Производство №2-14/2024(2-663/2023)

УИД 57RS0027-01-2023-000501-23

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

24 мая 2024 года г.Орел

Северный районный суд г. Орла в составе: 

председательствующего судьи Шуклиной Н.С.,

с участием истца по первоначальному иску и ответчика по встречному иску ФИО1 и ее представителя – адвоката Булычевой Л.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Федотовой И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале судебных заседаний Северного районного суда г. Орла гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО4 о признании завещания недействительным, применении последствий недействительности сделки и признании права собственности на долю в наследственном имуществе и по встречному иску ФИО4 к ФИО1 о признании недостойным наследником и отстранении от наследования,

установил:

ФИО1 изначально обратилась в суд с иском к ФИО4 о признании права собственности на долю в наследственном имуществе. 

Впоследствии в суд поступило исковое заявление ФИО1 к ФИО4 о признании завещания недействительным.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ указанные гражданские дела объедены в одно производство.

В обоснование поданных исков, истец ФИО1 указывала, что ДД.ММ.ГГГГ умер её отец ФИО2

В установленный законом шестимесячный срок истец обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства, и ей было выдано свидетельство о праве на наследство по закону на 1/9 долю 

<

адрес> и на 1/6 долю денежных средств и иного имущества, которое принадлежало ее отцу на момент его смерти.

ДД.ММ.ГГГГ умерла ее мать ФИО3

После смерти матери она также обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства, где ей стало известно, что ДД.ММ.ГГГГ её мать составила завещание в пользу своего сына - брата истца ФИО4

Истец считает, что ФИО3 не могла в 2019 году добровольно составить данное завещание, так как была не способна на тот период времени понимать значение своих действий в силу возраста, и наличия серьезных заболеваний, в том числе: поражение сосудов головного мозга, расстройство центральной нервной системы и была слабовидящей. С 2009 года она постоянно обращалась к врачам с жалобами на головную боль, головокружение, тошноту и высокое давление. 

В 2017 году, при обращении к врачам, она уже не понимала, где подписывать, и что подписывать. Путалась в датах, страдала перепадами настроения, могла заговариваться. ФИО3 неоднократно госпитализировали в терапевтическое и кардиологическое отделение в различные медицинские учреждения.

Так, уже ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 поступила в терапевтическое отделение с диагнозом – артериальная гипертензия III стадии, риск 3 степени, дистабилизация. Сопутствующий диагноз: хронический панкреатит; полип желчного пузыря, дисциркуляторная энцефалопатия II стадии, синдром вестибулопатии.

С каждым годом состояние здоровья ФИО3 ухудшалось, в том числе в силу возраста. На момент составления завещания ей было 77 лет и прошло менее двух месяцев со смерти супруга ФИО2, с которым они прожили более 54 лет. 

Считает также, что завещание следует признать недействительным в связи с нарушением порядка составления и оформления завещания нотариусом, а именно нарушение тайны завещания.

До момента смерти отца ФИО2, ответчик ФИО4, более двадцати лет, не общался ни с отцом, ни с матерью. Не присутствовал на праздновании дней рождения родителей. Нигде не работал, и был судим за кражи. К нему неоднократно предъявлялись требования о взыскании ущерба за совершенные преступления. После смерти отца, ответчик пришел жить к матери, однако постоянно в квартире матери он не проживал. ФИО3 неоднократно жаловалась истцу, что ответчик на неё кричит, поднимает руку.

Кроме того, указала, что в период брака ее родителей, матерью ФИО3 на основании постановления администрации г.Орла № от ДД.ММ.ГГГГ был приобретен земельный участок для индивидуального жилищного строительства, общей площадью 888,4 кв.м, с кадастровым номером №, расположенный по адресу: 

<

адрес>. Свидетельство о праве собственности за земельный участок получено ДД.ММ.ГГГГ. 

На данном земельном участке расположен незавершенный строительством жилой дом, общей площадью застройки 105 кв.м. и ДД.ММ.ГГГГ выдано свидетельство о государственной регистрации права.

Также в период брака ФИО3 на основании свидетельства о праве собственности на землю № от ДД.ММ.ГГГГ принадлежал земельный участок, с кадастровым номером №, общей площадью 800 кв.м, расположенный по адресу: 

<

адрес>. Право собственности зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ. 

На момент смерти ФИО2 на счетах ФИО3 по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ год в 

<

данные изъяты> находились денежные средства, в общей сумме 2032604,50 рубля, которые были сняты ФИО4

Супружеская доля ФИО2 равна 1/2 доле, т.е. составляет 1016302,25 рубля.

Полагает, что имеет право на 1/3 от указанной доли ФИО2, т.е. на 1/6 долю, что составляет 338767,42 рублей.

По изложенным доводам, с учетом уточнения исковых требований, в окончательном варианте, ФИО1 просила суд определить супружескую долю ФИО2 в общем имуществе супругов с ФИО3, признав ее равной по 1/2 доли:

- в праве собственности на земельный участок для индивидуального жилищного строительства, общей площадью 888,4 кв.м., с кадастровым номером №, расположенный по адресу: 

<

адрес>;

- в праве собственности на незавершенный объект недвижимости (жилой дом), с кадастровым номером №, площадью 105 кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес>;

- в праве собственности на земельный участок общей площадью 800 кв.м., кадастровый №, расположенный по адресу 

<

адрес>, 

<

адрес>;

- денежных вкладов, хранящихся на счетах ФИО3 на день смерти ФИО2

Включить в состав наследственного имущества, оставшиеся после смерти ФИО2, умершего ДД.ММ.ГГГГ, объекты недвижимости: 

- 1/2 долю земельного участка для индивидуального жилищного строительства, общей площадью 888,4 кв.м., с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес>;

- 1/2 долю незавершенного объекта недвижимости (жилой дом), с кадастровым номером №, площадью 105 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>;

- 1/2 долю земельного участка общей площадью 800 кв.м., с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес>;

- 1/2 долю денежных вкладов, хранящихся на счетах ФИО3 на день смерти ФИО2, на дату ДД.ММ.ГГГГ.

