Дело № 2-363/2020

36RS0035-01-2020-000378-57

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Семилуки 30 июля 2020 г.

Семилукский районный суд Воронежской области в составе судьи Толубаевой JI.B., 

при секретаре Анохиной С.А., 

с участием старшего помощника военного прокурора Воронежского гарнизона ФИО1,

представителя ответчика ФИО2 - адвоката Корчагина О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску Военного прокурора Североморского гарнизона в защиту интересов Российской Федерации в лице ФКУ «Объединенная дирекция по реализации федеральных инвестиционный программ» Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации к ФИО2 о взыскании суммы неосновательного обогащения,

УСТАНОВИЛ:

Военный прокурор Североморского гарнизона в защиту интересов Российской Федерации в лице ФКУ «Объединенная дирекция по реализации федеральных инвестиционный программ» Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации обратился в суд с настоящим иском к ФИО2 о взыскании суммы неосновательного обогащения, указав, что Военной прокуратурой Североморского гарнизона проведена проверка исполнения законодательства о сохранности федеральной собственности при реализации военнослужащими предусмотренного законом права на жильё. Установлено, что ответчик ФИО2 проходил военную службу по контракту в Вооруженных Силах Российской Федерации в воинской части 49394, откуда в дальнейшем был уволен и исключен из списков личного состава. Согласно поступившей из Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии информации, на основании договора дарения, выданного ДД.ММ.ГГГГ у ФИО2, до настоящего времени в собственности находится жилое помещение, площадью 

<

данные изъяты> м., расположенное по адресу: 

<

адрес>. Вместе с тем, в 2010 году ФИО2 обратился к командиру войсковой части 49394 с рапортом о включении в состав участников подпрограммы «Выполнение государственных обязательств по обеспечению жильем категорий граждан, установленных федеральным законодательством» для получения государственного жилищного сертификата, скрыв факт наличия собственности жилого помещения. 26.01.2011 ФИО2 заместителем руководителя ДЖО МО РФ выдан ГЖС для приобретения жилья в г.Санкт-Петербурге на общую сумму 1 150 380 рублей, который после покупки жилого помещения в г. Гатчина, Ленинградской области, был оплачен в апреле 2011 года. Таким образом, ФИО2, зная о том, что при увольнении с военной службы при определенных условиях он может претендовать на получение жилья от Минобороны России, вопреки требованиям закона и нормативных правовых актов, не сообщил должностным лицам органов жилищного обеспечения Минобороны России о наличии у него в собственности жилого помещения. Истец просит взыскать в пользу Российской Федерации в лице ФКУ «Объединенная дирекция по реализации федеральных инвестиционный программ» Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации с ФИО2 сумму неосновательного обогащения в размере 1 150 380 руб.

Старший помощник военного прокурора Воронежского гарнизона ФИО1 в судебном заседании поддержал заявленные исковые требования и просил их удовлетворить.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен своевременно, надлежащим образом. В своем заявлении просил рассматривать дело в его отсутствие. 

Представитель ответчика ФИО2 - адвокат Корчагин О.В. в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных исковых требований, просит в иске отказать в связи с пропуском срока исковой давности (л.д.50-51), предоставил письменные возражения, в которых также просил в удовлетворении исковых требований отказать (л.д.68-71). 

Выслушав представителя истца, представителя ответчика, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 1102, пункта 1 статьи 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое безосновательно приобрело имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное имущество, а в случае невозможности возврата такого имущества в натуре должно возместить потерпевшему действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, если приобретатель не возместил его стоимость немедленно после того, как узнал о неосновательности обогащения.

Право военнослужащих на жилище закреплено в абзаце 1 пункта 1 статьи 15 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих», согласно которому государство гарантирует военнослужащим обеспечение их жилыми помещениями в форме предоставления им денежных средств на приобретение или строительство жилых помещений либо предоставления им жилых помещений в порядке и на условиях, установленных настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, за счет средств федерального бюджета.

