П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Иваново 17 декабря 2025 года

Ленинский районный суд города Иваново в составе:

председательствующего судьи Бирюкова Г.Е.,

при секретаре Быковой А.С.,

с участием государственных обвинителей ФИО301

потерпевших ФИО33

представителя потерпевшей ФИО34 – адвоката Ивановской коллегии адвокатов «Эталон» ФИО20,

подсудимых ФИО35.,

защитника подсудимого ФИО36 – адвоката Ивановской коллегии адвокатов «Эталон» ФИО18,

защитников подсудимого ФИО37 – адвокатов Ивановской центральной коллегии адвокатов ФИО19, Ивановской коллегии адвокатов «Адвокатский центр» ФИО10,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес>, гражданина Российской Федерации, с высшим образованием, неженатого, детей не имеющего, работающего пекарем в ООО «Рижский Хлеб», зарегистрированного и проживающего по адресу: 

<

адрес>,- несудимого,

ФИО2, родившегося ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес>, гражданина Российской Федерации, с высшим образованием, женатого, имеющего двоих малолетних детей, индивидуального предпринимателя, работающего водителем в АО «Тандер», зарегистрированного и проживающего по адресу: 

<

адрес>,- несудимого

обвиняемых в совершении двух преступлений, предусмотренных ч.3 ст.159 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 и ФИО2 совершили покушение на мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, группой лиц по предварительному сговору и в крупном размере,- при следующих обстоятельствах.

В период до 26 января 2023 года ФИО1 и ФИО2 из корыстных побуждений вступили между собой в преступный сговор, направленный на хищение денежных средств, принадлежащих ФИО43., путем обмана. В качестве способа совершения хищения ФИО44 избрали оказание пожилым, являющимся пенсионерами по возрасту ФИО45 услуг по ремонту оконных конструкций, расположенных по месту жительства последних – 

<

адрес>, 

<

адрес> – по заведомо завышенной стоимости, путем введения в заблуждение относительно необходимости ремонта этих оконных конструкций,- и мнимого оказания услуг по ремонту оконных конструкций. Вступив в сговор, ФИО1 и ФИО2 договорились действовать согласно складывающейся обстановке.

26 января 2023 года ФИО1 и ФИО2 в ходе телефонного разговора с ФИО48 ввели ее в заблуждение, сообщив о необходимости профилактического осмотра имеющихся в ее квартире оконных конструкций. Прибыв по вышеуказанному месту жительства ФИО49, они представились ФИО302. мастерами по установке и ремонту оконных конструкций, после чего ФИО50, не подозревая о преступных намерениях ФИО1 и ФИО2, предоставила им доступ в квартиру и к оконным конструкциям.

Реализуя свой совместный преступный умысел, направленный на хищение денежных средств Свидетель №6 путем обмана, ФИО1 и ФИО2 после осмотра оконных конструкций, понимая, что Свидетель №6 является пожилым человеком, не осведомленным в области ремонта оконных конструкций, и что она введена в заблуждение, сообщили ей заведомо ложные сведения о неисправности оконных конструкций и о необходимости их срочного ремонта, озвучив стоимость такого ремонта – 47 000 руб. После этого ФИО1 и ФИО2, действуя в совместных интересах, создали видимость ремонта оконных конструкций, фактически его не выполнив, и получили от Свидетель №6 и В.М. денежные средства в размере 47 000 руб., после чего скрылись, распорядившись ими по своему усмотрению.

Продолжая реализовывать совместный преступный умысел, направленный на хищение денежных средств ФИО32 путем обмана, ФИО1 и ФИО2 аналогичным вышеописанному образом похитили путем обмана денежные средства Свидетель №6 и В.М.:

– в период с 27 января по ДД.ММ.ГГГГ включительно – в сумме 47 000 руб.;

– в период с 24 марта по ДД.ММ.ГГГГ включительно – в сумме 47 000 руб.;

– в период с 25 мая по ДД.ММ.ГГГГ включительно – в сумме 47 000 руб.

После этого ФИО1, продолжая реализовывать совместный со ФИО2 вышеуказанный преступный умысел, в период с 01 февраля по 28 мая 2024 года включительно, действуя в своих и ФИО2 интересах, аналогичным вышеописанному образом, похитил путем обмана денежные средства Свидетель №6 и ФИО52 в сумме 37 000 руб.

После этого ФИО1, продолжая реализовывать совместный со ФИО2 вышеуказанный преступный умысел, в период с 29 мая по 09 августа 2024 года включительно, действуя в своих и ФИО2 интересах, аналогичным вышеописанному образом попытался похитить путем обмана денежные средства Свидетель №6 и В.М. в сумме 30 000 руб., однако не смог довести задуманное до конца по не зависящим от него обстоятельствам – в связи с отказом Потерпевший №2 от передачи денежных средств.

В результате совместных преступных действий ФИО1 и ФИО2 Свидетель №6 и ФИО53 был причинен материальный ущерб в размере 225 000 руб., а в случае доведения преступного умысла до конца был бы причинен материальный ущерб в размере 255 000 руб.,- то есть в крупном размере.

ФИО1 и ФИО2 также совершили мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, группой лиц по предварительному сговору и в крупном размере,- при следующих обстоятельствах.

В период до 12 часов 16 октября 2024 года ФИО1 и ФИО2 из корыстных побуждений вступили между собой в преступный сговор, направленный на хищение денежных средств, принадлежащих ФИО55., путем обмана. В качестве способа совершения хищения ФИО1 и ФИО2 избрали оказание пожилой, являющейся пенсионером по возрасту и инвалидом II группы ФИО57 услуг по ремонту оконных конструкций, расположенных по месту жительства последней – 

<

адрес> – по заведомо завышенной стоимости. Вступив в сговор, ФИО1 и ФИО2 распределили между собой преступные роли.

С целью реализации совместного преступного умысла ФИО1 и ФИО2 в период с 12 часов 16 октября 2024 года до конца указанного дня пришли к ФИО60 и представились мастерами по установке и ремонту пластиковых окон, сообщив о необходимости их профилактического осмотра. ФИО61, не подозревая о преступных намерениях ФИО1 и ФИО2, предоставила им доступ в помещение своей квартиры и к осмотру установленных в ней оконных конструкций и балкона.

Действуя в совместных интересах, ФИО1 и ФИО2 осмотрели указанные оконные конструкции, произведя неустановленные действия, после чего сообщили ФИО65., обманывая ее, об их неисправности и необходимости срочного ремонта, убедившись при этом, что ФИО64 является не осведомленным в области ремонта оконных конструкций лицом и озвучив стоимость услуг – 75 000 руб.

После этого, создав видимость работ по ремонту оконных конструкций, но фактически их не выполнив, потребовали от ФИО68 их оплату в размере 75 000 руб., которые ФИО3, не подозревая о преступных намерениях ФИО69, им передала. Не останавливаясь на достигнутом, ФИО1 и ФИО2 сообщили ФИО67 о необходимости ремонта других оконных конструкций в ее квартире, сообщив, что стоимость такого ремонта будет составлять 72 000 руб. Получив ее согласие, ФИО1 и ФИО2 создали видимость выполнения работ по ремонту оконных конструкций, фактически их не выполнив, и получили от обманутой ими ФИО303 денежные средства в размере 72 000 руб. После этого ФИО1 и ФИО2 скрылись, распорядившись похищенными денежными средствами по своему усмотрению.

