Дело № 2-2179/2019

Решение

 суда в окончательной форме изготовлено 17 января 2020 года

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Верхняя Пышма 27 Декабря 2019 года

Верхнепышминский городской суд Свердловской области в составе: председательствующего судьи – Мочаловой Н.Н.

при секретаре – Полянок А.С.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Товариществу индивидуальных застройщиков (ТИЗ) «Новый», ФИО5 о признании сделки недействительной, о взыскании неосновательного обогащения

УСТАНОВИЛ:

ФИО3, первоначально, обратилась в суд с иском ТИЗ «Новый», ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения: в размере 1 045 000 рублей – с ТИЗ «Новый»; в размере 5 000 рублей – с ФИО2, о возмещении судебных расходов: по уплате государственной пошлины в размере 13 050 рублей, по оплате услуг представителя в размере 25 000 рублей – с ТИЗ «Новый»; в размере 400 рублей – с ФИО2

В обоснование своих требований ссылается на то, что ДД.ММ.ГГГГ между Министерством по управлению государственным имуществом по 

<

адрес> и ООО «Уралэкспокабель» заключен договор №/№ аренды земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес>, квартал «Новый».

В последующем, ДД.ММ.ГГГГ произведена государственная регистрация аренды указанного земельного участка за Товариществом индивидуальных застройщиков «Новый», основанием которой послужил, в том числе, заключенный между ООО «Уралэкспокабель» и ТИЗ «Новый», договор.

ДД.ММ.ГГГГ между ТИЗ «Новый» и ФИО2 подписан договор № субаренды земельного участка №, площадью 1244 кв.м., с кадастровым номером №, учетный номер части 24, расположенный по адресу: 

<

адрес>

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО3 заключен договор уступки прав и обязанностей по договору субаренды земельного участка № от ДД.ММ.ГГГГ. Договор уступки прав зарегистрирован Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ.

Между ФИО3 и Товариществом индивидуальных застройщиков «Новый» был заключен договор № субаренды земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с подписанием договора уступки прав и обязанностей по договору субаренды земельного участка № от ДД.ММ.ГГГГ., в связи с подписанием договора уступки прав и обязанностей по договору субаренды земельного участка № от ДД.ММ.ГГГГ.

По условиям договора субаренды земельного участка, ФИО3 был предоставлен во временное владение и пользование земельный участок № площадью 1 244 кв.м., с кадастровым номером: №, учетный номер части 24, расположенный по адресу: 

<

адрес>, квартал «Новый».

Земельный участок №, площадью 1244 кв.м., с кадастровым номером: №, учетный номер части 24, расположенный по адресу: 

<

адрес>, квартал «Новый», земельный участок относится к категории земель – земли населенных пунктов, с разрешенным использованием – индивидуальное жилищное строительство.

Вместе с тем, решением Верхнепышминского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу № (вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ) установлено следующее: до подписания договора уступки прав и обязанностей от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ООО «Уралэкспокабель» и ТИЗ «Новый», согласно сведениям Единого государственного реестра юридических лиц ООО «Уралэкспокабель» (ИНН №) прекратило свою деятельность путем реорганизации в форме слияния до подписания вышеуказанного договора, а именно: ДД.ММ.ГГГГ. Суд пришел к выводу, что поскольку ООО «Уралэкспокабель» прекратило свою деятельность, ДД.ММ.ГГГГ, и на момент заключения договора уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №/М-05 от ДД.ММ.ГГГГ указанная организация не могла осуществлять свою деятельность, в связи с чем, договор, заключенный между ООО «Уралэкспокабель» и ТИЗ «Новый» является ничтожным. Поскольку в соответствии с ч.1 ст.166 Гражданского кодекса Российской Федерации само признание указанного договора ничтожным (недействительным) не требуется, считает, что у ТИЗ «Новый» не возникло и право аренды на земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: 

<

адрес> Последовательно, и у ФИО2 не возникло право субаренды на земельный участок № площадью 1244 кв.м., с кадастровым номером №, учетный номер части 24, расположенный по адресу: 

<

адрес> так как договор субаренды земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ №, также является ничтожным в силу указанных выше обстоятельств.

В соответствии с п.5 указанного договора уступки прав и обязанностей от ДД.ММ.ГГГГ, по договору субаренды земельного участка № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 получил от ФИО3 за уступаемые прав и обязанности по договору субаренды земельного участка, денежную сумму в размере 5 000 рублей.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ТИЗ «Новый» также был подписан договор на право застройки указанного земельного участка № площадью 1244 кв.м., с кадастровым номером №, учетный номер части 24, расположенный по адресу: 

<

адрес> по условиям которого (п.1.3. договора), стоимость приобретаемого права составила 1 061 000 рублей, подлежащих оплате в три этапа: 25 000 рублей –при подписании договора, 858 000 рублей – в срок до ДД.ММ.ГГГГ, 178 000 рублей – в срок до ДД.ММ.ГГГГ.

