Дело №2-134/2024

22RS0065-02-2023-002851-29 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

26 апреля 2024 года город Барнаул

Индустриальный районный суд города Барнаула Алтайского края в составе: 

председательствующего судьи Яньковой И.А.

при секретаре Гончаровой М.В.

с участием пом. прокурора Индустриального района города Барнаула Смолиной И.Г.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО3 к акционерному обществу «Новоалтайский хлебокомбинат» о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в Индустриальный районный суд города Барнаула с иском (с учетом уточнений) к АО "Новоалтайский хлебокомбинат" о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия в сумме 2 060 600 рублей, взыскании расходов на проведение экспертизы в размере 12 000 рублей, компенсации морального вреда в размере по 200 000 рублей, в пользу каждого из истцов. 

В обоснование заявленных требований ФИО2 ссылался на то, что 14.02.2023 в 7.30 в c. Фирсово в районе строения по адресу: 

<

адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие (ДТП) - столкновение автомобилей Toyota Fortuner гос. per. знак ***, под управлением истца, и грузового фургона ГАЗ *** г.н. ***, под управлением ФИО1. Причной ДТП послужило нарушение ФИО1 требований пункта 8.1 ПДД РФ. Автомобиль ГАЗ *** г.н. *** принадлежит на праве собственности ответчику. ФИО1 является работником данного предприятия и на момент ДТП являлся лицом, которому доверено управление автомобилем в связи c производственной деятельностью ответчика. B результате ДТП истцу причинен имущественный ущерб в виде повреждения принадлежащего на праве собственности автомобиля Toyota Fortuner TGN156L, г.н. ***. СПАО «Ингосстрах», где застрахована гражданская ответственность лица управляющего автомобилем ответчика, выплатило истцу 400 000 рублей - сумма страхового возмещения за данное ДТП. Суммы страховой выплаты недостаточно для взмещения ущерба, в связи с чем истец обрактился в суд с настоящим иском. Кроме того, в момент ДТП в автомобиле находился сын истца - ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., которому в результате виновных действий третьего лица, причинены телесные повреждения, от чего он испытал физическую боль и нравственные страдания. Ребенок был напуган, долго плакал и вынужден был пропустить в этот день занятие в школе, стал тревожен, ухудшился его сон, он постоянно вспоминает данное событие. Физическая боль и нравственные страдания причиненные ребенку, заставили истца испытать беспокойство за его здоровье, в результате чего нарушен привычный ритм жизни и как следствие причинение морального вреда. 

Представитель истца в судебном заседании на удовлетворении уточненных исковых требований настаивал в полном объеме по доводам, изложенным в иске. Дополнительно пояснил, что вред здоровью ФИО3 в результате ДТП не причинен, причинены телесные повреждения, вследствие которых ребенок испытывал физическую боль. 

Представитель ответчика возражал против удовлетворения иска по доводам, изложенным в возражения на иск. Настаивал, что причиной ДТП послужили действия истца ФИО2, который превышая установленный ПДД скоростной режим, совершил обгон транспортных средств в месте, где это запрещено.

Иные лица участвующие в деле в судебное заседание не явились, извещены надлежаще.

Суд, с учетом положений ст. 167 ГПК РФ, счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся. 

Выслушав участников процесса, исследовав и оценив собранные по делу доказательства, установив юридически значимые обстоятельства, приходит к следующему.

В соответствии с положениями статьи 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

В целях защиты прав потерпевших на возмещение вреда, причиненного их жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортных средств иными лицами, риск гражданской ответственности владельцев транспортных средств подлежит обязательному страхованию, при этом правовые, экономические и организационные основы обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств определяются Федеральным законом от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств".

Порядок и условия осуществления обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств регулируются Федеральным законом от 25 апреля 2002 года №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее ? Закон об ОСАГО) и Правилами обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденными Положением Центрального банка Российской Федерации от 19 сентября 2014 года №431-П (далее ? Правила обязательного страхования).

В соответствии с ч. 1 ст. 4 Федерального закона от 25 апреля 2002 года N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

Согласно пункту "б" статьи 7 Закона об ОСАГО страховая сумма, в пределах которой страховщик обязуется при наступлении каждого страхового случая, возместить потерпевшим причиненный вред, составляет в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего, 400000 руб.

В силу пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно пункту 3 указанной статьи, вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федераиции от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством (п. 11). По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное. Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 ГК РФ) (п. 12).