Продолжая реализовывать совместный преступный умысел, направленный на хищение денежных средств ФИО74 путем обмана, ФИО1 и ФИО2, действуя аналогичным вышеописанному способом, похитили путем обмана денежные средства ФИО76.:

– 17 октября 2024 года – в сумме 130 000 руб. за якобы произведенный ремонт балконной двери и 180 000 руб. за якобы произведенный ремонт других оконных конструкций;

– в период с 18 по 21 октября 2024 года включительно – 180 000 руб. и 120 000 руб. за якобы произведенный ремонт розеток в квартире;

– в период с 22 по 24 октября 2024 года включительно – 120 000 руб. за якобы произведенный ремонт стабилизатора напряжения на лестничной площадке у квартиры ФИО3

В результате совместных преступных действий ФИО1 и ФИО2 ФИО304 был причинен материальный ущерб в размере 877 000 руб.,- то есть в крупном размере.

В судебном заседании подсудимый ФИО2 от дачи показаний отказался, воспользовавшись положениями ст.51 Конституции РФ.

Из оглашенных показаний ФИО2, данных при его допросе в качестве подозреваемого 14 ноября 2024 года, следует, что он является индивидуальным предпринимателем и осуществляет ремонт совместно с ФИО1 ФИО4 он подыскивает, покупая базы данных и обзванивая их, а также ища заказы в мессенджерах. В середине октября 2024 года обнаружил заявку о ремонте, приехали вместе с ФИО1 по адресу: 

<

адрес>. Дверь им открыла ФИО82. В ходе разговора с ней узнали, что ей делали ремонт ванной комнаты, она также пожаловалась, что из окна то ли дует, то ли оно скрипит. Осмотрев окно, решили его отрегулировать, почистить дренажи, отреставрировать уплотнитель. Обсудили с ней цену за работы, которая составляла 28 000 – 30 000 руб. ФИО1 чинил окно в кухне, а он в комнате заполнял документы. Как именно с ним расплатилась ФИО83. – он не помнит, но были купюры по 5 000 и 1 000 руб. Она проверила окно и убедилась, что все хорошо. Ни договорились, что придут на следующий день для проверки окон. На следующий день ФИО85 попросила их посмотреть балкон, они сказали, что придут через несколько дней, а в этот день никаких работ не производили. Через 2-3 дня пришли к ФИО92 и стали осматривать балкон, сообщили, что 4 створки требуют ремонта, ФИО86. согласилась. Стоимость работ была 50 000 – 60 000 руб. Работы выполнял ФИО1, а он заполнял документы. Часть денег ФИО93 им отдала, а остальную часть договорились с ней забрать через несколько дней, когда придут доделывать работы. Через несколько дней они доделали работы, ФИО94 все проверила и отдала остаток денег. Также ФИО1 подкрутил розетку. Общая стоимость работ составила 85 000 – 90 000 руб. После этого они к ФИО91. не приходили. Цены определяли в соответствии с прейскурантом, но где он находится – пояснить не может. Прейскурант ФИО90 не демонстрировали. Во время ремонта могли заменять ответные планки на окнах. С собой имели инструменты – отвертку, ключ фурнитурный, распылитель, смазку (т.2, л.д.99-103).

При проверке показаний ФИО2 на месте 15 ноября 2025 года он указал, где в октябре 2024 года производил ремонт (на квартире у ФИО96.) и получил от ФИО97 87 000 руб. (т.2, л.д.108-112).

При допросе 28 января 2025 года ФИО2 показал, что не может пояснить, оказывал ли услуги по ремонту окон ФИО99., специального образования в области ремонта окон он не имеет, опыт получил из подработок в ремонтной бригаде (т.3, л.д.101-104).

При допросе в качестве обвиняемого 28 января 2025 года ФИО2 показал, что ремонт осуществлял по заявкам, все работы производил по согласованию с заказчиком, оплату принимал по договору (т.3, л.д.117-121).

Оглашенные показания ФИО2 подтвердил, дополнительно пояснив, что осуществляет деятельность в качестве индивидуального предпринимателя, ведет отчетность. В цены по прейскуранту включены его расходы, цены являются средними по городу. Звонки клиентам он если и осуществлял, то только несколько раз, поскольку работал по поступающим заявкам. При его работе по установке окон в 2021 году стоимость окна с установкой составляла около 25 000 руб., после этого стоимость возросла. Имеющиеся в его ноутбуке записи и файлы с указанием «старые фирмы» относятся к работе его жены бухгалтером.

Допрошенный в судебном заседании ФИО1 показал, что несколько лет назад познакомился со ФИО2, тот предложил ему совместно работать в области ремонта, в том числе пластиковых окон. ФИО2 сообщил ему, что есть заявка на ремонт окон по адресу ФИО105, он согласился с ним поехать. Услуги по ремонту ФИО106 оказывались в мае 2023 года и марте 2024 года, о чем составлялись договоры. Цены на услуги озвучивал ФИО2, он же составлял документы. Цены обсуждались с заказчиком до выполнения работ. Во время нахождения у ФИО108 от окна отлетела какая-то деталь (ответная планка). У ФИО109 был вместе со ФИО2 два раза, один не приходил. К ФИО111. приезжали для ремонта 3 или 4 раза, получили за работу 87 000 руб. Рассчитывалась ФИО112 со ФИО2 16 или 17 октября 2024 года делали окна на кухне, 21 октября 2024 года проводили работы на лоджии.

Допрошенный в судебном заседании потерпевший ФИО114 показал, что он проживает с супругой ФИО115., они ведут совместный бюджет. У них в квартире установлены евроокна, и супруга периодически обращалась к нему по поводу того, что ей были необходимы деньги для ремонта окон. В общей сложности в течение последних нескольких лет они потратили на ремонт окон около 300 000 руб. Когда к ним в квартиру приходили ремонтники, он был на работе, и супруга звонила ему, чтобы он привез ей деньги, поскольку «окна опять вывалились» и «надо заплатить». ФИО1 он узнает, поскольку один или несколько раз видел его у себя в квартире, когда привозил супруге деньги. В перерывах между визитами ремонтников окна работали нормально, а во время их визитов супруга сообщала, что нужно заплатить 30 000 – 50 000 руб. Это происходило 3 или 4 раза. Квитанций об оплате они не оставляли, обещали принести гарантийное письмо. Манипуляции по починке окон производились в течение короткого времени.

Из оглашенных показаний потерпевшего ФИО117 от 13 ноября 2024 года следует, что после установки в их квартире окон к ним стали приходить мастера, которые выявляли в окнах поломки (выпадение окна), и его супруга ФИО118 просила его дать ей денег, чтобы оплатить их ремонт. Поскольку это происходило периодически, и возникающие проблемы не менялись, а на ремонт стало уходить много денег, он заподозрил неладное. Гарантии на ремонт мастера не давали. Последний раз один из ремонтников пришел в квартиру, когда супруги не было дома, и стал производить какие-то действия с окном на кухне, после чего оно выпало. За ремонт потребовал 30 000 руб., но он (ФИО119.) отказался от оплаты. Всего они с супругой отдали ремонтникам, чьи действия считает мошенническими, около 300 000 руб. (т.2, л.д.191-193).

Из оглашенных показаний потерпевшего ФИО120 от 11 декабря 2024 года следует, что во время проведения следственных действий в его квартире с участием молодого человека (ФИО1) он его узнал как одного из мастеров. Данные мастера оказывали им с супругой услуги по ремонту окон в 2023 и 2024 годах. После осмотра выписок с банковского счета заявил, что совместно с супругой платил данным ремонтникам 26 января, 23 марта и 24 мая 2023 года, в сентябре или октябре 2023 года, а в январе и мае 2024 года ремонт производил один молодой человек плотного телосложения, который также приходил в августе 2024 года и требовал денег за ремонт, но он ФИО122 его прогнал.