Также по условиям данного договора (п.п.2.1.1.) ТИЗ «Новый» обязался в срок до ДД.ММ.ГГГГ подвести и надлежащим образом оформить инженерные коммуникации для данного участка с возможностью подключения к ним, а именно: газовая магистраль до дома; сети водоснабжения – один колодец на два участка на границе участков; канализационные сети – один колодец на два участка на границе участков; электрические сети – опора на границе с участком, а ФИО3 обязалась оплатить за прокладку сетей сумму 750 000 рублей.

Решением Верх- Исетского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ (дело №) (вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ) установлено, что ФИО3 внесла в качестве оплаты по указанному договору на право застройки земельного участка в соответствии с квитанциями к приходным кассовым ордерам № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 115 000 рублей, № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 100 000 рублей, № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 100 000 рублей, № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 500 000 рублей, № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 230 000 рублей, № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму на сумму 750 000 рублей, итого на сумму 1 795 000 рублей.

Относительно исполнения обязательств по прокладке сетей и возврата состоявшейся в этой части, 750 000 рублей, ТИЗ «Новый» и ФИО3 достигли мирового соглашения, которое утверждено определением Верх-Исетского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ. Оставшаяся сумма, уплаченная с ее стороны (ФИО3) в качестве оплаты по договору на право застройки, составляет 1 045 000 рублей. Договор на право застройки от ДД.ММ.ГГГГ, подписанный между ФИО3 и ТИЗ «Новый», считает, также является ничтожным. Считает, что в соответствии с ч.1 ст.1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, со стороны ответчиков имеет место неосновательное обогащение, которое подлежит возврату: ФИО2 – в размере 5 000 рублей; ТИЗ «Новый» - 1 045 000 рублей.

В ходе судебного разбирательства по делу, ФИО3 (в лице представителя ФИО6, действующей на основании нотариально удостоверенной доверенности 

<

адрес>9 от ДД.ММ.ГГГГ), предмет исковых требований уточнила. Увеличив исковые требования, просила признать недействительным договор на право застройки от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ТИЗ «Новый» и ФИО3, в части передачи права на застройку земельного участка №, площадью 1 244 кв.м., с кадастровым номером №, учетный номер части 24, расположенный по адресу: 

<

адрес> в силу ничтожности. Взыскать с ТИЗ «Новый» неосновательное обогащение в размере 1 045 000 рублей, взыскать с ФИО2 неосновательное обогащение в размере 5 000 рублей, в счет возмещения судебных расходов: по уплате государственной пошлины в размере 13 050 рублей, по оплате услуг представителя в размере 25 000 рублей – с ТИЗ «Новый»; в размере 400 рублей – с ФИО2

В обоснование вышеуказанных исковых требований дополнила, что в соответствии с п.п.1.1.,1.2.,1.3.,2.1.,2.7. вышеуказанного договора, ТИЗ «Новый» обязалось предоставить ФИО3 право застройки земельного участка №, площадью 1 244 кв.м., с КН №, учетный номер части 24, расположенный по адресу: 

<

адрес>, квартал «Новый», исходя из того что земельный участок принадлежит товариществу на основании договора аренды. В соответствии с вступившим в законную силу решением Верхнепышминского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу № установлено, что у №» право аренды на указанный земельный участок не возникло, соответственно, и передавать за плату право застройки земельного участка № площадью 1 244 кв.м. учетный № КН №,, расположенный по адресу: 

<

адрес>, квартал «Новый», ответчик не мог, в связи с отсутствием данного права. Договор застройки от ДД.ММ.ГГГГ состоял из двух самостоятельных частей, каждая из которых может исполняться самостоятельно (действовать независимо друг от друга): 1) предоставление права на застройку земельного участка (платное) за которое было внесено истцом 1 045 000 рублей, в качестве оплаты права на застройку земельного участка; 2) обязательство ТИЗ «Новый» обеспечить подведение к указанному земельному участку инженерных сетей (являющееся по сути договором подряда), за которое было уплачено 750 000 рублей. В остальной части обоснование исковых требований, оставила без изменения. 

Определением Верхнепышминского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ (протокольной формы) к участию в деле, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования, привлечены: администрация ГО Верхняя Пышма, Управление Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии (Росреестр по 

<

адрес>), ФИО4

Истец ФИО3 в судебное заседание не явилась, хотя о времени, дате и месте судебного разбирательства была извещена надлежащим образом, судебной повесткой, направленной посредством почтовой связи, а также публично, путем заблаговременного размещения информации на официальном интернет- сайте Верхнепышминского городского суда 

<

адрес>, в соответствии со ст.ст.14 и 16 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации». 

