Судья Сенченко Н.В.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

уг. 22-1843/2020

г. Астрахань 13 августа 2020г.

Суд апелляционной инстанции Астраханского областного суда в составе 

председательствующего судьи Гонтаревой П.М., 

с участием государственного обвинителя Лазаревой Е.В., 

адвоката Старостиной С.Ф.,

при ведении протокола секретарем Котяевой А.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Старостиной С.Ф. на приговор Кировского районного суда г. Астрахани от 10 июня 2020г., которым:

ФИО1, 

<

данные изъяты>, не судимый,

осужден по ч. 1 ст. 201 УК Российской Федерации к штрафу в размере 200 000 рублей с рассрочкой выплаты штрафа на 10 месяцев с ежемесячной выплатой равными частями по 20000 рублей до уплаты штрафа.

Заслушав доклад судьи Гонтаревой П.М. по обстоятельствам дела и доводам апелляционной жалобы адвоката Старостиной С.Ф., возражений государственного обвинителя Оняновой Т.Д., выслушав адвоката Старостину С.Ф., поддержавшую доводы апелляционной жалобы, государственного обвинителя Лазареву Е.В., полагавшую приговор законным и обоснованным, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда ФИО1 признан виновным в использовании лицом, выполняющим управленческие функции в иной организации своих полномочий вопреки законным интересам этой организации и в целях извлечения выгод и преимуществ для себя, если это деяние повлекло причинение существенного вреда правам и законным интересам организаций, охраняемых законом интересах общества и государства.

Преступление совершено в период с 20 июля 2018г. по 28 декабря 2018г. в г. Астрахани, при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Старостина С.Ф. просит приговор отменить и оправдать ФИО1

В обоснование жалобы указывает, что выводы суда, что ФИО1 обладает признаками специального субъекта, не согласуются с Постановлением Пленума Верховного суда Российской Федерации № 19 от 16 октября 2009г. «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий», не нашли своего подтверждения в судебном заседании, таких данных суду не представлено стороной обвинения, в том числе и не следует это из приказа № № от ДД.ММ.ГГГГ., где закреплено, что приемочная комиссия осуществляет контроль выполненных работ лишь визуально. Всеми властными полномочиями в силу Устава НО «

<

данные изъяты>» (далее НО «ФКРМДАО») обладал директор организации.

Установив в действиях подзащитного ФИО1 «управленческих функций «организационно-распорядительного характера по специальному полномочию», суд вышел за рамки буквального толкования положений ст. 201 УК Российской Федерации, применив свое личное мнение по данному толкованию.

Приводя содержание договора по оказанию услуг по осуществлению строительного контроля за выполнением работ по капитальному ремонту общего имущества в многоквартирном 

<

адрес>, отмечает, что строительный контроль должен быть осуществлять ООО «

<

данные изъяты>», а не ФИО1

Доказательств того, что ФИО1 преступление совершено в целях получения выгод и преимуществ для себя в деле нет, суд не привел указание на конкретные документы, из которых бы следовало, что к ФИО1 могли быть применены санкции при не подписании акта приема выполненных работ, утрате его личного авторитета при неподписании акта, равно как и судом не приведено доказательств того, что ФИО1 заранее располагал сведениями о невыполнении работ по капитальному ремонту в полном объеме. Акцентирует внимание, что акт приема выполненных работ, помимо ее подзащитного, которому не вменена обязанность выезжать на объект перед подписанием акта приема выполненных работ, подписан еще пятью лицами.

Отмечает, что орган предварительного следствия в обвинительном заключении указал статус ФИО1 как должностного лица, наделил ФИО1 новым признаком специального субъекта - представителя власти, поскольку вменил ему использование властных полномочий, а, кроме того, и признаки специального субъекта - управленческие, организационно-распорядительные, административно- хозяйственные функции, функции единоличного исполнительного органа, должностного лица, властные полномочия, при условии, что две последние функции не относятся к специальному субъекту по ст. 201 УК Российской Федерации.