В судебном заседании установлено, что 14.02.2023 около 07 часов 30 минут на проезжей части 4 км автомобильной дороги Фирсово-Бобровка-Рассказиха-Нижняя Петровка-Чаузово (

<

адрес> в районе 

<

адрес>) на территории Первомайского района произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля ГАЗ *** (грузовой фургон), государственный регистрационный знак *** под управлением ФИО12 и автомобиля Toyota Fortuner гос. per. знак *** под управлением ФИО2

Постановлением начальника отделения Госавтоинспекции ОМВД России по Первомайскому району №

<

адрес>/2023 производство по делу об административном правонарушении в отношении водителя ФИО1 прекращено, на основании п.2 ч.1 ст. 24.5 КоАП РФ, в виду отсутствия состава административного правонарушения, предусмотренного ст.12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Постановлением по делу об административном правонарушении от 14.02.2023 г. ИДПС ОБДПС Госинспекции ОМВД России по Первомайскому району ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.3 ст. 12.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (невыполнение требования Правил дорожного движения уступить дорогу транспортному средству, пользующемуся преимущественным правом движения, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 12.13 и статьей 12.17 настоящего Кодекса), назначено наказание в виде штрафа в размере 500 рублей.

Согласно постановлению от 14.02.2023 г., 14.02.2023 г. в 07 час. 20 мин. на 4 км автомобильной дороги Фирсово-Бобровка-Рассказиха-Нижняя Петровка-Чаузово (

<

адрес> в районе 

<

адрес>), ФИО1 управлял автомобилем ГАЗ *** (грузовой фургон), государственный регистрационный знак *** стороны с. Бобровка в сторону с. Санниково перед началом поворота на лево не убедился в безопасности данного маневра и создал помеху автомобилю Toyota Fortuner гос. per. знак *** под управлением ФИО2, движущемуся по встречной полосе в попутном направлении, совершающему обгон транспортного средства. В результате чего произошло столкновение с последующим наездом на здание магазина.

Водитель ФИО2 постановлением от 14.02.2023 г. привлечен к административной ответственности за совершение правонарушения, предусмотренного ч.4. ст.12.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (выезд в нарушение Правил дорожного движения на полосу, предназначенную для встречного движения, либо на трамвайные пути встречного направления, за исключением случаев, предусмотренных частью 3 настоящей статьи), назначено наказание в виде штрафа в размере 5 000 рублей.

Согласно объяснению ФИО1, содержащемуся в административном материале, он управлял автомобилем ГАЗ *** двигался по автодороге Фирсово-Бобровка-Рассказиха-Нижняя Петровка-Чаузово со стороны с.Бобровка в сторону с.Санниково со скоростью 20-40 км/ч на ближнем свете фар, был пристегнут ремнем безопасности, впереди него попутные и встречные транспортные средства отсутствовали. Подъезжая к 

<

адрес>, он включил левый указатель поворота, посмотрев в левое зеркало заднего вида, убедившись, что никаких транспортных средств движущихся позади него нет, начал совершать маневр поворота на лево, выехал на встречную полосу движения, где в это время произошел удар в левую сторону его автомобиля. После чего он увидел впереди него автомобиль Тойота, которая отскочила в здание 

<

адрес>. После чего к нему подбежал неизвестный мужчина, открыл водительскую дверь и помог выйти. Дорожное покрытие было сухим, без повреждений. Видимость впереди и сзади не ограничена. Вину в совершении ДТП не признает.

Согласно объяснению ФИО2, содержащемуся в административном материале, он управлял автомобилем Тойота Фортунер, двигался по автодороге Фирсово-Бобровка-Рассказиха-Нижняя Петровка-Чаузово со стороны с.Бобровка в сторону с.Санниково со скоростью 60-70 км/ч на ближнем свете фар. Впереди него в попутном направлении двигались автомобили, примерно 4-5, с наименьшей скоростью. Он включил левый указатель поворота и выехал на полосу встречного движения, начал совершать маневр обгона транспортных средств, двигавшихся в попутном направлении. Когда он выехал на полосу встречного движения, то левый указатель поворота у него выключился и дальнейший маневр он совершил без указателя поворота. Видимость впереди была не ограничена, встречных транспортных средств не было. Двигался только автомобиль ГАЗ *** в попутном направлении. Когда он приблизился к нему примерно на расстоянии 5 метров, то увидел как водитель ГАЗ *** включил левый указатель поворота и начал (сразу) совершать маневр поворота налево к магазину по адресу 

<

адрес>. Он применил экстренное торможение и применил звуковой сигнал. Далее произошло столкновение и его автомобиль отбросило на здание магазина. В его автомобиле на заднем сидении с правой стороны в специальном детском удерживающем устройстве находился его сын ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Который после ДТП с супругой на ее автомобиле уехал в школу. На самочувствие и здоровье ребенок вначале не жаловался. Двигался с превышением разрешенной скорости на данном участке дороги, так как торопился в школу и нарушил правила обгона на пешеходном переходе.