Ремонт окон происходил таким образом – сначала ему демонстрировали одну и ту же деталь, которая якобы ломалась и из-за этого выпадала створка, после этого ремонтники крутили в двух местах крестовой отверткой и ставили окно на место, а якобы сломавшуюся деталь забирали, не ставя взамен новой. Осмотрев место, с которого она якобы выпадала, он ее не обнаружил, но окно работало нормально, хотя ремонтники ему говорили, что оно вываливается. С января до осени 2023 года с него за визит брали 47 000 руб., эти деньги они с супругой передавали наличными. В январе и мае 2024 года платили ремонтникам по 37 000 руб., а в августе с него требовали 30 000 руб., которых он не дал (т.2, л.д.227-229).

Оглашенные показания потерпевший ФИО123 подтвердил.

Допрошенная в судебном заседании потерпевшая ФИО124 показала, что ранее ООО «Весна» производило в ее квартире ремонтные работы. 15 октября 2024 года ей позвонил неизвестный и сообщил, что ООО «Весна» «распалось», и им нужно посмотреть договоры и счета. 16 октября 2024 года пришли ФИО1 и ФИО2, которые посмотрели документы, стали спрашивать, как у нее обстоят дела с окнами. Она ответила, что с окнами все в порядке, а они стали осматривать окно на кухне, «ковыряться» в нем, и сказали, что окно качается и может упасть, его нужно ремонтировать. Она согласилась, ей сказали, что это будет стоить 75 000 руб. Поскольку после смерти матери в июне 2024 года у нее остались деньги в сумме 1 000 000 руб., она отдала им из этих денег 75 000 руб. После этого они пошли в комнату, осмотрели балконную дверь и сказали, что она тоже может упасть, и что ее нужно отремонтировать. Через 5 минут сказали, что все сделали, она отдала им 72 000 руб., они ушли, вернулись 18 октября 2024 года. ФИО1 дернул ручку окна в большой комнате, и оттуда посыпались железки. Сообщили ей, что замена фурнитуры будет стоить 120 000 и 180 000 руб., поскольку фурнитура немецкая, дорогая. Она согласилась и отдала им деньги. После этого они приходили 21 октября 2024 года и говорили, что у нее «пахнет паленой пластмассой», стали осматривать розетки и сказали, что те могут загореться, поскольку плохо установлены. За ремонт розеток так же потребовали 120 000 и 180 000 руб., которые она им отдала. 24 октября 2024 года они снова пришли, осматривали стабилизатор напряжения, который после этого перестал работать. В этот день она отдала им 120 000 руб. Всего она отдала ФИО1 и ФИО2 877 000 руб., поскольку от миллиона рублей у нее осталось только 123 000 руб. Стабилизатор напряжения ей позже бесплатно починил электрик из управляющей компании. После этого она рассказала о случившемся соседям, и те ей сказали, что ее обманули. В ходе предварительного расследования ей было возмещено 200 000 руб. Подсудимые по ее настоянию выдали ей приходный кассовый ордер на сумму 120 000 руб., указав при этом, как выяснилось впоследствии, несуществующую организацию.

Из оглашенных показаний потерпевшей ФИО128. от 25 октября 2024 года следует, что 16 октября 2024 года она передала за ремонт 75 000 и 72 000 руб., 17 октября 2024 года – 130 000 и 180 000 руб., 21 октября 2024 года – 120 000 и 180 000 руб., 24 октября 2024 года – 120 000 руб. Всего ею было передано 877 000 руб. (т.1, л.д.45-48).

При допросе 22 января 2025 года потерпевшая ФИО129 дала аналогичные показания (т.1, л.д.76-78).

На очной ставке с ФИО1 13 ноября 2024 года потерпевшая ФИО130 сообщила, что 16 октября передала ФИО1 и ФИО2 72 000 и 75 000 руб., 17 октября – 120 000 и 130 000 руб., 21 октября – 180 000 руб., 24 октября – 120 000 – 130 000 руб., а всего за эти дни у нее похитили 877 000 руб. (т.2, л.д.58-64).

После оглашения показаний потерпевшая ФИО133 подтвердила первоначально данные показания, сообщив, что всего отдала 877 000 руб., при этом от 1 000 000 руб. сбережений у нее осталось 125 000 руб., но еще 2 000 руб. она отдала в первый день из кошелька. Расчеты в протоколах допросов производила следователь.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО134 показала, что она проживает с супругом ФИО135 Примерно с 2020 года к ней стали регулярно приходить ремонтники с целью профилактического осмотра окон. В ходе осмотра поясняли, что окна сломаны, нужно менять фурнитуру, иначе от ветра окна выпадут. Она соглашалась, деньги за ремонт просила дать своего супруга. Ремонтники приходили каждые 2-3 месяца, каждый раз сообщая о неисправности окон и необходимости их починки. Приходили разные бригады, по 2-3 человека, в ходе осмотров показывали ей деталь, которая якобы сломана, пугали, что окно выпадет. Суммы оплаты составляли 42 000 руб. и 37 000 руб. Последний раз деньги она отдавала ФИО1, который пришел один, а до этого приходил с другим молодым человеком. До 2023 года ремонт осуществляли другие люди. В 2023 году ФИО1 приходил в паре с кем-то, в 2024 году она его видела одного В конце 2023 года или начале 2024 года один раз по ее просьбе деньги за ремонт переводила ее дочь на банковскую карту ремонтника.

Из оглашенных показаний свидетеля ФИО138 от 11 декабря 2024 года следует, что в январе 2023 года к ней приходили ФИО1 и еще один худощавый молодой человек, при осмотре которыми окна то вывалилось, и требовалось произвести его ремонт, который стоил 47 000 руб. оплату она произвела наличными. Эти же люди приходили к ней в марте, мае, сентябре или октябре 2023 года, и каждый раз при осмотре ими окон одна из створок вываливалась, за ремонт они требовали 47 000 руб., эти деньги она им передавала наличными за замену фурнитуры. В январе 2024 года пришли эти же люди, оплату взяли в размере 37 000 руб. В мае 2024 года приходил только ФИО1, взяв за работу 37 000 руб. От мужа знает, что эти же люди приходили в августе 2024 года и требовали 30 000 руб., но он от оплаты отказался и выгнал их (т.2, л.д.245-248).

Оглашенные показания свидетель ФИО141 подтвердила, пояснив, что одну из указанных сумм в 37 000 руб. не передавала наличными, а просила перевести на карту ремонтника свою дочь.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО143. показал, что является другом семьи ФИО142., ранее был знаком с ее родителями по службе. После смерти родителей ФИО144 стал за ней ухаживать и присматривать, поскольку она является ФИО147. У потерпевшей имелись оставшиеся после смерти деньги в суммах 1 000 000 руб. и 600 000 руб. Впоследствии ему стало известно, что ФИО145 отдала за ремонт окон порядка 800 000 руб. ФИО146. ведет аскетичный образ жизни, больших трат не имеет и в действительных ценах на товары, работы и услуги ориентируется не всегда правильно.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО148 показала, что является соседкой ФИО149, они знакомы более 10 лет, поддерживают приятельские отношения, помогают друг другу в быту. Ранее ФИО150 проживала в этой же квартире с мамой, но мама ее умерла. Живет ФИО151 скромно. В октябре 2024 года дважды видела в подъезде и у подъезда двоих молодых людей, которые передвигались на темной иномарке. ФИО152 попросила ее супруга что-то посмотреть в квартире и рассказала тому, что она этим молодым людям заплатила деньги. Разговаривая с ФИО153 по поводу случившегося, по описанию молодых людей она поняла, что это именно те люди, которых она ранее видела. Впоследствии ей показывали фотографии этих людей, и она их узнала. Из рассказа ФИО154 поняла, что она отдала молодым людям за якобы произведенный ремонт более 800 000 руб., но ремонта как такового произведено не было. В датировании событий, в ценах на товары, работы и услуги ФИО155 ориентируется. По ее словам, события происходили 16, 17, 21, 24 октября 2024 года.