Признать за ФИО1 право собственности в порядке наследования после смерти ФИО2, умершего ДД.ММ.ГГГГ, на следующее имущество:

- 1/6 долю земельного участка для индивидуального жилищного строительства, общей площадью 888,4 кв.м., с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес>;

- 1/6 долю незавершенного объекта недвижимости (жилой дом), с кадастровым номером №, площадью 105 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>;

- 1/6 долю земельного участка общей площадью 800 кв.м., с кадастровым номером №, расположенного по адресу 

<

адрес>

- 1/6 долю денежных вкладов, хранящихся на счетах ФИО3 на день смерти ФИО2, на дату ДД.ММ.ГГГГ, что составляет 301317,57 рублей.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО1 компенсацию за 1/6 долю в наследственном имуществе на денежные средства ФИО2, умершего ДД.ММ.ГГГГ, в сумме 338767,42 рублей.

Признать завещание от ДД.ММ.ГГГГ составленное ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и умершей ДД.ММ.ГГГГ, в пользу ФИО4 недействительным.

Применить последствия недействительности сделки, и определить доли наследников ФИО3, умершей ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 и ФИО4 в наследственном имуществе по 1/2 доли каждому.

Признать за ФИО1 право собственности в порядке наследования после смерти ФИО3, умершей ДД.ММ.ГГГГ, на следующее имущество:

- 5/12 доли земельного участка для индивидуального жилищного строительства, общей площадью 888,4 кв.м., кадастровый №, расположенного по адресу: 

<

адрес>;

- 5/12 доли незавершенного объекта недвижимости (жилой дом), с кадастровым номером №, площадью 105 кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес>;

- 5/12 доли земельного участка общей площадью 800 кв.м., кадастровый №, расположенного по адресу: 

<

адрес>

- 5/12 доли денежных вкладов, хранящихся на счетах ФИО3 на день её смерти, на дату ДД.ММ.ГГГГ;

- 4/9 доли квартиры, общей площадью 42,8 кв.м., с кадастровым номером №, расположенной по адресу: 

<

адрес>.

В ходе судебного разбирательства ФИО4 заявлен встречный иск к ФИО1 о признании недостойным наследником и отстранении от наследования, в обоснование которого указано, что ФИО1 не заботилась при жизни о своих родителях. Участия в организации похорон не принимала и бремени по их оплате не несла. 

Кроме того, указал, что ФИО3 при жизни, в подтверждение того, что ее дочь и внучка все «тащат» собственноручно указывала в виде записей в тетради, выдержки из которой, приложил к встречному иску. 

По указанным доводам просил суд признать ФИО1 недостойным наследником, и отстранить от наследования за отцом ФИО2 и матерью ФИО3

В судебном заседании истец по первоначальному иску и ответчик по встречному иску ФИО1 и ее представитель - адвокат Булычева Л.А., исковые требования поддержали в полном объеме. Встречный иск не признали. Приобщили к материалам дела письменные объяснения в обоснование своих доводов. 

Ответчик ФИО4 в суд не явился, извещен надлежащим образом, воспользовался правом на участие в деле через представителей.

Представители ответчика ФИО4 по доверенности ФИО5 и ФИО6 в суд не явились, извещались надлежащим образом, уважительность причин неявки не сообщили. Направили в суд ходатайство о назначении по делу оценочной экспертизы в целях определения стоимости автомобиля «Москвич» и земельного участка в СНТ «Дубна», и ходатайство, где просили, в случае признания за ФИО1 права собственности на наследственное имущество взыскать с нее в пользу ФИО4 компенсацию расходов на погребенье.

Третье лицо нотариус ФИО7 и ее представитель по доверенности ФИО9 в суд не явились, извещены надлежащим образом. В материалах дела имеется письменное объяснение по существу спора.

Представитель третьего лица администрации г.Орла в суд не явился, извещен своевременно, причины неявки не сообщил. 

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно статье 256 Гражданского кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества. Имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также полученное одним из супругов во время брака в дар или в порядке наследования, является его собственностью. Правила определения долей супругов в общем имуществе при его разделе устанавливаются законодательством о браке и семье.

В соответствии со статьей 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Право на общее имущество супругов принадлежит также супругу, который в период брака осуществлял ведение домашнего хозяйства, уход за детьми или по другим уважительным причинам не имел самостоятельного дохода.

В соответствии с пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Из разъяснений, приведенных в пункте 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» следует, что в состав наследства, открывшегося со смертью наследодателя, состоявшего в браке, включается его имущество (пункт 2 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 36 Семейного кодекса Российской Федерации), а также его доля в имуществе супругов, нажитом ими во время брака, независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства, если брачным договором не установлено иное (пункт 1 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 33, 34 Семейного кодекса Российской Федерации).

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что ФИО2 и ФИО3 (до замужества ФИО8) состояли в браке с ДД.ММ.ГГГГ, что следует из свидетельства о браке № выданного Жерновецким с/советом Кромского района Орловской области от ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д.204).

ФИО1 и ФИО4 являются детьми ФИО2 и ФИО3 (т.3 л.д.12-14).

На основании договора на передачу квартиры в собственность от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 принадлежала 1/3 доля квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>. Сособственниками данной квартиры являлись ФИО4 и ФИО3 по 1/3 доле каждый (т.1 л.д.54-55). 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 подарил своей матери ФИО3, принадлежавшую ему 1/3 долю в указанном жилом помещении (т.1 л.д.56). 

Согласно свидетельству о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 умер ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д.199).