Согласно ч. 1 ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом (часть 1).

Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (часть 2).

В силу ст. 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

Определением Индустриального районного суда города Барнаула от 21.08.2023 г. по делу назначены судебно-медицинская и автотехническая экспертизы.

Ввиду уклонения истца от предоставления медицинских документов, необходимых для проведения судебной-медицинской экспертизы, а также от оплаты судебно-медицинской экспертизы, дело с определением о назначении экспертизы отозвано из Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Алтайское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы», без исполнения.

Согласно заключению эксперта *** от 26.03.2024 ООО «ЭКСКОМ» установлен следующий механизм дорожно-транспортного происшествия при столкновении автомобиля Toyota Fortuner гос. per. знак *** под управлением ФИО2 и автомобиля ГАЗ *** гос. per. знак *** под управлением ФИО1:

Перед столкновением транспортных средств автомобиль Toyota Fortuner, гос. per. знак *** двигался по встречной полосе проезжей части на 4км автодороги Фирсово - Боброво — Рассказиха - Нижняя Петровка - Чаузово (

<

адрес> в районе 

<

адрес>), осуществляя маневр обгона автомобиля ГАЗ *** гос. per. знак ***, движущегося по правой полосе проезжей части. Автомобиль ГАЗ ***, двигаясь в попутном автомобилю Toyota Fortuner направлении, осуществлял маневр поворота налево к прилегающей к дороге территории у 

<

адрес> перед автомобилем Toyota Fortuner.

Первичный контакт при столкновении транспортных средств произошёл передней частью правой стороны автомобиля Toyota Fortuner с передней частью левой боковой стороны кузова и топливным баком автомобиля ГАЗ *** гос. per. знак ***, когда автомобили находились на попутных перекрёстных курсах и угол между их продольными осями составлял не более 20 градусов.

Место первичного контакта (место столкновения) находилось на полосе встречного движения проезжей части (полосе нахождения автомобиля Toyota Fortuner). Это подтверждается небольшим углом между продольными осями автомобилей в момент первичного контакта, то есть автомобиль ГАЗ *** в момент первичного контакта находился в начале маневра. Кроме того, за время движения автомобиля ГАЗ *** по полосе встречного движения, водитель автомобиля Toyota Fortuner не успевал привести в действие рулевое управление.

После первичного контакта произошло контактирование передней части правой стороны автомобиля Toyota Fortuner с левой стороной кабины в задней нижней части, с левой дверью кабины в задней нижней части автомобиля ГАЗ ***.

После чего автомобили вышли из контакта, изменив направление движения в направлении прилегающей территории дороги слева. Автомобиль ГАЗ *** допустил наезд передней частью правой стороны на опору с электрощитом с повреждением контактирующих частей и остановился в положении зафиксированном на схеме места дорожно-транспортного происшествия от 14.02.2023г. в административном материале (см. изображение 1), на схеме места совершения ДТП от 14.02.2023г. в административном материале (см. изображение 2) и на фотоизображениях с места ДТП (см. изображение 4.3, 5.1-5.4). Автомобиль Toyota Fortuner допустил наезд задней частью левой боковой стороны на фасад 

<

адрес> с повреждением контактирующих частей и остановился. Конечное положение автомобиля Toyota Fortuner после ДТП зафиксировано на схеме места ДТП от 14.02.2023г. в административном материале (см. изображение 1), на схеме места совершения ДТП от 14.02.2023г. в административном материале (см. изображение 2) и на фотоизображениях с места ДТП (см. изображении 4.3, 5,1, 5,2, 5.4, 5.6, 5.9, 5.12).

Место столкновения автомобилей Toyota Fortuner гос. per. знак *** и ГАЗ *** гос. per. знак *** в момент первичного контакта расположено на встречной полосе движения проезжей части по ходу движения автомобилей (на полосе движения автомобиля Toyota Fortuner).

Определить скорость движения автомобиля Toyota Fortuner гос. per. знак 

<

***> перед ДТП, столкновением транспортных средств не представляется возможным по причине отсутствия научно-обоснованной апробированной методики и экспериментальных данных по учёту затрат кинетической энергии на разрушение и деформацию частей и деталей транспортных средств при столкновении.

