностранной компании «COMMUNIA CO.,LTD.,S.A.» состава вмененного правонарушения, и привлек компанию к ответственности, предусмотренной частью 2 статьи 8.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, исключив из объеме предъявленного обвинения факт добычи водных биологических ресурсов в связи с его недоказанностью. 

Согласно статье 1 Федерального закона «Об исключительной экономической зоне Российской Федерации» исключительная экономическая зона Российской Федерации - морской район, находящийся за пределами территориального моря Российской Федерации и прилегающий к нему, с особым правовым режимом, установленным настоящим Федеральным законом, международными договорами Российской Федерации и нормами международного права. 

Внешняя граница исключительной экономической зоны находится на расстоянии 200 морских миль от исходных линий, от которых отмеряется ширина территориального моря, если иное не предусмотрено международными договорами Российской Федерации.

В силу статьи 2 указанного закона делимитация исключительной экономической зоны между Российской Федерацией и государствами, побережья которых противолежат побережью Российской Федерации или являются смежными с побережьем Российской Федерации, осуществляется в соответствии с международными договорами Российской Федерации или общепризнанными принципами и нормами международного права.

Делимитация исключительной экономической зоны в районе обнаружения судна «IZ» международным договором между Россией и Японией не осуществлена.

Согласно пунктам 1, 3 статьи 74 Конвенции Организации объединенных наций по морскому праву (Монтего-Бей 10 декабря 1982 года) делимитация исключительной экономической зоны между государствами с противолежащими или смежными побережьями осуществляется путем соглашения на основе международного права, как это указывается в статье 38 Статута Международного Суда, в целях достижения справедливого решения.

До заключения соглашения, как предусматривается в пункте 1, заинтересованные государства в духе взаимопонимания и сотрудничества предпринимают все усилия для того, чтобы достигнуть временной договоренности практического характера и в течение этого переходного периода не ставить под угрозу достижение окончательного соглашения или не препятствовать его достижению. Такая договоренность не должна наносить ущерба окончательной делимитации.

7 декабря 1984 года между правительствами Союза Советских Социалистических Республик, преемником которого является Российская Федерация, и Японией заключено Соглашение о взаимных отношениях в области рыболовства и побережий обеих стран. 

В соответствии со статьями 1, 2, 6 указанного Соглашения ежегодно проводятся сессии Российско-Японской комиссии по рыболовству, на основании решений которых японскими судами осуществляется рыбный промысел в исключительной экономической зоне Российской Федерации по установленным квотам вылова, видовому составу, промысловым районам.

В частности, на основании решений сессий указанной комиссии Японская сторона осуществляет добычу водных биологических ресурсов в соответствии с Правилами рыболовства Российской Федерации, в том числе получение разрешений на добычу, предоставление оперативной отчетности, подачу судовых суточных донесений.

Границы районов добычи (вылова) водных биоресурсов в Дальневосточной рыбохозяйственном бассейне, указываемые в выдаваемых разрешениях на добычу, а также указываемые при составлении и кодировании судовых суточных донесений, определяются в соответствии с приказом Министерства рыбного хозяйства СССР от 9 сентября 1980 года № 408 «О разграничении Мирового океана на промысловые районы в новых условиях ведения промысла» (с дополнениями и изменениями, внесенными приказами Минрыбхоза СССР от 8 августа 1988 года № 350 и от 10 марта 1989 года № 126).

Несмотря на то, что Приказ Госкомрыболовства Российской Федерации от 10 октября 1996 года № 185 «О порядке и механизме предоставления оперативной и статистической отчетности по добыче рыбы и переработке рыбопродукции» признан недействующим, в связи с отсутствием другого порядка предоставления оперативной отчетности, японскими судами подаются судовые суточные донесения, где указывается, в том числе, промысловый район, находящийся в исключительной экономической зоне Российской Федерации, имеющий определенный номер и ограниченный географическими координатами. 

Для точки обнаружения судна «IZ» данным промысловым районом является подзона Восточно Сахалинская – 61.05.3 (275), находящаяся в исключительной экономической зоне Российской Федерации. 

При таких обстоятельствах довод защитника Фоломкина В.П. об отсутствии границы исключительной экономической зоны между Российской Федерацией и Японией является несостоятельным.

Кроме того, на судне «IZ» имеется карта с указанием наименований и границ промысловых зон, в том числе подзона 275, что подтверждается фотоматериалами (файл IMG 7842). 