Исходя из материалов наследственного дела ФИО2, наследниками, вступившими в наследство после его смерти являлись – супруга ФИО3 и дочь ФИО1, которые, в установленный законом шестимесячный срок, обратились к нотариусу Орловского нотариального округа ФИО7, и получили свидетельства о праве на наследство по закону, которое состояло из денежных вкладов ФИО2, хранящихся в 

<

данные изъяты> на дату его смерти; 1900 обыкновенных акций 

<

данные изъяты>» и 1/3 доли квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ нотариусом ФИО7, как пережившей супруге ФИО3 выданы свидетельства о праве собственности на 1/2 долю в общем совместном имуществе супругов (т.3 л.д.1-68). 

ФИО4 отказался от наследства отца ФИО2 в пользу матери ФИО3 (т.3 л.д.9).

Согласно свидетельствам о праве на наследство по закону от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1, в порядке наследования после смерти её отца ФИО2 перешло право собственности в 1/3 доле на вышеуказанное наследственное имущество (т.3 л.д.1-68).

Фактически ФИО1 после смерти своего отца ФИО2 получила в наследство 1/9 долю в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес> 1/6 долю на денежные вклады и акции.

Указанные обстоятельства сторонами не оспаривались.

Между тем судом установлено, и подтверждается справкой 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, что на момент смерти супруга ФИО2 (по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ) на счетах ФИО3 находились денежные средства в общей сумме 2032999,51 рублей (т.3 л.д.216-217).

В период брака с ФИО2, на основании постановления администрации г.Орла от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО3 отведен земельный участок под строительство жилого дома в районе 

<

адрес> (т.3 л.д.211).

Согласно свидетельству № от ДД.ММ.ГГГГ данный земельный участок имел адрес: 

<

адрес> принадлежал ФИО3 на праве пожизненного наследуемого владения.

Постановлением администрации г.Орла № от ДД.ММ.ГГГГ данный земельный участок по 

<

адрес>, общей площадью 888,40 кв.м, с кадастровым номером №, передан безвозмездно в собственность ФИО3

По договору № от ДД.ММ.ГГГГ администрация г.Орла разрешила ФИО3 произвести строительство жилого дома на принадлежащем ей земельном участке, согласно проектной документации, которая имеется в материалах данного гражданского дела. 

В соответствии с техническим паспортом, изготовленным по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, на земельном участке располагался фундамент, площадью 105,0 кв.м, гараж, сарай, уборная и забор.

Свидетельствами о государственной регистрации права № и № от ДД.ММ.ГГГГ подтверждается, что ФИО3 на праве собственности принадлежали жилой дом (незавершенное строительство) и земельный участок, площадью 888,4 кв.м, расположенные по адресу: 

<

адрес> (т.3 л.д.89-90, 116-119).

Исходя из акта приемки законченного строительством объекта газораспределительной системы от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 произвела газификацию жилого дома, по адресу: 

<

адрес> (т.3 л.д.157).

Кроме того, ФИО3 на основании свидетельства о праве собственности на землю № от ДД.ММ.ГГГГ являлась собственником земельного участка, общей площадью 800 кв.м, расположенного по адресу: 

<

адрес>».

В соответствии с частью 3 статьи 42 Федерального закона от 13 июля 2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» государственная регистрация права общей совместной собственности на недвижимое имущество осуществляется на основании заявления одного из участников совместной собственности, если законодательством Российской Федерации либо соглашением между участниками совместной собственности не предусмотрено иное. 

Порядок ведения Единого государственного реестра недвижимости, утвержденный приказом Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии от 1 июня 2021 года № П/0241, предполагает, что, если объект принадлежит нескольким лицам на праве общей совместной собственности, в записи делается соответствующее указание (абзац второй пункта 53); при регистрации права на недвижимое имущество, находящееся в общей совместной собственности, все сособственники указываются в одной записи о вещном праве (абзац первый пункта 109). 

Как отмечалось выше, в силу действия пункта 2 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество признается совместной собственностью супругов независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено. Фактически запись о праве собственности в Едином государственном реестре недвижимости может не содержать указания на то, что имущество находится в общей совместной собственности супругов.

Сам факт внесения в этот реестр записи о государственной регистрации права собственности одного из супругов не отменяет законного режима имущества супругов, если он не был изменен в установленном порядке. Соответственно, в этом случае оба супруга являются собственниками имущества, собственником которого в Едином государственном реестре недвижимости указан один из них.

С учетом изложенных обстоятельств, принимая во внимание, что доказательств, достоверно подтверждающих, что указанные выше объекты недвижимого имущества, а также денежные средства, являлись личным имуществом ФИО3 суду не предоставлено и материалы дела не содержат, суд приходит к выводу, что спорное имущество являлось общим имуществом супругов ФИО21. 

Таким образом, судом установлено, что ФИО2 на момент его смерти также принадлежала 1/2 доля в общем имуществе супругов ФИО21.

Поскольку указанное выше спорное имущество было зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости за ФИО3, то оно не вошло в состав наследства после смерти её супруга ФИО2

Следовательно, суд находит исковые требования ФИО1 об определении размера супружеской доли ФИО2, включении ее в состав его наследства и признании за ФИО1 права собственности на 1/6 долю на объекты недвижимого имущества обоснованными и подлежащими удовлетворению.

В связи с тем, что исходя из выписок по счетам ФИО3, предоставленных суду ПАО Сбербанк, денежные средства были сняты после смерти ФИО2, а единственным наследником, имевшим доступ к этим счетам являлся ФИО4, то с него в пользу ФИО1 подлежат взысканию денежные средства в размере 1/6 доли, что составляет 338833,25 рубля. 

При этом, исходя из исковых требований, ФИО1 просила ограничить сумму взыскания до 338767,42 рублей.