Из оглашенных показаний свидетеля ФИО156 следует, что ФИО157 обратилась к ней за помощью, попросила проверить розетку в комнате, пояснив, что к ней приходили «мастера», которые ей оказывали услуги, связанные с окнам, балконом, электричеством, она заплатила большую сумму (примерно 800 000 руб.), но ничего не починили. 17 октября 2024 года она видела, как из подъезда выходили двое молодых людей с черной сумкой. 21 октября она видела их же выходящими из подъезда и идущими к автомобилю (т.1, л.д.81-83, 84-86).

Оглашенные показания ФИО158 подтвердила.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО159 (оперативный сотрудник ОУР ОМВД России по Ленинскому району города Иваново) показал, что в рамках оперативного сопровождения уголовного дела просматривал записи с камер наружного наблюдения, на которых было зафиксировано, как двое молодых людей заходили в подъезд ФИО160 Впоследствии личности этих людей были установлены – ФИО1 и ФИО2 Видеозапись получил на диске и представил следователю.

Из показаний свидетеля ФИО162 в судебном заседании следует, что ФИО1 – ее сын, охарактеризовать его может с положительной стороны. Сын работал без официального трудоустройства, вместе со ФИО164 занимался ремонтом окон. У сына имеются проблемы со здоровьем, хронические заболевания. В ходе предварительного следствия ею потерпевшей ФИО165 было возмещено 200 000 руб. материального ущерба.

Согласно показаниям свидетеля ФИО167, данным в судебном заседании, ФИО2 – ее супруг, охарактеризовать его может с положительной стороны, он заботливый, воспитывает детей, помогает родственникам. Он является индивидуальным предпринимателем, занимается ремонтом совместно с ФИО1 У супруга имеется ряд заболеваний.

Как следует из показаний специалиста ФИО169 допрошенного в судебном заседании, он является индивидуальным предпринимателем, коммерческим директором по установке и изготовлению изделий ПВХ – пластиковых окон и дверей. Услуги по сложной регулировке выполняются с помощью шестигранника или «звездочки», занимают от 30 секунд до 15 минут, стоимость – максимум 1 000 руб., с учетом 500 руб. за вызов мастера. Экспресс-чистка фурнитуры – это клининговая, а не ремонтная услуга, выполняется подручными предметами, занимает от 15 минут до 1 часа и стоит от 700 до 1 500 руб., в зависимости от степени загрязненности. Реставрация уплотнителя не осуществляется, поскольку в силу его свойств, при их утрате его нет смысла реставрировать, а следует заменять. Уход за уплотнителем осуществляется специальным средством. Чистка дренажей – это клининговая услуга, производится подручными инструментами, стоимость сопоставима с чисткой фурнитуры. Герметизация стеклопакета не производится, поскольку при разгерметизации стеклопакета от подлежит замене. Смазка фурнитуры осуществляется бесплатно. Регулировка пластиковых окон очень часто не требуется, поскольку в случае его нормального функционирования нужды в этом нет – она производится, если створка не закрывается, за что-то задевает. Замена уплотнителя производится в случае необходимости, стоит от 50 до 120 руб. за погонный метр уплотнителя (стандартная створка – 9 метров) и 500 руб. за работу, а если дверь балконная – то 1 000 руб. за работу. Стоимость услуг в его компании формируется на основании средних цен по рынку в городе Иваново, цены самозанятых ремонтников он при формировании ценовой политики не учитывал. В случае правильной установки окна, правильного застегивания петель, без приложения силы аварийная ситуация, ведущая к выпадению окна, произойти не может. Профили пластиковых окон различаются по цене в пределах +-30% стоимости, без учета торговой наценки, разница будет составлять примерно 5 000 руб. за окно.

Допрошенный в судебном заседании в качестве специалиста и свидетеля ФИО170 показал, что является индивидуальным предпринимателем, занимается монтажом и ремонтом пластиковых окон, обучался в ходе работы в ООО «Феникс». Услуги по сложной регулировке включают выравнивание створки по верхним и нижним петлям при помощи шестигранника или «звездочки». Экспресс-чистка фурнитуры включает удаление грязи, производится 2 раза в год. Чистка дренажей осуществляется баллоном со сжатым воздухом и подручными средствами, стоит от 500 до 2 000 руб. Герметизация стеклопакета производится с помощью герметика. Уплотнитель стоит 100 – 500 руб. за метр. Цены увеличиваются в зависимости от срочности и удаленности заказчика. ФИО171 он знает, работал с ним в декабре 2023 года, ему известно, что тот делал ремонт окон в квартире ФИО172, менял фурнитуру по заявке, поскольку не закрывалось окно, «что-то хрустнуло». Сам находился у ФИО173 в обеденное время около 30 минут, ФИО5 разговаривала по телефону с супругом, который был на работе. Стоимость евроокна – около 120 000 руб. без установки.

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО174. показал, что в один из дней зимой 2023 или 2024 года ему звонил ФИО175 просил по заявке осмотреть окно в квартире в районе улицы ФИО177. ФИО176. спрашивал, нет ли у него фурнитуры для деревянных окон. Он приехал и выполнил работы, оплату ему перевела дочь хозяйки квартиры. Он также менял фурнитуру в этой квартире примерно за 8 месяцев до этого, осенью 2023 года. В квартире также присутствовал мужчина 60-70 лет. Расплачивались с ним наличными деньгами.

Из протокола осмотра места происшествия от 25 октября 2024 года следует, что была осмотрена квартира ФИО178 по адресу: 

<

адрес>,- и зафиксирована обстановка на месте; изъяты следы (т.1, л.д.30-35).

При осмотре автомобиля ФИО2 13 ноября 2024 года из него изъяты договоры подряда, акты выполненных работ (т.1, л.д.36-41).

Согласно выданному ФИО180 приходному кассовому ордеру от нее за ремонт 24 октября 2024 года принято «120.00000 руб.» (т.1, л.д.65).

При осмотре с участием свидетеля ФИО181 гарантийных талонов, смет, приходно-кассового ордера, договора, актов выполненных работ она сообщила, что документы содержат подписи и записи, сделанные почерком ее мужа – ФИО2 (т.1, л.д.97-100).

При осмотре с участием ФИО183 автомобиля ФИО184 изъяты предмет, похожий на пистолет; опросные листы; обложка удостоверения; наличные деньги; ответ из РВК; документы о переводе ФИО185 4 000 000 руб.; предмет, схожий с оружием; перчатки; красный пакет с документами (т.1, л.д.104-115).

При осмотре диска с видеозаписями, изъятого у ФИО186 установлено, что на изображениях, датированных 24 октября 2024 года, зафиксированы ФИО1 и ФИО2, заходящие в подъезд ФИО188 и выходящие из него (т.1, л.д.125-134).

01 и 02 декабря 2024 года с участием понятых осмотрены изъятые у ФИО2, в том числе в ходе обыска, предметы. Установлено, что имеются документы, датированные 2021-2023 годами и свидетельствующие об оказании ФИО2 (ИП) услуг, связанных с ремонтом и обслуживанием окон, гражданам пожилого возраста на территории города Иваново и Ивановской области, со стоимостью услуг от нескольких тысяч до нескольких десятков тысяч рублей (т.1, л.д.146-168, 170-189).