С учетом требований ч.1 ст.48, ч.3 ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, мнения лиц, участвующих в деле и присутствовавших в судебном заседании, суд счел возможным и рассмотрел данное гражданское дело в отсутствие истца, с участием его представителей: ФИО7, действующего на основании нотариально удостоверенной доверенности 

<

адрес>4 от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО6, действующей на основании нотариально удостоверенной доверенности 

<

адрес>9 от ДД.ММ.ГГГГ.(в порядке передоверия)

В судебном заседании представитель истца - ФИО6, действующая на основании нотариально удостоверенной доверенности 

<

адрес>9 от ДД.ММ.ГГГГ (в порядке передоверия, на основании нотариально удостоверенной доверенности 

<

адрес>4 от ДД.ММ.ГГГГ), исковые требования ФИО3, с учетом уточнения предмета иска, поддержала в полном объеме, настаивая на их удовлетворении. По обстоятельствам дела дала объяснения, аналогичные – указанным в исковом заявлении. Представитель истца ФИО7, действующий на основании нотариально удостоверенной доверенности 

<

адрес>4 от ДД.ММ.ГГГГ, поддержал исковые требования ФИО3 и объяснения представителя ФИО6

Ответчик ФИО2, представитель ответчика –ТИЗ «Новый» в судебное заседание не явились, хотя о времени, дате и месте судебного разбирательства были извещены надлежащим образом, судебными повестками, направленными заказными письмами, с уведомлениями, а также публично, путем заблаговременного размещения информации на официальном интернет- сайте Верхнепышминского городского суда 

<

адрес>, в соответствии со ст.ст.14 и 16 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации». 

С учетом требований ч.1 ст.48, ч.4 ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, мнения лиц, участвующих в деле и присутствовавших в судебном заседании, суд счел возможным и рассмотрел данное гражданское дело в отсутствие ответчиков, с участием их представителей: представителя ТИЗ «Новый» - ФИО8, действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, представителя ФИО2 – ФИО8, действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, представителя ФИО2 – ФИО9, действующей на основании нотариально удостоверенной доверенности 

<

адрес>5 от ДД.ММ.ГГГГ.

В судебном заседании представители ТИЗ «Новый» - ФИО8, действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, представитель ФИО2 – ФИО8, действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, представитель ФИО2 – ФИО9, действующая на основании нотариально удостоверенной доверенности 

<

адрес>5 от ДД.ММ.ГГГГ., исковые требования ФИО3 не признали в полном объеме. Дали объяснения, аналогичные – указанным в письменном отзыве на исковое заявление, пояснив, что договор уступки прав и обязанностей от ДД.ММ.ГГГГ, в судебном порядке недействительным (ничтожным), не признан, последствия недействительности сделки не применялись. Резолютивная часть решения суда от ДД.ММ.ГГГГ по спору о признании постройки самовольной, по иску иного лица (на которое истец ссылается), выводов о ничтожности договора уступки прав и обязанностей, не содержит. При этом, указанное решение суда (от ДД.ММ.ГГГГ), считали, не имеет преюдициального значения для ответчика ФИО2, который стороной по делу не являлся. Между тем, решением Арбитражного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, по делу, в котором участвовали те же лица, судом отклонены доводы стороны по делу о ничтожности договора уступки прав и обязанностей, заключенного между ТИЗ «Новый» и ООО «Уралэкспокабель». Кроме того, считали, что правоотношения по договору аренды, и независимо от недействительности (действительности) данного договора, не могут влиять на правоотношения по договору на право застройки от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному между ТИЗ «Новый» и ФИО3, по которому производилось исполнение. При этом, считали, что истец под видом неосновательного обогащения, просит взыскать фактически арендную плату за пользование имуществом. Однако денежные средства, уплаченные за пользование имуществом, предоставленным по недействительному договору могут считаться неосновательно полученными лишь в части, превышающей размер причитающихся собственнику имущества возмещения. Поскольку арендная плата является формой оплаты за право пользования переданным в аренду имуществом, и размер перечисляемой истцом платы не превышал обычных ставок такой платы, взыскание платежей за аренду, в качестве неосновательного обогащения, считали, в данном случае, недопустимым. Более того, считали, что в случае признания сделки по договору недействительной, решение будет являться неисполнимым. Учитывая, что между сторонами имели место обязательственные правоотношения, двусторонняя реституция невозможна. 

В судебном заседании представителями ответчиков заявлено о применении срока исковой давности со ссылкой на то, что по требованиям о признании сделки недействительной применяется трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки (когда сторона приступила к фактическому исполнению сделки, а другая –к принятию такого исполнения). Поскольку истец не отрицает факта передачи ему земельного участка и его использование по назначению, фактическое исполнение сделки началось в 2011, 2012г.г., в связи с чем, срок исковой давности для предъявления исковых требований о признании ничтожной сделки действительной и о применении последствий недействительности сделки, на момент подачи данного иска в суд, истек. Для признания оспоримой сделки недействительной, считали, также срок исковой давности истек, учитывая, что течение срока исковой давности по таким требованиям начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах для признания сделки недействительной. Как при заключении сделки, так и в период ее исполнения, истец должен был и мог проявить разумную осмотрительность, ознакомиться с правоустанавливающими документами, запросив сведения общедоступных источников. Кроме того, считали, что истец не имеет законного интереса посредством защиты права признанием сделки недействительной, по которой произведено и получено исполнение.

Представители третьих лиц: администрации ГО Верхняя Пышма, Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по 

<

адрес> (Росреестр по 

<

адрес>), ФИО4 в судебное заседание не явились, хотя о времени, дате и месте судебного разбирательства были извещены надлежащим образом, судебными повестками, направленными посредством почтовой связи, заказными письмами с уведомлениями, а также публично, путем заблаговременного размещения информации на официальном интернет- сайте Верхнепышминского городского суда 

<

адрес>, в соответствии со ст.ст.14 и 16 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации». 