В силу действия части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. Однако суд может выйти за пределы заявленных требований в случаях, предусмотренных федеральным законом.

Выйти за пределы заявленных требований (разрешить требование, которое не заявлено, удовлетворить требование истца в большем размере, чем оно было заявлено) суд имеет право лишь в случаях, прямо предусмотренных федеральными законами пункт 5 постановления.

Правовых оснований, для выхода за пределы исковых требований по данной категории споров, и предусмотренных федеральным законодательством, суд не находит, в связи с чем, указанные выше требования ФИО1 подлежат удовлетворению в заявленном размере.

В силу пункта 1 статьи 9, статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Защита гражданских прав осуществляется, в том числе путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности.

Согласно статье 1111 Гражданского кодекса Российской Федерации наследование осуществляется по завещанию и по закону.

По смыслу статьи 1119 Гражданского кодекса Российской Федерации, завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, включить в завещание иные распоряжения. Завещатель вправе отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами статьи 1130 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации распорядиться имуществом на случай смерти можно путем совершения завещания.

Пунктом 1 статьи 1124 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что завещание должно быть составлено в письменной форме и удостоверено нотариусом.

На основании статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации, при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).

Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Оспаривание завещания до открытия наследства не допускается.

Совместное завещание супругов может быть оспорено по иску любого из супругов при их жизни. После смерти одного из супругов, а также после смерти пережившего супруга совместное завещание супругов может быть оспорено по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Не могут служить основанием недействительности завещания описки и другие незначительные нарушения порядка его составления, подписания или удостоверения, если судом установлено, что они не влияют на понимание волеизъявления завещателя.

Недействительным может быть как завещание в целом, так и отдельные содержащиеся в нем завещательные распоряжения. Недействительность отдельных распоряжений, содержащихся в завещании, не затрагивает остальной части завещания, если можно предположить, что она была бы включена в завещание и при отсутствии распоряжений, являющихся недействительными.

Недействительность завещания не лишает лиц, указанных в нем в качестве наследников или отказополучателей, права наследовать по закону или на основании другого, действительного, завещания.

Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года №9 «О судебной практике по делам о наследовании», сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Исходя из анализа приведенных положений законодательства, когда неспособность наследодателя в момент составления завещания понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания завещания недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом на случай смерти отсутствует, юридически значимыми обстоятельствами в рассматриваемом случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент составления завещания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

В ходе судебного разбирательства суд установил, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 умерла (т.1 л.д.41).

Из материалов наследственного дела ФИО3, открытого нотариусом Орловского нотариального округа ФИО10, следует, что с заявлением о принятии наследства после её смерти, обратились сын ФИО4 и дочь ФИО1

В результате совершения нотариальных действий, было установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 составила завещание, согласно которому все свое имущество какое на момент смерти окажется ей принадлежащем, в чем бы оно не заключалось и где бы оно не находилось, завещала своему сыну ФИО4 (т.1 л.д.43 оборот).

Указанное завещание было удостоверено нотариусом Орловского нотариального округа ФИО7

В рамках рассмотрения данного гражданского дела, в целях определения психического состояния ФИО3, на момент составления завещания, судом была назначена посмертная судебно - психиатрическая экспертиза.

По результатам экспертного заключения от ДД.ММ.ГГГГ №-п, составленного БУЗ ОО «Орловская областная психиатрическая больница» комиссия экспертов пришла к заключению, что в период, относящийся к составлению завещания от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 со значительной степенью вероятности обнаруживала признаки психического расстройства в форме органического расстройства личности с когнитивными нарушениями (

<

данные изъяты>). На это указывают данные меддокументации о длительном многолетнем течении артериальной гипертонии с распространенным поражением центральной сосудистой системы, с последующим постепенным нарастанием церебрастенических расстройств, а также данные меддокументации о выявлении у подэкспертной «когнитивных нарушений» - без описания степени их выраженности, но подтверждаемых сведениями из показаний сторон в судебных заседаниях по гражданскому делу об имевшихся у ФИО3 ослаблениях процессов памяти, жалобах церебрастенического характера. Однако, оценить степень выраженности эмоционально – волевых и когнитивных нарушений ФИО3 на период, приближенный к моменту составления ею завещания от ДД.ММ.ГГГГ, экспертам не представилось возможным в связи с противоречивостью сообщенных сторонами в суде сведений и полным отсутствием в предоставленной меддокументации описания психического состояния подэкспертной в интересующий период (т.2 л.д.52-55).

На основании части 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 настоящего Кодекса.

Исходя из того, что заключение БУЗ ОО «Орловская областная психиатрическая больница» основано на материалах дела, экспертам разъяснены права и обязанности, предусмотренные статьей 85 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и эксперты имеет достаточный опыт работы и обладают специальными познаниями в области психиатрии, а также предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд находит данное заключение относимым и допустимым доказательством по данному гражданскому делу.

Более того, эксперты были допрошены судом в ходе судебного разбирательства и подтвердили выводы, изложенные в заключении, каких – либо противоречий при их допросе судом не выявлено. 

В рассматриваемом случае необходимо также принять во внимание, имеющуюся в материалах дела медицинскую документацию, из которой следует, что с 2009 года ФИО3 был выставлен диагноз: 

<

данные изъяты>. В этот же период при осмотре окулистом была выявлена ангиопатия сетчатки обоих глаз.

В 2016 году в амбулаторной карте ФИО3 отмечено, что она перенесла острое нарушение мозгового кровообращения и выставлен диагноз: начальная катаракта ОИ. Ангиопатия сетчатки ОИ.

В период, приближенный к составлению завещания (ноябрь 2018 года) ФИО3 обращалась за медицинской помощью с жалобами на головные боли, головокружение, пошатывание в разные стороны, и ей был поставлен диагноз: 

<

данные изъяты> (т.1 л.д. 109-189).

