Дело № 2-12/2019

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

г.Барнаул 16 января 2019 года 

Октябрьский районный суд г.Барнаула Алтайского края в составе председательствующего судьи Назаровой Л.В., при секретаре Юркиной Ю.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО3, ФИО4, ФИО5 о возмещении ущерба, причиненного пожаром, 

У С Т А Н О В И Л:

Истцы обратились ответчикам с иском о возмещении ущерба, причиненного пожаром, в обоснование уточненного иска указав, следующее.

Истцы ФИО1 и ФИО6 являются собственниками жилого дома, находящегося по адресу: 

<

адрес>.

Собственниками расположенного по соседству жилого дома по 

<

адрес> в г. Барнауле являются ответчики ФИО3 (1/4 доли), ФИО4 (1/4 доли), в данном доме также проживает ФИО5

Согласно иску А-вых ДД.ММ.ГГГГ около 2 час. 40 мин. произошло возгорание бани, расположенной на земельном участке, распложенном по адресу: 

<

адрес>, принадлежащей семье С-вых. Далее от бани огонь распространился на надворные постройки и крышу жилого 

<

адрес> в 

<

адрес>. Пожаром были повреждены кровля и внутренние помещения в принадлежащем истцам доме.

В результате проведенных исследований и изучения представленных ФГБУ СЭУ ФРС ИПЛ по Алтайскому краю материалов об обстоятельствах развития пожара (Техническое заключение № от ДД.ММ.ГГГГ) страшим инспектором отделения 

<

адрес> ТО НД № ФИО7 установлено, что очаг пожара находился в месте прохождения металлического дымохода через перекрытия парной бани, расположенной по адресу 

<

адрес>. Причиной возникновения пожара послужило тепловое самовозгорание материалов перекрытия от высоконагретой поверхности металлического дымохода.

Согласно постановлению № об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ лицом виновным в возникновении пожара является ФИО5, который в нарушение требований п. 81 ППР РФ допустил эксплуатацию печного отопления постройки с противопожарной разделкой не соответствующей требованиям пожарной безопасности.

Поскольку собственниками домовладения по 

<

адрес> С-выми использовалось печное оборудование, не соответствующее требованиям пожарной безопасности, изготовленное кустарным способом, которое представляет угрозу жизни и здоровью людей, каких-либо мер, чтобы исключить возможность использования ненадлежащего печного оборудования, не предпринималось, что истцы полагают, что ответчики обязаны возместить причиненный их имуществу пожаром ущерб.

Поскольку на момент подачи первоначального иска оценщик ООО «Алтайское бюро Технических экспертиз» произвел оценку рыночной стоимости домовладения, расположенного по адресу 

<

адрес> в 

<

адрес>, без учета площади домовладения принадлежащего сособственнику ФИО8, им была допущена ошибка в части площади, что подтверждается справкой об ошибке к ранее выданному заключению об оценке рыночной стоимости имущества домовладения, а также в связи с тем, что А-вы не представили расчеты по примерной стоимости строительных материалов, самовольной постройки, расположенной по адресу 

<

адрес>1 в 

<

адрес>, истцы на основании указанного отчета и справки об ошибке указывают, что рыночная стоимость принадлежащего им домовладения в размере 3/5 долей по 

<

адрес> в 

<

адрес>, уничтоженного пожаром ДД.ММ.ГГГГ по состоянию на дату оценки составляет 971624,05 рубля, примерная стоимость строительных материалов самовольной постройки составляет 409178 рублей, с учетом изложенного истцы просили взыскать в солидарном порядке с ответчиков ущерб в общем размере 1380802,05 рубля.

В судебное заседание явились истец ФИО1 и ее представитель по устному ходатайству ФИО9, которые на иске настаивали, истец ФИО2 не явился извещен надлежаще, просил рассмотреть дело в его отсутствие. 