Согласно заключению судебной амбулаторной комиссионной психиатрической экспертизы от 13 декабря 2024 года №1683 у потерпевшей ФИО191 имеется психическое расстройство в форме параноидной шизофрении с эпизодическим течением в состоянии ремиссии (улучшения) (F20.018 по МКБ-10), и оно имелось во время совершения в отношении нее преступления. Выявленные у ФИО192 нарушения психики не сопровождаются грубыми расстройствами памяти, интеллекта и критических способностей, выражены не столь значительно, чтобы лишать ее способности правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, и давать показания. По своему психическому состоянию ФИО193 может участвовать в судебном заседании и в следственных действиях в качестве потерпевшей (т.1, л.д.29-31).

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО28 показал, что являлся экспертом-докладчиком, организатором экспертизы в отношении Потерпевший №1 Выводы комиссии о том, что Потерпевший №1 не лишена способности правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, и давать показания, он поддерживает. Вопросы, поставленные перед комиссией, полностью относились к компетенции врачей-психиатров в рамках однородной комиссионной экспертизы. У членов комиссии имелось достаточно познаний для дачи заключения без участия эксперта-психолога. Психолог ФИО194 в состав комиссии не привлекался, и его привлечение для дачи заключения не требовалось; к нему он ФИО197ФИО196 обратился для проведения тестирования ФИО195, для подтверждения выводов комиссии – что и произошло. Выводы ФИО6 на выводы комиссии не повлияли, поскольку совпали с ними.

13 ноября 2024 года проведено опознание, в ходе которого ФИО198 опознала в ФИО1 лицо, совершившее в отношении нее преступление (т.2, л.д.44-48).

При осмотре изъятого у ФИО200 мобильного телефона он был разблокирован ФИО2, после чего зафиксировано наличие в контактах записи «Диман Рыгин»; в мессенджере «Телеграм» - ссылок на приобретение баз персональных данных и телефонных номеров (т.2, л.д.125-137).

В ходе осмотра 29 октября и 02 ноября 2024 года места происшествия – квартиры ФИО202 по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес> зафиксирована обстановка на месте, изъяты следы (т.2, л.д.171-176, 177-184).

Из выписки по банковскому счету ФИО203 следует, что им снимались следующие денежные средства: 26.01.2023 – 40 000 руб.; 23.03.2023 – 45 000 руб.; 24.05.2023 – 30 000 руб. (т.2, л.д.194-226).

13 ноября 2024 года проведено опознание, в ходе которого ФИО204 опознала в ФИО1 лицо, совершившее в отношении нее преступление, пояснив, что он неоднократно приходил к ней домой для ремонта окон, последний раз – в мае (т.3, л.д.1-5).

При осмотре изъятого у ФИО2 ноутбука установлено наличие бланков документов от имени ООО «Ивстрой» (договоры об оказании услуг), папок «старые фирмы», «Весна Иваново», «Весна Москва», «Весна Ярославль», «Егоров» (т.3, л.д.49-58).

Из скриншотов с сайта «Доступные окна» (dostupokna.ru) цены на ремонт пластиковых окон установлены следующие: выезд специалиста – 360 руб.; чистка, смазка уплотнительной резины – 40 руб. за погонный метр; замена уплотнительной резины – 70 руб. за погонный метр; чистка, смазка фурнитуры – 210 руб. за створку; установка фурнитуры – 160 руб. за шт.; полная замена фурнитуры – 740 руб.; регулировка балконной двери с/без расстекления – 490/80 руб.; установка гребенки – 150 руб.; регулировка створки с/без расстекления входной группы – 620/310 руб. (т.3, л.д.62-65).

Из выписки по движению денежных средств ФИО207 следует, что за исследуемый период по ее банковским счетам и вкладам зафиксировано движение денежных сумм, многократно превышающих размер причиненного преступлением ущерба;

В соответствии с договорами подряда от 23 мая 2023 года и 06 марта 2024 года ФИО305. ФИО2 оказаны услуги по ремонту и обслуживанию оконных конструкций на 38 000 и 36 000 руб. соответственно.

Согласно ответу на запрос ФИО209 в период с января 2023 года по ноябрь 2024 года расценки на оказываемые им услуги составляли: сложная регулировка – 1 500 – 5 000 руб. за створку; экспресс-чистка фурнитуры – 1 000 – 3 000 руб. за створку; чистка дренажей – 500 – 2 000 руб. за створку; реставрация уплотнителя – 100 – 500 руб. за погонный метр; герметизация стеклопакетов двухкамерных – 3 000 – 6 000 руб.; смазка фурнитуры – 300 – 1 000 руб. за створку.

Как следует из представленной ФИО211 выписки (вырезки) из блокнота, в ней имеется запись телефонного номера ФИО210 с отметкой о том, что денежные средства в сумме 35 000 руб. ее дочь перевела ФИО214 за работу с окном 12 декабря 2023 года.

Иные исследованные в судебном заседании материалы суд считает неотносимыми либо недопустимыми в качестве доказательств, поскольку они не содержат сведений об обстоятельствах, указанных в ст.73 УПК РФ.

Проанализировав и оценив в совокупности собранные по делу, исследованные в судебном заседании и изложенные в приговоре доказательства, суд находит их относящимися к существу рассматриваемого дела, допустимыми и достаточными для его разрешения, и приходит к выводу о доказанности виновности подсудимых ФИО1 и ФИО2 в совершении инкриминированных им преступлений.

Виновность ФИО1 и ФИО2 подтверждается, помимо их собственных показаний:

– показаниями потерпевших ФИО216., свидетеля ФИО217 о том, что подсудимые неоднократно приходили к ним, сообщая о необходимости обслуживания оконных конструкций и иного оборудования,- а за устранение якобы имеющихся поломок, возникавших только во время их визитов, впоследствии требовали оплаты;

– показаниями свидетелей ФИО218 о том, при каких обстоятельствах было выявлено совершенное в отношении ФИО219 преступление и о лицах, к нему причастных; о материальном состоянии потерпевшей и имеющейся у нее в наличии дома крупной сумме денег;

– показаниями специалиста ФИО220 о характере и стоимости якобы оказывавшихся подсудимыми потерпевшим услуг, некоторые из которых являлись бесплатными.

Показания вышеуказанных лиц в части, касающейся обстоятельств совершения преступлений, согласуются со сведениями, содержащимися в:

– протоколах осмотров жилищ потерпевших, где зафиксировано наличие оконных конструкций, якобы обслуживавшихся и ремонтировавшихся подсудимыми;

– выданном потерпевшей ФИО221 подсудимыми приходном кассовом ордере, в котором зафиксирована сумма 120 000 руб. (с исправлениями), а также указана организация – как впоследствии выяснено потерпевшей, не существующая;

– протоколах осмотров предметов и дисков с видеозаписями, в соответствии с которыми в принадлежащей ФИО2 машине обнаружены документы об оказании услуг и выполнении работ с записями, выполненными ФИО2; из жилища ФИО2 изъяты документы, свидетельствующие о систематическом и длительном оказании им однотипных услуг по ремонту и обслуживанию окон пожилым лицам; в ноутбуке ФИО2 обнаружена информация о его предыдущей деятельности, в том числе связанной с организацией «Весна», ранее оказывавшей услуги потерпевшей ФИО226 в телефоне ФИО2 имеются сведения о поиске им нелегальных баз персональных данных граждан; на видеозаписях зафиксировано посещение места жительства ФИО229 подсудимыми;

– протоколах опознаний ФИО1 потерпевшей и свидетелем;

– выписках о движении денежных средств на банковских счетах потерпевших, согласно которым ФИО231 по его собственному утверждению, неоднократно по просьбе своей супруги снимал денежные средства для оплаты услуг по ремонту и обслуживанию окон; ФИО232 на момент совершения в отношении нее преступления располагала денежными суммами, многократно превышающими причиненный преступлением ущерб;

– скриншотах с сайта «Доступные окна» о стоимости услуг, аналогичных якобы оказывавшимся подсудимыми.