Помимо этого указывает, что государственный обвинитель просил назначить ФИО1 наказание в виде штрафа в размере 30000 рублей, но суд назначил наказание в виде штрафа в размере 200 000 рублей, при условии, что ФИО1 женат, имеет на иждивении двоих детей, один из которых малолетний, ранее к уголовной ответственности не привлекался, положительно характеризуется по месту жительства и работы, неоднократно поощрен руководством.

В возражениях государственный обвинитель Онянова Т.Д. указывает на законность, обоснованность приговора и справедливость назначенного наказания.

Выслушав участников процесса, изучив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, суд апелляционной инстанции находит приговор суда первой инстанции в отношении ФИО1 законным, обоснованным и справедливым, в связи с чем, не подлежащим отмене или изменению.

Выводы суда о виновности ФИО1 подтверждаются частично его показаниями в судебном заседании, из которых следует, что в период с 13 июня 2018г. по 7 марта 2019г. он работал в должности 

<

данные изъяты> НО «

<

данные изъяты>», в соответствие с приказом директора фонда от ДД.ММ.ГГГГг. он был назначен ответственным за выполнение мероприятий по организации проведения капитального ремонта многоквартирных домов, подписание актов по капитальному ремонту.

Все необходимые материалы для ремонта 

<

адрес>, как и по другим объектам ремонта, были приобретены подрядчиком. После проведения работ подрядчик уведомил НО «

<

данные изъяты>» (далее Фонд) об окончании работ в конце декабря 2018г., назначили дату приемки, создали приемочную комиссию, объект проверяли по качеству выполненной работы, одновременно с этим подрядчик с контролирующей организацией - ООО «

<

данные изъяты>» сформировали исполнительную документацию. При этом ФИО1 также показал, что каким образом члены приемной комиссии осуществляли приемку объекта, не знает, но знает, что представитель Фонда производит визуальный осмотр принимаемого объекта.

Согласно Уставу НО «

<

данные изъяты>», созданному постановлением Правительства Астраханской области от ДД.ММ.ГГГГг., предметом деятельности и основной целью создания НО «

<

данные изъяты>», является деятельность по своевременному проведению капитального ремонта общего имущества многоквартирных домов, расположенных на территории Астраханской области.

То обстоятельство, что ФИО1 был назначен на должность 

<

данные изъяты> НО «

<

данные изъяты>» и он назначен ответственным за исполнение мероприятий по организации и проведении капитального ремонта многоквартирных домов г. Астрахани, подписание актов приемки выполненных работ, актов приемки выполненных работ по форме КС-2 по капитальному ремонту, подтверждается приказами директора НО «

<

данные изъяты>» № от ДД.ММ.ГГГГг. и № от ДД.ММ.ГГГГг.

Именно ФИО1, как 

<

данные изъяты> НО «

<

данные изъяты>», согласно его должностной инструкции, был обязан контролировать планы и сроки капитального ремонта домов Астраханской области в соответствии с проектносметной документацией, чертежами, строительными нормативами, стандартами, техническими условиями и регламентами; принимать меры по своевременному заключению хозяйственных и финансовых договоров с подрядными организациями; контролировать выполнение проектными и строительными организациями договорных обязательств, при необходимости предъявлять санкции, предусмотренные договорами; контролировать качество и соблюдение графика производства работ по капитальному ремонту; принимать оперативные решения о внесении изменений в график в ход капитального ремонта и предупреждение срывов сроков этих работ; принимать конструктивные решения о снижении стоимости и улучшение технико-экономических показателей; составлять отчетность о ходе выполнения работ; обеспечивать выдачу необходимых для разработки проектно-сметной документации материалов по объектам капитального ремонта; контролировать представление исполнительной документации по заключенным договорам с подрядными организациями для дальнейшего финансирования; взаимодействовать с контролирующими и проверяющими органами, а также осуществлять приемку законченных видов, отдельных этапов работ по капитальному ремонту объектов с правом подписания соответствующих документов.

