Дело № 2-1141/2025

УИД: 91RS0022-01-2025-000923-47

Р Е Ш Е Н И Е

 

именем Российской Федерации

24 июня 2025 года г. Феодосия

Феодосийский городской суд Республики Крым в составе:

председательствующего судьи Чибижековой Н.В.,

с участием секретаря Аблязовой Э.Р.,

истца ФИО1, 

ответчиков ФИО5, ФИО6, 

представителя ответчика ФИО8, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО9 ФИО13 к Кефели ФИО14 и ФИО9 ФИО15 (третьи лица – Администрация города Феодосии Республики Крым и Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым) о признании соглашения недействительным, -

УСТАНОВИЛ:

В марте 2025 года ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО5 и ФИО6, в котором просит признать недействительным соглашение о перераспределении земельных участков с кадастровыми номерами № и №, заключенное 23 декабря 2019 года между ФИО5 и ФИО6

В обоснование требований указала, что с 07 февраля 2007 года она состоит с ответчиком ФИО6 в зарегистрированном браке. С целью строительства дома для их семьи (у них трое детей) в 2017 году они, на основании договора купли-продажи земельного участка от 30 января 2017 года, приобрели земельный участок №, расположенный по адресу: 

<

адрес>, площадью 450 кв.м., кадастровый №, право собственности зарегистрировано 08 февраля 2017 года. Месяц назад она узнала, что собственник земельного участка № 17, смежного с их земельным участком, обратилась в суд с иском к ее супругу, и тогда же ей стало известно, что ее супруг – ответчик ФИО6 в декабре 2019 года подписал с ФИО5 соглашение о перераспределении земельных участков, распорядившись, таким образом, частью земельного участка, принадлежащего им на праве общей совместной собственности, без ее согласия. 

Ссылаясь на вышеизложенное, на положения статей 34, 35 и 39 Семейного кодекса Российской Федерации, статей 173.1 и 256 Гражданского кодекса Российской Федерации, просил исковые требования удовлетворить.

В соответствии со статьей 43 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определением Феодосийского городского суда Республики ФИО7 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены – Администрация города Феодосии Республики Крым и Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым (протокол судебного заседания от 30 апреля 2025 года).

В судебном заседании истец – ФИО1 исковые требования поддержала в полном объеме и дала суду пояснения, аналогичные изложенным в исковом заявлении.

Ответчик – ФИО5 и ее представитель – ФИО8, действующий на основании нотариально удостоверенной доверенности, в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований в полном объеме, указав, что соглашение о перераспределении земельных участков, которое истец просит признать недействительным не является сделкой, а фактически является уточнением границ земельных участков. Также, указали, что действительно ФИО5 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО6 и ФИО1, в котором просила за ней право собственности на земельный участок площадью 978 кв.м., расположенный по адресу 

<

адрес>, в кадастровом квартале №, образованный в процессе реализации соглашения от 23 декабря 2019 года, заключенного между ФИО5 и ФИО6 о перераспределении земельных участков с кадастровым номером № площадью 940 кв.м., расположенного по адресу 

<

адрес>, №, находящегося в собственности ФИО5, и земельного участка с кадастровым номером № площадью 450 кв.м., расположенного по адресу 

<

адрес>, находящегося в собственности ФИО6, с выплатой ФИО6 денежной суммы в размере 287000 рублей, в том числе, ранее переданных 60000 рублей по расписке от 29 декабря 2019 года и 227000 рублей, внесенных на депозит Феодосийского городского суда Республики Крым ФИО5, в качестве компенсации за переданные по соглашению 38 кв.м., из состава земельного участка, принадлежащего ФИО6, которое определением Феодосийского городского суда Республики Крым от 26 марта 2025 года оставлено без рассмотрения, в связи с ее неявкой как истца, так как ФИО1 обратилась в суд с настоящим иском. Кроме того, ответчик ФИО5 ссылалась на то, что супруге ФИО6 – истцу ФИО1 было известно о заключении соглашения 23 декабря 2019 года о перераспределении земельных участков с кадастровыми номерами № и № между ней и ФИО6 с момента его заключения.