Согласно письменному ходатайству, Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по 

<

адрес> (Росреестр по 

<

адрес>) просит рассмотреть данное гражданское дело в отсутствие своего представителя.

С учетом требований ч.ч.3,5 ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, мнения лиц, участвующих в деле и присутствовавших в судебном заседании, суд счел возможным и рассмотрел данное гражданское дело в отсутствие неявившихся в судебное заседание представителей третьих лиц, третьего лица.

Изучив исковое заявление, выслушав представителей истца, представителей ответчиков, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно ч.1 ст.154 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделки могут быть двух- или многосторонними (договоры) и односторонними.

Из ч.1 ст.166 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Как следует из ч.1 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей на момент заключения оспариваемого договора, сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать обстоятельства на которые ссылается в обоснование своих требований и возражений. Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.

Как следует из предмета иска, ФИО3, обратившись в суд с вышеуказанными исковыми требованиями, просит признать недействительным договор на право застройки от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ТИЗ «Новый» и ФИО3, в части передачи права на застройку земельного участка №, площадью 1 244 кв.м., с кадастровым номером: №, ссылаясь на то, что у ТИЗ «Новый» не возникло права аренды на указанный земельный участок (также в силу его ничтожности), поэтому ТИЗ «Новый» не вправе было передавать, за плату, право застройки в отношении данного земельного участка, в связи с отсутствием у него этого права. 

В первоначальном исковом заявлении, обосновывая доводы о ничтожности договора аренды, истец ссылается на следующие обстоятельства:

ДД.ММ.ГГГГ между Министерством по управлению государственным имуществом по 

<

адрес> и ООО «Уралэкспокабель» заключен договор №/М-05 аренды земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес>

В последующем, ДД.ММ.ГГГГ произведена государственная регистрация аренды указанного земельного участка за Товариществом индивидуальных застройщиков «Новый», основанием которой послужил, в том числе, заключенный между ООО «Уралэкспокабель» и ТИЗ «Новый», договор.

ДД.ММ.ГГГГ между ТИЗ «Новый» и ФИО2 подписан договор № субаренды земельного участка №, площадью 1244 кв.м., с кадастровым номером №, учетный номер части 24, расположенный по адресу: 

<

адрес>, квартал «Новый».

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО3 заключен договор уступки прав и обязанностей по договору субаренды земельного участка № от ДД.ММ.ГГГГ. Договор уступки прав зарегистрирован Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ.

Далее, истец, считая ничтожным договор аренды от ДД.ММ.ГГГГ (земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес>, квартал «Новый»), заключенный между Министерством по управлению государственным имуществом по 

<

адрес> и ООО «Уралэкспокабель», и, соответственно, ничтожными, заключенные в последующем: договор субаренды земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ между ТИЗ «Новый» и ФИО2; договор уступки прав и обязанностей по договору субаренды земельного участка № от ДД.ММ.ГГГГ. между ФИО2 и ФИО3, ссылается на принятое Верхнепышминским городским судом 

<

адрес>, решение суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу № (вступившее в законную силу ДД.ММ.ГГГГ), которым, по мнению истца, установлена ничтожность договора от ДД.ММ.ГГГГ уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка (заключенного между ООО «Уралэкспокабель» и ТИЗ «Новый»), по следующим обстоятельствам: до подписания договора уступки прав и обязанностей от ДД.ММ.ГГГГ (заключенного между ООО «Уралэкспокабель» и ТИЗ «Новый»), согласно сведениям Единого государственного реестра юридических лиц, ООО «Уралэкспокабель» (ИНН №) прекратило свою деятельность, путем реорганизации в форме слияния (ДД.ММ.ГГГГ), и поскольку ООО «Уралэкспокабель» прекратило свою деятельность, ДД.ММ.ГГГГ, и на момент заключения договора уступки прав и обязанностей (ДД.ММ.ГГГГ) по договору аренды земельного участка №/М-05 от ДД.ММ.ГГГГ, указанная организация не могла осуществлять свою деятельность, а, следовательно, заключать вышеуказанный договор.

Из указанного выше решения Верхнепышминского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ (на преюдициальность которого истец ссылается), следует, что данное решение принято по гражданскому делу по иску ФИО4 к товариществу индивидуальных застройщиков «Новый», ФИО3 о возложении обязанности по сносу строений и по иску ФИО3 к администрации городского округа Верхняя Пышма о признании права собственности на объект незавершенного строительства.

Согласно ч.2 ст.61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Между тем, состав лиц, участвующих в данном гражданском деле, и при рассмотрении вышеуказанного гражданского дела, тем же не является.

