Дело № 2-225/2019 УИД: 66RS0034-01-2019-000440-31

КОПИЯ

Мотивированное 

решение

 изготовлено 25 июля 2019 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Красноуральск

22 июля 2019 года Красноуральский городской суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Карташова О. В.,

при секретаре Кухаревой Я.С., 

с участием:

прокурора Новосёловой Е.Ю.,

истца ФИО1 ФИО8

представителя ответчика ОМВД России по г. Красноуральску - ФИО2 ФИО9

рассмотрев в открытом судебном заседании посредством применения системы видеоконференц-связи гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 ФИО10 к ОМВД России по г. Красноуральску, МВД России, Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 ФИО11. обратился в суд с иском к ОМВД России по г. Красноуральску, МВД России о взыскании компенсации морального вреда.

В своем исковом заявлении и объяснениях в судебном заседании истец ФИО1 ФИО12 указал, что в периоды времени с 15.03.2014 по 08.05.2014, с 27.04.2015 по 19.05.2015 он содержался в изоляторе временного содержания ОМВД России по г. Красноуральску с нарушением установленных законом требований к условиям содержания осужденных: он как бывший военнослужащий внутренних войск МВД России содержался в общей камере с заключёнными, не являющимися бывшими сотрудниками МВД, его содержали в переполненной камере площадью менее 4 кв.м. на человека, содержался он более 10 суток в месяц в ИВС ОМВД России по г. Красноуральска, камеры, где он содержался, имели антисанитарные условия (мыши, крысы, насекомые), в камерах отсутствовала приточно-вытяжная вентиляция, отсутствовало надлежащее освещение, температурный режим не соответствовал санитарным нормам, отсутствовали условия для приватности в туалете, в камерах отсутствовало горячее водоснабжение, в ИВС не предусмотрено место для курения и ему, как некурящему приходилось дышать табачным дымом, курящих в камере соседей, отсутствовали шкафы для хранения продуктов, за весь период содержания в ИВС ОМВД России по г. Красноуральску он не был обеспечен индивидуальным спальным местом (на 2-3 человек в камере предусмотрена одна кровать), постельное бельё ему не выдавалось, не выдавались средства личной гигиены (мыло, зубная паста, зубная щётка, туалетная бумага), стол и скамейка для приёма пищи не рассчитаны по размеру и количеству содержащихся в камере лиц, пища выдавалась низкого качества и холодная, посуда и столовые приборы не выдавались, горячая питьевая вода не выдавалась, медицинская помощь отсутствовала, медикаменты не выдавались, отсутствовала комната для свиданий с адвокатом, не обеспечивалась конфиденциальность для подготовки защиты, за все время содержания в ИВС ОМВД России по г. Красноуральску его не водили в душ, его ни разу не выводили на прогулку, жалобы и заявления на ненадлежащие условия содержания администрацией ИВС ОМВД Росси по г. Красноуральску не принимались, поэтому он не смог своевременно обратиться с жалобами на условия содержания.

В связи с содержанием в данных условиях, истец испытывал чувство страха, тревоги и собственной неполноценности, истцу были причинены нравственные и физические страдания.

На основании изложенного, истец просил взыскать в свою пользу компенсацию морального вреда в сумме 170 000 руб.

Представитель ответчика ОМВД России по г. Красноуральску – ФИО2 ФИО22. в удовлетворении иска просила отказать и пояснила, что в 2014 - 2015 годах ФИО1 ФИО14. содержался в ИВС ОМВД России по г. Красноуральску в связи с проводимыми в отношении него следственными действиями, а также в период рассмотрения в отношении него уголовного дела. Доводы истца о том, что он содержался в условиях, унижающих человеческое достоинство, преувеличены. За весь период нахождения в ИВС от ФИО1 жалоб на условия его содержания не поступало ни в прокуратуру г. Красноуральска, ни руководству отдела полиции. Согласно журналу медицинских осмотров, ФИО1 ФИО15. с жалобами на самочувствие и состояние здоровья не обращался. В связи с тем, что ФИО1 ФИО13 находился в ИВС короткие промежутки времени, меньше недели, то ему услуги помывки в душе не оказывались, в силу пп.47, 48 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел. Из средств бюджета централизовано закупались ГУ МВД по Свердловской области средства личной гигиены (мыло, зубная паста, зубная щётка, туалетная бумага), которые выдавались лицам, содержащимся под стражей в ИВС. Для обеспечений горячей водой в ИВС установлен титан и по первому требованию заключённые обеспечивались горячей водой.