Ответчик – ФИО6 в судебном заседании полагал, что исковые требования подлежат удовлетворению, поскольку он действительно распорядился частью земельного участка, принадлежащего им с супругой на праве общей совместной собственности, без ее (супруги) согласия, и, не поставив ее в известность. 

Третьи лица – Администрация города Феодосии Республики Крым и Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, своих представителей для участия в судебном заседании не направили и о причинах их неявки суду не сообщили, каких-либо ходатайств не заявили. 

Учитывая мнение истца – ФИО1, ответчика – ФИО5 и ее представителя – ФИО8, ответчика – ФИО6, надлежащее извещение третьих лиц – Администрации города Феодосии Республики Крым и Государственного комитета по государственной регистрации и кадастру Республики Крым, принимая во внимание, что реализация участниками гражданского оборота своих прав не должна нарушать прав и охраняемых законом интересов других лиц и должна соответствовать принципу добросовестности, что третьи лица надлежащим образом извещены о времени и месте судебного заседания, однако в силу своего волеизъявления не воспользовались своим правом на участие в судебном заседании, а также, что судом их явка не признана обязательной, принимая во внимание предусмотренные Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации процессуальные сроки рассмотрения дел в порядке гражданского судопроизводства, а также, что участники процесса имеют право на осуществление судопроизводства в разумные сроки, в силу положений статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся представителей третьих лиц – Администрации города Феодосии Республики Крым и Государственного комитета по государственной регистрации и кадастру Республики Крым. 

Заслушав истца, ответчиков, представителя ответчика, исследовав материалы дела, всесторонне и полно выяснив все фактические обстоятельства и оценив представленные доказательства, имеющие значение для рассмотрения дела и разрешения спора по сути, суд полагает, что иск подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с частью 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям, на основании представленных сторонами в порядке статей 56, 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и оцененных судом в порядке статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствах. 

В силу статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предмет и основания иска определяет истец. При этом к основаниям иска относятся не только нормы права, на которые указывает истец, но и фактические обстоятельства, на которые он ссылается в обоснование своих требований.

В соответствии с требованиями статей 148, 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации нормы материального закона, подлежащего применению по делу, определяются судом.

В силу части 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

В соответствии со статьей 123 Конституции Российской Федерации, статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации гражданское судопроизводство осуществляется на основе равенства и состязательности сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которых она основывает свои требования и возражения.

В силу статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Частью 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующей право на обращение в суд, установлено, что заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Положения части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации предусматривают каждому гарантии на судебную защиту его прав и свобод. Право на судебную защиту и доступ к правосудию относится к основным неотчуждаемым правам и свободам человека и одновременно выступает гарантией всех других прав и свобод, оно признается и гарантируется согласно общепризнанным принципам и нормам международного права (статьи 17, 18; части 1, 2 статьи 46, статья 52 Конституции Российской Федерации).

В соответствии с положениями статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в частности, из актов государственных органов и органов местного самоуправления, которые предусмотрены законом в качестве основания возникновения гражданских прав и обязанностей.

В статье 11 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено положение о судебной защите нарушенных или оспоренных гражданских прав.

Положениями статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что защита гражданских прав осуществляется путем: признания права; восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки; признания недействительным решения собрания; признания недействительным акта государственного органа или органа местного самоуправления; самозащиты права; присуждения к исполнению обязанности в натуре; возмещения убытков; взыскания неустойки; компенсации морального вреда; прекращения или изменения правоотношения; неприменения судом акта государственного органа или органа местного самоуправления, противоречащего закону; иными способами, предусмотренными законом.

В силу пункта 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно Конституции Российской Федерации право частной собственности охраняется законом; каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами (части 1 и 2 статьи 35).