Согласно абзацу 1 пункта 14 статьи 15 названного Федерального закона обеспечение жилым помещением военнослужащих - граждан, имеющих общую продолжительность военной службы 10 лет и более, при увольнении с военной службы по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе, состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями и членов их семей при перемене места жительства осуществляется федеральными органами исполнительной власти, в которых предусмотрена военная служба, за счет средств федерального бюджета на строительство и приобретение жилого помещения, в том числе путем выдачи государственных жилищных сертификатов. Право на обеспечение жилым помещением на данных условиях предоставляется указанным гражданам один раз.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 21 марта 2006 года № 153 утверждены «Правила выпуска и реализации государственных жилищных сертификатов в рамках реализации подпрограммы «Выполнение государственных обязательств по обеспечению жильем категорий граждан, установленных федеральным законодательством» Федеральной целевой программы «Жилище» на 2002 - 2010 годы» (далее - Правила).

Подпунктом «а» пункта 5 названных Правил определено, что право на участие в подпрограмме имеют военнослужащие (за исключением участников накопительно-ипотечной системы жилищного обеспечения военнослужащих), сотрудники органов внутренних дел, подлежащие увольнению с военной службы (службы), и приравненные к ним лица, признанные в установленном порядке нуждающимися в улучшении жилищных условий (получении жилых помещений), в том числе, военнослужащие, подлежащие увольнению с военной службы по достижении ими предельного возраста пребывания на службе, или по состоянию здоровья, или в связи с организационно-штатными мероприятиями, общая продолжительность службы которых в календарном исчислении составляет 10 лет и более.

В силу пункта 6 Правил в рамках основного мероприятия получить социальную выплату, удостоверяемую сертификатом, могут граждане, отвечающие требованиям, указанным в пункте 5 настоящих Правил, и изъявившие такое желание.

Как следует из материалов дела, ФИО2 проходил военную службу по контракту в Вооруженных Силах Российской Федерации в воинской части 49394, откуда в дальнейшем был уволен и исключен из списков личного состава.

Согласно поступившей из Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии информации на основании договора дарения, выданного ДД.ММ.ГГГГ у ФИО2, до настоящего времени в собственности находится жилое помещение, площадью 

<

данные изъяты> м., расположенная по адресу: 

<

адрес>.

Вместе с тем, в 2010 году ФИО2 обратился к командиру войсковой части 49394 с рапортом о включении в состав участников подпрограммы «Выполнение государственных обязательств по обеспечению жильем категорий граждан, установленных федеральным законодательством» для получения государственного жилищного сертификата, скрыв факт наличия собственности жилого помещения.

26.01.2011 ФИО2 заместителем руководителя ДЖО МО РФ выдан ГЖС для приобретения жилья в г.Санкт-Петербурге на общую сумму 1 150 380 рублей, который после покупки жилого помещения в г. Гатчина, Ленинградской области, был оплачен в апреле 2011 года.

Обращаясь в суд с настоящим иском, военный прокурор указал, что ФИО2 не подлежал признанию нуждающимся в улучшении жилищных условий и не обладал правом на получение государственного жилищного сертификата, поскольку был обеспечен жилой площадью в размере 

<

данные изъяты> кв.м.

Содержание и достоверностью содержащихся сведений, в представленных ФИО2 документах, проверялись должностными лицами Министерства обороны Российской Федерации, что подтверждается подписью должностного лица на второй странице сертификата.

Также должностными лица проводилась проверка документов, представленных для принятия решения о признании нуждающимся в улучшении жилищных условий. Точную дату проведения проверки ФИО2 не помнит, но это было не позднее 2009 года.

Таким образом, на дату обращения с рапортом о включении ответчика в качестве участника подпрограммы на получение ГЖС, оснований для признания ФИО2 нуждающимся в предоставлении жилого помещения не имелось, то есть на его стороне в связи с получением сертификата на приобретение жилья возникло неосновательное обогащение на сумму 1150380 рублей.

Вместе с тем доводы представителя ответчика о пропуске истцом срока исковой давности заслуживают внимания по следующим основаниям

Согласно статье 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В соответствии с частью 1 статьи 200 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как указано в пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» по смыслу пункта 1 статьи 200 ГК РФ при обращении в суд органов государственной власти, органов местного самоуправления, организаций или граждан с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц в случаях, когда такое право им предоставлено законом (часть 1 статьи 45 и часть 1 статьи 46 ГПК РФ, часть 1 статьи 52 и части 1 и 2 статьи 53, статья 53.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), начало течения срока исковой давности определяется исходя из того, когда о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, узнало или должно было узнать лицо, в интересах которого подано такое заявление.Согласно пункту 1 статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации от имени Российской Федерации и субъектов Российской Федерации могут своими действиями приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права и обязанности, выступать в суде органы государственной власти в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов.