Показания подсудимых суд принимает в качестве достоверных лишь в той части, в которой они согласуются с иными доказательствами,- а в остальной части признает недостоверными, данными с целью снизить степень собственной ответственности за содеянное.

Напротив, показания потерпевших ФИО233 свидетеля ФИО234 не имеющих повода для оговора подсудимых, суд считает последовательными и в целом непротиворечивыми, а оснований не доверять им не находит.

Сведения о квалификации допрошенного по делу специалиста ФИО235 позволяют суду сделать вывод о его компетентности, а также о возможности использования его показаний для доказывания имеющих значение для дела обстоятельств. Вопреки утверждениям стороны защиты, квалификация оценщика для определения стоимости услуг, оказываемых индивидуальными предпринимателями (с учетом конкуренции на рынке и действительных трудозатрат), специалисту не требуется.

Показания ФИО236 и ФИО237 могут быть оценены судом лишь как показания свидетелей, а не специалистов, поскольку указанные лица сообщили о том, что являлись непосредственными участниками событий, связанных с оказанием услуг по ремонту окон ФИО5, и осведомлены о них.

Показаниям ФИО238 суд доверяет лишь в той части, в которой они согласуются с показаниями ФИО239 и фактически подтверждены ею. Остальные же показания ФИО240., привлеченных для дачи показаний стороной защиты лишь по прошествии значительной части судебного следствия, об обстоятельствах, выясненных лишь при рассмотрении уголовного дела в суде по существу, суд находит не заслуживающими доверия, поскольку они иными доказательствами по делу не подтверждаются.

В ходе предварительного расследования в отношении потерпевшей ФИО241 проведена судебная психиатрическая экспертиза на предмет установления у нее психического расстройства и наличия способности правильно воспринимать имеющие значение для дела обстоятельства и давать о них показания. Заключение этой судебной экспертизы суд признает достоверными, поскольку оно подготовлено квалифицированными экспертами и содержит научно обоснованные выводы, сделанные на основании тщательного исследования представленных экспертам материалов и личности подэкспертной.

Вопреки утверждениям стороны защиты, оснований для признания заключения недопустимым доказательством у суда не имеется.

Из представленных материалов следует, что комиссией экспертов была проведена именно та экспертиза (амбулаторная психиатрическая), которая и назначена следователем. Сведений о том, что к проведению экспертизы привлекались иные, нежели указано в заключении, эксперты, суду не представлено.

Представленное заключение отвечает предъявляемым к нему требованиям и содержит подробное описание результатов примененных экспертами методик, а также научно обоснованные выводы, которые согласуются и с фактически установленными по делу обстоятельствами.

Из показаний эксперта-организатора, заведующего отделением экспертного учреждения ФИО243., оснований не доверять которым не имеется, следует, что ФИО245 в качестве эксперта-психолога для проведения экспертизы не привлекался, а результаты его исследований совпали с выводами комиссии экспертов и не являлись определяющими.

Сообщенные экспертом ФИО242. сведения не противоречат полномочиям эксперта, описанным в ст.ст.16, 17 Федерального закона от 31.05.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ».

Проанализировав экспертное заключение в совокупности с показаниями эксперта ФИО246, суд не усматривает оснований для выводов о нарушении порядка проведения экспертизы, установленного приказом ФИО7 от 12.01.2016 №3н,- либо о необоснованности и неясности экспертного заключения.

Оснований полагать, что экспертами при даче заключения исследовались какие-либо иные, помимо представленных им, материалы, у суда не имеется, и содержание заключения в совокупности с показаниями эксперта свидетельствует об обратном.

Вопреки утверждениям стороны защиты, оснований полагать, что эксперты (в частности, ФИО247 были лично, прямо или косвенно, заинтересованы в исходе дела, у суда не имеется. Не свидетельствует о наличии на момент проведения экспертизы такой заинтересованности и высказанная экспертом в ходе его допроса персональная гражданская позиция, связанная с оценкой личностей подсудимых, их защитников, а также с вопросом о виновности подсудимых и должном наказании - поскольку эти высказывания не относятся к экспертной компетенции и абстрактны по своему содержанию.

В ходе судебного следствия стороной защиты представлены документ, поименованный заключением специалистов, и показания специалистов ФИО248., сводящиеся к рецензированию имеющегося экспертного заключения и выводам о его порочности.

Эти доказательства не могут быть приняты судом в качестве допустимых, поскольку, как следует из содержания ст.ст.58, 164, 168, 270 УПК РФ, специалист как лицо, обладающее специальными знаниями, привлекается к участию в процессуальных действиях для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, применении технических средств в исследовании материалов уголовного дела, для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию. Никаких иных полномочий специалиста, в том числе по оценке экспертных заключений, проведению схожих с экспертизой исследований, действующий уголовно-процессуальный закон не предусматривает. Специалист лишь высказывает свое суждение по заданным ему вопросам как в устной форме (что отражается в протоколе судебного заседания), так и в виде заключения (которое приобщается к материалам дела). Заключение специалиста не может подменять собой заключение эксперта, если таковое требуется по делу. Вместе с тем из заключения специалистов следует, что поставленные перед ними адвокатом вопросы были фактически направлены на оценку экспертного заключения, проведению схожих с экспертизой исследований, что противоречит приведенным выше положениям УПК РФ.

Квалифицируя действия ФИО1 и ФИО2, суд исходит из следующего.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п.п.2 и 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 года №48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» обман как способ совершения хищения может состоять в сознательном сообщении заведомо ложных, не соответствующих действительности сведений, либо в умолчании об истинных фактах, либо в умышленных действиях (например, в предоставлении фальсифицированного товара или иного предмета сделки, использовании различных обманных приемов при расчетах за товары или услуги или при игре в азартные игры, в имитации кассовых расчетов и т.д.), направленных на введение владельца имущества или иного лица в заблуждение. Сообщаемые при мошенничестве ложные сведения (либо сведения, о которых умалчивается) могут относиться к любым обстоятельствам, в частности к юридическим фактам и событиям, качеству, стоимости имущества, личности виновного, его полномочиям, намерениям. Злоупотребление доверием при мошенничестве заключается в использовании с корыстной целью доверительных отношений с владельцем имущества или иным лицом, уполномоченным принимать решения о передаче этого имущества третьим лицам. Доверие может быть обусловлено различными обстоятельствами, например служебным положением лица либо его личными отношениями с потерпевшим.

Утверждение стороны защиты о том, что между потерпевшими и подсудимыми имели место отношения, не выходящие за рамки гражданско-правового регулирования, суд признает необоснованным. Исходя из установленных обстоятельств, суд отмечает, что подсудимые, из корыстной заинтересованности воспользовавшись уязвимым социальным положением потерпевших (пенсионеров по возрасту, пожилых людей, не обладающих специальными познаниями в области ремонта окон, бытовой техники; при этом ФИО250 являлась также ФИО251 в связи с имеющимся у нее психическим заболеванием), имитировали возникновение поломок и сообщали о необходимости срочного ремонта окон, а также якобы оказывали потерпевшим ряд услуг по кратно завышенной цене. Показаниями допрошенного по делу специалиста ФИО252., скриншотами с сайта «Доступные окна» подтверждается, что стоимость услуг, якобы оказанных подсудимыми потерпевшим и указанных в квитанциях и договоре, кратно превышает действительную стоимость таких услуг. При этом потерпевшие сообщали, что совершаемые с окнами манипуляции не были затратными по времени и сводились к «замене фурнитуры» - которой в действительности не требовалось.