В судебное заседание ответчики не явились, просили рассмотреть дело в их отсутствие, явилась представитель ответчиков ФИО10, которая с иском не согласилась, как по причине недоказанности вины ответчиков в пожаре, так и по причине недоказанности истцами размера ущерба, представила в суд видеоматериал с места пожара (баня и гараж, принадлежащие ответчикам), 

По ходатайству представителя ответчика по определению суда назначалась судебная экспертиза по вопросам о причинах пожара, а по ходатайству истцов – по вопросу о стоимости строительного материала, перечень которого представлен в приложении к уточненному иску.

По результатам экспертизы представитель истца ФИО9 заявил ходатайство о назначении повторной экспертизы по вопросу о причинах пожара и дополнительной экспертизы по товароведческому вопросу, ссылаясь на наличие противоречий выводов судебного эксперта материалам по факту пожара, представленным истцом с иском.

По ходатайству представителя ответчиков в суд был вызван и допрошен судебный эксперт ФИО11.

В результате допроса эксперта суд не усмотрел оснований для удовлетворения ходатайства представителя истца.

На основании ст. 167 ГПК РФ и с учетом мнения явившихся лиц суд счел возможным рассмотреть дело при данной явке.

Выслушав пояснения сторон, исследовав материалы дела, выслушав пояснения эксперта ФИО11, показания свидетелей, суд приходит к следующим выводам.

Как установлено в судебном заседании и не оспорено сторонами ФИО1 и ФИО6 являются долевыми сособственниками части жилого дома, находящегося по адресу: 

<

адрес>1, в размере - за ФИО1 - 2/5 долей и ФИО6 - 1/5 долей (Т.1 л.д.12,13). 

В оставшейся части доля в праве собственности на указанный дом принадлежит третьему лицу ФИО8 (адрес - 

<

адрес>2).

Собственниками расположенного по соседству жилого дома по 

<

адрес> в 

<

адрес> являются, в том числе ответчики ФИО3 (1/4 доли), ФИО4 (1/4 доли), в данном доме также проживает ФИО5 (Т.1 л.д.20).

Данные факты подтверждаются материалами дела и не оспаривались сторонами.

Установлено, что ДД.ММ.ГГГГ около 2 час. 40 мин. возник пожар, в результате которого пострадало имущество истцов, а также имущество ответчиков. 

Истцы указывают, что рыночная стоимость принадлежащего им домовладения в размере 3/5 долей по 

<

адрес> в 

<

адрес>, уничтоженного пожаром ДД.ММ.ГГГГ, по состоянию на дату оценки составляет 971624,05 рубля, примерная стоимость строительных материалов самовольной постройки, которая имела место на момент возникновения пожара и располагалась слева от основного дома вплотную к границе участка и к постройкам соседей по адресу: 

<

адрес>, составляет 409178 рублей, с учетом изложенного истцы просили взыскать в солидарном порядке с ответчиков ущерб в общем размере 1380802,05 рубля.

В обоснование вины ответчиков в пожаре и, как следствие, в причинении ущерба истцам, истцы ссылались на техническое заключение № от ДД.ММ.ГГГГ, составленное страшим инспектором отделения 

<

адрес> ТО НД № ФИО7, согласно которому установлено, что очаг пожара находился в месте прохождения металлического дымохода через перекрытия парной бани, расположенной по адресу 

<

адрес>. Причиной возникновения пожара послужило тепловое самовозгорание материалов перекрытия от высоконагретой поверхности металлического дымохода.

Согласно постановлению № об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ лицом виновным в возникновении пожара является ФИО5, который в нарушение требований п. 81 ППР РФ допустил эксплуатацию печного отопления постройки с противопожарной разделкой не соответствующей требованиям пожарной безопасности.

С данными выводами не согласились ответчики, в связи с чем по делу проводилась судебная строительно-техническая экспертиза, согласно результатам которой установлено следующее.

Очаг пожара, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ в жилых домах и надворных постройках по 

<

адрес> и 50 в 

<

адрес>, располагался внутри объёма западной центральной части мансардного этажа 

<

адрес> (квартира истцов А-вых). По имеющимся материалам дела достоверно установить истинную причину пожара не представляется возможным.