Водитель автомобиля ГАЗ *** гос. per. знак *** ФИО1 располагал технической возможностью предотвратить столкновение, руководствуясь требованиями пунктов 8.1 абзац 1 и 11.3 Правил дорожного движения РФ, убедившись перед началом маневра в его безопасности и уступив дорогу автомобилю Toyota Fortuner гос. per. знак ***, осуществляющему маневр обгона по полосе встречного движения и имеющему преимущество для движения.

Водитель автомобиля Toyota Fortuner гос. per. знак *** ФИО2, руководствуясь требованиями пункта 10.1 абзац 2 Правил дорожного движения РФ, не имел технической возможности предотвратить столкновение торможением.

Водитель автомобиля ГАЗ *** гос. per. знак *** ФИО1 для обеспечения безопасности движения и предотвращения столкновения должен был руководствоваться требованиями пунктов 8.1 абзац 1 и 11.3 Правил дорожного движения РФ.

Водитель автомобиля Toyota Fortuner гос. per. знак *** ФИО2 для обеспечения безопасности движения и предотвращения столкновения должен был руководствоваться требованиями пунктов 10.1 абзац 2 и 11.1 Правил дорожного движения РФ.

С технической точки зрения, выезд водителя автомобиля ГАЗ *** ФИО1 на полосу встречного движения при осуществлении маневра поворота налево в непосредственной близости от автомобиля Toyota Fortuner, что не позволяло водителю ФИО2 предотвратить столкновение торможением, явился необходимым и достаточным условием для возникновения ДТП.

При рассмотрении дела судом допрошен эксперт ФИО5, подтвердивший в полном объеме выводы, изложенные в заключении. Также пояснил, что водитель ГАЗ *** гос. per. знак *** должен был руководствоваться требованиями пунктов 8.1 абзац 1 и 11.3 Правил дорожного движения РФ. Водитель автомобиля Toyota Fortuner гос. per. знак *** должен был руководствоваться требованиями пункта 10.1 абзац 2 Правил дорожного движения РФ, а также требованиями 11.1 Правил дорожного движения РФ. 

Проанализировав содержание экспертного заключения, суд приходит к выводу о том, что оно в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 ГПК РФ, поскольку содержит подробное описание произведенных исследований, в обоснование сделанных выводов эксперт приводит соответствующие данные из имеющихся в распоряжении документов, основывается на объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию, а также на использованной при проведении исследования научной и методической литературе, в заключении указаны данные о квалификации эксперта, образовании, стаже работы, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

При таких обстоятельствах суд полагает, что заключение эксперта отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности доказательств, принимает данное заключение в качестве допустимого доказательства, которое в силу части 3 статьи 86 ГПК РФ для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 настоящего Кодекса.

Из положений частей 1-2 ст. 67 ГПК РФ следует, что суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Наличие в деле заключения не лишает права суд в рамках рассмотрения гражданско-правового спора дать самостоятельную оценку действиям водителей и установить степень виновности каждого из них в совершенном ДТП.

Факт наличия или отсутствия вины сторон в нарушении Правил дорожного движения и как следствие в указанном дорожно-транспортном происшествии является обстоятельством, имеющим юридическое значение для правильного разрешения настоящего дела.

Вина в дорожно-транспортном происшествии обусловлена нарушением его участниками Правил дорожного движения Российской Федерации.

Правила дорожного движения Российской Федерации устанавливают единый порядок дорожного движения на всей территории Российской Федерации. Другие нормативные акты, касающиеся дорожного движения, должны основываться на требованиях Правил и не противоречить им.

В силу пункта 1.3 Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 N 1090 (далее – ПДД) участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

Согласно п. 1.5 ПДД участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Пунктом 8.1 Правил дорожного движения установлено, что перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

В соответствии с п. 10.1 ПДД РФ, водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

В соответствии с п. 11.1 ПДД РФ прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения.

Пункт 11.2 Правил дорожного движения, гласит, что водителю запрещается выполнять обгон в случаях, если по завершении обгона он не сможет, не создавая опасности для движения и помех обгоняемому транспортному средству, вернуться на ранее занимаемую полосу.

Согласно п. 11.3 ПДД РФ водителю обгоняемого транспортного средства запрещается препятствовать обгону посредством повышения скорости движения или иными действиями.

В силу п. 11.4 Правил дорожного движения Российской Федерации обгон запрещен на пешеходных переходах.

Линия горизонтальной разметки 1.1 Приложения N 2 к Правилам дорожного движения разделяет транспортные потоки противоположных направлений и обозначает границы полос движения в опасных местах на дорогах; обозначает границы проезжей части, на которые въезд запрещен. Правилами дорожного движения установлен запрет на ее пересечение.

