Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

№ 2-4025/2025 

(43RS0001-01-2024-009680-32)

03 октября 2025 года г. Киров

Ленинский районный суд г. Кирова в составе:

судьи Клабуковой Н.Н.,

с участием истца ФИО1,

ответчика ФИО2, ее представителя ФИО3,

при секретаре Катербарге Д.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО2, ФИО4 к уголовной ответственности.

Согласно заявлению ФИО1 просил привлечь ФИО2 к уголовной ответственности за преступления, предусмотренные статьями 128.1, 137, 138, 167, 272, 273,306, 213 УК РФ; ФИО4 к уголовной ответственности за преступления, предусмотренные статьями 137, 138, 272, 273, 306, 213 УК РФ, взыскать компенсацию морального вреда.

Определением Ленинского районного суда г. Кирова от 10.12.2024 ФИО1 отказано в принятии заявления о привлечении ФИО2, ФИО4 к уголовной ответственности. 

Апелляционным определением Кировского областного суда от 20.02.2025 по делу № 33-758/2025 определение Ленинского районного суда г. Кирова от 10.12.2024 оставлено без изменения, частная жалоба без удовлетворения.

Определением Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 17.06.2025 № 88-11509/2025 определение Ленинского районного суда г. Кирова от 10.12.2024 и апелляционное определение Кировского областного суда от 20.02.2025 отменено в части отказа в принятии иска в части требований о взыскании морального вреда. В отмененной части материал направлен в Ленинский районный суд г. Кирова для решения вопроса о принятия искового заявления. 

С учетом положений определения Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 17.06.2025 г. судом принято к производству заявление ФИО1 к ФИО2, ФИО4 в части взыскания компенсации морального вреда, ввиду нарушения права на неприкосновенность частной жизни.

В обоснование требований истцом указано, что с июня 2020 года по настоящее время истец подвергается преследованию со стороны ФИО2 и ФИО4. Преследование начинается с несанкционированного доступа к камере его телефона, получению его личной информации, полученной посредством взлома его менеджера, паролей, а также доступа к электронной почте. ФИО2 и ФИО4 используют различные способы воздействия на него, включая слежку через камеру телефона, спам рассылки, звонки, клевету, взлом его аккаунтов, кражу и удаление личной информации и пр.

Историю преследования можно отсчитывать еще с января-февраля 2019 года, когда ФИО2 (на тот момент будучи еще ФИО6) обратилась к тому же психологу, к которому ходил истец. С самой ФИО2 он никак не знаком и знает ее только как { ... }

Также ему неизвестна личность ФИО4 Первый раз он встретился его на онлайн тренинге { ... } в конце 2020 года, где он скорее наблюдал за ответами истца в рамках тренинга. ФИО4 - это второй сталкер, который оказывает всестороннюю поддержку ФИО2 в преследовании, в первую очередь в технических вопросах IT. 

В июне 2020 года во время одного из АСМР онлайн стримов истец установил реальную личность ФИО2 под фейковым (зарегистрированным на вымышленные данные) мужским аккаунтом. Буквально через несколько дней ему стали приходить странные спам- сообщения на почту и телефон без рекламного и какого-либо коммерческого содержания.

Сообщения, которые истец получает от этих лиц и по настоящее время, содержат запугивающий и навязчивый характер, иногда угрозы. Большинство сообщений не несут в себе вообще никакой смысловой нагрузки. Иногда встречаются сообщения явно провокационно-буллингового характера, например, письмо с темой «Важные советы по безопасности в интернете» (само письмо, как и все спам сообщения от неизвестного отправителя). Часто получает звонки спамного содержания, словно кто-либо умышленно вводит его номера на сайтах разных банков в форме обратного звонка. В последнее время также часто стали приходить звонки с одним молчанием в телефон.

Кроме того, часто приходят сообщения с целью нагнать на него паранойю или демотивировать истца. Это легко объяснить, так как спам- сообщения приходят почти сразу же после определенных деловых писем (от нужных ему для работы), с похожей темой письма, либо просто сброс пароля от этого же сервиса, хотя он пароль не сбрасывал. Раньше спам звонки приходили буквально сразу же после его деловых разговоров, через несколько секунд после того, как он кладет телефон. Вероятно, все с целью того, чтобы он находился в состоянии паранойи, либо в демотивированном состоянии.