Истцом не доказан факт возникновения вреда, отсутствует четкое определение, в чем выразились страдания истца, насколько они были реальны. Поскольку с исковыми требованиями ФИО1 ФИО16 обратился спустя четыре года, представитель ответчика просила применить последствия пропуска истцом срока исковой давности.

Несмотря на своевременные извещения, представитель МВД России в судебное заседание не явился, направив в суд свой отзыв, в котором в удовлетворении иска просили отказать, так как истцом не доказан ни факт причинения ему морального вреда, ни его размер, ни причинно-следственная связь между действиями сотрудников и указанным вредом. Просили дело рассмотреть без их участия.

Надлежащим образом извещенный о месте и времени судебного заседания, представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в судебное заседание не явился, направив в суд свой отзыв, в котором в удовлетворении иска просили отказать, так как истец не представил никаких доказательств в подтверждение заявленных требований, подтверждающих факт незаконных действий ИВС, наличие у истца нравственных и физических страданий, возникших вследствие нарушения прав истца. Указали, что в силу положений п.3 ст.158 Бюджетного кодекса Российской Федерации и подп.100 п.11 Положения о МВД России (утверждённого Указом Президента Российской Федерации от 21.12.2016 №699) они не являются надлежащим ответчиком. Просили дело рассмотреть без их участия.

Заслушав объяснения сторон, исследовав письменные доказательства, выслушав заключение прокурора, полагавшей необходимым частично удовлетворить исковые требования, суд приходит к следующим выводам. 

В соответствии со ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В силу ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В соответствии с п. 3 ст. 125 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях и в порядке, предусмотренных федеральными законами, указами Президента Российской Федерации и постановлениями Правительства Российской Федерации, нормативными актами субъектов Российской Федерации и муниципальных образований, по их специальному поручению от их имени могут выступать государственные органы, органы местного самоуправления, а также юридические лица и граждане.

В соответствии с п. 1 ч. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту.

Согласно пункту 1 статьи 125 и статьи 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации, подпункту 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации по искам о возмещении вреда, причиненного в результате действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, а также их должностных лиц, за счет казны Российской Федерации от имени Российской Федерации в суде выступает и отвечает по своим денежным обязательствам главный распорядитель бюджетных средств, а не сам государственный орган и не Министерство финансов Российской Федерации.

На основании ст. 9 Федерального закона от 15.07.1995 №103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" изоляторы временного содержания органов внутренних дел являются подразделениями полиции и финансируются за счет средств федерального бюджета по смете федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел. Решения об их создании, реорганизации и ликвидации принимаются в порядке, установленном федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел.

Согласно п. 1 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации (утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 01.03.2011 N 248, действовавшего в периоды содержания ФИО1 ФИО17 под стражей), Министерство внутренних дел Российской Федерации (МВД России) является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел.

В соответствии с п. 63 ст. 12 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации (утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 01.03.2011 N 248 "Вопросы Министерства внутренних дел Российской Федерации" и действовавшего до 21.12.2016), МВД России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание МВД России и реализацию возложенных на него задач, является получателем средств федерального бюджета, а также главным администратором (администратором) доходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Пп. 100 п. 11 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации" (утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 21.12.2016 N 699, действующего в настоящее время), также предусмотрено, что МВД России осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета, а также бюджетные полномочия главного администратора (администратора) доходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, администратора источников финансирования дефицита федерального бюджета.

Таким образом, по смыслу вышеприведенных норм и подпункта 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации, по настоящему иску о возмещении вреда, причиненного в результате незаконных действий (бездействия) должностного лица ИВС территориального органа внутренних дел, за счет казны Российской Федерации от имени Российской Федерации в суде выступает и отвечает по своим денежным обязательствам МВД России, как главный распорядитель бюджетных средств. Следовательно, МВД России, Министерство финансов Российской Федерации и ОМВД России по г. Красноуральску являются надлежащими ответчиками.