Суд считает заслуживающими внимания, доводы представителей ответчиков в судебном заседании о неприменимости в данном случае положений ч.2 ст.61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации о преюдициальности установленных обстоятельств по ранее рассмотренному делу (при наличии которых, такие обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела), поскольку состав лиц, по вышеуказанным гражданским делам не совпадает. ФИО2, при рассмотрении гражданского № (по иску ФИО4 к товариществу индивидуальных застройщиков «Новый», ФИО3 о возложении обязанности по сносу строений и по иску ФИО3 к администрации городского округа Верхняя Пышма о признании права собственности на объект незавершенного строительства), не участвовал. В рамках вышеуказанного гражданского дела, ФИО3, заявленные самостоятельные требования были предъявлены к администрации городского округа Верхняя Пышма. К ТИЗ «Новый» были предъявлены исковые требования, ФИО4 При этом, исходя из предмета вышеуказанных исковых требований (как ФИО4, так и ФИО3), по делу устанавливались, и имели юридическое значение, иные обстоятельства. При этом, обстоятельства прекращения своей деятельности ООО «Уралэкспокабель» на момент заключения договора уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №/М-05 от ДД.ММ.ГГГГ, имели отношение к исковым требованиям ФИО4, а не ФИО3 Напротив, по отношению к исковым требованиям ФИО3, предъявленным к администрации ГО Верхняя Пышма, о признании права собственности на объект незавершенного строительства (расположенный на земельном участке № площадью 1 244 кв.м. с кадастровым номером №, учетный номер части 24, по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>») юридическое значение для разрешения указанных требований, имела именно действительность как договора аренды (между ООО «Уралэкспокабель» и Министерством по управлению госимуществом) от ДД.ММ.ГГГГ, так и последующих договоров, в том числе договора субаренды вышеуказанного земельного участка, заключенного между ТИЗ «Новый» и ФИО2 (от ДД.ММ.ГГГГ), и договора уступки прав и обязанностей по договору субаренды земельного участка (от ДД.ММ.ГГГГ), заключенного между ней (ФИО3) и ФИО2

Разрешая вышеуказанные исковые требования ФИО3, предъявленные к ТИЗ «Новый», ФИО10, в рамках данного гражданского дела, кроме вышеизложенного (об отсутствии оснований для применения ч.2 ст.61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), суд обращает внимание на то, основными требованиями (в рамках данного гражданского дела), на удовлетворение которых направлен правовой интерес истца, являются исковые требования о взыскании с ТИЗ «Новый», ФИО2 неосновательного обогащения: в размере 1 045 000 рублей – с ТИЗ «Новый»; в размере 5 000 рублей – с ФИО2, подлежащего, по мнению истца, возврату, как неосновательно полученное по договору на право застройки земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ (заключенному между ТИЗ «Новый» и ФИО3), обосновывая которые, истец и ссылается на недействительность (ничтожность) вышеуказанных договоров (аренды, субаренды, договора уступки прав и обязанностей по договору субаренды, признание недействительными которых, по мнению истца, в силу их ничтожности, в судебном порядке, не требуется), и, как следствие, заключенного между ТИЗ «Новый» и ФИО3 договора на право застройки земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ в части передачи права на застройку данного земельного участка.

Из содержания ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что обязанность возвратить неосновательное обогащение возникает только у такого лица, которое без установленных законом оснований приобрело или сберегло имущество за счет другого лица.

Анализируя нормы закона, регламентирующие неосновательное обогащение, очевидно, что стороны обязательства из неосновательного обогащения - это приобретатель и потерпевший, которые являются, соответственно, должником и кредитором в этом обязательстве. 

Приобретатель - это лицо, неосновательно обогатившееся путем приобретения или сбережения имущества. 

Под потерпевшим в данном обязательстве понимается лицо, за счет которого неосновательно обогатился приобретатель. 

Предметом обязательства из неосновательного обогащения является имущество, любое улучшение имущественного положения приобретателя, любое имущественное благо, которое в обычных условиях гражданского оборота может быть предметом возмездной сделки. Такое улучшение может наступать вследствие поступления вещей в собственность или во владение приобретателя, а также выполнения работ.

Для возникновения обязательства из неосновательного обогащения, как правило, применительно к данному случаю, необходимо наличие совокупности следующих обстоятельств:

1) возрастание имущественной сферы (неосновательное обогащение) на стороне приобретателя;

2) уменьшение имущественной сферы (убытки) на стороне потерпевшего;

3) убытки потерпевшего являются источником обогащения приобретателя (обогащение за счет потерпевшего);

4) отсутствие надлежащего правового основания для наступления вышеуказанных имущественных последствий.

Первое из перечисленных условий предполагает увеличение экономической ценности имущественной массы приобретателя. Второе условие предполагает несение потерпевшим расходов или утрату принадлежащего ему имущества. 

Отсутствие надлежащего правового основания для обогащения как условие его неосновательности означает, что ни нормы законодательства, ни иные правовые акты, ни условия сделки не позволяют обосновать правомерность обогащения.