Еще в 2021 году ответчики много раз писали в социальной сети VK с разных фейковых профилей различные сообщения часто оскорбительного содержания, бывали и угрозы. 

Все эти звонки и сообщения, как полагает истец, исходят от ответчиков и наносят вред его моральному состоянию.

Он неоднократно пытался прекратить общение с этими лицами, используя все возможные способы: спам блоки, черные списки, общаясь напрямую с мужем ФИО2, а также с самой ФИО2, обращаясь в полицию, но все бессмысленно. Почти каждый день приходят все новые спам письма и звонки, тем самым ничего не меняется. Кроме того, некоторые аккаунты продолжают блокироваться. Таким образом, их действия можно рассматривать как систематическое и умышленное вмешательство в личную жизнь истца.

После указанных происшествий истец начал испытывать повышенную тревожность и страх, боится того, что в случае конфликтной ситуации другой гражданин может повести себя неадекватно и действовать аналогично, как в случае с ФИО2 и ФИО4 Имеется развитие стрессовых состояний и эмоционального истощения, нарушение сна, кошмары, бессонница, Появление депрессии, апатии и сниженного эмоционального фона, потеря концентрации и способности к принятию решений, нарушение личной жизни: страх общения с другими людьми, потеря доверия к окружающим, ощущение изоляции, ухудшение профессиональной деятельности из-за стресса, потеря дохода из-за снижения работоспособности.

Просит взыскать с ФИО2 и ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб.

В судебном заседании истец ФИО1 на взыскании компенсации морального вреда настаивал.

В судебном заседании ответчик ФИО2, её представитель ФИО5 отрицали факт преследования истца. В обоснование своей позиции пояснили, что ФИО2 истца не знает, никаких писем ему не писала, каких-либо действий в сети интернет в отношении него не совершала. ФИО4 также лично никогда не видела. Переписывалась с ним в сети интернет после того, как узнала о подаче заявления ФИО1 

В судебное заседание ответчик ФИО4 не явился, извещен надлежащим образом. Представлено заявление, согласно которому ответчик находится в Дубае, истца ФИО1 не знает, никогда с ним не общался.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

На основании ч.1, 2 ст. 23 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени.

Каждый имеет право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений. Ограничение этого права допускается только на основании судебного решения.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее по тексту - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33) под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 предусмотрено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Согласно пункту 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 изложено, что по общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33).

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33).

Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как следует из объяснений истца, ФИО2 и ФИО4 осуществляют преследование его в сети интернет. По мнению истца, они рассылают ему спам по электронную почту, взламывают принадлежащие ему аккаунты, крадут пароли, осуществляют различного рода воздействия на истца путем звонков, слежку через камеру телефона и тп.

В обоснование своей позиции ФИО1 представлены скриншоты из социальной сети, где зафиксирована переписка, в том числе с разными людьми, которые истец расценивает как фейковые аккаунты ответчиков. 

Кроме того, в материалы дела представлена флеш-карта со скриншотами писем из почтового ящика, который имеют массовый и спамовый характер, поступающая с различных электронных адресов, которые истец считает фиктивными и принадлежащими ответчикам. Данные материалы истец считает доказательствами систематического информационного давления и преследования со стороны ФИО2 и ФИО4 Данные материалы содержат письма с предложениями сомнительного заработка, предложениями кредитования, реклама сайтов онлайн знакомств, письма с технической информацией по интрнет-безопасности, письма, содержащие предложения о сборе денежных средств на лечение, подписка на рассылки, письма со сбросом пароля с различных сайтов, письма, свидетельствующие о факте взлома или вход посторонних лиц в учетные данные истца.

Все представленные материалы истец расценивает как доказательства противоправных действий ответчиков. 

