Дело № 2-263/2021

78RS0019-01-2020-000506-53

16 марта 2021 года

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Приморский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Тумасян К.Л.,

при секретаре Кривошеевой О.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «ЕвроТрансСтрой» о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, денежной компенсации морального вреда, судебных издержек, 

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратился в Приморский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ООО «ЕвроТрансСтрой», указав, что 20 июля 2019 года произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого автомобилю истца Skoda Rapid, г.р.з. №, были причинены механические повреждения. Истец полагал, что дорожно-транспортное происшествие произошло в виду ненадлежащей организации дорожного движения ООО «ЕвроТрансСтрой» в месте проведения дорожных работ, которая не соответствовала требованиям нормативных документов и условиям безопасности.

Для определения размера ущерба истец обратился в ООО «Межрегиональное бюро судебных экспертиз», согласно заключению № 569-ЗС которого стоимость восстановительного ремонта транспортного средства Skoda Rapid, г.р.з. №, без учета износа составила 901 434 руб., с учетом износа – 660 300 руб., рыночная стоимость транспортного средства – 558 000 руб.

Таким образом, истец просил взыскать с ответчика ущерб в размере 558 000 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 65 000 руб., расходы по оплате услуг оценки ущерба в размере 16 000 руб. и комиссии в размере 480 руб., расходы по оплате услуг по составлению экспертного исследования в размере 19 984 руб. и комиссии в размере 199 руб. 84 коп., расходы по оплате нотариальных услуг в размере 1 800 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 9 147 руб.

Представители истца в судебное заседание явились, заявленные исковые требования поддержали, просили иск удовлетворить в полном объеме.

Представители ответчика в судебное заседание явились, возражали против удовлетворения исковых требований, просили в иске отказать.

Выслушав представителей сторон, допросив экспертов, изучив материалы настоящего гражданского дела, обозрев материалы проверки №2974, оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.

В силу ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. 

В соответствии с п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под реальным ущербом понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных выше норм права, для возложения на лицо имущественной ответственности за причиненный вред необходимы наличие таких обстоятельств, как наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда и его вина, а также причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

Как следует из материалов дела, 20 июля 2019 года в 23 часа 10 минут по адресу: Санкт-Петербург, Пушкинский район, Московское шоссе 677 км, автомобиль Skoda Rapid, г.р.з. №, под управлением водителя ФИО1 совершил наезд на препятствие (строительные буи), в результате чего автомобиль получил механические повреждения.

Постановлением №2974 от 20 августа 2019 года административное дело в отношении водителя ФИО1 прекращено в связи с отсутствием состава административного правонарушения в действиях участника дорожно-транспортного происшествия.

Из ответа ГАТИ №01-03-12753/19-0-1 от 24.09.2019 следует, что по состоянию на 20 июля 2019 года ООО «ЕвроТрансСтрой» производило работы по строительству скоростной автомобильной дороге Москва – Санкт-Петербург с устроством транспортных развязок, в том числе на участке Московского шоссе в поселке Шушары, от Колпинского шоссе до административной границы города. Проектная документация на период производства работ была согласована в установленном законом порядке и издано распоряжение ГАТИ от 18 апреля 2019 года №427-ЗД о временном ограничении движения транспортных средств по автомобильным дорогам Санкт-Петербурга на срок с 24 апреля 2019 года по 09 июля 2019 года, поэтапно, в соответствии со схемой организации дорожного движения и графиком производства работ. На 20 июля 2019 года ограничение движения транспортных средств осуществлялось без распоряжения о временном ограничении движения транспортных средств (л.д. 22 том 1).

В целях организации дорожного движения при производстве ООО «ЕвроТрансСтрой» работ по размещению временного ограждения, на основании заявки ООО «ЕвроТрансСтрой» (334767/350533), в соответствии с пунктом 1.6 Приложения №1 к постановлению Правительства Санкт-Петербурга от 27.03.2012 №272 «О порядке осуществления временных ограничения или прекращения движения транспортных средств по автомобильным дорогам регионального значения в Санкт-Петербурге», издано распоряжение ГАТИ №427-ЗД от 18 апреля 2019 года, которым постановлено ограничить движение транспортных средств на дороге (участке дороги) по адресу: Санкт-Петербург, 

<

...> от Колпинского шоссе до административной границы города на срок с 23.04.2019 по 13.06.2019 (этапы 6, 6.1, 6а, 6а.1 последовательно); с 14.06.2019 по 27.06.2019 (этап 7); с 28.06.2019 по 09.07.2019 (этапы 8 и 8.1 последовательно) в связи с продолжением работ в соответствии со схемой организации дорожного движения, графиком производства работ (л.д. 23 том 1).