Нахождение судна «IZ» в исключительной экономической зоне Российской Федерации подтверждаются также выпиской из вахтенного журнала ПСКР «Коралл» № 72/11 за 1 августа 2016 года, заключением эксперта Р.В.И.

Довод о том, что компания «COMMUNIA CO.,LTD.,S.A.» не является субъектом правонарушения, поскольку на основании договора фрахтования судна без экипажа (бербоут-чартер) от 05 июня 2016 года судно «IZ» передано во фрахт иностранной компании «P», не является основанием для освобождения компания «COMMUNIA CO.,LTD.,S.A.» от административной ответственности.

Как следует из материалов дела, в момент задержания судна «IZ» 1 августа 2016 года текст данного договора на судне отсутствовал. Каких либо данных, подтверждающих факт передачи судна «IZ» во фрахт, капитаном Ц.Д.В. представлено не было. Наличие трудовых отношений между членами экипажа судна «IZ» и компанией «P» опровергается записями в мореходных книжках членов экипажа о принадлежности судна «IZ» компании «COMMUNIA CO.,LTD.,S.A.». Трудовые договора с компанией «P у членов экипажа судна «IZ» отсутствовали. 

Допрошенный в качестве свидетеля Ф.С.), указанный в договоре бербоут-чартера и акте передачи судна от 5 июня 2016 года в качестве президента компании «COMMUNIA CO.,LTD.,S.A.» факт подписания им договора и акта не подтвердил (т.2 л.д.7-8).

Представление данного договора после задержания судна и доставления его в порт Невельск, не подтверждает факт его заключения 5 июня 2016 года.

Кроме того, защитником в материалы дела представлен текст договора фрахта, заключенного между двумя иностранными компаниями, находящимися в Республике Панама и Японии, выполненный на русском языке. Тексты договоров, выполненные на языке стран принадлежности двух иностранных компаний, не представлены, их наличие защитниками юридического лица в судебном заседании не подтверждено. Данное обстоятельство подтверждает сомнение в подлинности договора фрахта от 5 июня 2016 года. 

При таких данных, вывод суда о принадлежности судна «IZ» компании «COMMUNIA CO.,LTD.,S.A.» является обоснованным. 

Довод о том, что при рассмотрении дела об административном правонарушении в отношении Ц.Д.В., судьями сделан вывод о том, что работодателем для Ц.Д.В. является фирма «P», правового значения для рассматриваемого дела не имеет, поскольку в рамках дело об административном правонарушении в отношении Ц.Д.В. оценивались его действия как должностного лица – капитана судна. Факт принадлежности судна тому или иному юридическому лицу в рамках дела в отношении должностного лица не устанавливался. 

Довод защиты о нарушении прав лица, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, поскольку в качестве переводчика к участию в деле был незаконно привлечен К.С.А., личность которого и факт владения испанским языком материалами дела не подтверждается, не свидетельствует о нарушении порядка привлечения иностранной компании к административной ответственности.

В материалах дела имеются процессуальные документы (определения о назначении экспертиз, о продлении сроков административного расследования), переведенные переводчиком К.С.А. на испанский язык.

Указанные документы, в том числе и извещение о составлении протокола об административном правонарушении на 20 марта 2017 года, были направлены юридическому лицу, им получены 9 марта 2017 года. 

Сведений о том, что переводы, выполненные К.С.А. содержат какие-либо неточности, неясны для восприятия, компанией административному органу не представлено.

Из материалов дела следует, что с момента возбуждения дела об административном правонарушении, в качестве защитника участвовал адвокат Протопопов С.А., который представлял интересы иностранной компании в административном органе, получал процессуальные документы на русском языке. Согласно пояснениям защитника Бардукова Е.А. в судебном заседании при рассмотрении настоящих жалоб, в штате компании «COMMUNIA CO.,LTD.,S.A.» имеются русскоязычные сотрудники. Также в материалах дела имеется доверенность, выданная 28 февраля 2017 года в 

<

адрес> (Южная Корея) гражданину К.А.А. на принятие судна «IZ» на ответственное хранение, подписанная президентом компании «COMMUNIA CO.,LTD.,S.A.» Ф.С., исполненная на русском языке, и не являющаяся переводом с испанского языка.

Указанное свидетельствует о том, что произведенные по делу процессуальные действия были понятны для законного представителя юридического лица, что не свидетельствует о нарушении его прав при производстве по делу об административном правонарушении. 