В судебном заседании истец пояснил, что для защиты от действий ответчиков он неоднократно обращался в полицию с заявлениями в отношении ФИО2

Из объяснений ФИО1, данных при проведении проверки (КУСП {Номер изъят}), следует, что он предполагает, что ФИО6 занимается слежкой за ним, с ней знаком с 2018, ходил покупать к ней кофе, потом вместе с ней проходили лечение у одного психолога (л.д. 53 т. 2).

Из объяснений ФИО2 (ФИО6), данных при проведении проверки, следует, что она не знакома с ФИО1, по фотографии его не опознала, симпатии и знаков внимания к нему не проявляла (л.д. 57 т. 2).

Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 30.08.2022 (КУСП-4 {Номер изъят}) следует, что в ходе проверки установлено, что 26.04.2022 года неустановленное лицо, находясь в неустановленном месте, осуществило неправомерный доступ к личным кабинетам пользователя интернет ресурсов Capitalist.net, Blockchain.com ФИО1 с использованием зарубежных ip-адресов. В ходе проверки осмотрена учетная запись ФИО1 на интернет ресурсе Capitalist.ru, в ходе осмотра установлено, что персональных данных, которые могли бы идентифицировать ФИО1 в учетной записи, не содержится. Осмотреть учетную запись на ресурсе Blickchain.ru не представилось возможным. Согласно объяснениям ФИО1 в обеих записях не содержится информации, способной идентифицировать его. 

Из объяснений ФИО1 от 28.04.2022 следует, что 27.04.2022 года в вечернее время суток, используя свой мобильный телефон, он зашел в личный кабинет, сформированный на сайте Интернет расчетов «capitalist.net». Какие-либо банковские реквизиты, абонентские номера, принадлежащие ему в личном кабинете, не публиковал. Для того чтобы зайти в личный кабинет необходимо ввести логин и пароль. Свой логин и пароль никому не сообщал. Просмотрев информацию, обнаружил, что к его учетной записи привязан абонентский {Номер изъят}. Также заметил, что аватарка была удалена, чего он не делал. Абонентский номер принадлежит ФИО6. Лично он с ФИО6 никогда не общался. На ее номер звонков не совершал, связаться с ней не пытался.

Из объяснений ФИО6 от 24.05.2022 следует, что у неё ранее в пользовании был абонентский {Номер изъят}, которым она не пользуется на протяжении года. Номер не блокировала. С ФИО1 не знакома и не общалась. Электронным кошельком «capitalist.net» не пользовалась.

Из переписки ФИО2 и ФИО4, представленной в суд в виде скриншотов следует, что ответчики лично не знакомы с истцом. Их переписка сводится к обсуждению действий ФИО1, который осуществляет подачу заявлений в полицию, суд, осуществляет высказывания в сети интернет о виновных действиях ответчиков.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. 

Таким образом, основанием для удовлетворения требований истца является причинение нравственных страданий вследствие незаконных действий ответчиков ввиду нарушения неимущественного права истца на неприкосновенность частной жизни. При этом необходимо установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда.

В ходе судебного заседания доказательств незаконных действий ответчиков по отношению к ФИО1 не установлено.

Представленные истцом материалы, переписка в обоснование своей позиции по делу, такими доказательствами не являются, а сводятся к предположениям, фантазиям истца относительно его преследования со стороны ФИО2, ФИО4

Доводы ФИО1 о его преследовании со стороны ответчиков допустимыми и относимыми доказательствами не подтверждены. 

Сами по себе рекламные сообщения, спам-переписка, переписка с различными людьми, спам-звонки также не свидетельствует о преследовании истца со стороны ФИО2, ФИО4

При наличии установленных в судебном заседании обстоятельств, нарушения личных неимущественных прав или посягательств на иные нематериальные блага истца, каких-либо неправомерных действий со стороны ответчиков не установлено, что является основанием для отказа ФИО1 в удовлетворении заявленных им исковых требований о взыскании компенсации морального вреда. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в Кировский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд г. Кирова в течение месяца с момента принятия решения в окончательной форме.

Судья Н.Н.Клабукова

Мотивированное решение изготовлено 17 октября 2025 года.