Из приведенных выше норм действующего законодательства следует, что течение срока исковой давности по искам в защиту права государственной собственности начинается со дня, когда государство в лице уполномоченного органа узнало или должно было узнать о нарушении его прав как собственника имущества.

В соответствии с пунктом 21 названных выше Правил выпуска и реализации государственного жилищного сертификата органы исполнительной власти организуют работу по проверке органами местного самоуправления или подразделениями документов, представленных в соответствии с пунктом 19 настоящих Правил.

По результатам проверки принимается решение о признании либо об отказе в признании гражданина участником подпрограммы.

В случае признания гражданина участником подпрограммы на него заводится учетное дело, которое содержит документы, явившиеся основанием для такого решения.

О принятом решении гражданин уведомляется в порядке, установленном органом исполнительной власти.

Таким образом, в соответствии с положениями действовавшего на момент возникновения спорных правоотношений законодательства на государственные органы, осуществляющие формирование списков граждан - участников подпрограммы, возлагалась обязанность по проверке представленных документов и наличия оснований для обеспечения гражданина социальной выплатой за счет средств федерального бюджета.

По смыслу приведенных выше положений законодательства обстоятельства, являющиеся основанием для обеспечения жильем, в том числе нуждаемость гражданина в жилом помещении применительно к статье 51 Жилищного кодекса Российской Федерации, должны иметь место на момент включения его в списки для обеспечения государственным жилищным сертификатом.

В силу этого на органе, осуществляющем полномочия по признанию гражданина участником подпрограммы, лежала обязанность по проверке указанных обстоятельств.

Довод истца об отсутствии у уполномоченного органа в 2010 году возможности запроса сведений о наличии жилых помещений в собственности у гражданина-участника программы, в данном случае не может быть принят во внимание.

Перечень документов прилагаемых к заявлению в соответствии с п. 19 Правил, не исключал возможности истребований у самого военнослужащего сведений о месте его проживания. 

На момент получения сертификата ФИО2 являлся собственником жилого 

<

адрес>, на основании договора дарения от 21 июня 1994 года, который 22 июня 1994 годы, в соответствии с положениями статьи 239 Гражданского кодекса РСФСР, был зарегистрирован в исполнительном комитете городского Совета народных депутатов.

16 мая 2013 года право собственности на жилой дом было зарегистрировано в Управлении Росреестра по Воронежской области.

Должностные лица, которые осуществляют реализацию программы, обязаны были быть знакомы с жилищным законодательством не только РФ, но РСФСР. Не могли не знать о порядке оформления права собственности на жилые помещения до создания Росреестра, в частности о том, что данные сделки регистрировались в исполнительном комитете городского Совета народных депутатов.

Доказательств, свидетельствующих о том, что обстоятельства, препятствующие выдаче государственного жилищного сертификата, не могли быть известны уполномоченному органу исключительно вследствие недобросовестных действий ФИО2, истцом не представлено. Документы, содержащие какие-либо недостоверные сведения, ФИО2, в личное и учетное дело, не предоставлялись.

Должностным лицам, из материалов личного дела было известно, что ФИО2 до призыва на действительную срочную службу, после которой он остался на сверхсрочную, является 

<

...>, имел постоянную регистрацию на территории района. Все его близкие родственники проживают на территории указанного района. При таких обстоятельствах должностное лицо, проводящее проверку, действуя разумно и добросовестно, обязано было направить запрос в администрацию городского поселения - город Семилуки.