"Преимуществом (приоритетом)" признается право на первоочередное движение в намеченном направлении по отношению к другим участникам движения (п.1.2 ПДД).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2019 года N 20 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях" при квалификации действий водителя по части 2 статьи 12.13 или части 3 статьи 12.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях необходимо учитывать, что преимущественным признается право на первоочередное движение транспортного средства в намеченном направлении по отношению к другим участникам дорожного движения, которые не должны начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить участников движения, имеющих по отношению к ним преимущество, изменить направление движения или скорость (пункт 1.2 Правил дорожного движения).

Водитель транспортного средства, движущегося в нарушение Правил дорожного движения по траектории, движение по которой не допускается (например, по обочине, во встречном направлении по дороге с односторонним движением), либо въехавшего на перекресток на запрещающий сигнал светофора, жест регулировщика, не имеет преимущественного права движения, и у других водителей (например, выезжающих с прилегающей территории или осуществляющих поворот) отсутствует обязанность уступить ему дорогу.

Исходя из обстоятельств ДТП, водитель автомобиля Toyota Fortuner, гос. per. знак *** двигался по проезжей части на 4км автодороги Фирсово - Боброво — Рассказиха - Нижняя Петровка - Чаузово (

<

адрес>), выехал на полосу встречного движения, осуществляя маневр обгона нескольких транспортных средств без возвращения в свою полосу движения, водитель автомобиля ГАЗ *** гос. per. знак ***, двигаясь в попутном с автомобилем Toyota Fortuner направлении, осуществлял маневр поворота налево к прилегающей к дороге территории у 

<

адрес> перед автомобилем Toyota Fortuner, в результате произошло столкновение. 

Из схемы ДТП, проекта организации дорожного движения и благоустройства, следует, что по ходу движения автомобилей сторон на автодороге нанесена разметка 1.1, обозначающая разделение транспортных потоков противоположных направлений в опасных местах.

Также из схемы ДТП следует, что далее по пути следования автомобилей по завершении дорожной разметки 1.1 имеет место нерегулируемый пешеходный переход, обозначенный соответствующими дорожными знаками и разметкой, после которого продолжена дорожная разметка 1.1. По завершении разметки 1.1. на протяжении 30 метров до места начала выполнения маневра поворота на лево водителем ФИО1 нанесена разметка 1.6.

Исходя из анализа объяснений водителя ФИО2, отобранных непосредственно в день ДТП, пояснений третьего лица ФИО1, суд приходит к выводу о том, что ФИО2 с целью обгона впереди движущихся транспортных средств выехал на полосу встречного движения, и, не возвращаясь в свою полосу движения, продолжил обгон, двигаясь по встречной полосе движения через сплошную линию разметки и пешеходный переход.

Эти действия, по мнению суда, были совершены в нарушение Приложения N 2 к ПДД РФ, запрещающего пересечение линии разметки 1.1, п. 9.1.1 ПДД РФ, запрещающего движение по полосе, предназначенной для встречного движения, если она отделена разделительной полосой, разметкой 1.1 и в нарушение п. 11.4 ПДД РФ, устанавливающего запрет обгона на пешеходных переходах.

Кроме того, водитель ФИО2 вел транспортное средство со скоростью, не обеспечивавшей постоянного контроля за движением автомобиля, вследствие чего утратил контроль за дорожной обстановкой, чем нарушил п. 10.1 ПДД.

Учитывая приведенные выше положения ПДД РФ и дорожно-транспортную ситуацию в момент спорного ДТП, оценив установленные по делу обстоятельства на основе объяснений участвующих в ДТП водителей, схемы осмотра места происшествия, а также заключения эксперта, приходит к выводу, что данное ДТП произошло в результате виновных действий обоих водителей.

Так, водитель автомобиля Toyota Fortuner гос. per. знак 

<

***>, управляя автомобилем с превышением разрешенной на данном участке дороги скорости движения, не обеспечивавшей постоянного контроля за движением автомобиля, начал совершать обгон двигавшихся впереди в попутном направлении транспортных средств (примерно 4 - 5 автомобилей, что следует из объяснений ФИО2), не возвращаясь в свою полосу движения, продолжил движение по полосе встречного движения, в том числе в зоне запрещающих это делать дорожной разметки 1.1, дорожных знаков 5.19.1 и 5.19.2 (пешеходный переход); видел данные знаки и разметку, вместе с тем пренебрег их предписывающим требованиям, при наличии возможности не вернулся в полосу своего движения, не избрал надлежащий режим скорости, позволяющий контролировать управление автомашины, не снижая скорости продолжил движение по встречной полосе движения, что не позволило ему предотвратить столкновение путем применения экстренного торможения. 