Довод о рассмотрении судьей Южно-Сахалинского городского суда дела об административном правонарушении в отсутствие законного представителя юридического лица, не извещенного о времени рассмотрения дела, является несостоятельным. 

Как следует из материалов дела, по делу состоялось четыре судебных заседания – 4 мая, 31 мая, 20 июня и 7 июля 2017 года. 

Иностранной компании «COMMUNIA CO.,LTD.,S.A.», по имеющемуся в материалах дела адресу, направлялись извещения о времени и месте рассмотрения дела, однако представитель компании в судебные заседания не являлся.

При этом право на защиту он реализовал через защитников Протопопова С.А., Ткачева В.А., в также адвоката Фоломкина В.П., вступившего в дело в процессе его рассмотрения судьей на основании ордера от 20 июня 2017 года по соглашению, что свидетельствует об осведомленности юридического лица о времени рассмотрения дела. 

То обстоятельство, что извещения о времени и месте рассмотрения дела, направленные в адрес юридического лица, имели перевод на английский язык, не свидетельствует о нарушении прав юридического лица, поскольку английский язык является общепринятым языком для международного общения. Кроме того, как следует из имеющихся в материалах дела документов (договоров продажи судна, фрахтования, доверенности), делопроизводство в компании «COMMUNIA CO.,LTD.,S.A.» осуществляется, в том числе и на русском языке. 

Ссылка защитника на факт подписания протокола судебного заседания единолично судьей не свидетельствует о нарушении им порядка рассмотрения дела об административном правонарушении.

Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях предусмотрен только один случай, когда ведение протокола и участие секретаря при рассмотрении дела об административном правонарушении обязательны: при рассмотрении дела коллегиальным органом (статья 29,8).

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 9 Постановления от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» сформулировал правовую позицию о том, что в необходимых случаях возможность ведения протокола судебного заседания не исключается. Решение этого вопроса находится в пределах усмотрения судьи. 

Порядок оформления протокола судебного заседания, а также процессуальная фигура секретаря судебного заседания Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях не предусмотрены.

Поэтому подписание протокола об административном правонарушении единолично судьей при его ведении секретарем судебного заседания не противоречит требованиям Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. 

То обстоятельство, что судьей в судебном заседании не оглашались материалы дела, не свидетельствует об их неисследованности судьей и нарушении прав лица на объективное и полное рассмотрение дела. Дело рассматривалось судьей с участием защитников Протопопова С.А. и Ткачева В.Г., вступивших в него со стадии административного расследования, ознакомленных с материалами дела, излагавших в процессе его рассмотрения свои доводы о несогласии с предъявленным компании обвинением, и получившими оценку в постановлении судьи. 

Довод защиты о не оглашении постановления по делу об административном правонарушении и нарушении судьей тайны совещательной комнаты, несостоятелен и опровергается материалами дела.

Частью 1 статьи 29.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях установлено, что при вынесении постановления по делу об административном правонарушении судья в исключительных случаях вправе отложить составление мотивированного постановления не более чем на три дня со дня окончания разбирательства дела. Резолютивная часть постановления в таких случаях должна быть объявлена немедленно по окончании рассмотрения дела. При этом требование на оглашение в полном объеме постановления судьи названным Кодексом не установлено.

Из материалов дела следует, что судьей по окончании рассмотрения дела об административном правонарушении 7 июля 2017 года вынесена резолютивная часть постановления. В полном объеме постановления изготовлено также 7 июля 2017 года.

То обстоятельство, что участники процесса не присутствовали при объявлении судьей резолютивной части постановления, не свидетельствует о том, что оно не было оглашено.

Изготовление постановления в полном объеме после оглашения резолютивной части в день рассмотрения дела положениям статьи 29.11 Кодекса Российской Федерации не противоречит. 

Довод жалобы о том, что при вынесении решения по данному делу об административном правонарушении судьей городского суда была нарушена тайна совещательной комнаты, не может быть принят во внимание, так как производство по делу об административном правонарушении регулируется нормами раздела IV Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, который не содержит требования об обязательном удалении судьи в совещательную комнату для принятия решения и не содержит принципа соблюдения тайны совещательной комнаты. 

Кроме того, защитником не представлено доказательств, что с момента ухода судьи в совещательную комнату и оглашения резолютивной части постановления им были рассмотрены другие дела.