Фронт горения из очага пожара (внутреннего объёма западной центральной части мансарды 

<

адрес> – над неплановым пристроем) распространялся радиально по всем направлениям. Поскольку крыша имела возвышение в сторону огорода, то под действием конвекции и ветрового давления скорость распространения огня в северо-восточном направлении была больше. Следовательно, учитывая планировку строений (мансарда над квартирой № имела один общий объем) эксперт пришел к выводу, что первоначальное распространение огня происходило внутри мансарды 

<

адрес> ( с неплановой на плановую), затем огонь распространился на мансарду гаража 

<

адрес> мансарду 

<

адрес>. При охвате огнем всей площади сблокированных строений возник мощный факел пламени, от теплового излучения которого произошло возгорание строительных конструкций жилого 

<

адрес> (дома ответчиков).

При этом местоположение гаража с баней на земельном участке по 

<

адрес>, равно как и гаража сблокированного с жилым домов по 

<

адрес>, расположенных вплотную друг к другу вдоль границы между земельными участками № и № не соответствует требованиям противопожарной безопасности в части, касающейся соблюдения нормируемых противопожарных разрывов. Согласно п. 4.13 и таблице 1 СП 4.13130.2013 №Системы противопожарной защиты. Ограничение распространения об объектах защиты. Требования к объемно-планировочным и конструктивным решениям», расстояние между ними должно было составлять 15 метров. 

Согласно ч. 2 ст. 87 ГПК РФ в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.

Истцы выразили сомнения в правильности экспертизы проведенной судебным экспертом, ссылаясь на имеющееся в деле техническое заключение№ от ДД.ММ.ГГГГ, составленное по итогам расследования, проведенного страшим инспектором отделения 

<

адрес> ТО НД № ФИО7, согласно которому установлено, что очаг пожара находился в месте прохождения металлического дымохода через перекрытия парной бани, расположенной по адресу 

<

адрес>. 

Между тем у суда сомнений в правильности судебной экспертизы не имеется, поскольку в судебном заседании эксперт ФИО11 суду объяснил и продемонстрировал на фотоматериале, представленном в деле, в том числе на диске, почему именно он пришел к указанным выводам, пояснив и показав, что очаг пожара возник именно в мансарде внутри объёма западной центральной части мансардного этажа 

<

адрес>, доказательства тому- степень выгорания указанной мансарды, соответствующий цвет газобетона, из которого выстроен гараж истцов, а также направления по которым распространялся огонь вокруг очага (ближняя половина ворот гаража ответчиков выгорела существенно сильнее, чем вторая дальняя половина ворот; бревна с внешней стороны бани ответчиков оплавились от сильного огня, подобное отсутствует с внутренней стороны бани ответчиков, что вступает в противоречие с первоначальными выводами работников пожарной службы, щелевые прогары в полу и на западной стене внутри парной ответчиков отсутствуют, что также опровергает доводы истцов; на гараже с мансардным этажом по 

<

адрес> правая стена (прилегающая к домовладению 48) выгорела в большей степени (она ниже на фото), чем левая часть, движение огня с очевидностью справа налево, поскольку чем левее тем меньше наблюдается повреждений; относительно электроопоры на видеоматериале эксперт обнаруживает, что подача воды производится в очаговую зону, которая располагается в области мансарды над гаражом по 

<

адрес>1).

ФИО9 утверждал, что ФИО11 не обладает специальными познаниями, что также опровергнуто экспертом, который представил суду доказательства наличия высшего профессионального образования по специальности химик, доказательства профессиональной подготовки, повышения квалификации, доказательства стажу работы экспертом в ЭКЦ ГУ МВД России по 

<

адрес> около 12 лет, данный эксперт имеет свидетельство об обучении в учебном центре пожарной охраны УВД 

<

адрес>исполкома по программе подготовки среднего начальствующего состава ВПО от ДД.ММ.ГГГГ, свидетельство на право производства пожарно-технических экспертиз от ДД.ММ.ГГГГ, свидетельство на право самостоятельного производства судебных экспертиз - пожарно-технических экспертиз от ДД.ММ.ГГГГ (МВД России), свидетельство о повышении квалификации судебных экспертов по теме исследование технологических, технических, организационных и иных причин, условий возникновения, характера протекания пожара и его последствий от ДД.ММ.ГГГГ, свидетельство о том, что ФИО11 является действительным членом некоммерческого партнерства Палата Судебных Экспертов Сибири от ДД.ММ.ГГГГ. 