В силу ст.9 и ст.4 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел предназначены для содержания под стражей задержанных по подозрению в совершении преступлений, и содержание под стражей осуществляется в соответствие с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

Согласно подпунктам 5, 9, 11 статьи 17 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемые и обвиняемые имеют право на свидания с родственниками и иными лицами, перечисленными в статье 18 настоящего закона, получать бесплатное питание, материально-бытовое и медико-санитарное обеспечение, в том числе в период участия их в следственных действиях и судебных заседаниях, пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров (ст.23 Федерального закона).

В соответствии с пунктами 42 - 45, 47 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел (утверждённых приказом МВД Российской Федерации от 22.11.2005 №950) подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, пожарной безопасности, нормам санитарной площади в камере на одного человека, установленным Федеральным законом. Подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются для индивидуального пользования спальным местом, постельными принадлежностями (матрацем, подушкой, одеялом), постельным бельем (двумя простынями, наволочкой), столовой посудой и столовыми приборами на время приема пищи (миской, кружкой, ложкой). Для общего пользования в камеры в соответствии с установленными нормами и в расчете на количество содержащихся в них лиц выдаются: мыло хозяйственное, бумага для гигиенических целей. Камеры ИВС оборудуются: индивидуальными нарами или кроватями, столом и скамейками по лимиту мест в камере, шкафом для хранения индивидуальных принадлежностей и продуктов, санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности, краном с водопроводной водой, светильниками дневного и ночного освещения закрытого типа, приточной и/или вытяжной вентиляцией.

Не реже одного раза в неделю подозреваемые и обвиняемые проходят санитарную обработку, им предоставляется возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 минут.

При отсутствии в камере системы подачи горячей водопроводной воды горячая вода (температурой не более +50 °С), а также кипяченая вода для питья выдаются ежедневно с учётом потребности.

На основании п.19 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел (утверждённых приказом МВД Российской Федерации от 22.11.2005 №950) администрация ИВС принимает меры к тому, чтобы отдельно от других подозреваемых и обвиняемых содержались лица, являющиеся или являвшиеся судьями, адвокатами, сотрудниками правоохранительных органов, налоговой инспекции, таможенных органов, службы судебных приставов, учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, военнослужащими внутренних войск МВД России.

Согласно объяснениям представителя ответчика, справок ОМВД России по г. Красноуральску от 04.07.2019 №, от 04.07.2019 (без номера), списков следственно-арестованных за 2014-2015 годы, ФИО1 ФИО18 содержался в ИВС ОМВД России по г. Красноуральску (камеры №, №, №) в связи с расследованием уголовных дел и рассмотрения их в суде, в следующие периоды: с 15.03.2014 по 21.03.2014, с 31.03.2014 по 04.04.2014, с 07.04.2014 по 11.04.2014, с 28.04.2014 по 30.04.2014, с 05.05.2014 по 08.05.2014, с 27.04.2015 по 29.04.2015, с 18.05.2015 по 19.05.2015. 

В силу п.47 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел подозреваемым и обвиняемы предоставляется возможность помывки в душе не реже 1 раза в неделю продолжительностью не менее 15 минут. С учётом указанной нормы, судом не принимаются доводы истца относительно того, что в течение периода содержания его в ИВС ему не был предоставлен душ для помывки, так как на основании представленных ответчиком ОМВД России по г. Красноуральску доказательств, принимается во внимание то, что ФИО1 ФИО19. доставлялся в ИВС каждый раз после обеда в понедельник и этапировался обратно в ИК-54 утром в пятницу, то есть фактически еженедельно он находился в ИВС ОМВД России по г. Красноуральску по 3,5 дня, за исключением периода с 15.03.2014 (дата задержания по 91 УПК РФ - суббота) по 21.03.2014 (когда его в пятницу до 12:00 увезли в ИК). Следовательно, права ФИО1 ФИО20. по еженедельной его помывке в период содержания в ИВС, не нарушались. Соответственно, необоснованы и доводы истца относительно того, что он содержался в ИВС более десяти суток.