Действия обгонявшего были усугублены тем фактом, что обгон совершался в темное время суток по дороге, имеющей признаки гололеда. 

Такие действия, по мнению суда, находятся в непосредственной причинно-следственной связи с произошедшим ДТП. 

То обстоятельство, что в момент ДТП водитель ФИО2 находился в зоне действия дорожной разметки 1.5., с учетом места столкновения, не может свидетельствовать об отсутствии его вины в совершении ДТП, поскольку при соблюдении всех приведенных выше требований Правил дорожного движения, выполнении маневра обгона в зоне, где это не запрещено (с начала его выполнения и до завершения) и со скоростью, не превышающей установленной на данном участке дороги, у него имелась бы возможность предотвратить данное столкновение.

Виновные действия водителя ГАЗ *** гос. per. знак *** заключаются в том, что он имел объективную возможность предвидеть возникновение опасности для движения управляемого им автомобиля в виде двигающегося по встречной полосе в попутном направлении и совершающему обгон автомобиля Toyota Fortuner гос. per. знак ***; он располагал технической возможностью предотвратить дорожно-транспортное происшествие, при соблюдении требований пунктов 8.1 абзац 1 и 11.3 ПДД РФ.

Изложенное свидетельствует об обоюдной вине водителей в данном ДТП, поскольку нарушение требований ПДД РФ каждым из них состоит в прямой причинной связи со столкновением автомобилей. Определяя степень вины водителей, суд распределяет ее между водителем ФИО1 и водителем ФИО4 в равной степени – по 50%, поскольку при установленных обстоятельствах нарушения требований ПДД как со стороны одного, так и другого водителя в равной мере привели к столкновению автомобилей.

В силу статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (пункт 1).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1079 указанного кодекса юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что согласно статьям 1068 и 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

Из содержания приведенных выше норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что лицо, управляющее источником повышенной опасности в силу трудовых или гражданско-правовых отношений с собственником этого источника повышенной опасности, не признается владельцем источника повышенной опасности по смыслу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность в таком случае возлагается на работодателя, являющегося владельцем источника повышенной опасности.

Согласно сведениям федеральной информационной системы Госавтоинспекции автомобиль ГАЗ *** гос. per. знак *** зарегистрирован за АО «Новоалтайский хлебокомбинат» (л.д.42).

В судебном заседании установлено и не оспаривалось никем из сторон что 02.08.2022 между АО «Новоалтайский хлебокомбинат» (работодатель) и ФИО1 (работник) заключен трудовой договор ***, согласно которому работник принимается на работу на должность водителя. 

Из путевого листа от 14.02.2023 г. (л.д. 141), следует, что 14.02.2023 г. ФИО1 управлял автомобилем ГАЗ *** гос. per. знак *** по заданию работодателя в связи с имеющимися между ними трудовыми отношениями.

Таким образом, из установленных по делу обстоятельств суд приходит к выводу, что источник повышенной опасности был использован лицом, совершившим дорожно-транспортное происшествие, которое состоит в трудовых отношениях с владельцем источника повышенной опасности и которому транспортное средство передано в рамках выполнения трудовых обязанностей, что исключает возможность возложения на него причиненного в результате ДТП ущерба.

Учитывая изложенное, надлежащим ответчиком по делу является АО «Новоалтайский хлебокомбинат».

При обращении в суд с иском истцом в качестве доказательства размера ущерба, причиненного ФИО2 в результате ДТП, представлено экспертное заключение ИП ФИО7, согласно которому суммарная стоимость работы, материалов и частей, необходимых для восстановительного автомобиля без учета износа частей составляет 2 275 900 рублей, размер утраты товарной стоимости составляет 184 700 рублей.

Доказательств, опровергающих данное заключение, ответчиком не представлено.

03.04.2023 СПАО «Ингосстрах» произвело ФИО2 выплату страхового возмещения в размере 400 000 рублей (л.д.11).

Таким образом, размер ущерба, причиненного ФИО2 в результате ДТП, составил 2 060 600 рублей (из расчета 2 275 900 + 184 700 – 400 000).

При таких обстоятельствах, учитывая, что судом в совершении ДТП также установлена вина водителя ФИО2, которая равна 50 %, то ФИО2 имеет право на возмещение ущерба, причиненного в результате ДТП в размере 1 030 300 рублей (2 060 600/50%).