Однако, как установлено в судебном заседании, заявленные истцом к взысканию с ответчиков, денежные средства, получены ими по договорам, заключенным с ФИО3: 5 000 рублей – получены ответчиком ФИО2 по договору уступки прав и обязанностей по договору субаренды земельного участка № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному между ФИО2 и ФИО3; 1 045 000 рублей – получены ответчиком ТИЗ «Новый» по договору на право застройки от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному между ТИЗ «Новый» и ФИО3

Как следует из п.1 договора уступки прав и обязанностей от ДД.ММ.ГГГГ по договору субаренды земельного участка № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО2 (сторона-1) и ФИО3 (сторона-2), на основании настоящего договора, сторона-1 уступает сотроне-2 права владения и пользования земельным участком №, площадью 1244 кв.м., с кадастровым номером: №, номер учетной части 24, расположенным по адресу: 

<

адрес>, квартал «Новый», категория земель: земли поселений, целевое использование: под индивидуальное жилищное строительство, а также переводит на сторону -2 исполнение обязанностей арендатора в полном объеме по договору субаренды земельного участка № от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно п.2 данного договора, права и обязанности по договору субаренды подлежат передаче ФИО2 (стороной 1), ФИО3(стороне 2) в объеме, определенном договором субаренды земельного участка и на срок, установленный названным договором. В день подписания договора, сторона-1 передает стороне-2 по акту приема – передачи земельный участок указанный п.1 (№ площадью 1 244 кв.м. с кадастровым номером №, учетный номер части 24, по адресу: 

<

адрес>, квартал «Новый») и договор субаренды № от ДД.ММ.ГГГГ. Из приложения № к данному договору следует, что вышеуказанный земельный участок передан ФИО3, ФИО2, по акту приема передачи земельного участка.

Пунктом 5 вышеуказанного договора уступки прав и обязанностей предусмотрено, что уступка прав и передача обязательств, осуществляемых по настоящему договору, являются возмездными, общая стоимость передаваемых прав равна 5 000 рублей. Данная сумма, уплачена стороной-2 (ФИО3), стороне- 1 (ФИО2), в полном объеме, в момент подписания настоящего договора. Вышеуказанный договор зарегистрирован в установленном законом порядке.

Данный договор уступки прав и обязанностей, не расторгнут, недействительным не признан. Полученная ответчиком ФИО2, в результате его заключения сумма в размере 5 000 рублей, не является неосновательным обогащением ответчика.

Из п.1.1. договора на право застройки от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ТИЗ «Новый» (сторона 1) и ФИО3 (сторона 2) следует, что сторона-1 обязуется предоставить стороне-2 право застройки земельного участка № площадью 1 244 кв.м. с кадастровым номером №, категория земель: земли поселений, целевое использование: под индивидуальное жилищное строительство, учетный номер части 24, по адресу: 

<

адрес>, квартал «Новый», а сторона-2 обязуется осуществить строительство индивидуального жилого дома (фундамент и коробку). 

Согласно п.1.3. данного договора, стоимость приобретаемого права составляет: сумма в размере 25 000 рублей вносится стороной -2 до подписания настоящего договора. Сумма в размере 858 000 рублей вносится стороной -2 в срок до ДД.ММ.ГГГГ. Сумма в размере 178 000 рублей вносится стороной-2 в срок ДД.ММ.ГГГГ.

Как следует из п.2.1. вышеуказанного договора, сторона-1 обязуется предоставить стороне -2 право застройки земельного участка, указанного в п.1.1. договора, для осуществления строительства индивидуального жилого дома (фундамент и коробку).

Из п.2.7. договора на право застройки следует, что сторона-2 обязуется произвести оплату приобретаемого права застройки земельного участка, указанного в п.1 настоящего договора.

Из совокупности п.п. 2.6.,5.2. следует, что сроком окончания договора на право застройки является срок окончания строительства – до ДД.ММ.ГГГГ. 

Исходя из объяснений представителя истца в судебном заседании и представленных доказательств, в том числе решения суда по делу № (которым исковые требования ФИО3 к администрации ГО Верхняя Пышма о признании права собственности на объект строительства, удовлетворены) ФИО3, в установленный договором на право застройки срок, объект строительства (фундамент и коробка), на земельном участке по вышеуказанному адресу, возведен. В части оплаты стоимости приобретаемого права, согласно представленным квитанциям, договор также исполнен. 

Как следует из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации в "Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2016)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ ДД.ММ.ГГГГ), в соответствии с п. 1 и п. 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

По смыслу п. 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, взаимные предоставления по недействительной сделке, которая была исполнена обеими сторонами, считаются равными, пока не доказано иное. При удовлетворении требования одной стороны недействительной сделки о возврате полученного другой стороной суд одновременно рассматривает вопрос о взыскании в пользу последней всего, что получила первая сторона, если иные последствия недействительности не предусмотрены законом.

Аналогичные разъяснения Верховного Суда Российской Федерации, даны в п.55 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 7 (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", согласно которым, если недействительная сделка исполнена обеими сторонами, то при рассмотрении иска о применении последствий ее недействительности необходимо учитывать, что, по смыслу пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, произведенные сторонами взаимные предоставления считаются равными, пока не доказано иное, и их возврат должен производиться одновременно.