Свидетель Р.В.И. показал, что в начале 2018г. ООО «

<

данные изъяты>», директором которого он является, выиграло аукцион на разработку проектно-сметной документации ремонта домов, в числе которых был и 

<

адрес>. После проведения замеров такая документация была разработана.

Из изъятого в ходе выемки договора № следует, что данный договор заключен между НО «

<

данные изъяты>» в лице директора Е.Л.Е. с ООО «

<

данные изъяты>» в лице директора К.А.А. на выполнение работ по капитальному ремонту системы энергоснабжения общего имущества 

<

адрес>. Оплата по договору должна была осуществляться за фактически выполненные работы на основании актов о приемке выполненных работ по форме КС-2 и справки КС-3.

Согласно акту приемки оказанных услуг и (или) выполненных работ по капитальному ремонту многоквартирного 

<

адрес>, комиссией под председательством представителя НО «

<

данные изъяты>» 

<

данные изъяты> ФИО1 проведен осмотр предъявленных к приемке работ по капитальному ремонту электроснабжения общего имущества в данном доме, комиссией сделан вывод, что при визуальном осмотре выполнения работ замечаний к качеству оказания услуг, работ, нет, работы соответствуют своему назначению. Составлен акт о приёмке работ от 25 декабря 2018г. по унифицированной форме КС-1, также подписанный 

<

данные изъяты> НО «

<

данные изъяты>» ФИО1, а согласно справке о стоимости выполненных работ от 25 декабря 2018г. по унифицированной форме КС-3, стоимость работ по данному объекту составила 3 494 744,68 рублей, которые по платежному поручению от 28 декабря 2018г. перечислены со счета НО «

<

данные изъяты>» на расчетный счет ООО «

<

данные изъяты>».

При этом из акта приемки выполненных работ по форме КС-2 данного многоквартирного дома следует, что в него включены: консоль ВВ L5560 в количестве 81 штуки; кабель силовой с медными жилами в поливинилхлоридной изоляцией и оболочкой, не распространяющей горение, с низким дымо- и газовыделением марки ВВГнг-LS с числом жил 5, сечением 35мм2 в количестве 132,6метра; кабель силовой с медными жилами в поливинилхлоридной изоляцией и оболочкой, не распространяющей горение, с низким дымо- и газовыделением марки ВВГнг-LS с числом жил 5, сечением 25мм2 в количестве 479,4 метра.

При осмотре места происшествия 

<

адрес> установлено отсутствие оборудования: консоли ВВ L5560 в количестве 11 шт.; кабеля силовой с медными жилами в поливинилхлоридной изоляцией и оболочкой, не распространяющей горение, с низким дымо- и газовыделением марки ВВГнг-LS с числом жил 5, сечением 35мм2 в количестве 27,8 метра; кабеля силовой с медными жилами в поливинилхлоридной изоляцией и оболочкой, не распространяющей горение, с низким дымо- и газовыделением марки ВВГнг-LS с числом жил 5, сечением 25мм2 в количестве 88.9 метра.

Из показаний свидетеля Р.В.И. - директора ООО «

<

данные изъяты>», которому НО «

<

данные изъяты>» поручил рассчитать стоимость по объему невыполненных работ, такой расчет был произведен по ГРАНД-смете и согласно данного расчета стоимость этого электрооборудования составила 95803,02 рубля.

Свидетель Б.И.С. показала, что поступившая в НО «

<

данные изъяты>» исполнительная документация- акты по форме КС-2, справка КС-3, протоколы включаемых и выключаемых работ по 

<

адрес>, были проверены и переданы для произведения оплаты в 2018г. Затем, после проведения прокуратурой в феврале 2019г. проверки выявлено, что часть оборудования- консоли, провода, отсутствуют и на основании произведенного руководителем ООО «

<

данные изъяты>» Р.В.И. расчета был оформлен акт об исключении объемов работ. НО «

<

данные изъяты>» был причинен ущерб в размере 166 728,1 рублей.