Как установлено судом и следует из материалов дела, 07 февраля 2007 года между ФИО9 ФИО16 и ФИО2 был зарегистрирован брак, о чем в Книге регистрации браков 07 февраля 2007 года сделана соответствующая актовая запись за №; после регистрации брака супруге присвоена фамилия «ФИО12» (свидетельство о браке серии №, выданное 07 февраля 2007 года Отделом регистрации актов гражданского состояния Феодосийского городского управления юстиции Автономной Республики Крым, Украина). 

В период брака ФИО6 и ФИО1 – 30 января 2017 года между ФИО3, в лице ФИО4, действующей на основании нотариально удостоверенной доверенности, как продавцом, и ФИО9 ФИО17, как покупателем, был заключен договор купли-продажи земельного участка, по условиям которого продавец передал в собственность, а покупатель принял и оплатил в соответствии с условиями настоящего договора земельный участок площадью 450 кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес>, кадастровый №, категория земель – земли населенных пунктов, разрешенное использование – приусадебный участок личного подсобного хозяйства. 

Согласно пункту 2 договора купли-продажи земельного участка от 30 января 2017 года, земельный участок, который продается, принадлежит продавцу на праве собственности на основании Государственного акта на право собственности на земельный участок серии №, выданного Феодосийским городским управлением земельных ресурсов 29 июля 2009 года и зарегистрированного в Книге записей регистрации государственных актов на право собственности на землю и на право постоянного пользования землей, договоров аренды земли за №, предыдущий №, также право собственности на указанный земельный участок зарегистрировано в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним Государственным комитетом по государственной регистрации и кадастру Республики Крым 14 июля 2016 года, о чем сделана запись в реестре за №, что подтверждается Свидетельством о государственной регистрации права № от 14 июля 2016 года. 

В пункте 3 договора купли-продажи земельного участка от 30 января 2017 года указано, что продавец продал, а покупатель купил вышеуказанный земельный участок за 2700000 рублей, которые получены продавцом до подписания настоящего договора.

Продавец подтверждает, что указанный земельный участок был получен им бесплатно согласно решению 29 сессии 5 созыва Феодосийского городского совета от 22 февраля 2008 года №. На момент получения земельного участка продавец ФИО3 состоял в браке, однако согласно статье 36 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, полученное одним из супругов во время брака по иным безвозмездным сделкам, является его собственностью (пункт 4 договора купли-продажи земельного участка от 30 января 2017 года).

Как следует из пункта 5 договора купли-продажи земельного участка от 30 января 2017 года, покупатель подтверждает, что он на момент подписания данного договора состоит в браке с ФИО9 ФИО18 что подтверждается штампом в паспорте, проставленного на 14 странице «семейное положение», в связи с чем, указанный земельный участок приобретается в общую совместную собственность супругов.

На основании указанного договора купли-продажи земельного участка от 30 января 2017 года, за ФИО6 в Едином государственном реестре недвижимости 08 февраля 2018 года зарегистрировано право собственности на земельный участок, расположенный по адресу: 

<

адрес>, площадью 450 +/- 7 кв.м., кадастровый №, категория земель: земли населенных пунктов, вид разрешенного использования: для индивидуального жилищного строительства, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости от 20 марта 2025 года № №

Собственником смежного земельного участка, расположенного по адресу: 

<

адрес>, площадью 940 +/- 11 кв.м., кадастровый №, категория земель: земли населенных пунктов, вид разрешенного использования: для индивидуального жилищного строительства, на основании Государственного акта на право собственности на земельный участок серии № от 26 июля 2007 года и договора купли-продажи земельного участка от 14 июля 2008 года, удостоверенного частным нотариусом Феодосийского городского нотариального округа ФИО10, реестр №, является ФИО5 Право собственности ФИО5 зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости 13 сентября 2017 года, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости от 20 марта 2025 года № №.