Суд учитывает, что ни ФИО253, ни ФИО254 самостоятельно не обращались к подсудимым за оказанием услуг по ремонту окон, нарушений в функциональности которых в действительности, до визита подсудимых, не имелось; потерпевшие сообщали, что и после пресечения преступной деятельности ФИО1 и ФИО2 проблем с работой окон впоследствии не возникало. Суд приходит к выводу, что якобы оказывавшиеся потерпевшим услуги были им навязаны подсудимыми, а наличие поломок окон имитировалось подсудимыми с целью обмана потерпевших и последующего хищения принадлежащих им денежных средств. Приходя к таким выводам, суд обращает отдельное внимание на содержание изъятых у ФИО256. документов, включая электронные (в ноутбуке), его контактов в мессенджере, которые в совокупности свидетельствуют о том, что подсудимые систематически получали из незаконно распространяемых баз данных сведения, относящиеся к персональным данным социально незащищенных лиц (пенсионеров, пожилых людей), которых и выбирали в качестве потенциальных жертв обмана. С учетом этого утверждения подсудимых о законном характере их деятельности, приведенные со ссылкой на ведение бухгалтерской и налоговой отчетности, регистрацию ФИО257 в качестве индивидуального предпринимателя, составление договоров, суд не принимает в связи с их необоснованностью, приходя при этом к выводу, что документальное оформление сделок являлось лишь способом обмана и прикрытия незаконной деятельности.

При таких обстоятельствах, поскольку с оказанием услуг подсудимыми потерпевшие согласились лишь будучи обманутыми относительно их необходимости и действительной стоимости, суд отвергает ссылки стороны защиты на наличие подписанных потерпевшими договоров об оказании услуг и доводы о необходимости выяснения реальной стоимости действительно оказанных услуг. Это обстоятельство не имеет юридического значения, поскольку все производившиеся подсудимыми манипуляции с имуществом потерпевших имели единственную цель – обман ФИО258 для последующего хищения их денежных средств.

Стоимость и качество произведенных подсудимыми манипуляций с окнами потерпевших, с иным оборудованием ФИО259 не имеют значения для установления противоправности действий подсудимых и размера причиненного этими действиями ущерба. Приходя к такому выводу, суд учитывает разъяснения, содержащиеся в п.30 вышеуказанного постановления Пленума ВС РФ, а также изложенную в Определении Конституционного Суда РФ от 17 июля 2025 года №1849-О позицию, в соответствии с которыми ущерб от хищения представляет собой весь объем уменьшения фондов собственника имущества, которое поступило в незаконное владение преступника – в том числе и в случае замены похищаемого имущества иным, менее ценным,- что не влечет при квалификации содеянного соразмерного уменьшения ущерба от хищения.

Следовательно, не имеют юридического значения и ссылки подсудимых на трудозатраты и стоимость расходных материалов – поскольку обман совершался не только путем завышения стоимости производимых манипуляций, но и путем имитации поломки, требующей незамедлительного устранения.

Вместе с тем суд исключает из описания преступных деяний, признанных доказанными, указание на совершение преступлений путем злоупотребления доверием,- исходя из вышеприведенных разъяснений высшей судебной инстанции. Преступления были совершены ФИО1 и ФИО2 путем обмана потерпевших, и никаких служебных либо иных доверительных отношений между подсудимыми и потерпевшими не возникало.

Суд не соглашается с позицией стороны защиты, утверждавшей о неконкретности предъявленного обвинения – поскольку способ совершения обмана потерпевших и конкретные действия подсудимых достоверно установлены и правильно, подробно описаны в тексте обвинительного заключения.

Совершая преступление, подсудимые действовали в рамках заранее достигнутой преступной договоренности. Показания подсудимых об отсутствии у них предварительного сговора суд признает недостоверными, поскольку они опровергаются установленными судом обстоятельствами совершения преступлений, исходя из которых действия ФИО1 и ФИО2 в каждом случае были спланированными, совместными и согласованными, направленными на достижение единого преступного результата – обмана потерпевших и хищения принадлежащих им денежных средств. На это указывает характер их совместных действий по введению ФИО263 в заблуждение относительно необходимости срочного ремонта окон в их доме, объема и стоимости якобы оказанных им услуг.

Вместе с тем преступление в отношении ФИО262 не было доведено подсудимыми до конца по не зависящим от них обстоятельствам – в связи с отказом ФИО264 от передачи очередного платежа.

С учетом показаний А-вых о характере и последовательности действий подсудимых, направленных на хищение денежных средств, у суда при прочих равных условиях не имелось бы оснований для исключения из объема предъявленного обвинения суммы в 35 000 руб., переведенной по просьбе ФИО265 ее дочерью ФИО266. Суд, приходя к такому выводу, руководствуется разъяснениями, содержащимися в п.26 вышеуказанного постановления Пленума ВС РФ, по смыслу которых при совершении мошенничества имущество потерпевшего под влиянием обмана может выбыть и в пользу иных, нежели преступник, лиц. Факт совершения обмана потерпевших именно подсудимыми суд находит установленным на основании совокупности исследованных доказательств, поэтому передача денежных средств обманутыми потерпевшими иным лицам, в том числе и тем, которым совершение преступления не инкриминировано, не имеет юридического значения для установления виновности подсудимых. Однако поскольку ФИО1 и ФИО2 инкриминировалось хищение денежных средств именно ФИО267, а перевод осуществлялся их дочерью, живущей от них отдельно и не ведущей с ними совместного хозяйства, данная транзакция не может быть включена в объем обвинения.

Сумма ущерба от преступлений (с учетом неоконченной части одного из них) в обоих случаях превышала крупный размер хищения – 250 000 рублей.

Таким образом, суд квалифицирует действия ФИО1 и ФИО2 следующим образом:

– по ч.3 ст.30 и ч.3 ст.159 УК РФ (преступление в отношении ФИО270) – покушение на мошенничество, то есть хищение имущества путем обмана, в крупном размере группой лиц по предварительному сговору;

– по ч.3 ст.159 УК РФ (преступление в отношении ФИО271 – мошенничество, то есть хищение имущества путем обмана, в крупном размере группой лиц по предварительному сговору.

Учитывая адекватное поведение подсудимых в судебном заседании и отсутствие сведений о наличии у них каких-либо психических расстройств, суд не находит оснований для обсуждения вопроса об их возможной невменяемости.

Решая вопрос о виде и размере наказания, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, личности виновных, смягчающие наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденных и условия жизни их семей.

Подсудимые совершили тяжкое групповое преступление против собственности и покушение на аналогичное преступление.

ФИО1 27 лет, он не женат, детей не имеет, не судим, значимых сведений о его привлечении к административной ответственности не имеется. На учетах у психиатра и нарколога он не состоит. Матерью и по месту работы характеризуется положительно, участковым уполномоченным по месту регистрации – удовлетворительно.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1 по обоим преступлениям, суд в соответствии с п.п.«и, к» ч.1, ч.2 ст.61 УК РФ признает:

– активное способствование раскрытию и расследованию преступлений;

– добровольное возмещение материального вреда, причиненного в результате преступлений;

– наличие заболеваний у подсудимого и его родственников; осуществление подсудимым ухода за родственниками и оказание им помощи; положительные характеристики; молодой возраст подсудимого; мнение потерпевших, не настаивавших на строгом наказании.