Нарушение судьей Южно-Сахалинского городского суда трехдневного срока для выдачи копии постановления по делу об административном правонарушении, не свидетельствует о незаконности вынесенного постановления. 

Санкцией части 2 статьи 8.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусмотрено назначение административного штрафа в размере, кратном стоимости водных биоресурсов, явившихся предметом административного правонарушения.

При таких обстоятельствах, юридически значимым обстоятельством по делу является установление предмета административного правонарушения.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, если правонарушитель произвел продукцию из водных биоресурсов, явившихся предметом административного правонарушения, размер штрафа следует исчислять исходя из стоимости биоресурсов, как это предусмотрено санкцией части 2 статьи 8.17 КоАП РФ, а не из стоимости произведенной продукции.

Согласно акту уничтожения продукции от 5 августа 2016 года на борту судна находилась продукция в виде конечностей краба сырых в количестве 280 кг., конечностей краба вареных в количестве 260 кг, 3690 коробок с конечностями краба варено-мороженных весом 33060,55 кг. 

Предметом административного правонарушения являются: минтай мороженный весом 12835 кг, сельдь мороженная весом 3074,3 кг, краб-стригун опилио в количестве 67988 экземпляров общим весом 40583,8 кг, необходимый для получения обнаруженного на судне объема продукции.

Количество краба сырца, необходимого для производства находившихся в пластиковых корзинах вареных и невареных конечностей краба установлено путем подсчета количества пар секций конечностей краба, произведенного ихтиологом ФГБУ «Сахалинрыбвод» К.М.Ю., что подтверждается актом осмотра краба на видовой состав от 5 августа 2016 года (т.1 л.д.110).

Между тем данный акт не может быть принят в качестве доказательства, подтверждающего объем краба.

На судне находилось 8 корзин вареных конечностей краба и 8 корзин сырах конечностей краба. Согласно акту ихтиологом был произведен пересчет конечностей краба, находящихся всего в двух корзинах: 1 корзина с вареными конечностями краба, 1 корзина с сырыми конечностями краба. 

При этом установлено, что в одной корзине с вареными конечностями находится от 68 до 76 пар секций, в одной корзине в сырыми конечностями находится от 66 до 74 пар секций. Точное количество пар секций конечностей краба, находящихся в корзине ихтиологом не установлено. Количество пар секций конечностей краба стригуна опилио, находящиеся в остальных 14 корзинах, ихтиологом пересчитано не было. Данные о наполняемости этих 14 корзин в материалах дела отсутствуют.

На основании среднего количества пар конечностей, находившихся в одной корзине, 72 пары и 70 пар соответственно, ихтиологом сделан вывод о нахождении в 8 корзинах с вареными конечностями 576 пар секций и в 8 корзинах с сырыми конечностями – 560 пар секций.

Между тем указанные данные не могут быть признаны судом достоверными, поскольку не позволяют установить точный объем водного биоресурса краба сырца, необходимого для производства данной продукции.

Количество крабы сырца, необходимого для производства обнаруженной на борту судна варено-мороженной продукции, было установлено должностным лицом административного органа на основании заключения эксперта ихтиолога Б.О.Н. от 23 сентября 2016 года (т.1 л.д.136-141).

Из заключения следует, что эксперту были представлены 10 ящиков варено-мороженных конечностей краба-стригуна опилио. В результате подсчета пар секций конечностей краба, находящихся в ящиках, установлено среднее количество пар секций конечностей – 18, что свидетельствует, что для производства продукции, находящейся в одном ящике необходимо 18 экземпляров краба сырца.

Между тем, данное заключение эксперта также подлежит исключению из числа доказательств.

Из материалов дела и объяснений представителя Пограничного управления С.А.С. в судебном заседании следует, что для производства экспертизы должностным лицом административного органа были изъяты 20 ящиков с конечностями краба варено-мороженными.

Протокол изъятия образцов для производства экспертизы, из опечатывания, в материалах дела отсутствует. Не подтверждается это и имеющимися в материалах дела фото- видеоматериалами.

Согласно акту об уничтожении безвозмездно изъятых водных биологических ресурсов от 14 сентября 2016 года (т.1 л.д.150) в указанную дату были уничтожены 20 коробок с конечностями краба-стригуна опилио и 1 коробка с мясом краба из конечностей в дефростированном виде, возвращенные после проведения ихтиологической экспертизы. 