Согласно показаниям свидетеля К.А.А.- директора ООО «

<

данные изъяты>» следует, что данной организацией действительно заключен договор с НО «

<

данные изъяты>» на капитальный ремонт электрооборудования в 

<

адрес>, работы были выполнены, составлен акт выполненных работ, который он не проверял, но подписал, после чего им перечислены денежные средства от НО «

<

данные изъяты>». При этом показал, что при проверке, производимой прокуратурой, он не присутствовал, но с ее итогами не согласен, поскольку замеры кабеля были произведены без учета расходов этих материалов и оставшегося резерва.

Свидетель Б.В.Н., являющийся индивидуальным предпринимателем и на основании договора субподряда с ООО «

<

данные изъяты>» выполнял работы по капитальному ремонту электрооборудования в 

<

адрес>, показал, что все работы выполнены согласно рабочему проекту. О наличии оставшихся материалов сообщили представителю ООО «

<

данные изъяты>», при этом консолей было установлено 81 шт, а почему к моменту проверки прокуратурой их было меньше ему не известно. Об этом же пояснил свидетель И.Д.В.

Из показания свидетеля Б.В.И. - главного инженера ООО «

<

данные изъяты>» следует, что в ходе выполнения работ по капитальному ремонту электрооборудования в 

<

адрес> производились включения и исключения видов работ, в том числе исключена установка двупольной пожарной двери ввиду недостаточности площади проема. По выполнении работ был составлен акт по форме КС-2, после подписания акта членами комиссии - Т.Н.В., К.М.И., акты был подписан 

<

данные изъяты> НО «

<

данные изъяты>» ФИО1 С выявленным прокуратурой несоответствием объемов работ не согласен.

Свидетель Г.А.В.- председатель ТСЖ «

<

данные изъяты>» и свидетель Г.А.Т. показали, что их 

<

адрес> попал в программу по капитальному ремонту, который осуществляла ООО «

<

данные изъяты>». Свидетель Г.А.В. дополнил, что не помнит расписывался ли он в акте приемки выполненных работ, но помнит, что при проверке выполненных работ прокуратурой выявлено несоответствие выполненных работ по количеству консолей и кабеля.

Из показаний свидетеля Б.Ф.Ф.- начальника отдела по работе с населением 

<

данные изъяты> следует, что входил в состав комиссии по приемке оказанных услуг по 

<

адрес>, по окончании работ к нему прибыл представитель подрядной организации и после обстоятельной беседы по телефону с представителем собственников жилья, который подтвердил факт выполнения работ, подписал акт.

Свидетель Т.Н.В. - главный специалист отдела капитального ремонта НО «

<

данные изъяты>», показал, что при принятии объектов следует сверить объем выполненных работ, исполнительной документации, то есть визуально проверить объект. При принятии работ по капитальному ремонту 

<

адрес> проверял только внешние работы, внутренние работы не проверялись, так как в ходе визуального осмотра сделать это невозможно. Он подписал акт приемки.

Свидетель К.М.И. - директор ООО «

<

данные изъяты>» показала, что ими производился строительный контроль за работами по ремонту электрооборудования в 

<

адрес>, ход работ контролировал инженер Т., а он после окончания работ подписал акт по форме КС-2, основываясь на словах Т..

Из показаний свидетеля З.А.Г., занимавшего в период с 18 сентября 2018г. по 7 мая 2019г. должность директора НО «

<

данные изъяты>», следует, что при приемке выполненных работ НО «

<

данные изъяты>» проверяет только внешние работы, так как внутренние работы проверяет организация, контролирующая проведение этих работ. При приемке НО «

<

данные изъяты>» работ, выполненных в 

<

адрес> присутствовал и подписывал акт 

<

данные изъяты> ФИО1, после чего подрядной организации перечислены денежные средства в размере 3 434 744, 68 рублей. Об этих же обстоятельствах пояснил свидетель Е.Л.Е. являвшийся директором НО «

<

данные изъяты>» в период с 11 апреля 2017г. по 17 сентября 2018г.