В рассматриваемом случае необходимо также учесть общее эмоциональное состояние ФИО3, которая на момент составления оспариваемого завещания не успела еще оправиться от похорон супруга ФИО2, с которым прожила в браке почти 50 лет, т.к. после его смерти прошло не более трех месяцев. 

Допрошенная судом в качестве свидетеля ФИО11 также в судебном заседании подтвердила, что в январе 2019 года при случайной встрече с ФИО3 заметила в её поведении определенные странности, после чего позвонила ее дочери ФИО1 и сообщила, что у них в семье «серьезные проблемы». 

Также необходимо учесть наличие у ФИО4 судимостей за совершение преступлений против собственности, по которым в качестве наказания назначались штрафы и реальные сроки лишения свободы, что также подтверждает факт того, что у него имелся мотив для увеличения его доли в наследственном имуществе, оставшемся после смерти его родителей (т.1 л.д.217).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации (в частности, в определении от 25 мая 2017 года № 1116-О), предоставление судам полномочий по оценке доказательств вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия.

Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (часть 4 статьи 67 и пункт 2 части 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Приобщенное к материалам дела представителем ФИО4 – ФИО5 заключение специалиста 

<

данные изъяты> ФИО12 от ДД.ММ.ГГГГ, суд признает ненадлежащим доказательством по делу по следующим основаниям. 

Проведение судебных экспертиз регламентировано Федеральным законом от 31 мая 2001 года №73 - ФЗ «О государственной судебно – экспертной деятельности в Российской Федерации».

Указанный Федеральный закон устанавливает, что в соответствии с нормами процессуального законодательства Российской Федерации судебная экспертиза может проводиться вне государственных судебно – экспертных учреждений лицами, обладающими специальными знаниями в области науки, техники, искусства или ремесла, но не являющимися государственными судебными экспертами (часть 1 статьи 41).

Часть 2 статьи 41 приведенного Федерального закона прямо распространяет на указанных лиц действие статей 16 и 25, закрепляющих обязанности эксперта и требования к заключению эксперта или комиссии экспертов, а также иных его норм (статьи 2-4, 6-8, 17, часть 2 статьи 18, статья 24).

В соответствии с частью 3 статьи 41 указанного Федерального закона, Правительство Российской Федерации может устанавливать перечень видов судебных экспертиз, проводимых исключительно государственными судебно – экспертными организациями. 

Распоряжением Правительства Российской Федерации от 16 ноября 2021 года №3214-р утвержден перечень видов судебных экспертиз, проводимых исключительно государственными судебно – экспертными организациями.

На основании Распоряжения Правительства Российской Федерации от 22 марта 2023 года №672-р в данный Перечень включен раздел V, предусматривающий такой вид судебной экспертизы как «Судебно – психиатрическая экспертиза».

Таким образом, единственным допустимым и достоверным доказательством, подтверждающим психическое состояние ФИО3 в момент составления завещания, является экспертное заключение от ДД.ММ.ГГГГ №-п, составленное БУЗ ОО «Орловская областная психиатрическая больница».

Оценив в совокупности исследованные доказательства, суд приходит к выводу, что ФИО3 в момент составления завещания страдала психическим расстройством и была не способна понимать значение своих действий и руководить ими.

При этом, доводы стороны истца по первоначальному иску ФИО1 о неправомерности действий нотариуса и нарушении им тайны составления завещания, которые также влекут недействительность завещания, основаны на неверном толковании норм материального права. 

Статья 1124 Гражданского кодекса Российской Федерации содержит общие правила, касающиеся формы и порядка совершения завещания.

Так, пунктом 1 статьи 1124 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что завещание должно быть составлено в письменной форме и удостоверено нотариусом. Удостоверение завещания другими лицами допускается в случаях, предусмотренных пунктом 7 статьи 1125, статьей 1127 и пунктом 2 статьи 1128 настоящего Кодекса.

Несоблюдение установленных настоящим Кодексом правил о письменной форме завещания и его удостоверении влечет за собой недействительность завещания.

Составление завещания в простой письменной форме допускается только в виде исключения в случаях, предусмотренных статьей 1129 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1124 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае, когда в соответствии с правилами настоящего Кодекса при составлении, подписании, удостоверении завещания или при передаче завещания нотариусу присутствуют свидетели, не могут быть такими свидетелями и не могут подписывать завещание вместо завещателя:

нотариус или другое удостоверяющее завещание лицо;

лицо, в пользу которого составлено завещание или сделан завещательный отказ, супруг такого лица, его дети и родители;

граждане, не обладающие дееспособностью в полном объеме;

неграмотные;

граждане с такими физическими недостатками, которые явно не позволяют им в полной мере осознавать существо происходящего;

лица, не владеющие в достаточной степени языком, на котором составлено завещание, за исключением случая, когда составляется закрытое завещание.

В случае, когда в соответствии с правилами настоящего Кодекса при составлении, подписании, удостоверении завещания или при передаче его нотариусу присутствие свидетеля является обязательным, отсутствие свидетеля при совершении указанных действий влечет за собой недействительность завещания, а несоответствие свидетеля требованиям, установленным пунктом 2 настоящей статьи, может являться основанием признания завещания недействительным (пункт 3 статьи 1124 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 4 статьи 1124 Гражданского кодекса Российской Федерации, на завещании должны быть указаны место и дата его удостоверения, за исключением случая, предусмотренного статьей 1126 настоящего Кодекса.

Пунктом 34 «Методических рекомендаций по удостоверению завещаний, принятию нотариусом закрытого завещания, вскрытию и оглашению закрытого завещания» действовавших в период составления оспариваемого завещания, и утвержденных Решением Правления ФНП от 01-02.07.2004, Протокол N 04/04, предписано, что в соответствии со ст. 54 Основ нотариус обязан выяснить волю завещателя, направленную на определение судьбы имущества завещателя на день его смерти.