В связи с чем компетенция эксперта у суда сомнений не вызывает. 

В свою очередь, сведений о том, каким образованием, профессиональными навыками и умениями обладал на момент указанных событий старший инспектор отделения по 

<

адрес> ТО НД № ФИО7, который собирал и фиксировал следы пожара, в деле не представлено. Однако именно его протокол осмотра был положен в основу технического заключения № от ДД.ММ.ГГГГ, и его версия о наличии очага пожара в бане была положена в основу сделанных по делу выводов (справка на л.д.26 отказного материала). При этом суд учитывает, что в указанной справке очагом пожара указывается баня по адресу 

<

адрес>1, а это адрес А-вых. Впоследствии в постановлении № об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 пришел к выводу о том, что очаг пожара находится в месте прохождения дымохода через перекрытия парной бани, расположенной уже по адресу 

<

адрес>, 

<

адрес>, что является адресом С-вых. В связи с чем усматриваются явные противоречия в отказном материале даже в идентификации адреса и принадлежности имеющейся на данной территории (двух земельных участков) бани, что, в свою очередь, вызывает сомнения в достоверности представленных в отказном материале выводах.

Между тем ответчик ФИО5 непосредственно ДД.ММ.ГГГГ пояснял, что баню он за день до пожара не топил (л.д.20 в отказном материале). Данные обстоятельства отражены и в указанном постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела, из которого следует, что ФИО12 баню топить не стал.

О дыме в бане ответчиков ФИО7 сделал вывод со слов ФИО13 (супруга истицы), который в судебном заседании не допрашивался и о его допросе истец не заявляла.

При этом свидетель ФИО14, допрошенный судом в судебном заседании, суду показал, что баня у ответчиков не топилась (т.1 л.д.189).

Свидетель ФИО15 также видела пожар; в момент, когда приехали пожарные она подходила к месту пожара и наблюдала, что пожар шел справа налево, в этот момент уже горела баня ответчиков. (Т.1 л. Д.189 оборот). Как указано выше, пожарными зафиксировано позднее обнаружение пожара (рапорт от ДД.ММ.ГГГГ п. 4 л.д.3 в отказном материале).

Сами истцы достоверно пояснить, где произошло возгорание, также не могли.

Представитель истца ФИО9 ссылался на то, что эксперт необоснованно принял во внимание показания свидетелей, которые в действительности могли бы пояснить иные факты.

Эксперт ФИО11 суду пояснил, что установление очага пожара по показаниям свидетелей в соответствии с методикой не производится, показания свидетелей лишь могут косвенно подтвердить выводы экспертизы, при этом данные указанных в экспертном заключении пояснений эксперт взял из отказного материала и материалов дела, в которых приводятся, как правило, свежие воспоминания очевидцев. 

В свою очередь, суд учитывает, что в указанном рапорте начальника караула 3 ПСЧ ФПС ГПС ФГКУ ФИО16, зафиксировано, что по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ по прибытию к месту пожара было обнаружено лишь, что горит крыша открытым огнем, предполагаемое место очага пожара – устанавливается, вид горючей загрузки в очаге пожара – дерево, вещи, условия, способствующие развитию пожара - позднее обнаружение, наиболее вероятная причина устанавливается, установление лица, первого обнаружившего пожар а также свидетелей – соседи, виновник устанавливается. То есть на момент составления рапорта вывода о возгорании бани по адресу 

<

адрес>, с очевидностью не было. На ДД.ММ.ГГГГ однозначного вывода о том, на чьем домовладении (Речная, 48 или Речная 50) возник очаг пожара, также не было (постановление о возбуждении перед начальником органа дознания ходатайства о продлении срока проверки сообщения о преступлении от ДД.ММ.ГГГГ).