Отягчающих наказание обстоятельств не имеется. Указанное в обвинительном заключении отягчающее наказание обстоятельство не может быть признано таковым в силу ч.2 ст.63 УК РФ.

С учетом вышеизложенного, характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности виновного, суд приходит к выводу о необходимости назначения ФИО1 за каждое из преступлений наказания в виде лишения свободы.

При определении срока наказания за каждое преступление суд руководствуется положениями ч.1 ст.62 УК РФ, а по преступлению в отношении ФИО279 – также и ч.3 ст.66 УК РФ.

Фактических и правовых оснований для применения при назначении наказания положений ч.6 ст.15, ст.64 УК РФ суд, с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, сведений о личности виновного, не усматривает.

Вместе с тем, принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, наличие ряда смягчающих наказание обстоятельств, суд полагает возможным достижение целей наказания, поименованных в ст.43 УК РФ, при условном осуждении ФИО1 в соответствии со ст.73 УК РФ.

Оснований для назначения дополнительного наказания суд, с учетом смягчающих наказание обстоятельств, не усматривает.

ФИО2 35 лет, он женат, имеет двоих малолетних детей, не судим и к административной ответственности не привлекался. На учетах у психиатра и нарколога он не состоит. Супругой, соседями и участковым уполномоченным полиции охарактеризован положительно.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2 по обоим преступлениям, суд в соответствии с п.п.«г, и, к» ч.1, ч.2 ст.61 УК РФ признает:

– наличие малолетних детей у виновного;

– активное способствование раскрытию и расследованию преступлений;

– добровольное возмещение материального вреда, причиненного в результате преступлений;

– наличие заболеваний у подсудимого и его родственников; оказание подсудимым помощи родственникам и осуществление за ними ухода; положительные характеристики; молодой возраст подсудимого; участие в благотворительной деятельности, включая донорство крови; мнение потерпевших, не настаивавших на строгом наказании.

Отягчающих наказание обстоятельств не имеется. Указанное в обвинительном заключении отягчающее наказание обстоятельство не может быть признано таковым в силу ч.2 ст.63 УК РФ.

С учетом вышеизложенного, характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности виновного, суд приходит к выводу о необходимости назначения ФИО2 за каждое из преступлений наказания в виде лишения свободы.

При определении срока наказания за каждое преступление суд руководствуется положениями ч.1 ст.62 УК РФ, а по преступлению в отношении ФИО284 – также и ч.3 ст.66 УК РФ.

Фактических и правовых оснований для применения при назначении наказания положений ч.6 ст.15, ст.64 УК РФ суд, с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, сведений о личности виновного, не усматривает.

Вместе с тем, принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, наличие ряда смягчающих наказание обстоятельств, суд полагает возможным достижение целей наказания, поименованных в ст.43 УК РФ, при условном осуждении ФИО2 в соответствии со ст.73 УК РФ.

Оснований для назначения дополнительного наказания суд, с учетом смягчающих наказание обстоятельств, не усматривает.

Отсутствие оснований для применения к какому-либо из преступлений положений ч.6 ст.15 УК РФ влечет отсутствие необходимости обсуждать возможность прекращения производства по делу в связи с примирением с потерпевшими,- поскольку совершенные преступления относятся к категории тяжких.

Иных оснований для прекращения производства по делу, для освобождения подсудимых от ответственности или от наказания, нет.

Гражданских исков по делу, с учетом отказа потерпевших от их поддержания, не имеется.

Судьба вещественных доказательств определяется в соответствии с положениями ст.81 УПК РФ.

Поскольку арест на автомобиль ФИО2 был наложен для обеспечения исполнения судебного решения, а наказание в виде штрафа ему не назначено, и материальный ущерб от преступлений возмещен – арест подлежит снятию.

Процессуальные издержки по делу отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

признать ФИО1 виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30 и ч.3 ст.159 УК РФ; ч.3 ст.159 УК РФ,- и назначить ему наказание:

– по ч.3 ст.30 и ч.3 ст.159 УК РФ (преступление в отношении ФИО288) – в виде лишения свободы на 2 (Два) года;

– по ч.3 ст.159 УК РФ (преступление в отношении ФИО289) – в виде лишения свободы на 3 (Три) года.

На основании ч.3 ст.69 УК РФ, путем частичного сложения наказаний окончательно назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы на 3 (Три) года 6 (Шесть) месяцев, которое на основании ст.73 УК РФ считать условным с испытательным сроком 3 (Три) года.

В соответствии с ч.5 ст.73 УК РФ в период испытательного срока возложить на ФИО1 следующие обязанности:

– не менять постоянного места жительства без уведомления уголовно-исполнительной инспекции;

– являться в уголовно-исполнительную инспекцию один раз в месяц в дни, установленные этим органом,- для регистрации.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО1 отменить.

Признать ФИО2 виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30 и ч.3 ст.159 УК РФ; ч.3 ст.159 УК РФ,- и назначить ему наказание:

– по ч.3 ст.30 и ч.3 ст.159 УК РФ (преступление в отношении ФИО294) – в виде лишения свободы на 1 (Один) год 8 (Восемь) месяцев;

– по ч.3 ст.159 УК РФ (преступление в отношении ФИО295) – в виде лишения свободы на 2 (Два) года 8 (Восемь) месяцев.

На основании ч.3 ст.69 УК РФ, путем частичного сложения наказаний окончательно назначить ФИО2 наказание в виде лишения свободы на 3 (Три) года, которое на основании ст.73 УК РФ считать условным с испытательным сроком 3 (Три) года.

В соответствии с ч.5 ст.73 УК РФ в период испытательного срока возложить на ФИО2 следующие обязанности:

– не менять постоянного места жительства без уведомления уголовно-исполнительной инспекции;

– являться в уголовно-исполнительную инспекцию один раз в месяц в дни, установленные этим органом,- для регистрации.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО2 отменить.

Снять арест, наложенный на автомобиль 

<

данные изъяты> с государственным регистрационным знаком 

<

данные изъяты> постановлением судьи Ленинского районного суда города Иваново от 18 декабря 2024 года.

Вещественные доказательства:

– документы, датированные октябрем 2024 года, хранящиеся в уголовном деле и при нем – хранить там же;

– автомобиль 

<

данные изъяты> с государственным регистрационным знаком 

<

данные изъяты> и ключи от него; запрос в Тейковский РВК; документы о вкладе ФИО299.; перчатки; обложку удостоверения; фонарь; макет пистолета; предмет, похожий на пневматический пистолет; ноутбук Huawei – возвратить ФИО2 по принадлежности;

– 24 файла с документами; опросные листы; диски с видеозаписями и фотографиями – хранить при уголовном деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Ленинский районный суд города Иваново в течение 15 суток со дня провозглашения.

По вступлении в законную силу приговор, апелляционное определение могут быть обжалованы во Второй кассационный суд общей юрисдикции через Ленинский районный суд города Иваново в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня их вступления в законную силу,- в том случае, если он был предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции.

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен судьей Ленинского районного суда города Иваново по ходатайству лица, подавшего кассационные жалобу либо представление. Отказ в его восстановлении может быть обжалован в апелляционном порядке в Ивановский областной суд.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление на приговор подаются непосредственно во Второй кассационный суд общей юрисдикции. В том же порядке подаются кассационные жалоба, представление на приговор, который не был предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции.

В случае подачи апелляционных, кассационных жалоб или представлений осужденные вправе ходатайствовать об участии в их рассмотрении судами апелляционной, кассационной инстанций, а также о назначении защитников.

Председательствующий судья Г.Е. Бирюков