Анализируя приведенные выше нормы закона, вышеуказанную правовую позицию и разъяснения Верховного суда Российской Федерации, суд считает заслуживающими внимания доводы представителей ответчиков в судебном заседании о том, что учитывая, что истцом не представлено доказательств тому, что при исполнении сделки ответчиком получено неравноценное возмещение (что могло бы быть расценено как обогащение за счет истца), по общему правилу применяется двусторонняя реституция в соответствии с ч.2 ст.167 Гражданского кодекса Российской Федерации (реституция - основное последствие недействительности сделки, которая исполнена хотя бы частично). Между тем, истец, заявив исковые требования о признании сделки недействительной, применить двустороннюю реституцию не просит, заявив производные требования о взыскании неосновательного обогащения, которое, в данном случае отсутствует. Оснований для применения норм о неосновательном обогащении, исходя из вышеуказанных обстоятельств, не имеется.

Как следует из абз.2 ч.3 ст.166 Гражданского кодекса Российской Федерации, требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Согласно ч.5 ст.166 Гражданского кодекса Российской Федерации, заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

В судебном заседании обстоятельств, из которых бы следовало, что истец, заявивший исковые требования о признании сделки недействительной, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной, не установлено. Ни истец в исковом заявлении, ни его представитель в судебном заседании каких-либо объективных доводов относительно данного обстоятельства не привели и доказательств им не представили. Напротив, как установлено в судебном заседании и следует из объяснений представителей сторон, истец использует земельный участок, в отношении которого ему было предоставлено право на застройку, и в отношении которого заключен договор об уступке прав и обязанностей по договору субаренды земельного участка, в соответствии с его назначением. На данном земельном участке истцом возведен объект строительства (незавершенный строительством жилой дом), на который за истцом, решением суда от ДД.ММ.ГГГГ признано право собственности. Из поведения истца (в том числе по исполнению сделок) за весь период действия вышеуказанных договоров следовало, что после их заключения, есть основания полагаться на действительность сделок.

Суд также обращает внимание на то, что обратившись в суд с вышеуказанными исковыми требованиями о признании сделки по заключению договора на право застройки недействительным, истец просит признать недействительным данный договор только в части передачи права на застройку земельного участка, считая, что каждая часть договора: предоставление права на застройку земельного участка (с оплатой в размере 1 045 000 рублей) и обязательство ТИЗ «Новый» обеспечить подведение к указанному земельному участку инженерных сетей (с оплатой в размере 750 000 рублей), может исполняться самостоятельно, независимо друг от друга.

Суд считает вышеуказанные доводы истца (его представителя в судебном заседании) несостоятельными, в силу следующего.

Исходя из содержания и смысла вышеуказанного договора, сторона -1 –ТИЗ «Новый», предоставляет стороне-2 – ФИО3, право застройки земельного участка, с учетом принадлежности ему (ТИЗ «Новый») земельного участка на основании договора субаренды земельного участка № от ДД.ММ.ГГГГ (зарегистрированного в Управлении Федеральной регистрационной службы по 

<

адрес>). Данный пункт договора относится как обязательствам ТИЗ «Новый» по передаче права на застройку, так и в части выполнения работ по прокладке инженерный сетей к земельному участку. При отсутствии прав в отношении спорного земельного участка, ТИЗ «Новый», в таком случае, не вправе был бы использовать земельный участок (ему не принадлежавший) для прокладки инженерных сетей истцу, для данного участка, с возможностью подключения к ним. Договор в части оплаты работ по прокладке инженерных сетей для вышеуказанного земельного участка, истцом исполнен. Работы оплачены. В этой части истец не оспаривает договор на право застройки. Между тем, в случае признания договора недействительным (ничтожным) в части передачи истцу права застройки земельного участка, данный договор будет считаться как не порождающим правовых последствий с момента его заключения. Следовательно, при отсутствии права на заключение договора по передаче права на застройку, у ответчика отсутствовало и право в части прокладки инженерных сетей к указанному земельному участку. Однако, как указывалось выше, истец в этой части прав ТИЗ «Новый» и договор, не оспаривает. При таких обстоятельствах, исходя из содержания и смысла вышеуказанного договора, вопреки доводам истца (его представителя), обе указанные части договора, взаимосвязаны.

Разрешая вышеуказанные исковые требования ФИО3, и принимая решение по данному гражданскому делу, суд учитывает положения ст.10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой, злоупотребление правом не допускается.

В соответствии с ч.1. ст.10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно ч.2 ст.10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права.

Учитывая установленные в судебном заседании обстоятельства, в силу которых, истец, получив по договорам, заключенным с ответчиками, во владение и пользование земельный участок, пользуется им в соответствии с назначением, возвел на данном земельном участке жилой дом (незавершенный строительством), на который, за истцом, в том числе, с учетом права на земельный участок, в соответствии с вышеуказанными договорами (договора уступки прав и обязанностей по договору субаренды земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, договора на право застройки от ДД.ММ.ГГГГ), признано право собственности, в период действия указанных договоров, из поведения истца следовало, что данные договоры действительны, исполнялись самим истцом, и принималось исполнение со стороны ответчиков, в частности, принято исполнение по договору на право застройки (и в этой части договор истцом не оспаривается), истец, тем не менее, обратился в суд с данным иском, требования которого направлены на возврат уплаченных истцом, по договору на право застройки денежных средств, по фактически исполненному договору. Такое поведение истца может быть расценено как злоупотребление правом.