23 декабря 2019 года между ФИО5 и ФИО6 было заключено соглашение о перераспределении земельных участков, по условиям которого, они выразили согласие на образование двух земельных участков в результате перераспределения земельных участков, а именно: участка № с кадастровым номером № общей площадью 940 кв.м., принадлежащего на праве собственности ФИО5, и участка № с кадастровым номером № общей площадью 450 кв.м., принадлежащего на праве собственности ФИО6, в соответствии с планом образования земельных участков, являющегося неотъемлемой частью настоящего соглашения: в собственность ФИО5 передается земельный участок № площадью 978 кв.м., категория земель – земли населенных пунктов, разрешенное использование – для индивидуального жилищного строительства; в собственность ФИО6 передается земельный участок № площадью 412 кв.м., категория земель – земли населенных пунктов, разрешенное использование – для индивидуального жилищного строительства.

В ходе судебного разбирательства установлено, в порядке выплаты компенсации за перешедшие в собственность ФИО5 квадратные метры земельного участка, принадлежащего ФИО6, при реализации заключенного между ними 23 декабря 2019 года соглашения о перераспределении земельных участков, ФИО6 получил от ФИО5 денежные средства в сумме 60000 рублей; сумма компенсации в полном объеме была определена сторонами в размере 210000 рублей, которая должна была быть выплачена ФИО5 до 31 января 2020 года, о чем ФИО6 23 декабря 2019 года была выдана расписка.

23 декабря 2019 года ФИО5 и ФИО6 подали заявления в Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым о регистрации заключенного между ними соглашения о перераспределении земельных участков от 23 декабря 2019 года. 

Уведомлениями Государственного комитета по государственной регистрации и кадастру Республики Крым от 15 января 2020 года государственная регистрация земельных участков, созданных в результате реализации соглашения о перераспределении земельных участков 23 декабря 2019 года, приостановлена, в связи с тем, что в представленном на государственную регистрацию соглашении о перераспределении земельных участков отсутствует информация о его возмездности или безвозмездности; по состоянию на 15 января 2020 года сведения о земельных участках, образуемых в результате перераспределения исходных земельных участков в ЕГРН не внесены; а также, что согласно утвержденным Правилам землепользования и застройки муниципального образования городской округ ФИО11, для земельных участков в видом разрешенного использования – для индивидуального жилищного строительства определены максимальные размеры до 800 кв.м.

В связи с вышеприведенным, ФИО5 обратилась в суд с иском к ФИО6 и ФИО1, в котором просила за ней право собственности на земельный участок площадью 978 кв.м., расположенный по адресу ФИО7

<

адрес> в кадастровом квартале №, образованный в процессе реализации соглашения от 23 декабря 2019 года, заключенного между ФИО5 и ФИО6 о перераспределении земельных участков с кадастровым номером № площадью 940 кв.м., расположенного по адресу 

<

адрес>, находящегося в собственности ФИО5, и земельного участка с кадастровым номером № площадью 450 кв.м., расположенного по адресу 

<

адрес> находящегося в собственности ФИО6, с выплатой ФИО6 денежной суммы в размере 287000 рублей, в том числе, ранее переданных 60000 рублей по расписке от 29 декабря 2019 года и 227000 рублей, внесенных на депозит Феодосийского городского суда Республики Крым ФИО5, в качестве компенсации за переданные по соглашению 38 кв.м., из состава земельного участка, принадлежащего ФИО6 (гражданское дело №).

В рамках указанного гражданского дела № ответчиком ФИО6 на депозитный счет Управления судебного департамента в Республике Крым также были внесены денежные средства в размере 60000 рублей, полученные им от ФИО5 по расписке от 23 декабря 2019 года.

Указанные обстоятельства не оспаривались сторонами по делу.

Законом презюмируется общность имущества супругов, приобретенного в период брака.