Воля завещателя может быть выяснена в ходе личной беседы нотариуса и завещателя о действительном и свободном намерении завещателя составить завещание в отношении определенных лиц и определенного имущества.

Нотариус принимает меры, позволяющие завещателю изложить волю свободно, без влияния третьих лиц на ее формирование.

Таким образом, законодательство не содержит прямого запрета на нахождение наследника в одном помещении с наследодателем в момент подписания завещания и не означает нарушение порядка составления завещания, поскольку по смыслу закона охране подлежит сохранение волеизъявления наследодателя в тайне (тайна завещания), как акта частной жизни, вторжение в которую не допускается в силу закона.

Поскольку защите подлежит именно акт выражения воли наследодателя, то юридически значимым является факт нахождения лица, присутствие которого при подписании завещания недопустимо в силу закона, не просто в одном помещении, но в одной комнате при выражении волеизъявления наследодателя, поскольку сохранение тайны завещания возможно и при нахождении потенциального наследника и наследодателя в одном помещении, но в разных комнатах.

В судебном заседании ответчик по первоначальному иску ФИО4, в действительности суду пояснил, что приводил свою мать ФИО3 к нотариусу ФИО7 для составления завещания, и нотариус, в его присутствии, выясняла у них с матерью все подробности.

Третье лицо нотариус ФИО7 в письменных объяснениях и в ходе судебного разбирательства суду поясняла, что в момент составления завещания находилась с ФИО3 одна. С её слов, ФИО4 путает события - оформление наследства его матерью после смерти отца и составление завещания.

Однако, объяснения ФИО4 и нотариуса ФИО7 являются голословными и ничем не подтверждены. 

Ввиду того, что доказательств, свидетельствующих о том, что в момент составления и подписания оспариваемого завещания нотариусом ФИО4 находился в одной комнате со своей матерью, и в его присутствии было удостоверено завещание, суду не предоставлено, то оснований сомневаться в законности действий нотариуса ФИО7 у суда не имеется. 

В связи с тем, что в момент составления завещания от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 страдала психическим расстройством, и не могла понимать значение своих действий и руководить ими, то оспариваемое завещание следует признать недействительным, применив последствия недействительности данной сделки, включив в состав наследства принадлежавшее ей на момент смерти имущество, распределив его поровну между наследниками, принявшими наследство по закону. 

Исходя из того, что на момент смерти ФИО3, с учетом выдела ее супружеской доли после смерти ФИО2, принадлежали 5/6 долей на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>, а также на земельный участок в СНТ «Дубна», то доля каждого из наследников ФИО1 и ФИО4, в том числе на денежные средства, принадлежавшие ФИО3, составит 5/12 долей. 

Необходимо отметить, что в требовании ФИО1 о признании за ней права собственности на денежные вклады, после смерти матери ФИО3 допущена ошибка в дате её смерти, соответственно, признавая право собственности на её денежные средства следует исходить из правильной даты – ДД.ММ.ГГГГ. 

Поскольку за ФИО1 также после смерти отца ФИО2 признано право на 1/6 долю в указанном имуществе, то ее доля в указанном наследственном имуществе после смерти родителей составит 7/12 (1/6 +5/12).

Исключение составит доля ФИО1 в квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес>.

Как установлено судом и отмечалось выше, после смерти ФИО2 его супруге ФИО3 виду отказа от наследства в ее пользу сына ФИО4, принадлежали 8/9 долей спорной квартиры. 1/9 доля перешла к ФИО1 также в порядке наследования после смерти отца. Соответственно, ее доля в квартире после смерти матери, составит 5/9 долей (1/9 +4/9).

В силу действия статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

При этом доводы возражений представителей ответчика ФИО4 относительно того, что необходимо произвести оценку спорного имущества, а также включить в состав наследства автомобиль, являются несостоятельными, поскольку из имеющихся в материалах дела сведений УМВД России по Орловской области транспортных средств у наследодателей ФИО2 и ФИО3 не имелось. Фотография автомобиля, приобщенная к материалам дела, не подтверждает подлинность и принадлежность данного транспортного средства умершим.

Оснований для производства экспертизы по оценке спорного имущества у суда также не имелось, поскольку требования о выделении в натуре сторонам какого – либо имущества не ставились.

Не принимаются судом и во внимание доводы представителей ФИО4 о том, что он за счет собственных средств произвел значительные вложения в жилой дом родителей, расположенный по адресу: 

<

адрес>, и его доля в наследственном имуществе должна быть больше, чем доля его сестры, т.к. доказательств, доподлинно подтверждающих наличие у ФИО4 личных денежных средств, которые он потратил на благоустройство жилого дома, несмотря на возложение такой обязанности судом на его представителей, в материалы дела не представлено.

Не может быть рассмотрено судом в рамках данного дела требование ФИО4, заявленное ДД.ММ.ГГГГ, а именно «в случае признания за ФИО1 права на наследство взыскать с нее компенсацию за организацию похорон», т.к. данное требование носит вероятностный характер и не соответствует требованиям статей 39, 131 – 132 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. 

Кроме того, в ходе судебного разбирательства судом было установлено, что на счетах ФИО2 и ФИО3 имелись значительные суммы денежных средств, которые находились в распоряжении ФИО4, а доказательств, достоверно подтверждающих наличие у него собственного источника доходов суду предоставлено не было, на что неоднократно указывалось представителям.

Имеющиеся в материалах дела копии документов, якобы подтверждающие расходы ФИО4 на погребенье своей матери ФИО3, не отвечают требованиям части 6 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и могут быть приняты в качестве допустимых доказательств. 