Выводы суда о виновности ФИО1 также подтверждаются показаниями представителя потерпевшего К.М.С., из которых следует, что в 2018г. в план по ремонту многоквартирного дома был включен 

<

адрес>.

По окончании ремонта прием выполненных работ происходит на основании акта. Этот акт подписывается представителями Фонда, подрядной организации, организации в области контроля за строительством, представителями Министерства ЖКХ и органа местного самоуправления, что регламентировано рядом специальных документов, в том числе КС-2 и актом приемки выполненных работ, который по данному дому был подписан со стороны Фонда 

<

данные изъяты> ФИО1 Без подписания ФИО1 акта по форме КС-2 не была бы составлена справка по форме КС-3, соответственно оплату ООО «

<

данные изъяты>» произвести невозможно.

При проведении проверки в 2019г. выявлено, что по этому объекту произошло завышение стоимости работ ООО «

<

данные изъяты>», за что этой организацией было возвращено Фонду около 100 000 рублей.

Вина ФИО1 в совершении преступления подтверждается и другими, имеющимися в деле, подробно приведенными в приговоре,

доказательствами, которые суд обоснованно признал достоверными, допустимыми, а в своей совокупности, достаточными для разрешения уголовного дела.

Тщательно исследовав обстоятельства дела и правильно оценив все доказательства по делу, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о доказанности виновности осужденного в совершении инкриминированного ему преступления при установленных судом обстоятельствах, верно квалифицировав его действия по ч. 1 ст. 201 УК Российской Федерации.

По смыслу ст.201 УК Российской Федерации под существенным нарушением прав и законных интересов граждан или организаций следует понимать нарушение прав и свободы физических и юридических лиц, гарантированных общепризнанными принципами и нормами международного права, Конституцией Российской Федерации, учитывать также степень отрицательного влияния противоправного деяния на нормальную работу организации, характер и размер понесенного ею материального ущерба

Именно такие последствия наступили от действий ФИО1, поскольку ввиду необоснованного выплаты ООО «

<

данные изъяты>» денежных средств в размере 95803,02 рубля был причинён существенный вред правам и законным интересам НО «

<

данные изъяты>» а также общества. Судом верно установлено, что ФИО1 действовал в целях извлечения выгод и преимуществ для себя в виде возможности продолжения ведения своей деятельности, получения стабильного заработка, избегая досрочного расторжения трудового договора.

Именно ФИО1, являясь 

<

данные изъяты> НО «

<

данные изъяты>», располагал сведения о фактически выполненных работах, что они выполнены не в полном объеме и не соответствуют объемам, указанным в акте, и понимал, что если акт подписан не будет, денежные средства в ООО «

<

данные изъяты>» перечислены не будут, поэтому использовал свои полномочия вопреки интересам НО «

<

данные изъяты>».

Утверждение адвоката Старостиной С.Ф. о том, что ФИО1 не является субъектом инкриминированного ему преступления и не выполнял управленческие функции в НО «

<

данные изъяты>», а все эти функции присущи лишь директору НО «

<

данные изъяты>, коим он не являлся, не основаны на положенных в основу приговора доказательствах, в том числе должностной инструкции ФИО1, из которой следует, что он, как 

<

данные изъяты>, помимо указанных выше в апелляционном постановлении обязанностей, имеет право распоряжаться имуществом и средствами НО «

<

данные изъяты>» в пределах, установленных законодательством, по специальному приказу (полномочию) на него возложена ответственность за исполнение мероприятий по организации проведения капитального ремонта многоквартирных домов и подписание актов о проведении ремонта. Именно на ФИО1 возложена обязанность по осуществлению контроля качества и соблюдения графика по производству капительного ремонта домов. Помимо этого, согласно структуре в подчинение ФИО1 как 

<

данные изъяты>, находился отдел капитального ремонта с соответствующей штатной численностью.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что ФИО1 выполнял именно управленческие функции, что полностью согласуется с положением п. 11 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации № 19 от 16 октября 2009г. «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий», чем опровергаются доводы защиты о толковании судом положений ст. 201 УК Российской Федерации исключительно по личному усмотрению.