В соответствии с положениями пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, органы жилищного обеспечения Министерства обороны Российской Федерации, действуя разумно и добросовестно, осуществляя реализацию своих гражданских прав, не были лишены возможности получить информацию о наличии у ФИО2 в собственности иного жилого помещения еще до выдачи государственного жилищного сертификата.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 14 января 2016 г. №1-П, обращено внимание на необходимость соблюдения вытекающих из взаимосвязанных положений ч. 1 ст. 1, ст. 2, ч. 1 ст. 17, ст. 18, ч. 1 ст. 19, ч. ч. 2, 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации принципов поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, которые гарантируют гражданам, что решения принимаются уполномоченными государством органами на основе строгого исполнения законодательных предписаний, а также внимательного и ответственного подхода к оценке фактических обстоятельств, с которыми закон связывает возникновение прав, тщательности при оформлении соответствующих документов, подтверждающих наличие условий, необходимых для реализации этих прав, с тем, чтобы гражданин как участник соответствующих правоотношений мог быть уверен в стабильности своего официально признанного статуса и в том, что приобретенные в силу этого статуса права будут уважаться государством и будут реализованы.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 03 ноября 2011 года №909 «О внесении изменений в некоторые акты Правительства Российской Федерации» был изменен порядок выдачи сертификатов, и в Правила внесен пункт 44, предусматривающий, что органы местного самоуправления (подразделения), осуществляющие вручение сертификатов, запрашивают в установленном порядке документы, в том числе, в органах, осуществляющих государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним - о жилых помещениях, находящихся в собственности у гражданина - участника подпрограммы и (или) членов его семьи, указанных в заявлении (рапорте). Вместе с тем, отсутствие в Правилах в редакции, действовавшей на момент спорных правоотношений, соответствующих полномочий по непосредственному запросу документов в органах Росреестра, не свидетельствует об отсутствии у уполномоченного органа (подразделения) обязанности проверять соответствующие обстоятельства путем истребования сведений у самого военнослужащего.

Кроме того, статьей 7 Федерального закона от 21 июля 1997 года №122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», действовавшей до 01 января 2017 года, предусматривалась открытость сведений о государственной регистрации прав и их предоставление по запросам любых лиц.

Приказом Минэкономразвития России от 22 марта 2013 года №147 утверждены формы документов, в которых предоставляются сведения, содержащиеся в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним. Согласно утвержденной форме, выписка из ЕГРП о правах отдельного лица на имеющиеся у него объекты недвижимости предусматривала включение сведений обо всех объектах недвижимости, принадлежащих правообладателю на соответствующую дату или в соответствующий период времени.

Данной возможностью с целью проверки обоснованности выдачи ФИО2 сертификата уполномоченный орган своевременно в пределах срока исковой давности не воспользовался. С момента регистрации в Росреестре права собственности на жилой дом и до подачи иска прошло 6 (шесть) лет и 10 (десять) месяцев.

Довод представителя истца о том, что у уполномоченного органа отсутствовала обязанность по проведению повторной проверки предоставленных ФИО2 сведений и документов и обоснованности выдачи государственного жилищного сертификата, не свидетельствует о том, что право на проведение такой проверки является бессрочным.

В данном случае органами жилищного обеспечения Министерства обороны Российской Федерации не проявлена необходимая степень заботливости и осмотрительности, какая от них требовалась как от субъекта исполнительной власти, не приняты все разумные меры, направленные на проверку информации, касающейся жилищных прав ФИО3, об отсутствии или наличии у него в собственности иных жилых помещений.

В соответствии со ст. ст. 56, 57 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, при этом обязанность представить в суд соответствующие доказательства законом возложена на стороны и лиц, участвующих в деле.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

При таких обстоятельствах, оснований для взыскания в пользу Российской Федерации в лице ФКУ «Объединенная дирекция по реализации федеральных инвестиционный программ» Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации с ФИО2 суммы неосновательного обогащения в размере 1 150 380 руб. и удовлетворения исковых требований Военного прокурора Североморского гарнизона не имеется, в связи с чем, в иске надлежит отказать.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований военного прокурора Североморского гарнизона в защиту интересов Российской Федерации в лице ФКУ «Объединенная дирекция по реализации федеральных инвестиционный программ» Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации к ФИО2 о взыскании суммы неосновательного обогащения - отказать.

Решение может быть обжаловано в Воронежский областной суд в течении одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Судья:

Мотивированное решение изготовлено 10.08.2020