Выпиской из приказа ГУ МВД России по Свердловской области от 07.02.2013 № подтверждено, что в ИВС ОМВД России по г. Красноуральску имелась медицинская часть с заполненной штатной единицей фельдшера.

Согласно записям в журналах медицинских осмотров лиц, содержащихся в ИВС ОМВД России по г. Красноуральску за весь период содержания ФИО1 ФИО21 в ИВС, жалоб от него на самочувствие и состояние здоровья не поступало, в подтверждение чего имеются личные подписи истца в указанных журналах. В судебном заседании не представлено доказательств доводов истца относительно того, что ему требовалось лечение, что ему необходимы были медикаменты. Соответственно, суд не принимает доводы истца об отсутствии в ИВС медицинской помощи, неоказании ему необходимого лечения. 

Из актов комиссионного обследования ИВС ОМВД России по г. Красноуральску от 24.08.2015, от 28.03.2016 следует, что в камерах №, №, № ИВС, где в указанный период содержался ФИО1 ФИО23 имеется исправная приточно-вытяжная вентиляция, в камерах расположены нагревательные приборы системы отопления, температура в камерах соответствует санитарным нормам, в камерах имеются по две двухъярусных кровати, камеры оборудованы санитарными узлами с соблюдением необходимых требований приватности, имеется водопровод с краном для холодной воды, в каждой камере установлен стол. 

На основании государственных контрактов от 27.12.2013 №/тг, от 05.02.2015 №/тг ресурсоснабжающая организация обеспечивала тепловой энергией надлежащего качества здание по 

<

адрес>, где размещалось ИВС ОМВД России по г. Красноуральску. 

Таким образом, установлено, что в камерах обеспечивался температурный режим, который соответствовал санитарным нормам.

Как следует из справки бухгалтерии в ОМВД России по г. Красноуральску на 01.01.2014 в ИВС числится необходимое количество постельных принадлежностей. На основании договоров от 31.12.2013 №, от 09.02.2015 № установлено, что постельное бельё для лиц, содержащихся под стражей, регулярно стиралось. Следовательно, не подтверждены доводы истца об отсутствии в камерах постельных принадлежностей.

Таким образом, не подтверждены доводы истца относительно того, что за весь период содержания в ИВС ОМВД России по г. Красноуральску он не был обеспечен индивидуальным спальным местом (на 2-3 человек в камере предусмотрена одна кровать), что постельное бельё ему не выдавалось, что отсутствовала исправная приточно-вытяжная вентиляция, что температурный режим в камерах не соответствовал санитарным нормам, что камеры не оборудованы санитарными узлами с соблюдением необходимых требований приватности, что в камерах отсутствовало надлежащее дневное освещение, и в камерах отсутствуют столы. Кроме этого, пункт 48 Правил предусматривает, что при отсутствии в камере системы подачи горячей водопроводной воды горячая вода (температурой не более +50 °С), а также кипяченая вода для питья выдаются ежедневно с учётом потребности. В судебном заседании истцом не оспорен факт наличия в ИВС титана для кипячения воды, предназначенной для заключённых, содержащихся в ИВС. Соответственно, принимаются доводы ответчика о том, что по первому требованию лиц, содержащихся под стражей, они обеспечивались и горячей, и кипячёной водой.

Договорами от 26.12.2013 №, от 01.04.2014 №, государственными контрактами от 09.04.201, от 01.04.2015 №, ведомостями на питание, талонами на питание подтверждено, что ФИО1 ФИО24., находясь в ИВС ОМВД России по г. Красноуральску, обеспечивался трёхразовым горячим питанием. При отсутствии на момент содержания в ИВС жалоб истца, на то, что ему не выдавалась посуда, столовые приборы, и не выдавались средства личной гигиены (мыло, зубная паста, зубная щётка, туалетная бумага), судом принимаются доводы ответчика о том, что указанные предметы, лицам, содержащимся в ИВС выдавались, так как их необходимое количество закупалось ГУ МВД по Свердловской области и передавалось по линии АХЧ в ИВС ОМВД России по г. Красноуральску. В соответствии со справкой бухгалтерии ОМВД России по г. Красноуральску например, за период с 2013 года по 2014 год, поступили и были оприходованы на учёт средства личной гигиены, посуда и столовые приборы, предназначенные для лиц, содержащихся в ИВС.