Допустимость доказательств, на основании которых постановлен обвинительный приговор, сомнений не вызывает. Из дела видно, что доказательства, положенные судом в основу приговора, получены с соблюдением требований уголовно- процессуального закона в установленном законом порядке. Оснований подвергать их сомнениям у суда не имелось, поскольку они нашли свое подтверждение в других исследованных судом доказательствах.

Оценка всем доказательствам, вопреки доводам адвоката Старостиной С.Ф. в приговоре дана судом в соответствии с требованиями ст.88 УПК Российской Федерации.

При этом суд привел в приговоре мотивы, почему отдал предпочтение одним доказательствам, и отверг другие, не согласиться с которыми у суда апелляционной инстанции оснований не имеется. Тот факт, что эта оценка не совпадает с позицией защиты, не свидетельствует о нарушении судом вышеуказанных требований и не является основанием для отмены или изменения судебного решения.

Позиция адвоката Старостиной С.Ф. о том, что ФИО1 не вменена обязанность выезжать на объект перед подписанием акта его приемки, что контроль выполнения работ был возложен на ООО «

<

данные изъяты>» не согласуется с должностными обязанностями ФИО1 из которых следует, что он обязан контролировать график производства работ, осуществлять приемку законченных видов работ, а из содержания подписанного ФИО1 акта приемки следует, что он осмотрел этот объект визуально, пришел к выводу о выполнении всех работ, в чем расписался. Более того, он являлся председателем комиссии.

То обстоятельство, что акт приемки был подписан помимо ФИО1 еще несколькими членами комиссии, не свидетельствует об отсутствии в действиях ФИО1 инкриминированного ему преступления и подлежит оценке в силу ст. 252 УПК Российской Федерации.

Мнение адвоката Старостиной С.Ф. о придании органом следствия ФИО1 статуса должностного лица, придание ему функций представителя власти также не основано на содержании обвинительного заключения, равно как и обжалуемого приговора.

При назначении ФИО1 наказания суд, исходя из положений ст. 6, 43, 60 УК Российской Федерации, учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, данные личности осужденного, смягчающие наказание обстоятельства, в качестве которых признал наличие на иждивении двоих детей - малолетнего и несовершеннолетнего ребенка, отсутствие судимости.

Каких- либо неучтенных обстоятельств, влияющих на вид и размер наказания, материалы дела не содержат, не приведены такие обстоятельства в апелляционной жалобе. Суд первой инстанции обоснованно назначил ФИО1 наказание в виде штрафа в размере 200 000 рублей, что в полной мере соответствует положениям ст.6, 43,60 УК Российской Федерации. Назначенное наказание является справедливым. Решение суда о рассрочке штрафа на 10 месяцев также мотивированно.

Вопреки утверждению адвоката Старостиной С.Ф. о назначении наказания без учета мнения государственного обвинителя, суд не связан с позицией сторон при назначении наказания, определения его вида и размера.

Суд принял правильное решение об отсутствии оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК Российской Федерации, с чем суд апелляционной инстанции соглашается.

При таких обстоятельствах оснований к иной квалификации действий ФИО1, смягчению наказания в этой связи, его оправданию, как об этом настаивает защита, по делу не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Кировского районного суда г. Астрахани от 10 июня 2020г. в отношении осужденного ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката - без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента провозглашения и может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК Российской Федерации.

Председательствующий