Кроме того, суд учитывает, что предлагаемое представителем истца в качестве достоверного техническое заключение № от ДД.ММ.ГГГГ, помимо использования указанных протокола осмотра, справки, содержащих противоречия относительно действительного адреса очага возгорания, также содержит ссылки на пояснения граждан, при этом убедительных доводов версии специалистов в указанном заключении нет. Указанные специалисты судом не предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, в связи с чем является некорректным заявление о противоречии судебной экспертизы указанному заключению.

В свою очередь представитель истца суду пояснял, что в 2013-214 году истцы начали активное строительство, заключающееся в расширении принадлежащей им части дома, а именно вокруг уже имеющегося узаконенного ими строения самовольно возвели их газобетонных блоков стены, которые вплотную прилегают к забору, разделяющему земельные участки истцов и ответчиков. Крышу со старого домовладения истцы сняли и закрыли одной. Под крышей дома истцов находились горючие материалы, большое количество опилок и пеноплекс, а муж истицы вел там ежедневные строительные работы, при этом пользовался болгаркой, циркулляркой, а также постоянно там курил, в частности работал там муж истицы и ДД.ММ.ГГГГ, в целях экономии денежных средств он ставил магнит на электросчетчике, что могло привести к перегрузу, замыканию, и, как следствие к возгоранию. Истцы не выразили возражений указанным пояснениям, и доказательств обратному истцами суду также не представлено (Т.1 л.д. 189). 

Эксперт в судебном заседании суду пояснил, что установить, каким именно образом в доме истцов от электроопоры проходила электропроводка в настоящий момент уже невозможно, но именно от указанной электроопоры, которая стоит слева от дома истцов она проходила и обойти неплановый дом истцов не могла.

Эксперт ФИО11 предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, что приводит суд к выводу об отсутствии оснований для проведения повторной экспертизы и достаточности и достоверности представленного суду экспертного заключения и пояснений эксперта к нему для настоящего дела. 

Несогласие истцов с выводами судебного эксперта не является основанием для проведения повторной экспертизы в силу ст. 87 ГПК РФ. 

При этом суд учитывает, что истцы обратились в суд спустя почти три года, лишив себя тем самым возможности представить максимум доказательств своих доводов. 

В настоящее время на месте пожара и истцы, и ответчики самовольно возвели аналогичные сгоревшим помещения, что объективно стало препятствием для экспертов установить причину возгорания и соответственно к моменту судебного заседания обнаружить новые доказательства, способные изменить выводы эксперта, объективно не представляется возможным.

Таким образом, судом признается установленным, что очаг возгорания произошел в помещении истцов - внутри объёма западной центральной части мансардного этажа 

<

адрес> (квартира истцов А-вых). По имеющимся материалам дела достоверно установить истинную причину пожара не представляется возможным. Данный довод представляется обоснованным, в том числе с учетом позднего обращения истцов с указанным иском в суд.

Согласно п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 14 (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем" вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в статье 1064 ГК РФ, в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

При взыскании понесенных убытков в связи с причинением истцу вреда подлежат доказыванию три обязательных элемента: нарушение ответчиком принятых на себя обязательств, причинная связь между понесенными убытками и неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств и размер убытков (реальных и упущенной выгоды), возникший у истца в связи с нарушением ответчиком своих обязательств. Также должна быть доказана вина ответчика, как в нарушении обязательств, так и в причинении убытков. Отсутствие одного лишь элемента оснований для взыскания причиненного ущерба по ст. 1064 ГК РФ является основанием для отказа в иске в возмещении ущерба.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Истцами представлялись доказательства наступления убытков, наличие убытков не оспаривалось ответчиками в судебном заседании, однако размер заявленных убытков подвергался ответчиками сомнению, по результатам судебной экспертизы стоимость ремонтно-восстановительных работ и материалов, необходимых для устранения ущерба, причиненного в результате пожара ФИО17, а именно части жилого дома и пристроям к нему не представляется возможным. Общая стоимость стройматериалов самовольной постройки, расположенной по адресу 

<

адрес>1 составляет 274224 рубля, при этом часть стройматериала не оценена экспертом, в связи с тем, что истцами не представлены данные, определенно характеризующие эти материалы (Т.2 л.д.78).