При этом, суд обращает внимание на то, что поскольку основания для возврата денежных средств, в качестве неосновательного обогащения, в данном случае, как указывалось выше, отсутствуют, в случае признания указанной части сделки, недействительной (по договору на право застройки в части передачи права на застройку), стороны должны будут возвращены в первоначальное положение. По смыслу ч.2 ст.167 Гражданского кодекса Российской Федерации, при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. Поскольку по договору на право застройки, истцу передано право, предусматривающее использование земельного участка под индивидуальное жилищное строительство, истец, исходя из приведенной выше нормы закона, должен будет вернуть ответчику стоимость такого права (возместить стоимость права). Учитывая, что истец просит взыскать с ответчика уплаченную стоимость приобретенного права, правовой смысл приведения сторон в первоначальное положение, в данном случае утрачивается. Исходя из позиции истца, считавшего ничтожными договор аренды, субаренды земельного участка, договор уступки прав и обязанностей по договору субаренды земельного участка, истец должен вернуть ответчику ФИО2 земельный участок. Однако истец в возврате земельного участка, как установлено в судебном заседании, не заинтересован. Как указывалось выше, истцом на земельном участке возведен объект незавершенного строительства (жилой дом), на который за истцом признано право собственности, истец земельный участок использует и намерен использовать в соответствии с его назначением.

При принятии решения по данному гражданского делу, суд учитывает заявление ответчиков о применении срока исковой давности для обращения в суд с вышеуказанными исковыми требованиями о признании сделки недействительной.

По общему правилу срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет три года (п. 1 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом, если исковые требования о признании сделки недействительной заявлены стороной сделки, то срок начинает течь со дня, когда началось ее исполнение (п. 1 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации). Это день, когда одна сторона приступила к фактическому исполнению, а другая - к его принятию (п. 101 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 25). Общие положения о начале течения срока исковой давности в данном случае не применяются, поскольку п. 1 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, является специальной нормой по отношению к ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (Определение Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 18-КГ16-63). Срок исковой давности по требованию о признании ничтожной сделки недействительной не течет, только в том случае, если она не исполнялась (п. 101 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 25). 

В судебном заседании, как указывалось выше, установлено, что оспариваемая сделка, ее сторонами исполнялась. И поскольку исковые требования заявлены истцом, являющимся стороной сделки, то срок начинает течь со дня, когда началось ее исполнение (п. 1 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации). Исполнение сделки, как указывалось выше, и следует из совокупности п.п.1.1.,1.3., 2.6., 2.7., 2.8., началось фактически с момента заключения договора (ДД.ММ.ГГГГ). Строительство индивидуального жилого дома, на предоставленном праве по договору права на застройку, истец должен был начать не позднее двух месяцев со дня подписания договора, оплата по договору в счет стоимости приобретаемого права в размере 25 000 рублей вносится стороной -2 до подписания договора. Сумма в размере 858 000 рублей – до ДД.ММ.ГГГГ, сумма – 178 000 рублей – до ДД.ММ.ГГГГ. Из представленных истцом квитанций следует, что оплаты по вышеуказанному договору вносились истцом, начиная с ДД.ММ.ГГГГ.

Доводы представителя истца в судебном заседании о том, что течение срока исковой давности должно исчисляться с того момента, когда истец узнал или должен был узнать о нарушенном праве, считая, что истец узнал о нарушенном праве при рассмотрении дела № (решение от ДД.ММ.ГГГГ), суд считает несостоятельными, поскольку данные доводы противоречат как обстоятельствам, установленным в судебном заседании, так и вышеуказанным требованиям закона.

В соответствии со ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности.

Исковая давность применяется судом по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Из правовой позиции и разъяснений Верховного суда Российской Федерации в п.15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 43 (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" следует, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Учитывая таким образом, что истцом пропущен срок исковой давности для обращения в суд с иском о признании сделки недействительной, и о применении срока исковой давности заявлено стороной ответчиков в судебном заседании, об уважительных причинах для восстановления данного срока истцом не заявлялось доказательств уважительности причин пропуска срока, не представлялось, и такие доказательства в материалах дела отсутствуют, суд, разрешая вышеуказанные исковые требования, принимает решение об отказе в их удовлетворении, в числе других оснований, по данному основанию (в связи с пропуском срока исковой давности), в том числе.

В соответствии с ч.1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований. Судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Поскольку суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований, произведенные истцом судебные расходы взысканию с ответчиков не подлежат.

Руководствуясь ст.ст.12, 67, ч.1 ст.68, ч.1 ст.98, ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Товариществу индивидуальных застройщиков (ТИЗ) «Новый», ФИО5 о признании сделки недействительной, о взыскании неосновательного обогащения, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке, в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда, в течение месяца, со дня изготовления решения суда в окончательной форме, через Верхнепышминский городской суд Свердловской области.

Судья Н.Н. Мочалова