Однако, определение о назначении ихтиологической экспертизы, было вручено эксперту Б.О.Н. 20 сентября 2016 года (т.1 л.д.135). Ихтиологическая экспертиза была проведена ей 23 сентября 2016 года (т.1 л.д.136-141), после уничтожения 14 сентября 2016 года образцов краба, отобранных для производства экспертизы.

Кроме того, согласно определению о назначении экспертизы, эксперту были переданы 10 коробок с конечностями краба, и другими образцами флоры и фауны, находящиеся в трех пакетах, опечатанных пломбами №№,№,№.

Из заключения экспертизы следует, что экспертом исследовались десять картонных ящиков с конечностями краба-стригуна опилио, упакованные полимерные мешки, опечатанные пломбами «№».

В материалах дела отсутствуют сведения о весе обнаруженных на судне трех экземпляров сырого краба, и мяса краба, находящегося в одном ящике.

Также в материалах дела отсутствуют сведения о весе находящихся на борту судна мороженных сельди и минтая.

Из материалов дела следует, что должностным лицом административного органа 13 сентября 2016 года производился пересчет данной продукции, в результате которого установлено, что в трюме находилось 597 брикетов минтая мороженного весом 12835,5 кг, 142 брикета сельди мороженной общим весом 3074,3 кг.

Однако перевешивание продукции не производилось.

Из протокола об изъятии вещей и документов от 13 сентября 2016 года следует, что должностным лицом был произведено взвешивание изъятых для производства экспертизы трех брикетов минтая мороженного и трех брикетов сельди мороженной. Средний вес одного брикета минтая мороженного составил 21.5 кг, средний вес одного брикета сельди мороженной составил 21.65 кг.

Однако данные о весах, на которых производилось взвешивание продукции, номер, наименование весов, данные об их поверке, в протоколе отсутствуют.

В протоколах об изъятии сельди и минтая от 30 сентября 2016 года и 1 октября 2016 года и актах об их уничтожении (т.1 л.д.162-167), где указан вес изымаемой и уничтожаемой продукции, сведения о весах, с помощью которых определялся вес, также отсутствуют. 

Вся продукция, находящаяся на борту судна, уничтожена 5 августа 2016 года и 30 сентября и 1 октября 2016 года.

При таких обстоятельствах, несмотря на наличие на борту судна водных биологических ресурсов, установить объем предмета административного правонарушения не представляется возможным. 

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 7 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23 ноября 2010 года № 27 «О практике рассмотрения дел об административных правонарушениях, связанных с нарушением правил и требований, регламентирующих рыболовство», действия (бездействие), совершенные в пределах внутренних морских вод, территориального моря, континентального шельфа, исключительной экономической зоны Российской Федерации или открытого моря и выразившиеся в нарушении правил и требований, регламентирующих рыболовство в их пределах, образуют объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 8.17 КоАП РФ, если эти действия (бездействие) не содержат признаков уголовно наказуемых деяний, предусмотренных частью 2 статьи 253, статьями 256 или 258.1 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 8.37 КоАП РФ, образуют действия (бездействие), выразившиеся в несоблюдении или ненадлежащем соблюдении правил, регламентирующих рыболовство, за исключением случаев, когда такие действия (бездействие) подлежат квалификации по части 2 статьи 8.17 КоАП РФ либо по части 2 статьи 253, статьями 256, 258.1 УК РФ. 

Действия (бездействие) лиц, осуществляющих рыболовство в пределах внутренних морских вод, территориального моря, континентального шельфа, исключительной экономической зоны Российской Федерации или открытого моря, также могут быть квалифицированы по части 2 статьи 8.37 КоАП РФ, если будет установлен и подтвержден указанными в части 2 статьи 26.2 КоАП РФ доказательствами тот факт, что такими лицами нарушены правила, регламентирующие рыболовство, однако водные биоресурсы либо изготовленная из них продукция на момент обнаружения административного правонарушения уполномоченным на то должностным лицом отсутствовали.

Факт нарушения иностранной компанией правил, регламентирующих рыболовство, установлен и подтвержден материалами дела.

Но, поскольку, установить объем водных биоресурсов, явившихся предметом административного правонарушения, по материалам дела не представляется возможным, а возможность его установления в процессе рассмотрения дела утрачена, в связи с уничтожением продукции, считаю возможным переквалифицировать действия компании «COMMUNIA CO.,LTD.,S.A.» на часть 2 статьи 8.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, устанавливающую административную ответственность за нарушение правил, регламентирующих рыболовство, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 8.17 настоящего Кодекса.