Между тем в судебном заседании достаточных достоверных и допустимых доказательств тому, что причиной пожара явились действия ФИО5, как на то указывали истцы, (его действия по эксплуатации банной печи, построенной кустарным способом, в день возникновения пожара), а также что непосредственной причиной возгорания явилось возгорание бани ответчиков, суду не представлено. Напротив, представлены достаточные доказательства тому, что возгорание произошло в помещениях истцов.

Таким образом, истцами не доказана противоправность действий ответчиков и ФИО5 в частности, его вина в причиненном ущербе, а также причинно-следственная связь между действиями (бездействием) ответчика ФИО5 и других ответчиков и наступившим для истцов неблагоприятными последствиями в виде повреждения их имущества. Указанное является основанием для отказа в иске в полном объеме.

Кроме того, в любом случае суд считает самостоятельным и достаточным основанием для отказа в иске следующее важное обстоятельство.

Согласно ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Согласно п.2 ст. 1083 ГК РФ если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. 

Судом установлено и не оспаривалось истцами, ответчиками, подтверждено материалами дела и судебным экспертом, что истцы до дня пожара занимались строительством самовольной постройки, самовольно перестроили плановый 

<

адрес> (в своей части дома) по 

<

адрес>, самовольная постройка располагалась непосредственно на границе участков Речная, 48 и Речная 50. Судебный эксперт, указал, что местоположение гаража с баней на земельном участке по 

<

адрес>, равно как и гаража сблокированного с жилым домов по 

<

адрес>, расположенных вплотную друг к другу вдоль границы между земельными участками № и № не соответствует требованиям противопожарной безопасности в части, касающейся соблюдения нормируемых противопожарных разрывов. Согласно п. 4.13 и таблице 1 СП 4.13130.2013 «Системы противопожарной защиты. Ограничение распространения об объектах защиты. Требования к объемно-планировочным и конструктивным решениям», расстояние между ними должно было составлять 15 метров. 

При данных условиях суд считает, что возведение самовольной постройки с указанными нарушениями противопожарных правил, является явным злоупотреблением правами со стороны истцов, соответственно данные обстоятельства являются самостоятельным основанием для отказа в их иске в полном объеме Оснований для возмещения ущерба полностью либо в какой-то части при таких обстоятельствах истцам суд не усматривает, поскольку иное противоречило бы смыслу положений ст. 222 ГК РФ (права на самовольную постройку с ее строительством у застройщика по общему правилу не возникают, самовольная постройка подлежит сносу за счет лиц, ее построивших, самовольная постройка может стать объектом прав собственности, только при соблюдении определенных в ст. 222 ГК РФ условий, в том числе при отсутствии угрозы жизни и здоровью граждан). 

Случившийся пожар является безусловным и наглядным доказательством тому, что указанная самовольная постройка угрожала жизни и здоровью граждан, а также их имуществу. 

Более того, по делу установлено и не отрицается истцами, что даже с учетом случившегося пожара, указанное не стало препятствием для возведения истцами новой самовольной постройки в тех же границах и объеме, что сгорели при пожаре, и теми же горючими стройматериалами, что вновь ставит под угрозу не только имущество истцов и ответчиков, но и жизнь и здоровье граждан, 

С учетом изложенного заявленные в иске права истцов судебной защите не подлежат.

Таким образом, иск ФИО2, ФИО1 не подлежит удовлетворению в полном объеме. 

Оснований для возмещения истцам судебных расходов по делу в соответствии со ст. 98 ГПК РФ также не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 98, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1, ФИО2 к ФИО3, ФИО4, ФИО5 о возмещении ущерба, причиненного пожаром оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Алтайский краевой суд через Октябрьский районный суд г. Барнаула в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий Л.В.Назарова