В случае наличия допустимых и достоверных доказательств, ФИО4 не лишен возможности обратиться в суд с самостоятельным иском к ФИО1 о взыскании денежных средств, потраченных им на проведение ремонтных работ и благоустройство жилого дома, а также в счет возмещения затрат на погребенье матери, предоставив в обоснование своих требований, что затраченные им денежные средства, не являлись наследственным имуществом его родителей. 

Вопреки доводам возражений представителей ответчика по первоначальному иску и истца по встречному иску ФИО4, исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению в полном объеме.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года №23 «О судебном решении» разъяснено, что исходя из того, что решение является актом правосудия, окончательно разрешающим дело, его резолютивная часть должна содержать исчерпывающие выводы, вытекающие из установленных в мотивировочной части фактических обстоятельств.

В связи с этим в ней должно быть четко сформулировано, что именно постановил суд как по первоначально заявленному иску, так и по встречному требованию, если оно было заявлено (статья 138 ГПК РФ), кто, какие конкретно действия и в чью пользу должен произвести, за какой из сторон признано оспариваемое право. Судом должны быть разрешены и другие вопросы, указанные в законе, с тем чтобы решение не вызывало затруднений при исполнении (часть 5 статьи 198, статьи 204 - 207 ГПК РФ). При отказе в заявленных требованиях полностью или частично следует точно указывать, кому, в отношении кого и в чем отказано.

С учетом приведенных разъяснений, в целях избежание затруднений при исполнении решения суда, и принимая во внимание, что в соответствии с Федеральным законом от 13 июля 2015 г. №218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» решение суда является основанием для государственной регистрации прав на недвижимое имущество, то резолютивную часть решения следует изложить в более лаконичной и понятной форме, чем указано в просительной части исковых требований ФИО1 

Рассматривая встречные исковые требования ФИО4 к ФИО1 о признании недостойным наследником и отстранении от наследования, суд приходит к выводу об отказе в их удовлетворении по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1117 Гражданского кодекса Российской Федерации, не наследуют ни по закону, ни по завещанию граждане, которые своими умышленными противоправными действиями, направленными против наследодателя, кого-либо из его наследников или против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, способствовали либо пытались способствовать призванию их самих или других лиц к наследованию либо способствовали или пытались способствовать увеличению причитающейся им или другим лицам доли наследства, если эти обстоятельства подтверждены в судебном порядке. Однако граждане, которым наследодатель после утраты ими права наследования завещал имущество, вправе наследовать это имущество.

Не наследуют по закону родители после детей, в отношении которых родители были в судебном порядке лишены родительских прав и не восстановлены в этих правах ко дню открытия наследства.

По требованию заинтересованного лица суд отстраняет от наследования по закону граждан, злостно уклонявшихся от выполнения лежавших на них в силу закона обязанностей по содержанию наследодателя (пункт 2 статьи 1117 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» следует, что при разрешении вопросов о признании гражданина недостойным наследником и об отстранении его от наследования надлежит иметь в виду следующее:

а) указанные в абзаце первом пункта 1 статьи 1117 ГК РФ противоправные действия, направленные против наследодателя, кого-либо из его наследников или против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, являются основанием к утрате права наследования при умышленном характере таких действий и независимо от мотивов и целей совершения (в том числе при их совершении на почве мести, ревности, из хулиганских побуждений и т.п.), а равно вне зависимости от наступления соответствующих последствий.

Противоправные действия, направленные против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, вследствие совершения которых граждане утрачивают право наследования по указанному основанию, могут заключаться, например, в подделке завещания, его уничтожении или хищении, понуждении наследодателя к составлению или отмене завещания, понуждении наследников к отказу от наследства.

Наследник является недостойным согласно абзацу первому пункта 1 статьи 1117 ГК РФ при условии, что перечисленные в нем обстоятельства, являющиеся основанием для отстранения от наследования, подтверждены в судебном порядке - приговором суда по уголовному делу или решением суда по гражданскому делу (например, о признании недействительным завещания, совершенного под влиянием насилия или угрозы); 

б) вынесение решения суда о признании наследника недостойным в соответствии с абзацами первым и вторым пункта 1 статьи 1117 ГК РФ не требуется. В указанных в данном пункте случаях гражданин исключается из состава наследников нотариусом, в производстве которого находится наследственное дело, при предоставлении ему соответствующего приговора или решения суда.

Как разъяснено в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», при рассмотрении требований об отстранении от наследования по закону в соответствии с пунктом 2 статьи 1117 ГК РФ судам следует учитывать, что указанные в нем обязанности по содержанию наследодателя, злостное уклонение от выполнения которых является основанием для удовлетворения таких требований, определяются алиментными обязательствами членов семьи, установленными СК РФ между родителями и детьми, супругами, братьями и сестрами, дедушками и бабушками и внуками, пасынками и падчерицами и отчимом и мачехой (статьи 80, 85, 87, 89, 93 - 95 и 97). Граждане могут быть отстранены от наследования по указанному основанию, если обязанность по содержанию наследодателя установлена решением суда о взыскании алиментов. Такое решение суда не требуется только в случаях, касающихся предоставления содержания родителями своим несовершеннолетним детям.

Злостный характер уклонения в каждом случае должен определяться с учетом продолжительности и причин неуплаты соответствующих средств.

Суд отстраняет наследника от наследования по указанному основанию при доказанности факта его злостного уклонения от исполнения обязанностей по содержанию наследодателя, который может быть подтвержден приговором суда об осуждении за злостное уклонение от уплаты средств на содержание детей или нетрудоспособных родителей, решением суда об ответственности за несвоевременную уплату алиментов, справкой судебных приставов-исполнителей о задолженности по алиментам, другими доказательствами. В качестве злостного уклонения от выполнения указанных обязанностей могут признаваться не только непредоставление содержания без уважительных причин, но и сокрытие алиментнообязанным лицом действительного размера своего заработка и (или) дохода, смена им места работы или места жительства, совершение иных действий в этих же целях.