Статьей 10 Семейного кодекса Российской Федерации установлено, что брак заключается в органах записи актов гражданского состояния. Права и обязанности супругов возникают со дня государственной регистрации заключения брака в органах записи актов гражданского состояния.

В соответствии с пунктом 1 статьи 33 Семейного кодекса Российской Федерации законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности. Законный режим имущества супругов действует, если брачным договором не установлено иное.

Согласно статье 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Право на общее имущество супругов принадлежит также супругу, который в период брака осуществлял ведение домашнего хозяйства, уход за детьми или по другим уважительным причинам не имел самостоятельного дохода.

Пунктом 1 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации также установлено, что имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

При рассмотрении дела судом установлено, что брачный договор между супругами ФИО6 и ФИО1 не заключался.

В силу пункта 1 статьи 36 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 15 постановления № 15 от 05 ноября 1998 года «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака» разъяснил, что общей совместной собственностью супругов, подлежащей разделу (пункты 1 и 2 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации), является любое нажитое ими в период брака движимое и недвижимое имущество, которое в силу статей 128, 129, пунктов 1 и 2 статьи 213 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть объектом права собственности граждан, независимо от того, на имя кого из супругов оно было приобретено или внесены денежные средства, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества. Не является общим совместным имущество, приобретенное хотя и во время брака, но на личные средства одного из супругов, принадлежавшие ему до вступления в брак, полученное в дар или в порядке наследования, а также вещи индивидуального пользования, за исключением драгоценностей и других предметов роскоши (статья 36 Семейного кодекса Российской Федерации).

Из приведенных выше положений следует, что юридически значимым обстоятельством при решении вопроса об отнесении имущества к общей собственности супругов является то, на какие средства (личные или общие) и по каким сделкам (возмездным или безвозмездным) приобреталось имущество одним из супругов во время брака. 

Таким образом, установив вышеизложенные обстоятельства, учитывая приведенное правовое регулирования, судом достоверно установлено, что земельный участок с кадастровым номером № площадью 450 кв.м., расположенный по адресу 

<

адрес>, приобретенный в период брака, право собственности на который зарегистрировано за ответчиком ФИО6, является общей совместной собственностью супругов ФИО6 и ФИО1 

Согласно статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Статьей 209 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом (пункт 1); собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (пункт 2).

Пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации, регламентирующей основания приобретения права собственности, предусмотрено, что право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии с пунктом 1 статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Пунктом 1 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации установлено, что владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов.

В силу пункта 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.

Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки, по правилам статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» согласие супруги рассматривается как согласие третьего лица на совершение сделки.

Приведенная норма права (пункт 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации) направлена на определение правового режима распоряжения имуществом, приобретенным супругами в браке. Требование нотариальной формы согласия позволяет обеспечить подлинность одобряющего лица, а также его действительную волю, направленную на возникновение юридических последствий, предусмотренных сделкой.

Согласно положениям пунктов 1, 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

В силу статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1). 

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2).

По общему правилу, установленному пунктом 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

Законом или в предусмотренных им случаях соглашением с лицом, согласие которого необходимо на совершение сделки, могут быть установлены иные последствия отсутствия необходимого согласия на совершение сделки, чем ее недействительность.

Поскольку законом не установлено иное, оспоримая сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, может быть признана недействительной, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия такого лица или такого органа.

Материалы дела не содержат сведений о том, что ФИО1 знала о состоявшемся соглашении о перераспределении земельных участков, заключенном между ее супругом ФИО6 и ФИО5, в результате которого произошло отчуждение части принадлежащего им на праве общей совместной собственности земельного участка площадью 38 кв.м., права на которую подлежат государственной регистрации, с компенсацией, определенной между ФИО6 и ФИО5, в размере 210000 рублей, при этом, нотариально удостоверенного согласия на совершение сделки, в соответствии с пунктом 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, истец не давала.