25 июля 2019 года издано распоряжение ГАТИ №1286-ЗД, которым постановлено ограничить движение транспортных средств на дороге (участке дороги) по адресу: Санкт-Петербург, 

<

...> от Колпинского шоссе до административной границы города на срок с 28.07.2019 по 24.08.2019 (этапы 6а, 6а.1, 6б, 6б.1); этапы 7 и 7.1; этап 8, в соответствии со схемой организации дорожного движения, графиком производства работ (л.д. 162 том 1).

Из письменных возражений ответчика следует, что на дату дорожно-транспортного происшествия на спорном участке уже были установлены технические средства организации дорожного движения для этапа 6а, установка которых впоследствии была согласована всеми надзорными органами – СПб ГБУ «Центр транспортного планирования Санкт-Петербурга», СПб ГКУ «Дирекция по организации дорожного движения Санкт-Петербурга», УГИБДД ГУ МВД по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области (л.д. 159-161 том 1).

Данное обстоятельство также подтверждается общедоступной информацией, размещенной на официальном сайте ГАТИ (номер дела ГАТИ 363166) gati-online.ru/index.php?option=com_content&view=article&id=54&Itemid=81 (л.д. 163 том 1).

Из согласованной схемы организации дорожного движения – этап 6а следует, что на спорном участке предусмотрена установка дорожного знака 4.2.2 «Объезд препятствия слева», установка иных предупреждающих знаков не предусмотрена (л.д. 158 том 1).

Наличие дорожного знака 4.2.2 «Объезд препятствия слева» в месте дорожно-транспортного происшествия зафиксировано на схеме места дорожно-транспортного происшествия и признавалось истцом.

Как следует из объяснения водителя ФИО1, данных им 21 июля 2019 года в ходе административного расследования, 20 июля 2019 года около 23 часов 10 минут, управляя технически исправным автомобилем Skoda Rapid, г.р.з. №, двигался по Московскому шоссе (677 км) в сторону Санкт-Петербурга, проезжая часть была не освещенная, велись работы по ремонту дороги. Двигался со скоростью 90 км/ч по правой полосе, на проезжей части было сужение в одну полосу (временная разметка). Дорожный знак проведения работ. Перед происшествием не совершал маневр, ехал прямо по правой полосе, знаки выставлены были рядом с кеглями. Не было никаких знаков ранее предупреждающих. Была плохая видимость, в последний момент все увидел, но было поздно предпринимать какие-либо действия. Считал виновным в дорожно-транспортном происшествии компанию, которая занимается дорожными работами, потому что не было каких либо предупреждающих фонарей. На автомобили повреждено практически все, крыша, багажник.

В ходе рассмотрения дела между сторонами возникли разногласия относительно причин возникновения дорожно-транспортного происшествия 20 июля 2019 года, объема повреждений, полученных транспортным средством Skoda Rapid, г.р.з. №, а также размера ущерба, причиненного в результате данного события, в связи с чем определением суда от 19 октября 2020 года по ходатайству представителя ответчика по делу назначена судебная экспертиза.

Согласно выводам судебной экспертизы №ЭЗ-628/2020 в автотехнической части с технической точки зрения в исследуемой дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля Skoda Rapid, г.р.з. №, ФИО1, должен был действовать в соответствии с требованиями пп. 10.1 и 10.3 Правил дорожного движения РФ, дорожных знаков 4.2.2 и 8.22.2. В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации действия водителя автомобиля Skoda Rapid, г.р.з. №, ФИО1, соответствовали требованиям п. 10.3 и не соответствовали требованиям п. 10.1 Правил дорожного движения РФ, а также дорожных знаков 4.2.2 и 8.22.2. Водитель ФИО1, управлявший автомобилем Skoda Rapid, г.р.з. №, имел техническую возможность предотвратить дорожно-транспортное происшествие 20 июля 2019 года. С технической точки зрения действия водителя автомобиля Skoda Rapid, г.р.з. №, ФИО1, не соответствующие требованиям п. 10.1 Правил дорожного движения РФ, а также дорожных знаков 4.2.2 и 8.22.2, являлись причиной дорожно-транспортного происшествия 20 июля 2019 года.Согласно исследовательской части экспертного заключения в данной дорожно-транспортной ситуации, наличие у водителя автомобиля Skoda Rapid, г.р.з. №, ФИО1, технической возможности предотвратить наезд на препятствие может быть выражено следующим неравенством:

SO

<

 SУ, 

где: SO – остановочный путь автомобиля в данной дорожно-транспортной ситуации при экстренном торможении;

SУ – удаление автомобиля от места наезда в момент возникновения опасности для движения.

Проводя исследование на предмет наличие технической возможности у водителя ФИО1, управлявшего автомобилем Skoda Rapid, г.р.з. №, предотвратить дорожно-транспортное происшествие 20 июля 2019 года, экспертом установлен остановочный путь автомобиля Skoda Rapid, г.р.з. №, который в данной дорожно-транспортной ситуации составил 77,7 м. 

При этом с учетом положений ГОСТ Р 51256-2018, устанавливающих длину штриха разметки 1.5 и длину разрыва между штрихами, экспертом установлено расстояние от точки различимости дорожных знаков 4.2.2 «Объезд препятствия слева» и 8.22.2 «Препятствие» по ходу движения автомобиля Skoda Rapid, г.р.з. № до места установки этих знаков, которое составило не менее 84 м (3м х7 + 9м х 7).

Таким образом, эксперт пришел к выводу о том, что условие SO

<

 SУ выполняется (77 м 

<

 84 м), а, следовательно, водитель автомобиля Skoda Rapid, г.р.з. №, ФИО1, имел техническую возможность предотвратить дорожно-транспортное происшествие 20 июля 2019 года.

В порядке, предусмотренном частью 1 статьи 187 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, заключение №ЭЗ-628/2020 исследовалось судом в судебном заседании; лицами, участвующими в деле, экспертам ФИО2 и ФИО3 были заданы вопросы в целях разъяснения составленного последними заключения; каких-либо противоречий в ответах экспертов и их выводах, приведенных в экспертном заключении, судом не выявлено.

Эксперт ФИО3 пояснил, что опасность дорожного движения – это ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия. При определении момента возникновения опасности для движения пользовались как определением, данным в ПДД, так и технической литературой. В данном случае, выбран момент возникновения опасности для движения, в тот момент, когда водитель мог обнаружить дорожные знаки. С момента обнаружения водителем знака, он должен был принять ситуацию за опасность и принимать меры для предотвращения опасности. Опасность для движения возникла с момента обнаружения дорожного знака.

Эксперт ФИО2 также пояснил, что знак 4.2.2 является предписывающим знаком, который указывает на то, что впереди на дороге присутствует какой-то объект являющийся препятствием и с учетом этого знака, водитель должен совершить маневр объезда данного препятствия, стрелочкой указано, в какую сторону совершается маневр, соответственно, когда водитель видит данный знак, а данный знак предписывает, что впереди имеется препятствие на дороге, то водителю необходимо снизить скорость движения, потому что не известно, какое расстояние до объекта, находящегося на дороге, какой формы этот объект, где он находится, в том числе, чтобы выдержать безлопастный интервал до этого объекта, а также возможную дистанцию до этого объекта, который может находиться впереди, чтобы применить эффективное торможение и возможно в какой-то момент остановится при невозможности объезда при наличии встречного движения.

Также эксперт ФИО2 разъяснил, что скорость движения транспортного средства в темное время суток не ограничивается ГОСТами, а ограничивается восприятием водителя окружающей обстановки. Если водитель не видит дальше световой границе отрезка пути, он должен двигаться с такой скоростью, чтобы он мог остановиться до этой границы, иначе его движение будет не безопасным.

Эксперты также разъяснили, что ими рассчитывалась техническая возможность предотвращения дорожно-транспортного происшествия с учетом установленного знака 4.2.2, объект же, на который был совершен наезд находился за знаком, на расстоянии 3,4 м.

При этом эксперт ФИО3 дополнил, что так как ими (экспертами) определен остановочный путь до знака, это условие наиболее благоприятное для водителя, потому что фактически объект, на который совершен наезд, находился дальше знака, соответственно, расстояние до объекта, на который совершен наезд, было еще больше.