Согласно договорам от 31.12.2013 №, от 26.05.2014 №, от 02.02.2015 №, от 02.02.2015 №, календарных планов к ним, в ИВС ОМВД России регулярно проводились дезинсекция и дератизация помещений. Из выписки из приказа ГУ МВД России по Свердловской области от 07.02.2013 следует, что на штатную должность в ИВС ОМВД России по г. Красноуральску был принят штатный дезинфектор медицинской части, который в своей работе руководствовался должностной инструкцией (утверждённой начальником ОМВД России по г. Красноуральску от 13.02.2013). При этом, помимо обработки помещений и транспорта, инструкцией предусмотрено, что дезинфектор проводит санитарную обработку поступающих в ИВС лиц, с камерной дезинфекцией вещей.

Таким образом, не подтверждены доводы истца относительно того, что за весь период содержания в ИВС ОМВД России по г. Красноуральску его кормили исключительно холодной пищей, что он находился в антисанитарных условиях, что ему не предоставлялась горячая вода, посуда, столовые приборы, предметы личной гигиены.

Также суду не представлено доказательств того, что сотрудниками ИВС ОМВД России г. Красноуральска не принимались от ФИО1 ФИО25. жалобы на условия его содержания в ИВС. 

Вместе с тем, согласно представленным ответчиком ОМВД России по г. Красноуральску исследованным выше справкам, камеры, в которых содержался ФИО1 ФИО26., имеют одинаковую площадь 9,5 кв.м., а также 4 индивидуальных спальных места. При этом ФИО1 ФИО27 только в периоды: с 31.03.2014 по 04.04.2014, с 27.04.2015 по 29.04.2015, и с 18.05.2015 по 19.05.2015, располагался в камерах с соблюдением норм санитарной площади, то есть предусмотренных четырёх квадратных метров на одного человека. В остальные периоды нахождения истца в камерах, указанная норма площади не соблюдалась. 

Таким образом, в судебном заседании нашёл свое подтверждение довод истца о переполненности камер во время его содержания в ИВС, что является нарушением положений ст.23 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений». Также, согласно спискам следственно-арестованных и объяснений представителя ответчика, во время нахождения ФИО1 ФИО28. в ИВС было нарушено требования о его отдельном содержании, как бывшего сотрудника МВД, от других заключённых (п.19 Правил внутреннего распорядка ИВС).

Согласно актам комиссионного обследования ИВС ОМВД России по г. Красноуральску от 24.08.2015, от 28.03.2016, в нарушение требований действующего законодательства, в камерах №, №, № ИВС: отсутствует надлежащее освещение, количество скамеек не соответствует лимиту мест, отсутствует прогулочный двор, комната для свиданий не соответствует конфиденциальности общения с адвокатом, так как в помещении отсутствует дверь, а в камере № отсутствовал шкаф для хранения индивидуальных принадлежностей и продуктов.

Кроме того, в судебном заседании не опровергнуты доводы истца относительно того, что в ИВС не оборудовано место для курящих, и он вынужден был дышать табачным дымом, чем причинялся вред его здоровью. 

Таким образом, установленные судом недостатки, в период пребывания истца в ИВС ОМВД России по г. Красноуральску, не отвечали требованиям действующего законодательства по содержанию под стражей лица обвиняемого в совершении преступления.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.

Поскольку из материалов дела установлено, и не опровергнуто вопреки требованиям ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ответчиками, отсутствие у ФИО1 ФИО29 в период пребывания в ИВС возможности осуществлять прогулки ввиду отсутствия прогулочного дворика, и содержание его в переполненной камере (когда он содержался еще с двумя-тремя сокамерниками), то, что он как бывший сотрудник МВД содержался в общей камере с заключёнными не являвшимися сотрудниками правоохранительных органов, а также в камерах отсутствовало надлежащее освещение, количество скамеек не соответствовало лимиту мест, комната для свиданий не соответствовала конфиденциальности общения с адвокатом, в ИВС не оборудовано место для курящих, а в камере № отсутствовал шкаф для хранения индивидуальных принадлежностей и продуктов, суд приходит выводу, что требования истца подлежат удовлетворению и в его пользу подлежит взысканию компенсация морального вреда.