Как следует из материалов дела, в обоснование доводов встречного иска приложена копия тетради, где по версии представителей ФИО4, указано его матерью ФИО3, что ее дочь ФИО1 и внучка крали у нее личные вещи, а также эти записи подтверждают плохие отношения между ними. 

Предоставленная суду копия тетради не подтверждает того факта, что записи сделаны самой ФИО3 и в период, когда та не страдала психическим расстройством.

Ссылка во встречном иске на то, что ФИО1 злостно уклонялась от выполнения обязанностей по содержанию своей матери, а также своими действиями пытается извлечь преимущества из своего недобросовестного поведения, несостоятельна, поскольку доказательств, подтверждающих указанные обстоятельства, суду не предоставлено. 

Напротив, исходя из показаний свидетеля ФИО13 ее мать ФИО1 длительный период работала в г.Москве, и оказывала материальную помощь своим родителям. Кроме того, ФИО13 с 2003 года в течение длительного периода проживала с бабушкой ФИО3 и осуществляла за ней уход, что также согласуется с медицинской документацией, где указано, что на прием к врачу ФИО3 приходила в сопровождении внучки вплоть до 2018 года. 

После смерти родителей, ФИО1 благоустроила памятные надгробия родителей, о чем свидетельствуют квитанции 

<

данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, имеющиеся в материалах дела.

Не могут также быть приняты судом во внимание, показания свидетеля ФИО14, который пояснял, что ФИО4 постоянно проживал со своей матерью и осуществлял за ней уход, а ФИО1 и ее дочь он никогда не видел, поскольку его показания противоречат объяснениям сторон, показаниям других свидетелей и не согласуются с письменными доказательствами, имеющимися в материалах дела. 

Иных доказательств, с достоверностью подтверждающих недостойное поведение ФИО1 по отношению к своим родителям, или свидетельствующих о совершении ею умышленных противоправных действий, которые по смыслу статьи 1117 Гражданского кодекса Российской Федерации являются основаниями для признания ответчика недостойным наследником в материалах дела не содержится, и как следствие, правовые основания для удовлетворения встречного иска отсутствуют.

При распределении судебных расходов суд учитывает следующее.

В соответствии со статьей 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся суммы, подлежащие выплате экспертам.

Согласно части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. 

Как следует из материалов дела определением Северного районного суда г.Орла от 29 июня 2023 года по делу была назначена посмертная судебно - психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено БУЗ ОО «Орловская областная психиатрическая больница». Стоимость судебной экспертизы составила 39760,46 рублей. 

Однако, согласно заявлению БУЗ ОО «Орловская областная психиатрическая больница» оплата за производство судебной экспертизы сторонами не произведена. 

Ввиду того, что первоначальный иск ФИО1 к ФИО4 удовлетворен судом в полном объеме, а в удовлетворении встречного иска отказано, то судебные расходы за производство судебной экспертизы подлежат взысканию с ФИО4 в пользу экспертного учреждения. 

Руководствуясь статьями 218, 1117 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к ФИО4 о признании завещания недействительным, применении последствий недействительности сделки и признании права собственности на долю в наследственном имуществе удовлетворить.

Определить доли в общем имуществе супругов ФИО2 и ФИО3, признав их равными по 1/2 доле за каждым.

Включить в состав наследства, оставшегося после смерти ФИО2, умершего ДД.ММ.ГГГГ, объекты недвижимости: 

- 1/2 долю земельного участка для индивидуального жилищного строительства, общей площадью 888,4 кв.м., с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес>;

- 1/2 долю жилого дома (незавершенного строительством), с кадастровым номером №, площадью 105 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>;

- 1/2 долю земельного участка общей площадью 800 кв.м., с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес>;

- 1/2 долю денежных вкладов, хранящихся на счетах ФИО3 на день смерти ФИО2, по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ.

Признать завещание от ДД.ММ.ГГГГ, составленное ФИО3 в пользу ФИО4 недействительным и применить последствия недействительности сделки.

Признать за ФИО1 право собственности в порядке наследования после смерти ФИО2, умершего ДД.ММ.ГГГГ, и ФИО3, умершей ДД.ММ.ГГГГ, на следующее имущество:

- 7/12 доли земельного участка для индивидуального жилищного строительства, общей площадью 888,4 кв.м., с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес>;

- 7/12 доли жилого дома (незавершенного строительством), с кадастровым номером №, площадью 105 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>;

- 7/12 доли земельного участка общей площадью 800 кв.м., с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес>

- 4/9 доли квартиры, общей площадью 42,8 кв.м., с кадастровым номером №, расположенной по адресу: 

<

адрес>;

- 1/6 долю денежных вкладов, хранящихся на счетах ФИО2 в ПАО Сбербанк по состоянию на дату его смерти ДД.ММ.ГГГГ;

- 5/12 доли денежных вкладов, хранящихся на счетах ФИО3 в ПАО Сбербанк по состоянию на дату ее смерти ДД.ММ.ГГГГ.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО1 компенсацию 1/6 доли в наследственном имуществе на денежные средства ФИО2 в сумме 338767,42 рублей.

В удовлетворении встречного иска ФИО4 к ФИО1 о признании недостойным наследником и отстранении от наследования отказать. 

Взыскать с ФИО4 в пользу Бюджетного учреждения здравоохранения Орловской области «Орловская областная психиатрическая больница» судебные расходы по оплате за производство судебной экспертизы в размере 39760 рублей 46 копеек.

Решение суда является основанием для государственной регистрации прав на недвижимое имущество в соответствии с Федеральным законом от 13 июля 2015 г. №218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости».

Мотивированный текст решения изготовлен 31 мая 2024 года.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы в Орловский областной суд через Северный районный суд г.Орла.

Председательствующий Н.С. Шуклина