Эксперт ФИО2 разъяснил, что величина реакции водителя взята из стандартных табличных данных, стандартное время реакции водителя на дорожный знак, находящийся в видимости. В случае если есть ограничения по видимости, то нужно применять увеличение времени реакции водителя на дорожный знак, но в данном случае, ограничения по видимости знака не было.

Эксперты также разъяснили, что высота установки фар грузового транспортного средства и легкового транспортного средства различная, однако независимо от того, легковой ли автомобиль или грузовой, для ближнего света фар, светотеневая граница пучка ближнего света фар регулируется одинаково в соответствии с ГОСТ 33997-2016 «Колесные транспортные средства. Требования безопасности к эксплуатации и методы проверки».

Таким образом, у суда не имеется оснований не доверять экспертному заключению №ЭЗ-628/2020, поскольку оно в полной мере отвечает требованиям статей 55, 59, 60, 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку содержит подробное описание исследований материалов дела, сделанные в результате их исследования выводы и обоснованные ответы на поставленные вопросы; эксперты имеют высшее образование и квалификацию, предупреждены об уголовной ответственности; доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, суду не представлено.

При этом, проанализировав содержание заключения судебной экспертизы на предмет его полноты и ясности, отсутствия в нем противоречий, при отсутствии сомнений в его правильности и обоснованности, как на то указывается в ст. 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом пояснений, данных экспертами в судебном заседании, суд не находит оснований для удовлетворения ходатайств представителей ответчика о назначении по делу как повторной, так и дополнительной судебной экспертизы.

Суд также учитывает, что несогласие с заключением судебной экспертизы, наличие иного мнения специалиста, в силу ст. 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не может служить основанием для назначения по делу повторной экспертизы.

Кроме того, суд полагает подлежащими отклонению ссылки представителей истца на рецензию №182А21, так как данное заключение специалиста не свидетельствует о недостоверности и незаконности заключения судебной экспертизы, составленной экспертами АНО «ЦНИЭ», поскольку мнение другого специалиста, отличное от заключения экспертов, является субъективным мнением этого специалиста, направленным на собственную оценку указанного заключения судебных экспертов; при этом составлявшее заключение специалиста лицо не было предупреждено об уголовной ответственности.

Согласно п. 10.1 Правил дорожного движения РФ водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения.

Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Согласно Приложению № 1 к Правилам дорожного движения Российской Федерации знак 4.2.2 является предписывающим знаком и обозначает Объезд препятствия слева. Объезд разрешается только со стороны, указанной стрелкой.

Согласно Приложению № 1 к Правилам дорожного движения Российской Федерации знак 8.22.2 является знаком дополнительной информации (табличкой) и обозначает наличие препятствия и направление его объезда. Применяется со знаками 4.2.1 - 4.2.3.

На основании изложенного, принимая во внимание выводы судебной экспертизы в автотехнической части, оцененные судом в совокупности с иными доказательствами по делу, схемой места дорожно-транспортного происшествия, в том числе с учетом объяснений самого водителя-участника дорожно-транспортного происшествия, согласно которым ФИО1 маневров не совершал, ехал прямо по правой полосе, суд приходит к выводу о том, что дорожно-транспортное происшествие 20 июля 2019 года, в результате которого причинен ущерб транспортному средству Skoda Rapid, г.р.з. №, произошло не в результате ненадлежащей организации ответчиком дорожного движения на участке дороги, а непосредственно по вине водителя ФИО1, управлявшего автомобилем Skoda Rapid, г.р.з. №, в действиях которого согласно выводам судебной экспертизы, усматриваются несоответствия требованиям п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, а также требованиям знаков 4.2.2 и 8.22.2, при соблюдении которых у него имелась возможность предотвратить дорожно-транспортное происшествие 20 июля 2019 года.

Принимая во внимание положения ст. ст. 94, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и учитывая, что в удовлетворении требований иска отказано в полном объеме, судебные расходы, понесенные истцом, возмещению за счет ответчика не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 12, 56, 67, 98, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО «ЕвроТрансСтрой» отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Приморский районный суд Санкт-Петербурга.

В окончательной форме решение суда принято 31 мая 2021 года.

Судья