Разрешая спор, суд исходит из того, что истец имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему пребыванием в изоляторе временного содержания в условиях, не соответствующих требованиям закона.

Довод возражений ответчиков о недоказанности факта возникновения вреда, отсутствия четкого определения, в чем выразились страдания истца, насколько они были реальны, является несостоятельным, так как лицо, содержащееся в изоляторе в условиях, не соответствующих установленным нормам, в любом случае испытывает нравственные страдания, в связи с чем, факт причинения ему морального вреда предполагается.

В силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. При этом, исходя из смысла приведенных норм права, бремя доказывания отсутствия нарушений прав истца, причиненных ему пребыванием в изоляторе временного содержания в условиях, не соответствующих требованиям закона, лежит на ответчиках. Вместе с тем, доводы истца о причинении ему моральных и нравственных страданий ответчиками не опровергнуты.

Доводы возражений об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца в связи с недоказанностью незаконных действий должностных лиц, и отсутствием причинно-следственной связи, суд считает несостоятельными, поскольку вина органов власти в данном случае установлена и заключается в отсутствии обеспечения надлежащих условий содержания граждан под стражей, за которую и возлагается ответственность в виде компенсации морального вреда.

В своем Постановлении от 10.01.2012 (дело "А. и другие против Российской Федерации) Европейский Суд по правам человека указал, что установление несоответствия условий содержания под стражей с требованиями статьи 3 Конвенции на основе критериев, перечисленных в § 143 - 158 настоящего Постановления, имеет фактический характер и создает прочную правовую презумпцию о том, что такие условия причиняют моральный вред потерпевшему. Национальный закон о компенсации должен отражать существование этой презумпции, а не присуждать, как это происходит сейчас, компенсацию в зависимости от способности заявителя доказать вину конкретных должностных лиц или органов и незаконность их действий (§ 229).

В связи с этим доводы возражений о том, что истцом не было представлено доказательств в подтверждение нравственных страданий в результате нарушения условий его содержания в ИВС, причинения ему действиями (бездействием) должностных лиц нравственных страданий, объёма перенесенных истцом страданий, подлежат отклонению как несостоятельные.

Разумность компенсации морального вреда является оценочной категорией, чёткие критерии её определения применительно к тем или иным видам дел не предусматриваются. В каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учётом конкретных обстоятельств дела.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из фактических обстоятельств по делу, а именно незначительность и краткосрочность периодов пребывания ФИО1 ФИО30. в ИВС, характера и степени нравственных страданий истца, его индивидуальные особенности, а также тот факт, что негативных последствий от данных действий для здоровья истца не наступило. Кроме того, суд принимает во внимание срок, по истечение которого истец обратился за защитой своих нарушенных прав, период которого составил более четырёх лет.

В связи с этим, требования истца ФИО1 ФИО32 о возмещении ему морального вреда подлежат удовлетворению в сумме 2 000 рублей. Указанная сумма подлежит взысканию с Российской Федерации в лице МВД России за счёт казны Российской Федерации.

Относительно ходатайства ответчика ОМВД России по г. Красноуральску о применении последствий пропуска истцом срока исковой давности, то суд указывает на то, что требования истца не были направлены на признание действий должностных лиц исправительного учреждения незаконными, исковые требования истца были направлены на восстановление неимущественных прав путем компенсации морального вреда, причиненного действиями (бездействием) должностных лиц в соответствии со ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем, согласно п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" на требование истца о компенсации морального вреда, вытекающего из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ, в силу статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность не распространяется, кроме случаев, предусмотренных законом.

Таким образом, отсутствуют основания для удовлетворения ходатайства ответчика о применении последствий пропуска срока исковой давности для обращения с иском в суд истца ФИО1 ФИО31

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.56, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 ФИО33 удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице МВД России за счёт казны Российской Федерации в пользу ФИО1 ФИО34 в счёт возмещения морального вреда 2 000 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме с подачей жалобы через Красноуральский городской суд. 

Председательствующий: подпись

Копия верна:

Судья О.В. Карташов