Санкцией части 2 статьи 8.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусмотрено наказание в виде административного штрафа на юридических лиц в размере от ста тысяч до двухсот тысяч рублей с конфискацией судна и других орудий добычи (вылова) водных биологических ресурсов или без таковой.

В соответствии с пунктом 11 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23 ноября 2010 года № 27 «О практике рассмотрения дел об административных правонарушениях, связанных с нарушением правил и требований, регламентирующих рыболовство», за совершение административных правонарушений, предусмотренных частью 2 статьи 8.17 КоАП РФ, наряду с основным наказанием в виде административного штрафа установлена возможность назначения дополнительного наказания в виде конфискации судна и иных орудий совершения административного правонарушения (не изъятых из оборота вещей, использованных или предназначенных для использования любым способом, целиком или частично, для совершения административного правонарушения). При этом санкцией части 2 статьи 8.37 КоАП РФ предусмотрено дополнительное административное наказание в виде конфискации судна и других орудий (например, удочек, спиннингов, сетей, неводов, тралов, ловушек), используемых исключительно для добычи (вылова) водных биоресурсов, то есть изъятия таких ресурсов из среды обитания.

К судам, которые следует признавать орудиями совершения административного правонарушения, относятся любые самоходные и несамоходные плавучие сооружения (в том числе, резиновые лодки), если они применялись при совершении противоправных виновных действий (бездействия), за которые установлена административная ответственность (в частности, при незаконной добыче (вылове) водных биоресурсов, а в определенных для отдельных видов рыболовства случаях также при приемке, обработке, перегрузке, транспортировке, хранении и выгрузке уловов водных биоресурсов, при незаконном производстве продукции из водных биоресурсов).

Из материалов дела следует, что судно «IZ» является промысловым, предназначено для добычи (вылова) водных биологоческих ресурсов, оснащено необходимым промысловым оборудованием, со следами недавнего использования, которое находилось в тайнике, закрытом противопожарным щитом, на промысловой палубе обнаружена флора и фауна морского дна, снаряженные наживой крабовые ловушки, что свидетельствует об осуществлении судном вылова (добычи) краба. В период преследования судна «IZ», с ПСКР наблюдали принятие экипажем судна мер по сбросу в воду уловов водных биоресурсов. В момент высадки досмотровой группы на борт судна установленные на ходовой рубке таблички с названием судна были перевернуты названием внутрь. 

Из изложенного следует, что судно «IZ» является орудием совершение правонарушения. 

При таких обстоятельствах считаю необходимым применить дополнительное наказание в виде конфискации судна «IZ».

Совершенное иностранной компанией «COMMUNIA CO.,LTD.,S.A.» административное правонарушение посягает на установленный федеральным законодательством порядок общественных отношений в сфере охраны окружающей среды и водных биологических ресурсов, создает существенную угрозу охраняемым общественным интересам. Поэтому назначение такого дополнительного наказания будет соответствовать цели наказания по предупреждению совершения новых административных правонарушений, связанных с бесконтрольным выловом водных биологических ресурсов в исключительной экономической зоне Российской Федерации, при отсутствии каких-либо разрешительных документов на добычу и технических средств контроля, без регистрации судов в системе мониторинга.

При этом время нахождения судна «IZ» в исключительной экономической зоне Российской Федерации в течение 17 минут, при установленных обстоятельствах, не является основанием для освобождения юридического лица от административной ответственности. 

Учитывая изложенное, постановление судьи Южно-Сахалинского городского суда от 7 июля 2017 года подлежит изменению, действия иностранной компании «COMMUNIA CO.,LTD.,S.A.» переквалификации на часть 2 статьи 8.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 200000 рублей в конфискацией судна «IZ». 

На основании изложенного, руководствуясь пунктом 2 части 1 статьи 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья

р е ш и л :

постановление судьи Южно-Сахалинского городского суда 07 июля 2017 года изменить, переквалифицировать действия иностранной компании «COMMUNIA CO.,LTD.,S.A.» на часть 2 статьи 8.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 200000 (двести тысяч рублей) рублей в конфискацией судна «IZ». 

Судья Сахалинского областного суда Юсова Е.П.