Разрешая требование о взыскании компенсации морального вреда, суд учитывает следующее.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

В соответствии со ст. 20 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жизнь. Данное право как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод и высшая социальная ценность защищается государством. Право на охрану здоровья (статья 41, часть 1), также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

К числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). 

Согласно ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (ч.2 ст.1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации, здоровье и личная неприкосновенность относятся к нематериальным благам, принадлежащим каждому гражданину от рождения, и подлежат защите в соответствии с действующим законодательством, теми способами и в тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного нематериального блага и характера последствий этого нарушения.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в п. 18. постановления Пленума от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью граждан" вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств.

По смыслу вышеуказанного закона владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности только если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла самого потерпевшего (пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо, если им будет доказано, что этот источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц и отсутствия его вины в противоправном изъятии этого источника из его обладания(пункт 2 статьи 1079).

Из пункта 32 названного выше Постановления Пленума Верховного Суда РФ следует, что учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Согласно п.8 Постановления Пленума ВС РФ от 20 декабря 1994 №10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» размер компенсации морального вреда зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий,…. иных заслуживающих внимание обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.). Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Как следует из разъяснений, данных в п. 14-15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

В судебном заседании установлено и не оспаривалось никем из сторон, что в момент ДТП в автомобиле Toyota Fortuner гос. per. знак *** под управлением истца находился несовершеннолетний ФИО3, которому в результате столкновения транспортных средств причинены телесные повреждения – ушиб, ссадина лобной кости. 

Факт причинения телесных повреждений ребенку подтверждается справкой КГБУЗ «ККБСМП», из которой следует, что ФИО3 получил ушиб, ссадину лобной кости (л.д.10).

Доказательств обратного в судебном заседании не представлено.

Обосновывая требования о компенсации морального вреда, причиненного несовершеннолетнему ФИО3, представитель истца ссылался, что в результате виновных действий третьего лица, причинены телесные повреждения несовершеннолетнему ФИО3, вследствие чего он испытал физическую боль и нравственные страдания. Ребенок был напуган, долго плакал и вынужден был пропустить в этот день занятие в школе, стал тревожен, ухудшился его сон, он постоянно вспоминает данное событие. 

Физическая боль и нравственные страдания причиненные ребенку, заставили истца ФИО2 испытать беспокойство за его здоровье, в результате чего нарушен привычный ритм жизни и как следствие причинение морального вреда. 

Поскольку в результате ДТП несовершеннолетнему ФИО3 причинены телесные повреждения, от которых он испытывал физическую боль, а также причинены нравственные страдания, то с учетом приведенных выше норм действующего законодательства, он имеет право на возмещение компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает:

- обстоятельства совершения дорожно-транспортного происшествия, несовершеннолетний возраст ФИО3; 

- наличие вины в ДТП как водителя ФИО2, так и ФИО1 при степени вины каждого водителя установленной судом 50 % на 50 %, 

-характер причиненных ФИО2 физических и нравственных страданий относительно перенесенной травмы, 

- индивидуальные переживания в связи с причинением травмы и участием в ДТП, изменение его привычного уклада жизни, и с учетом принципа разумности и справедливости суд полагает, что в пользу несовершеннолетнего ФИО3 в лице его законного представителя следует определить сумму компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей, что по мнению суда с учетом всех установленных обстоятельств ДТП отвечает названным выше принципам. 

Оснований для компенсации морального вреда в ином размере, в том числе в размере заявленном ко взысканию, судом не установлено, поскольку со стороны истца не представлено достаточных и допустимых доказательств тому, что при установленных по делу обстоятельствах размер такой компенсации должен соответствовать денежной сумме 250 000 рублей. 

Исходя из изложенного, суд удовлетворяет исковые требования в указанной части частично.

Суд также полагает возможным частично удовлетворить требования истца ФИО2 в части компенсации морального вреда, поскольку вопреки позиции ответчика, основанием для возмещения морального вреда является не только вред здоровью, причиненный непосредственно потерпевшему в результате ДТП, поскольку возможность возмещения морального вреда, не поставлена в зависимость от наличия исключительно вреда здоровью (травм, телесных повреждений и пр.), а связана также с нравственными страданиями, в рассматриваемом случае с переживаниями родителя за здоровье ребенка, которому причинены телесные повреждения в результате ДТП, а также нравственные страдания, связанные с участием в ДТП.