Ссылка ФИО5 на то, что ФИО1 было известно о заключении соглашения о перераспределении земельных участков с кадастровыми номерами от 23 декабря 2019 года с момента его заключения, судом не может быть принята во внимание, поскольку, как следует из содержания искового заявления и пояснений истца ФИО1 в судебном заседании, о соглашении о перераспределении земельных участков, заключенном 23 декабря 2019 года между ФИО5 и ее супругом ФИО6 ей стало известно в феврале 2025 года после привлечения ее к участию в деле № по иску ФИО5 к ФИО6 о признании права собственности на земельный участок в качестве соответчика, и доказательств обратного суду не представлено и по делу не добыто. 

Доводы ответчика ФИО5 и ее представителя – ФИО8 о том, что соглашение о перераспределении земельных участков, которое истец просит признать недействительным не является сделкой, а фактически является уточнением границ земельных участков, суд не принимает во внимание, как несостоятельные, основанные на ошибочном понимании и толковании норм материального права, учитывая, что целью заключения указанного соглашения являлось прекращение права собственности на часть земельного участка с кадастровым номером № площадью 38 кв.м. с выплатой компенсации в размере 210000 рублей. 

Частью 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

В силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Частью 1 статьи 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

В силу части 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

В соответствии с положениями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлениях неоднократно указывал, что из взаимосвязанных положений статей 46 (часть 1), 52, 53 и 120 Конституции Российской Федерации вытекает предназначение судебного контроля как способа разрешения правовых споров на основе независимости и беспристрастности суда (Определения от 17 июля 2007 года № 566-О-О, от 18 декабря 2007 года № 888-О-О, от 15 июля 2008 года № 465-О-О и др.). При этом предоставление суду соответствующих полномочий по оценке доказательств вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, что вместе с тем не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом.

Из приведенных положений закона следует, что суд оценивает не только относимость, допустимость доказательств, но и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности, эффективность правосудия по гражданским делам обуславливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделение равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности. То есть, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или не совершения процессуальных действий.

Проанализировав вышеизложенное, приняв во внимание вышеприведенные правовые нормы и их системное толкование, руководящие разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенные в постановления № 15 от 05 ноября 1998 года «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», дав надлежащую юридическую оценку правоотношениям по настоящему гражданскому делу, исследовав имеющиеся в деле доказательства, оценив по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации их относимость, допустимость, достоверность, а также достаточность и взаимосвязь в их совокупности, установив фактические обстоятельства дела, а именно, что земельный участок площадью 450 кв.м. с кадастровым номером №, расположенный по адресу 

<

адрес>, приобретенный в период брака ФИО6 и ФИО1, право собственности на который зарегистрировано за ФИО6, является общей совместной собственностью супругов; нотариально удостоверенное согласие истца на отчуждение супругом ФИО6 по соглашению о перераспределении земельных участков от 23 декабря 2019 года части земельного участка отсутствовало, и в нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каких-либо относимых и допустимых доказательств, свидетельствующих об обратном, суду не представлено и при рассмотрении дела не добыто, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для признания недействительным соглашения о перераспределении земельных участков с кадастровыми номерами № и № заключенного 23 декабря 2019 года между ФИО5 и ФИО6, как заключенного с нарушением требований закона, и, как следствие, об удовлетворении исковых требований ФИО1 в полном объеме. 

Мотивированное решение составлено 07 июля 2025 года. 

Руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд –

РЕШИЛ:

Иск ФИО9 ФИО19 (паспорт гражданина Российской Федерации серии №) – удовлетворить.

Признать недействительным соглашение о перераспределении земельных участков с кадастровыми номерами № и №, заключенное 23 декабря 2019 года между Кефели ФИО20 (паспорт гражданина Российской Федерации серии №) и ФИО9 ФИО21 (паспорт гражданина Российской Федерации серии №).

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Крым через Феодосийский городской суд Республики Крым в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий судья: подпись Чибижекова Н.В.