Исследовав фактические обстоятельства дела, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит выводу, что требование о компенсации морального вреда, заявленное истцом подлежит частичному удовлетворению и взыскивает с АО «Новоалтайский хлебокомбинат» в пользу ФИО2 в счет компенсации морального вреда 2 000 рублей.

При определении и компенсации морального вреда судом учтена степень физических, нравственных страданий и переживаний истца за несовершеннолетнего сына, критерии разумности и справедливости, обстоятельства ДТП, а также степень вины ФИО2 в его совершении.

Разрешая требование истца о возмещении судебных расходов, суд исходит из следующего.

В соответствии со ст.88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. К издержкам, связанным с рассмотрением дела, согласно ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, относятся, в том числе, суммы, подлежащие выплате экспертам; расходы на оплату услуг представителей; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами, другие признанные судом необходимыми расходы.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разъяснено, что расходы, понесенные истцом, в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. Например, истцу могут быть возмещены расходы на проведение досудебного исследования состояния имущества, на основании которого впоследствии определена цена предъявленного в суд иска, его подсудность.

Расходы, обусловленные рассмотрением, разрешением и урегулированием спора во внесудебном порядке, не являются судебными издержками и не возмещаются согласно нормам главы 7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, кроме случаев, когда законом либо договором предусмотрен претензионный или иной обязательный досудебный порядок урегулирования спора, тогда расходы, вызванные соблюдением такого порядка (например, издержки на направление претензии контрагенту, в том числе расходы по оплате юридических услуг, признаются судебными издержками и подлежат возмещению исходя из того, что у истца отсутствовала возможность реализовать право на обращение в суд без несения таких издержек (пункты 2, 3, 4 Постановления).

В соответствие с ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В материалы дела истцом представлено экспертное заключение ИП ФИО7, кассовый чек подтверждающий оплату 12 000 рублей.

Учитывая изложенное, расходы на оплату судебной экспертизы подлежат взысканию с ответчика в размере 6 000 рублей (из расчета 12 000 *50%).

При обращении в суд, истцом оплачена государственная пошлина в сумме 3 200 рублей 00 копеек.

В ходе рассмотрения дела по существу исковые требований увеличены до 2 060 600 рублей, при этом государственная пошлина, размер которой при указанной цене иска составляет 18 503 рублей, истцом не доплачена.

Согласно пп. 10 п. 1 ст. 333.20 НК РФ при увеличении истцом размера исковых требований недостающая сумма государственной пошлины доплачивается в соответствии с увеличенной ценой иска в срок, установленный пп. 2 п. 1 ст. 333.18 НК РФ (десятидневный срок со дня вступления в законную силу решения суда), при этом плательщиками будут являться ответчики, если решение будет принято не в их пользу (пп. 2 п. 2 ст. 333.17 НК РФ).

Исковые требования имущественного характера удовлетворены на 50%.

С учетом изложенного, с АО «Новоалтайский хлебокомбинат» в пользу ФИО2 подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 200 рублей, и в доход муниципального образования городской округ город Барнаул – 6 411 рублей 50 копеек (из расчета 9 251,50 (18503*50%) – 2 840 (гос.пошлина при цене иска 88 000 рублей).

С ФИО2 в доход муниципального образования городской округ город Барнаул подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 9 251 рубль 50 копеек (18 503*50%).

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд,

решил:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Новоалтайский хлебокомбинат» в пользу ФИО2 в счет возмещения ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия 1 030 300 рублей 00 копеек, расходы по оплате оценки стоимости восстановительного ремонта – 6 000 рублей 00 копеек, расходы по оплате государственной пошлины – 3200 рублей 00 копеек, в счет компенсации морального вреда – 2 000 рублей.

Взыскать с акционерного общества «Новоалтайский хлебокомбинат» в пользу ФИО3 в лице законного представителя ФИО2 в счет компенсации морального вреда 10 000 рублей.

Взыскать с акционерного общества «Новоалтайский хлебокомбинат» в доход муниципального образования городской округ город Барнаул государственную пошлину в сумме 6 411 рублей 50 копеек.

Взыскать с ФИО2 в доход муниципального образования городской округ город Барнаул государственную пошлину в сумме 9 251 рубль 50 копеек.

В остальной части в удовлетворении иска отказать. 

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме в Алтайский краевой суд через Индустриальный районный суд.

Судья И.А. Янькова

Мотивированное решение составлено 07 мая 2024 года.

Копия верна, судья И.А. Янькова

Решение суда на 07.05.2024 в законную силу не вступило.

Секретарь судебного заседания М.В. Гончарова 

Подлинный документ подшит в деле № 2-134/2024 Индустриального районного суда г. Барнаула.